Дело № А79-2615/2017

город Владимир

22 декабря 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 15 декабря 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 22 декабря 2021 года.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Волгиной О.А., 

судей Рубис Е.А., Сарри Д.В.,

при ведении протокола судебного заседания 

секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы

Саморегулируемой организации Ассоциации «Региональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих»                           (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), ФИО2 

на определение Арбитражного суда Чувашской Республики-Чувашии                    от 18.08.2021 по делу № А79-2615/2017, принятое по заявлению Управления Федеральной налоговой службы по Чувашской Республике о признании незаконными бездействия и взыскании убытков с конкурсных управляющих общества с ограниченной ответственностью «Четра-Дорожные машины» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) ФИО2 и ФИО3,

при участии:

от ФИО2 – ФИО2 лично на основании паспорта гражданина Российской Федерации, ФИО4 на основании доверенности от 11.10.2021 серии 77 АГ № 7824059 сроком действия один год, ФИО5 на основании доверенности от 14.08.2020                              серии 77 АГ № 4777698, сроком действия пять лет;

от Управления Федеральной налоговой службы по Чувашской Республике – ФИО6 на основании доверенности от 05.04.2021 № 17-11/4008 сроком действия по 23.03.2022,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ЧЕТРА-Дорожные машины» (далее – Общество) в Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии  обратилась Федеральная налоговая служба в лице Управления Федеральной налоговой службы по Чувашской Республике (далее – Управление) с заявлением о признании незаконными бездействий конкурсных управляющих                      ФИО2 и ФИО3, выразившихся в неоспаривании (несвоевременном оспаривании) соглашения от 01.12.2016 № 4497, заключенное  между обществом с ограниченной ответственностью «Комплектующие и запасные части» (далее –                           ООО «Комплектующие и запасные части») и должником о прекращении обязательств зачетом встречных однородных требований на сумму                          28 447 340 руб. 08 коп.; договора уступки прав требования от 19.12.2016 на сумму 985 626 руб. 93 коп, заключенного между должником и открытым акционерным обществом «Агромашхолдинг» (далее –                                        ОАО «Агромашхолдинг»); договора уступки прав требования от 20.12.2016 на сумму 332 000 руб., заключенного между должником и                                        ОАО «Агромашхолдинг»; договора уступки прав требования от 23.12.2016 на сумму 13 314 010 руб. 33 коп., заключенного между Обществом и                              ОАО «Агромашхолдинг»; взыскании солидарно убытков в размере                                     43 078 613 руб. 34 коп.; отстранении арбитражного управляющего         ФИО3 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника (с учетом уточнения требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением от 19.05.2020 арбитражный суд привлек к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, общество с ограниченной ответственностью Страховое общество «Помощь» и общество с ограниченной ответственностью «Страховое компания «Арсеналъ».

Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии  определением от 18.08.2021 заявление удовлетворил частично; признал незаконными бездействия конкурсного управляющего должника ФИО2, выразившиеся в неоспаривании (несвоевременном оспаривании): 

- соглашения от 01.12.2016 № 4497, заключенного между                                 ООО «Комплектующие и запасные части» и должником о прекращении обязательств зачетом встречных однородных требований на сумму                    28 447 340 руб. 08 коп.;

- договора уступки прав требования от 19.12.2016 на сумму                    985 626 руб. 93 коп., заключенного между Обществом и                                       ОАО «Агромашхолдинг»;

- договора уступки прав требования от 20.12.2016 на сумму                         332 000 руб., заключенного между должником и ОАО «Агромашхолдинг»; 

- договора уступки прав требования от 23.12.2016 на сумму                        13 314 010 руб. 33 коп., заключенного между должником и                                  ОАО «Агромашхолдинг»;

- взыскал с ФИО2 в конкурсную массу должника                         13 324 251 руб. 33 коп. убытков; в остальной части заявления отказал.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 и Саморегулируемая организация Ассоциация «Региональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих» (далее – саморегулируемая организация) обратились в суд апелляционной инстанции с апелляционными жалобами, в которых просили отменить обжалуемое определение и принять по делу новый судебный акт.

ФИО2, оспаривая законность принятого судебного акта, указывает на то обстоятельство, что вывод суда первой инстанции о не совершении ФИО2 действий по получению сведений о сделках               от должника, а также сведений о сделках не были доведены до кредиторов, противоречит материалам дела. Свою позицию мотивирует тем, что ФИО2 были совершены действия по получению документов должника и вся необходимая документация, касающаяся должника, в том числе спорных сделок, а обязанность по раскрытию информации о сделках и действиях, предусмотренная абзацем седьмым пункта 2 статьи 20.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) была надлежащим образом исполнена путем представления договоров, неоспаривание которых вменяется ФИО2, на обозрение собранию кредиторов. При этом, законом о банкротстве не предусмотрена обязанность составления арбитражным управляющим заключения об анализе сделок должника в виде отдельного документа, а обязанность по анализу сделок должника и раскрытию сведений о таких сделках реализуется через механизм, предусмотренный абзацем 7 пункта 2 статьи 20.3 Закона о банкротстве.

С точки зрения заявителя апелляционной жалобы, также ошибочным является вывод суда первой инстанции об игнорировании ФИО2 требований уполномоченного органа об оспаривании сделок. Отмечает, что внесение в повестку дня вопроса об оспаривании сделок, неоспаривание которых вменяется ФИО2, было совершено не уполномоченным органом, а конкурсным управляющим лично.

Кроме того, заявитель апелляционной жалобы считает ошибочным вывод суда первой инстанции о том, что ФИО3 сведения о потенциально оспоримых сделках были получены только 20.04.2018 и отсутствии у последнего реальной возможности оспорить сделки в пределах срока исковой давности, поскольку указанное обстоятельство противоречит имеющимся в материалах дела акту приема-передачи документации от 29.03.2018, требованию ИФНС России об оспаривании сделок от 30.03.2018, а также вступившим в законную силу определению Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии от 04.10.2019, определениям 31.01.2020. Заявитель полагает, что у ФИО3 было достаточное количество времени для подачи заявления об оспаривании сделок до истечения срока исковой давности.

