ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А46-4611/2018

31 августа 2022 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена  24 августа 2022 года 

Постановление изготовлено в полном объеме  31 августа 2022 года

 

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  Зюкова В.А.

судей  Котляров Н.Е., Рыжиков О.Ю.

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-6403/2022) ФИО2 на определение Арбитражного суда Омской области от 13 мая 2022 года по делу № А46-4611/2018 (судья Храмцов К.В.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ВКХ-Гарант» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, 644040, 

<

...>) ФИО3 о привлечении ФИО2, ФИО4, ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ВКХ-Гарант»

 

при участии в судебном заседании:

ФИО2 - представитель ФИО6 (паспорт, доверенность от 23.09.2021 № 55АА2686366 сроком действия два года);

конкурсного управляющего ФИО7 – представитель ФИО3 (паспорт, доверенность № 1 от 23.08.2022 сроком действия до 31.12.2022), 

 

установил:

Решением Арбитражного суда Омской области от 19.11.2018 (резолютивная часть объявлена 12.11.2018) ООО «ВКХ-Гарант» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев (до 12.05.2019), конкурсным управляющим утверждена ФИО3.

30.06.2021 ООО «ВКХ-Гарант» ФИО3 обратилась в Арбитражный суд Омской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО4, ФИО5 по обязательствам должника. 

Определением от 13.05.2022 суд определил привлечь ФИО2, ФИО4, ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательства должника общества с ограниченной ответственностью «ВКХ-Гарант».

Не соглашаясь с вынесенным определением, с апелляционной жалобой обратилась ФИО2, просила обжалуемое определение отменить в части требований к ФИО2, принять по делу новый судебный акт.

В обоснование жалобы её заявитель указал, что предъявление конкурсным управляющим к предыдущему руководителю должника, уволенному почти за один год и десять месяцев до открытия в отношении должника конкурсного производства, не обоснованы. 

Вся документация переданы арбитражному управляющему ФИО3 Отсутствуют даже косвенные сведения о том, что ФИО2 удерживает деньги, ТМЦ, имущество ООО «ВКХ-гарант».

Материалы дела не содержать доказательств причастности ФИО2 к ведению деятельности общества в спорный период, кроме того, что имеет совместную дочь и гражданская жена (с ФИО5) (Однако наличие совместного ребенка не подтверждает не возможность исполнения обязательств перед кредиторами обществом.

Ссылка заявителя на сделки связанные с ПАО Банк ВТБ и ОО «ВКХ Гарант» являются не состоятельными, поскольку данная оценка действиям давалась без участия банка ВТБ, более того такая сделка не была оспорена конкурным управляющим.

Также ФИО2 не согласна с доводом суда в части неприменения правила о тождественности заявлении.

Судом не дана оценка сделке и действиям ФИО2 в отношении с АО «Газпромнефть-ОНПЗ».

По мнению апеллянта, истек срок исковой давности на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

Подробно доводы изложены в апелляционной жалобе.

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 05.07.2022 апелляционная жалоба принята, возбуждено производство по апелляционной жалобе.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего ФИО7 заявил ходатайство о приобщении к материалам дела отзыва на апелляционную жалобу.

Представитель ФИО2 не возражал против приобщения к материалам дела указанного отзыва.

Отзыв приобщен к материалам дела. 

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе. Считает определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, просит его отменить, апелляционную жалобу - удовлетворить. 

Представитель конкурсного управляющего ФИО7 поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просит оставить определение без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения, считая определение суда первой инстанции законным и обоснованным.

При рассмотрении апелляционной жалобы суд апелляционной инстанции руководствуется пунктом 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», согласно которому, если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК РФ.

Поскольку лица, участвующие в деле, не заявили возражений против проверки судебного акта в части, в порядке, предусмотренном частью 5 статьи 268 АПК РФ, с учетом вышеуказанных разъяснений обжалуемое определение проверено в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2 

Повторно рассмотрев материалы дела, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены или изменения обжалуемого определения.

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) заявления, поданные с 01.07.2017, о привлечении к субсидиарной ответственности должника и иных лиц в деле о банкротстве, предусмотренной ранее статьей 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», рассматриваются по правилам Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

Такой же подход к действию закона во времени изложен в Определении Верховного Суда РФ от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2,3) по делу № А22-941/2006, а также в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079 по делу № А41-87043/2015.

