ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

А33-12730/2019к18

г. Красноярск

18 апреля 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена «11» апреля 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен  «18» апреля 2023 года.

 

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Инхиреевой М.Н.,

судей: Хабибулиной Ю.В.,  Яковенко И.В.,

при ведении протокола  секретарем судебного заседания ФИО1 (до перерыва), секретарем судебного заседания  ФИО2 (после перерыва),

при участии:

от конкурсного управляющего должника - ООО «Монтажтехногрупп» ФИО3: ФИО4, представителя по доверенности (посредством онлайн-заседания) (до и после перерыва),

от ФИО5: ФИО6, представителя по доверенности (до и после перерыва),

от уполномоченного органа: ФИО7,  представителя по доверенности (до и после перерыва),

от ООО «Профитэкс»: ФИО8, представителя по доверенности (до и после перерыва),

от ФИО9: ФИО8, представителя по доверенности (до и после перерыва),

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Профитэкс», ФИО5

на определение Арбитражного суда Красноярского края

от «24» июня 2022 года по делу № А33-12730/2019к18,

установил:

в рамках дела о признании должника – «Монтажтехногрупп» несостоятельным (банкротом), определением Арбитражного суда Красноярского края от 24.06.2022 заявление конкурсного управляющего ООО «Монтажтехногрупп» ФИО3 к ООО «Профитэкс», к ООО «Арктур» о признании сделок недействительными удовлетворено.

Признан недействительной сделкой договор купли-продажи от 10.01.2019 №МТГ/01-2019- КП, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «Монтажтехногрупп» и обществом с ограниченной ответственностью «ПрофиТэкс», и применены последствия недействительности сделки в виде:

1) обязания общества с ограниченной ответственностью «ПрофиТэкс» возвратить в

конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Монтажтехногрупп» следующее имущество:

• Буровая установка SANY SR200C, заводской № машины (рамы): 12SR00860311

(12DX031105098), год выпуска 2012, двигатель № 559381;

• Шнек двухзаходный d=520мм, б/у;

• Ковшебур d=520мм, б/у;

• Рамка опорная, б/у;

• Воронка, б/у;

• Труба ВПТ, L=3m, б/у;

• Электростанция АД-100кВт (серийный № 070922322F) с двигателем Deutz с генератором Stamford, со встроенным топливным баком, блоком (щитом) управления и защиты 501 К, 1-я степень автоматизации, в кунге-прицепе МАЗ 5224В зеленого цвета на шасси 75954 в сборе;

• Здание мобильное инвентарное;

• Шнек-бур SBF-P-Y-V d=600мм, i=l 700мм;

• Келли-штанга моно I-10м;

• Выпрямитель сварочный 2-х постовой ВДМ-2Х315 (3*380В, 2 поста);

• Аппарат плазменной резки AURORA AIRFORCE 80 IGBT 380В;

2) взыскания с общества с ограниченной ответственностью «ПрофиТэкс» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Монтажтехногрупп» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) денежных средств в размере 1 239 400 рублей в качестве действительной стоимости отсутствующего имущества, являвшегося предметом договора купли-продажи от 10.01.2019 №МТГ/01-2019-КП.

Производство по заявлению о признании недействительным договора цессии от 12.03.2019 №МТГ-01/19-Ц прекращено.

Распределены судебные расходы.

Не согласившись с данным судебным актом, общество с ограниченной ответственностью «Профитэкс», ФИО5 обратились с апелляционными жалобами.

В своей апелляционной жалобе общество с ограниченной ответственностью «Профитэкс» выражает несогласие с выводами об отсутствии доказательств встречного предоставления по сделке. Апеллянт помимо этого указывает следующее:

- заемные денежные средства расходовались ООО «Монтажтехногрупп» на оплату необходимых текущих нужд при ведении финансово-хозяйственной деятельности;

- выводы о неравноценности встречного предоставления не обоснованы с учетом имеющегося в деле отчета об оценке;

- судом неправильно применены последствия признания сделки недействительной, поскольку не восстановлено право требования к должнику в части сумм займа;

- суд первой инстанции вышел за пределы заявленных требований, поскольку требования о признании недействительным договора займа заявлено не было.

Доводы апелляционной  жалобы ФИО5 сводятся к следующему:

- судебный акт принят о правах и обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле ФИО5 и ФИО9;

- денежные средства, предоставленные в качестве займа использовались должником в хозяйственной деятельности, потрачены на нужды должника;

- разница между рыночной и договорной стоимостью буровой установки не превышает и 8%, что не может свидетельствовать о неравноценном встречном предоставлении по сделке;

- заключение договора купли-продажи не может свидетельствовать о предпочтительном удовлетворении требований кредитора.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 22.08.2022 апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Профитэкс», ФИО5 приняты к производству, рассмотрение назначено на 11.10.2022.

В соответствии с Федеральным законом Российской Федерации от 23.06.2016 № 220-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части применения электронных документов в деятельности органов судебной власти» предусматривается возможность выполнения судебного акта в форме электронного документа, который подписывается судьей усиленной квалифицированной электронной подписью. Такой судебный акт направляется лицам, участвующим в деле, и другим заинтересованным лицам посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его вынесения, если иное не установлено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

Текст определения о принятии к производству апелляционной жалобы от 22.08.2022, подписанного судьей усиленной квалифицированной электронной подписью, опубликован в Картотеке арбитражных дел (http://kad.arbitr.ru/) 25.08.2022 15:35:07 МСК.

Таким образом, лица, участвующие в деле, и не явившиеся в судебное заседание, извещены о дате и времени судебного заседания надлежащим образом в порядке главы 12 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 11.10.2022  суд определил перейти к рассмотрению дела по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в суде первой инстанции. Привлечены к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО5, ФИО9.

Основанием для перехода к рассмотрению дела по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в суде первой инстанции явилось следующее.

