АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

 

Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-3188/2024

23 июля 2024 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 18 июля 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 23 июля 2024 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Михайловой А.И.

судей Луговой И.М., Ширяева И.В.

при участии:

от общества с ограниченной ответственностью «Верадо»: представитель не явился;

от Дальневосточного таможенного управления: ФИО1, представитель по доверенности от 27.12.2023 № 115;

рассмотрев в проведенном с использованием системы веб-конференции судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Верадо»

на решение от 07.02.2024, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 23.04.2024 

по делу № А51-1914/2023

Арбитражного суда Приморского края

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Верадо»              (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 690012, 

<

...>, каб. 317) 

к Дальневосточному таможенному управлению (ОГРН  

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 690014, 

<

...>) 

о признании незаконным решения  

   

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Верадо» (далее – ООО «Верадо») обратилось в Арбитражный суд Приморского края с заявлением о признании незаконным решения Дальневосточного таможенного управления (далее – ДВТУ) от 10.11.2022 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №№ 10702070/060320/0046017, 10702070/060320/0046023, 10702070/110320/0048559, 10702070/120320/0048990.

Решением суда от 07.02.2024, оставленным без изменения постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 23.04.2024, обществу в удовлетворении заявленных требований отказано.

Ссылаясь в кассационной жалобе на неправильное применение судами норм материального права, несоответствие выводов, содержащихся в решении и постановлении, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, ООО «Верадо» просит принятые по делу судебные акты отменить, требования общества удовлетворить.

В отзыве на кассационную жалобу ДВТУ заявила о своем несогласии с изложенными в ней доводами, считает, что у суда округа оснований для отмены принятых по делу судебных актов не имеется.

Дело рассмотрено судом кассационной инстанции с использованием системы веб-конференции в соответствии со статьей 153.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в котором представитель управления поддержал доводы возражений на кассационную жалобу.

ООО «Верадо», надлежащим образом извещенное о времени и месте рассмотрения дела, в том числе с учетом опубликования соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, явку представителя в судебное заседание не обеспечило, что в силу части 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы в его отсутствие.

Арбитражный суд Дальневосточного округа, изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и отзыва на нее, заслушав в судебном заседании представителя ДВТУ, проверив в порядке, установленном главой 35 АПК РФ, правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, соответствие выводов судов установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, приходит к следующему.

При рассмотрении данного дела судами установлено, что в марте 2020 во исполнение контракта от 01.02.2020 № 15 PVSPRING VER-FOB, заключенного с компанией «ZHEJING SPRINGAIR GROUP CO., LTD» (продавец), в адрес общества на таможенную территорию Евразийского экономического союза из КНР на условиях FOB Шанхай ввезены товары «пленка декоративная из полимеров винилхлорида, непористая, неармированная, неслоистая, без подложки, гибкая, содержащая не менее 6 мас.% пластификаторов, толщиной не более 1 мм».

В целях таможенного оформления указанного товара общество подало в таможню ДТ №№ 10702070/060320/0046017, 10702070/060320/0046023, 10702070/110320/0048559, 10702070/120320/0048990, определив таможенную стоимость товаров по первому методу определения таможенной стоимости «по стоимости сделки с ввозимыми товарами». Товары по указанным таможенным декларациям выпущены в свободное обращение.

С целью проверки достоверности сведений, заявленных в таможенной декларации и (или) содержащихся в документах, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, в части таможенной стоимости товаров, таможенным управлением на основании статей 310, 324, 326 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза в период со 16.08.2022 года по 26.10.2022 проведена проверка документов и сведений после выпуска товаров, результаты которой оформлены актом проверки от 26.10.2023 № 10702000/211/261022/А035.

В рамках контрольных мероприятий таможенным органом в адрес общества были направлены требования о предоставлении документов и сведений от 16.08.2022 № 14-02-16/14052, от 28.09.2022 № 14-02-16/16508, от 01.09.2022 № 14-02-16/14992 в ответ на которые обществом даны пояснения, а также представлена часть запрошенных документов.

Таможенный орган в ходе таможенного контроля после выпуска товаров установил, что в сравниваемый период времени аналогичные товары того же производителя ввозились на таможенную территорию ЕАЭС с индексом таможенной стоимости 2,02 - 2,31 долл.США/кг, что на 35-43% превышает заявленный обществом уровень цен в спорных ДТ. Кроме того, на одну и ту же дату между обществом и его инопартнером были оформлены коммерческие документы на идентичный товар, содержащий различную стоимость.

