СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-967/2025(1)-АК

Дело № А60-5753/2023

06 марта 2025 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 04 марта 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 06 марта 2025 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего  Даниловой И.П.,  

судей                                 Макарова Т.В., Устюговой Т.Н.,    

при ведении протокола судебного заседания секретарем Ковалевой А.Л., 

от кредитора ФИО1: ФИО2, удостоверение, доверенность от 10.06.2024;

иные лица, участвующие в деле не явились о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, в том числе публично;

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу кредитора ФИО1

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 26 декабря 2024 года, 

об отказе в удовлетворении заявления кредитора ФИО1 о признании недействительными  сделок, 

вынесенное в рамках дела № А60-5753/2023 

о признании несостоятельным (банкротом) ФИО3  (ИНН 

<

***>),

установил:

В Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление ФИО4 (далее – ФИО4, заявитель) о признании ФИО3 (далее – ФИО3,  должник) несостоятельным (банкротом), которое после устранения  недостатков определением от 03.303.2023 принято к производству, возбуждено  дело о  банкротстве. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 14.04.2023 заявление ФИО4 о признании ФИО3  несостоятельным (банкротом) признано обоснованным,  в отношении  должника  введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО5, член Ассоциации МСРО «Содействие».

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 17.10.2023 ФИО3  признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО5, член Ассоциации МСРО «Содействие».

В арбитражный  суд Свердловской области 27.06.2024 поступило заявление конкурсного  кредитора  ФИО1 (далее – ФИО1)  о признании недействительным договора  купли-продажи земельного участка от 10.02.2021, заключенного  между ФИО3  и ФИО6 (далее -  ФИО6) и применении  последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО6 в конкурсную массу  должника  456 000 руб.

В дальнейшем от  ФИО1 поступило заявление об уточнении заявленных требований, в которых просил: 

1. признать недействительными последовательно совершенные договор купли-продажи земельного участка от 10.02.2021, заключенный между ФИО3  и ФИО6, договор купли-продажи земельного участка от 20.09.2023, заключенный между ФИО6 и ФИО7 (далее – ФИО7), применить последствие недействительности сделок в виде возврата в конкурсную массу ФИО3  земельного участка с кадастровым номером **:**:*******:47, расположенного по адресу: Свердловская обл., Белоярский р-н, СНТ «Родник», участок № *, а также расположенных на нем незарегистрированного дачного дома, теплицы и помпейской печи;

2. взыскать с ФИО6  в пользу ФИО1 6000 руб. в возмещение расходов на уплату государственной пошлины;

 3. взыскать с ФИО7 в пользу ФИО1  6000 руб. в возмещение расходов на уплату государственной пошлины;

4. привлечь ФИО7 в качестве соответчика.

Уточнение требований принято арбитражным судом на основании части  1 статьи  49 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 09.09.2024 на основании статьи 51 АПК РФ привлечена  в качестве заинтересованного лица с правами ответчика ФИО7 

В материалы дела 06.09.2024 поступили дополнительные пояснения ФИО1  в электронном виде, просит:

1. признать недействительным  договор  купли-продажи земельного участка от 10.02.2021, заключенный между ФИО3 и ФИО6,  применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО6  1 390 000 руб. 

2. Взыскать с ФИО6 в пользу ФИО1  6000 руб. в возмещение расходов на уплату государственной пошлины.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 26.12.2024 (резолютивная часть оглашена 18.12.2024) в удовлетворении заявленных требований  ФИО1  отказано.

ФИО1, не согласившись с принятым судебным актом, обжаловал его в апелляционном порядке, просит определение отменить и принять новый судебный акт, которым удовлетворить заявленные требования в полном объеме.