Суд первой инстанции в обжалуемом определении пришел к выводу, что стороны оспариваемой сделки (должник и ответчик) являются аффилированными лицами. Как отражено на стр. 11 обжалуемого определения, аффилированность участников сделок подтверждается сведениями, содержащимися в Едином государственном реестре юридических лиц:

- ООО «Монтажтехногрупп» поставлено на налоговый учет: 15.08.2014, адрес места регистрации юридического лица: 

<

...>, учредители: ФИО5 доля участия 50%, ФИО9 доля участия 50%, генеральный директор: ФИО5.

- ООО «ПрофиТэкс» поставлено на налоговый учет 18.01.2011, адрес места регистрации юридического лица: 119330, 

<

...> 6,2,48, учредители: ФИО10, доля участия 50%, ФИО9 доля участия 50%, генеральный директор ФИО9.

Суд первой инстанции указал (стр. 12 обжалуемого определения), что «контролирующие должника лица под видом выдачи займов должнику произвели их обналичивание на личные нужды, создав таким образом документооборот для создания искусственной кредиторской задолженности, которая и была зачтена по оспариваемому договору купли-продажи от 10.01.2019 № МТГ/01-2019-КП в счет исполнения ответчиком обязанности по оплате приобретаемого имущества, в связи с чем следует вывод, что имущество по договору купли-продажи от 10.01.2019 реализовано ответчику без встречного предоставления».

ФИО5 подана апелляционная жалоба, где он указывает, что к участию в деле он не привлекался, однако в судебном акте содержатся выводы о том, что им обналичены денежные средства должника и израсходованы на личные нужды.

Суд апелляционной инстанции принимал во внимание содержащиеся выводы в обжалуемом определении об обналичивании физическими лицами денежных средств должника и  порядке расходования этих денежных средств на личные нужды, пришел к выводу о том, что обжалуемым судебным актом затрагиваются права и законные интересы физических лиц - ФИО5 и ФИО9 - лиц, не привлеченных к участию в деле.

С учетом   установленных  по делу  обстоятельств, суд  апелляционной  инстанции  установил наличие оснований, предусмотренных пунктами 2 и 4 части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для перехода к рассмотрению дела по правилам, установленным для рассмотрения дела судом первой инстанции.

В соответствии со статьями 158, 184, 185, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, протокольным определением судебное разбирательство откладывалось.

В соответствии со статьей 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в составе суда производилась замена в составе судей. Окончательно состав суда сформирован в следующем виде: председательствующий судья – Инхиреева М.Н., судьи: Хабибулина Ю.В.,  Яковенко И.В.

В соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  в судебном заседании объявлялся  перерыв до 11.04.2023.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего поддержал в полном объеме заявление о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности сделки.

Представитель налогового органа поддержал правовую позицию конкурсного управляющего, дал пояснения суду.

Представитель ФИО5 дал пояснения по вопросам суда, поддержал доводы апелляционной жалобы, с учетом представленных пояснений.

Представитель ФИО9 и ООО «Профитэкс» дал пояснения суду, поддержал доводы апелляционной жалобы.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При повторном рассмотрении настоящего дела арбитражным апелляционным судом установлены следующие обстоятельства.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

Учитывая положения пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий правомерно обратился в суд с заявлением о признании недействительной сделки, совершенной должником.

Как следует из материалов дела, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделкой договора купли-продажи от 10.01.2019 № МТГ/01-2019-КП, а также договора цессии от 12.03.2019 № МТГ-01/19-Ц.

В качестве правовых оснований для оспаривания договора купли-продажи от 10.01.2019 № МТГ/01-2019-КП,  конкурсный управляющий указывал статьи 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, указывая, что в результате совершения вышеуказанной сделки произошел вывод активов ООО «Монтажтехногрупп» в пользу аффилированного лица, чем был причинен имущественный вред правам кредиторов.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов, а также, если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Как следует из материалов дела, между обществом с ограниченной ответственностью «Монтажтехногрупп» (продавец) и обществом с ограниченной ответственностью «ПрофиТэкс» (покупатель) заключен договор купли-продажи от 10.01.2019 № МТГ/01-2019-КП, согласно пункту 1.1 которого продавец обязуется передать в собственность покупателю принадлежащее ему движимое имущество, согласно приложению № 1 к договору, а покупатель обязуется принять имущество и оплатить установленную договором стоимость.

Передача имущества осуществляется путем подписания сторонами акта приема-передачи имущества в срок до 11.01.2019.

Имущество является бывшим в употреблении. Стороны согласовали, что в срок до 11.01 .2019 продавец произведет ремонт передаваемого имущества, а также приобретет за свой счет (детали/запчасти) необходимые для возможности использования имущества по прямому назначению.

Согласно разделу 2 договора общая стоимость имущества на месте фактического нахождения составляет 24 500 000 рублей.

Оплата имущества производится в следующем порядке: в счет частичного расчета по настоящему договору продавец погашает свой долг перед покупателем по договору беспроцентного займа от 08.06.2016 № 4, по которому ранее им были получены от покупателя в заем денежные средства в сумме 17 010 000 рублей. Оплата оставшейся стоимости имущества в сумме 7 490 000 рублей производится покупателем в течении 10 дней с момента подписания акта приема-передачи имущества.

Актом приема-передачи от 10.01.2019 имущество передано покупателю.

Соглашением от 11.03.2019 № 1 к договору купли-продажи от 10.01.2019 № МТГ/01-2019-КП стороны пришли к выводу об исключении следующего имущества из передаваемого перечня: ГАЗ А22R32-30 G2651777, Chevrolet Niva 212300-55 2017 г.в., Chevrolet Niva 212300-55 2018 г.в., на общую сумму 2 110 000 рублей.

В связи с исключением указанного имущества, общая стоимость имущества по договору уменьшилась и составила 22 390 000 рублей.

Как отражено выше, стороны согласовали, что оплата за проданное имущество на сумму 17 010 000 руб. производится путем погашения долга должника перед ответчиком по договору займа.

