﻿

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-15017/2015(41)-АК

Дело № А60-741/2015

10 августа 2020 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 05 августа 2020 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 10 августа 2020 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Гладких Е.О., 

судей Мармазовой С.И., Нилоговой Т.С., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Малышевой Д.Д.,

при участии:

от Кубрина С.Н.: Винник А.В. по доверенности от 09.01.2020,  

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу арбитражного управляющего Гиматдинова Евгения Габдилфаретовича, являющегося кредитором должника по текущим платежам,

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 25 декабря 2019 года

об отказе в привлечении к субсидиарной ответственности Кубрина Сергея Николаевича, Попова Александра Артемьевича, Гаврилова Николая Федоровича (далее также – ответчики) по обязательствам должника,

вынесенное судьей Кириченко А.В. в рамках дела № А60-741/2015	

о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Бест Ботлинг»  (далее – ООО «Бест Ботлинг», должник) (ОГРН 1026602174752, ИНН 6652013885), 	

установил:

решением Арбитражного суда Свердловской области от 25.10.2015 ООО «Бест Ботлинг» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждён Гиматдинов Е.Г.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 31.05.2017 Гиматдинов Е.Г. освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 15.06.2017 конкурсным управляющим должника утверждена Галимова Сания Альтафовна. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 25.06.2018 конкурсным управляющим должника утверждена Кузакова Ирина Сергеевна.

15.10.2018 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление конкурсного управляющего Кузаковой И.С. о привлечении контролирующего должника лица Кубрина С.Н. к субсидиарной ответственности.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 05.03.2019 Кузакова И.С. освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 17.04.2019 конкурсным управляющим должника утвержден Кашкуров Алексей Александрович, являющийся членом Союза «Уральская саморегулируемая организация арбитражных управляющих».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.09.2019 в качестве соответчиков по настоящему обособленному спору привлечены Попов А.А. и Гаврилов Н.Ф. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 25.12.2019 (резолютивная часть определения объявлена 10.12.2019) отказано в привлечении Кубрина С.Н., Попова А.А., Гаврилова Н.Ф. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Не согласившись с указанным судебным актом, арбитражный управляющий Гиматдинов Е.Г. обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить и принять по делу новый судебный акт о признании доказанным наличие оснований для привлечения Кубрина С.Н., Попова А.А., Гаврилова Н.Ф. к субсидиарной ответственности, взыскании с них солидарно 2 703 701 705 руб. 61 коп. в пользу должника. 

В апелляционной жалобе арбитражный управляющий приводит доводы, согласно которым выводы суда, изложенные в определении, не соответствуют обстоятельствам дела, обстоятельства дела выяснены неполно, неправильном применены нормы материального права. В преддверии банкротства должник совершил ряд сделок на значительные суммы по преимущественному удовлетворению требований аффилированных лиц, входящих в группу компаний «Бест», в результате чего уменьшилась имущественная масса должника и причинен ущерб кредиторам. Общий размер сделок составил 262 767 188,62 руб., из них арбитражным судом признаны недействительными сделки на сумму 35 201 919,19 руб. Согласно бухгалтерскому балансу за 2014 год балансовая стоимость активов должника оставила 435 488 000 руб., однако бывший руководитель Кубрин С.Н. имущество должника на данную сумму не передал, имущество в указанном размере не выявлено и реализовано лишь на сумму 13 337 901,50 руб. В адрес Кубрина С.Н. конкурсный управляющий неоднократно направлял запросы о передаче бухгалтерской документации должника и материальных ценностей, которые им исполнены не были, определением суда от 11.03.2016 у Кубрина С.Н. истребованы запрашиваемые документы и имущество. Также, по мнению арбитражного управляющего, срок исковой давности должен исчисляться с 15.03.2018, когда он обратился с заявлением о взыскании вознаграждения и расходов в судебном порядке и должен был узнать о нарушении своих прав как кредитора по текущим обязательствам.

Определением от 27.02.2020 апелляционная жалоба арбитражного управляющего принята к производству Семнадцатого арбитражного апелляционного суда, судебное заседание по рассмотрению апелляционной жалобы назначено на 01.04.2020.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.03.2020 производство по рассмотрению указанной апелляционной жалобы приостановлено во исполнение Указа Президента Российской Федерации от 25.03.2020 № 206 «Об объявлении в Российской Федерации нерабочих дней»,  Постановления Президиума Верховного Суда Российской Федерации и Президиума Совета судей Российской Федерации от 18.03.2020 № 808.

