ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 18АП-11714/2023, 18АП-11715/2023, 18АП-11716/2023

Дело № А76-4750/2019

28 сентября 2023 года

г. Челябинск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 21 сентября 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 28 сентября 2023 года.

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ковалевой М.В.,

судей Журавлева Ю.А., Калиной И.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,  рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы  открытого акционерного общества «Межрегиональная распределительная сетевая компания Урала»,  конкурсного управляющего публичного акционерного общества «Челябэнергосбыт» - ФИО2, конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Челябинское управление энерготрейдинга» - ФИО3 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 19.07.2023 по делу № А76-4750/2019 о включении требования в реестр требований кредиторов и об отказе в удовлетворении заявления о признании сделок недействительными.

В судебном заседании приняли участие:

конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Челябинское управление энерготрейдинга» ФИО3 (паспорт, определение от 23.03.2023);

представитель конкурсного управляющего АКБ «Мосуралбанк» в лице ГК «Агентство по страхованию вкладов» - ФИО4 (паспорт, доверенность от 23.08.2022, срок действия до 31.12.2023);

представители публичного акционерного общества «Россети Урала» - ФИО5 (паспорт, доверенность от 01.09.2023, срок действия до 07.08.2026), ФИО6 (паспорт, доверенность от 22.06.2022,срок действия до 31.12.2023);

конкурсного управляющего представитель публичного акционерного общества «Челябэнергосбыт» ФИО2 - ФИО7 (паспорт, доверенность от 05.10.2022, срок действия 1 год);

представитель конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «АЭС Инвест» ФИО8 - ФИО9 (паспорт, доверенность от 09.01.2023, срок 31.12.2023).

 

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 21.02.2019 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Челябинское управление энерготрейдинга» (ОГРН1117453002259, ИНН 

<

***>, далее – должник, ООО «ЧУЭТ»), возбуждено производство по делу о признании должника несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 07.05.2019 в отношении ООО «ЧУЭТ» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО8, член союза «Уральская саморегулируемая организация арбитражных управляющих».

Информационное сообщение о введении процедуры наблюдения опубликовано в официальном издании «Коммерсантъ» 08.05.2019.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 07.08.2019 ФИО8 освобожден от исполнения обязанностей временного управляющего. Временным управляющим ООО «ЧУЭТ» утвержден ФИО10, член союза «Уральская саморегулируемая организация арбитражных управляющих», ИНН 

<

***>.

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 27.09.2019 должник признан несостоятельным (банкротом) в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурным управляющим утвержден ФИО11.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 16.01.2020 конкурсным управляющим ООО «ЧУЭТ» утвержден ФИО3 (далее – конкурсный управляющий ФИО3), член союза «Уральская саморегулируемая организация арбитражных управляющих».

29.05.2019 АКБ «Мосуралбанк» обратилось в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 237 721 116 руб. 04 коп., в том числе 191 888 284 руб. 80 коп. основной долг; 45 832 831 руб. 24 коп. неустойки (вх. от 30.05.2019, требование №13).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 06.08.2019 к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечен ФИО12 (т. 1, л.д. 128).

10.07.2020 конкурсный управляющий ФИО3 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными взаимосвязанные сделки: кредитный договор № 

<

***> от 26.01.2018, кредитный договор 

<

***> от 23.04.2018, исполнительную подпись нотариуса №77АВ7850195 от 28.05.2018, а также применить последствия недействительности сделок (с учетом уточнений, т.6. л.д. 78-79) путем взыскания с АКБ «Мосуралбанк» в пользу ООО «ЧУЭТ» денежных средств в размере 104 224 609,26 руб.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 12.08.2020 объединены заявление конкурсного управляющего ФИО3 к АКБ «Мосуралбанк» и к нотариусу ФИО13 о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности и требование АКБ «Мосуралбанк» в одно производство для совместного рассмотрения (т. 5, л.д. 65).

25.09.2020 конкурсный управляющий ФИО3 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделкой – погашение задолженности в рамках исполнительного производства №10216/18/74022-ИП на общую сумму 83 571 651 руб. 41 коп., а также применить последствия недействительности сделок путем взыскания с АКБ «Мосуралбанк» в пользу ООО «ЧУЭТ» денежных средств в размере 83 571 651 руб. 41 коп.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 31.03.2021 объединены заявление конкурсного управляющего ФИО3 к АКБ «Мосуралбанк», нотариусу ФИО13 о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности, требование АКБ «Мосуралбанк» и заявление о признании недействительными перечисления денежных средств в рамках исполнительного производства в одно производство для совместного рассмотрения (т. 5, л.д. 65, т. 6, л.д. 65-66).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 25.10.2022 к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены публичное акционерное общество «Вологодская сбытовая компания» в лице конкурсного управляющего ФИО14 (далее - ПАО «Вологдаэнергосбыт»), общество с ограниченной ответственностью  «АЭС Инвест» (далее – ООО «АЭС Инвест») в лице исполняющего обязанности конкурсного управляющего ФИО8 (т. 8, л.д. 21-22).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 24.01.2023 отказано в удовлетворении ходатайства АКБ «Мосуралбанк» о выделении требования в отдельное производство (т. 8, л.д. 69-71).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 01.04.2022 заявление конкурсного управляющего ФИО3 удовлетворено в части, в удовлетворении требований АКБ «Мосуралбанк» отказано в полном объеме (т. 6, л.д. 138-143).

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.06.2022 определение от 01.04.2022 оставлено без изменения (т. 7, л.д. 77-84).

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 08.09.2022 определение суда первой инстанции от 01.04.2022 и постановление суда апелляционной инстанции от 28.06.2022 отменено, дело направлено на новое рассмотрение (т. 7, л.д. 139-143).

При новом рассмотрении определением Арбитражного суда Челябинской области от 19.07.2023 требование АКБ «Мосуралбанк» в размере 237 721 116 руб. 04 коп., в том числе: 167 691 852 руб. 70 коп. основного долга, 24 196 432 руб. 10 коп. проценты, 41 833 555 руб. 15 коп. неустойка за просроченный основной долг, 3 999 276 руб. 09 коп. неустойка за просроченные проценты признано установленным и подлежащим  включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника ООО «Челябинское управление энерготрейдинга». Отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО15 о признании сделок недействительными (вход. от 25.09.2020).

Не согласившись с вынесенным определением, ОАО «МРСК Урала», конкурсный управляющий ПАО «Челябэнергосбыт» - ФИО2, конкурсный управляющий ООО «Челябинское управление энерготрейдинга» - ФИО3 обратились с самостоятельными апелляционными жалобами, в которых просили определение суда первой инстанции отменить полностью, решить вопрос по существу.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ОАО «МРСК Урала» указывает, что  при заключении кредитных договоров с ООО «ЧУЭТ» ни АКБ «Мосуралбанк» ни должник не преследовали цель кредитного договора - пополнение оборотных средств и финансирование хозяйственной деятельности должника, поскольку целью заключения кредитных договоров между банком и членами группы было перераспределение денежных средств в группе. Кроме того, по мнению заявителя, все действия кредитора при заключении кредитного договора являются недобросовестными. Относительно признания недействительной исполнительную надпись, апеллянт поясняет, что нотариусом при совершении нотариальных действия были сознательно допущены нарушения ст. 89, 90 Основ о нотариате, а именно исполнительная надпись совершена на отдельном листе, сделка не проведена нотариусом на наличие признаков подозрительности, в том числе нотариусом не проведены обстоятельства заключения сделки, поведение сторон, небольшой срок возникновения задолженности с момента заключения договора и незамедлительность обращения кредитора за совершением исполнительной надписи после возникновения такого права. ОАО «МРСК Урала» отмечает, что судом первой инстанции сделан неверный вывод об отсутствии оснований для признания платежей, полученных от АКБ «Мосуралбанк» в рамках исполнительного производства, недействительными на основании ст. 61.3 Закона о банкротстве, поскольку условия кредитного договора 

<

***> являются нетипичными для сторон (обеспечение исполнения договора, изменены основания для досрочного взыскания кредита, внесудебное взыскание задолженности), кроме того, исполнение по кредитному договору 

<

***> от 23.04.2018 было досрочным вне графика, установленного договором, и ранее срока погашения задолженности, установленного договором. При этом, как указывает апеллянт, кредитору было известно о наличии неплатежеспособности ООО «ЧУЭТ», а также кредитор сам находится в состоянии кризиса. Вместе с тем, по мнению ОАО «МРСК Урала», возврат кредитных денежных средств по иным кредитным договорам с просрочкой был обычной практикой для ООО «ЧУЭТ». Судом первой инстанции при отказе в снижении неустойки по ст. 333 ГК РФ, не принят во внимание пункт 2 Постановления Пленума ВАС РФ №81 от 22.12.2011 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации». Кроме того, апеллянт указывает, что требования АКБ «Мосуралбанк» подлежали субординации, такой подход нашел отражение в иных делах о банкротстве членов группы МРСЭН, в частности в деле о банкротстве ПАО «Волограэнергосбыт» (№А25-845/2018).