В обоснование наличия заемных отношений между должником и ответчиком представлены договора займа № 4 от 08.06.2016 и № 3 от 25.05.2015, по условиям которых займодавец (ООО «ПрофиТэкс») передает в собственность заемщика (ООО «Монтажтехногрупп») денежные средства, а заемщик обязуется возвратить сумму займа в установленные в договорах сроки.

Как ссылается ответчик, сумма долга по договорам займа № 4 от 08.06.2016 и № 3 от 25.05.2015 составила 17 010 000 руб., и указанная сумма долга зачтена в счет оплаты за приобретенное имущество.

Оставшееся у должника право требования с ООО «ПрофиТэкс» суммы оплаты за имущество в размере 5 380 000 руб. уступлено ООО «Арктур» по договору цессии от 12.03.2019.

Так, между ООО «Монтажтехногрупп» (кредитор) и ООО «Арктур» (правоприобретатель) заключен договор цессии от 12.03.2019 № МТГ-01/19-Ц, по условиям которого кредитор уступает правоприобретателю право требования задолженности кредитора к ООО «ПрофиТэкс» в сумме долга 5 380 000 рублей.

Конкурсный управляющий указывает, что договор купли-продажи от 10.01.2019 № МТГ/01-2019-КП, заключенный сторонами, подлежит оспариванию в соответствии со статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Дело о банкротстве возбуждено 06.05.2019, договор купли-продажи заключен сторонами 10.01.2019, т.е. сделка совершена сторонами за четыре месяца до принятия заявления о признании должника банкротом и возбуждения в отношении должника дела о банкротстве.

Для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве требуется наличие совокупности следующих условий: сделка должна быть совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки должен быть причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (пункты 5 - 7 Постановления № 63).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

На дату совершения оспариваемой сделки должник имел неисполненные обязательства перед Федеральной налоговой службой в размере 16 520 544 рубля 66 копеек (в том числе основной долг – 14 129 830 рублей 40 копеек, пени, штрафы – 2 390 714 рублей 26 копеек), перед индивидуальным предпринимателем ФИО11 в сумме 1 168 835 рублей 35 копеек, перед АО «Северовостокэлектромонтаж» в сумме 2 177 767 рублей 25 копеек.

Таким образом, у должника имелись требования кредиторов по денежным обязательствам должника третьей очереди, не исполненные к моменту совершения оспариваемой сделки, что позволяет сделать вывод о наличии факта преимущественного перед иными кредиторами получения ООО ПрофиТэкс» удовлетворения своих требований.

Как следует из материалов дела, стороны оспариваемой сделки (должник и ответчик ООО «ПрофиТэкс») являются аффилированными лицами.

Аффилированность участников сделок подтверждается сведениями, содержащимися в Едином государственном реестре юридических лиц:

- ООО «Монтажтехногрупп» поставлено на налоговый учет: 15.08.2014, адрес места регистрации юридического лица: 

<

...>, учредители: ФИО5 доля участия 50%, ФИО9 доля участия 50%, генеральный директор: ФИО5;

- ООО «ПрофиТэкс» поставлено на налоговый учет 18.01.2011, адрес места регистрации юридического лица: 119330, 

<

...> 6,2,48, учредители: ФИО10, доля участия 50%, ФИО9 доля участия 50%, генеральный директор ФИО9.

Таки образом, с учетом совпадения состава учредителей, должник и ООО «ПрофиТэкс» являются аффилированными лицами.

В подтверждение неравноценности встречного предоставления по сделке реализованного имущества конкурсным управляющим представлен отчет от 23.03.2021 № 490-ИМ, выполненный ООО «Сибирь Консалтинг», согласно которому рыночная стоимость буровой установки Sany SR 200C, 2012 г.в. двигатель № 559381 по состоянию на 10.01.2019 составляет 19 637 258 рублей.

Ответчик в материалы дела представил отчет от 20.12.2018 № 18/010, составленный ИП ФИО12 о рыночной стоимости буровой установки Sany SR 200C, 2012 г.в. двигатель № 559381 по состоянию на 20.12.2018 в размере 18 072 000 руб.

По условиям договора купли-продажи указанная буровая установка реализована ответчику стоимостью 18 200 000 рублей.

С учетом незначительного отклонения стоимости, отраженной  в отчете об оценке от 23.03.2021 цене договора (порядка 8%), и принимая во внимание отчете об оценке от 20.12.2018, где отсутствует отклонение цены договора от рыночной цены имущества, суд апелляционной инстанции полагает, что установленная в договоре купли-продажи цена имущества соответствует рыночной, обратное конкурсным управляющим не доказано.

Вместе с тем, оценив материалы дела в их совокупности и взаимосвязи друг с другом, в порядке ст. 71 АПК РФ, суд апелляционной инстанции установил, что спорная сделка – договор купли-продажи от 10.01.2019 является недействительной в связи со следующим.

По условиям договора от 10.01.2019 оплата в сумме 17 010 000 руб. производится путем погашения долга ООО «Монтажтехногрупп» перед ООО «Профитэкс» по договору беспроцентного займа.

Ответчик пояснил, что в договоре купли-продажи содержится ссылка на расчеты путем погашения долга по договору займа № 4 от 08.06.2016, однако фактически указанное является опечаткой и верным следует считать погашение долга по договорам займа № 3 от 25.05.2015 и № 4 от 08.06.2016.

Уполномоченный орган возражает по принятию доводов ответчика о том, что в счет оплаты по договору купли-продажи передан также долг по договору займа № 3 от 25.05.2015, ссылаясь, что в п. 2.2.1 оспариваемого договора прямо указано, что в счет оплаты ответчик погашает долг по договору займа № 4 от 08.06.2016, а долг по данному договору составлял 14 260 000 руб. Факт того, что по договорам займа № 3 и № 4 долг составляет 17 010 000 руб. участвующим в деле лицами не оспаривался.

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», договор считается заключенным, если между сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Соглашение сторон может быть достигнуто, в том числе, путем принятия (акцепта) одной стороной предложения заключить договор (оферты) другой стороны (пункт 2 статьи 432 Кодекса).

