ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

11АП-20745/2023, 11АП-20748/2023

21 марта 2024 г.                                                                                 Дело № А55-9065/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 14 марта 2024 г.

Постановление в полном объеме изготовлено 21 марта 2024 г.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Серовой Е.А.,

судей Бондаревой Ю.А., Мальцева Н.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1

с участием:

от ФИО2 - лично, паспорт, ФИО3 по доверенности от 13.02.2024г.,

от ФИО4 - ФИО5 по доверенности от 27.11.2023г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании, в помещении суда, в зале №4 

апелляционные жалобы ФИО2, ФИО4  

на определение  Арбитражного суда Самарской области от 23 ноября 2023 года, принятое по заявлению финансового управляющего к ФИО4 о признании сделки недействительной

в рамках дела  № А55-9065/2021 

о несостоятельности (банкротстве)  ФИО2,

УСТАНОВИЛ:

ОАО «Межрегиональный Волго-Камский Банк Реконструкции и развития» обратилось в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о признании ФИО2 несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Самарской области от 20.05.2021 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве).

Решением Арбитражного суда Самарской области от 30.12.2021 (резолютивная часть от 27.12.2021) ФИО2 признан несостоятельным (банкротом) в отношении него открыта процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО6.

14.12.2022 вх.№404905 через сервис подачи документов в электронном виде «Мой Арбитр» от финансового управляющего имуществом должника ФИО6 поступило заявление о признании сделки недействительной, в котором просит признать недействительным договор купли-продажи квартиры от 06.11.2013, заключенный между должником ФИО2 и ФИО4, применить последствия недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 15.12.2022 ФИО6 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 20.03.2023 финансовым управляющим должника ФИО2 утверждена ФИО7.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 23 ноября 2023 год заявление удовлетворено.

Признан недействительной сделкой договор купли-продажи от 06.11.2013 квартиры, кадастровый номер 63:01:0613002:1269, расположенной по адресу: г. Самара, Октябрьский район, ул. Ново-Садовая, д. 106 литера «Л», кв. 52, заключенный между ФИО2 и ФИО4.

Применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО4 возвратить в конкурсную массу должника ФИО2 квартиру, кадастровый номер 63:01:0613002:1269, расположенную по адресу: г. Самара, Октябрьский район, ул. Ново-Садовая, д. 106 литера «Л», кв. 52.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2, ФИО4 обратились с апелляционными жалобами, в которых просят отменить определение Арбитражного суда Самарской области от 23 ноября 2023 года, отказать в удовлетворении заявленных требований.

Определениями Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 19 января 2024 года апелляционные жалобы приняты к производству. Судебное заседание по рассмотрению апелляционных жалоб назначено на 15 февраля 2024 года.

В судебном заседании 15 февраля 2024 года в соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлялся перерыв до 21 февраля 2024 года. 

Сведения о месте и времени продолжения судебного заседания были размещены на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru и на доске объявлений в здании суда.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 21 февраля 2024 года отложено рассмотрение апелляционных жалоб на 14 марта 2024 года.

В судебном заседании представители ФИО2, ФИО4 апелляционные жалобы поддержали.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

От ФИО8 поступило ходатайство о привлечении ее к участию в качестве третьего лица, в котором просит отменить определение Арбитражного суда Самарской области от 23 ноября 2023 года. Полагает, что судебный акт нарушает ее права, так как спорная квартира находится в совместной собственности супругов.

Согласно части 1 статьи 51 АПК РФ третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. Они могут быть привлечены к участию в деле также по ходатайству стороны или по инициативе суда.

Третье лицо без самостоятельных требований - это предполагаемый участник материально-правового отношения, связанного по объекту и составу с правоотношением, являющимся предметом разбирательства в арбитражном суде.

Основанием для вступления (привлечения) в дело третьего лица является возможность предъявления иска к третьему лицу или возникновения права на иск у третьего лица, обусловленная взаимосвязанностью основного спорного правоотношения и правоотношения между стороной и третьим лицом.

Целью участия третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования, является предотвращение неблагоприятных для них последствий.

Следовательно, третьим лицом является именно участник материально-правового отношения, связанного по объекту и составу с тем, которое является предметом разбирательства в арбитражном суде.