В обоснование доводов апелляционной жалобы конкурсный управляющий ФИО2 указывает, что оспариваемая цепочка сделок направлена на финансирование ПАО «Вологдаэнергосбыт» за счет средств АКБ «Мосуралбанк» с последующим возложением ответственности по возврату кредитных средств на ООО «ЧУЭТ». Управляющий отмечает, что судом первой инстанции  не принята во внимание судебная практика (определение Арбитражного суда г. Москвы от 25.10.2019 по делу №А40-163705/2018), в котором банк оспорил сделку по выдаче кредитов обществу из группы компаний МРСЭН по основаниям причинения вреда собственным кредиторам и взыскал денежные средства с конечного получателя. Кроме того, управляющий указывает, что для АКБ «Мосуралбанк» предоставление кредитов должнику было экономически неоправданно, так как ООО «ЧУЭТ» не отвечало критериям платежеспособного заемщика, что подтверждается материалами дела.

В обоснование доводов апелляционной жалобы конкурсный управляющий ФИО3 указывает, что на момент заключения сделок кредитор был осведомлен о финансово-экономическом положении ООО «ЧУЭТ», кроме того, действительным заемщиком по кредитному договору от 26.01.2018 являлось ПАО «Вологдаэнергосбыт». По мнению конкурсного управляющего, необоснованная выдача исполнительной надписи привела к несостоятельности ООО «ЧУЭТ», а также обращение за выдачей исполнительной надписи было вызвано обстоятельствами неплатежеспособности банка и ожидаемым прекращением его банковской деятельности. С учетом вышеизложенного, действия АКБ «Мосуралбанк» являются злоупотреблением своим правом, действия банка направлены на прекращение хозяйственной деятельности ООО «ЧУЭТ». Суд первой инстанции необоснованно пришел к выводу об отсутствии необходимости понижения очередности требования АКБ «Мосуралбанк», не исследовал вопрос о наличии компенсационного финансирования, что привело к нарушению имущественных прав независимых конкурсных кредиторов должника. 

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.08.2023 апелляционные жалобы приняты к производству, судебное заседание назначено на 21.09.2023.

До начала судебного заседания от ФИО16 поступил отзыв на апелляционные жалобы с доказательством направления в адрес лиц, участвующих в деле, который приобщен к материалам дела в порядке ст. 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ). В своем отзыве заявитель согласился с выводами суда первой инстанции, пояснила, что суд первой инстанции правомерно пришел к выводу об отсутствии оснований для признания исполнительной надписи нотариуса недействительной. 

  От конкурсного управляющего АО АКБ «МосУралБанк» поступил отзыв на апелляционные жалобы с доказательством направления в адрес лиц, участвующих в деле, который приобщен к материалам дела в порядке ст. 262 АПК РФ. В своем отзыве конкурсный управляющий сообщил, что судом первой инстанции правильно применены нормы материального права, выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном и объективном исследовании имеющихся в деле доказательствах.

В судебном заседании заслушаны пояснения лиц, участвующих в деле.

Иные лица, участвующие в деле о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтового отправления, а также путем размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание представителей не направили.

В соответствии со статьями 123, 156 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся участников процесса.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд находит основания для изменения определения суда первой инстанции в части.

В соответствии со статьей 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) (далее - Закона о банкротстве), дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Из содержания статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) следует, что гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

Сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (статья 153).

Согласно пункту 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Статьей 61.9 Закона о банкротстве предусмотрено право конкурсного управляющего предъявлять иски о признании недействительными сделок, совершённых должником, в том числе по основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.

В порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ или законодательством о юридических лицах).

Как следует из материалов дела и установлено судом апелляционной инстанции, 26.01.2018 АКБ «Мосуралбанк» (кредитор) и ООО «ЧУЭТ» (заемщик) заключен договор № 

<

***> о предоставлении кредитной линии с лимитом задолженности (далее – кредитный договор от 26.01.2018 

<

***>), согласно условиям которого  кредитор обязуется открыть заемщику возобновляемую кредитную линию с лимитом задолженности 250 млн. руб. для пополнения оборотных средств на срок 26.02.2018. Выдача кредита осуществляется на ссудном счете № 4520481021000000

<

***>. Дата полного погашения кредита 26.08.2018. Проценты установлены в размере 16,5% годовых (т. 2, л.д.101-108). 

Дополнительным соглашением к договору дата погашения кредита установлена  26.03.2018 (т. 2 л.д. 109).

Цель кредитования указано должником как пополнение оборотных средств (т. 2 л.д. 143).

26.01.2018 АКБ «Мосуралбанк» принято распоряжение об открытие должнику кредитной линии с лимитом задолженности (т. 2, л.д. 161).

Должником в адрес АКБ «Мосуралбанк» направлялись заявки на получение денежных средств траншами в сумме 53 млн.руб. и 197 млн.руб., которые поступили на счет ООО «ЧУЭТ» 26.01.2018 в размере 197 млн. руб. и 29.01.2018 – 53 млн.руб. (т. 2, л.д. 144-145).

В последующем, 23.04.2018 между АКБ «Мосуралбанк»  и ООО «ЧУЭТ»  заключен договор № 

<

***> о предоставлении кредитной линии с лимитом задолженности в сумме 250 млн.руб. сроком до 23.10.2018 под 14% годовых (т. 1, л.д. 8-15, 58-65, т. 3, л.д. 83-90, т. 5, л.д. 22-29, т. 6, л.д. 27-34).

Выдача кредита отражается на ссудном счете № 4520681091000000

<

***>, транш на счет заёмщика согласно пункта 8.2. договора (п. 2.1-2.2 договора).

Размер неустойки определен в размере 0,1% от суммы просроченного платежа за каждый день просрочки.

Согласно пункту 5.14.1 кредитного договора от 23.04.2018 

<

***>, имеется поручительство физического лица ФИО12 согласно договора поручительства 

<

***>/П от 23.04.2018.

Денежные средства предоставлены должнику траншами в сумме 145 млн.руб. – 23.04.2018; 105 млн.руб. - 24.04.2018 и направлены на погашение задолженности по кредитному договору от 26.01.2018 

<

***>, что подтверждается выпиской по счету должника (т. 5, л.д. 30-31).

28.04.2018 АКБ «Мосуралбанк» выставил в адрес должника требование №19-14-9/624-1 (т. 1, л.д. 68), согласно которому должником не выполнено условие пункта 5.13 кредитного договора от 23.04.2018 

<

***>, а именно: не предоставлено в залог имущество на сумму не менее 250 млн.руб. В связи с чем, должнику необходимо в срок до 08.05.2018 включительно досрочно исполнить обязательства по кредитному договору от 23.04.2018 

<

***>. Вместе с тем, должником требование не исполнено в полном объеме.

По условиям пункта 4.11 договора № 

<

***> от 23.04.2018, в случае неисполнения заемщиком обязательств по погашению суммы основного долга и начисленных процентов по кредиту, нарушения сроков полного погашения суммы кредита и иных платежей по настоящему договору, взыскание задолженности по договору может производиться кредитором по исполнительной надписи нотариуса в соответствии с «Основами законодательства Российской Федерации о нотариате».

Воспользовавшись предоставленным правом, АКБ «Мосуралбанк» обратилось к нотариусу ФИО16 с заявлением о совершении исполнительной надписи на копии договора № 

<

***> от 23.04.2018, с установлением задолженности ООО «ЧУЭТ»  перед заявителем с приложением доказательств (т. 1, л.д. 57-65, 67-69, т. 5, л.д. 82-88).

28.05.2018 нотариусом ФИО16 совершена исполнительная надпись на копии договора № 

<

***> от 23.04.2018, устанавливающего задолженность должника перед АКБ «Мосуралбанк»  за период с 25.04.2018  по 10.05.2018 в сумме 250 958 904 руб. 11 коп., в том числе 250 000 000 руб. основной задолженности; 767 123 руб. 29 коп. процентов; 191 780 руб. 82 коп. процентов на просроченный кредит; 304 600 руб. сумма расходов, понесенных в связи с совершением исполнительной надписи (т. 1, л.д. 66), при этом 28.05.2018 в адрес должника направлено извещение о совершении данной надписи ценным письмом, полученным должником 31.07.2018 (т. 1, л.д. 70-73, т. 5, л.д.33-34, 89-93).

На основании исполнительной надписи нотариуса ФИО16 возбуждено исполнительное производство от 19.06.2018 за №10216/18/74022-ИП, предметом которого явилось взыскание с должника в пользу АКБ «Мосуралбанк» денежных средств в сумме 251 263 504 руб. 11 коп. (т. 1, л.д. 53-54, т. 5, л.д. 36-37).

Постановлением от 16.10.2019 исполнительное производство окончено, в связи с признанием должника несостоятельным (банкротом), при этом задолженность погашена на сумму 83 571 651 руб. 41 коп. (т. 5, л.д. 39-47, т. 6, л.д. 13-26).

Поскольку в установленный срок обязательства должника перед АКБ «Мосуралбанк» не исполнены, образовалась задолженность в размере 237 721 116 руб. 04 коп., согласно представленному расчету (т. 1, л.д. 16-18 оборот), что послужило основанием для подачи заявления в рамках дела №А76-4750/2019 о включении требований в реестр требований кредиторов.