Согласно статье 146 АПК РФ арбитражный суд возобновляет производство по делу по заявлению лиц, участвующих в деле, или по своей инициативе после устранения обстоятельств, вызвавших его приостановление, либо до их устранения по заявлению лица, по ходатайству которого производство по делу было приостановлено.

Поскольку обстоятельства, вызвавшие приостановление производства по апелляционной жалобе, устранены, суд апелляционной инстанции считает необходимым производство по апелляционной жалобе возобновить.

Ответчик Кубрин С.Н. представил отзыв на апелляционную жалобу, согласно которому просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ответчика поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу.

Остальные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, представителей для участия в заседании суда апелляционной инстанции не направили, что на основании части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ. 

Изучив материалы дела, проверив соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив правильность применения судом норм материального права, соблюдения норм процессуального права, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Судом первой инстанции установлено и из материалов дела следует, что ООО «Бест Ботлинг» 22.10.2002 зарегистрировано в качестве юридического лица, юридический адрес должника: 624000, Свердловская область, Сысертский район, 25 км Челябинского тракта.

По состоянию с 27.10.2009 по настоящее время участниками должника являются общество с ограниченной ответственностью «Торгово-Производственная Компания «Бест» (далее – ООО «ТПК «Бест») (ИНН 6662060725, ОГРН 1026605401240) - 99,5% и Кубрин С.Н. - 0,5 %.

Руководителем должника в период с 22.10.2002 до даты открытия конкурсного производства (19.10.2015) являлся Кубрин С.Н.

В свою очередь, участниками ООО «ТПК «Бест» являются Гаврилов Н.Ф. – 33,2%, Кубрин С.Н. – 17% и Попов А.А. – 49,8%.

В соответствии с пунктом 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» положения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» применяются те положения, регламентирующие основания для привлечения лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, которые действовали на дату обстоятельств, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности.

Согласно абзацу 31 статьи 2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее –  Закон о банкротстве) (в редакции от 29.12.2014) контролирующее должника лицо - лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника)».

Таким образом, является правильным вывод суда первой инстанции о том, что Кубрин С.Н., Попов А.А., Гаврилов Н.Ф. являлись лицами, контролирующими должника.

Первоначально поданное конкурсным управляющим Кузаковой И.С. заявление не содержало каких-либо оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

19.02.2019 в арбитражный суд поступило дополнение к заявлению, в котором конкурсный управляющий указала на заключение Кубриным С.Н. ряда сделок от имени должника. 

1. Договоры поручительства, договоры залога, которые заключены должником в счет обеспечения исполнения обязательств по кредитным договорам третьими лицами:

- между ПАО «Сбербанк России» (согласно определению о процессуальном правопреемстве ООО «Чистогорье») и ООО «БестПродукты питания» заключен договор об открытии невозобновляемой кредитной линии от 20.06.2012 № 24150 на сумму 50 000 000 руб.; № 24155 от 26.06.2012 на сумму 60 000 000 руб.; № 24728 от 29.03.2013 на сумму 294 400 000 руб.; №24734 от 25.04.2013 на сумму 276 000 000 руб. В счет обеспечения исполнения обязательств по нему должником предоставлено поручительство по договору;

- между ОАО «МДМ Банк» и ООО «Бест-Екатеринбург» заключены кредитные договоры № 1203-2939 от 28.02.2013 на сумму 140 000 000 руб.; №1203-2979 от 12.12.2013 на сумму 260 000 000 руб.; № 1203-2940 от 28.02.2013 на сумму 2 600 000 долларов США; № 1203-2941 от 28.02.2013 на сумму 150 000 000 руб.; № 1203-2942 от 28.02.2013 на сумму 2 300 000 долларов США; № 1203-2944 от 28.02.2013 на сумму 10 000 000 руб.; № 1203-2943 от 28.02.2013 на сумму 20 000 000 руб. В счет обеспечения исполнения обязательств основным должником по кредитному обязательству ООО «Бест Ботлинг» предоставлено обеспечение в виде поручительства;

- между ПАО «БИНБАНК» (ПАО Банк «Траст» по определению о процессуальном правопреемстве) и ООО «Бест-Продукты Питания» заключен кредитный договор № 13-ЕКА-102-50041 от 01.11.2013. В качестве обеспечения исполнения основным должником кредитных обязательств ООО «Бест Ботлинг» поручилось за ООО «Бест-Продукты Питания». 