Таким образом, нормы об основаниях для привлечения к субсидиарной ответственности, содержащиеся в главе III.2 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ, не подлежат применению к действиям контролирующих должников лиц, совершенных до 01.07.2017 в силу общего правила действия закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее - ГК РФ), поскольку Закон № 266-ФЗ не содержит норм о придании новой редакции Закона о банкротстве обратной силы.

Аналогичные разъяснения даны в пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», согласно которым положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ (в частности, статьи 10) о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ.

Таким образом, применение той или иной редакции статьи 10 Закона о банкротстве (в настоящее время статьи 61.11, 61.12 Закона о банкротстве) в части норм материального права зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности, а не от того, когда было подано заявление о привлечении к субсидиарной ответственности. Нормы процессуального права подлежат применению в редакции, действующей на дату обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

Конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Омской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица 26.06.2021 (согласно почтовому штемпелю).

Поэтому требование конкурсного управляющего подлежит рассмотрению по правилам Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции Закона № 266-ФЗ.

Как следует из заявления конкурсного управляющего, последний полагает, что ООО «ВКХ-Гарант» признано несостоятельным (банкротом) вследствие незаконных действий бывших руководителей должника ФИО2, ФИО4, ФИО5 по совершению сделок должника, которые имели место в 2014-2018 годах.

Поскольку вменяемые ответчикам действия (бездействие) имели место, в том числе до 01.07.2017, то есть в период действия Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ, при разрешении вопроса о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в соответствии с вышеизложенным и приведенными в пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 разъяснениями, применению подлежат положения статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей на дату вменяемых действий (бездействия) под контролирующим должника лицом понималось лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью).

Статьей 2 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ к перечню контролирующих должника лиц отнесен также руководитель должника.

В вину ответчикам вменяется совершение сделок, приведших к несостоятельности (банкротству) должника.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, подлежащей применению в рамках настоящего обособленного спора, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Учитывая, что вменяемые конкурсным управляющим ответчикам действий бывших руководителей должника по совершению сделок должника также имели место в период после 01.07.2017 (2017-2018 гг.), суд  верно исходил из необходимости применить к заявленным требованиям нормы материального права в редакции пункта 1 части 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Суд установил, что ФИО2 (в период с 16.11.2012 по 15.06.2016) и ФИО4 (в период с 16.06.2016 по 12.11.2018) осуществляли руководство деятельностью общества с ограниченной ответственностью «ВКХ-Гарант», что подтверждается решениями единственного участника общества с ограниченной ответственностью «ВКХ-Гарант» № 5И от 13.11.2012, № 8И от 15.06.2016, договором купли-продажи доли  уставном капитале от 14.11.2012, договором купли-продажи доли  уставном капитале от 29.01.2018 № 55 АА 1695574.

Участником должника ФИО2 являлась по 06.02.2018.

Как усматривается из материалов дела, ФИО5 в период с 18.09.2015 по 09.01.2018 занимал должность исполнительного директора в структурном подразделении «Руководство» ООО «ВКХ-Гарант», что подтверждается трудовым договором № 92-ТД от 18.09.2015, приказом о приеме на работу от 18.09.2015 № 151-к. 

Из материалов дела следует и не оспаривается лицами, участвующими в деле, что ФИО5 исполнял функции исполнительного директора ООО «ВКХ-Гарант», фактически управлявшего должником.

Как следует из материалов дела и верно установлено судом, в рамках дела о несостоятельности банкротстве ООО «ВКХ-Гарант» конкурсным управляющим были оспорены сделки, по результатам, которых приняты следующие судебные акты:

- определение Арбитражного суда Омской области от 28.11.2019 по делу № А46-4611/2018, которым признан недействительным зачет встречных однородных требований, заключенный ООО «ВКХ-Гарант» и АО «ОмскВодоканал» 30.10.2017; 30.10.2017; 23.11.2017; 15.12.2017; 25.12.2017; 29.01.2018; 29.01.2018; 29.01.2018; 09.02.2018. Применены последствия недействительной сделки, в виде восстановления прав требования ООО «ВКХ-Гарант» и АО «ОмскВодоканал»,  прекращенных заявлениями о зачете на общую сумму 2 789 142 руб. 14 коп.;