Вместе с тем, конкурсным управляющим ФИО3 поданы заявления о признании указанных сделок и перечисление денежных средств в рамках исполнительного производства от 19.06.2018 за №10216/18/74022-ИП недействительными, исходя из следующего.

Фактически денежные средства, полученные ООО «ЧУЭТ» в рамках кредитного договора от 26.01.2018 

<

***> предназначались и перечислены на счет ПАО «Вологдаэнергосбыт», при этом между АКБ «Мосуралбанк» и должником уже существовали заемные обязательства, вытекающие из кредитного договора от 20.12.2017 № 4639.

В последующем ООО «ЧУЭТ» погасило задолженность по кредитному договору от 26.01.2018 

<

***>, по мнению конкурсного управляющего ФИО3, за ПАО «Вологдаэнергосбыт» путем заключения кредитного договора от 23.04.2018 

<

***>, при этом доказательств, подтверждающих возврат ПАО «Вологдаэнергосбыт», полученных от должника денежных средств не установлено.

Так, 23.04.2018 транш в сумме 145 млн.руб., должником в этот же день произведен перевод денежных средств в сумме 2 597 860 руб. 20 коп. с назначением платежа - оплата процентов по кредитному договору от 26.01.2018 № 

<

***>, в сумме 142 402 139 руб. 80 коп.; после получения транша в сумме 105 млн.руб. произведено перечисление платежей в пользу Банка в сумме 48 577 руб. 53 коп. оплата процентов по кредитному договору от 26.01.2018 № 

<

***>; 3 294 242 руб. 70 коп. оплата пени по кредитному договору от 26.01.2018 № 

<

***>; 107 459 378 руб. 97 коп. погашение основного долга.

В связи с чем, по мнению конкурсного управляющего, кредитный договор от 26.01.2018 

<

***> является притворной сделкой на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ, кредитный договор от 23.04.2018 

<

***> – мнимой сделкой на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ и, как следствие, совершение нотариусом ФИО16 исполнительной надписи, послужившей основанием для возбуждения исполнительного производства от 19.06.2018 за №10216/18/74022-ИП, в рамках которого оказано предпочтение в отношении удовлетворения требований одного кредитора при наличии не исполненных требований перед другими путем перечисления денежных средств, не соответствует требованиям Закона о банкротстве на основании статей 61.2 и 61.3.

В связи с вышеизложенным, конкурсный  управляющий  ФИО3 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании сделок недействительными.

Из материалов дела следует, что заявление о признании ООО «ЧУЭТ» несостоятельным (банкротом) принято к производству арбитражного суда 21.02.2019. Оспариваемые сделки и платежи совершены в период с 26.01.2018 по 24.10.2018, таким образом, подпадают под период подозрительности, установленный пунктами 1 и 2 статьи 61.2, 61.3 Закона о банкротстве.

 В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Условия недействительности сделок по основаниям подозрительности определены статьей 61.2 Закона о банкротстве. Пункт 1 названной статьи касается сделок, совершенных при неравноценном встречном предоставлении, пункт 2 – сделок, совершенных в целях причинения вреда кредиторам.

В соответствии с разъяснениями, данными в п.п. 5 - 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63), в силу указанной выше нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов, в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из обстоятельств, подлежащих доказыванию, суд отказывает в признании сделки недействительной.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

 Пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

Судам необходимо учитывать, что по правилам упомянутой нормы могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

 При определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно статье 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (статья 9 АПК РФ).

Согласно статье 170 ГК РФ ничтожными являются мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, и притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях.

Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота. Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»). Факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.

Согласно пункту 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Пунктом 1 статьи 10 ГК РФ установлен запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам (кредиторов должника) или создающее условия для наступления вреда (требования кредиторов могут быть не удовлетворены, в частности вследствие совершения сделки по выводу имущества из собственности должника).

Таким образом, в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом. Для признания договора ничтожным в связи с его противоречием статье 10 ГК РФ необходимо установить сговор всех сторон договора на его недобросовестное заключение с умышленным нарушением прав иных лиц или другие обстоятельства, свидетельствующие о направленности воли обеих сторон договора на подобную цель, понимание и осознание ими нарушения при совершении сделки принципа добросовестного осуществления своих прав, а также соображений разумности и справедливости, в том числе по отношению к другим лицам, осуществляющим свои права с достаточной степенью разумности и осмотрительности.

То есть злоупотребление правом должно иметь место в действиях обеих сторон сделки, что соответствует правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.09.2011 № 1795/11.

При этом добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 ГК РФ). Злоупотребление правом по своей сути есть неразумное и недобросовестное действие, имеющее своей целью причинить вред другим лицам.

В силу презумпции разумности действий и добросовестности участников гражданских правоотношений бремя доказывания этих обстоятельств лежит на утверждающей стороне.

С учетом изложенного, для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих сторон - участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Таким образом, необходимым условием для признания сделки недействительной как по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по основаниям статьи 170 ГК РФ является недобросовестность сторон сделки.

Из материалов обособленного спора следует, что Приказом Банка России от 22.06.2018 №ОД-1555 у АКБ «Мосуралбанк» в связи с неисполнением федеральных законов, регулирующих банковскую деятельность, отозвана лицензия на осуществление банковских операций.

Приказом Банка России от 22.06.2018 № ОД-1556 в АКБ «Мосуралбанк» назначена временная администрация по управлению кредитной организацией, приостановлены полномочия исполнительных органов кредитной организации.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 12.09.2018 по делу № А40-163705/2018 в отношении АКБ «Мосуралбанк» открыто конкурсное производство, обязанности конкурсного управляющего возложены на ГК «АСВ».

В рамках дела № А40-163705/2018 суд пришел к выводу об аффилированности между собой АО АКБ «Мосуралбанк», ПАО «Челябнергосбыт», ООО «ЧУЭТ», АО «Финэнергоинвест» на момент совершения сделок.

Так, в частности, согласно «Схеме взаимосвязей банка и лиц, под контролем либо значительным влиянием которых находится банк» (далее - Схема), размещенной на официальном сайте Центрального Банка Российской Федерации (http://www.cbr.ru/credit/depe№d/RB2468.pdf), «группа лиц, под контролем и значительным влиянием которой находится АКБ «Мосуралбанк» - ПАО «Вологдаэнергосбыт», АО «Роскоммунэнерго», ПАО «Архангельская сбытовая компания», АО «Межрегионсоюзэнерго» и ФИО17, совокупная доля которых составляет 92,26 % акций Банка» (т. 1, л.д. 141, т. 4, л.д. 1).

Прим этом, основные владельцы акций АКБ «Мосуралбанк»: ПАО «Вологдаэнергосбыт» - 46 % акций, АО «Роскоммунэнерго» - 26,3 % акций, ПАО «Архангельская сбытовая компания» - 19,9 % акций.

Основные владельцы акций ПАО «Вологодская сбытовая компания»: АО «Финэнергоинвест» - 19,9 % акций, ООО «ЛВЛ инвестмент групп» - 19,5% акций, ООО 4 «ПК «АСЭП» - 19,1 % акций, ООО «Центр частного права электроэнергетики» -19 % акций, ООО «М.Стайл» - 5,4 % акций. Основные владельцы акций АО «Роскоммунэнерго»: ООО «Центр частного права электроэнергетики» - 19,6 % акций, ООО «ЛВЛ инвестмент групп» - 19 % акций, ООО «М.Стайл» - 18,2 % акций, АО «Финэнергоинвест» - 18 % акций, ООО «ПК «АСЭП» - 18 % акций.

Основные владельцы акций ПАО «Архангельская сбытовая компания»: ООО «Центр частного права электроэнергетики» - 19,4 % акций, ООО «ЛВЛ инвестмент групп» - 17 % акций, ООО «Единая торгово-закупочная компания «Энергия» -15,7 % акций, АО «Финэнергоинвест» - 14,4 % акций, ООО «М.Стайл» - 14,4 % акций, ООО «АСЭП» - 7,4% акций.

Основные владельцы акций АО «Финэнергоинвест»: ПАО «Вологдаэнергосбыт» - 24,5% акций, ООО «Центр частного права электроэнергетики» - 19,8% акций, ООО «М.Стайл» - 18,6% акций, ООО «ЛВЛ инвестмент групп» - 11,3% акций, АО «Роскоммунэнерго» -10,7% акций, ПАО «Архангельская сбытовая компания» - 6,8% акций, ПАО «Хакасэнергосбыт» - 4,9% акций.

Между тем ПАО «Челябэнергосбыт» аффилировано с Банком через ООО «ЦЕНТР ЧАСТНОГО ПРАВА ЭЛЕКТРОЭНЕРГЕТИКИ» (доля 23% в ПАО «Челябэнергосбыт»), при этом ООО «ЦЕНТР ЧАСТНОГО ПРАВА ЭЛЕКТРОЭНЕРГЕТИКИ» владеет долями основных акционеров Банка ПАО «Вологдаэнергосбыт» (19%) и АО «Роскоммунэнерго» (20%).