Таможенным органом также выявлено, что представленные платежные документы не идентифицируется с конкретной поставкой, поскольку оплата произведена в адрес третьих лиц при отсутствии соглашения сторон о возможности перевода денежных средств конкретному лицу по соответствующим реквизитам и в противоречие с положениями китайского валютного законодательства. Также таможней было указано на представление экспортных деклараций, заполненных с нарушением таможенных правил КНР, что не позволило проверить заявленную таможенную стоимость товаров в стране вывоза.

С учетом указанных обстоятельств таможня пришла к выводу о том, что сведения о таможенной стоимости товаров, задекларированных в указанных ДТ, нельзя считать основанными на достоверной, количественно определенной и документально подтвержденной информации.

Установленное в ходе проверки послужило основанием для принятия ДВТУ решения от 10.11.2022 о внесении изменений и (или) дополнений в сведения, заявленные в спорных декларациях на товары, после выпуска товаров, скорректировав соответствующие графы таможенных деклараций в части сведений о таможенной стоимости ввезенных товаров с доначислением  дополнительных таможенных платежей.

Не согласившись с указанным решением таможенного органа, посчитав, что оно не соответствует закону и нарушает права и законные интересы в сфере внешнеэкономической деятельности, ООО «Верадо» обратилось с вышеуказанным заявлением в арбитражный суд.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды обеих инстанций пришли к выводу о том, что декларант не устранил сомнения таможенного органа относительно правомерности выбора метода определения таможенной стоимости ввозимого товара по стоимости сделки, поскольку совокупный анализ представленных пояснений и дополнительных документов не обосновал стоимостные характеристики заявленной таможенной стоимости, в связи с чем признали решение таможенного органа о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорных ДТ, соответствующим таможенному законодательству и не нарушающим прав и законных интересов общества.

Изучение обжалуемых судебных актов и доводов кассационной жалобы, исследование материалов дела, показали, что суды не допустили неправильного применения норм материального права, существенного нарушения норм процессуального права, исходили из конкретных обстоятельств дела и доводов лиц, участвующих в деле, которым дана соответствующая правовая оценка, поэтому суд округа полагает, что оснований для отмены или изменения решения суда первой и постановления апелляционной инстанций не имеется.

В силу пункта 10 статьи 38 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее – ТК ЕАЭС) таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

Определение таможенной стоимости товаров не должно быть основано на использовании произвольной или фиктивной таможенной стоимости товаров (пункт 9 статьи 38 ТК ЕАЭС).

Пунктом 15 статьи 38 ТК ЕАЭС установлено, что основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 ТК ЕАЭС.

В силу пункта 1 статьи 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров по общему правилу является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 данного Кодекса.

В пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее – постановление  Пленума ВС РФ № 49) разъяснено, что система оценки ввозимых товаров для таможенных целей, установленная Таможенным кодексом  и основанная на статье  ГАТТ VII 1994, исходит из их действительной стоимости – цены, по которой такие или аналогичные товары продаются или предлагаются для продажи при обычном ходе торговли в условиях полной конкуренции, определяемой с использованием соответствующих методов таможенной оценки. При этом согласно пункту 15 статьи 38 ТК ЕАЭС за основу определения таможенной стоимости в максимально возможной степени должна приниматься стоимость сделки с ввозимыми товарами (первый метод определения таможенной стоимости).

С учетом данных положений примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.

В то же время отличие заявленной декларантом стоимости сделки с ввозимыми товарами от ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенных органов, по сделкам с идентичными или однородными товарами, ввезенными при сопоставимых условиях, может рассматриваться в качестве одного из признаков недостоверного (не соответствующего действительной стоимости) определения таможенной стоимости, если такое отклонение является существенным.

В соответствии с пунктом 11 постановления Пленума ВС РФ № 49  отсутствие подтверждения сведений о таможенной стоимости, заявленных в таможенной декларации, а также выявление таможенным органом признаков недостоверного определения таможенной стоимости само по себе не может выступать основанием для вывода о неправильном определении таможенной стоимости декларантом, а является основанием для проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров в соответствии со статьей 313, пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС.

Одним из правил таможенной оценки является наделение таможенных органов правом убеждаться в достоверности декларирования таможенной стоимости исходя из действительной стоимости ввозимых товаров, которое реализуется при проведении таможенного контроля.

