/

 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-2835/17 

Екатеринбург

03 июля 2018 г.

 

Дело № А50-17430/2015

Резолютивная часть постановления объявлена 26 июня 2018 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 03 июля 2018 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Плетневой В.В.,

судей Краснобаевой И.А., Оденцовой Ю.А.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы по Пермскому краю (далее – уполномоченный орган) на определение Арбитражного суда Пермского края от 30.10.2017 по делу № А50-17430/2015 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.02.2018 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители:

уполномоченного органа – Бахматов А.А. (доверенность от 26.02.2018 № 25);

Бурыкина Д.В. – Лашина И.Е. (доверенность от 25.06.2018 № 59АА 2667998);

Егорова А.В. – Миронова Е.А. (доверенность от 11.07.2017 № 59АА 2464600).         

Решением Арбитражного суда Пермского края от 21.04.2016 должник - общество с ограниченной ответственностью «Краснокамский машиностроительный завод» (далее – общество «КМЗ») признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Шмаков Александр Иванович.

Конкурсный управляющий Шмаков А.И. обратился в Арбитражный суд Пермского края с заявлением о солидарном привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника его бывших руководителей: Бурыкина Дмитрия Викторовича и Егорова Артема Владимировича в размере 129 229 156 руб. 82 коп. на основании п. 2 ст. 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Определением суда от 30.10.2017 (судья Рудаков М.С.) в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от    19.02.2018 (судьи Чепурченко О.Н., Васева Е.Е., Нилогова Т.С.) определение суда оставлено без изменений.

В кассационной жалобе уполномоченный орган, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, неправильное применение норм материального права, просит судебные акты отменить, принять по делу новый судебный акт. Уполномоченный орган считает, что бремя доказывания добросовестности в действиях руководителя должника лежит на самом руководителе, а не на конкурсном управляющем; таких доказательств добросовестности бывшими руководителями не представлено; при этом с учетом правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 №309-ЭС-1801, погашение задолженности по гражданским обязательствам, которые непосредственно относятся к производственной деятельности, при одновременном непринятии каких-либо мер к исполнению фискальных обязательств нельзя признать отвечающим принципу добросовестности; основанный на таком методе план выхода из кризиса не является экономически обоснованным. По мнению заявителя, Бурыкиным Д.В. и Егоровым А.В. не представлены надлежащие доказательства наличия экономически обоснованного плана выхода из кризиса, не представлены конкретные графики погашения имеющейся кредиторской задолженности; о недобросовестном поведении руководства должника свидетельствует и то, что по результатам выездной налоговой проверки выявлена неуплата налога на доходы физических лиц за 2013-2014 г. в размере около 9 млн. руб., которая до настоящего времени не погашена, данным обстоятельствам суды не дали надлежащей правовой оценки, а также не учли дополнительные пояснения конкурсного управляющего о признании недействительными ряда сделок должника на сумму более 33 млн. руб., совершенных директором должника Егоровым А.В. в преддверии банкротства, повлекших предпочтительное удовлетворение требований аффилированных лиц. 

Конкурсный управляющий Шмаков А.И. представил отзыв в поддержку кассационной жалобы.

В отзывах на кассационную жалобу Бурыкин Д.В. и Егоров А.В. просят судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения, считают выводы судов правильными, основанными на совокупной оценке имеющихся в деле доказательств.   

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, изучив материалы дела, проверив законность обжалуемых судебных актов с учетом положенийст. 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции оснований для их отмены не усматривает.

Как следует из материалов дела, общество «КМЗ» зарегистрировано в качестве юридического лица 11.12.2008. Основным видом деятельности должника являлась оптовая торговля эксплуатационными материалами и принадлежностями машин и оборудования.

Бурыкин Д.В. исполнял обязанности генерального директора общества «КМЗ» в период с 26.11.2012 по 26.01.2015; Егоров А.В. - с 26.01.2015 по 06.08.2015, затем директором должника являлся Ласточкин С.В.

Открытое акционерное общество «Пермметалл» 31.07.2015 обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании общества «КМЗ» несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 06.08.2015 заявление открытого акционерного общества «Пермметалл» принято к производству, возбуждено производство по делу о банкротстве общества «КМЗ».

Общий размер требований, включенных в реестр требований кредиторов должника, на момент обращения конкурсного управляющего с настоящим заявлением, составил 144 066 475 руб. 93 коп.

Конкурсный управляющий Шмаков А.И. 14.04.2017 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении Бурыкина Д.В. и Егорова А.В. к субсидиарной ответственности на основании п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве, считая, что  критическое финансовое состояние должника наступило по состоянию на 28.03.2014, поскольку из бухгалтерского баланса должника и налоговой декларации должника за 2013 год усматривалась  недостаточность имущества должника (активы - 86 829 тыс. руб., пассивы - 90 711 тыс. руб.), наличие непокрытого убытка  в размере 3 892 тыс. руб., наличие непогашенной кредиторской задолженности  в сумме 13 916 603 руб. 22 коп., в связи с чем Бурыкин Д.В. обязан был обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом не позднее 28.04.2014, однако указанную обязанность Бурыкин Д.В. не исполнил и должен нести субсидиарную ответственность по обязательствам должника, возникшим после 28.04.2014 в размере 129 229 156 руб. 82 коп.

