ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело  № А40-129983/19-55-1024

г. Москва

21 августа 2019 года

Резолютивная часть решения объявлена 15 августа 2019 года 

Решение в полном объеме изготовлено 21 августа 2019 года

Арбитражный суд в составе:

Председательствующего – судьи О.В. Дубовик /единолично/

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Михайловой М.Н.,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску КОММЕРЧЕСКОГО  БАНКА "ЛОКО-БАНК" (АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО) (ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 23.11.2005, ИНН: 

<

***>)

к АКЦИОНЕРНОМУ ОБЩЕСТВУ "КОМПАНИЯ ОБЪЕДИНЕННЫХ КРЕДИТНЫХ КАРТОЧЕК" (ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 26.07.2002, ИНН: 

<

***>)

о взыскании убытков в размере 11 809 500 руб.

при участии: 

от Истца:  ФИО1 по дов., от 21.05.2018г.

от Ответчика: ФИО2 по дов., от 24.04.2019г., ФИО3 по дов. от 14.08.2019г.

УСТАНОВИЛ:

КОММЕРЧЕСКИЙ  БАНК "ЛОКО-БАНК" (АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО)  (истец)  обратился в Арбитражный суд г. Москвы с иском к АО "КОМПАНИЯ ОБЪЕДИНЕННЫХ КРЕДИТНЫХ КАРТОЧЕК" о взыскании убытков в размере 11 809 500 руб.

Представитель истца исковые требования поддержал в полном объеме.

Представитель ответчика в отношении иска возражал по доводам, изложенным в отзыве на иск.

Суд, рассмотрев исковые требования, выслушав представителей истца и ответчика, исследовав и оценив, по правилам ст. 71 АПК РФ, имеющиеся в материалах дела доказательства, считает, что заявленные исковые требования подлежат удовлетворению, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела и указывает истец в обоснование иска, 27.09.2004 г. между истцом (банк) и ответчиком (компания) бал заключен договор об оказании услуг по обеспечению технической и информационной поддержки выпуска и обслуживания банковских карт № 271-01, согласно условиям которого в порядке и на условиях, установленных договором, компания оказывает банку комплекс услуг по обеспечению технической и информационной поддержки выпуска и обслуживания выпускаемых банком и приведенных в Приложении 6 к договору локальной банковской карты и банковских карт международных платежных систем, а банк оплачивает эти услуги.

В рамках договора № 271-01 от 27.09.2004г. истец направил 23.05.2015г. ответчику для настройки лимитов заполненные таблицы по установлению лимитов на карточные продукты Банка, с указанием типов операций, подлежащих лимитированию, в том числе лимит по снятию наличных по карточному продукту Банка – service pack 106S41 (не более 300 000 руб. в месяц по одной карте)

На основании п. 3.4. Договора Ответчик обязан строго следовать правилам - «Порядок осуществления операций по обслуживанию карт» (Приложение № 4   Договору), согласно которому операции по обслуживанию банковских карт осуществляется с учетом установления параметризации по карточным продуктам Банка. Параметризация устанавливается на основании предоставляемых Банком Ответчику заполненных таблиц «Параметров Банка».

 Как на то ссылается истец, в период с 25.02.2019г. по 04.03.2019г. в результате мошеннических операций по фиктивному изменению баланса банковских карт клиентов Банка с последующим снятием наличных денежных средств через банкоматы как Банка, так и сторонних кредитных организаций, Банку был причинен материальный ущерб на общую сумму 12 715 000 руб. 

По мнению истца, данный ущерб возник по причине нарушения обязанности ответчика по установке параметров лимита снятия наличных денежных средств (сервисный пакет 106S41), предоставленных Истцом.

Так, в период с 18.02.2019 г. по 05.03.2019 г. при деактивированном Ответчиком сервисном пакете 106S41 были проведены  следующие операции по снятию наличных денежных средств: 

- по карте 4125-84**-****-1539 клиента ФИО4 сумма снятия наличных денежных средств в терминальной сети Банка, а также сторонних Банков-эквайеров за период 03.03.2019-04.03.2019 составила 6 190 000-00 рублей, что превысило лимит по снятию наличных денежных средств в размере 5 890 000-00 рублей; 

- по карте  4125-84**-****-4411 клиента ФИО5 сумма снятия наличных денежных средств в терминальной сети Банка, а также сторонних Банков-эквайеров за период 02.03.2019-04.03.2019 составила 5 884 500-00 рублей, что превысило лимит по снятию наличных денежных средств в размере 5 584 500-00 рублей; 

- по карте  4125-84**-****-6291 клиента ФИО6 сумма снятия наличных денежных средств в терминальной сети Банка, а также сторонних Банков-эквайеров за период 03.03.2019 составила 635 000-00 рублей, что превысил лимит по снятию наличных денежных средств в размере 335 000-00 рублей.Обращаясь в суд с настоящим требованием, истец указывает, что в результате нарушения условий договора со стороны Ответчика от снятия наличных денежных средств свыше установленных лимитов у Истца образовался ущерб в размере 11 809 500 руб.

