ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-32949/2021

Дело № А40-244370/17

г. Москва

21 июля 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 15 июля 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме 21 июля 2021 года

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи А.Н. Григорьева, 

судей И.М. Клеандрова, В.В. Лапшиной,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего должника - ФИО2 на определение Арбитражного суда г. Москвы от 19.04.2021 года по делу №А40-244370/17, принятое судьей П.А. Марковым, об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника - ФИО2 о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника,по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Билдинг-М»

при участии в судебном заседании:

от ПАО «Межторэнергобанк» в лице к/у ГК «АСВ» - ФИО4 дов от 19.05.21

от ФИО3 – ФИО5 дов от 04.12.2020

от к/у ООО «Билдинг-М» - ФИО6 дов от 11.01.21

Иные лица не явились, извещены. 

 

У С Т А Н О В И Л:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 16.01.2018 г. принято к производству заявление ликвидатора ООО «Билдинг-М» о признании должника банкротом по упрощенной процедуре ликвидируемого должника. Решением суда от 26.02.2018 должник признан банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2

Сообщение о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства опубликовано конкурсным управляющим в газете "Коммерсантъ" №40 от 07.03.2018, стр. 13.

Определением Арбитражного суда города Москвы суда от 19.04.2021 г. отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника - ФИО2 о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Не согласившись с определением суда, конкурсный управляющий должника - ФИО2 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просила оспариваемый судебный акт отменить и принять новый судебный акт, удовлетворив заявленные требования.

В обоснование апелляционной жалобы заявитель ссылался на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

В судебном заседании представители апеллянта и ПАО «Межторэнергобанк» в лице конкурсного управляющего ГК «Агентство по страхованию вкладов» поддержали доводы апелляционной жалобы.

Представитель ФИО3 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по доводам, изложенным в отзыве, и просил оспариваемое определение оставить без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статей 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 N 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Рассмотрев дело в порядке статей 266, 267, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив материалы дела, выслушав доводы лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения определения арбитражного суда, принятого в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации, в силу следующих обстоятельств.

Как следует из выписки из ЕГРЮЛ, ФИО3 осуществляла полномочия генерального директора должника в период с 21.03.2017.

Конкурсный управляющий указывает, что ФИО3 в период руководства обществом был причинен существенный вред имущественным правам кредиторов должника в размере 257 470 500 рублей путем заключения недействительных сделок с ООО «Альфа-Строй» и фактическому выводу в результате заключенных сделок денежных средств из владения должника.

В обоснование своих доводов конкурсный управляющий ссылается на ряд последовательно совершенных и взаимосвязанных сделок, заключенных ФИО3 от имени должника, а именно: агентский договор № БИЛД-М/Реут-МКР6А от 10.01.2017 между ООО «Альфа-Строй» (агент) и ООО «Билдинг-М» (принципал); отчет агента от 25.07.2017 об исполнении агентского поручения по Агентскому договору №БИЛД-М/Реут-МКР6А от 10.01.2017 между ООО «Альфа-Строй» (агент) и ООО «Билдинг-М» (принципал); соглашение от 01.08.2017 о новации обязательства, возникшего в силу заключения и исполнения агентского договора  № БИЛД-М/Реут-МКР6А от 10.01.2017 между ООО «Альфа-Строй» (агент) и ООО «Билдинг-М» (принципал); договор № БИЛ/М6-К1-АВ от 20.09.2017 уступки права требования и обязанностей по договору участия в долевом строительстве № БИЛ/М6-К1 от 14.04.2014 г. между ООО «Билдинг-М» и ООО «Домино».

В силу пункта 1 статьи 61.10 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. Предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии (пункт 4 статьи 61.10 Закона).

Заявитель просит привлечь ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в связи с совершением сделок, причинивших вред имущественным правам кредиторов должника.

В соответствии с п. 1 ст. 61.11 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 года № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (Далее – Пленум № 53) под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т. д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

В соответствии с п. 17 Пленума № 53 в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

В соответствии с п. 2 ст. 61.11 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;

4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены;

5) на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице:

в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов;

в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, исходил из того, что ссылки на подписание агентского договора № БИЛД-М/Реут-МКР6А от 10.01.2017 с ООО «Альфа-Строй» со стороны ООО «Билдинг-М» ФИО3 не соответствует фактическим обстоятельствам, поскольку согласно тексту данного договора он заключен со стороны ООО «Билдинг-М» генеральным директором ФИО7

Кроме того, Арбитражный суд города Москвы установил, что ФИО3 осуществляла полномочия генерального директора должника с 21.03.2017 на основании решения единственного участника ООО «Билдинг-М» № 13 от 20.03.2017, то есть на момент подписания агентского договора от 10.01.2017, ответчик не был руководителем должника и не может быть привлечен за заключение должником данного договора.

Вместе с тем, суд первой инстанции согласился с позицией ответчика относительно не подписания иных документов, являющихся основанием для обращения конкурсного управляющего с настоящим заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности. Данные обстоятельства подтверждены заключением специалиста Независимой оценки и экспертизы «ГРАФО» №2012480-20 от 07.12.2020, из которого следует, что подписи, изображения которых расположены в договоре № БИЛ/М6-К1-АВ от 20.09.2017 уступки права требования и обязанностей по договору участия в долевом строительстве № БИЛ/М6-К1 от 14.04.2014, в приложении № 1 к договору № БИЛ/М6-К1-АВ от 20.09.2017 и в копии листа сшивки договора № БИЛ/М6-К1-АВ от 20.09.2017, в соглашении о новации обязательства от 01.08.2017, в отчете агента об исполнении агентского поручения от 25.07.2017 выполнены не ФИО3, а другим лицом.

