ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-24306/2021

Дело № А40-134996/17

г. Москва

27 мая 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 24 мая 2021 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 27 мая 2021 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  В.В. Лапшиной, 

судей В.С. Гарипова, А.Н. Григорьева

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО2 на определение Арбитражного суда г. Москвы от 22 марта 2021, вынесенное судьей Марковым П.А., об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО2 об оспаривании сделок должника по делу № А40-134996/17 о банкротстве Рахимовой Лолы Джаббаровны

при участии в судебном заседании:

от финансового управляющего ФИО2 – ФИО3 дов от 01.08.2020

от ФИО4 – ФИО5 дов от 08.11.19

от ПАО «МОСОБЛБАНК» -  ФИО6 дов от 23.07.2020

от ФИО7 – ФИО8 дов от 21.05.21

Иные лица не явились, извещены.

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 01.08.2018 ФИО9 признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника был утвержден ФИО2 Соответствующее сообщение было опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 143 (6381) от 11.08.2018. 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 23.06.2020 удовлетворено заявление финансового управляющего должника и признан недействительным (ничтожным) договор купли-продажи земельного участка с находящимся на нем жилым домом от 13.06.2013, заключенный между ФИО9 и ФИО10, в отношении следующих объектов недвижимости: земельный участок (кадастровый номер 50:20:0041126:216), площадью 4.774 кв.м., назначение: земли населенных пунктов, для индивидуального жилищного строительства, расположенный по адресу: Московская область, Одинцовский район, в районе с. Успенское, уч. 23, 24; Жилой дом (кадастровый номер 50:20:0000000:29024), площадью 1.624,2 кв.м., назначение: жилое, расположенный по адресу: Московская область, Одинцовский район, в районе 

<

...>, применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО10 возвратить ФИО9 объекты недвижимости: земельный участок (кадастровый номер 50:20:0041126:216), площадью 4.774 кв.м., назначение: земли населенных пунктов, для индивидуального жилищного строительства, расположенный по адресу: Московская область, Одинцовский район, в районе с. Успенское, уч. 23, 24; Жилой дом (кадастровый номер 50:20:0000000:29024), площадью 1.624,2 кв.м., назначение: жилое, расположенный по адресу: Московская область, Одинцовский 3 район, в районе 

<

...>. 

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.09.2020 определение Арбитражного суда города Москвы от 23.06.2020 было оставлено без изменения. 

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 10.12.2020 определение Арбитражного суда города Москвы от 23.06.2020 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.09.2020 по делу № А40-134996/2017 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

При новом рассмотрении финансовым управляющим уточнено заявление, в связи с чем просит признать недействительными (мнимыми) как цепочку сделок договор купли-продажи земельного участка с находящимся на нем жилым домом от 13.06.2013, заключенный между ФИО9 и ФИО10, основной договор купли-продажи недвижимого имущества от 13.04.2016, заключенный между ФИО10 и ФИО11, основной договор куплипродажи недвижимого имущества от 14.06.2016, заключенный между ФИО11 и ФИО4 в отношении следующих объектов недвижимости: земельный участок (кадастровый номер 50:20:0041126:216), площадью 4.774 кв.м., назначение: земли населенных пунктов, для индивидуального жилищного строительства, расположенный по адресу: Московская обл., Одинцовский р-н, в районе с. Успенское, уч. 23, 24; жилой дом (кадастровый номер 50:20:0000000:29024), площадью 1.624,2 кв.м., назначение: жилое, расположенный по адресу: Московская обл., Одинцовский р-н, в районе с. Успенское, уч. 23. Применить последствия недействительности сделки в виде возврата ФИО9 объектов недвижимости.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 22 марта 2021 года отказано в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО2 об оспаривании сделок должника.

Не согласившись с вынесенным определением, финансовый управляющий ФИО2 обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой ссылается на неправильное применение судом первой инстанции норм материального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просит определение арбитражного суда первой инстанции отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

От ПАО «МОСОБЛБАНК», финансового управляющего ФИО10 поступили письменные отзывы, в которых просят обжалуемый судебный акт оставить без изменения, ссылаясь на его законность и обоснованность, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В судебном заседании представитель апеллянта поддержал доводы жалобы в полном объеме.