В апелляционной жалобе указывает, что суд первой инстанции сделал ошибочный вывод о том, что для доказывания цели причинения вреда необходимо установить признаки неплатежеспособности. ФИО3 в момент совершения сделки знал, что у  ФИО1 имеются основания для предъявления к нему требования о возврате 7 017 900 руб., также знал, что в случае его предъявления имущества окажется недостаточно для погашения долга. Совершив указанную сделку, должник создал условия для причинения вреда – к моменту наступления срока возврата денежных средств из имущественной массы был выведен актив, что привело к невозможности наиболее полного удовлетворения требования. Полагает, что вывод о недоказанности факта причинения вреда не соответствуют доказательствам и нормам материального и процессуального права. Согласно письму Управления ЗАГС Свердловской области от 10.08.2023 № 6184 ФИО6 приходится отцом должника. В соответствии с пунктом  4.1. договора купли-продажи земельный участок передается за 100 000 руб. В подтверждение факта уплаты денежных средств представлено платежное поручение на сумму 100 000 руб. без указания назначения платежа. При этом, в судебном заседании представитель должника пояснил, что у ФИО6 на момент совершения сделки имелся долг перед сыном.  ФИО1 представил суду отчет ООО «Региональный центр оценки и экспертизы № 234-24/н, согласно которому рыночная стоимость земельного участка по состоянию на 16.02.2021, составляла 456 000 руб. то есть в 4,56 раза превышала цену договора. Более того, на момент совершения сделки на земельном участке имелся незарегистрированный садовый дом, факт наличия которого был скрыт должником и его отцом. В пункте 1.2 договора купли-продажи от 10.02.2021 указано, что зданий, строений, сооружений на земельном участке не имеется. Вместе  с тем, ФИО6 не опровергает факт строительства дачного дома в 2020.  Кроме того, наличие   на земельном участке построек подтверждают  фото и видеоматериалы, представленные в материалы дела.  Наличие  построек  на  земельном участке  увеличивает его стоимость и подтверждает  доводы о том, что  последний был продан по заниженной стоимости.  

Также  апеллянт считает, что вывод суда об отсутствии оснований для признания недействительным в рамках цепочки сделок договора купли-продажи от 20.09.2023, заключенного между ФИО6 и ФИО7, является незаконным и необоснованным. 

До судебного заседания в материалы дела от ФИО3 поступил отзыв, в котором просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. 

Представитель кредитора доводы апелляционной жалобы поддерживает в полном объеме, определение суда первой инстанции считает незаконным и необоснованным, просит его отменить, принять по делу новый судебный акт, апелляционную жалобу удовлетворить. 

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что в силу части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Суд апелляционной инстанции, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, с учетом доводов сторон, по правилам, предусмотренным статьей 71 АПК РФ,  заслушав представителя  конкурсного  кредитора, участвующего в судебном  заседании, считает, что не имеется оснований для изменения или отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы.

Как следует из материалов дела, 08.05.2019 в ЕГРН зарегистрировано право собственности ФИО3 на земельный участок площадью 2161 кв.м. +/- 33 с кадастровым номером **:**:*******:47, расположенный по адресу: Свердловская обл., Белоярский р-н, СНТ «Родник», участок № 8.

Право собственности зарегистрировано на основании договора купли-продажи от 06.05.2019, по условиям которого ФИО3  приобрел земельный участок за 100 000 руб. (пункт 2.1 договора).

В  Единый  государственный  реестр  недвижимости  16.02.2021 внесена запись о прекращении права собственности должника на земельный участок. Основанием внесения записи является договор купли-продажи земельного участка от 10.02.2021, заключенный между ФИО3 лександром Сергеевичем и ФИО6 

Как указал заявитель, сделка совершена с заинтересованным лицом, поскольку ФИО6  является отцом должника, что подтверждается письмом Управления ЗАГС Свердловской области от 10.08.2023 г. № 6184.