- определение Арбитражного суда Омской области от 17.01.2020 по делу № А46-4611/2018, которым признан недействительным договор уступки прав требования б/н от 31.01.2018 и договор уступки прав требования б/н от 31.05.2018, заключенные ООО «ВКХ–Гарант» и обществом с ограниченной ответственностью «Автотрэвел». Применены последствия недействительности сделки в виде восстановления права требования ООО «ВКХ-Гарант» к ФИО8 на общую сумму 1 108 482 руб. 17 коп.;

- определение Арбитражного суда Омской области от 14.07.2020 по делу № А46-4611/2018, которым признан недействительным договор уступки прав требования б/н от 31.01.2018 и договор уступки прав требования б/н от 31.05.2018, заключенные ООО «ВКХ–Гарант» и обществом с ограниченной ответственностью «Автотрэвел». Применены последствия недействительности сделки в виде восстановления права требования ООО «ВКХ-Гарант» к ФИО4 на общую сумму 7 922 482 руб. 42 коп.;

- определение Арбитражного суда Омской области от 14.07.2020 по делу № А46-4611/2018, которым признан недействительным договор уступки прав требования б/н от 31.01.2018 и договор уступки прав требования б/н от 31.05.2018, заключенные ООО «ВКХ–Гарант» и обществом с ограниченной ответственностью «Автотрэвел». Применены последствия недействительности сделки в виде восстановления права требования общества с ограниченной ответственностью «ВКХ-Гарант» к ФИО5 в общей сумме 4 106 944 руб. 19 коп.;

- определение Арбитражного суда Омской области от 08.09.2020 по делу № А46-4611/2018, которым признана недействительной сделка по выдаче из  кассы ООО «ВКХ Гарант» ФИО5 денежных средств на сумму 762 764 руб. в соответствии с расходными кассовыми ордерами от 31.10.2015; от 31.01.2016; от 29.02.2016; от 31.03.2016; от 30.04.2016; от 31.10.2016). Признана недействительной сделка по перечислению ООО «ВКХ Гарант» на счет ФИО5 денежных средств на сумму 145 000 руб. по платежным поручениям от 01.10.2015; от 30.11.2015; от 15.02.2016). Применены последствия недействительности сделки, в виде взыскания с ФИО5 в конкурсную массу ООО «ВКХ Гарант» денежных средств в размере 907 764 руб.;

- определение Арбитражного суда Омской области от 09.09.2020 по делу № А46-4611/2018, которым признана недействительной сделка по выдаче из  кассы ООО «ВКХ Гарант» ФИО2 денежных средств на общую сумму 1 927 034,91 руб. в соответствии с расходными кассовыми ордерами  (от 31.08.2015; от 30.09.2015; от 31.10.2015; от 30.11.2015; от 31.01.2016; от 29.02.2016; от 31.03.2016; от 30.04.2016; от 31.03.2017); признана недействительной сделка по перечислению ООО «ВКХ Гарант» на счет ФИО2 денежных средств на сумму 176 550 руб. по платежным поручениям (от 24.07.2015; от 27.07.2015; от 28.07.2015; от 24.09.2015); признано недействительным перечисление во исполнение договора займа от 15.02.2016 на сумму 65 000 руб., заключенного ООО «ВКХ Гарант» и ФИО2. Применены последствия недействительности сделки, в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу ООО «ВКХ Гарант» денежных средств в размере 2 168 584,91 руб.;

- определение Арбитражного суда Омской области от 18.12.2020 по делу № А46-4611/2018, которым признаны недействительными сделки, заключенные ООО «ВКХ-Гарант» и ООО «ВК-Проект» (договор аренды от 15.08.2016, договор от 16.08.2016, сделка по отчуждению оборудования от 15.07.2016). Применены последствия недействительности сделок  в виде взыскания с ООО «ВК-Проект» в конкурсную массу ОО «ВКХ-Гарант» денежных средств  в общей сумме 25 515 236 руб. 29 коп. Признан недействительным договор уступки права требования № 1/2018 от 30.01.2018, заключенный ООО «ВКХ-Гарант» с ООО «СибСпецТранс». Применены последствия недействительности сделки в виде восстановления задолженности: ООО «ВК-Проект» перед ООО «ВКХ-Гарант» в размере 1 432 532 руб. 00 коп.; и ООО «ВКХ-Гарант» перед ООО «СибСпецТранс» в размере 1 432 532 руб. 00 коп.;