Представители ПАО «МОСОБЛБАНК», ФИО7, ФИО4 возражали по доводам жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явились, в соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Законность и обоснованность принятого определения проверены в соответствии со статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, считает, что оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта в не имеется в силу следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как установлено судом первой инстанции, согласно выписке из ЕГРН № 35-00-4001/5001/2018- 2707 от 23.04.2018, должнику на праве собственности принадлежали следующие объекты недвижимости: земельный участок (кадастровый номер 50:20:0041126:216), площадью 4.774 кв.м., назначение: земли населенных пунктов, для индивидуального жилищного строительства, расположенный по адресу: Московская область, Одинцовский район, в районе с. Успенское, уч. 23, 24; Жилой дом (кадастровый номер 50:20:0000000:29024), площадью 1 624,2 кв.м., назначение: жилое, расположенный по адресу: Московская область, Одинцовский район, в районе 

<

...>, впоследствии указанные объекты недвижимого имущества были отчуждены ФИО9 в пользу ФИО10 по договору купли-продажи земельного участка с находящимся на нем жилым домом от 13.06.2013. 

Далее ФИО10 спорные объекты были отчуждены ФИО11 по основному договору купли-продажи недвижимого имущества от 13.04.2016, далее ФИО11 данные объекты недвижимого имущества были отчуждены ФИО4 по договору купли-продажи недвижимого имущества от 14.06.2016, сделки по отчуждению ФИО10 спорных объектов ФИО11, а последним – ФИО4, были признаны недействительными вступившим в законную силу постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда в рамках дела о банкротстве ФИО12 № А41-94811/15, применены последствия недействительности сделки в виде возврата ФИО4 ФИО10 земельного участка и жилого дома. 

Финансовый управляющий ФИО9, полагая, что имеются основания для признания недействительным договора купли-продажи земельного участка с находящимся на нем жилым домом от 13.06.2013, заключенного между ФИО9 и ФИО10, обратился в суд с настоящим заявлением о признании договора притворной сделкой, совершенной со злоупотреблением правом, по основаниям, предусмотренным статьями 10, 170 ГК РФ.

Арбитражный суд Московского округа, отменяя состоявшие по обособленному спору судебные акты и направляя дело на новое рассмотрение, указал на то, что судами не учтены разъяснения, данные в пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным Законом «О несостоятельности (банкротстве)», согласно которому, исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Также суд кассационной инстанции указал, что суды не установили, в чем заключалось злоупотребление правом со стороны ФИО10; также судами не устанавливались обстоятельства совершения спорной сделки по явно заниженной цене; не устанавливали обстоятельства согласованности действий ФИО9 и ФИО10 по заключению и исполнению оспариваемой сделки именно с целью не возможности обращения взыскания на это имущество по требованию АО «Кредит Европа Банк», учитывая, что указанная кредитная организация является единственным кредитором должника, поскольку требование иного кредитора было частично приобретено именно у АО «Кредит Европа Банк»; суды не установили, когда ФИО9 приняла решение взять кредит у АО «Кредит Европа Банк» и каким образом известила об этом ФИО10; судами не установлена причинно-следственная связь между совершением оспариваемой сделки и последующими неблагоприятными последствиями, возникшими у кредитора по кредитному договору заключенному с должником.

Также суд округа указал, что признавая спорную сделку притворной на основании ч. 2 ст. 170 ГК РФ, судами не установлены обстоятельства, подлежащие доказыванию при оспаривании притворной сделки: реально преследуемые конкретные правовые последствия и действительная воля сторон, которые стороны прикрывали рядом последовательных действий и сделок; единство воли и сонаправленность умысла всех участников прикрываемой сделки; возникновение действительных правовых последствий от совершения прикрываемой сделки у реальных участников сделки, а также отсутствие значимого экономико-правового эффекта от участия в операциях фиктивного посредника; желание скрыть действительные намерения сторон оспариваемых сделок.

Кроме того суд округа посчитал, что действительная воля на предъявление настоящего требования об оспаривании сделки, исходя из презумпции добросовестности поведения, не устанавливалась судом, а доводы о том, и ФИО9 и ФИО10 находятся в процедурах банкротства также не получили ни какой правовой оценки. 