Обращаясь с заявлением о привлечении к участию в деле третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, заявитель должен доказать, что принятый по делу судебный акт может повлиять на права и обязанности указанного лица по отношению к сторонам спора.

Между тем, доказательств, подтверждающих, что судебный акт по данному делу может непосредственно повлиять на права и обязанности ФИО8, так же как и доказательств того, что участие указанного лица в настоящем деле в качестве третьего лица повлияет на исход принятия арбитражным судом решения по настоящему делу материалы дела не содержат.

Наличие заинтересованности в исходе настоящего обособленного спора само по себе не может служить основанием для привлечения к участию в деле в качестве третьих лиц.

Кроме того, в силу части 42 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, лица, не участвовавшие в деле, о правах и об обязанностях которых арбитражный суд принял судебный акт, вправе обжаловать этот судебный акт, а также оспорить его в порядке надзора по правилам, установленным настоящим Кодексом.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 30.06.2020 N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции", право на обжалование судебных актов в порядке апелляционного производства имеют как лица, участвующие в деле, так и иные лица в случаях, предусмотренных названным Кодексом. К иным лицам в силу части 3 статьи 16 и статьи 42 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся лица, о правах и об обязанностях которых принят судебный акт. В связи с этим лица, не участвующие в деле, как указанные, так и не указанные в мотивировочной и/или резолютивной части судебного акта, вправе его обжаловать в порядке апелляционного производства в случае, если он принят об их правах и обязанностях, то есть данным судебным актом непосредственно затрагиваются их права и обязанности, в том числе создаются препятствия для реализации их субъективного права или надлежащего исполнения обязанности по отношению к одной из сторон спора.

В случае, когда жалоба подается лицом, не участвовавшим в деле, суду надлежит проверить, содержится ли в жалобе обоснование того, каким образом, оспариваемым судебным актом непосредственно затрагиваются права или обязанности заявителя.

Таким образом, для признания права на обжалование судебного акта недостаточно того, что принятый судебный акт затрагивает права и обязанности лица, не привлеченного к участию в деле; необходимо, чтобы этот судебный акт был принят непосредственно о правах и обязанностях лица, не привлеченного к участию в деле. Наличие у лица, не привлеченного к участию в деле, заинтересованности в исходе дела само по себе не наделяет его правом на обжалование судебных актов.

В силу признания сделки недействительной - законного режима совместной собственности супругов на имущество не возникает. В связи с чем, оспариваемый судебный акт не затрагивает права ФИО8, не принят о ее правах и обязанностях, судебным актом непосредственно не затрагиваются ее права и обязанности, в том числе не создаются препятствия для реализации субъективного права.

Учитывая изложенные обстоятельства, ходатайство ФИО8 удовлетворению не подлежит.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения  судом  первой  инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле документам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд усматривает основания для отмены определения Арбитражного суда Самарской области от 23 ноября 2023 года, принятое по заявлению финансового управляющего к ФИО4 о признании сделки недействительной в рамках дела  № А55-9065/2021, в связи со следующим.

В ходе проведения процедур банкротства, финансовым управляющим выявлена сделка по отчуждению недвижимости, принадлежащей должнику, в пользу ФИО4: договор купли-продажи квартиры от 06.11.2013. Предмет договора: квартира на десятом этаже жилого дома, общей площадью 78,9 кв.м., находящаяся по адресу: Самарская обл., г. Самара, Октябрьский район, ул. Ново-Садовая, д. 106 литера «Л», кв. 52.

Финансовый управляющий полагая, что сделка по отчуждению должником недвижимости по адресу Самарская обл., г. Самара, Октябрьский район, ул. Ново-Садовая, д. 106 литера «Л», кв. 52 в пользу ФИО4 является недействительной по основаниям, предусмотренным ст.ст. 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, обратился с требованием о признании ее недействительной.

Из картотеки арбитражных дел следует, что дело о банкротстве ФИО2 возбуждено Арбитражным судом Самарской области 20.05.2021.