По мнению заявителя апелляционной жалобы, подача заявлений об оспаривании сделок 26.03.2019 явилось следствием неправильного толкования ФИО3 пункта 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы  III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – 

Постановление

 № 63).

ФИО2 полагает, что им не были причинены убытки должнику, поскольку  в период с 29.03.2018 (дата освобождения от исполнения обязанностей конкурсного управляющего) по 17.04.2018 (дата истечения срока исковой давности для оспаривания сделок) срок исковой давности пропущен не был, однако последний не имел права действовать от имени должника.

Заявитель апелляционной жалобы также считает, что суд первой инстанции в нарушение положений процессуального законодательства не дал оценку тому обстоятельству, что решением собрания кредиторов от 16.03.2018 было принято решение не обязывать конкурсного управляющего оспаривать сделки, неоспаривание которых вменяется ФИО2, которое для конкурсного управляющего является обязательным, а также тому обстоятельству, что уполномоченный орган имел право на самостоятельное оспаривание сделок должника, однако не сделал этого, осознавая бесперспективность оспаривания сделок. При этом, вывод суда первой инстанции об отсутствии у уполномоченного органа комплекта документов, необходимых для оспаривания сделок, не соответствует фактическим обстоятельствам дела, поскольку ФИО2 представил в налоговый орган все запрашиваемые документы общим объемом 1471 листа.

Более того, заявитель апелляционной жалобы считает неправомерным вывод суда первой инстанции о причинении ФИО2 убытков конкурсной массе в результате неоспаривания договора уступки прав требований от 23.12.2016 к обществу с ограниченной ответственностью «ПО «Красноярский Завод Комбайнов», срок исковой давности которых еще на момент заключения договора уступки был пропущен. Полагает, что при установлении факта причинения убытков конкурсной массе исследовался только факт нахождения общества с ограниченной ответственностью                   «ПО «Красноярский Завод Комбайнов» в процедуре банкротства, однако не исследовались обстоятельства ликвидности данного права требования. Отмечает, что сама по себе платежеспособность общества с ограниченной ответственностью «ПО «Красноярский Завод Комбайнов» не свидетельствует о том, что в результате оспаривания сделки в конкурсную массу поступили бы денежные средства с учетом того, что срок исковой давности по данному требованию пропущен 30.05.2016.

С точки зрения ФИО2, сделки с ОАО «Агромашхолдинг» могли быть оспорены по общегражданским основаниям, что влечет существенное изменение сроков исковой давности. При этом вступившим в законную силу постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 02.10.2019 установлена ничтожность данных сделок в силу статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем отсутствовала необходимость оспаривания сделок по специальным нормам Закона о банкротстве. Также отмечает, что срок на подачу заявления о признании сделок недействительными на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации составляет три года, в то время как ФИО2 исполнял обязанности конкурсного управляющего 11 месяцев, а в остальное время обратиться с таким заявлением мог только ФИО3 и конкурсные кредиторы.

Саморегулируемая организация, оспаривая законность принятого судебного акта, указывает на недоказанность Управлением поступления  в конкурсную массу должника денежных средств в том случае, если бы сроки исковой давности не были пропущены, поскольку предъявление требований в пределах срока исковой давности само по себе не гарантирует его удовлетворение. Полагает, что Управление также не доказало наличие оснований для оспаривания сделок, возможности реального пополнения конкурсной массы с учетом того, что в отношении дебиторов введены процедуры банкротства, а показатели их финансового состояния на 2017-2018 годы были неустойчивыми. При этом в результате признания сделок недействительными в реестр требований кредиторов должника были бы включены требования ОАО «Агромашхолдинг», ООО «Комплектующие и запасные части».

Заявитель апелляционной жалобы также поясняет, что на момент назначения конкурсным управляющим ФИО2 уже имелся судебный акт, которым принят отказ Общества от требований, в связи с чем в конкурсную массу должника не могло поступить погашение требований                   от АО «ПО «Красноярский Завод Комбайнов».  

Более подробно доводы изложены в апелляционных жалобах и дополнениях к ним, а также в письменных пояснениях.

ФИО2 и его представители в судебном заседании уточнили пределы обжалования судебного акта и поддержали доводы апелляционной жалобы в части признания незаконными бездействия по  неоспариванию договора уступки прав требования от 23.12.2016 на сумму 13 314 010 руб. 33 коп., заключенного между должником и ОАО «Агромашхолдинг» и взыскании с него убытков в сумме 13 314 010 руб. 33 коп. 

Управление в отзыве и дополнении к нему письменно, а также его представитель в судебном заседании устно указали на необоснованность доводов апелляционных жалоб; просили оставить определение суда без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Конкурсный управляющий Общества ФИО7 в отзыве указал на необоснованность доводов апелляционных жалоб; просил оставить определение суда без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Саморегулируемая организация в отзыве поддержала доводы апелляционной жалобы ФИО2, просила ее удовлетворить.

Иные лица, участвующие в обособленном споре, отзывы на апелляционные жалобы не представили, явку полномочных представителей не обеспечили.

Рассмотрение апелляционных жалоб откладывалось в порядке статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Апелляционные жалобы рассмотрены в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие  представителей лиц, участвующих в деле (за исключением ФИО2 и Управления), извещенных о месте и времени судебного заседания, в порядке статей 121 (части 6) и 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, решением от 17.04.2017 Общество признано банкротом, в отношении должника открыта упрощенная процедура конкурсного производства ликвидируемого должника, конкурсным управляющим утвержден ФИО2; определением от 23.03.2018 (полный текст определения изготовлен 29.03.2018) ФИО2 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3; определением от 11.12.2020 ФИО3 отстранен от исполнения обязанностей конкурного управляющего должника; определением от 22.01.2021 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО7 

Предметом заявления Управления является требование о признании незаконными бездействий конкурсных управляющих ФИО2 и ФИО3, выразившихся в неоспаривании (несвоевременном оспаривании) соглашения от 01.12.2016                       № 4497, заключенное  между ООО «Комплектующие и запасные части» и должником о прекращении обязательств зачетом встречных однородных требований на сумму 28 447 340 руб. 08 коп.; договора уступки прав требования от 19.12.2016 на сумму 985 626 руб. 93 коп, заключенного между должником и ОАО «Агромашхолдинг»; договора уступки прав требования от 20.12.2016 на сумму 332 000 руб., заключенного между должником и                   ОАО «Агромашхолдинг»; договора уступки прав требования от 23.12.2016 на сумму 13 314 010 руб. 33 коп., заключенного между Обществом и                           ОАО «Агромашхолдинг»; взыскании солидарно убытков в размере                          43 078 613 руб. 34 коп.; отстранении арбитражного управляющего      ФИО3 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника.

Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии, оценив представленные в материалы дела доказательства, пришел к выводу о наличии оснований для признания незаконными бездействия конкурсного управляющего должника ФИО2, выразившиеся в неоспаривании (несвоевременном оспаривании) соглашения от 01.12.2016 № 4497, заключенного между ООО «Комплектующие и запасные части» и должником о прекращении обязательств зачетом встречных однородных требований на сумму 28 447 340 руб. 08 коп.; договора уступки прав требования от 19.12.2016 на сумму 985 626 руб. 93 коп., заключенного между Обществом и ОАО «Агромашхолдинг»;  договора уступки прав требования от 20.12.2016 на сумму 332 000 руб., заключенного между должником и                                   ОАО «Агромашхолдинг»; договора уступки прав требования от 23.12.2016 на сумму 13 314 010 руб. 33 коп., заключенного между должником и                                  ОАО «Агромашхолдинг»; взыскания с ФИО2 в конкурсную массу должника 13 324 251 руб. 33 коп. убытков, а также об отсутствии оснований для удовлетворения требований в остальной части. 

Повторно, изучив материалы дела с учетом доводов апелляционных жалоб и возражений на них, оценивая представленные доказательства в их совокупности, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно пункту 4 статьи 20.3 Федерального закона от 26.10.2002                   № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

В силу пункта 1 статьи 60 Закона о банкротстве заявления и ходатайства арбитражного управляющего, в том числе о разногласиях, возникших между ним и кредиторами, а в случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом, между ним и должником, жалобы кредиторов на нарушение их прав и законных интересов рассматриваются в заседании арбитражного суда не позднее чем через один месяц с даты получения указанных заявлений, ходатайств и жалоб, если иное не установлено настоящим Федеральным законом.

По смыслу данной нормы права, основанием для удовлетворения жалобы кредиторов о нарушении их прав и законных интересов действиями (бездействием) арбитражного управляющего является установление арбитражным судом фактов несоответствия этих действий (бездействия) законодательству и нарушения такими действиями (бездействием) прав и законных интересов кредиторов должника. Признание судом незаконными конкретных действий конкурсного управляющего предполагает устранение, прекращение этих действий и, соответственно, урегулирование разногласий и восстановление нарушенных прав кредитора.

Основной круг обязанностей (полномочий) конкурсного управляющего определен в статьях 20.3 и 129 Закона о банкротстве, невыполнение которых является основанием для признания действий (бездействия) арбитражного управляющего незаконными. Предусмотренный в названных нормах Закона о банкротстве перечень не является исчерпывающим.

Арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве).

В пункте 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» следует, что с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных арбитражным управляющим (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве), а также о возмещении убытков, причиненных должнику – юридическому лицу его органами, могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве. Лица, в отношении которых подано заявление о возмещении убытков, имеют права и несут обязанности лиц, участвующих в деле о банкротстве, связанные с рассмотрением названного заявления, включая право обжаловать судебные акты. По результатам рассмотрения такого заявления выносится определение, на основании которого может быть выдан исполнительный лист.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29                  «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона                     «О несостоятельности (банкротстве)», следует, что арбитражный управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий.

Согласно правовой позиции, выраженной в пункте 11 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих», под убытками, причиненными должнику, а также его кредиторам, понимается любое уменьшение или утрата возможности увеличения конкурсной массы, которые произошли вследствие неправомерных действий (бездействия) конкурсного управляющего, при этом права должника и конкурсных кредиторов считаются нарушенными всякий раз при причинении убытков.

Ответственность арбитражного управляющего является гражданско-правовой, поэтому вопрос о возмещении им убытков подлежит рассмотрению по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Таким образом, при обращении с иском о взыскании убытков, причиненных неправомерными действиями (бездействием) арбитражного управляющего, истец должен доказать сам факт причинения убытков и их размер, неправомерность действий (бездействия) ответчика и наличие причинной связи между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими последствиями. Обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности ответчике.

Основополагающим требованием при реализации конкурсным управляющим своих прав и обязанностей, определенных в статьях 20.3 и 129 Закона о банкротстве, является добросовестность и разумность его действий с учетом интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, на основании принципов объективности, компетентности и профессионализма.

Из данных норм следует, что конкурсный управляющий должен анализировать финансовое состояние должника и результаты его финансовой, хозяйственной и инвестиционной деятельности; принимать меры по защите имущества должника, а также по поиску, выявлению и возврату имущества должника, находящегося у третьих лиц.

Интересы кредиторов в целом сводятся к максимально полному удовлетворению должником их имущественных требований.

Для реализации этих интересов и возврата должнику его имущества конкурсный управляющий наделен помимо прочего правами по оспариванию по своей инициативе сделок должника (пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве).

Потенциальная осведомленность арбитражного управляющего об обстоятельствах заключения сделки устанавливается с учетом требований о стандартах поведения, предъявляемых к среднему профессиональному арбитражному управляющему, действующему разумно и проявляющему требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность в аналогичной ситуации.

Разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении подозрительных сделок и сделок с предпочтением. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника.

Затем управляющий оценивает реальную возможность фактического восстановления нарушенных прав должника и его кредиторов в случае удовлетворения судом заявлений об оспаривании сделок.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.10.2017 № 305-ЭС17-8225 по делу                           № А40-154653/2015, в спорах о взыскании с арбитражного управляющего убытков вследствие непринятия мер по обжалованию (несвоевременного обжалования) сделок должника подлежат установлению следующие обстоятельства:

- дата и условия совершения сделок;

- период исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей;

- дата, когда первый конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о сделках (начало течения срока исковой давности), а также дата, когда об этих сделках узнали или должны были узнать последующие конкурсные управляющие;

- наличие достаточных оснований полагать о недействительности (подозрительности или предпочтительности) сделок и дата, когда каждый из конкурсных управляющих должен был знать об указанных основаниях;

- наличие у конкурсного управляющего объективных препятствий для оспаривания сделок;

- вероятность признания сделок недействительными и возможные последствия, в том числе размер денежных средств, который подлежал бы возвращению в конкурсную массу;

- размер убытков, причиненных конкретному кредитору.