Применяя последствия недействительности ничтожной сделки, суды обязали вернуть спорное имущество из конкурсной массы ФИО10 в конкурсную массу ФИО9, что противоречит императивной норме пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, на что указал оружной суд. Поскольку ФИО10 также была признана банкротом, в связи с чем, требования ее кредиторов по неденежным обязательствам имущественного характера трансформируются в денежные, подлежат оценке, рассматриваются и удовлетворяются в общем порядке, предусмотренном статьями 134, 142 Закона о банкротстве.

В силу положений части 2.1 статьи 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации указания арбитражного суда кассационной инстанции, в том числе на толкование закона, изложенные в его постановлении об отмене решения, судебного приказа, постановления арбитражных судов первой и апелляционной инстанций, обязательны для арбитражного суда, вновь рассматривающего данное дело.

Согласно части 1 статьи 61.1 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе. 

Согласно пункту 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», сделки граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, совершенные до 01.10.2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными только на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) по требованию финансового управляющего в порядке, предусмотренном п. п. 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). 

Из пункта 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 - 2 статьи 168 ГК РФ). 

Для признания сделки недействительной по причине злоупотребления правом обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок; наличие или возможность негативных правовых последствий для прав и законных интересов иных лиц; наличие у стороны по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

 В Информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что для признания сделки недействительной по основаниям, изложенным в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, суду необходимо установить, что соответствующее лицо в сделке совершило определенные действия, направленные на получение данным лицом каких-либо имущественных прав, на нарушение прав и законных интересов кредиторов сторон сделки. 

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной и совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»). 

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. 

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. 

Так из материалов дела следует, что дело о банкротстве ФИО9 возбуждено определением Арбитражного суда города Москвы от 17.08.2017 по заявлению АО «Кредит Европа Банк». 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 12.08.2018 требования АО «Кредит Европа Банк» к должнику ФИО9 признаны обоснованными, в отношении ФИО9 введена процедура реструктуризации долгов гражданина. Также судом включены требования АО «Кредит Европа Банк» в размере 177.847.614,45 рублей, как обеспеченное залогом имущества гражданина, в реестр требований кредиторов ФИО9 в третью очередь. При этом судом было установлено, что требование подтверждено кредитным соглашением №00209- МС-000000000223 от 04.02.2014, согласно которому кредитор предоставил должнику кредит в размере 2.000.000 долларов США по ставке 8% годовых на срок 60 месяцев с даты выдачи кредита, путем перечисления денежных средств на счет должника, открытый в банке. Дополнительным соглашением №1 от 18.02.2016 к договору, согласно которому заемщик признает имеющиеся обязательства по кредитному договору в размере 1.994.512 долларов США, из которых остаток основного долга – 1.820.983,76 долларов США, 173.528,24 долларов США – сумма процентов, датой окончательного погашения является 14.02.2019. 

В соглашении стороны договорились изменить валюту, указанную в пункте 1 соглашения обязательств заемщика по договору и выраженных в долларах США на рубли РФ по курсу 76,80 рублей за 1 доллар, в результате чего размер обязательств заемщика на дату заключения соглашения составил 153.178.521,60 рублей, из которых остаток основного долга – 139.851.552,77 рублей, сума процентов начисленных на основной долг – 13.326.968,83 рублей, стороны договорили после изменения валюты обязательства с долларов США на рубли установить с 19.02.2016 процентную ставку за пользование кредитом в размере 15% годовых. 23.03.2017 банком в адрес должника направлена телеграмма с требованием полного досрочного погашения задолженности по кредитному соглашению в срок до 12 10.04.2017. 

В качестве обеспечения исполнения обязательств по кредитному договору, между банком и должником был заключен договор залога недвижимого имущества (ипотеки) №00209-МС-000000000223/1 от 04.02.2014, зарегистрированный в установленном порядке в Управлении Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Москве 13.02.2014. Согласно пункту 1.1.1 договора ипотеки, предметом договора является квартира 10, общей площадью 186,6 кв.м., расположенная по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 77:01:0001078:1617, а в пункте 1.2 с учетом дополнительного соглашения №1 к договору залога, предмет ипотеки оценен в сумме 81.911.400 рублей, то есть стоимостью ниже представленного кредита. 

Оспариваемая сделка совершена 27.06.2013 (дата регистрации перехода права собственности в ЕГРЮЛ). 

Следовательно, оспариваемая сделка совершена в период свыше трех лет до возбуждения дела о банкротстве должника (17.08.2017), то есть за пределами периода подозрительности. 