Пунктом 1 статьи 313 ТК ЕАЭС предусмотрено, что при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании, таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров).

При проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза (пункт 2 статьи 313 ТК ЕАЭС).

Пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС установлено право таможенного органа запрашивать у декларанта коммерческие, бухгалтерские документы, сертификат о происхождении товара и (или) иные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах.

Перечень запрашиваемых документов и (или) сведений определяется должностным лицом таможенного органа исходя из проверяемых сведений с учетом условий сделки с товарами, характеристик товара, его назначения, а также иных обстоятельств.

В соответствии с пунктом 3 статьи 326 Кодекса по результатам проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в отношении таможенной декларации, документов, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, сведений, заявленных в таможенной декларации и (или) содержащихся в представленных таможенным органам документах, начатой после выпуска товаров, таможенным органом принимаются решения в соответствии с настоящим Кодексом, а по результатам проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в иных случаях – в соответствии с законодательством государств-членов о таможенном регулировании.

Согласно пункту 3 статьи 112 ТК ЕАЭС после выпуска товаров изменение (дополнение) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, производится в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и (или) определяемых Комиссией, по решению таможенного органа либо с разрешения таможенного органа.

Подпунктом «б» пункта 11 Порядка внесения изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, утвержденного Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 10.12.2013 № 289 (далее – Порядок № 289), предусмотрено, что после выпуска товаров изменение (дополнение) сведений, заявленных в ДТ, производится при выявлении по результатам проведенного таможенного контроля (в том числе в связи с обращением) или иного вида государственного контроля (надзора), осуществляемого таможенными органами в пределах своей компетенции в соответствии с законодательством государств-членов: недостоверных сведений, заявленных в ДТ; несоответствия сведений, заявленных в ДТ, сведениям, содержащимся в документах, подтверждающих сведения, заявленные в ДТ; необходимости внесения дополнений в сведения, заявленные в ДТ.

При завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если представленные документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений ТК ЕАЭС, иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств-членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации (пункт 17 статьи 325 ТК ЕАЭС).

Материалами дела подтверждается, что по итогам сравнительного анализа таможенным органом выявлены значительные расхождения между заявленными сведениями о величине таможенной стоимости ввозимого товара со сведениями, имеющимися в распоряжении таможенного органа. Согласно сведениям ИСС «Малахит» выявлено, что уровень заявленной таможенной стоимости по спорным ДТ значительно ниже средних показателей стоимости идентичных/однородных товаров и составил 1,3 долл. США/кг, в то время как по данным информационно-аналитической системы в течение 90 дней до даты ввоза сравниваемых товаров индекс таможенной стоимости аналогичных товаров составил от 2,02 до 2,31 долл. США/кг, что указывает на занижение уровня заявленной таможенной стоимости относительно средних показателей стоимости идентичных/однородных товаров на 35-43%. При этом указанный уровень цен идентичных (однородных) товаров сложился по прямым поставкам между иными российскими инопартнерами и производителем товаров.

В этой связи суды обоснованно указали, что у таможни имелись законные основания для осуществления проверки заявленной таможенной стоимости и запроса у декларанта дополнительных пояснений и документов по факторам, влияющим на существенно низкую цену декларируемого товара по сравнению с ценой на идентичные или однородные товары.

Основанием для принятия решения о внесении изменений и (или) дополнений в сведения, заявленные в спорных декларациях на товары послужило непредставление декларантом таможенному органу исчерпывающих документов, сведений и пояснений, устраняющих основания для проведения проверки в совокупности с имеющейся в распоряжении таможенного органа информацией об отличии заявленного уровня стоимости товара от цен ранее оформленных однородных товаров.

Из материалов дела следует, что при таможенном оформлении ввезенного товара и в ходе контрольных мероприятий обществом в качестве подтверждающих документов по названным ДТ были представлены внешнеторговый контракт № 15 PVSPRING_VER-FOB от 01.02.2020, агентский договор № 14-А от 21.10.2014, приложения к контракту, коносаменты, инвойсы, упаковочные листы, заявления на перевод с дополнительными соглашениями, прайс-листы, ведомость банковского контроля, выписки по счетам.

В частности, в отношении товаров по ДТ № 10702070/060320/0046017 обществом представлены приложение № 11 от 11.02.2020, инвойс № VER-FOB-011 от 11.02.2020, упаковочный лист № VER-FOB-011 от 11.02.2020, заявление на перевод № 16 от 30.03.2020, дополнительное соглашение № 6 от 30.03.2020 и другие документы.