2. Должником совершен ряд сделок, которые судебными актами Арбитражного суда Свердловской области по делу № А60-741/2015, вступившими в законную силу, признаны недействительными:

- определением суда от 25.07.2016 признаны недействительными сделки по зачету встречных однородных требований между ООО «Аквабаланс» и ООО «Бест Ботлинг», оформленные уведомлением о зачете № б/н от 31.08.2014 на сумму 977 187,19 руб., уведомлением о зачете № б/н от 01.09.2014 на сумму 656 013,64 руб.;

- определением суда от 19.05.2016 признано недействительным соглашение о зачете встречных требований между ООО «Бест-Продукты питания» и ООО «Бест Ботлинг» от 30.09.2014;

- определением суда от 18.06.2016 признана недействительной сделка по зачету встречных однородных требований между ООО «Бест-Тюмень» и ООО «Бест Ботлинг», оформленная уведомлением о зачете от 30.06.2015 в части зачета на сумму 4 377 630 руб.;

- определением суда от 12.05.2016 признаны недействительными сделки  о зачету встречных однородных требований между ООО «Внешэкономпрод» и ООО «Бест Ботлинг», оформленные уведомлением о зачете № б/н от 30.09.2014 на сумму 114 195,22 руб., уведомлением о зачете № б/н от 31.10.2014 на сумму 3 960,58 руб., уведомлением о зачете № б/н от 30.11.2014 на сумму 113,82 руб., уведомлением о зачете № б/н от 31.12.2014 на сумму 4 155,70 руб.;

- определением суда от 07.06.2016 признаны недействительными сделки по зачету встречных однородных требований между ООО «Внешэкономпрод» и ООО «Бест Ботлинг», оформленные: уведомлением о зачете от 31.01.2015 на сумму 3 619,12 руб., уведомлением о зачете от 31.03.2015 на сумму 8 620,34 руб., уведомлением о зачете от 31.07.2015 на сумму 4 367,08 руб.;

- определением суда от 08.06.2016 признана недействительной сделка ООО «Бест Ботлинг» по отчуждению доли в размере 70 % в уставном капитале ООО «Внешэкономпрод» номинальной стоимостью 140 000 000 руб., оформленная заявлением о выходе из состава участников ООО «Внешэкономпрод» и о выплате действительной стоимости доли в уставном капитале от 12.10.2015;

- определением суда от 30.12.2016 признаны недействительными сделки по зачету встречных однородных требований между ООО «Завод безалкогольных напитков Бест Ботлинг» и ООО «Бест Ботлинг», оформленные уведомлением о зачете № б/н 31.12.2014 на сумму 13 385 874,08 руб.;

- определением суда от 26.01.2017 признана недействительной сделка по зачету встречных однородных требований между ООО «Завод безалкогольных напитков Бест Ботлинг» и ООО «Бест Ботлинг», оформленную уведомлением о зачете № б/н от 31.01.2015 на сумму 13 486 182,42 руб.

- определением суда от 10.05.2017 признан недействительным договор аренды оборудования № 30/09/2015-АО от 30.09.2015, заключенный между ООО «Бест Ботлинг» и ООО «Завод безалкогольных напитков «Бест Ботлинг».

В дальнейшем доводы конкурсного управляющего Кузаковой И.С. поддержаны конкурсным управляющим Кашкуровым А.А.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции от 29.12.2014) если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в том числе если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

В отношении обеспечительных сделок суд первой инстанции обоснованно отметил следующее.

Обстоятельствами дела о банкротстве подтверждается, что должник входил в группу компаний «Бест» со следующими организациями: ООО «Бест-Болтинг», ООО «Бест-Продукты питания», ООО «Внешэкономпрод», ООО «Бест-Екатеринбург».

Сам должник не принимал на себя прямые кредитные обязательства, а выступал перед банками в качестве поручителя или залогодателя.

Наличие корпоративных либо иных связей между поручителем (залогодателем) и должником объясняет мотивы совершения обеспечительных сделок. Получение поручительства от компании, входящей в одну группу лиц с заемщиком, с точки зрения нормального гражданского оборота, является стандартной практикой и потому указанное обстоятельство само по себе не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в поведении кредитора даже в ситуации, когда поручитель принимает на себя обязательства, превышающие его финансовые возможности.