В рассматриваемом случае, конкурсным управляющим ФИО3 и ФИО2 вменяется совершение бездействий, выразившихся в неоспаривании (несвоевременном оспаривании) соглашения от 01.12.2016            № 4497, заключенное  между ООО «Комплектующие и запасные части» и должником о прекращении обязательств зачетом встречных однородных требований на сумму 28 447 340 руб. 08 коп.; договора уступки                        прав требования от 19.12.2016, заключенного между должником и ОАО «Агромашхолдинг»; договора уступки прав требования от 20.12.2016 на сумму 332 000 руб., заключенного между должником и ОАО «Агромашхолдинг»; договора уступки прав требования от 23.12.2016 на сумму 13 314 010 руб. 33 коп., заключенного между Обществом и                      ОАО «Агромашхолдинг», и взыскании солидарно убытков в размере                        43 078 613 руб. 34 коп.

Из материалов дела следует, что ФИО2 являлся конкурсным управляющим должника в период с 17.04.2017 по 23.03.2018; определением от 29.03.2018 (резолютивная часть от 23.03.2018) ФИО2 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника, новым конкурсным управляющим утвержден ФИО3, который исполнял обязанности до 11.12.2020.

Письмом от 22.06.2017 № 17-19/09024 Управление обратилось к конкурсному управляющему ФИО2 о проведении анализа финансового состояния должника, проверки наличия отсутствия признаков фиктивного или преднамеренного банкротства, а также дать заключение о наличии или об отсутствии основания для оспаривания сделок должника.

Определением суда от 28.11.2018 по обособленному спору о признании незаконными действий (бездействия) конкурсного управляющего                     ФИО2 установлено, что УФНС России по Чувашской Республике направило конкурсному управляющему предложение от 08.08.2017 об обращении в суд с заявлением о признании сделки недействительной, в том числе указало о заключении должником соглашения от 01.12.2016 № 4497 о прекращении обязательств зачетом встречных однородных требований.

Конкурсный управляющий ФИО2 письмом от 28.09.2017 сообщил Управлению о проведении им работы по изучению сделок должника; в случае выявления фактов нарушения действующего законодательства со стороны должника, а также иных лиц конкурсным управляющим будут приняты незамедлительные меры в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации.

Согласно письму от 01.08.2019, ФИО2 не проводились мероприятия по оспариванию сделок должника, поскольку по итогам проведенного анализа сделок должника за период трех лет, предшествующих дате принятия заявления о признании должника банкротом, не было выявлено условий удовлетворения сделок должника для оспаривания сделок, обжалование подозрительных сделок должника является правом, а не обязанностью конкурсного управляющего.

Однако, анализ сделок должника, а также не представлены какие-либо доказательства, свидетельствующие о принятия мер ФИО2 по истребованию от ООО «Бизнес-Учет», с которым у должника заключен договор на оказание услуг от 03.10.2014 № БУ05/10/2014, документации должника относительно заявленных сделок для их последующего анализа на предмет наличия или отсутствия оснований для их оспаривания в материалы дела не представлено.

Конкурсный управляющий ФИО3, утвержденный в качестве конкурсного управляющего с 23.03.2018, получил от ООО «Бизнес-Учет» бухгалтерскую и иную документацию, в том числе относительно спорных сделок, получил 20.04.2018, о чем свидетельствует акт приема-передачи документации.

Впоследствии, конкурсным управляющим ФИО3 в марте 2019 года конкурсным управляющим оспорены сделки должника: соглашение от 01.12.2016 № 4497 о прекращении обязательств зачётом встречных однородных требований на сумму 28 447 340 руб. 08 коп., договор уступки прав требования от 19.12.2016 на сумму 985 626 руб. 93 коп, договор уступки прав требования от 20.12.2016 на сумму 332 000 руб., договор уступки прав требования от 23.12.2016 на сумму 13 314 010 руб. 33 коп.

Определениями от 04.10.2019, оставленным в силе постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 11.12.2019 и постановлением Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 14.02.2020, а также от 31.01.2020 в удовлетворении заявлений конкурсного управляющего ФИО3 о признании указанных сделок должника недействительными  отказано по причине пропуска срока исковой давности.

С учетом изложенного, принимая во внимание, что ФИО3 с даты утверждения конкурсным управляющим понадобилось в общей сложности около одного месяца, чтобы узнать о совершенных должником сделках, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что ФИО2, как первоначальный конкурсный управляющий, действуя разумно и добросовестно, в этот же срок имел реальную возможность узнать о совершении должником спорных сделок. При этом, суд учитывает, что  ФИО3, утвержденный за месяц до истечения срока исковой давности по спорным сделкам, вынужден был провести весь комплекс мероприятий по истребованию бухгалтерской документации должника, анализу сделок, подготовки заявлений и обращению в суд с заявлениями, что в свою очередь явилось препятствием для своевременного обращения в суд с заявлением о признании спорных  сделок должника недействительными.

Разрешая вопрос о наличии у конкурсного управляющего                         ФИО2 достаточных оснований полагать о недействительности (подозрительности или предпочтительности) спорных сделок суд исходит из следующего. 

Судом установлено и не противоречит материалам дела, что между должником и  ООО «Комплектующие и запасные части» подписано соглашение о прекращении обязательств зачетом встречных однородных требований на сумму 28 447 340 руб. 08 коп., которым установлена задолженность ООО «Комплектующие и запасные части»  перед должником по договору поставки № 25/13-П-КЗЧ в размере 82 503 131 руб. 74 коп., а также задолженность должника перед ООО «Комплектующие и запасные части»  по договору поставки № 25/13-П-КЗЧ, договору поставки от 04.08.2011 № 309/11-П-КЗЧ, письму от 02.03.2015 № 200106-402 в размере 261 370 629 руб. 80 руб.

