СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-1257/2022(1)-АК

Дело № А60-28361/2020

17 марта 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 15 марта 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 17 марта 2022 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего  Чепурченко О.Н.,

судей                                Мухаметдиновой Г.Н., Плаховой Т.Ю.,  

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:

лица, участвующие в деле в судебное заседание представителей не направили, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу должника ФИО3

на определение Арбитражного суда Свердловской области от 29 декабря 2021 года о завершении процедуры реализации имущества гражданина-должника и не применении в отношении должника правил об освобождении от исполнения обязательств, 

в рамках дела № А60-28361/2020 о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (ИНН 

<

***>), 

 

установил:

Определением Арбитражный суд Свердловской области от 16.06.2020 принято к производству заявление ФИО3 о признании ее несостоятельной (банкротом), возбуждено дело о банкротстве. 

Решением арбитражного суда от 06.08.2020 ФИО3 (должник) признана несостоятельной (банкротом), введена процедура реализации имущества должника. Финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО2, член Ассоциации арбитражных управляющих «Сибирский центр экспертов антикризисного управления».

К участию в рассмотрении дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 привлечено Управление социальной политики Министерства социальной политики № 25 по Чкаловскому району г. Екатеринбурга, в лице Отдела опеки и попечительства по Сысертскому району и по городу Полевскому.

Объявление об открытии процедуры реализации имущества должника опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 146 (6867) от 15.08.2020, на сайте Единого федерального реестра сведений о банкротстве – 06.08.2020.

Определениями суда от 28.01.2021 срок реализации имущества продлен на два месяца, судебное заседание по рассмотрению отчета финансового управляющего назначено на 29.03.2021.

10 марта 2021 года в арбитражный суд поступило заявление финансового управляющего о завершении процедуры реализации имущества гражданина и освобождении должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов, с приложением документов. Одновременно финансовым управляющим заявлено ходатайство о перечислении с депозитного счета суда в его пользу денежных средствах в размере 25 000 руб. в счет выплаты причитающегося вознаграждения.

26 марта 2021 года АО КБ «Агропромкредит» представлено в арбитражный суд ходатайство о неприменении в отношении должника правил об освобождении от исполнения обязательств, в котором просил при завершении процедуры реализации имущества указать на неприменении в отношении должника ФИО3 правила об освобождении от исполнения обязательств по требованиям АО КБ «Агропромкредит», возникшим из кредитного договора № 

<

***> от 10.08.2012 и кредитной карты, выданной должнику по заявлению от 04.12.2012.

ООО «Лизинговый центр» поддержал позицию АО КБ «Агропромкредит».

Должником ФИО3 представлены возражения на ходатайство АО КБ «Агропромкредит» о неприменении в отношении нее правил об освобождении от исполнения обязательств, а также пояснения на заявление ООО «Лизинговый центр».

27 июля 2021 года финансовым управляющим для приобщения к материалам дела представлены анализ финансового состояния должника, заключение о наличии (отсутствии) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства, заключение о наличии (отсутствия) оснований для оспаривания сделок.

ООО «Лизинговый центр» представлен отзыв с приложениями, в котором общество просило завершить процедуру реализации имущества, не применять в отношении ФИО3 правила об освобождении от исполнения обязательств.

Представитель должника поддерживал ходатайство о завершении процедуры реализации имущества должника, с применением правил об освобождении от исполнения обязательств.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 29 декабря 2021 года  суд завершил процедуру реализации имущества ФИО3 с указанием на не применение в отношении ФИО3 правила об освобождении от исполнения обязательств.

Поручил перечислить с депозитного счета арбитражного суда арбитражному управляющему ФИО2 25 000 руб. вознаграждения финансового управляющего по указанным реквизитам.

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО3 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить в части неприменения судом правил об освобождения должника от долгов.