Предполагается, что при кредитовании одного из участников группы лиц, в конечном счете, выгоду в том или ином виде должны получить все ее члены, так как в совокупности имущественная база данной группы прирастает.

В такой ситуации для констатации сомнительности поручительства должны быть приведены достаточно веские аргументы, свидетельствующие о значительном отклонении поведения заимодавца от стандартов разумного и добросовестного осуществления гражданских прав, то есть фактически о злоупотреблении данным заимодавцем своими правами во вред иным участникам оборота, в частности, остальным кредиторам должника (пункт 4 статьи 1 и пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)).

Данные выводы суда первой инстанции согласуются с позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 15.02.2019 по делу № А41-14638/2016. 

Таким образом, будучи составной частью группы «Бест», которая принимала на себя, по сути, единые кредитные обязательства, должник в лице его руководителя Кубрина С.Н. не мог действовать неразумно и недобросовестно, так как действия по заключению обеспечительных сделок, в конечном итоге, были направлены на получение имущественной выгоды для самого должника.

Обстоятельствами дела также подтверждается, что состав основных кредиторов у ООО «Бест Ботлинг» практически полностью совпадает с составом кредиторов в иных делах о банкротстве организаций, входящих в группу «Бест» (дела № А60-5893/2015, № А60-55431/2014, № А60-55486/2014).

Абсолютное большинство требований составляют обязательства, так или иначе вытекающие из кредитных отношений:

- либо акцессорные обязательства (поручительство) по кредитным обязательствам;

- либо регрессные требования иных поручителей, погасивших задолженность перед кредитными организациями, выдавшими заемные средства;

- либо выкупленные права требования кредитных организаций, перед которыми должник выступал в качестве поручителя.

При этом суд первой инстанции обоснованно отметил, что указанные конкурсным управляющим сделки явились основанием для включения более 97 процентов требований в реестр кредиторов должника и в принципе являются основанием для существования прав требований кредиторов к должнику. Следовательно, не может быть причинен кредитору вред сделкой, на основании которой у этого кредитора возникают какие-либо права требования к должнику.

Со стороны конкурсного управляющего не представлено каких-либо доказательств, что заключение кредитных договоров и договоров поручительства не было каким-либо образом связано с хозяйственной деятельностью должника и не повлекло за собой получение этим обществом имущественной либо иной выгоды.

Относительно признанных недействительными сделок в рамках настоящего дела о банкротстве суд первой инстанции обоснованно пришел к следующим выводам.

Как следует из пункта 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53) согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают. 

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно указал, что в приведенных со стороны конкурсного управляющего случаях оспаривания сделок вопрос касался признания недействительными сделок зачета по основаниям статьи 61.3 Закона о банкротства, то есть по основаниям, не связанным с выводом активов должника или причинения какого-либо иного ущерба, а по основаниям преимущественного удовлетворения требований.

То есть в рамках указанных судебных актов не было установлено каких-либо признаков злоупотребления со стороны ответчика, направленного на причинение вреда кредиторам.

Более того, результатом вынесения указанных судебных актов стало не взыскание задолженности с должника, а исключительно восстановление сторон в первоначальное положение.

В соответствии с пунктом 20 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 суд вправе самостоятельно квалифицировать заявленные требования и решить вопрос о применяемых нормах права:

- либо общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ);

- либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве).

В рассматриваемом случае управляющим не доказано, что в результате совершения недействительных сделок должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Оснований для предъявления к ответчику Кубрину С.Н. суммы сделок в качестве убытков суд первой инстанции обоснованно не усмотрел, поскольку в результате применения последствий недействительности сделок должник вернулся в первоначальное положение. С ответчика Кубрина С.Н. не взыскана задолженность, а должник прибрел право требования, которое в настоящий момент возможно к реализации. Доводы об отсутствии (мнимости) встречной зачтенной задолженности конкурсный управляющий Кашкуров А.А. не приводил. Данное имущество проинвентаризировано конкурсным управляющим, включено в конкурсную массу должника и подлежит выставлению на торги. Следовательно, какой-либо имущественный вред должнику или его кредиторам, в том числе приводящим к невозможности удовлетворения требований кредиторов, отсутствует. 