Кроме того, как полагает заявитель, стоимость земельного участка занижена, поскольку в соответствии с отчетом ООО «Региональный центр оценки и экспертизы» № 234-24/н рыночная стоимость земельного участка по состоянию на 16.02.2021 г. составляла 456 000 руб.. Согласно данного же отчета  рыночная стоимость дачного дома, возведенного  на спорном земельном участке  по состоянию на 16.02.2021 составила 729000 руб. 

В свою очередь, ФИО6   продал  спорный земельный участок  ФИО7, право собственности  на который  зарегистрировано  20.09.2023.  

Полагая, что данная цепочка сделок обладает признаками недействительных сделок является подозрительной, совершенная по заниженной цене, при наличии неисполненных обязательств перед иными кредиторами и при наличии признаков недостаточности имущества с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, а также со злоупотреблением права конкурсный кредитор должника обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

В качестве правовых оснований для признания указанного договора купли-продажи недействительным конкурсным кредитором указаны положения пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и статьи 10, 170, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ).

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что конкурсным кредитором  не доказана совокупность обстоятельств, необходимых для признания указанной сделки недействительной.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Аналогичное правило предусмотрено пунктом 1 статьи 32  Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, регулируются параграфами 1.1 и 4 главы X настоящего Закона, а при отсутствии специальных правил, регламентирующих особенности банкротства этой категории должников - главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В рассматриваемом случае  заявление  о признании сделок  недействительными  подано  конкурсным  кредитором  ФИО1,  размер требований которого более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов.

Заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (пункт 1 статьи  61.8 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом  1 статьи  61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, предусмотренным данным Законом.

В силу пункта 3 той же статьи под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 Закона о банкротстве, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Оспариваемые сделки совершены  10.02.2021 и 09.09.2023 года, то есть могут быть оспорены как по общим основаниям гражданского законодательства, предусмотренным статьями 10, 168, 170 ГК РФ, так и по специальным основаниям Закона о банкротстве, предусмотренным главой III.1 Закона о банкротстве, поскольку  совершены  в течение  трех лет  до возбуждения  дела о банкротстве должника (03.03.2023).

Как  было указано вше, конкурсным кредитором  в  качестве правового основания для оспаривания сделок  указаны как положения  статьи  61.2  Закона о банкротстве, так  статьи  10,168, 170 ГК РФ. 

Вместе с тем, как верно  указывает суд первой инстанции, закрепленные в статье 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статьи 10 ГК РФ исходя из общеправового принципа «специальный закон вытесняет общий закон», определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения.

Таким образом, с целью квалификации сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключение спорной сделки (пункт 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пункте 1 Постановления Пленума от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации», добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

В рассматриваемом случае  приведенные  конкурсным   кредитором обстоятельства  полностью охватываются диспозицией статьи 61.2 Закона о банкротстве; оснований для признания  сделок недействительными  по  статьям 10, 168 ГК РФ  не рассматриваются. 

В соответствии абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую сторону для должника отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Как разъяснено в пунктах 8, 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63) неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В пункте 9 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 разъяснено, что при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 Постановления Пленума ВАС РФ № 63).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 Постановления Пленума ВАС РФ № 63).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно пункту 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно части 2 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами (часть 4 статьи 71 АПК РФ).

Как  следует  из материалов дела, 22.01.2022 между  ФИО3 (продавец) и  ФИО6 (покупатель)  заключен  договор  купли-продажи  земельного  участка,  по условиям  которого продавец  обязуется передать в собственность  покупателя, а покупатель  обязуется принять  и оплатить  в порядке, размере и сроки, установленные  договором  земельный участок  площадью 2161 кв.м. +/- 33 с кадастровым номером **:**:*******:47, расположенный по адресу: Свердловская обл., Белоярский р-н, СНТ «Родник», участок № *.

 В соответствии  с  пунктом  4.1 договора  купли-продажи  земельного  участка от 22.01.2021  цена земельного  участка составляет   100 000 руб. (Том 2 л.д.  119).