Акцепт может быть выражен путем совершения конклюдентных действий. Для целей квалификации конклюдентных действий в качестве акцепта достаточно того, что лицо, которому была направлена оферта, приступило к исполнению предложенного договора на условиях, указанных в оферте, и в установленный для ее акцепта срок (пункт 13 данного Постановления).

В силу пункта 7 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.02.2014 № 165 «Обзор судебной практики по спорам, связанным с признанием договоров незаключенными» при наличии спора о заключенности договора суд должен оценивать обстоятельства дела в их взаимосвязи в пользу сохранения, а не аннулирования обязательств, а также исходя из презумпции разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений, закрепленной статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судебная коллегия, оценив условия договора купли-продажи от 10.01.2019, последующее поведение сторон договора, представленные акты сверки, принимая во внимание, что сумма долга по договорам займа № 3 и № 4 составляет 17 010 000 руб., стороны при исполнении договора ссылались на исполнение обязательств в сумме 17 010 000 руб., принимает позицию ответчика о том, что фактически при подписании договора от 10.01.2019 намерением сторон являлась передача в счет уплаты за приобретенное имущество задолженности по договорам займа № 3 и № 4.

В качестве доказательства предоставления ответчиком заемных средств по договору займа от 08.06.2016 №4 в материалы дела представлены платежные поручения и выписки по счетам, свидетельствующие о перечислении денежных средств должнику в сумме 14 260 000 рублей. Также в обоснование наличия долга по договору займа № 3 от 25.05.2015 на сумму 2 750 000 руб. представлены платежные поручения, акт сверки, подписанный сторонами.

Ответчик в своем отзыве указывает, что в период действия договора займа ООО «Профитэкс», по мере возникновения у заемщика такой необходимости, перечисляло в заем ООО «Монтажтехногрупп» отдельными платежами необходимые суммы для покрытия его текущих хозяйственных операций. Общая сумма займа составила 17 010 000 рублей, что подтверждается представленным двусторонним актом сверки задолженности.

В подтверждение реальности хозяйственных операций по выдаче займа представлены платежные документы, подтверждающие перечисление ООО «Профитэкс» заемных денежных средств в безналичном порядке на счет ООО «Монтажтехногрупп» на общую сумму 17 010 000 рублей.

По пояснениям ответчика, заемные средства были жизненно необходимы в тот период для обеспечения хозяйственной деятельности ООО «Монтажтехногрупп» и для поддержания его «на плаву»; при отсутствии заемных средств ООО «Монтажтехногрупп» не могло бы еще в 2016 году выполнять свои обязательства по заключенным договорам подряда, ввиду потребности в денежных средствах на оплату текущих расходов, включая закуп необходимых материалов, потому что оплату от всех подрядчиков ООО «Монтажтехногрупп» получало только после окончательного выполнения своих работ.

Ответчик пояснил, что поскольку по состоянию на 31.12.2018, т.е. на момент возврата займа, у ООО «Монтажтехногрупп» отсутствовали денежные средства для его возврата, руководитель должника ФИО5, действовавший от имени заемщика, в погашение займа предложил рассчитаться с ООО «Профитэкс» имуществом ООО «Монтажтехногрупп».

Исходя из конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 ГК РФ либо по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 ГК РФ, абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве), признав за спорным требованием статус корпоративного. Соответствующая правовая позиция отражена в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 6 июля 2017 года № 308-ЭС17-1556.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 12 февраля 2018 года № 305-ЭС15-5734(4,5) также отмечено следующее.

Пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве предусмотрены определенные обстоятельства, при наличии которых должник обязан обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве в связи с невозможностью дальнейшего осуществления нормальной хозяйственной деятельности по экономическим причинам (абзацы второй, пятый, шестой и седьмой названного пункта).

При наступлении подобных обстоятельств добросовестный руководитель должника вправе предпринять меры, направленные на санацию должника, если он имеет правомерные ожидания преодоления кризисной ситуации в разумный срок, прилагает необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план (абзац второй пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Поскольку перечисленные случаи невозможности продолжения хозяйственной деятельности в обычном режиме, как правило, связаны с недостаточностью денежных средств, экономически обоснованный план преодоления тяжелого финансового положения предусматривает привлечение инвестиций в бизнес, осуществляемый должником, в целях пополнения оборотных средств, увеличения объемов производства (продаж), а также докапитализации на иные нужды.

Соответствующие вложения могут оформляться как увеличение уставного капитала, предоставление должнику займов и иным образом.

Изъятие вложенного мажоритарным участником (акционером) не может бы приравнено к исполнению обязательств перед независимыми кредиторами (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Возврат приобретшего корпоративную природу капиталозамещающего финансирования не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки должника необходимо рассматривать как злоупотребление правом со стороны мажоритарного участника (акционера). Соответствующие действия, оформленные в качестве возврата займов, подлежат признанию недействительными по правилам статей 10 и 168 ГК РФ как совершенные со злоупотреблением правом.

При этом согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации (Определение от 21.02.2018 № 310-ЭС17-17994(1,2)), если мажоритарный участник (акционер) вкладывает свои средства через корпоративные процедуры, соответствующая информация раскрывается публично и становится доступной кредиторам и иным участникам гражданского оборота. В этом случае последующее изъятие вложенных средств также происходит в рамках названных процедур (распределение прибыли, выплата дивидендов и т.д.).

Когда же мажоритарный участник (акционер) осуществляет вложение средств с использованием заемного механизма, финансирование публично не раскрывается. При этом оно позволяет завуалировать кризисную ситуацию, создать перед кредиторами и иными третьими лицами иллюзию благополучного положения дел в хозяйственном обществе.