Также необходимо отметить, что ООО «ЧУЭТ» аффилировано с Банком через ООО »М.СТАЙЛ» (доля 20 % в ООО «ЧУЭТ»), единоличным исполнительным органом которой является ФИО18. Вместе с тем ФИО18 является аффилированным с Банком лицом через ООО «ЛВЛ Инвестмент Групп», в которой ФИО18 является участником с долей 99%, а также через АО «Роскоммунэнерго», в котором ООО «ЛВЛ Инвестмент Группа» является акционером с долей 19%.

Кроме того, основные владельцы акций АО «Финэнергоинвест»: ПАО «Вологдаэнергосбыт» - 25,5% акций, ООО «Центр частного права электроэнергетики» - 19,8% акций, ООО «М.Стайл» - 18,6 % акций, ООО «ЛВЛ инвестмент групп» - 11,3 % акций, АО «Роскоммунэнерго» - 10,7 % акций, ПАО «Архангельская сбытовая компания» - 6,8 % акций, ПАО «Хакасэнергосбыт» - 4,9 % акций.

Вместе с тем, сама по себе аффилированность АКБ «Мосуралбанк»  и ООО «ЧУЭТ» не означает их недобросовестность при совершении гражданско-правовых сделок, а учитывая общие правила распределения бремени доказывания, конкурсный управляющий ФИО3, заявивший требование о признании сделок недействительными, обязан доказать недобросовестность АКБ «Мосуралбанк» и преследование им неправомерного интереса при вступлении в кредитные правоотношения с ООО «ЧУЭТ».

 Из материалов обособленного спора следует, что между АКБ «Мосуралбанк» (кредитор) и ООО «ЧУЭТ» (заемщик) сложились правоотношения из кредитного договора от 26.01.2018 

<

***> и кредитного договора от 23.04.2018 

<

***> (т. 2, л.д. 101-108, т. 5, л.д. 22-29), по условиям которых, кредитор обязался открыть заемщику возобновляемую кредитную линию для пополнения оборотных средств (пункт 1.1 договоров).

При этом к кредитному договору от 26.01.2018 

<

***>, в эту же дату заключены договоры поручительства АКБ «Мосуралбанк» с ПАО «Вологдаэнергосбыт», с АО «Роскоммунэнерго»,  с АО «Хакасэнергосбыт», по условиям которых поручители отвечают перед АКБ «Мосуралбанк» за ненадлежащее исполнение ООО «ЧУЭТ» своих обязательств по указанному договору (т. 2 л.д. 110-124).

Суд отмечает, что ранее между АКБ «Мосуралбанк» и ООО «ЧУЭТ» заключены кредитные договоры 

<

***> от 31.01.2017 (т. 3, л.д. 1-6), №4375 от 28.02.2017 (т. 3, л.д. 23-29), №4624 от 27.11.2017 (т. 3, л.д. 51-58).

Исходя из указанного, ПАО «Вологдаэнергосбыт» имеет общие экономические интересы с должником и, как следствие, дальнейшее перечисление денежных средств, полученных должником по указанному договору ПАО «Вологдаэнергосбыт».

Более того, в ходе судебного разбирательства лицами, участвующими в деле неоднократно заявлялись ходатайства об истребовании дополнительных доказательств по объединенным заявлениям (т. 1, л.д. 87-88, 92-93, т. 4, л.д. 58-59, 139, т. 6, л.д. 62, т. 8, л.д. 48-49, 56-58, 64-66), которые судом рассмотрены и удовлетворены в порядке статей 66, 159 АПК РФ.

В отношении налогоплательщиков ООО «ЧУЭТ» и ПАО «Вологдаэнергосбыт» (т. 1, л.д. 111-113, т. 5, л.д. 18, т. 6, л.д. 9, т. 8, л.д. 51-55) поступили запрашиваемые от уполномоченных органов сведения об открытых банковских счетах, в отношении которых от кредитных организаций истребованы выписки по счетам за период с 01.01.2018 по 07.05.2019.

В материалы обособленных споров от кредитных организаций поступили выписки по счетам за указанный период (т. 4, л.д. 71-101, 105-135, т. 8, л.д. 83-111), а также поступили выписки от конкурсного управляющего ФИО3, АКБ «Мосуралбанк» и конкурсного управляющего ПАО «Вологдаэнергосбыт» (т. 2, л.д. 67-84, т. 5, л.д. 30-31, т. 6, л.д. 80-95, т. 8, л.д. 42-47, 61-66, т. 8, л.д. 132-133).

Таким образом, судом первой инстанции не установлены сведения о том, что денежные средства вернулись АКБ «Мосуралбанк» по круговой схеме с аффилированными лицами, либо иным образом были использованы не на хозяйственную деятельность ООО «ЧУЭТ» и ПАО «Вологдаэнергосбыт», а также произошел вывод активов АКБ «Мосуралбанк» в преддверии его банкротства через аффилированного с ним ООО «ЧУЭТ».

Соответственно, суд первой инстанции пришел к выводу, что необычный характер действий АКБ «Мосуралбанк», ООО «ЧУЭТ» и поручителей, совершение ими нестандартных действий из обстоятельств, на которые ссылается конкурсный управляющий ФИО3, не следует.

Нормы действующего законодательства не ограничивают право юридических лиц на получение в кредитных организациях нового займа, в том числе с целью их дальнейшего направления на полное или частичное погашение ранее возникшей задолженности по кредитным договорам.

Таким образом, суд приходит к выводу об отсутствии доказательств недобросовестности должника при заключении кредитного договора от 23.04.2018 

<

***>, в том числе неправомерной цели, денежные средства по которому получены и направлены на погашение кредитного договора от 26.01.2018 

<

***>.

При этом в материалы обособленного спора представлены протоколы заседания Правления АКБ «Мосуралбанк» по вопросу заключения договора № 

<

***> от 23.04.2018 и распоряжения по указанному договору, в том числе на создание расчета резервов на возможные потери по ссудам (т. 3, л.д. 100-103, 105-106).

Кредитные отношения оформлены сторонами надлежащим образом с соблюдением необходимых согласований и разрешений, транши выдавались по заявлению ООО «ЧУЭТ», обязательства по кредитным договорам исполнялись заемщиком надлежащим образом, за просрочку исполнения обязательств заемщиком уплачена неустойка, Банк требовал надлежащего исполнения обязательств, наличие задолженности учитывалось в бухгалтерской отчетности как Банка, так и должника, что подтверждено материалами дела.

Факт наличия задолженности ООО «ЧУЭТ» перед Банком по кредитному договору № 

<

***> от 23 апреля 2018 г. установлен нотариусом при совершении нотариального действия – исполнительной надписи.

Кроме того, конкурсным управляющим ФИО3 заявлено требование о признании исполнительной надписи недействительной, в связи с ее выполнением с нарушением действующего законодательства РФ.

В соответствии со статьей 90 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, утв. ВС РФ 11.02.1993 № 4462-1 (далее – Основы нотариата), документами, по которым взыскание задолженности производится в бесспорном порядке на основании исполнительных надписей, являются:

1) нотариально удостоверенные сделки, устанавливающие денежные обязательства или обязательства по передаче имущества;

2) кредитные договоры, за исключением договоров, кредитором по которым выступает микрофинансовая организация, при наличии в указанных договорах или дополнительных соглашениях к ним условия о возможности взыскания задолженности по исполнительной надписи нотариуса;

2.1) договоры займа, кредитором по которым выступает единый институт развития жилищной сфере, и кредитные договоры, кредитором по которым на основании уступки прав (требований) выступает единый институт развития в жилищной сфере, при наличии в таких договорах займа и кредитных договорах или в дополнительных соглашениях к ним условия о возможности взыскания задолженности по исполнительной надписи нотариуса;

3) иные документы, перечень которых устанавливается Правительством Российской Федерации.

Таким образом, кредитный договор входит в Перечень документов, по которым взыскание задолженности производится в бесспорном порядке на основании исполнительных надписей.

По условиям пункта 4.11 кредитного договора № 

<

***> от 23.04.2018, в случае неисполнения заемщиком обязательств по погашению суммы основного долга и начисленных процентов по кредиту, нарушения сроков полного погашения суммы кредита и иных платежей по настоящему договору, взыскание задолженности по договору может производиться кредитором по исполнительной надписи нотариуса в соответствии с «Основами законодательства Российской Федерации о нотариате».

Соответствующее положение о возможности взыскания задолженности по исполнительной надписи нотариуса, предусмотренного непосредственно в «теле» кредитного договора, соответствует требованиям законодательства.

Воспользовавшись предоставленным правом, АКБ «Мосуралбанк» обратилось к нотариусу ФИО16 с заявлением о совершении исполнительной надписи на копии договора № 

<

***> от 23.04.2018, с установлением задолженности ООО «ЧУЭТ»  перед заявителем с приложением доказательств (т. 1, л.д. 57-65, 67-69, т. 5, л.д. 82-88).

28.05.2018 нотариусом ФИО16 совершена исполнительная надпись на копии договора № 

<

***> от 23.04.2018, устанавливающего задолженность должника перед АКБ «Мосуралбанк»  за период с 25.04.2018  по 10.05.2018 в сумме 250 958 904 руб. 11 коп., в том числе 250 млн. руб. основной задолженности; 767 123 руб. 29 коп. процентов; 191 780 руб. 82 коп. процентов на просроченный кредит; 304 600 руб. сумма расходов, понесенных в связи с совершением исполнительной надписи (т. 1, л.д. 66), при этом 28.05.2018 в адрес должника направлено извещение о совершении данной надписи ценным письмом, полученным должником 31.07.2018 (т. 1, л.д. 70-73, т. 5, л.д.33-34, 89-93).