Руководствуясь положениями статей 61.1, 61.2, 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»  (далее – Закон о банкротстве), суд установил, что на момент совершения соглашения о прекращении обязательств зачетом от 01.12.2016 № 4497 у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, в том числе перед ООО «Комплектующие и запасные части» в размере                                   261 370 629 руб. 80 руб. за период с 2012 года по 2014 год, что свидетельствует о наличии у должника признаков неплатежеспособности, о чем ООО «Комплектующие и запасные части» не могло не знать, в результате совершения указанного зачета, погашена задолженность перед ООО «Комплектующие и запасные части», требования которого подлежали включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника в порядке установленной законом очередности, аналогично включенному определением от 24.10.2017 по делу № А79-2615/2017 требованию                        ООО «Комплектующие и запасные части» в размере 69 760 481 руб. 52 коп., суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что в результате заключения спорного соглашения  от 01.12.2016 № 4497,                       ООО «Комплектующие и запасные части» оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

С учетом изложенного, принимая во внимание, что определением от 11.01.2021 по делу № А79-8750/2018 завершена процедура конкурсного производства в отношении ООО «Комплектующие и запасные части» (ранее ООО «ЧКЗЧ»); реестр требований кредиторов сформирован на общую сумму 78 805 195 555 руб. 44 коп., требования кредиторов третьей очереди составили 53 987 955 474 руб. 83 коп., погашение произведено в сумме                    19 540 265 руб. 16 коп., что составляет 0,036 процента, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что в результате неоспаривания  (несвоевременного оспаривания) ФИО2 сделки должника, Обществу причинены убытки в размере 10 241 руб. (28 447 340 руб. 08 коп. (погашенная спорным соглашением задолженность) * 0,036 % (процент удовлетворения требований кредиторов третьей очереди ООО «Комплектующие и запасные части»).

Вопреки позиции саморегулируемой организации в случае предъявление требования в пределах срока исковой давности и признания сделки недействительной у должника  возникло бы право требования дебиторской задолженности с ООО «Комплектующие и запасные части», которые могли быть удовлетворены в ходе процедуры конкурсного производства ООО «Комплектующие и запасные части» наряду с иными кредиторами.

Довод жалобы об отсутствии у ФИО2 оснований для оспаривания сделок должника, не соответствует фактическим обстоятельствам дела, в связи с чем отклоняется судом апелляционной инстанции. В рассматриваемом случае спорное соглашения  от 01.12.2016            № 4497 формально подпадает под признаки недействительной сделки.

Ссылка саморегулируемой организации на то обстоятельство, что в результате признания сделок недействительными в реестр требований кредиторов должника были бы включены требования ООО «Комплектующие и запасные части», отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку указанные обстоятельства не опровергают факт причинения ФИО2 убытков в размере 10 241 руб.

Согласно материалам дела, между должником  (кредитор)  и  ОАО «Агромашхолдинг» (новый кредитор) заключен договор уступки права требования от 19.12.2016, согласно которому кредитор уступил, а новый кредитор принял право требования, срок исполнения обязательств по которому наступил, к ОАО «САРЭКС» (должник) в размере                                 985 262 руб. 93 коп., возникшее на основании соглашения от 12.12.2016 о расторжении договора поставки от 15.12.2011 № 544/24, заключенного между ОАО «САРЭКС» и должником.

Также между должником (кредитор) и ОАО «Агромашхолдинг» (новый кредитор) заключен договор уступки права требования от 20.12.2016, согласно которому кредитор уступил, а новый кредитор принял право требования, срок исполнения обязательств по которому наступил, к                       ОАО «САРЭКС» (должник) в размере 332 000 руб., возникшего на основании Спецификации  от 01.02.2012 №1, товарной накладной  от 03.02.2012 № 71 к договору поставки от 01.02.2012 № 38/12-ДМ, заключенному между должником и ОАО «САРЭКС».

Кроме того, между должником и ОАО «Агромашхолдинг» заключили договор уступки права требования от 23.12.2016 на сумму                                      13 314 010 руб. 33 коп., по условиям которого должник уступил, а ОАО «Агромашхолдинг» приняло право требования к ОАО «ПО «Красноярский завод комбайнов» по обязательству, возникшему из договора поставки от 18.02.2013 № 005/ДМ-З/18-56ПОКЗК.

Вступившим в законную силу постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 02.10.2019 по делу № А79-2615/2017, которым отказано в удовлетворении заявления ОАО «Агромашхолдинг» о включении в реестр требований кредиторов ООО «ЧЕТРА-ДОРМАШ» 30 105 851 руб. 67 коп., и имеющим преюдициальное значение для настоящего обособленного спора, установлено следующее.

Между ОАО «Агромашхолдинг» (исполнителем) и обществом с ограниченной ответственностью «ЧЕТРА-Форест» (далее – ООО «ЧЕТРА-Форест», заказчик) заключен договор на оказание услуг от 01.07.2011                  № М-02/1, согласно которому заказчик поручает, а исполнитель обязуется оказать услуги по представлению интересов заказчика в органах государственной власти по вопросам аккредитации продукции заказчика.

Впоследствии между ОАО «Агромашхолдинг» (цедентом), Обществом  (цессионарием) и ООО «Четра-Форест» (должником) заключен договор возмездной уступки прав (цессии) от 05.06.2012 № 002/ЧФ-012/12, по условиям которого ОАО «Агромашхолдинг» уступает, а должник принимает в полном объеме право требования к                                      ООО «Четра-Форест» по договору оказания услуг от 01.07.2011 № М-02/1, заключенному между цедентом и должником.

Право требования цедента к должнику по состоянию на дату подписания договора уступки составило 38 689 722 руб.

ОАО «Агромашхолдинг» по акту приема-передачи документов                        от 06.06.2012 передало, а ООО «ЧЕТРА-ДОРМАШ» приняло документы в соответствии с пунктом 3.1 договора от 05.06.2012, в том числе договор на оказание услуг от 01.07.2011 № М-02/1, заключенный между цедентом и ООО «Четра-Форест», приложение от 01.07.2011 № 1 к договору на оказание услуг  от 01.07.2011 № М-02/1, приложение от 30.09.2011 № 2 к договору на оказание услуг  от 01.07.2011 № М-02/1, счет-фактуру от 07.12.2011                        № ЦОМ00000007, акт об оказанных услугах от 07.12.2011 № ЦОМ00000007.