Судом первой инстанции правильно установлено, что на дату совершения сделки у ФИО9 отсутствовали какие-либо обязательства перед кредиторами, которые впоследствии были включены в реестр требований кредиторов должника.

Апелляционный суд учитывает разъяснения, данные в пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным Законом «О несостоятельности (банкротстве)», согласно которому, исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам. Исковая давность по такому требованию в силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства. 

Следовательно, для признания сделки недействительной на основании статей 10 и 168 ГК РФ необходимо установить признаки злоупотребления правом не только со стороны продавца, но и со стороны покупателя.

В этой связи, финансовый управляющий должен доказать наличие у оспариваемой сделки пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок. 

Суд первой инстанции правомерно пришел к выводу об отсутствии доказательств наличия злоупотребления правом со стороны ФИО10

Приобретатель по спорной сделке - ФИО10, вне зависимости от степени ее осмотрительности, не имела объективной возможности узнать, что сделка может совершаться с целью причинить вред кредитору ФИО9 - АО «Кредит Европа Банк», поскольку в момент совершения сделки АО «Кредит Европа Банк» не являлся кредитором и не находился в обязательственных правоотношениях с продавцом. 

Также отсутствуют в материалах дела доказательства того, что ФИО9 вступая в сделку с ФИО10 достоверно знала о возникновении у нее в будущем обязательств перед кредиторами. 

Кроме того, что при предоставлении ФИО9 04.02.2014 кредита №00209-МС000000000223 АО «Кредит Европа Банк» исходило из других финансовых возможностей для предоставления столь крупного кредита в размере 2.000.000 долларов США по ставке 8% годовых. 

Таким образом, суд первой инстанции признал, что  отсутствует причинно-следственная связь между действиями по заключению ФИО10 и ФИО9 13.06.2013 договора купли-продажи и действиями ФИО9 по заключению 04.02.2014 с АО «Кредит Европа Банк» кредитного соглашения №00209-МС-000000000223 с целью причинить вред кредиторам. 

В качестве доказательства возможности предоставления должнику денежных средств по оспариваемому с должником договору ФИО10 представлены кредитные договоры с ПАО «Мособлбанк», из которых следует, что ответчику были предоставлены денежные средства в общем размере 556.480.000 рублей. 

Данное обстоятельство также установлено Десятым арбитражным апелляционным судом в постановлении от 06.04.2016 по делу № А41- 94811/15, постановлением Арбитражного суда Московского округа от 14.12.2017 по делу № А41-94811/15. 

Кроме того решением Арбитражного суда Московской области от 26.06.2017 по делу №А41-9597/17 установлено, что письмами от 15.05.2014 и от 26.06.2014 ПАО МОСОБЛБАНК, Банк сообщал о том, что по кредитному договору № 

<

***> от 27.06.2013, заключенному с ФИО10, обязательства исполнены в полном объеме, ссудной задолженности не имеется. Банк финансовых и иных претензий в отношении указанного лица не имеет. 

В связи с исполнением ФИО10 всех обязательств по Кредитному договору № 

<

***> от 27.06.2013 обязательства по залогу жилого дома, общей площадью 1624,20 кв.м. и земельного участка, общей площадью 4 774 кв.м. прекращены. 

Заявление на погашение записи о залоге подавалось от имени ФИО10 ее представителем на основании доверенности от 05.04.2016.

Судом первой инстанции установлено, что от имени Банка интересы представляли физические лица на основании нотариально заверенной доверенности от 29.05.2014 в порядке передоверия на представление интересов Акционерного банка Московский областной банк (ОАО МОСОБЛБАНК) в Управлении Росреестра по Московской области по всем вопросам, связанным с государственной регистрацией прекращения обременении в отношении недвижимого имущества по договору залога недвижимого имущества № 

<

***>-3 от 27.06.2013, в связи с прекращением обязательств по кредитному договору № 

<

***> от 27.06.2013 и кредитному договору № 

<

***> от 13.06.2013, а именно в отношении земельного участка с кадастровым номером 50:20:0041126:0216 и жилого дома с кадастровым (условным) номером: 50-50-20/128/2005- 063. 