Как установлено судом и не оспаривается лицами, участвующими в деле ФИО6 является отцом должника ФИО3, то есть заинтересованным по отношению к должнику лицом.  

 Вместе с тем, совершение сделок между аффилированными лицами действующим законодательством не запрещено.

Вопреки доводам  конкурсного кредитора, наличие признаков аффилированности между сторонами сделки само по себе не свидетельствует о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Конкурсный кредитор ссылается  на то, что  договор купли-продажи земельного  участка  от 22.01.2021  между должником и  его отцом был  совершен по заниженной стоимости при  наличии у   должника признаков  неплатёжеспособности. 

 При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве, под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В частности конкурсный  кредитор  должника указывает  на то, что  им  были переданы  должнику денежные средства   на  основании партнёрского соглашения №1 от 30.04.2019  в качестве инвестиций в совместный бизнес. 

ФИО8 и должник  заключили  соглашение  о  создании и ведении готового бизнеса «Не торты, а торты», где ФИО1 выступал инвестором, передавая через ФИО3 денежные средства юридическим лицам, посредством которых велся бизнес «Не торты, а торты». ФИО3, являлся  в том числе,  и управляющим торговых точек. 

В 2022 году ФИО1 обратился в Ленинский районный суд с иском к  ФИО3 о взыскании задолженности по договорам займа. 

Решением Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 20.07.2022 установлено, что ФИО3 получены денежные средства различными суммами: 28.03.2019 - 1 471 400 руб. в счет договора займа на ООО «Торты ЕК» и 700 000 руб. в счет договора займа на ООО «Дело в радуге»; 05.04.2019 – 700 000 руб. в счет договора займа на ООО «Торты ЕК» и 700 000 рублей в счет договора займа на ООО «Дело в радуге», 22.05.2019 – 997 800 рублей в счет инвестиций в ООО «УК НТАТ», 07.06.2019 – 500 000 рублей в счет открытия точки в ЦПКиО (Пышки) для ООО «Дело в радуге», 18.06.2019 – 786 200 руб. в счет инвестиций в ООО «УК НТАТ», 18.06.2019 – 892 500 рублей в счет инвестиций в ООО «УК НТАТ», 18.06.2019 – 892 500 рублей в счет инвестиций в ООО «УК НТАТ», 24.07.2019 – 270 000 рублей в счет договора займа на ООО «Дело в радуге». Всего 7 017 900 руб.

Вместе с тем указанным решением районного суда ФИО1 было отказано  в удовлетворении его требований, поскольку судом установлено, что  фактически сложившиеся между сторонами отношения  не свидетельствуют  о реальном заключении и исполнении  спорных договоров займа и не подтверждают  достижение тех правовых  последствий, на которые была направлена воля сторон при выдаче расписок. Суд указал на отсутствие заемных отношений между сторонами, поскольку не имеется доказательства, подтверждающих, что денежные средства переданы с условием возврата. 

  В  2023 году  ФИО1 обратился в Кировский районный суд  и иском к ФИО3 и юридическим лицам ООО «УК НТАТ», ООО «Торты ЕК», «Дело в радуге» (не действующие лица  на момент подачи  иска) о взыскании  7 017 900 руб., как неосновательного обогащения. 

Решением Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 14.03.2023 и апелляционным определением Свердловского областного суда от 22.11.2023 установлено, что ФИО3 должен был передать полученные от ИП ФИО1 по распискам денежные средства в развитие бизнеса юридическим лицам. Однако, ФИО3 не доказал факт передачи денежных средств юридическим лицам либо иное их расходование в интересах ИП ФИО9  Также судом установлено, что  поскольку  соглашение о сроке возврата денежных средств между сторонами достигнуто не было, поэтому срок возврата наступил 12.02.2022 после получения ФИО3 от ФИО1 требования о возврате денежных средств. ФИО3 должен был вернуть денежные средства ИП ФИО1 не позднее 11.03.2022, а с 12.03.2022 должник находился в просрочке.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что на момент совершении оспариваемого договора 10.02.2021, заключенного с ФИО6, у должника имелись признаки неплатёжеспособности.