Поскольку в рамках настоящего обособленного спора суд пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для признания кредитного договора № 

<

***> от 23.04.2018 недействительным, то соответственно, совершение исполнительной надписи нотариусом ФИО16 проведено с надлежащей проверкой всех условий сделки, при этом суд правомерно полагал, что у нотариуса ФИО16 не могло возникнуть сомнений в представленных документах с учетом требования к ООО «ЧУЭТ» о необходимости досрочного погашения задолженности АКБ «Мосуралбанк» заблаговременно.

Таким образом, с учетом вышеизложенного исполнительная надпись №77АВ7850195 совершена 28.05.2018 нотариусом ФИО13 в соответствии с требованиями законодательства, соответственно, у суда отсутствуют правовые основания для признания ее недействительной.

Согласно статьям 33, 49 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате заинтересованное лицо, считающее неправильным совершенное нотариальное действие, в частности, совершенную нотариусом исполнительную надпись, вправе подать об этом жалобу в районный суд по месту нахождения нотариальной конторы нотариуса, которая рассматривается в порядке особого производства в соответствии с гражданским процессуальным законодательством. Порядок рассмотрения заявлений о совершенных нотариальных действиях установлен главой 37 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (статьи 3 - 312).

Вопреки доводам апелляционной жалобы ОАО «МРСК Урала», заявителем не представлено доказательств признания исполнительной надписи от 28.05.2018 незаконной. Кроме того, апеллянт ранее обращался в суд общей юрисдикции с требованием к нотариусу ФИО13. об отмене исполнительных надписей и взыскании денежных средств, однако Апелляционным определением Московского городского суда от 16.05.2019 производство по гражданскому делу №2 33-1 5277/2019 прекращено.

Исходя из требований Основ законодательства Российской Федерации о нотариате (статьи 42 - 43, 89, 90, 91.1) для совершения исполнительной надписи по кредитному договору нотариусу должны быть представлены:

- документ, удостоверяющий личность лица, обращающегося за совершением исполнительной надписи (взыскателя, его представителя);

- документы, подтверждающие полномочия представителя взыскателя (если за совершением нотариального действия обратился представитель взыскателя);

-заявление взыскателя в письменной форме;

- кредитный договор (за исключением договора, кредитором по которому выступает микрофинансовая организация) с условием о возможности взыскания задолженности по исполнительной надписи нотариуса (и 2 его копии) или кредитный договор (за исключением договора, кредитором по которому выступает микрофинансовая организация) и дополнительное соглашение к нему с условием о возможности взыскания задолженности по исполнительной надписи нотариуса (и по 2 копии данных документов);  расчет задолженности по денежным обязательствам, подписанный взыскателем, с указанием платежных реквизитов счета взыскателя;

- оригинал или копия, верность которой засвидетельствована взыскателем, уведомления о наличии задолженности, направленного взыскателем должнику;

- оригинал или копия документа, верность которой засвидетельствована взыскателем, подтверждающего направление взыскателем должнику уведомления о наличии задолженности;

- документы, подтверждающие наступление срока (в том числе, определенного наступлением события) или выполнение условий исполнения обязательства (в случае, если исполнение обязательства зависит от наступления срока, в том числе определенного наступлением события, или выполнения условий).

Из содержания статьи 92 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате следует, что исполнительная надпись должна содержать:

- место совершения исполнительной надписи;

- дату (год, месяц, число) совершения исполнительной надписи;

- фамилию, имя и отчество (при наличии), должность нотариуса, совершившего исполнительную надпись, и наименование государственной нотариальной конторы или нотариального округа:

- сведения о взыскателе - юридическом лице: полное наименование, место нахождения, фактический адрес (если он известен), основной государственный регистрационный номер, дату государственной регистрации в качестве юридического лица, идентификационный номер налогоплательщика; сведения о взыскателе - физическом лице: фамилию, имя и отчество (при наличии), место жительства или место пребывания;

- сведения о должнике - юридическом лице: полное наименование, место нахождения, фактический адрес (если он известен), основной государственный регистрационный номер, дату государственной регистрации в качестве юридического лица, идентификационный номер налогоплательщика; сведения о должнике - физическом лице: фамилию, имя и отчество (при наличии), а также при наличии сведений, содержащихся в документах, представленных нотариусу, паспортные данные, адрес, дату и место рождения, место работы, а для должника, являющегося индивидуальным предпринимателем, дату и место его государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя, идентификационный номер налогоплательщика;

- обозначение срока, за который производится взыскание;

- сведения о подлежащем истребованию имуществе и его идентифицирующих признаках или сумму, подлежащую взысканию, в том числе сумму неустойки (за исключением суммы неустойки по кредитным договорам), процентов в случае, если их начисление предусмотрено договором, а также сумму расходов, понесенных взыскателем в связи с совершением исполнительной надписи;

- номер, под которым исполнительная надпись зарегистрирована в реестре;

- обозначение суммы нотариального тарифа, уплаченного взыскателем;

- подпись нотариуса, совершившего исполнительную надпись;

- печать нотариуса.

Довод ОАО «МРСК Урала» о том, что выполнение исполнительной надписи нотариуса от 28.05.2018 в виде отдельного документа не основан на нормах права, отклоняется судом. Исполнительная надпись совершена на копии документа, устанавливающего задолженность, на котором проставлена отметка о совершении исполнительной надписи нотариуса, документ прошит, пронумерован и скреплен печатью и подписью нотариуса. 

Кроме того, ОАО «МРСК Урала» указывает, что из исполнительной надписи не следует, что задолженность является бесспорной.

В силу п. 91 «Основ законодательства Российской Федерации о нотариате» исполнительная надпись совершается, если представленные документы подтверждают бесспорность требования к должнику.

Согласно п. 4.8. Кредитного договора, кредитор (Взыскатель) имеет право потребовать от заемщика (должника) досрочно возвратить часть или всю сумму кредита и уплатить проценты, неустойки в случаях, в том числе, обесценения обеспечения, угрозы утраты обеспечения или утраты обеспечения по обстоятельствам, за которые кредитор не отвечает. Указанное нарушение условий договора и изменения обстоятельств является существенным для кредитора. О своих требованиях кредитор уведомляет заемщика в порядке, предусмотренном договором.

Нотариусу были предоставлены:

- оригинал и копии договора № 

<

***> о предоставлении кредитной линии с лимитом задолженности от 23 апреля 201 8 года, заключенного между АКБ «МОСУРАЛБАНК» (АО) и ООО «ЧУЭТ»;

- заявление о совершении исполнительной надписи от АКБ «МОСУРАЛБАНК» (АО), подписанного Заместителем Председателя Правления Банка Городищ О.А.;

- требование № 19-14-9/624-l от 28.04.2018 г., из содержания которого следует, что Заемщиком - ООО «ЧУЭТ» не выполнено существенное условие Кредитного договора, предусмотренное п. 5.13, в части предоставления обеспечения в виде залога недвижимого и движимого имущества залоговой стоимостью не менее 250000000,00рублей, в срок не позднее 25.04.2018 года, в связи с чем, Банк требует досрочно исполнить обязательство по погашению задолженности по кредитному договору — возвратить всю сумму кредита и уплатить проценты за пользование кредитом в срок до 08.05.2018 (с отметкой о получении данного Требования Генеральным директором ООО «ЧУЭТ» 28.04.2018 г.);

- уведомление №19-14-9/6761 от 10.05.2020г. о просрочке исполнения обязательств по кредитному договору, содержащее ссылку на пункт 4.8 и пункт 5.13 Кредитного договора (с отметкой о получении данного Требования Генеральным директором ООО «ЧУЭТ» 10.05.2018 г.);

- расчет задолженности, содержащий платежные реквизиты счета Взыскателя.

При этом должник уведомлен нотариусом о совершенной исполнительной надписи извещением от 28.05.2018 №819 с соблюдением срока направления (в течение 3-х рабочих дней после ее совершения).

Кроме того, апеллянт (ОАО «МРСК Урала») указывает, что сделка не проведена на наличие признаков подозрительности по критериям, определенных письмом ФПА от 20.07.2018 №3577/03-16-3.

Однако, вопреки данному доводу, исполнительная надпись №77 АВ 7850195 совершена нотариусом 28.05.2018, тогда как рекомендации Федеральной нотариальной палаты, на которые ссылается апеллянт, датированы позднее - 20.07.2018 №3577/03-16-3 и не могли быть приняты к руководству нотариусом.

Довод о том, что нотариусом применены завышенные тарифы, отклоняется ввиду недоказанности. 

Указание конкурсным управляющим ФИО3 на то, что необоснованная выдача исполнительной надписи привела к несостоятельности (банкротстве) ООО «ЧУЭТ», носит предположительный характер. 