Однако, обязанность контролирующего должника лица действовать разумно и добросовестно в отношении как самого должника (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ), так и его кредиторов подразумевает в числе прочего оказание содействия таким кредиторам в получении необходимой информации, влияющей на принятие ими решений относительно порядка взаимодействия с должником (абзац третий пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Поэтому в ситуации, когда одобренный мажоритарным участником (акционером) план выхода из кризиса, не раскрытый публично, не удалось реализовать, на таких участников (акционеров) относятся убытки, связанные с санационной деятельностью в отношении контролируемого хозяйственного общества, в пределах капиталозамещающего финансирования, внесенного ими при исполнении упомянутого плана. Именно эти участники (акционеры), чьи голоса формировали решения высшего органа управления хозяйственным обществом (общего собрания участников (акционеров)), под контролем которых находился и единоличный исполнительный орган, ответственны за деятельность самого общества в кризисной ситуации и, соответственно, несут риск неэффективности избранного плана непубличного дофинансирования (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС15-5734(4,5)).

Таким образом, предоставляя подобное финансирование в тяжелый для должника период деятельности, такой участник должен осознавать повышенный риск невозврата переданной обществу суммы. Если план выхода из кризиса реализовать не удастся, то данная сумма не подлежит возврату, по крайней мере, до расчетов с независимыми кредиторами. В частности, в деле о банкротстве общества требование мажоритарного участника, фактически осуществлявшего докапитализацию, о возврате финансирования не может быть уравнено с требованиями независимых кредиторов (противопоставлено им), поскольку вне зависимости от того, каким образом оформлено финансирование, оно по существу опосредует увеличение уставного капитала. Иной вывод противоречил бы самому понятию конкурсного кредитора (абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве, определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 № 305-ЭС17-17208).

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ имеющиеся в деле доказательства, учитывая установленные обстоятельства, суд апелляционной инстанции установил, что сложившиеся между должником и ответчиком правоотношения по договорам займа носят корпоративный характер, поскольку ответчик и должник являются аффилированными лицами с учетом совпадения состава учредителей, суммы займа не возвращались, как не оспаривает ответчик, заемные денежные средства нужны были для финансирования текущей хозяйственной деятельности общества.

Таким образом, заключение договора купли-продажи от 10.01.2019 фактически представляет собой способ изъятия компенсационного финансирования, а именно: в счет наличия долга по договорам займа должник передает ответчику имущество на сумму 17 010 000 руб., что составляет сумму долга по займу.

Исходя из смысла абзаца восьмого статьи 2, абзаца пятого пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве, требования по выплате участнику (акционеру) ликвидируемого хозяйственного общества за счет имущества данного общества денежных средств, не могут конкурировать с обязательствами должника перед иными кредиторами - участниками гражданского оборота: участники (акционеры) должника вправе претендовать лишь на часть имущества ликвидируемого общества, оставшегося после расчетов с другими кредиторами.

Учитывая вышеизложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что требование ООО «ПрофиТэкс» о выплате задолженности, образовавшейся в результате заключения договоров займа не может быть уравнено с требованиями независимых кредиторов, данная сумма не подлежит возврату, по крайней мере, до расчетов с независимыми кредиторами.

Следовательно, ООО «ПрофиТэкс», являясь аффилированным с должником лицом, зная об обязательствах ООО «Монтажтехногрупп» перед иными  контрагентами, действовал во вред последним, направляя имущество должника на погашение своих требований к обществу в обход закона при отсутствии у общества в спорный период оснований для возврата компенсационного финансирования.

При таких обстоятельствах, учитывая правовую позицию, изложенную в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.11.2010 № 10254/10 по делу № А45-808/2009, определениях Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556(1) и № 308-ЭС17-1556(2) по делу № А32-19056/2014, подобные сделки могут быть квалифицированы как совершенные с причинением вреда кредиторам.

Доводы уполномоченного органа о транзитном характере заемных денежных средств отклонены, поскольку в настоящем деле рассматривается заявление о признании недействительной сделкой договора купли-продажи и исследование обоснованности расходования должником поступающих на счет денежных средств на выплату зарплаты, иные хоз.нужды, в предмет рассматриваемого заявления не входит. Уполномоченный орган не лишен возможности заявить соответствующие доводы при рассмотрении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, о взыскании убытков и пр.

Также судебная коллегия установила наличие оснований для признания сделки недействительной на основании ст. 61.3 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии условия, что сделка привела или может привести к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Если сделка с предпочтением была совершена не ранее чем за шесть месяцев и не позднее чем за один месяц до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве она может быть признана недействительной, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым или третьим пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, или имеются иные условия, соответствующие требованиям пункта 1 статьи 61.3, и при этом оспаривающим сделку лицом доказано, что на момент совершения сделки кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было или должно было быть известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Оспариваемая сделка по заключению договора купли-продажи направлена на преодоление негативных последствий, связанных с выдачей займа путем получения удовлетворения своих требований по возврату займа до расчетов с независимыми кредиторами наравне с требованиями иных кредиторов, которые лишались части того, на что они справедливо рассчитывали, тем самым нарушен баланс интересов вовлеченных в процесс банкротства участников корпоративных отношений и кредиторов должника.

Вышеуказанные обстоятельства свидетельствуют о наличии оснований для признания недействительной сделкой договора купли-продажи № МТГ/01-2019-КП от 10.01.2019 на основании положений п. 2 ст. 61.2, п. 3 ст. 61.3 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, недействительная сделка недействительна с момента ее совершения. Это правило распространяется и на признанную недействительной оспоримую сделку.

Пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.I Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.

В пункте 25 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что в случае признания на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве недействительными действий должника по уплате денег, передаче вещей или иному исполнению обязательства, а также иной сделки должника, направленной на прекращение обязательства (путем зачета встречного однородного требования, предоставления отступного или иным способом), обязательство должника перед соответствующим кредитором считается восстановленным с момента совершения недействительной сделки, а право требования кредитора по этому обязательству к должнику (далее - восстановленное требование) считается существовавшим независимо от совершения этой сделки (абзац первый пункта 4 статьи 61.6 Закона о банкротстве).