Кредитор в подтверждение факта неплатежеспособности и недостаточности имущества указывает на получение должником   неосновательного обогащения, которое было взыскано с должника решением  Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 14.03.2023 и апелляционным определением Свердловского областного суда от 22.11.2023.

Однако, вопреки указаниям конкурсного кредитора, с получением неосновательного обогащения в денежной форме должник лишь должен возвратить полученное, поэтому невозврат полученного сам по себе не свидетельствует о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества. При этом судебные акты о взыскании неосновательно полученных денежных средств были приняты уже после возбуждения настоящего дела о банкротстве.

Кроме этого,  согласно представленных  суду документов, должник  имел постоянную работу и заработок, что также свидетельствует о его устойчивом финансовом состоянии. 

Так с 19.10.2021 по 10.02.2022 ФИО3  работал у ИП ФИО10 в должности  архитектора; с 24.02.2022 по 11.07.2022 в должности менеджера проектов в АО «СКБ-Контур». В соответствии с  представленной в  материалы дела справкой 2-НДФЛ заработная плата должника составляла  около 200 000  руб. 

Очевидных признаков неплатежеспособности должника либо недостаточности имущества на момент совершения оспариваемых сделок не имелось. 

Наличие задолженности перед отдельным кредитором не свидетельствует о наличии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, установленных статьей 2 Закона о банкротстве.

Обязательства  перед иными кредиторами, включенным в реестр,  требований возникли не ранее 2022. 

 Таким образом, материалами дела не подтверждено наличие у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения оспариваемых сделок.

Из содержания решения  Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 14.03.2023 и апелляционного  определения Свердловского областного суда от 22.11.2023 не следует, что должник, каким-либо образом привлекал ответчика ФИО6   к своей деятельности  либо информировал его об этом. 

Из пояснений ФИО6 спорный земельный участок приобретен им у сына по стоимости 100000 руб., данная цена обусловлена тем, что  земельный участок находился неудовлетворительном состоянии  не имел никаких  построек, кроме этого, за эту цену  ФИО3 сам приобретал указанный садовый участок. 

25.02.2021 оплата за данный земельный участок произведена в полном объеме со счета супруги ответчика ФИО11, что подтверждается    квитанцией  о свершении соответствующей  банковской операции.  При этом, ответчик указал, что денежные средства были им взяты из накоплений, полученных от продажи квартиры в 2018 году за сумму 2 100 000 руб., расположенной по адресу: 

<

...> д.**/* кв. **. 

Также ответчиком в материалы дела представлены доказательства  фактического владения указанным земельным участком: уплата взносов, коммунальных услуг,   проведение строительных  работ  по возведению дома, облагораживание территории. 

Так, в частности ФИО6,  в материалы дела представлены:  акт  выполненных работ ИП ФИО12 № 00328 от 25.06.2021  (выполнение строительно-монтажных и отделочных работ на объекте  жилого строительства   в СНТ Родник согласно  договора от 04.05.3021г.), чеки на покупку строительных материалов  в период 2021 -2022 год, УПД на покупку  и доставку материалов. 

При этом, ответчик ФИО6 не отрицает, того, что сын ФИО3  приезжал, помогал в строительстве, развлекался  снимая видео для себя.  

Доказательства, свидетельствующие о том, что при заключении спорного  договора купли-продажи между должником и  ФИО6 стороны действовали согласованно исключительно с намерением причинить вред другому лицу, в обход закона с противоправной целью, а также о мнимости спорных договоров, заключения их без намерения создать соответствующие правовые последствия, в материалах дела отсутствуют.

Доказательств наличия у оспариваемых сделок с ФИО6 пороков, выходящих за пределы оснований оспаривания подозрительных сделок по основаниям, установленным главой III.1 Закона о банкротстве, финансовым управляющим должника не представлено.