В адрес Ответчика отправлена претензия исх. № 24-02-04-04/10115 от 04.04.2019 г. о возмещении возникшего убытка, однако добровольно возместить причиненный ущерб ответчик отказался (письмо исх. № 01/2014 от 29.04.2014г.).

Ответчик, возражая против иска, ссылается на то, что обязанность предотвращения мошеннических операций лежит на истце как участнике платежной системы Visa., тогда как в обязанности ответчика не входит мониторинг сомнительных операций по картам и предотвращение мошенничества с их использованием.

Также ответчик указывает на то, что истец своими действиями допустил возможность совершения мошеннических операций, ссылаясь, в том числе на некачественную организацию истцом контроля над системой мониторинга подозрительной активности в собственной карточной сети, а  также на то, что истец не исполнил в полной мере обязанности, возложенные на него как на участника правилами платежной системы Visa и сознательно принял рисковую финансовую и операционную политику вопреки рекомендациям ответчика.

Ответчик также обращает внимание на то, что описанные в иске действия сотрудника ответчика не являлись причиной возникновения инцидента, поскольку с даты изменения настроек в указанном банком сервис пакете сотрудником АО «КОКК» (приложена объяснительная сотрудника от 18.03.2019г.) и до начала инцидента в банке, т.е. до момента получения из платежной системы Виза кредитовых транзакций, их обработке банком и поднятием остатка держателям карт, прошло 27 дней, и в этот период у банка, то есть с 28.01.2019г. и до 25.02.2019г. (дата начала инцидента) банк не понес какого-либо убытка от некорректной настройки и понести не мог. Таким образом, по мнению ответчика, если возникший позднее инцидент не имел бы места, указанная некорректная настройка сервис пакета ответчиком не могла бы привести к ущербу в банке ни при каких обстоятельствах, поскольку фактически держатель карты пользовался бы исключительно своими денежными средствами, зачисленными на его карточный счет правомерным способом. Как полагает ответчик, финансовый убыток банка возник в момент искусственного, то есть неподтвержденного встречным финансовым возмещением увеличения самим банком остатка платежных карт физических лиц. Таким образом, истец самостоятельно и за счет собственных средств банка увеличил остатки карт своих клиентов и не предпринял никаких мер к блокировке данных средств для предотвращения возникновения убытка. Какие именно неправомерные действия при этом ответчик произвел или должен был произвести, в момент, когда остаток денежных средств на картах держателей был поднят самим истцом, истец суду не представил.

Также ответчик считает, что истцом не доказана причинно-следственная связь между ущербом и действиями ответчика и истец игнорирует положения заключенного договора об ограничении ответственности ответчика при возмещении убытка, заявляя ко взысканию полную сумму ущерба, ссылаясь на п. 6.3 договора в редакции приложения № 3 к дополнительному соглашению №34 от 22.12.2017 г.

Доводы отзыва ответчика признаны судом необоснованными и не состоятельными и отклонены ввиду противоречия фактическим обстоятельствам дела, представленным в дело доказательствам и неправильным применением норм материального права.

Понятие убытков и правила их определения регламентированы в статьях 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которое лицо, чье право нарушено, произвело или должно произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждения его имущества (реальный ущерб), а также неполученные расходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Если лицо, нарушавшее права, получило вследствие этого доход, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещение наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньше, чем такие доходы.

Из смысла данной статьи следует, что  при этом истцом должна быть доказана и материалами дела подтверждаться причинно-следственная связь между возникшим у истца вредом в виде денежной суммы и действиями (бездействием) ответчика, по вине которого, как утверждает истец, причинен указанный вред.

Согласно ст. 393 Гражданского кодекса Российской Федерации возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности. В связи с чем лицо, требующее их возмещения, должно доказать факт нарушения обязательств, наличие причинной связи между допущенным нарушением и возникшими убытками, а также их размер в соответствии со ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с п. 2 ст. 15 ГК РФ, под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения причинителя ущерба, наличие причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и возникшими у истца убытками, а также размер убытков. Для удовлетворения иска о взыскании убытков необходимо доказать совокупность обстоятельств, являющихся основанием для привлечения ответчика к названному виду гражданско-правовой ответственности, а именно: нарушение ответчиком взятых на себя обязательств, размер понесенных истцом убытков и причинно-следственную связь между действиями ответчика и полученными истцом убытками. Недоказанность одного из элементов является основанием для отказа в удовлетворении иска.