ООО «ЧЕТРА-ДОРМАШ»  произвело частичную оплату по договору уступки  от 05.06.2012 № 002/ЧФ-012/12 на сумму 18 143 273 руб. 26 коп. путем подписания   соглашений  о прекращении   обязательств зачетом встречных однородных требований от 29.11.2016 № 127 на сумму                                   1 012 000 руб., от 23.12.2016 № 151 на сумму 14 631 273 руб. 26 коп., а также платежным поручением от 09.12.2016 № 500 на сумму 2 500 000 руб.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что представленными в дело доказательствами не подтверждается факт оказания ОАО «Агромашхолдинг» услуг ООО «Четра-Форест» по договору от 01.07.2011 № М-02/1, действия ОАО «Агромашхолдинг» и ООО «Четра-Форест» направлены на создание искусственного документооборота, подтверждающего оказание услуг. Следовательно, не доказано надлежащими и бесспорными доказательствами наличия долга ООО «Четра-Форест» перед ОАО «Агромашхолдинг» в связи с неисполнением обязательств по договору № М-02/1от 01.07.2011.

Принимая во внимание, что по договору возмездной уступки прав (цессии) от 05.06.2012 № 002/ЧФ-012/12 от ОАО «Агромашхолдинг» должнику передано несуществующее право, в связи с чем указанное не порождает у цессионария права требования к должнику и, соответственно, обязанность по уплате цессионарием цеденту уступаемого права, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что поведение должника и ОАО «Агромашхолдинг» по заключению договора цессии является недобросовестным, в действиях сторон имеется наличие признаков злоупотребления правом, поскольку стороны не преследовали достижение разумных хозяйственных целей при заключении спорной сделки, отсутствует экономическая целесообразность заключения данной сделки, их действия были направлены на создание ситуации контролируемого банкротства и в данном случае цессия использовалась в качестве инструмента, позволявшего нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с целью уменьшения количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, а также счел доказанным злоупотребление сторонами договора уступки при ее совершении правом и наличие оснований для признания договора возмездной уступки прав (цессии) от 05.06.2012 № 002/ЧФ-012/12 недействительным (ничтожным) в соответствии со статьями 10 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь положениями статей 61.1, 61.2, 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»  (далее – Закон о банкротстве), суд установил, что на момент совершения спорных договоров цессии от 19.12.2016, 20.12.2016 и 23.12.2016 должник обладал признаками неплатежеспособности, о чем ОАО «Агромашхолдинг» было осведомлено  ввиду общности экономических интересов участников спорных сделок, отсутствие экономической целесообразности совершения спорных сделок, что в свою очередь является основанием для оспаривания указанных сделок.

Согласно материалам дела, определением Арбитражного суда Республики Мордовия от 05.03.2018 № А39-8294/2017 удовлетворено требование ОАО «Агромашхолдинг» о включении требования кредитора в реестр требований кредиторов ОАО «САРЭКС» в размере задолженности 1 547 097 руб. 35 коп., в том числе: 1 317 262 руб. 93 коп. - основной долг,                87 804 руб. 82 коп. - проценты за пользование чужими денежными средствами, 142 029 руб. 60 коп. - пени, возникшей по договорам уступки права требования от 19.12.2016 и 20.12.2016.

Определением Арбитражного суда Республики Мордовия от 09.08.2021                             № А39-8294/2017 продлен срок процедуры конкурсного производства в отношении ОАО «САРЭКС» до 11.11.2021.

Согласно данным отчета конкурсного управляющего ОАО «САРЭКС» по состоянию на 26.04.2021 конкурсная масса общества сформирована на общую сумму 119 162 830 руб. 60 коп., текущие обязательства составляют 137 654 750 руб., требования второй очереди – 58 238 956 руб. 20 коп., что свидетельствует о недостаточности имущества ОАО «САРЭКС» для удовлетворения требований кредиторов третьей очереди, к которым относится требование, вытекающее из договоров поставки от 15.12.2011                   № 544/24  и от 01.02.2012 № 38/12-ДМ, заключенных между должником и ОАО «САРЭКС».

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о маловероятности погашения уступленного  по договорам уступки прав требований от 19.12.2016 и 20.12.2016 права требования в рамках дела о несостоятельности ОАО «САРЭКС».

Указанные выводы суда первой инстанции являются обоснованными и согласуются с представленными в материалы дела доказательствами, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции правомерными.

Ссылка заявителя на решение собрания кредиторов о неоспаривании данных сделок, не принимается судом апелляционной инстанции, поскольку право арбитражного управляющего подать заявление об оспаривании сделки не зависит от наличия решения собрания кредиторов; арбитражный управляющий также вправе подать его и в случае, если по вынесенному на рассмотрение собрания кредиторов вопросу об оспаривании сделки не будет принято положительное решение (абзацем 2 пункта 31 Постановления № 63). 

Утверждение заявителя о том, что уполномоченный орган вправе сам был оспорить сделки, не принимается судом апелляционной инстанции, поскольку наличие у кредиторов права на оспаривание совершенных должником сделок (при условии обладания требованием, размер которого составляет не менее десяти процентов от суммы требований от общего размера кредиторской задолженности) не может свидетельствовать об отсутствии нарушения их прав и законных интересов в случае допущения конкурсным управлявшим должника бездействия по оспариванию совершенных должником сделок с предпочтительностью.

Между тем суд апелляционной инстанции считает заслуживающим внимания доводы ФИО2  и саморегулируемой организации относительно недоказанности причинения должнику убытков в результате не оспаривания договора уступки права требования от 23.12.2016 на сумму 13 314 010 руб. 33 коп. 

Судом установлено и не противоречит материалам дела, определением Арбитражного суда Красноярского края от 05.04.2017 по делу                                      № А33-5735/2015 прекращено производство по делу по заявлению                               ООО «УК «Сибиряк» о признании несостоятельным (банкротом)                                ОАО «ПО «Красноярский завод комбайнов» в связи с заключением сторонами мирового соглашения на условиях погашения Заводом задолженности перед кредиторами третьей очереди реестра требований кредиторов в общем размере 662 332 979 руб. 95 коп.