Сделки граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Как правомерно отмечено судом первой инстанции, поскольку договор купли-продажи квартиры от 06.11.2013 между должником и ФИО4 заключен должником до 1 октября 2015 года, а должник не имеет статуса индивидуального предпринимателя, указанная сделка может быть признана недействительной на основании статьи 10 ГК РФ, следовательно, положения п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве при оспаривании данной сделки не подлежат применению.

Абзацем 2-4 п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что согласно п. 3 и 4 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В соответствии с п. 1 ст. 168 ГК РФ, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Пункт 2 установлено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки».

Из пункта 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что, если совершение сделки нарушает запрет, установленный п. 1 ст. 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (п. п. 1- 2 ст. 168 ГК РФ).

В Информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что для признания сделки недействительной по основаниям, изложенным в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, суду необходимо установить, что соответствующее лицо в сделке совершило определенные действия, направленные на получение данным лицом каких-либо имущественных прав, на нарушение прав и законных интересов кредиторов сторон сделки.

Согласно информации, размещенной в картотеке арбитражных дел, в рамках дела о банкротстве ОАО «Волго-Камский банк» №А55-26194/2013 должник ФИО2 в период с 09.09.2011 по 11.11.2013 исполнял обязанности вице-президента Банка (с оставлением членом Правления банка).

Судом первой инстанции установлено, что в результате недобросовестных действий ФИО2 путем одобрения сомнительных сделок в пользу недобросовестных заемщиков с 26.11.2010 по 25.10.2013, банку были причинены убытки в размере 1 457 351 825 руб.

Указанная задолженность включена в реестр требований кредиторов должника ФИО2

Кроме того, сторона оспариваемой сделки по смыслу ст. 19 Закона о банкротстве является заинтересованной стороной, отцом должника.

В пункте 3 договора купли-продажи квартиры от 06.11.2013 указано, что квартира продается за 3 809 700 руб., которые продавец (должник) получил от покупателя (ответчика) до подписания договора. Однако доказательства возмездности оспариваемого договора отсутствуют. Формальное указание в договоре на его оплату совершено для вида с целью придания сделке более реального характера.

Также судом первой инстанции из анализа сведений о доходах ответчика сделан вывод об отсутствие доказательств финансовой возможности ответчика приобрести спорное имущество.

В связи с вышеизложенным, с учетом правовой позиции, изложенной в пункте 22 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2021)», утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 07.04.2021, определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 № 302-ЭС14-1472(4,5,7), подпункта 4 пункта 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 № 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью», поскольку ответчик не осуществил оплату по договору, в силу того, что он является фактически аффилированным к должнику лицом, суд первой инстанции пришел к выводу, что данный договор является притворной сделкой, учитывая фактическую аффилированность, отсутствие всякого экономического смысла сделки.

Проанализировав и оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу, что оспариваемый договор купли-продажи заключен с целью вывода имеющегося ликвидного актива из собственности должника во избежание обращения на него взыскания по обязательствам перед кредиторами; оспариваемая сделка заключена при злоупотреблении правом, прикрывает сделку по безвозмездному выводу имущества из собственности должника; после отчуждения недвижимого имущества должник и его родственники продолжали фактическое пользование жилым помещением, сделка носит мнимый и притворный характер (пункты 1 и 2 статьи 170 ГК РФ).

Между тем, судом первой инстанции не учтено следующее.

Обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной по пункту 1 статьи 10 ГК РФ является направленность сделки на причинение вреда кредиторам, под чем, в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. При этом для квалификации сделки как недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о злоупотреблении правом контрагентом, выразившимся в заключении спорной сделки (пункт 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации  от 25.11.2008  № 127  «Обзор  практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»), при этом согласно выработанной высшими судебными инстанциями правовой позиции для квалификации сделки, причиняющей вред кредиторам, как ничтожной по статьям 10 и 168 ГК РФ требуется выявление нарушений, выходящих за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При этом в соответствии с правовой позицией, сформулированной в определении Верховного суда Российской Федерации от 17.12.2020 № 305-ЭС20-12206, поскольку конкурсное оспаривание (статья 61.2 Закона о банкротстве, статьи 10, 168, 170 ГК РФ), посредством которого в деле о банкротстве могут быть нивелированы негативные последствия поведения должника, предпринимающего действия, направленные либо на вывод имущества, либо на принятие фиктивных долговых обязательств перед доверенными лицами в целях их последующего включения в реестр, объективно причиняющие вред кредиторам, снижая вероятность погашения их требований, направлено на приведение конкурсной массы в состояние, в котором она находилась до совершения должником противоправных действий, позволяющее кредиторам получить то, на что они вправе справедливо рассчитывать, то такое конкурсное оспаривание может осуществляться в интересах только тех кредиторов, требования которых существовали к моменту совершения должником предполагаемого противоправного действия либо с большой долей вероятности могли возникнуть в обозримом будущем, тогда как при отсутствии кредиторов как таковых намерение причинить им вред у должника возникнуть не может.