Таким образом, Арбитражный суд города Москвы пришел к выводу, что ФИО3 работала в должности генерального директора должника 3 месяца в период с 21.03.2017 по июнь 2017 г. и за время нахождения на данной должности сделок от имени должника не совершала, имуществом и денежными средствами должника не распоряжалась, в связи с чем ущерб интересам должника или его кредиторов своими действиями и (или) бездействием не причинила.

Исходя из вышеизложенного, суд первой инстанции посчитал, что основания для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности не установлены, ввиду отсутствия доказательств, подтверждающих наличие причинной связи между действиями ответчика и банкротством должника.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда.

Довод апеллянта о том, что установленные в рамках рассмотрения Девятого арбитражного апелляционного суда обособленного спора по делу № 09АП-79523/2019 от 13.02.2020 г. обстоятельства являются преюдициальными фактами по отношению к настоящему обособленному спору отклоняются апелляционным судом.

Так, заявитель в своей апелляционной жалобе указывает, что в рамках рассмотрения обособленного спора № 09АП-79523/2019 от 13.02.2020 г. было установлено, что подписание должником в лице ФИО3 Отчета агента и заключение Соглашения о новации подтверждены вступившим в законную силу судебным актом - Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда № 09АП-17629/2019 от 27.05.2019 г., в связи с чем довод ФИО3 о фальсификации её подписи на документах был обоснованно отклонен.

Следовательно, по мнению конкурсного управляющего, указанные обстоятельства являются преюдициальными фактами по отношению к настоящему обособленному спору.

Между тем, понятие преюдиции охватывается положениями ч. 2 ст. 69 АПК РФ, согласно которым обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Однако, ФИО3 была привлечена стороной судебного спора только в выделенном производстве, возбужденном по заявлению о привлечении ее к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в рассмотрении иных споров в рамках дела о банкротстве должника она не участвовала, в связи с чем применение в настоящем споре положений АПК РФ о преюдициальности упомянутых судебных актов является недопустимым.

Более того, суд апелляционной инстанции учитывает, что определением Арбитражного суда г. Москвы от 27.02.2019 г., оставленным без изменения Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда № 09 АП-17629/2019 от 27.05.2019 г., отказано в признании недействительным Договора № БИЛ/М6-К1-АВ от 20.09.2017 г. уступки права требования и обязанностей по Договору участия в долевом строительстве № БИЛ/М6-К1 от 14.04.2014 г. по основанию п. 1 ст. 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и по основанию ст. 168 ГК РФ.

В данных судебных актах не говорится о заключении Соглашения о новации обязательства от 01.08.2017 г. ФИО3 от имени должника.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 25.11.2019 г., оставленным без изменения Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда № 09АП-79523/2019 от 13.02.2020 г., отказано в признании недействительным Договора № БИЛ/М6-К1-АВ от 20.09.2017 г. уступки права требования и обязанностей по Договору участия в долевом строительстве № БИЛ/М6-К1 от 14.04.2014 г. уже по основаниям ст.ст 154, 160 ГК РФ.

В данных судебных актах также не говорится ни об Отчете агента от 25.07.2017 г., ни о Соглашении о новации обязательства от 01.08.2017 г.

Соответственно утверждение апелляционной жалобы о том, что довод о фальсификации подписи ФИО3 на указанных документах являлся предметом рассмотрения суда, противоречит содержанию указанных судебных актов.

Довод апеллянта о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов, предусмотренного п. 1 ст. 61.11 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» не подтвержден документально.

Во-первых, заявитель не указал и не доказал, какие именно действия и (или) бездействие ФИО3 привели, по его мнению, к невозможности погашения требований кредиторов.

Во-вторых, не определил и не доказал момент наступления объективного банкротства должника применительно к положениям п. 17 Пленума № 53.

В-третьих, не указал и не доказал наличие ни одного из обстоятельств, предусмотренных п. 2 ст. 61.11 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», являющихся необходимыми условиям применения презумпции невозможности полного погашения требований кредиторов должника вследствие действий и (или) бездействия ФИО3 как контролирующего должника лица.

Иные доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не оценены судом первой инстанции при рассмотрении дела, имели бы юридическое значение и влияли на законность и обоснованность судебного акта, не содержат оснований, установленных статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для изменения или отмены судебного акта арбитражного суда.

Оценив все имеющиеся доказательства по делу, апелляционный суд полагает, что обжалуемый судебный акт соответствует нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

При рассмотрении дела и вынесении обжалуемого судебного акта судом нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемого судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено. Нормы материального права применены правильно.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 271 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации 

 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 19.04.2021 года по делу №А40-244370/17 оставить без изменения, а апелляционную жалобу конкурсного управляющего должника - ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

 

Председательствующий судья:                                                     А.Н. Григорьев

 

Судьи:                                                                                                          И.М. Клеандров

 

В.В. Лапшина