В обоснование апелляционной жалобы должник указывает на ошибочность выводов суда положенных в основу решения о неприменении в отношении нее правила об освобождении от исполнения обязательств. В отношении довода о принятии должником на себя заведомо неисполнимого поручительства перед банком апеллянт указывает на то, что ссылка ООО «Лизинговый центр», являющегося правопреемником банка выдавшего кредит по кредитному договору № 

<

***> от 29.03.2013, неправомерна так как в АО «Сберинвестбанк» были предоставлены верные данные; при этом отмечает, что заемщиком по кредитным обязательствам перед банком не являлась, требования предъявлены как к поручителю; обращает внимание на то, что исполнение обязательств по указанному кредитному договору обеспечено поручительством нескольких лиц и залогом недвижимого имущества, предоставление поручительства не предполагает безусловного первоочередного осуществления поручителем выплат по основному обязательству и при предоставлении поручительства поручитель вправе предполагать погашение задолженности самим заемщиком; ссылается на то, что при выдаче поручительства не только не предполагала, что дойдет до какого-либо взыскания, но и считала, что размера залогового имущества с учетом поручительств иных лиц будет достаточно для возврата кредита банку в случае неблагоприятной ситуации. Относительно нетрудоустройства полагает, что в данном случае при наличии неисполненных обязательств эпизодическое трудоустройство, не постановка на бирже труда, не может свидетельствовать о злостном уклонении должника от исполнения принятых на себя обязательств; у суда имелись достаточные данные о том, что в указанный период времени (2016-2019 годы) ФИО3 находилась в декретном отпуске по уходу за малолетним ребенком – ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ года рождения (свидетельство о рождении от 07.04.2016 серии ГУ-АИ № 702548), соответствующие данные были предоставлены суду при подаче заявления и отражены в определении о признании банкротом; ссылается на то, что в материалах дела имеются доказательства того, что несмотря на наличие малолетнего ребенка и нахождения в отпуске за его уходом, должник неоднократно пыталась трудоустроиться. Относительно предоставления АО «КБ «Агропромкредит» не достоверных сведений указывает на то, что на момент заключения кредитного договора № 

<

***> от 10.08.2012 с АО КБ «Агропромкредит» (банк) кредитов перед АО «Сберинвестбанк» и ПАО «Уральский транспортный банк» не существовало; кредиты у АО КБ «Агропромкредит», ПАО «Уральский транспортный банк» брались на пополнение оборотных средств общества и надлежащим образом исполнялись до момента отзыва лицензии у АО «Сберинвестбанк» и вынесения решения о взыскании денежных средств с меня как поручителя; в анкете банка для получения кредита было указано на наличие дохода в размере 162 645 руб. так часть суммы  получала неофициально, а также указывала сумму с учетом планируемых дивидендов от деятельности общества, собственно, на развитие которого они и брались. Ссылается на то, что при решении вопроса о выдаче кредита банк оценивал платежеспособность, представленная в банк информация могла быть проверена; неподтверждение дохода справками 2-НДФЛ само по себе не свидетельствует о том, что кредитору была предоставлена заведомо недостоверная информация в целях получения кредита; кредитная задолженность погашалась мной в период с августа 2012 года по 2014 год согласно графика, так сумма кредита перед АО КБ «Агропромкредит» по договор № 

<

***> от 10.08.2012 составляла 750 000 руб., из которых остаток долга – 699 780,21 руб. который платился и после вынесения решения о взыскании денежных средств, в связи с чем основания считать, что должник вступил в кредитные отношения, заведомо не имея цели его погасить, у суда отсутствовали.

ООО «Лизинговый центр» и АО КБ «Агропромкредит» согласно представленным отзывам против удовлетворения апелляционной жалобы возражают, ссылаясь на законность и обоснованность определения в обжалуемой части.

Письменных отзывов на апелляционную жалобу от иных лиц, участвующих в деле не поступило.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени  и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание представителей не направили, что в силу положений ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) не препятствует рассмотрению апелляционной жалобы в их отсутствии.  

Поскольку возражений относительно проверки обжалуемого судебного акта лишь в части лицами, участвующими в деле не заявлено, законность и обоснованность определения проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ только в обжалуемой части – в части неприменения правила об освобождении должника от обязательств перед кредиторами. 