Впоследствии определением Арбитражного суда Красноярского края от 24.01.2019 по делу № А33-25215/2018 оставлено без рассмотрения заявление уполномоченного органа о введении в отношении                                      ОАО «ПО «Красноярский завод комбайнов» процедуры наблюдения, в связи с погашением заводом задолженности перед бюджетом по оплате обязательных платежей.

Определением суда от 20.02.2019 прекращено производству по делу                  № А33-25215/2018 по заявлению ОАО «ПО «Красноярский завод комбайнов» о признании его несостоятельным (банкротом), ввиду отказа общества от заявленных требований, поскольку задолженность в размере                                      71 570 203 руб. 98 коп. перед бюджетом погашена, с иными кредиторами достигнута договоренность о рассрочке погашения задолженности.

Однако отсутствие в отношении ОАО «ПО «Красноярский завод комбайнов» дела о банкротстве само по себе не свидетельствует о платежеспособности данного юридического лица.

Вступившими в законную силу решениями Арбитражного суда города Москвы от 03.06.2015 по делу № А40-1311/2015, от 26.11.2015 по делу                  № А40-85130/2014, от 19.08.2016 по делу № А40-123981/2014-98-1055, от 03.12.2015 по делу № А40-153519/2014 с ОАО «ПО «Красноярский завод комбайнов» солидарно с  обществом с ограниченной ответственностью «Четра-комплектующие и запасные части»  взысканы денежные средства в общем размере 9 848 575 393 руб. 14 коп.

Согласно представленному ФИО2 в материалы дела аудиторскому заключению, подготовленному обществом с ограниченной ответственностью Аудиторско-консалтинговое бюро «БизнесЩит»,                     ОАО «ПО «Красноярский завод комбайнов» в течение 2017-2018 годов являлось неплатежеспособным, финансово неустойчивым, не обладало средствами для погашения своих обязательств перед кредиторами. В период с 2017-2019 годы финансово-хозяйственная деятельность                              ОАО «ПО «Красноярский завод комбайнов» уменьшалась, оборотные активы компании за 2018 год уменьшились в 20 раз, а внеоборотные в три раза по сравнению с 2017 годом, чистые активы организации на протяжении ряда лет имеют отрицательное значение. В 2017-2019 годах неоднократно в судебном порядке рассматривалась возможность банкротства организации (дела                    № А33-25215/2018, № 33-8986/2017, № А33-5735/2015) (том 4, листы дела 97-121).

Согласно размещенным на сайте ЕФРСБ  сообщению от 25.08.2021                    № 09514340 стоимость чистых активов ОАО «ПО «Красноярский завод комбайнов» по состоянию на 31.12.2020  являлась отрицательной и составляла – 104 521 900 000 руб.

Размер требований по договору цессии от 23.12.2016 составляет 13 314 010 руб. 33 коп., что составляет 0,012 процентов от общего размера требований всех кредиторов ОАО «ПО «Красноярский завод комбайнов».

Более того, на момент введения в отношении Общества процедуры банкротства и утверждения конкурсным управляющим должника                 ФИО2, уже имелось вступившее в законную силу  определение Арбитражного суда Красноярского края от 25.02.2017 по делу                                                 № А33-5735/2015 о прекращении производства по заявлению Общества о включении требований в реестр требований кредиторов                                        ОАО «ПО «Красноярский завод комбайнов».

Кроме того, суд апелляционной инстанции также принимает во внимание истечение срока давности предъявления требований к ОАО «ПО «Красноярский завод комбайнов», которые возникли в 2013 году. О данном факте имеются выводы в решении Арбитражного суда Чувашской Республики-Чувашии от 08.09.2020 по делу № А79-1902/2020.

Суд апелляционной инстанции в силу статей 16 и 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации также принимает во внимание установленные, вступившим в законную силу в решении Арбитражного суда Чувашской Республики-Чувашии от 08.09.2020 по делу № А79-1902/2020, обстоятельства, в соответствии с которыми прекращено производство по иску ОАО «Агромашхолдинг» к ОАО «ПО «Красноярский завод комбайнов» о взыскании 13 314 010 руб. 33 коп. задолженности по оплате товара, поставленного ООО «Четра-Дорожные машины» в адрес ответчика на основании договора от 18.02.2013 № 005/ДМ-З/18-56ПОКЗК по накладным от 18.02.2013 № 54, от 22.03.2013 № 111, от 30.05.2013 № 225, 226 ввиду принятия определения Арбитражного суда Красноярского края  от 25.02.2017 по делу № А33-5735/2015 и отказа во взыскании  3 955 703 руб.  42 коп. пеней за период с 23.12.2016 по 17.01.2020 по причине истечения срока исковой давности. При этом следует обратить внимание, что указанный иск ОАО «Агромашхолдинг» предъявило на основании спорного договора уступки от 23.12.2016, заключенного с Обществом.

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании оценки представленных доказательств (часть 1 статьи 64, статьи 67, 68, 71 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Принимая во внимание указанные обстоятельства, оценив представленные по правилам упомянутых норм процессуального права доказательства по обособленному спору, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что  представленные в дело доказательства свидетельствуют о нелеквидности уступленных по договору цессии от 23.12.2016 прав требований к  ОАО «ПО «Красноярский завод комбайнов», в связи с чем оспаривание указанной сделки и возвращение в конкурсную массу должника права требования к ОАО «ПО «Красноярский завод комбайнов» не привело бы к пополнению конкурсной массы.

В рассматриваемом случае суд апелляционной инстанций исходит из недоказанности наличия причинно-следственной связи между бездействиями арбитражного управляющего ФИО2 в виде неоспаривания договора уступки прав требования от 23.12.2016 в период исполнения им обязанностей конкурсного управляющего должника и причинением убытков в сумме                     13 314 010 руб. 33 коп.