Кроме того, в рамках рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по делу №А76-4750/2019 произведена экспертиза. Как следует из заключения эксперта, основными причинами невозможности удовлетворения ООО «ЧУЭТ» требований кредиторов являются прекращение банковского финансирования,  падение выручки из-за потери ключевого потребителя — АО «Первоуральский новотрубный завод», рост управленческих расходов обособленного подразделения в г. Москва,  отвлечение реальных денежных средств (в том числе кредитных) на АО «Роскоммунэнерго» и ПАО «Вологодская сбытовая компания» на приобретение неликвидных активов.

Финансовое состояние ООО «Челябинское управление энерготрейдинга», по мнению эксперта, ухудшилось в результате сделок, совершенных в предыдущие три года с АЛНАС, ПНТЗ, Уфалейникель, АО «Роскоммунэнерго», ПАО «Вологодская сбытовая компания».

Таким образом, оснований для признания исполнительной надписи нотариуса №77АВ7850195 от 28.05.2018, исходя из вышеизложенных обстоятельств, не имеется. 

В силу пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий:

сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки;

сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки;

сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами;

сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи и совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана арбитражным судом недействительной, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 настоящей статьи, или если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Предполагается, что заинтересованное лицо знало о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества, если не доказано обратное.

Цель нормы статьи 61.3 Закона о банкротстве - защитить интересы кредиторов против уменьшения конкурсной массы должника, которое может возникнуть в результате недополучения должником причитающегося ему имущества или выбытия имущества должника в интересах одного из кредиторов в нарушение очередности удовлетворения требований кредиторов должника (определение ВАС РФ от 23.11.2010 № ВАС-14769/10).

 Из материалов обособленного спора следует, что дело о банкротстве должника возбуждено определением от 21.02.2019, денежные средства со счета ООО «ЧУЭТ» списаны в пользу АКБ «Мосуралбанк», в  том числе в рамках исполнительного производства от 19.06.2018 за №10216/18/74022-ИП (т. 6, л.д. 111).

При таких условиях спорные платежи совершены в пределах шести месяцев до возбуждения дела о банкротстве, в связи с чем, оспаривание таких платежей осуществляется по правилам абзаца пятого пункта 1 и пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

По смыслу названной нормы для квалификации платежа на предмет действительности суду необходимо установить два ключевых обстоятельства:

- оказано ли предпочтение лицу, получившему исполнение, то есть нарушены ли при удовлетворении его требования принципы пропорциональности и очередности по сравнению с иными кредиторами должника;

- должно ли названное лицо было знать о неплатежеспособности (недостаточности имущества должника) в указанный момент, то есть, знало ли оно о нарушении по отношению к нему названных принципов.

При отсутствии одного из названных обстоятельств заявленные требования не подлежат удовлетворению.

На основании представленных конкурсным управляющим ФИО3 доказательств установил, что на момент исполнения обязательства перед АКБ «Мосуралбанк» должник имел задолженность перед иными кредиторами.

Таким образом, формально предпочтение оказано АКБ «Мосуралбанк».

Наличие осведомленности АКБ «Мосуралбанк» должна быть подтверждена конкурсным управляющим надлежащими доказательствами в силу статьи 65 АПК РФ.

При решении вопроса об осведомленности кредитора об указанных обстоятельствах во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В абзацах пятом и шестом пункта 12 Постановления №63 разъяснено, что получение кредитором платежа в ходе исполнительного производства, или со значительной просрочкой, или от третьего лица за должника, или после подачи этим или другим кредитором заявления о признании должника банкротом само по себе еще не означает, что кредитор должен был знать о неплатежеспособности должника.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Обзоре судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016 в редакции от 26.12.2018, удовлетворяя требования кредитора в рамках своей обычной хозяйственной деятельности, должник не дает такому лицу разумных оснований сомневаться в правомерности своих действий. В связи с этим на добросовестного кредитора, которому не должно было быть известно о получении им предпочтения перед иными кредиторами, не возлагаются негативные последствия, которые предусмотрены пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Таким образом, выяснение добросовестности кредитора, чьи требования удовлетворяются должником непосредственно до или после обращения кредиторов в суд с заявлением о признании должника банкротом, является ключевым для рассмотрения подобного рода споров. Осведомленность либо неосведомленность кредитора об указанных выше обстоятельствах является вопросом, связанным с установлением и оценкой фактов по делу.

В абзаце 4 пункта 14 Постановления №63 обращено внимание судов на то, что при определении того, была ли сделка совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности должника, следует учитывать, что таковой является сделка, не отличающаяся существенно по своим основным условиям от аналогичных сделок, неоднократно совершавшихся до этого должником в течение продолжительного периода времени.

К таким сделкам, в частности, с учетом всех обстоятельств дела, могут быть отнесены платежи по длящимся обязательствам (возврат очередной части кредита в соответствии с графиком, уплата ежемесячной арендной платы, выплата заработной платы, оплата коммунальных услуг, платежи за услуги сотовой связи и Интернет, уплата налогов и т.п.).

Не могут быть, по общему правилу, отнесены к таким сделкам платеж со значительной просрочкой, предоставление отступного, а также не обоснованный разумными экономическими причинами досрочный возврат кредита.

С учетом вышеприведенных фактических обстоятельств, поскольку оспариваемые перечисления денежных средств направлены на прекращение обязательства перед АКБ «Мосуралбанк» как вне, так и в рамках именно исполнительного производства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии правовых оснований для признания спорных перечислений в размере 103 981 417 руб. 48 коп. недействительными сделками по основаниям, предусмотренным пунктом 3 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а лишь выражают несогласие с ними, что само по себе не является основанием для признания определения необоснованным, в связи с чем, апелляционный суд полагает, что доводы жалобы направлены исключительно на переоценку выводов суда первой инстанции, основанных на надлежащим образом проверенных и оцененных судом обстоятельствах и доказательствах по делу, и не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение и влияли на законность и обоснованность определения первой инстанции.

При таких обстоятельствах, оснований для отмены определения суда первой инстанции в части отказа в признании сделок недействительными и удовлетворения жалоб не имеется. Суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО3 о признании сделок недействительными. 

В части включения требований АКБ «Мосуралбанк» в реестр требований кредиторов суд апелляционной инстанции находит основания для изменения определения суда первой инстанции.

В рамках кредитного договора № 

<

***> от 23.04.2018 за ООО «ЧУЭТ» образовалась задолженность в размере  237 721 116 руб. 04 коп., в том числе: 167 691 852 руб. 70 коп. основного долга, 24 196 432 руб. 10 коп. проценты, 41 833 555 руб. 15 коп. неустойка за просроченный основной долг, 3 999 276 руб. 09 коп. неустойка за просроченные проценты.

В соответствии с пунктом 1 статьи 819 ГК РФ, по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуется предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты за нее.

Заемщик, получивший кредит, обязан возвратить полученную сумму и оплатить проценты на нее (ст. 810 ГК РФ).

Материалами дела установлено, что заемщик не исполнил свои обязательства по погашению кредита и платежей по кредиту в полном объеме, в том числе в рамках исполнительного производства от 19.06.2018 за №10216/18/74022-ИП. 

С учетом вышеизложенных обстоятельств кредитор обратился с заявление о включении требований в размере 237 721 116 руб. 04 коп. в реестр требований кредиторов. 

В апелляционных жалобах апеллянты указывают, что кредитору было известно о наличии неплатежеспособности ООО «ЧУЭТ», а также кредитор сам находится в состоянии кризиса. Судом первой инстанции при отказе в снижении неустойки по ст. 333 ГК РФ, не принят во внимание пункт 2 Постановления Пленума ВАС РФ №81 от 22.12.2011 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации». Кроме того, апеллянт указывает, что требования АКБ «Мосуралбанк» подлежали субординации, такой подход нашел отражение в иных делах о банкротстве членов группы МРСЭН, в частности в деле о банкротстве ПАО «Волограэнергосбыт» (№А25-845/2018). Для АКБ «Мосуралбанк» предоставление кредитов должнику было экономически неоправданно, так как ООО «ЧУЭТ» не отвечало критериям платежеспособного заемщика, что подтверждается материалами дела.

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, определенным статьей 71 Закона о банкротстве. Для целей участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение тридцати календарных дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения. 

Указанные требования направляются в арбитражный суд, должнику и временному управляющему с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований (пункт 1 статьи 71 Закона о банкротстве). Судом проверяются обоснованность заявленных требований,  определяется их размер и характер относимости к денежным обязательствам.

Обстоятельства аффилированности кредитной организации и должника материалами рассматриваемого обособленного спора не опровергнуты.

В рамках дела о банкротстве ПАО «ЧУЭТ» судом исследовалась структура и специфика правовых и экономических связей, существовавших между должником и кредитной организацией, установлено, что ПАО «ЧУЭТ» и АКБ «Мосуралбанк» входили в единую экономическую группу, объединенную общностью экономических интересов и подчиненную воли одних и тех же лиц.