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционной жалобы и письменного отзыва, проанализировав нормы материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены определения в обжалуемой части в силу следующего.

Пунктом 1 ст. 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 128-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (Закон о банкротстве) установлено, что после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина (п. 2 ст. 213.28 Закона о банкротстве).

Исходя из приведенных положений Закона о банкротстве, арбитражный суд при рассмотрении вопроса о завершении реализации имущества гражданина должен с учетом доводов участников дела о банкротстве проверить совершение финансовым управляющим действий по формированию конкурсной массы в целях расчетов с кредиторами, установить, исчерпаны ли возможности для удовлетворения требований конкурсных кредиторов за счет конкурсной массы должника. Сведения, содержащиеся в отчете финансового управляющего и в прилагаемых к нему документах, должны подтверждать указанные обстоятельства.

По результатам исследования судом представленных финансовым управляющим документов судом установлено, что имущество у должника, подлежащее включению в конкурсную массу и реализации отсутствует; должник в браке не состоит, на иждивении имеет несовершеннолетнего ребенка ДД.ММ.ГГГГ года рождения; трудовую деятельность не осуществляет, источник дохода отсутствует, является получателем ежемесячной выплаты на ребенка в возрасте от трех до семи лет; требования кредиторов включенные в реестр на общую сумму 72 640 995,06 руб. не погашались.

Придя к выводу о том, что все мероприятия процедуры реализации имущества должника выполнены, основания для дальнейшего продления процедуры отсутствуют, суд первой инстанции исходя из положений ст. 213.28 Закона о банкротстве завершил соответствующую процедуру.

В силу п. 3 ст. 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, заявленных в ходе процедур, применяемых в деле о банкротстве, за исключением требований, предусмотренных п.п. 4, 5 ст. 213.28 Закона о банкротстве, а также требований, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

Из разъяснений, данных пунктах 45, 46 постановления Пленума Верховного суда № 45 от 13.10.2015 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (постановление Пленума ВС РФ№ 45 от 13.10.2015)  следует, что согласно абзацу четвертому п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

По общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абзац пятый п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве, п. 45 вышеуказанного постановления Пленума ВС РФ № 45 от 13.10.2015).

Законом о банкротстве в п. 4 ст. 213.28 определен перечень обстоятельств, при установлении которых суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств. В частности, освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:

вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

Освобождение должника от неисполненных им обязанностей зависит от добросовестности его поведения, сотрудничества с судом и финансовым управляющим при проведении процедуры банкротства.

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (ст. 2 АПК РФ), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина и последствий признания гражданина банкротом (абз. 17, 18 ст. 2 и ст. 213.30 Закона о банкротстве), возможности заключения мирового соглашения на любой стадии рассмотрения спора (ст.ст. 138, 139 АПК РФ, абз. 19 ст. 2, ст. 213.31 Закона о банкротстве), а также с учетом вышеприведенных разъяснений постановления Пленума ВС РФ от 13.10.2015 № 45, в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на получение излишних кредитов без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

В случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие на себя заведомо неисполнимых обязательств, предоставление банку заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества, неисполнение указаний суда о предоставлении информации и тому подобное) суд, руководствуясь ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ), вправе в определении о завершении реализации имущества должника указать на неприменение в отношении данного должника правила об освобождении от исполнения обязательств.

При этом банкротство граждан, по смыслу Закона о банкротстве, является механизмом нахождения компромисса между должником, обязанным и стремящимся исполнять свои обязательства, но испытывающим в этом объективные затруднения, и его кредиторами, а не способом для недобросовестного избавления от накопленных долгов. 

Следовательно, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен недобросовестным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами.

Как следует из разъяснений, изложенных в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при наличии обоснованного заявления участвующего в деле лица о недобросовестном поведении должника либо при очевидном для суда отклонении действий должника от добросовестного поведения суд при рассмотрении дела исследует указанные обстоятельства и ставит на обсуждение вопрос о неприменении в отношении должника правил об освобождении от обязательств.