По результатам рассмотрения обоснованности заявления конкурсного управляющего судом признан недействительной сделкой - договор купли-продажи от 10.01.2019 № МТГ/01-2019-КП, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «Монтажтехногрупп» и обществом с ограниченной ответственностью «ПрофиТэкс».

Как следует из материалов дела, часть имущества по договору купли-продажи от 10.01.2019 №МТГ/01-2019-КП, а именно: Буровая установка SANY SR200C, заводской № машины (рамы): 12SR00860311 (12DX031105098), год выпуска 2012, двигатель № 559381; шнек двухзаходный d=520мм, б/у; ковшебур d=520мм, б/у; рамка опорная, б/у; воронка, б/у; труба ВПТ, L=3m, б/у; электростанция АД-100кВт (серийный № 070922322F) с двигателем Deutz с генератором Stamford, со встроенным топливным баком, блоком (щитом) управления и защиты 501 К, 1-я степень автоматизации, в кунге-прицепе МАЗ 5224В зеленого цвета на шасси 75954 в сборе; здание мобильное инвентарное; шнек-бур SBF-P-Y-V d=600мм, i=l 700мм; келли-штанга моно I-10м; выпрямитель сварочный 2-х постовой ВДМ-2Х315 (3*380В, 2 поста); аппарат плазменной резки AURORA AIRFORCE 80 IGBT 380В, находится у ответчика. 

Также ответчик указывает на фактическое отсутствие у него полученного по оспариваемому договору следующего имущества:

- труба обсадная d=620мм,L=3м, в количестве 6 шт.

- труба обсадная d=620мм,L=2м

- ножевая секция d - 620мм

-  Керн-бур KR-R-Ш 150 d=350мм I=1500мм

- генератор бензиновый ELITECY 6.0кВт 1 фаза, бак 25л. Расход 2,6 ручной стартер, 83, 5 кг.

Конкурсный управляющий представил в материалы дела отчет об оценке рыночной стоимости указанного имущества, проведенный ООО «Сибирь Консалтинг» от 11.10.2021 № 506-ИМ, согласно которому по состоянию на 10.01.2019 рыночная стоимость спорного имущества составила:

- труба обсадная d=620мм,L=3м, в количестве 6 шт. – 1 022 400 рублей;

- труба обсадная d=620мм,L=2м – 102 000 рублей;

- ножевая секция d - 620мм – 61 000 рублей;

-  Керн-бур KR-R-Ш 150 d=350мм I=1500мм – 31 000 рублей;

- генератор бензиновый ELITECY 6.0кВт 1 фаза, бак 25л. Расход 2,6 ручной стартер, 83,5 кг – 23 000 рублей.

Указанный отчет сторонами не оспорен, возражения по оценке не заявлены.

В суде апелляционной инстанции на соответствующий вопрос суда участвующие в деле лица пояснили, что возражения по отчету об оценке от 11.10.2021 в части определения стоимости отсутствующего у ответчика имущества, отсутствуют. 

Таким образом, по настоящему делу следует применить последствия недействительности сделки в виде обязания общества с ограниченной ответственностью «ПрофиТэкс» возвратить в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Монтажтехногрупп» имеющееся у ответчика имущество (перечень приведен выше), а также взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ПрофиТэкс» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Монтажтехногрупп» денежные средства в размере 1 239 400 рублей в качестве действительной стоимости отсутствующего имущества, являвшегося предметом договора купли-продажи от 10.01.2019 №МТГ/01-2019-КП.

С учетом установленной реальности заемных отношений (займ перечислялся по платежным поручениям, представленным в материалы дела), в порядке применения последствий недействительности сделки подлежит восстановлению право требования общества с ограниченной ответственностью «ПрофиТэкс» к обществу с ограниченной ответственностью «Монтажтехногрупп» в размере 17 010 000 руб.

Согласно материалам дела конкурсный управляющий изначально, помимо договора купли-продажи от 10.01.2019 №МТГ/01-2019-КП, просил признать недействительной сделкой договор цессии от 12.03.2019 №МТГ-01/19-Ц между ООО «Монтажтехногрупп» и ООО «Арктур».

09.08.2021 от конкурсного управляющего поступило уточнение заявленных требований, в котором отсутствовало требование о признании договора цессии от 12.03.2019 недействительным, то есть конкурсный управляющий фактически отказался от данного требования.

В судебном заседании в суде апелляционной инстанции уполномоченный орган возражал по принятию отказа от оспаривания договора цессии.

Согласно части 2 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец вправе до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу в арбитражном суде первой инстанции или в арбитражном суде апелляционной инстанции, отказаться от иска полностью или частично.

В соответствии с частью 5 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд не принимает отказ от иска, уменьшение им размера исковых требований, признание ответчиком иска, не утверждает мировое соглашение сторон, если это противоречит закону или нарушает права других лиц.

Арбитражный суд прекращает производство по делу, если установит, что истец отказался от иска и отказ принят арбитражным судом (пункт 4 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Процессуальным законодательством определены пределы контроля суда при распоряжении заявителем своими правами на отказ от требований. Тем самым обеспечены разумный баланс между диспозитивностью и императивностью в арбитражном процессе, соблюдение законности, защита прав и законных интересов других лиц. Воспрепятствование свободному распоряжению заявителем своими процессуальными правами должно происходить только в исключительных случаях.

Следовательно, при принятии отказа от требований на суд возлагается обязанность по проверке соответствия такого отказа закону и отсутствия нарушения прав и законных интересов других лиц.

С учетом предмета настоящего обособленного спора, суд приходит к выводу о том, что конкурсный управляющий, реализуя свое право на предъявление заявлений в суд от имени должника действует в интересах конкурсных кредиторов, следовательно, отказ конкурсного управляющего от иска не может быть принят судом без одобрения на то кредиторов должника.

Уполномоченный орган, как кредитор должника, возражал по принятию отказа от оспаривания сделки, в связи с чем суд апелляционной инстанции рассматривает заявление по существу.

Как отражено выше, по договору купли-продажи имущество реализовано по цене 22 390 000 руб. 