Арбитражным судом Карачаево-Черкесской Республики в определении от 15.01.2019 г. по делу № №5-605-44/2018 установлено, что АКБ «Мосуралбанк» входило в группу лиц АО «Межрегионсоюзэнерго» (МРСЭН), к которой относится, в частности, ряд энергосбытовых компаний — ООО «ЧУЭТ», ПАО «Вологодская сбытовая компания», ПАО «Хакасэнергосбыт», АО «Роскоммунэнерго», ПАО «Челябэнергосбыт», ПАО «Архэнергосбыт» и другие.

Данная информация установлена судами в рамках рассмотрения дел о банкротстве иных сбытовых компаний, входивших в группу МРСЭН: ПАО «Вологодская сбытовая компания» (№А25-846/2018), АО «Роскоммунэнерго» (№A25-605/2018), АО «Хакасэнергосбыт» (№А74-5805/2О18), ПАО «Архэнергосбыт» (№A25-2825/2017), ПАО «Челябэнергосбыт» (№ А76-32823/2018).

Определением Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 21.08.2018 по делу № №5-2825/2017 о банкротстве ПАО ««Архэнергосбыт» установлено, что бизнес-модель АКБ «Мосуралбанк» носила выраженный кэптивный характер и была ориентирована на обслуживание интересов его акционеров и аффилированных с ними лиц. Кредитование заемщиков и осуществление сделок с лицами, связанными с бенефициарами кредитной организации, привело к образованию на его балансе значительного объема проблемных активов.

Судом первой инстанции указано, что выдача кредитов относится к обычной деятельности банка. При этом банк, даже если он входит в группу компаний с иными организациями и имеет признаки аффилированности с отдельными заемщиками, ведет обособленную от группы, четко регламентированную законом финансовую деятельность по специальным правилам, которая контролируется Банком России.

Однако в рассматриваемом случае необходимо  учитывать последовательность действий Банка и должника по заключению договора на ухудшающих положение должника условиях.

26.01.2018 между АКБ «Мосуралбанк» и ООО «ЧУЭТ» заключен Договор о предоставлении кредитной линии с лимитом задолженности № 

<

***>  на срок до 26.02.2018 (т.е. на 1 мес.), по ставке 16,5  процентов  годовых.

 26.02.2018 стороны подписали дополнительное соглашение № 1, которым продлили дату полного погашения выданного кредита до 26.03.2018 (т.е. еще на 1 мес.).

В материалы дела предоставлена служебная записка АКБ «Мосуралбанк» от 05.04.2018 (т.2 л.д.146), из которой следует, что по состоянию на 05.04.2018 Заемщиком ООО «ЧУЭТ» допущена просрочка по возврату кредита по Договору № 

<

***> в размере 252 925 007,52 руб. (из которых 249 861 518,77 руб. — основной долг).

В дальнейшем, АКБ «Мосуралбанк» и ООО «ЧУЭТ заключают Договор о предоставлении кредитной линии с лимитом задолженности от 23.04.2018 

<

***>, в соответствии, с условиями которого Банк предоставил должнику кредит в размере 250 000 000 руб. для пополнения оборотных средств на срок до 23.10.2018 (т.е. на 6 мес.), по ставке 14 % годовых. В целях обеспечения исполнения договора был заключен договор поручительства № 

<

***>/П от 23.04.2018 на сумму в размере 250 000 000,00 руб. с ФИО12.

При этом в отличие от предыдущих кредитных договоров в договоре 

<

***> предусмотрено обеспечение в виде залога, а также возможность в кратчайшие сроки досрочного истребования оплаты кредитного договора, в связи с не предоставлением залога, возможность внесудебного взыскания через исполнительную надпись нотариуса. Данные условия значительно ухудшали положение должника по сравнению с предыдущими кредитными договорами, в частности по сравнению с условиями кредитного договора 

<

***> от 26.01.2018.

Кредитные денежные средства были перечислены двумя траншами 23.04.2018 в сумме 145 000 000 руб. и 24.04.2018 в сумме 105 000 000 руб. на расчетный счет должника (т.2, л.д. 83,84). Указанные транши в тот же день были возвращены Банку в счет погашения кредита по Договору №2 

<

***> от 26.01.2018. Таким образом, денежные средства находились под контролем банка.

25.04.2018 наступает срок предоставления в залог движимого и недвижимого имущества залоговой стоимостью 250 млн. руб. При этом должник на момент заключения сделки не имел имущество на указанную сумму, о чем не мог не знать АКБ «Мосуралбанк», поскольку обладал бухгалтерской отчетностью должника. Также в материалах дела имеются анкеты ООО «ЧУЭТ», которые последний предоставлял в банк при подаче заявки на заключение кредитного договора, в которой подтверждал, что владеет только нежилым помещением и автомобилем Тойота (т.2 л.д. 137, т.З л.д.59).

28.04.2018 АКБ «Мосуралбанк» направляет должнику требование о досрочном возврате кредитной задолженности, в связи с тем, что должником не предоставлено имущество в качестве залога.

10.05.2018 АКБ «Мосуралбанк» направляет должнику уведомление о просрочке досрочно за истребованной суммы кредита.

28.05.2018 исполнительной надписью №77АВ7850195 нотариуса установлено взыскание в пользу АКБ «Мосуралбанк» с ООО «ЧУЭТ» неуплаченной в срок суммы займа по договору 

<

***> за период с 25.04.2018 по 10.05.2018 года, в том числе задолженности в размере 250 958 904 руб. 11 коп.

Согласно выписке ООО «ЧУЭТ» по расчетному счету в АКБ «Мосуралбанк» №40702810410000001365 (т.2 л.д.70-84) установлено, что после получения денежных средств по Договору № 

<

***> были произведены следующие перечисления:

- 26.01.2018 в адрес ООО «ЧУЭТ» денежные средства в размере  197 000 000 руб. Назначение платежа: Выдан транш № 

<

***> tr 1 от 26.01.18 по КД 

<

***> от 26.01.2018г. согласно распоряжения кредитного управления от 26.01.2018.

- 26.01.2018 в адрес ПАО «Вологодаэнергосбыт» денежные  средства в размере  197 000 000 руб. Назначение платежа: Внесение на торговый счет финансового обеспечения для расчетов на ОРЭМ на покупку эл/эн (мощности) согласно агентского договора 6/н от 09.012018г. без напога (НДС).

- 29.01.2018 в адрес ООО «ЧУЭТ» денежные средства в размере   53 000 000 руб. Назначение платежа: Выдан транш № 

<

***> tr 2 от 29.01.18 по КД 

<

***> от 26.01.2018г. согласно распоряжения кредитного управления от 29.01.2018.

- 29.01.2018 в адрес ПАО «Вологодаэнергосбыт» денежные средства в размере   53 000 000 руб. Назначение платежа: Внесение на торговый счет финансового обеспечения для расчетов на ОРЭМ на покупку эл/эн (мощности) согласно агентского договора 6/н от 09.01.2018г. без налога (НДС).

Предоставление кредитов направлено на финансирование ПАО «Вологдаэнергосбыт» (поручитель по кредитному договору) за счет средств АКБ «МОСУРАЛБАНК» (АО) с последующим возложением ответственности по возврату кредитных средств на ООО «ЧУЭТ».

ООО «ЧУЭТ» перечисляя денежные средства в ПАО «Вологодаэнергосбыт» в назначении платежа ссылалось на агентский договор б/н от 09.01.2018г. 

По условиям агентского договора №б/н от 09.01.2018г. ПАО «Вологдаэнергосбыт» (принципал) поручает ООО «ЧУЭТ» (агенту) от имени и за счет ПАО «Вологдаэнергосбыт» оказать последнему услуги, связанные с обеспечением деятельности на оптовом и розничном рынках электрической энергии и мощности. 

В рамках дела о банкротстве ПАО «Вологдаэнергосбыт» (№А25-846-708/2018) агентский договор от 09.01.2018 и банковские операции по перечислению денежных средств с расчетных счетов ПАО «Вологдаэнергосбыт» в пользу ООО «ЧУЭТ» в размере 1 250 420 000 руб., совершенных в его исполнение, признаны недействительными (ничтожными) сделками без применения реституционных последствий (Определение АС КЧР от 17.03.2022г.).  

Судом из содержания выписок о движении денежных средств, представленных в материалы обособленного спора, в том числе, в электронном виде, установлено, что между ПАО «Вологдаэнергосбыт» и ООО «ЧУЭТ» совершались многочисленные встречные банковские транзакции, фактически направленные на транзитное перераспределение денежных средств внутри группы взаимосвязанных компаний холдинга «Межрегионсоюзэнерго». При совершении соответствующих платежей стороны ссылались на различные соглашения и договоры, в том числе, на агентский договор от  09.01.2018.

Определением Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 15.01.2019 г. по делу № 25-605-44/2018 агентский договор и договор цессии признаны мнимыми, а перечисления в рамках таких договоров — распределением денежных средств внутри группы компаний и ООО «ЧУЭТ» отказано во включении в реестр требований кредиторов АО «Роскоммунэнерго» требований, вытекающих из указанных договоров.

Таким образом, денежные средства, которые ООО «ЧУЭТ» получил у АКБ «МОСУРАЛБАНК» (АО), были предоставлены по агентскому договору от 09.01.2018 Обществу «Вологдаэнергосбыт» и потрачены последним на собственные нужды.