При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина до тех пор, пока не установлено обратное (п. 5 ст. 10 ГК РФ). Эта презумпция, исходя из своего содержания, влияет на распределение обязанности по доказыванию, вследствие чего финансовый управляющий, кредиторы должны доказать наличие оснований для неосвобождения должника-гражданина от обязательств.

При этом, несмотря на действие указанной выше презумпции, должник вправе дать пояснения и представлять свои доказательства, обосновывающие его добросовестное поведение при ведении процедуры банкротства. Кроме того, при определении добросовестности поведения должника суду следует принимать во внимание и причину, в результате которой возникла его неплатежеспособность.

Последовательное наращивание гражданином кредиторской задолженности может быть квалифицировано как его недобросовестное поведение, влекущее отказ в освобождении гражданина от обязательств, лишь в случае сокрытия им необходимых сведений (размер дохода, место работы, кредитные обязательства в других кредитных организациях и т.п.) либо предоставления заведомо недостоверной информации.

Из материалов дела апелляционным судом установлено, что признаков преднамеренного или фиктивного банкротства должника финансовым управляющим не выявлено.

Вступившие в законную силу судебные акты о привлечении должника к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство отсутствуют.

Заявленные кредиторами АО КБ «Агропромкредит» и ООО «Лизинговый центр» ходатайства о неприменении в отношении должника правил освобождения от обязательств мотивированы тем, что должник предоставила кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, при возникновении и исполнении обязательств действовала незаконно, злостно уклонилась от погашения кредиторской задолженности, признанной судебным решением, не предпринимала мер по надлежащему добровольному ее погашению, изменила место жительства, не уведомив об этом кредиторов. 

При оценке приведенных в ходатайствах доводов судом первой инстанции установлены следующие обстоятельства.

Между ЗАО «Сберегательный и инвестиционный банк» (Банк) и ООО «Форвуд» (заемщик) заключен кредитный договор № 

<

***> от 29.03.2013  на сумму 58 138 659,90 руб. со сроком возврата – 30.08.2019 (включительно).

В качестве обеспечения исполнения обязательств заемщика по договору были заключены следующие договоры:

- поручительство ФИО5, в соответствии с договором поручительства № Ю-33.1/2013-П от 01.04.2013;

- поручительство ФИО3, в соответствии с договором поручительства № Ю-33.2/2013-П от 01.04.2013;

- поручительство ООО «Билимбаевская вагонка», в соответствии с договором поручительства № Ю-33.3/2013-П от 01.04.2013;

- залог недвижимого имущества, принадлежащего на праве собственности ФИО5 в соответствии с договором залога недвижимого имущества № 

<

***>-3 от 29.04.2013.

Заемщик ООО «Форвуд» свои обязательства по возврату кредита своевременно не исполняло, что явилось основанием для обращения Банка с иском о взыскании с ООО «Форвуд» и поручителей задолженности по кредитному договору и обращению взыскания на заложенное имущество.

Решением Первоуральского городского суда Свердловской области от 09.12.2014 по делу № 2-1499/2014 иск ЗАО «Сберинвестбанк» удовлетворен частично; установлен факт заключения договоров, так и факты выдачи кредита, возникновение просрочки по возврату суммы кредита и по уплате процентов за пользование кредитом, а также суммы невозвращенного кредита и просроченных процентов за пользование кредитом.

С ООО «Форвуд», ООО «Билимбаевская вагонка», ФИО5, ФИО3 в пользу ЗАО «Сберинвестбанк», в лице ликвидатора Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» солидарно взыскана задолженность по кредитному договору № 

<

***> от 29.03.2013 в размере 60 686 105,57 руб.;

- взысканы с каждого из должников расходы на уплату государственной пошлины в размере 15 000 руб.;

- обращено взыскание на имущество, в соответствии с договором залога недвижимого имущества № 

<

***>-3 от 29.03.2013 определен способ реализации заложенного имущества путем его продажи с публичных торгов.

С учетом установленного реального ежемесячного дохода в размере 5 750 руб., работая директором в ООО «Форвуд» и получая ежемесячный доход в размере 3 450 руб., работая в ООО «Билимбаевская вагонка», суд правомерно указал, что ФИО3 по договору поручительства приняла на себя заведомо неисполнимые обязательства по обеспечению возврата Банку денежных средств в размере 58 000 000 руб. 