После назначения руководителем должника Егорова А.В. последний также не обратился в суд с заявлением о признании должника банкротом, в связи с чем Егоров А.В. несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, возникшим после даты назначения его генеральным директором должника, в размере 108 466 364 руб. 81 коп.

Проанализировав финансовое состояние должника, конкурсный управляющий должника пришел к выводу о том, что по состоянию на 28.03.2014 коэффициенты ликвидности (0,07 - коэффициент абсолютной ликвидности; 0,08 - коэффициент текущей ликвидности; при нормальном значении коэффициента - в пределах 1-2) свидетельствовали о том, что должник был не в состоянии стабильно оплачивать свои текущие счета и находился в критическом финансовом состоянии; дальнейшая деятельность должника была убыточной и в любом случае не позволяла должнику получить прибыль, достаточную для погашения просроченных обязательств. Дальнейшая хозяйственная деятельность должника позволяла погашать лишь те денежные обязательства, которые непосредственно относятся к производственному процессу и реализации продукции, иная задолженность от указанной деятельности не погашалась; с января 2014 года должник частично прекратил исполнение своих обязательств по уплате обязательных платежей в добровольном порядке, к расчетным счетам должника длительное время имелась картотека неисполненных обязательств (обязательства погашались в принудительно порядке).

В соответствии с п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества. Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных п. 1 названной  статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (п.  2 ст. 9 Закона о банкротстве).

В силу п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве  нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены ст. 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного п. 2 и 3 ст. 9 Закона о банкротстве.

Обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный менеджер, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов), и руководитель несмотря на временные финансовые затруднения добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель с учетом общеправовых принципов юридической ответственности (в том числе предполагающих по общему правилу наличие вины) освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Данная правовая позиция отражена в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве».

Исходя из указанных норм права конкретный момент возникновения у должника признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества и момент, когда руководитель должника должен был объективно определить наличие этих признаков и возникновение у него соответствующей обязанности, предусмотренной ст. 9 Закона о банкротстве, должен установить арбитражный суд.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 18.07.2003 № 14-П, формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности предприятия исполнить свои обязательства и не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, и, соответственно, не порождает у руководителя предприятия обязанности по подаче заявления должника.

Исследовав материалы дела, суды установили, что в период с 2014 года и, по крайней мере, до середины начала 2 квартала 2015 года должник осуществлял активную производственную и финансово-хозяйственную деятельность. Из бухгалтерской отчетности должника следует, что после 28.03.2014 финансовые показатели деятельности должника последовательно улучшались, в связи с чем по состоянию на 30.09.2014 должник «вышел из убытка» и в течение более чем полугодия (с учетом отчетности на 31.03.2015) имел стабильную прибыль от производственной деятельности. 

Судами установлено, что лишь по результатам 2 квартала 2015 года должником была подана отчетность, свидетельствующая о резком ухудшении финансового положения должника, при этом указанная отчетность была подана должником 30.06.2015, то есть за месяц до инициирования процедуры банкротства одним из кредиторов должника (31.07.2015).

Помимо этого, как установлено судами, у должника имелась картотека неисполненных документов к расчетному счету должника, имело место выставление инкассовых поручений по взысканию обязательных платежей, однако  движение денежных средств по счету должника осуществлялось, о чем свидетельствуют выписки с расчетного счета должника; документы фактически исполнялись в порядке календарной очередности и по мере поступления денежных средств на счет, в связи с чем признали, что в такой ситуации не имеется оснований полагать, что должник перестал исполнять обязательства перед кредиторами в целом.

Проанализировав порядок погашения должником обязательств, суды пришли к выводу о том, что имела место избирательность в погашении обязательств: в первую очередь погашались требования, неисполнение которых привело бы к невозможности продолжения осуществления должником производственной деятельности. При этом судами приняты во внимание доводы ответчиков о том, что при наличии у должника значительного объема кредиторской задолженности она может быть погашена лишь постепенно, за счет остатка выручки, полученного после уплаты платежей, которые позволяют продолжать деятельность, как следствие, позволяют получать выручку в дальнейшем, а также учтено, что после определенной конкурсным управляющим должника даты (28.03.2014) должником в добровольном порядке были исполнены 14 обязательств, в том числе по уплате обязательных платежей.

Оценив данные обстоятельства в их совокупности, суды пришли к выводу о том, что с учетом конкретных фактических обстоятельства не установлено оснований для признания того факта, что в своей хозяйственной деятельности и при расчетах с кредиторами руководители должника использовали недобросовестный метод ведения бизнеса; наличие у должника по состоянию на 28.03.2014 признака недостаточности имущества не свидетельствовало об объективном банкротстве должника; доказательств полного прекращения расчетов по обязательствам должника денежными средствами по состоянию на 28.03.2014 в материалах дела не имеется.