По товарам, заявленным в ДТ № 10702070/060320/0046023, обществом представлены приложение № 8 от 11.02.2020, инвойс № VER-FOB-008 от 11.02.2020, упаковочный лист № VER-FOB-008 от 11.02.2020, заявление на перевод № 16 от 30.03.2020, дополнительное соглашение № 6 от 30.03.2020, заявление на перевод № 17 от 31.03.2020, дополнительное соглашение № 7 от 31.03.2020 и другие документы.

В части товаров по ДТ № 10702070/110320/0048559 декларантом представлены приложение № 14 от 12.02.2020, инвойс № VER-FOB-014 от 12.02.2020, упаковочный лист № VER-FOB-014 от 12.02.2020, заявление на перевод № 17 от 31.03.2020, дополнительное соглашение № 7 от 31.03.2020 и другие документы.

В отношении товаров по ДТ № 10702070/120320/0048990 заявление на перевод № 17 от 31.03.2020, дополнительное соглашение № 7 от 31.03.2020 декларантом были представлены приложение № 15 от 25.02.2020, инвойс             № VER-FOB-015 от 25.02.2020, упаковочный лист № VER-FOB-015 от 25.02.2020, заявление на перевод № 17 от 31.03.2020, дополнительное соглашение № 7 от 31.03.2020, заявление на перевод № 20 от 03.04.2020, дополнительное соглашение № 10 от 03.04.2020, заявление на перевод № 23 от 03.04.2020, дополнительное соглашение № 12 от 03.04.2020, заявление на перевод № 24 от 03.04.2020, заявление на перевод № 21 от 03.04.2020, дополнительное соглашение № 11 от 03.04.2020 и другие документы.

В соответствии с пунктом 1.1 контракта продавец (компания «ZHEJING SPRINGAIR GROUP CO., LTD») продал, а покупатель (ООО «Верадо») купил товары для промышленного производства, товары народного потребления, различные виды пленку, пленки ПВХ и т.д. в соответствии с приложениями на каждую конкретную партию товара, которые являются неотъемлемой частью данного контракта. Пунктом 1.3 контракта отправителем товара в рамках данного контракта может являться третья сторона по инструкции продавца. Продавец является отправителем товара, а также может назначить отправителя и несет все затраты и риски, связанные с отгрузкой товара и его доставкой до указанного порта в стране отправления (пункт 1.4 контракта).

Проанализировав пункты 2.1, 3.1 контракта, суды установили, что общая стоимость настоящего договора 1000000 долл.США, FOB Shanghai, Ningbo, Yantian, Shenzhen, Tianjing, Qingdao (Инкотермс 2010). Покупателем производится оплата за партию товара следующим образом: - 30% предоплата с момента подписания приложения на поставку до отгрузки на судно; - 70% в течение 90 дней после отгрузки на судно (после получения коносамента). Покупатель имеет право оплатить товар до момента его поставки на территорию РФ, условия оплаты отдельной партии товаров могут быть согласованы в приложении на конкретную поставку.

На основании пункта 3.3 контракта оплата за поставляемый товар осуществляется на реквизиты продавца в соответствии с дополнением к контракту, оплата может быть произведена в адрес третьего лица.

В приложениях к контракту согласована поставка товаров «пленка декоративная из полимеров винилхлорида, непористая, неармированная, неслоистая, без подложки» различных размеров, в том числе: в приложении № 11 от 11.02.2020 на сумму 27624,40 долл. США; в приложении № 8 от 11.02.2020 на сумму 27758,63 долл. США; в приложении № 14 от 12.02.2020 на общую сумму 27819,74,38 долл. США, в приложении № 15 от 25.02.2020 на сумму 83385,18 долл. США. Аналогичная стоимость товаров была указана в инвойсах, выставленных инопартнером.

Сопоставив сведения, содержащиеся в указанных выше документах,  суды установили, что они  не соотносятся между собой ни по сумме платежа, ни по документам, указанным в графе 70 «назначение платежа», поскольку по условиям приложений № 11 от 11.02.2020, № 8 от 11.02.2020, № 14 от 12.02.202, № 15 от 25.02.2020 к контракту оплата производится покупателем в течение 60 дней с момента отгрузки товара продавцом.