При этом первоначальная доверенность также была нотариально заверена и выдана от имени Банка председателем Правления АКБ «МОСОБЛБАНК» на имя ФИО10 

Данные обстоятельства, установленные ранее вступившими в законную силу решениями арбитражного суда и суда общей юрисдикции свидетельствовали, что обязательства ФИО10 частично исполняла, что денежные средства в ее распоряжении имелись, однако, в последствии, спустя более, чем через год, после совершения оспариваемой сделки прекратила исполнять обязательства по кредитным договорам, в связи с чем ПАО «Мособлбанк» обратилось в суд с взысканием суммы долга по кредитным договорам, а в последствии и с заявлением о признании ФИО10 банкротом. 

Данные обстоятельства свидетельствуют, что на момент заключения оспариваемой сделки ФИО10 имела реальную возможность оплатить цену оспариваемой сделки, у ФИО10 имелись денежные средства, что позволяло приобрести 13.06.2013 спорное имущество у ФИО9

Таким образом, апелляционный суд не может признать обоснованными доводы заявителя о том, что должник за семь месяцев до заключения кредитного соглашения с АО «Кредит Европа Банк» с целью причинения вреда его будущим имущественным правам, вывел ликвидное имущество в целях недопущения обращения на него взыскания в пользу АО «Кредит Европа Банк», так на момент заключения кредитного договора с АО «Кредит Европа Банк» имелись открытые сведения о факте отчуждения спорного недвижимого имущества. 

Заявителем также не доказана согласованность действий ФИО9 и ФИО10 по заключению и исполнению оспариваемой сделки именно с целью не возможности обращения взыскания на это имущество по требованию АО «Кредит Европа Банк», учитывая, что указанная кредитная организация является единственным кредитором должника, поскольку требование иного кредитора было частично приобретено именно у АО «Кредит Европа Банк».

В материалы дела не представлены доказательства того, что ФИО10 и ФИО9 состояли в родственных отношениях и имели противоправную цель при заключении оспариваемого договора.

Кроме того, судом первой инстанции учтено, что спорные объекты недвижимости были реализованы по цене 95.000.000 рублей. 

В материалы дела представлена расписка представителя ФИО9 по доверенности ФИО13 от 13.06.2013 о получении ей 95.000.000 рублей от ФИО10, то есть совершен расчет по правилам п. 1 ст. 861 ГК РФ. 

Материалами дела подтверждается, что расчет производился между истцом и ответчиком в наличной форме. 

При этом, кадастровая стоимость объектов недвижимости установлена в размерах: стоимость земельного участка составляет 24.490.238,08 рублей, жилого дома - 63.560.711,91 рублей, а всего - 88.050.949,99 рублей, рыночная стоимость объектов недвижимости по состоянию на 14.06.2016 составила 95.649.000 рублей. 

Данное обстоятельство также установлено в постановлении Десятого арбитражного апелляционного суда от 13.02.2020 по делу №А41-94811/15 о признании сделки ФИО10 недействительной.

В этой связи, как обоснованно пришел к выводу суд первой инстанции, обстоятельства совершения спорной сделки по явно заниженной цене не усматриваются из материалов дела.

Управляющим не доказана причинно-следственная связь между совершением оспариваемой сделки и последующими неблагоприятными последствиями, возникшими у кредитора по кредитному договору заключенному с должником.

Кроме того, при повторном рассмотрении дела в суде первой инстанции, заявитель изменил основания иска, требуя признать оспариваемые сделки недействительными не на основании п. 2 ст. 170 ГК РФ (притворность), а по п. 1 ст. 170 ГК РФ (мнимость), полагая, что оспариваемая сделка является мнимой, наряду с другими сделками «как цепочка сделок».

В соответствии с п. 1 ст. 170 ГК РФ сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота. 

По смыслу п. 1 ст. 170 ГК РФ, мнимая сделка характеризуется несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон: в момент ее совершения воля обеих сторон не направлена на достижение правовых последствий в виде возникновения, изменения, прекращения соответствующих гражданских прав и обязанностей, а волеизъявление свидетельствует о таковых. 

Согласно правовой позиции, сформулированной в Определении Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС16-2411 от 25.07.2016 по делу А41-48518/2014, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. 

Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. 

Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. 

Однако, учитывая реальность и равноценность договора купли-продажи от 13.06.2013 и не установление судом первой инстанции в указанной сделке наличия признаков злоупотребления правом, при представлении в дело доказательств, указывающих на наличие воли ответчика на приобретение недвижимого имущества, что в конечном итоге подтверждено фактом регистрации права собственности на имущество за ответчиком, суд правомерно пришел к выводу о том, что сделка должника не отвечает признакам мнимой сделки, в связи с чем не подлежит признанию недействительной по основаниям ст. 170 ГК РФ. 