При этом сумма в размере 17 010 000 руб. погашена путем гашения долга по договорам займа с ООО «Профитэкс», остаток непогашенной суммы за приобретенное имущество составил 5 380 000 руб. 

Между ООО «Монтажтехногрупп» (кредитор) и ООО «Арктур» (правоприобретатель) заключен договор цессии от 12.03.2019 № МТГ-01/19-Ц, по условиям которого кредитор уступает правоприобретателю право требования задолженности кредитора к ООО «ПрофиТэкс» в сумме долга 5 380 000 рублей.

По условиям п. 1.6 договора цессии, передача прав по договору производится в счет частичного гашения долга ООО «Монтажтехногрупп» перед ООО «Арктур» по договору реализации нефтепродуктов № 70/А от 28.07.2015.

ООО «Арктур» является аффилированным с должником лицом с учетом следующего:

- ООО «Монтажтехногрупп» поставлено на налоговый учет 15.08.2014, адрес места регистрации юридического лица 

<

...>, учредители: ФИО5 доля участия 50%, ФИО9 доля участия 50%, генеральный директор: ФИО5; 

- ООО «Арктур» поставлено на налоговый учет 16.01.1996, адрес места регистрации юридического лица: 

<

...>, учредители ФИО13 доля участия 50%, ФИО9 доля участия 50%, генеральный директор ФИО9. 

Таким образом, ООО «Монтажтехногрупп»  и ООО «Арктур» являются  аффилированными лицами в связи с совпадением состава участников. 

Условия договора цессии от 12.03.2019 предполагают, что в счет оплаты за приобретаемое право требования на сумму 5 380 000 руб., ООО «Арктур» считает погашенным долг ООО «Монтажтехногрупп» по договору реализации нефтепродуктов № 70/А от 28.07.2015.  

ООО «Арктур» пояснил, что ссылка в договоре цессии от 12.03.2019 на оплату по договору № 70/А от 28.07.2015 является опечаткой, поскольку долг по данному договору был погашен, а в действительности погашен долг по договору реализации нефтепродуктов № 70/1-А от 15.04.2017. В обоснование реальности взаимоотношений по договору реализации нефтепродуктов № 70/1-А от 15.04.2017 ответчик представил в материалы дела первичные документы: счета-фактуры и товарные накладные.

Судом апелляционной инстанции по результатам исследования материалов дела установлено, что фактически должник, уступив ООО «Арктур» право требования на сумму 5 380 000 руб., не получил какого-либо встречного предоставления от ООО «Арктур» в связи со следующим.

25.10.2019 в Арбитражный суд Красноярского края поступило требование общества с ограниченной ответственностью «Арктур» о включении в реестр требований кредиторов задолженности 23 383 931 руб. 05 коп., в том числе:

1) задолженности в размере 13 263 579 руб. 26 коп., возникшей на основании договора реализации нефтепродуктов через АЗС посредством применения пластиковых карт №70/1-А от 15.04.2017, из которой: 11 456 263 руб. 23 коп. – основной долг, 1 104 835 руб. 36 коп. – неустойка, подлежащая отдельному учету в реестре, 85 805 руб. 49 коп. – государственная пошлина, а также задолженность в размере 702 480 руб. за дополнительную поставку топлива за период с октября по декабрь 2018 года;

2) задолженности в размере 7 000 000 руб., возникшей на основании договора уступки права требования №Ц07/07 от 01.12.2017 и договора аренды №031/15 от 31.07.2015;

3) задолженности в размере 3 120 351 руб. 79 коп., возникшей на основании договора цессии №б/н от 13.06.2019 и договору на оказание транспортных услуг №14/2017 от 09.02.2017, из которой: 1 972 702 руб. 15 коп. – основной долг, 1 147 649 руб. 64 коп. – неустойка, подлежащая отдельному учету в реестре, 38 602 руб. государственная пошлина.

Таким образом, задолженность по договору реализации нефтепродуктов № 70/1-А от 15.04.2017 в сумме 5 380 000 руб., которая должна быть погашена подписанием договора уступки, фактически ООО «Арктур» погашенной не признана, поскольку впоследствии ООО «Арктур» обратился в дело о банкротстве с требованием о включении суммы спорной задолженности по договору реализации нефтепродуктов № 70/1-А от 15.04.2017 в реестр.

Суд апелляционной инстанции установил, что ООО «Арктур» предъявил ко включению в реестр ту же сумму долга по договору поставки нефтепродуктов, что зачтена в счет оплаты по  оспариваемому договору уступки, поскольку ООО «Арктур» в отзыве на заявление о признании сделки недействительной указывал все первичные документы, которыми подтверждается реальность поставки на сумму 5 380 000 руб. по договору реализации нефтепродуктов № 70/1-А от 15.04.2017 (счета-фактуры, товарные накладные, т. 1 л.д. 144-148), и те же товарные накладные предъявлены в качестве наличия долга при включении задолженности в реестр.

По итогам рассмотрения заявления ООО «Арктур» о включении задолженности в реестр, вступившим в законную силу определением суда от 31.05.2021 по делу № А33-12730-9/2019 требование общества с ограниченной ответственностью «Арктур» (ИНН 

<

***>) в размере 16 383 931 руб. 05 коп., в том числе: 14 131 446 руб. 05 коп. основного долга и 2 252 485 руб. неустойки, признано обоснованным и подлежащим удовлетворению за счет имущества общества с ограниченной ответственностью «Монтажтехногрупп» в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, а именно, после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации. В удовлетворении требования о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 7 000 000 руб. отказано.