Принимая во внимание недоказанность того, что взаимоотношения между сторонами (должником и ФИО6) носили формальный характер, причинения совершением оспариваемой сделкой вреда имущественным правам кредиторов, мнимости правоотношений, наличия в сделках пороков, выходящих за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок,   суд обоснованно пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных кредитором  требований по данному эпизоду. 

 Довод апеллянта о том,  что  должник  продал участок уже с  постройками,  не указав об этом в договоре купли-продажи от 10.02.2021, что свидетельствует о сокрытии имущества судом  первой инстанции  был  исследован, верно  отклонен,  поскольку не подтверждён документально.  Представленный в материалы дела фото- и  видео- материал  также не является таким  доказательством, поскольку  представляет собой  съемку носящей исключительно информационный характер, из представленного видео невозможно определить, что  съемка происходит на спорном земельном  участке, кроме того,  нахождение   должника  на участке, принадлежащем отцу,  не выходит за рамки  обычных семейных отношений и не может являться злоупотреблением права со стороны должника.  

Довод  апеллянта о том, что земельный участок продан в 4,65 раза дешевле рыночной стоимости,  судом первой инстанции  так же верно отклонен, поскольку  право сторон по своему усмотрению определять договорную цену закреплено в статьях 421 и 424 Гражданского кодекса Российской Федерации, а продажа имущества по цене ниже рыночной сама по себе не противоречит действующему законодательству в отсутствие доказательств причинения вреда имущественным правам кредиторов. Заинтересованность лиц оспариваемой сделки в таком случае правового значения не имеет.

Далее  10.09.2023 между  ФИО6 (продавец) и  ФИО7 заключен договор купли-продажи земельного  участка,  в соответствии с которым  продавец обязуется передать  в собственность  покупателя, а покупатель  обязуется  оплатить  в порядке, размере  и сроки, установленными  договором, земельный   участок площадью 2161 кв.м. +/- 33 с кадастровым номером **:**:*******:47, расположенный по адресу: Свердловская обл., Белоярский р-н, СНТ «Родник», участок № *.

В соответствии с пунктом  2.1  договора  купли-продажи  земельного  участка  от 10.09.2023 составляет  400 000 руб. 

Конкурсный кредитор полагает, что была совершена  цепочка сделок, которая  своей  целью имела причинение  вреда правам и интересам кредиторов должника.

Рассматривая требования кредитора о признания недействительным договора купли-продажи от 20.09.2023,  заключенного  между ответчиком  ФИО13 и ФИО7    как  цепочки сделок во взаимосвязи с  договором купли продажи от 10.02.2021,  суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об отсутствии на то правовых оснований, поскольку в подтверждении финансовой возможности приобрести  спорное имущество,  а также фактически заплаченной суммы, ответчица в материалы дела представила  банковскую выписку  о снятии денежных средств 11.09.2023 в сумме 1 300 000 руб. со счета ее супруга – ФИО14.   Доказательств того, что  ответчицей в  спорный период времени было приобретено иное имущество не представлено. Указанное    подтверждается  в том числе, представленными в материалы дела выписками из ЕГРН на ответчицу и ее супруга.  

Вопреки выводам заявителя, сведений об осведомленности   ФИО7    о цели причинения вред  сделками  в материалах дела не имеется. Факт оплаты  стоимости приобретенного ей земельного участка и некапитальных построек  подтвержден, представленными в материалы дела  доказательствами. 

В отношении  наличия признаков заинтересованности  у ФИО7   по отношению к должнику, либо к ФИО6, то судом уставлено следующее. 

Как указывает ФИО7, она является добросовестным приобретателем имущества, никакой заинтересованности по отношению к продавцу имущества не имеет. С должником она никак не связана ни с его отцом. О продаже земельного участка узнала на сайте www.avito.ru.