Также из материалов дела следует, что в период с 2016 по 2019 г.г. ФИО3 работала эпизодически сроком не более 1-3 месяца, официального дохода не имела, в Центре занятости населения не состояла, в связи с чем суд пришел к выводу о том, что ФИО3 намеренно не трудоустраивалась, чтобы не погашать задолженность кредиторам.  

В период ведения процедуры банкротства ФИО3 также не трудоустроилась, соответственно дохода не получает, кроме ежемесячной выплаты на ребенка в возрасте от трех до семи лет. 

При этом, как правомерно отмечено судом первой инстанции, источники получения денежных средств, для обеспечения жизнедеятельности ее и несовершеннолетнего ребенка, а также оплаты услуг представителя должником не раскрыты; требование арбитражного суда по обеспечению явки в судебное заседание ФИО3 не исполнено (определение от 28.03.2021).

Возможность обеспечения существования семьи из двух человек, в том числе несовершеннолетнего ребенка на выплачиваемое пособие родителям имеющих детей от 3 до 7 лет, учитывая нахождение в процедуре банкротстве ее матери ФИО3 и сожителя ФИО5, представляется маловероятной.

Пояснения представителя должника об отсутствии трудовой деятельности ФИО3 ввиду нахождения в тяжелом состоянии (депрессии) правомерно не приняты судом первой инстанции во внимание, учитывая отсутствие подтверждающих документов, а также неисполнение требований суда по обеспечению явки в судебное заседание.

Также из представленных в дело документов усматривается, что при получении кредита в АО КБ «Агропромкредит» должником были представлены недостоверные сведения о получаемом доходе.

В частности из материалов дела усматривается, что должником при получении кредита (кредитный договор № 

<

***> от 10.08.2012) лично подписаны анкеты-заявления на предоставление кредитов с указанием ежемесячного дохода в размере 162 645 руб., в подтверждение чего были лично представлены в Банк справки 2-НДФЛ, выданные ООО «Форвуд» (директор и учредитель – ФИО3) и ООО «Билимбаевская вагонка» (учредитель – гражданский супруг ФИО3 – ФИО5).

По судебному запросу налоговыми органами в отношении ФИО3 были предоставлены справки 2-НДФЛ за 2012 год, которые подтверждают, что реальный доход должника на дату выдачи кредита АО КБ «Агропромкредит» составлял 9 200 руб. в месяц. 

Получение должником неофициального дохода, на который указывает должник в апелляционной жалобе, документально не подтверждено (ст. 65 АПК РФ).  

Поскольку документов подтверждающих существенное увеличение фактически получаемого дохода должником в материалы дела не представлено,  указанные ФИО3 при получении кредита сведения являлись ложными и не соответствующими действительности.

При этом, как верно отмечено судом первой инстанции, должник, осуществляющий трудовую деятельность и получающий вознаграждение, при принятии на себя обязательств владел информацией о реальной сумме заработной платы, при этом скрыл ее от кредитной организации для получения выгоды.

Также из материалов дела усматривается, что в анкете-заявлении на получение кредита в АО КБ «Агропромкредит» должником было подтверждено отсутствие у него иных кредитов, а также выражено намерение на получение необходимой суммы кредита 750 000 руб.

Платежеспособность должника и размер кредита, который может быть ему предоставлен, были рассчитаны банком исходя из указанного дохода должника, с учетом того, что должник будет иметь кредиты только в АО КБ «Агропромкредит». 