Таким образом, при рассмотрении дел о взыскании убытков по правилам статей 15 ГК РФ истец должен доказать состав правонарушения, включающий в себя следующие элементы: факт наступления вреда, вину причинителя вреда, противоправность поведения причинителя вреда; наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями; размер причиненного ущерба.

Согласно п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

При этом размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

При рассмотрении споров о взыскании убытков подлежит обязательному доказыванию совокупность следующих обстоятельств: противоправность действий (бездействия) причинителя вреда, наличие убытков на стороне потерпевшего, причинная связь между противоправным поведением и убытками, вина причинителя вреда в причинении убытков.

Судом установлено, что факт нарушения условий договора № 271-01 от 27.09.2004г. «об оказании услуг по обеспечению технической и информационной поддержки выпуска и обслуживания банковских карт» по установке в программе лимита снятия наличных денег по карточному продукту Банка service pack 106S41 (не более 300 000 руб. по одной карте) ответчиком фактически не оспаривается.

 Суд считает ошибочной ссылку ответчика на то, что ущерб в результате инцидента возник при увеличении остатка денежных средств на картах клиента банка, поскольку причиной возникновения убытка более суммы лимита по одной карте является именно действие (бездействие) ответчика, выразившееся в невыполнении ответчиком заявки банка по установке лимита на снятие денег по карте.

В материалы дела истцом представлена переписка, из которой следует, что ответчик подтверждает факт не установки обозначенного банком лимита.

Кроме того, в материалы дела ответчиком представлена служебная записка о совершении дисциплинарного проступка от 22.03.2019 г. и объяснительная записка ФИО7, согласно которой она признает свою ошибку по нарушению установки лимита.

Факт снятия денег по одной карте выше 300 000 руб. подтверждается предоставленными в материалы дела выписками по карточному счету.

Ответчик полагает, что истец игнорирует положения заключенного договора об ограничении ответственности, ссылаясь на положения п. 6.3 договора в редакции приложения № 3 к дополнительному соглашению №34 от 22.12.2017 г. и ограниченную ответственность, установленную условием договора. 

В соответствии с п. 6.3 договора в редакции приложения № 3 к дополнительному соглашению №34 от 22.12.2017 г. за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств по Договору Компания возмещает Банку реальный ущерб, нанесённый Банку. Размер суммы возмещаемого ущерба не может превышать 50% суммы счёта за Расчётный месяц/Расчётные месяцы, в котором Услуга не оказывалась или оказывалась ненадлежащим образом. К рассмотрению Компанией принимаются претензии по качеству Услуг, оказанных не более чем за 1 календарный год до даты предъявления Банком претензии Компании. Упущенная выгода возмещению не подлежит.

Истец, не соглашаясь с данным доводом ответчика, указывает на ничтожность данного условия договора в силу общих положений гражданского законодательства.

В соответствии с п. 4 ст. 401 ГК РФ заключенное заранее соглашение об устранении или ограничении ответственности за умышленное нарушение обязательства ничтожно. Это означает, что существует законодательный запрет на заключение таких соглашений, которые:

1) заключены заранее до наступления нарушения;

2) предусматривают полное или частичное освобождение от ответственности за умышленное нарушение обязательства.

Требование закона предполагает обязательное выяснение отсутствия или наличия умышленной вины должника в нарушении договора, подпадающем под действие ограничительной оговорки. Соответственно, если такая вина должника будет установлена, закон объявляет соответствующую оговорку ничтожной.

В указанной связи необходимо выяснить, как соотносятся между собой п. 3 ст. 401, предусматривающий, что лицо, занимающееся предпринимательской деятельностью, освобождается от ответственности лишь при обстоятельствах непреодолимой силы без учета критерия вины, и п. 4 этой же статьи, требующий установления умышленной формы вины для определения ничтожности той или иной оговорки.

В нормах ГК РФ содержится упоминание о трех формах вины: умысле, неосторожности и грубой неосторожности. В юридической литературе умышленная вина определяется как намеренные действия либо бездействие должника с целью неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства либо создания условий для невозможности его исполнения. Вина в форме неосторожности присутствует тогда, когда должник при исполнении обязательства не проявляет ту степень заботливости и осмотрительности, какая требовалась от него по характеру обязательства и условиям оборота, в результате чего он не принял все надлежащие меры для исполнения обязательства. Вину в форме грубой неосторожности на практике сложно отличить от умышленной вины.