Оценив представленные доказательства в совокупности, судебная коллегия пришла к выводу о том, что в рассматриваемом случае бездействие конкурсного управляющего должника ФИО2, само по себе не является подтверждением наличия причинно-следственной связи между его действиями и возникшими убытками, и не освобождает заявителя от обязанности доказывания того, что именно признанное неправомерным бездействие бывшего конкурсного управляющего должника повлекло наступление тех последствий, на которые ссылается уполномоченный орган в обоснование заявленных требований.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что уполномоченным органом не доказана возможность пополнения конкурсной массы, в том числе в размере 985 626 руб. 93 коп., 332 000 руб. и 13 314 010 руб. 33 коп. при своевременном обращении конкурсного управляющего с заявлением о признании сделок недействительными от 19.12.2016, от 20.12.2016 и от 23.12.2016 и применении последствий их недействительности, что свидетельствует об отсутствии оснований для удовлетворения заявления уполномоченного органа о взыскании убытков на указанные суммы.

При изложенных обстоятельствах у суда первой инстанции отсутствовали основания для взыскания с ФИО2 убытков в размере 13 314 010 руб. 33 коп.

На основании пункта 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд апелляционной инстанции по результатам рассмотрения апелляционной жалобы вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции в части или полностью и принять по делу новый судебный акт.

Таким образом, апелляционная жалоба саморегулируемой организации подлежит удовлетворению в части, апелляционная жалоба ФИО2 с учетом пределов обжалования, заявленных устно в суде апелляционной инстанции – удовлетворению в полном объеме, а определение Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии от 18.08.2021 по делу                               № А79-2615/2017 подлежит отмене в части на основании пунктов 3 и 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Суд апелляционной инстанции не усмотрел оснований для перехода к рассмотрению обособленного спора по правилам суда первой инстанции ввиду нарушения судом первой инстанции норм процессуального права, предусмотренных пунктами 5  и 6 части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. При этом судебная коллегия исходила из следующих обстоятельств. 

Как усматривается из материалов дела, протокол судебного заседания от 09.07.2021 (продолжен 19.07.2021) не подписан председательствующим судьей Красновым А.М. (том 5, лист дела 159-161). В указанном судебном заседании была объявлена резолютивная часть обжалуемого решения , при этом имеется аудиозапись судебного заседания в деле и в картотеке арбитражных дел.

Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 09.07.2019 № 26 «О некоторых вопросах применения Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации в связи с введением в действие Федерального закона от 28.11.2018 № 451-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» при применении положений Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации  в редакции Федерального закона от 28.11.2018                       № 451-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон № 451-ФЗ), вступающего в силу со дня начала деятельности кассационных и апелляционных судов общей юрисдикции, следует учитывать, что, по общему правилу, порядок судопроизводства определяется в соответствии с федеральным законом, действующим во время рассмотрения и разрешения дела, совершения отдельных процессуальных действий или исполнения судебных актов (часть 3 статьи 1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, часть 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, часть 5 статьи 2 Кодекса административного производства Российской Федерации).

Согласно пункту 6 части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 28.11.2018 № 451-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон № 451-ФЗ), действующей с 28.10.2019, основанием для отмены судебного акта является отсутствие в деле протокола судебного заседания или подписание его не теми лицами, которые указаны в статье 155 настоящего Кодекса, в случае отсутствия аудиозаписи судебного заседания.

С учетом приведенных норм, в данном конкретном случае неподписание судьей первой инстанции протокола судебного заседания от 19.07.2021 при наличии аудиозаписи данного судебного заседания, размещенной в «Картотеке арбитражных дел», не является основанием для отмены обжалуемых судебных актов в силу пункта 6 части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку соблюдены требования части 1 статьи 155 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об аудиозаписи судебного заседания.

Также судом установлено, что определение Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии от  18.08.2021 по настоящему делу не подписано судьей Красновым А.М.

Однако указанное обстоятельство не является основанием для перехода апелляционного суда к рассмотрению дела по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, поскольку указанное определение также выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, что следует из карточки дела в Картотеке арбитражных дел.

Судом апелляционной инстанции установлено, что определение Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии от  18.08.2021  подписано квалифицированной электронной подписью судьи и размещено в «Картотеке арбитражных дел». Текст, размещенный в «Картотеке арбитражных дел» аналогичен тексту определения, представленного на бумажном носителе в материалах дела (том 5, листы дела 165 – 184). Резолютивная часть определения, размещенная в «Картотеке арбитражных дел», согласуется с текстом резолютивной части обжалуемого определения и резолютивной части изготовленной и подписанной судьей на бумажном носителе (том 5, листы дела 163 – 164).

Поскольку юридическое значение каждого документа равнозначно, апелляционный суд находит, что исполнение определения в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной подписью судьи, достаточно для соблюдения требования закона относительно формы судебного акта. Согласно части 1 статьи 6 Федерального закона от 06.04.2011 № 63-ФЗ «Об электронной подписи»: «Информация в электронной форме, подписанная квалифицированной электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, и может применяться в любых правоотношениях в соответствии с законодательством Российской Федерации, кроме случая, если федеральными законами или принимаемыми в соответствии с ними нормативными правовыми актами установлено требование о необходимости составления документа исключительно на бумажном носителе».

Иных нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины за рассмотрение апелляционных жалоб на определение по данной категории дел не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 268, 269, 270, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии                     от 18.08.2021 по делу № А79-2615/2017 отменить в части, апелляционную жалобу Саморегулируемой организации Ассоциации «Региональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих» удовлетворить частично, апелляционную жалобу ФИО2 удовлетворить.

В удовлетворении заявления Управления Федеральной налоговой службы по Чувашской Республике о признании незаконными бездействия в части неоспаривания договора уступки прав требования от 23.12.2016 на сумму 13 314 010 руб. 33 коп., заключенного между обществом с ограниченной ответственностью «Четра-Дорожные машины» и открытым акционерным обществом «Агромашхолдинг» и взыскании убытков с конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Четра-Дорожные машины» ФИО2 в сумме                     13 314 010 руб. 33 коп. отказать.

В остальной части определение Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии  от 18.08.2021 по делу № А79-2615/2017 оставить без изменения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд ВолгоВятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд ВолгоВятского округа.

 

Председательствующий судья

О.А. Волгина

 

Судьи

Е.А. Рубис 

Д.В. Сарри