Вместе с тем, как следует из пояснений должника и подтверждено представленными в дело доказательствами спорная квартира по адресу г. Самара, Октябрьский район, ул. Ново-Садовая, д. 106 литера «Л», кв. 52 площадью 78,9 кв. м., отчуждение которой оспаривалось кредитором, была приобретена ФИО2 в состоянии «черновой отделки» по договору долевого участия в строительстве в 2011 году. Право собственности зарегистрировано за должником в мае 2013 года. Указанное обстоятельство подтверждается выпиской из Росреестра (л.д.82 Т.2) 

Обосновывая продажу квартиры отцу, должник пояснил, что в 2013 году принял решение переехать в Москву, поскольку планировал получить дополнительное профессиональное образование.

При этом следует отметить, что спорная квартира в тот период являлась единственным жилым помещением, принадлежащим ему на праве собственности.

Должник имел стабильный доход, не имел неисполненных обязательств перед иными кредиторами.

Сам по себе факт отзыва лицензии у банка, в котором должник работал не может свидетельствовать о том, что у него возникли обязательства субсидиарного ответчика на момент совершения сделки по отчуждению квартиры.

Более того, решение о привлечении к субсидиарной ответственности принято 28 февраля 2020 года.

Таким образом нельзя признать, что заключая договор купли-продажи квартиры должник и ответчик имели цель причинить вред кредиторам, которых на тот момент не было.

Соответственно несостоятелен вывод суда и о том, что полученные денежные средства должник не направил на исполнение требований кредиторов.

Кроме того, судебная коллегия отмечает значительную удаленность даты совершения оспариваемой сделки (06.11.2013) от даты возбуждения дела о банкротстве должника (20.05.2021). 

Системный анализ действующих положений об оспаривании сделок позволяет прийти к выводу о том, что чем ближе дата совершения оспариваемой сделки к дате возбуждения дела о несостоятельности (банкротства), тем более низкий стандарт доказывания недобросовестности контрагента как условие для признания сделки недействительной, поскольку предполагается априорная вероятность наличия признаков вредоносности оспариваемой сделки.

Данный вывод применим в обратном порядке к ситуациям, когда дата совершения оспариваемой сделки удалена от даты возбуждения производства о несостоятельности (банкротстве) должника, тем более высокий стандарт доказывания недобросовестности контрагента.

Учитывая, что оспариваемая сделка совершена более чем за 7,5 лет до возбуждения дела о банкротстве, квалификация поведения ответчика на предмет недобросовестности должна осуществляться исходя из повышенного стандарта доказывания.

При этом наличие признака заинтересованности ответчика по отношению к должнику само по себе не свидетельствует о порочности сделки, о ее совершении с исключительной целью причинения вреда кредиторам.

Указывая на мнимый характер сделки, суд первой инстанции проанализировав справки и счета ответчика пришел к выводу о невозможности аккумулирования ответчиком денежных средств для внесения оплаты за квартиру. 

Вместе с тем, из анализа счетов должника следует, что денежные средства в общем размере 3 819 450 рублей были внесены ФИО4 на счёт ФИО2 в ООО КБ «Ренессанс Кредит», в рублях и в долларах несколькими платежами с июля по сентябрь 2013 года. После этого стороны обратились за государственной регистрацией перехода права собственности, который был зарегистрирован 06.11.2013 года.

Таким образом оплата произведена до регистрации договора, что соответствует обычной практике совершения аналогичных сделок. 