Между тем, как следует из реестра требований кредиторов, через месяц после получения кредитной карты в АО КБ «Агропромкредит» (28.11.2012) должник получил кредит в размере 7 000 000 руб. в ПАО «Уральский транспортный банк», а затем еще более существенно увеличил свою кредитную нагрузку, получив в течение 2013 года в ПАО «Уральский транспортный банк» еще 500 000 руб. 

В период с августа 2012 года по ноябрь 2013 года, то есть практически в течение одного года должником были получены кредиты на общую сумму около 8 315 000 руб. (в АО КБ «Агропромкредит» и ПАО «Уральский транспортный банк»).

Согласно пояснениям Банка, если исходить из примерного расчета платежеспособности должника в целях получения такой суммы, принимая для базы расчета лишь основной долг, без начисленных процентов (8 315 000 : 60 мес. = 138 583,33 руб.), ежемесячный платеж по указанным кредитам составит уже более 138 000 руб., что в 15 раз больше ежемесячного дохода должника.

Указанное подтверждает, что при последовательном получении кредитов должник предоставлял кредиторам недостоверную информацию, в противном случае, согласно общей практике, принятой в банках для расчета суммы кредита, которая может быть предоставлена заемщику, подобная сумма никогда не могла быть им получена.

Получая в разных банках несколько кредитов, платежи по которым будут осуществляться одновременно, должник должен был самостоятельно проанализировать размер принимаемых на себя обязательств и не мог не осознавать, как размер ежемесячного платежа по кредитам будет соотноситься с его доходом.

Более того, в дальнейшем должник продолжил увеличивать свою кредитную нагрузку, заключив с ЗАО «Сберинвестбанк» договор поручительства с солидарной ответственностью за исполнение кредитного обязательства в размере 58 000 000 руб. основным заемщиком ООО «Форвуд», в котором ФИО3 являлась учредителем и директором.  

Из приведенных выше обстоятельств следует, что должником были осуществлены недобросовестные действия по последовательному наращиванию кредиторской задолженности, не соотнося ее со своим реальным доходом, что может свидетельствовать об отсутствии у ФИО3 намерений погашать полученные кредиты.

При этом судом учтены пояснения АО КБ «Агропромкредит» о том, что надлежащим образом по кредиту должником было осуществлено всего три ежемесячных платежа, после чего он перестал выходить на связь как с Банком, так и с судебными приставами-исполнителями. 

Должником было проигнорировано требование п. 4.3 кредитного договора, предусматривающего обязанность заемщика в течение 5 рабочих дней извещать Банк обо всех обстоятельствах, способных повлиять на исполнение им обязательств по договору, в том числе, о перемене места нахождения, места работы, что повлекло невозможность своевременных и эффективных мероприятий по взысканию задолженности.

Доказательств того, что должник, принимая на себя обязательства перед кредиторами, имела реальную возможность исполнить их в последующем надлежащим образом, а также ухудшение финансового состояния должника вызвано обстоятельствами, не зависящими от должника, в материалах дела отсутствуют.

Хронология возникновения включенной в реестр требований кредиторов задолженности указывает на то, что должник последовательно принимала на себя новые заведомо неисполнимое обязательства перед кредиторами, не ставя в известность новых кредиторов об уже имеющихся обязательствах и представляя недостоверные сведения о своем финансовом положении, при этом не имея намерения погашать в значительной степени возникшие долги, о чем свидетельствует также неисполнение кредитных обязательств в добровольном порядке как до, так и после взыскания по ним задолженности судебными актами. 

В рамках возбужденных исполнительных производств за весь период (7 лет – с 2013 по 2020гг.) в пользу АО КБ «Агропромкредит» взыскано лишь 20 429,49 руб., при этом, как подтверждено материалами дела, предпринимательскую деятельность ФИО3 прекратила только 13.12.2017.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что в данном случае должник, принимая на себя финансовые обязательства в течение короткого промежутка времени, последовательно наращивала кредиторскую задолженность путем получения денежных средств у различных кредиторов, не исполняя ранее возникших обязательств, создав видимость финансовой состоятельности и недобросовестно получив денежные средства, возврат которых очевидно был невозможен с учетом фактического финансового положения заемщика, принимала на себя все новые и новые обязательства, порождая ситуацию заведомой их неисполнимости, что в конечном итоге и привело к критическому моменту - моменту банкротства должника.