При разграничении грубой и простой неосторожности существует два разных критерия. Грубая неосторожность имеет место в случаях, когда нарушение договора мог предвидеть и предотвратить любой и каждый человек. При простой неосторожности предвидеть и предотвратить нарушение договора может должник с учетом его опыта, знаний и профессиональной подготовки. Таким образом, для квалификации грубой неосторожности применяется объективный масштаб (поведение обычного человека), а для легкой - сохранен субъективный момент (поведение   конкретного   должника   в   зависимости   от   его   возможностей).

Исходя из этого следует вывод, что для юридического лица применение субъективного критерия действительно являлось бы неоправданным, поскольку личные знания и опыт для конструкции юридического лица не должны иметь никакого значения. Поэтому к ним должен применяться объективный критерий. Применительно к договорной ответственности объективный критерий не делает никаких исключений для лиц, проявивших неспособность в силу личных качеств должным образом исполнить обязательство. Вина юридического лица не имеет форм в виде умысла или неосторожности. Она проявляется в небрежности, недобросовестности, повлекших упущения в работе юридического лица, в результате чего в его деятельности обнаруживается отклонение от принятого критерия,    что    влечет    отрицательные    имущественные    последствия.

Из вышеизложенного следует признать, что юридическое лицо, недобросовестно поступающее по отношению к своему контрагенту, действует виновно, причем применительно к содержанию п. 4 ст. 401 ГК РФ оно всегда будет действовать умышленно виновно.

Таким образом, вина нарушителя договорного обязательства (всякая для юридического лица) влияет на действительность соглашений об ограничении и исключении ответственности.

Таким образом, условия пункта 6.3 дополнительного соглашения № 34 к Договору № 271-01 от 27.09.2004г. об ограничении ответственности по возмещению убытка противоречит действующему законодательству.

В силу п. 4 ст. 401 ГК РФ заключенное заранее соглашение об устранении или ограничении ответственности не освобождает от ответственности за умышленное нарушение обязательства. Отсутствие умысла доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункты 1 и 2 статьи 401 ГК РФ).

Таким образом, пункт 4 предусматривает, что если стороны заранее заключили соглашение об устранении или ограничении ответственности за нарушение обязательства, а впоследствии такое обязательство было нарушено умышленно, то указанное соглашение является ничтожным. 

Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство (причинившем вред); вина такого лица предполагается, пока не доказано обратное. 

В соответствии с п. 5 Постановления Пленума ВС РФ N 7 от 24.03.2016 "О применении судами некоторых положений ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств" должник несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств непреодолимой силы.

В статье 2 ГК РФ прямо закреплен запрет извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Кроме того, в пункте 1 статьи 10 ГК РФ помимо общего запрета на злоупотребление правом теперь раскрывается, что следует понимать под злоупотреблением правом: в том числе это может быть заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав.

Соответственно, включенное условие п. 6.3 дополнительного соглашения № 34 об ограничении ответственности ничтожно (ст. 168 ГК РФ). Это условие договора нарушает законный запрет на недобросовестное осуществление гражданских прав и является заведомо несправедливым, налицо злоупотребление правом (п. 9 информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.08 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 ГК РФ»).

С учетом установленных по делу фактических обстоятельств, суд приходит к выводу о доказанности вины ответчика, наличии причинно-следственной связи между действиями (бездействиями) ответчика и причиненными убытками истцу, о правомерности заявленных исковых требований, в связи, с чем с ответчика подлежит взысканию сумма убытков в размере 11 809 500 руб.

Расходы по оплате государственной пошлины по иску распределяются в порядке ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса РФ.

Руководствуясь  ст.ст. 41, 65, 68, 71, 75, 110, 123, 156, 167-171, 180, 181 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА "КОМПАНИЯ ОБЪЕДИНЕННЫХ КРЕДИТНЫХ КАРТОЧЕК" (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) в пользу КОММЕРЧЕСКОГО  БАНКА "ЛОКО-БАНК" (АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО) (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) 11 809 500 руб. (Одиннадцать миллионов восемьсот девять тысяч пятьсот рублей 00 копеек) убытков, 82 047 руб. 50 коп. (Восемьдесят две тысячи сорок семь рублей 50 копеек) государственной пошлины. 

Решение  может быть обжаловано в месячный срок в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Решение направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет". По ходатайству копии решения на бумажном носителе могут быть направлены в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства в арбитражный суд  заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

 

Судья:

О.В. Дубовик