Оплата товара должна быть произведена по следующим банковским реквизитам: бенефициар – компания «ZHEJING SPRINGAIR GROUP CO., LTD», банк бенефициара – Hangzhou United Rubal Commercial Bank Co Ltd.

Между тем фактически оплата стоимости товаров по ДТ                             № 10702070/060320/0046023 произведена заявлениями на перевод № 16 от 30.03.2020 на сумму 83000 долл. США на счет компании «Zhejiang Halide New Material Co.ltd», № 17 от 31.03.2020 на сумму 54650 долл. США на счет компании «NINGBO YOURLITE IMP AND EX CO.LTD.»

По ДТ № 10702070/060320/0046017 оплата ввезенного товара осуществлена заявлением на перевод № 16 от 30.03.2020 на сумму 83000 долл. США на счет компании «Zhejiang Halide New Material Co.ltd». 

По ДТ № 10702070/110320/0048559 оплата ввезенного товара осуществлена заявлением на перевод № 17 от 31.03.2020 на сумму 54650 долл. США на счет компании «NINGBO YOURLITE IMP AND EX CO.LTD.».

        По ДТ № 10702070/120320/0048990 оплата ввезенного товара осуществлена заявлениями на перевод № 17 от 31.03.2020 на сумму 54650 долл. США на счет компании «NINGBO YOURLITE IMP AND EX CO.LTD.», № 20 от 03.04.2020 на сумму 30000 долл. США на счет компании «OUBAO SECURITY TECKNOLOGY CO.LTD», № 23 от 03.04.2020 на сумму 46285,84 долл. США на счет компании «ZHEJIANG HUARONG BATTERY CO.LTD», № 24 от 03.04.2020 на сумму 100000 долл. США на счет компании «ZHEJIANG SPRINGAIR GROUP CO., LTD» (продавец по контракту), № 21 от 03.04.2020 на сумму 19642 долл. США на счет компании «ZHEJIANG JIAJIA RIDE ON CO.LTD.».

В этой связи довод таможенного органа о том, что часть платежей по спорным поставкам осуществлена в адрес третьих лиц, роль и статус которых в отношении товаров либо связь с продавцом не установлена подтвержден судами по материалам дела.

       Декларантом документов, обосновывающих объективные причины перевода денежных средств в адрес третьих лиц, не имеющих отношения к производству и продвижению данных товаров, не представлено.

       Ссылка декларанта на предусмотренное условиями дополнительного соглашения к контракту право осуществления платежей на счета третьих лиц не отменяет и не преодолевает условие о том, что неотъемлемой частью контракта являются приложения на каждую товарную партию, которыми зафиксировано соглашение сторон по оплате товара на счета продавца, а также не отменяет обязанность общества документально подтвердить заявленную таможенную стоимость количественно определяемыми документами, чего в данном случае не происходит, учитывая, что сопоставимость стоимости ввозимых товаров с размером осуществляемых валютных операций не усматривается.

Поскольку судами по материалам дела подтверждены противоречия представленных в ходе проверки документов и сведений после выпуска товаров дополнительных соглашений к контракту условиям контракта, выраженным в приложениях от 11.02.2020 № 11, от 11.02.2020 № 8, от 12.02.2020 № 14, от 25.02.2020 № 15, то по смыслу пункта 3 статьи 39 ТК ЕАЭС указанное ограничивает применение первого метода определения таможенной стоимости товаров.

Кроме того осуществление обществом валютных платежей в пользу третьих лиц, взаимоотношения которых с продавцом импортируемого товара не следуют из коммерческих и платежных документов, вступает в противоречие с действующим правовым регулированием в стране вывоза спорных товаров, а именно  письмом ФТС России от 05.08.2022                        № 16-73/44869 с приложением письма Представителя Таможенной службы Российской Федерации в Китайской Народной Республике от 03.08.2022              № 25-13-16/0805.

Таким образом, суды первой и  апелляционной инстанций обоснованно признали, что декларантом не подтвержден факт оплаты рассматриваемых партий товаров.

Между тем факт подтверждения исполнения сделки в части оплаты стоимости товара на условиях, согласованных в контракте, в рассматриваемом случае имеет существенное значение, поскольку в ходе таможенного контроля таможенный орган с использованием системы управления рисками выявил риски недостоверного декларирования, выразившиеся в отклонении заявленной таможенной стоимости товаров от ценовой информации, имеющейся в распоряжении таможни.