Как принципы потребительского банкротства, так и законодательно установленные требования к степени добросовестности должника-банкрота – таковой ситуации не допускают. Сложившаяся судебная практика применения законодательства о банкротстве граждан исходит из того, что подобное поведение должника нельзя признать добросовестным, оно формирует у граждан-должников ложное представление об истинных целях и задачах института потребительского банкротства, о возможности безосновательного освобождения от своих обязательств и потому подлежит пресечению.

Исходя из изложенных обстоятельств оснований для применения к ФИО3 механизма освобождения должника от обязательств, предусмотренного п. 3 ст. 213.28 Закона о банкротстве у суда первой инстанции не имелось.

При этом судом апелляционной инстанции учтено, что должник не осуществлял добросовестного взаимодействия с судом, требования суда при рассмотрении дела о банкротстве, обязавшего его обеспечить явку в судебное заседание, были проигнорированы должником. 

Как установлено в ходе судебных разбирательств, должник фактически длительное время находился в Краснодарском крае и осуществлял деятельность по продаже земельных участков. Указанные действия, при отсутствии постоянного места жительства и дохода, представляются маловероятными. 

Необеспечение должником явки в судебное заседание не позволило суду с достоверностью установить обстоятельства необходимости должника в получении столь значительных сумм денежных средств и их расходования в короткий промежуток времени; данные обстоятельства должником самостоятельно не раскрыты, что не соответствует стандарту добросовестного поведения должника в процедуре банкротства.

При этом апелляционный суд критически относится к утверждению должника о том, что при предоставлении поручительства она предполагала погашение задолженности самим заемщиком, иными поручителями (ФИО5, ООО «Билимбаевская вагонка»), а также за счет предмета залога, предоставленного ФИО5, учитывая что ФИО3 являлась директором и единственным участнико основного заемщика – ООО «Форвуд», ФИО5 сожителем ФИО3 и учредителем ООО «Билимбаевская вагонка». ООО «Форвуд» было исключено из ЕГРЮЛ по инициативе регистрирующего органа, как недействующее (не сдача отчетности, неуплата налогов), в марте 2018 года. 

Более того, недобросовестность поведения должника и ее роль в ведении предпринимательской деятельности взаимозависимых юридических лиц ООО «Форвуд» и ООО «Билимбаевская вагонка» подтверждается решением налогового органа Межрайонной ИФНС России № 30 по Свердловской области № 16-13/05772 о привлечении к ответственности в совершении налогового правонарушения от 28.03.2014.

Довод жалобы о том, что в период с 2016 по 2019 годы ФИО3 находилась в декретном отпуске по уходу за малолетним ребенком признан судом несостоятельным, поскольку согласно выписке по текущему счету должника просрочка исполнения кредитных обязательств началась уже с декабря 2012 года, судебные решения были вынесены в 2013 году, но так и не были исполнены.

Доводов, которые бы могли повлиять на принятое решение, в апелляционной жалобе кредитором не приведено.

По существу приведенные должником доводы свидетельствуют о несогласии с принятым судебным актом, что само по себе основанием для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены судебного акта в обжалуемой части являться не может.

С учетом приведенных выше норм права, установленных по делу обстоятельств и отраженных в апелляционной жалобе доводов, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены определения арбитражного суда от 29.12.2021 в обжалуемой части, предусмотренных ст. 270 АПК РФ.  

В удовлетворении апелляционных жалоб следует отказать. 

Подача апелляционной жалобы на обжалуемое определение государственной пошлиной не облагается.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 29 декабря 2021 года по делу № А60-28361/2020 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

О.Н. Чепурченко 

 

Судьи

 

Г.Н. Мухаметдинова 

 

 

Т.Ю. Плахова