Принимая во внимание, что ответчики как руководители должника имели план вывода предприятия из кризисного состояния путем увеличения объемов производства, увеличения выручки, заключения контрактов с отсрочкой платежа со стороны должника, и материалы дела свидетельствуют о том, что деятельность должника была направлена на выполнение указанного плана, достижение его целей (заключение договоров, загрузка производственных мощностей, увеличение объема выпущенной продукции, работа с дебиторской задолженностью и структурой пассивов), Бурыкиным Д.В. были заключены контракты по основной деятельности должника до конца 2014 года и на первый квартал 2015 года; основными заказчиками продукции являлись общества «Завод Спецмаш», «Глобалпак», «Мостоотряд-123», «Бетокам», «Зумк-Трейд»; на момент подписания бухгалтерского баланса ожидалось поступление денежных средств от указанных предприятий порядком от 30 000 до                          45 000 тыс. руб.; в период с марта 2014 по январь 2015 года от основных заказчиков на расчетные счета должника происходило поступление денежных средств, которые направлялись, в том числе на исполнение и налоговых и гражданских обязательств, которые непосредственно относились к производственному процессу, учитывая, что действия последующего руководителя Егорова А.В. были направлены на исполнение обязательств по заключенным контрактам, получение денежных средств от контрагентов, а также заключение новых контрактов; у должника на 2015 год имелись производственные планы по изготовлению продукции в объеме 1000 т в месяц. Егоровым А.В. был утвержден производственный план на 2015 год, согласно которому предполагался выпуск продукции за период с 2 по 4 кварталы 2015 года на сумму 1 933 224 тыс. руб., суды пришли к выводу о недоказанности возникновения фактического банкротства должника на 28.03.2014 и отсутствии оснований для привлечения Бурыкина Д.В. и  Егорова А.В. к субсидиарной ответственности  в порядке п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве.

Выводы судов соответствуют доказательствам, имеющимся в деле, установленным фактическим обстоятельствам и основаны на правильном применении норм права.

Ссылка заявителя кассационной жалобы на определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 № 309-ЭС-1801, в котором признано, что погашение задолженности по гражданским обязательствам, которые непосредственно относятся к производственной деятельности, при одновременном непринятии каких-либо мер к исполнению фискальных обязательств нельзя признать отвечающим принципу добросовестности, не принимается, поскольку выводы Верховного Суда Российской Федерации основаны на иных фактических обстоятельствах дела.

В данном случае, суды полно и всесторонне исследовали хозяйственную деятельность должника, меры, принимаемые руководителями должника для продолжения производственной деятельности и преодоления финансовых трудностей, и пришли к выводу о том, что несмотря на финансовые затруднения должника ответчики добросовестно рассчитывали на их преодоление в разумный срок, приложив максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план.

Как следует из материалов дела и установлено судами, общество «КМЗ» входило в группу предприятий ЗУМК, в отношении всей группы предприятий начиная с 2015 года были возбуждены дела о банкротстве, при этом одной из основных причин возникновения финансовых проблем указанной группы явилось неисполнение обязательств по крупному международному контракту со стороны предприятий Республики Узбекистан, заключенному в 2011 году (дело №А50-20115/2016 о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «ЗУМК-Инжиниринг»); резкое ухудшение финансового положительного результата деятельности должника было установлено по результатам подготовки отчетности должника за 2 квартал 2015 года, то есть в пределах одного месяца до момента возбуждения процедуры банкротства должника по заявлению кредитора, что исключает привлечение бывших руководителей должника к субсидиарной ответственности в порядке                            п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве.

Ссылка заявителя кассационной жалобы на то, что судами не учтены дополнительные пояснения конкурсного управляющего о признании недействительными ряда сделок должника на сумму более 33 млн. руб., совершенных директором должника Егоровым А.В. в преддверии банкротства и повлекших предпочтительное удовлетворение требований аффилированных лиц, отклоняется, поскольку указанное обстоятельство не является основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в порядке п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве ввиду неисполнения в определенный срок обязанности по подаче заявления в суд о признании должника банкротом. Конкурсным управляющим в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основания заявленных требований не изменялись. Кроме того, с учетом наличия среди контрагентов должника аффилированных лиц, суд первой инстанции обязывал конкурсного управляющего провести анализ распределения поступивших денежных средств среди всех кредитов с целью выявления злоупотребления (преимущественного направления денежных средств в адрес аффилированных лиц), однако из представленных в материалы дела документов фактов злоупотребления не следует.

Иные доводы, изложенные в кассационной жалобе, выводы судов не опровергают и направлены на переоценку обстоятельств дела и имеющихся в деле доказательств. Доводы содержат перечень обстоятельств, на которые заявитель ссылался как на основание своих требований в судах первой и апелляционной инстанций. Суд кассационной инстанции считает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами первой и апелляционной инстанций установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся в силу ст. 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены судебных актов, судами не допущено. 

С учетом изложенного оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется, определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отмене не подлежат.

Руководствуясь ст. 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Пермского края от 30.10.2017 по делу                      № А50-17430/2015 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.02.2018 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы по Пермскому краю – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                      В.В. Плетнева 

 

Судьи                                                                                   И.А. Краснобаева 

 

                                                                                    Ю.А. Оденцова