Оценив представленную обществом экспортную декларацию по ДТ                   № 10702070/060320/0046017, суды правомерно учли, что данный документ является одним из доказательств,  отражающих цену товара при его таможенном оформлении в стране вывоза, и в отличие от коммерческих документов (инвойс, спецификация, коммерческое предложение) оформляется не только от имени продавца, который находится в прямой коммерческой зависимости от покупателя и его интересов, но и государственными органами страны отправления.

Судами установлено, что в представленной обществом экспортной декларации имеется несоответствие данных, отраженных в представленной экспортной декларации, требованиям Порядка заполнения импортно-экспортной декларации ГТУ КНР, направленного письмом ФТС России от 15.04.2019 № 16-31/22462 (далее – Порядок заполнения) в графе «грузоотправитель на территории страны» исследуемых экспортных ДТ указан не 18-значный код (кредитоспособности) и не 10-значный код (таможенный), а произвольный из 8 знаков. Кроме того сведения о дате экспорта указаны через знак «-». В соответствии с пунктами 5 и 6 Порядка заполнения даты импорта/экспорта и декларирования состоят из 8 цифр в следующем порядке: 4 цифры - год декларирования или импорта/экспорта, 2 цифры - месяц, 2 цифры - день. Использование иных знаков и форматов даты Порядком не предусмотрено. В поле «Код порта отправки» отсутствует цифровой 6-значный код. Также в графе «Получатель груза за рубежом» указана компания «Imperial Worldwide Trading Co., Limited», роль которой документально не подтверждена в отношении исследуемых поставок.

Кроме того, согласно дополнительно представленному ДВТУ письму Представителя Таможенной службы Российской Федерации в Китайской народной республике от 16.08.2023 № 25-13-16/0871 по результатам проверки экспортных деклараций по номерам коносаментов и контейнеров, датам выпуска товаров спорные товары фактически были выпущены в КНР на экспорт по экспортным декларациям, номера которых отличаются от тех, которые представлены заявителем в материалы дела.

По товарам, заявленным в ДТ №№10702070/060320/0046023, 10702070/110320/0048559, 10702070/120320/0048990 на запросы таможенного управления обществом экспортные декларации не представлены.

Данные несоответствия не позволили таможенному органу сделать вывод о возможности использования указанной экспортной декларации в качестве документа, прошедшего официальный контроль государственного контролирующего органа страны-экспортера и подтверждающего достоверность сведений о стоимости товаров в рамках спорной ДТ в стране отправления.

При таких обстоятельствах, учитывая, что обществом факт оплаты спорных партий товара допустимыми и достоверными доказательствами не подтвержден, принимая во внимание низкий индекс таможенной стоимости ввезенного товара, отсутствие документов, обосновывающих объективный характер отличия цены ввезенного товара от ценовой информации, имеющейся в распоряжении таможни, суды сделали правомерный вывод о том, что декларант обязанность по подтверждению достоверности заявленной таможенной стоимости не исполнил, следовательно, таможенный орган в соответствии с указанными выше нормами таможенного законодательства имел безусловные основания для принятия оспариваемого решения.

В связи с изложенным суды обоснованно признали оспариваемое решение ДВТУ от 10.11.2022 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларациях на товары в части ДТ                              №№ 10702070/060320/0046017, 10702070/060320/0046023, 10702070/110320/0048559, 10702070/120320/0048990 законным.

Выводы судов мотивированы, подтверждаются представленными в материалы дела доказательствами, допустимость и достоверность которых никаких сомнений в своей совокупности не вызывает, они признаны судами достаточными для установления всех юридически значимых обстоятельств, непротиворечивы и согласуются друг с другом. В этой связи выводы судов первой и апелляционной инстанций признаются судом округа правильными, соответствующими фактическим обстоятельствам дела.

Доводы кассационной жалобы выводы судов не опровергают, по существу направлены на переоценку установленных фактических обстоятельств дела и представленных участниками спора доказательств, что в силу положений главы 35 АПК РФ не допускается при рассмотрении дела в суде кассационной инстанции.

Поскольку выводы судов сделаны с правильным применением норм материального права на основе полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены обжалуемых судебных актов, не установлено, суд кассационной инстанции не находит оснований для отмены или изменения обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение от 07.02.2024, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 23.04.2024 по делу № А51-1914/2023 Арбитражного суда Приморского края оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

 

Председательствующий судья                                           А.И. Михайлова

 

Судьи                                                                                    И.М. Луговая

И.В. Ширяев