В обосновании возможности внесения денежных средств ответчиком представлены справки 2НДФЛ и сведения Пенсионного фонда. Суд первой инстанции согласился с позицией кредитора, изложенной в отзыве о том, что ответчик не мог накопить указанную сумму за десятилетний период.

Вместе с тем, ответчик продолжал осуществлять трудовую деятельность, с учётом пенсии его доход составил  6 157 600 рублей за десятилетний период.

При этом судом не дана оценка также доводам ответчика о том, что он состоит в зарегистрированном браке и необходимо также учитывать совместный доход. 

В обосновании данного довода ответчиком также представлены справки о доходах супруги на общую сумму в размере 2 696 600 рублей.

Из анализа представленных доказательств следует, что ответчик имел возможность произвести оплату за спорную квартиру. 

При этом следует учесть, что как правило квартира относится к разряду дорогостоящих покупок и на ее приобретение требуется длительный период накопления денежных средств, в связи с чем несостоятельным является также вывод суда о том, что не подлежит учету доход за десятилетний период.

Кроме того, указывая на мнимый характер сделки и делая вывод о том, что квартира не выбывала из фактического владения должника, судом первой инстанции указанное обстоятельство фактически не проверено.

Между тем, повторно рассмотрев дело, судом апелляционной инстанции из представленных дополнительных доказательств, приобщенных в порядке ст.65, ст.66 ст. 268 АПК РФ, установлено, что ответчик на протяжении 10 лет открыто владеет квартирой, осуществил в ней ремонт, оплачивает коммунальные платежи.

Указанные обстоятельства подтверждены  чек-ордерами ПАО Сбербанк от разных дат, начиная с августа 2017 по декабрь 2019 (оплата в НО ФКР за капремонт), заявлением об отмене судебного приказа в Мировой судебный участок №33 Октябрьского района от 30.09.2021, справкой ООО «Рембыт» об оплате задолженности от 06.10.2021, чеком об оплате из Сбербанка от 30.09.2021,  квитанцией об оплате поверки счетчика ГВС от 03.11.2021, копией акта выполнения метрологической поверки, справкой об отсутствии задолженности от ООО «Ассоциация МКД» от 01.03.2024, квитанцией об оплате задолженности из ПАО Банк «ФК Открытие» от 25.10.2022 в рамках урегулирования задолженности в процедуре банкротства ООО «Ассоциация МКД», справками ООО УК «Прогресс-М» об отсутствии задолженности и фактическом проживании от 28.02.2024, квитанциями об оплате поставщикам коммунальных услуг из ПАО Банк «ФК Открытие».

Таким образом доводы о наличии пороков сделки, предусмотренных  ст.ст. 10, 168, 170 ГК РФ, ее совершении при злоупотреблении правом и мнимом характере сделки, апелляционный суд признает несостоятельными ввиду их недоказанности.

С учетом вышеизложенного, суд апелляционной  инстанции считает, что в данной ситуации оснований для удовлетворения требований финансового управляющего об оспаривании сделки должника и признания ее недействительной у суда первой инстанции не имелось.

При данных обстоятельствах судебная коллегия апелляционного суда полагает необходимым отменить определение Арбитражного суда Самарской области от 23 ноября 2023 года, принятое по заявлению финансового управляющего к ФИО4 о признании сделки недействительной в рамках дела  № А55-9065/2021, в силу ст. 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Государственная пошлина в сумме в сумме 6 000 руб. в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит взысканию с ФИО2 в доход федерального бюджета, также с  ФИО2 в пользу ФИО4 подлежит взысканию государственная пошлина за подачу апелляционной жалобы в размере 3 000 руб.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 23 ноября 2023 года, принятое по заявлению финансового управляющего к ФИО4 о признании сделки недействительной в рамках дела  № А55-9065/2021 отменить.

Принять по делу новый судебный акт.

Заявление финансового управляющего к ФИО4 о признании сделки недействительной оставить без удовлетворения.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета государственную пошлину за подачу заявления в размере 6 000 руб.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО4  расходы по оплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы в размере 3 000 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                       Е.А. Серова

Судьи                       Ю.А. Бондарева

                                                                                                                      Н.А. Мальцев