В рассматриваемом случае совершение разовой сделки купли-продажи не свидетельствует о фактической аффилированности соответствующих лиц.

Поскольку доказательств фактической аффилированности не имеется, равно как нет и доказательств аффилированности юридической,  доводы заявителя о заключении оспариваемого договора с заинтересованными  лицами к должнику,  не являются обоснованными. 

Также в материалы дела не представлены доказательства того, что контрагент по сделке знал, либо должен был знать о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Достаточных оснований полагать, что воля сторон при совершении оспариваемой сделки была заведомо порочной и не предполагала совершение реальной сделки на возмездной основе, суд не усматривает. 

В данном случае, исследовав фактические обстоятельства спора в данной части, рассмотрев доводы и возражения участвующих в деле лиц, оценив представленные ими документы и приведенные пояснения, учитывая обстоятельства, установленные   в рамках рассматриваемого спора,   не усматривается оснований  для признания  договора купли-продажи от 20.09.2023  недействительной по заявленным основаниям.

Доказательства совершения ФИО7 сделки при злоупотреблении правами в материалах дела не содержится.

Возможность объединить должника в одну группу лиц со всеми ответчиками из материалов дела не усматривается.

Заявителем не доказано, что оспариваемые сделки совершены с целью причинения вреда кредиторам, вывода имущества, на которое может быть обращено взыскание, для чего на момент спорной сделки имелись основания. 

Доказательства, свидетельствующие о том, что при заключении спорных сделок стороны действовали исключительно с намерением причинить вред другому лицу, в обход закона с противоправной целью, в материалы дела не представлены.

Доказательств того, что воля сторон сделки была направлена на создание несоответствующих ей правовых последствий, не представлено. 

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки. 

В силу пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно пункту 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление № 25) следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Норма пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна, направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота. Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не соответствует их внутренней воле.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

В силу пункта 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна.

Как разъяснено Верховным Судом Российской Федерации в пунктах 87 и 88 Постановления № 25, прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами. Применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила.

Вместе с тем, доказательств, свидетельствующих о том, что истинная воля сторон сделки не была направлена на порождение соответствующих правоотношений; что стороны действовали исключительно с намерением причинить вред кредиторам, в обход закона с противоправной целью, а также иным образом заведомо недобросовестно осуществляли гражданские права, финансовым управляющим в материалы дела не представлено. 

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии основания для удовлетворения заявленных требований. 

Таким образом, изложенные в апелляционной жалобе доводы выводов суда первой инстанции не опровергают. 

По существу в апелляционной жалобе конкурсный кредитор излагает свое несогласие с принятым определением, что не может повлечь отмены обжалуемого судебного акта.

Иная оценка заявителем фактических обстоятельств дела, а также иное толкование положений закона не свидетельствуют о нарушениях судом первой инстанции норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход дела, и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта. 

Принимая во внимание, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения настоящего обособленного спора, а также доводы, изложенные в апелляционной жалобе, были предметом рассмотрения и исследования суда первой инстанции и им дана надлежащая правовая оценка, а также учитывая конкретные обстоятельства по спору, суд апелляционной инстанции считает, что конкурсный кредитор не доказал обоснованность заявленных требований, приведенные в апелляционной жалобе доводы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не оценены судом первой инстанции при рассмотрении дела, имели бы юридическое значение и влияли на законность и обоснованность принятого им решения. 

Нарушений норм материального и процессуального права, являющихся в силу статьи 270 АПК РФ основанием для отмены судебного акта, судом первой инстанции не допущено. 

Таким образом, определение суда первой инстанции следует оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

При подаче апелляционной жалобы на определение арбитражного суда подлежит уплате государственная пошлина в порядке и размере, определенном подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации. 

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на ее заявителя в соответствии со статьей 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 26 декабря 2024 года по делу № А60-5753/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

 И.П. Данилова 

Судьи

 Т.В. Макаров 

 Т.Н. Устюгова