Между тем, согласно пункту 18 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Доказательств того, что действия (бездействие) ответчиков выходили за пределы обычного делового риска и были направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов, арбитражному суду не представлено.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно признал несостоятельными доводы конкурсных управляющих Кузаковой И.С. и Кашкурова А.А. 

В отзыве от 05.07.2019 и последующих дополнениях арбитражный управляющий Гиматдинов Е.Г. (бывший конкурсный управляющий должника), в настоящее время являющийся кредитором должника по текущим платежам, указывал на следующие дополнительные основания для привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности:

1) в период с 31.01.2015 по 30.09.2015 между ООО «Завод безалкогольных напитков Бест Ботлинг» и ООО «Бест-Ботлинг» совершены сделки по зачету встречных однородных требований на общую сумму 224 502 880,51 руб.;

2) в период с 31.08.2014 по 31.12.2014 между ООО «Завод безалкогольных напитков Бест Ботлинг» и ООО «Бест-Ботлинг» совершены сделки по зачету встречных однородных требований на общую сумму 26 474 348,02 руб.

3) между ООО «Внешэкономпрод» и ООО «Бест Ботлинг» совершены сделки по зачету встречных однородных требований на общую сумму 16 606,54 руб.;

4) между ООО «Внешэкономпрод» и ООО «Бест Ботлинг» совершены сделки по зачету встречных однородных требований на общую сумму 122 425,32 руб.;

5) между ООО «Аквабаланс» и ООО «Бест Ботлинг» совершены сделки по зачету встречных однородных требований на общую сумму 1 639 425,83 руб. Руководителем ООО «Бест Ботлинг» и ООО «Аквабаланс» является Кубрин С.Н., являющийся также участником ООО «Бест Ботлинг» - 0,5 %.

6) между ООО «Бест-Тюмень» и ООО «Бест Ботлинг» 30.06.2015 и 31.07.2015 совершены сделки по зачету встречных однородных требований на общую сумму 6 625 405 руб. ООО «Бест-Тюмень» и ООО «Бест-Ботлинг» являются аффилированными лицами. Участниками ООО «Бест Ботлинг» являются ООО «ТПК «Бест» - 99,5% и Кубрин С.Н. - 0,5 %. В свою очередь единственным участником ООО «Бест-Тюмень» является также ООО «ТПК «Бест»;

7) между ООО «Бест-Продукты питания» и ООО «Бест-Ботлинг» 30.09.2014 заключено соглашение о зачете встречных требований № б/н, согласно которому стороны прекратили взаимные обязательства на общую сумму 2 180 000 руб. ООО «Бест-Продукты питания» и ООО «Бест-Ботлинг» являются аффилированными лицами.

8) должником в преддверии банкротства совершались сделки по фиктивному наращиванию кредиторской задолженности в пользу аффилированных лиц. 

ООО «Бест - Продукты питания» (векселедатель) выдало простой вексель № 071113/01 на сумму 10 203 750 руб. и № 071113/02 на сумму 58 904 051 руб. в пользу ООО «ЛОЗА» (векселедержатель), срок платежа - по предъявлении, но не ранее 31.12.2013. Векселя предъявлены к оплате, что подтверждается актом № б/н от 30.01.2014. Однако ООО «Бест-продукты питания» не исполнило вексельное обязательство.

В обеспечение исполнения обязательств ООО «Бест-продукты питания» по оплате вексельного долга между ООО «ЛОЗА» (кредитор) и ООО «Бест Ботлинг» (поручитель) заключен договор поручительства № 58 от 08.12.2014. 

Между ООО «ЛОЗА» (цедент) и ООО «Продовольственная компания» (цессионарий) заключен договор уступки права требования, по условиям которого ООО «Продовольственная компания» приобрело права требования по указанным векселям к ООО «Бест - Продукты питания» и ООО «Бест Ботлинг».