Из толкования п. 1 ст. 170 ГК РФ (мнимая сделка) невозможно сделать вывод, о том, что ничтожной по признаку мнимости может быть признана цепочка взаимосвязанных сделок. 

Мнимыми могут быть признаны только сами по себе сделки, входящие в цепочку, но не цепочка целиком.

Судебной практикой допускается признание цепочки взаимосвязанных сделок притворной, с целью скрыть сделку между первым отчуждателем и конечным приобретателем по цепочке (п. 88 Постановления Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 г. N 25, Определение КЭС ВС РФ от 22 августа 2016 г. N 304-ЭС16-4218). 

Признание судом такой цепочки притворной, влечет необходимость изучения прикрываемой сделки на предмет действительности, однако само по себе не является основанием для применения последствий, предусмотренных п. 2 ст. 167 ГК РФ.

Для признания сделки купли-продажи между ФИО9 и ФИО10 мнимой, необходимо установить, что ее стороны не намерены были создавать соответствующие правовые последствия. 

Никем из сторон настоящего спора не оспаривается, что именно на достижение правовых последствий - переход права собственности на недвижимое имущество, направлена оспариваемая сделка, в связи с чем, оснований полагать, что спорная сделка является мнимой, не имеется. 

Апеллянт, по сути, выражает несогласие с выводами суда первой инстанции о доказанности факта оплаты ФИО10 цены договора по спорной сделке.

Однако, сам по себе факт наличия задолженности по договору не свидетельствует о безвозмездности этого договора, на что указал также суд кассационной инстанции.

При этом судом кассационной инстанции отмечено, что финансовый управляющий должника не обращался с требованиями о включении в реестр требований кредиторов ФИО10 в виду наличия задолженности по оплате по оспариваемой сделки, а посчитал необходимым заявить настоящее требование об оспаривании сделки. 

Мотивы поведения финансовым управляющим ФИО9 по оспариванию сделки и выбора данного способа защиты не приведены.

Более того, апелляционный суд учитывает, что ФИО9 и ФИО10 находятся в процедурах банкротства. 

В качестве применения последствий недействительности ничтожной сделки с учетом уточнений в порядке ст. 49 АПК РФ управляющий просил суд обязать ФИО4 вернуть спорное имущество ив конкурсную массу ФИО9

В то же время, как было указано ранее, сделки по отчуждению ФИО10 спорных объектов ФИО11, а последним – ФИО4, были признаны недействительными вступившим в законную силу постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда в рамках дела о банкротстве ФИО12 №А41-94811/15, применены последствия недействительности сделки в виде возврата ФИО4 ФИО10 земельного участка и жилого дома.

В этой связи, заявленные управляющим последствия недействительности сделки в настоящем случае не могут быть применены.

Доводы заявителя апелляционной жалобы фактически сводятся к повторению утверждений, исследованных и правомерно отклоненных арбитражным судом первой инстанции, и не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом первой инстанции норм материального и процессуального права, а лишь указывают на несогласие заявителя апелляционной жалобы с оценкой судом доказательств.

Обстоятельства дела судом первой инстанции исследованы полно, объективно и всесторонне, с учетом указаний суда кассационной инстанции, им дана надлежащая правовая оценка, выводы суда являются обоснованными.

Убедительных доводов, основанных на доказательственной базе, позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, в апелляционной жалобе не содержится.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований для переоценки выводов суда первой инстанции и для отмены определения суда по доводам апелляционных жалоб, которые были предметом рассмотрения суда первой инстанции и мотивированно им отклонены.

Таким образом, обстоятельства дела судом первой инстанции исследованы полно, объективно и всесторонне, с учетом указаний суда кассационной инстанции, им дана надлежащая правовая оценка, выводы суда являются обоснованными.

Суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела и конкретных обстоятельства, доводы лиц, участвующих в деле правильно оценены, выводы сделаны при правильном применении норм действующего законодательства.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 22 марта 2021 по делу № А40-134996/17 оставить без изменения, а апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:В.В. Лапшина 

Судьи:В.С. Гарипов 

ФИО14