В то же время, за счет перекредитования (заключения кредитного договора 

<

***> от 23.04.2018г. для погашения обязательств по кредитному договору 

<

***> от 26.01.2018) произошло выбытие поручившихся за заемщика сторон по кредитному договору 

<

***> от 26.01.2018. 

Таким образом, стороны взаимосвязанных сделок осознавали, что реальным получателем кредитных средств является ПАО «Вологдаэнергосбыт». 

В связи с чем, взыскание с ООО «ЧУЭТ» в пользу АКБ «Мосуралбанк» денежных средств является фактическим возложением ответственности по возврату кредитных средств на ООО «ЧУЭТ» за ПАО «Вологдаэнергосбыт». 

Исходя из позиции высшей судебной инстанции (Определение ВС РФ от 04.10.2017 г. по делу У2З04-ЭС17-11489(2), МО-14296/2015) транзитный характер перечислений, повлекший внутригрупповое перераспределение денежных средств между аффилированными лицами, не приводит к возникновению у должника обязательств.

Вышеизложенное свидетельствует о согласованных действиях АКБ «Мосуралбанк» и ООО «ЧУЭТ» по выводу денежных средств из ООО «ЧУЭТ» и искусственному формированию задолженности ООО «ЧУЭТ».

Кроме того, Определением Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 21.08.2018 г. по делу № А25- 2825/2017 установлено, что АКБ «Мосуралбанк» по состоянию на 20.12.2017 г. находился в предбанкротном состоянии (в июне 2018 г. АКБ «Мосуралбанк» признан банкротом).

Необходимо учитывать и выводы,  сделанные в рамках дел о банкротстве обществ группы АО «Межрегионсюзэнерго», о структуре данной группы и о роли АКБ «Мосуралбанк» в качестве финансового центра, в частности. Так, в рамках дела о банкротстве АО «Роскоммунэнерго» при рассмотрении заявления конкурсного управляющего о субсидиарной ответственности судом установлено (определение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской республики от 03.08.2022, постановление 1 Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.11.2022 по делу №А25-605/2018), что группа «Межрегионсюзэнерго» представляла собой единую бизнес-структуру энергосбытовых компаний, являлась горизонтально интегрированным холдингом, в котором само общество АО «Межрегионсюзэнерго» выступало в качестве центра принятия управленческих решений и распределения финансирования, а признанный банкротом Московско-Уральский акционерный коммерческий банк выступал в роли финансового центра холдинга, ярко выраженный кэппшвный характер.

Фактически, каждая из компаний группы имела доли участия в уставном капитале иных компаний (при отсутствии иных, «независимых» участников в капитале), в состав единоличных и коллегиальных органов управления обществ входили одни и те же лица. Действия каждой из организаций, входивших в холдинг, и всей их совокупности преследовали единые экономические цели.

Подобная схема корпоративного управления, при которой доли участия как в отдельных компаниях холдинга, так и самого центра принятия управленческих решений, принадлежат не конкретным физическим лицам, а самим компаниям —элементам холдинга, позволяет скрывать сведения о конечных бенефициарах всей группы компаний, выстраивать «корпоративную вуаль» в целях избежания возможности привлечения собственников бизнеса к субсидиарной ответственности по его обязательствам.

Основные компании холдинга, генерировавший основной объем валовой выручки всей холдинговой группы: АО «Роскоммунэнерго», ПАО «Вологдаэнергосбыт», АО «Хакасэнергосбыт», ПАО «Челябэнергосбыт», ПАО «Архэнергосбыт».

Из указанного следует, сделки, совершаемые Банком и обществами группы АО «МРСЭН», не являлись обычной хозяйственной деятельностью и не отвечали тем целям, которые декларировались сторонами при заключении сделок с банком.

АКБ «Мосуралбанк» предоставляло кредитование должнику, в то время как ООО «ЧУЭТ» не отвечало критериям платежеспособного заемщика, что подтверждается документами банка. 

Полученные по кредитному договору № 

<

***> от 23.04.2018 денежные средства в размере  145 млн.       руб. и  105 млн.          руб. были перечислены на расчетный счет          Заемщика (№40702810410000001365) 23.04.2018 и 24.04.2018. 

Как следует из материалов дела (т.3л.д.-101) АКБ «Мосуралбанк» 23.04.2023г. одобрил выдачу кредита соответствующим распоряжением. При этом Банк оценил возможность потери по ссуде в 21% от суммы кредита  и отнес качество обслуживания кредита и финансового положения заемщика к III категории. 

Из материалов дела (т.3л.д.-100) следует, что после выдачи кредита по предписанию Банка России (№36-10-5-1/7557дсп от 26.04.2018г.) АКБ «Мосуралбанк» распоряжение 27.04.2023г. переквалифицировал категорию качества РВПС (резервы на возможные потери по ссудам) ООО «ЧУЭТ» с III категории на V категорию. 

При этом, согласно положению Банка России от 26 марта 2004 года №254-П «О порядке формирования кредитными организациями резервов на возможные потери по ссудам, по ссудной и приравненной к ней задолженности» классификация выданных банком кредитов осуществляется по пяти категориям качества, из которых: 

- III категория (сомнительные ссуды) - значительный кредитный риск (обесценение в размере от 21% до 50%); 

- V (низшая) категория (безнадежные ссуды) - отсутствует вероятность возврата кредита в силу неспособности или отказа заемщика выполнять обязательства по ссуде, что обусловливает полное (в размере 100%) ее обесценение. 

Таким образом, АКБ «Мосуралбанк» подтверждена изначальная оценка кредитного риска как значительную. Банк еще 23.04.2018г. оценил  возможность потери по ссуде в 21% от суммы кредита. 

Понижение категории качества обслуживания долга осуществлено на основании финансового состояния должника. 

Для АКБ «МОСУРАЛБАНК» (АО) предоставление Должнику кредитных средств было экономически неоправданно. Указанным подтверждается, что действительной целью сторон являлось - возложение обязательств заемщика на ООО «ЧУЭТ» при  фактическом финансировании ПАО «Вологдаэнергосбыт».  

В конце 2017 года в группе МРСЭН начались финансовые трудности и ощущалась потеря ликвидности. Все члены группы МРСЭН находились в кризисном состоянии, включая поручителей по кредитному договору 

<

***> от 26.012018 (ПАО «Вологдаэнергосбьп», АО «Роскоммунэнерго», АО «Хакасэнергосбыт»), и отвечали признакам неплатежеспособности.

Поэтому целью заключения договора 

<

***> от 23.04.2018 взамен кредитного договора 

<

***> от 26.01.2018 с обеспечением в виде трех договоров поручения с поручителями-банкротами, было полное погашение задолженности по договору 

<

***> и скорейшее получение денежных средств минуя необходимость судебного взыскания задолженности с ООО «ЧУЭТ», а также необходимости включения требования Банка в реестры требований кредиторов поручителей-банкротов.

Возможность реализации указанной схемы таких отношений обусловлена наличием между их участниками аффилированности и заинтересованности, направленной на создание видимости данных финансово-хозяйственных правоотношений.

При рассмотрении требования кредитора в деле о несостоятельности (банкротстве) арбитражный суд проверяет его обоснованность и наличие оснований для включения в реестр требований кредиторов должника.

Таким образом, в рассматриваемом случае, признавая кредитные договоры действительными сделками, для решения вопроса о включении требования банка в реестр требований кредиторов необходимо учитывать факт аффилированность сторон, наличие признаков неплатежеспособности должника, а также вышеизложенные обстоятельства, существовавшие  в период правоотношений между сторонами. Суд приходит к выводу о намеренном формировании искусственной задолженности с целью проведения процедуры контролируемого банкротства в ущерб добросовестным кредиторам. Стороны взаимосвязанных сделок осознавали, что реальным получателем денежных средств является не должник, а ПАО «Вологдаэнергосбыт». Следовательно, взыскание с ООО «ЧУЭТ» в пользу банка денежных средств является фактическим возложением ответственности по возврату кредитных на ООО «ЧУЭТ» за ПАО «Вологдаэнергосбыт».

Поскольку обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судом первой инстанции на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, но при этом выводы суда относительно включения требования банка в конкурсную массу, сделаны в отсутствие изложенных выше обстоятельств и не соответствуют представленным в дело доказательствам, определение от 19.07.2023 по делу № А76-4750/2019 подлежат изменению с принятием судебного акта об отказе в удовлетворении заявления банка о включении его требований в реестр.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционным жалобам в силу статьи 110 АПК РФ относятся на апеллянтов.

Руководствуясь статьями 176, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 19.07.2023 по делу № А76-4750/2019 изменить, апелляционные жалобы  открытого акционерного общества «Межрегиональная распределительная сетевая компания Урала»,  конкурсного управляющего публичного акционерного общества «Челябэнергосбыт» - ФИО2, конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Челябинское управление энерготрейдинга» - ФИО3 – удовлетворить частично.

В удовлетворении заявления акционерного общества «Московско- Уральский  акционерный коммерческий банк» о включении в реестр требований кредиторов должника отказать.

В остальной части определение суда оставить без изменения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции. 

 

Председательствующий судья                                              М.В. Ковалева

     

Судьи                                                                              Ю.А. Журавлев 

 

                                                                                                       И.В. Калина