ООО «Продовольственная компания» обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением об установлении требований в размере 10 442 262,66 руб. и 60 280 933,20 руб.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 12.10.2015 по делу № А60-741/2015 и от 15.10.2015 по тому же делу по заявлению конкурсного управляющего и ОАО «МДМ Банк» установлено, что при заключении договора поручительства № 58 от 08.12.2014 руководство ООО «Бест Ботлинг» и ООО «ЛОЗА» действовали целенаправленно в ущерб имущественным интересам должника и кредиторов ООО «Бест Ботлинг», договор поручительства подписан с целью формирования кредиторской задолженности, что позволяло бы получать денежные средства из конкурсной массы должника и оказывать существенное влияние на ход дела о банкротстве;

9) также должником принимались меры по выводу активов должника. 12.10.2015 директор ООО «Бест Ботлинг» Кубрин С.Н. подал заявление о выходе из состава участников общества ООО «Внешэкономпрод» и о выплате действительной стоимости доли в уставном капитале.

Размер доли ООО «Бест Ботлинг» в уставном капитале ООО «Внешэкономпрод» составлял 70 % уставного капитала номинальной стоимостью 140 000 000 руб.

10.12.2015 руководителем ООО «Внешэкономпрод» Поповым А.А. подано заявление в регистрирующий орган о внесении изменений в состав участников ООО «Внешэкономпрод».

17.12.2015 ИФНС России по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга принято решение о внесении изменений в сведения о юридическом лице, содержащиеся в Едином государственном реестре юридических лиц, не связанных с внесением изменений в учредительные документы, в части изменения состава участников ООО «Внешэкономпрод» (ГРН записи 6156658307261 от 17.12.2015). ООО «Бест Ботлинг» исключено из состава участников ООО «Внешэкономпрод». Доли, ранее принадлежавшие должнику, переданы обществу.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 08.06.2016 полностью удовлетворены требования конкурсного управляющего о признании недействительной сделки ООО «Бест Ботлинг» по отчуждению доли в размере 70 % в уставном капитале ООО «Внешэкономпрод» номинальной стоимостью 140 000 000 руб., оформленной заявлением о выходе из состава участников ООО «Внешэкономпрод» и о выплате действительной стоимости доли в уставном капитале от 12.10.2015.

Суд первой инстанции рассмотрел вышеуказанные доводы арбитражного управляющего Гиматдинова Е.Г. и обоснованно их отклонил по следующим основаниям.

Во-первых, согласно пункту 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

С заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности арбитражный управляющий Гиматдинов Е.Г. как кредитор должника по текущим платежам, не обращался.

При этом суд первой инстанции также правильно указал, что в силу пункта 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве кредиторы по текущим обязательствам правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, обладают после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

Во-вторых, в соответствии с абзацем пятым пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции от 29.12.2014) заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

В силу пункта 5 статьи 61.14 действующей редакции Закона о банкротстве заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей главой, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности. В случае пропуска срока на подачу заявления по уважительной причине он может быть восстановлен арбитражным судом, если не истекло два года с момента окончания срока, указанного в абзаце первом настоящего пункта.

Согласно пункту 59 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53  предусмотренный абзацем первым пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, исчисляется с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или обычный независимый кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности –  о совокупности следующих обстоятельств: о лице, имеющем статус контролирующего, его неправомерных действиях (бездействии), причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами (без выяснения точного размера такой недостаточности).

В отношении доводов арбитражного управляющего Гиматдинова Е.Г. соответчиками Кубриным С.Н., Поповым А.А., Гавриловым Н.Ф. заявлено о пропуске сроков исковой давности.

При рассмотрении заявления ответчиков о применении срока исковой давности суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что соответствующие доводы были изложены арбитражным управляющим Гиматдиновым Е.Г., как кредитором должника по текущим платежам, 05.07.2019 в своем отзыве на заявление о привлечении к субсидиарной ответственности.

По заявленным арбитражным управляющим Гиматдиновым Е.Г. доводам конкурсные управляющие Кузакова И.С. и Кашкуров А.А. не требовали привлечь ответчиков к субсидиарной ответственности, в связи с чем с даты введения в отношении должника конкурсного производства трехлетний срок истек.

Доводы апелляционной жалобы о том, что арбитражный управляющий Гиматдинов Е.Г. обратился в арбитражный суд с отзывом на заявление о привлечении к субсидиарной ответственности 05.07.2019 в пределах срока исковой давности проверены судом апелляционной инстанции и отклонены в связи с их несостоятельностью по следующим основаниям.