Следовательно, сумма долга по договору реализации нефтепродуктов № 70/1-А от 15.04.2017 в полном объеме признана обоснованной и подлежащей удовлетворению за счет имущества общества с ограниченной ответственностью «Монтажтехногрупп» в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

С учетом изложенного, договор цессии от 12.03.2019 является недействительной сделкой, поскольку по условиям договора встречное предоставление по договору заключалось фактически в проведении зачета с аффилированным лицом по требованию, возникшему из договора реализации нефтепродуктов № 70/1-А от 15.04.2017, а задолженность по данному договору вступившим в законную силу судебным актом признана подлежащей  удовлетворению за счет имущества общества с ограниченной ответственностью «Монтажтехногрупп» в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, т.е. подписанием договора ООО «Арктур» изъял ранее предоставленное компенсационное финансирование по договору реализации нефтепродуктов № 70/1-А от 15.04.2017, а с учетом последующего поведения кредитора (предъявление требования ко включению в реестр, несмотря на наличие договора уступки), можно сделать вывод о полном отсутствии встречного предоставления по договору цессии от 12.03.2019.

С учетом установленных обстоятельств, договор цессии от 12.03.2019 подлежит признанию недействительной сделкой в порядке п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Судебная коллегия полагает, что в настоящем случае последствия признания сделки недействительной применению не подлежат, поскольку в результате заключения как договора купли-продажи от 10.01.2019, так и договора цессии от 12.03.2019 права кредиторов нарушены в связи с выбытием из имущественной сферы должника имущества стоимостью 22 390 000 руб. Имущественная сфера должника восстановлена в результате признания недействительной сделкой договора купли-продажи от 10.01.2019 и возврата в конкурсную массу фактически имеющегося имущества и взыскания с покупателя имущества денежных средств в размере утраченного имущества. В части требований ООО «Арктур» к должнику по договору реализации нефтепродуктов № 70/1-А от 15.04.2017 также не подлежат применению последствия недействительности сделки, поскольку требования ООО «Арктур» по договору реализации нефтепродуктов № 70/1-А от 15.04.2017 уже признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению за счет имущества общества с ограниченной ответственностью «Монтажтехногрупп» в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Доводы о пропуске срока исковой давности для оспаривания сделок отклонены, поскольку управляющий обратился в суд с заявлением о признании недействительными сделками договора купли-продажи от 10.01.2019 и договора цессии от 12.03.2019 – 06.04.2020, должник признан банкротом решением от 23.12.2019, следовательно годичный срок исковой давности не пропущен.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 32 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30 июня 2020 года № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» по результатам рассмотрения дела по правилам, установленным Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для рассмотрения дела в суде первой инстанции, суд апелляционной инстанции согласно пункту 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации выносит постановление, которым отменяет судебный акт первой инстанции с указанием обстоятельств, послуживших основаниями для отмены судебного акта (часть 4 статьи 270 Кодекса), и принимает новый судебный акт (разрешает вопрос по существу).

Согласно пункту 3 части 4 статьи 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд по результатам рассмотрения жалобы на определение арбитражного суда первой инстанции вправе отменить определение полностью или в части и разрешить вопрос по существу.

С учетом вышеизложенного, определение Арбитражного суда Красноярского края от «24» июня 2022 года по делу № А33-12730/2019к18 подлежит отмене с разрешением вопроса по существу.

При подаче заявления о признании сделок недействительными конкурсным управляющим государственная пошлина не уплачена, определением от 18.05.2020 предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины.

С учетом рассмотрения заявления о признании сделок недействительными, расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение каждого из договоров, относятся на ответчиков по 6 000 руб. с каждого. Также определением от 18.05.2020 приняты обеспечительные меры в виде ареста имущества, переданного по договору купли-продажи от 10.01.2019, в связи с чем расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрение обеспечения иска относятся на ООО «Профитэкс».

С учетом результатов рассмотрения апелляционных жалоб, расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционных жалоб относятся на подателей жалоб.

Руководствуясь статьями 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Красноярского края от «24» июня 2022 года по делу № А33-12730/2019к18 отменить. Разрешить вопрос по существу.

Признать недействительной сделкой договор купли-продажи от 10.01.2019 №МТГ/01- 2019-КП, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «Монтажтехногрупп» и обществом с ограниченной ответственностью «ПрофиТэкс», и применить последствия недействительности сделки:

-           обязать общество с ограниченной ответственностью «ПрофиТэкс» возвратить в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Монтажтехногрупп» следующее имущество: 

• Буровая установка SANY SR200C, заводской № машины (рамы): 12SR00860311 (12DX031105098), год выпуска 2012, двигатель № 559381;

• Шнек двухзаходный d=520мм, б/у;

• Ковшебур d=520мм, б/у;

• Рамка опорная, б/у;

• Воронка, б/у;

• Труба ВПТ, L=3m, б/у;

• Электростанция АД-100кВт (серийный № 070922322F) с двигателем Deutz с генератором Stamford, со встроенным топливным баком, блоком (щитом) управления и защиты 501 К, 1-я степень автоматизации, в кунге-прицепе МАЗ 5224В зеленого цвета на шасси 75954 в сборе;

• Здание мобильное инвентарное;

• Шнек-бур SBF-P-Y-V d=600мм, i=l 700мм;

• Келли-штанга моно I-10м;

• Выпрямитель сварочный 2-х постовой ВДМ-2Х315 (3*380В, 2 поста);

• Аппарат плазменной резки AURORA AIRFORCE 80 IGBT 380В;

-          взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ПрофиТэкс» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Монтажтехногрупп» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) денежные средства в размере 1 239 400 рублей в качестве действительной стоимости отсутствующего имущества, являвшегося предметом договора купли-продажи от 10.01.2019 №МТГ/01-2019-КП; 

-          восстановить право требования общества с ограниченной ответственностью «ПрофиТэкс» к обществу с ограниченной ответственностью «Монтажтехногрупп» в размере 17 010 000 руб. 

Признать недействительной сделкой договор цессии от 12.03.2019 №МТГ-01/19-Ц об уступке права требования, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «Монтажтехногрупп» и обществом с ограниченной ответственностью «Арктур».

Взыскать с общества ограниченной ответственностью «Профитэкс» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 9000 рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Арктур» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 6 000 рублей.

 

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший определение.

 

Председательствующий

М.Н. Инхиреева

Судьи:

Ю.В. Хабибулина

 

И.В. Яковенко