	К рассмотрению настоящего обособленного спора подлежат применению нормы статьи 10 Закона о банкротстве, так как рассматриваются обстоятельства деятельности должника в период с 2013 по 2014 годы включительно, то есть до принятия Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях", в соответствии с пунктом 3 статьи 4 которого, в Закон о банкротстве введена в действие новая Глава III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве», применяемая к заявлениям о привлечении к субсидиарной ответственности на основании статьи 10 Закона о банкротстве, поданным с 01.07.2017 только в части процессуальных норм права.

Между тем, вопрос применения положений действующего законодательства о сроках исковой давности относятся к нормам материального права.

В соответствии с абзацем 4 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в законную силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом.

	Пунктом 58 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 установлено, что сроки исковой давности по привлечению к субсидиарной ответственности, являются специальными сроками исковой давности (пункт 1 статьи 197 ГК РФ), начало течения которых обусловлено субъективным фактором (моментом осведомленности заинтересованных лиц).

При этом данные сроки ограничены объективными обстоятельствами: они в любом случае не могут превышать трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) или со дня завершения конкурсного производства и десяти лет со дня совершения противоправных действий (бездействия).

В данном конкретном случае, учитывая, что события имели место в  2013-2014 годах, подлежит применению годичных срок исковой давности, начинающий течь с момента, когда заявитель узнал или должен был узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.

При этом в любом случае истек максимальный срок исковой давности – 19.10.2018 (три года с момента вынесения резолютивной части решения о признании должника банкротом). 

Арбитражный управляющий Гиматдинов Е.Г. исполнял обязанности временного управляющего и конкурсного управляющего в рамках настоящего дела о банкротстве. В такой ситуации все обстоятельства, на которые он указывает в апелляционной жалобе, ему должны были быть известны до его освобождения от исполнения обязанностей конкурсного управляющего (31.05.2017).

Таким образом, является правильным вывод суда первой инстанции о том, что арбитражный управляющий Гиматдинов Е.Г. обратился в арбитражный суд с отзывом на заявление о привлечении к субсидиарной ответственности за пределами срока исковой давности.

При таких обстоятельствах, в связи с отсутствием законных оснований для  привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении настоящего заявления. 

Суд апелляционной инстанции считает, что все имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства, судом первой инстанции установлены правильно, представленные доказательства полно и всесторонне исследованы, доводы, изложенные в апелляционной жалобе, проверены и им дана надлежащая оценка.

Изложенные в апелляционной жалобе доводы не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм права, не опровергают выводов суда первой инстанции, по существу направлены на переоценку установленных судом обстоятельств, оснований для которой суд апелляционной инстанции не усматривает.

При этом суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить, что в материалы дела не представлены доказательства наступления каких-либо негативных последствий, в том числе в виде невозможности проведения процедур банкротства либо невозможности погашения требований кредиторов, в связи с тем, что определением Арбитражного суда Свердловской области от 11.03.2016 у Кубрина С.Н. истребованы запрашиваемые конкурсным управляющим документы и имущество.

	Бухгалтерская и иная документация была передана Кубриным С. Н. конкурсному управляющему после проведения работы по ее восстановлению, в том числе от контрагентов, что подтверждается актом приема-передачи документов от 02.08.2019 и актом приема-передачи от 02.09.2020. При этом у конкурсного управляющего отсутствовали какие-либо претензии в отношении переданных документов.

	Обстоятельства дела о банкротстве свидетельствуют, что все активы должника были выявлены, сделки, имеющие признаки недействительности, оспорены, все контролирующие лица установлены.

Согласно пункту 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее. Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Между тем, каких-либо доказательств невозможности реализации процедур банкротства (невозможности выявления основных активов, выявления подозрительных сделок и др.) арбитражному суду не представлено.

Кроме того, этим же пунктом постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 предусмотрено, что к руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

Как выше указано, по актам приема-передачи от 02.08.2019 и от 02.09.2020 Кубрин С.Н. передал конкурсному управляющему истребованные судом документы и имущество.

Нарушений норм материального и процессуального права, являющихся в силу статьи 270 АПК РФ основанием для отмены судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

При таких обстоятельствах решение суда первой инстанции следует оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В связи с тем, что в силу пункта 12 части 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы на обжалуемое определение не предусмотрена, вопрос о распределении судебных расходов судом апелляционной инстанции не рассматривается.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 25 декабря 2019 года по делу № А60-741/2015 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области. 

 

Председательствующий

 

Е.О. Гладких

 

Судьи

С.И. Мармазова

 

Т.С. Нилогова