- определение Арбитражного суда Омской области от 23.11.2020 по делу № А46-4611/2018, которым признан недействительным договор уступки прав требования б/н от 31.01.2018 и договор уступки прав требования б/н от 31.05.2018, заключенные ООО «ВКХ–Гарант» и ООО «Автотрэвел». Применены последствия недействительности сделки в виде восстановления права требования ООО «ВКХ-Гарант» к ФИО9 в общей сумме 263 539 руб. 19 коп.;

- определение Арбитражного суда Омской области от 24.12.2020 по делу № А46-4611/2018, которым признана недействительной сделка по перечислению ООО «ВКХ Гарант» на счет ФИО4 денежных средств на сумму 5 942 301,34 руб. по платежным поручениям (от 12.07.2016, от 03.11.2016, от 10.11.2016, от 13.03.2017, от 21.03.2017, от 05.04.2017, от 07.04.2017, от 13.04.2017, от 14.04.2017, от 17.04.2017, от 15.05.2017, от 26 06.2017, от 12.07.2017, от 10.08.2017); денежных средств на сумму 4 800 210,00 руб. по платежным поручениям (от 12.11.2015, от 22.12.2015, от 12.01.2016, от 04.02.2016); денежных средств на сумму 205 000,00 руб. по платежному поручению от 04.08.2016; денежных средств на сумму 13 365 000 руб. по платежным поручениям с назначением платежа (от 08.02.2016, от 09.02.2016, от 14 02.2016, от 04.03.2016, от 16.03.2016, от 29.03.2016, от 14.04.2016, от 15.04.2016, от 13.05.2016, от 25.05.2016, от 20.06.2016, от 23.06.2016, от 24.06.2016, от 18.07.2016, от 22.07.2016, от 15.11.2016, от 16.11.2016); денежных средств по платежным поручениям в общей сумме 16 268 077,46  руб. Применены последствия недействительности сделки, в виде взыскания с ФИО4 в конкурсную массу ООО «ВКХ Гарант» денежные средства в размере 40 580 888,00  руб.; 

- определение Арбитражного суда Омской области от 22.12.2020 по делу № А46-4611/2018, которым признана недействительной сделка по перечислению ООО «ВКХ Гарант» на счет ФИО8 денежных средств на сумму 90 476, 32 руб. по платежным поручениям (от 30.12.2015, от 31.01.2016, от 31.03.2016, от 30.04.2016, от 16 05.17. Признана недействительной сделка по выдаче из  кассы ООО «ВКХ Гарант» ФИО8 в период с 16.11.2015 по 12.04.2017 денежных средств на сумму на сумму 335 592,59 руб. Применены последствия недействительности сделки, в виде взыскания с ФИО8 в конкурсную массу ООО «ВКХ Гарант» денежных средств в размере 426 068,91  руб.; 

- определение Арбитражного суда Омской области от 19.04.2021 по делу № А46-4611/2018, которым признаны недействительными договоры, заключенные ООО «ВКХ-Гарант» и обществом с ограниченной ответственностью  «Авто-трейд» 17.10.2016, 01.10.2017, 09.10.2017. Применены последствия недействительности сделки  в виде взыскания с общества с ограниченной ответственностью «Авто-трейд» в конкурсную массу ООО «ВКХ-Гарант» денежных средств в сумме 37 090 738 руб. 54 коп. Признан недействительным зачет встречных однородных требований, заключенный ООО «ВКХ-Гарант» и обществом с ограниченной ответственностью «Авто-трейд» 29.12.2017 на сумму 9 465 311 руб. 50 коп.

Пунктом 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление от 21.12.2017 № 53) разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам.

Так вышеуказанными судебными актами о признании сделок недействительными установлены следующие обстоятельства.

Определением от 09.09.2020 по настоящему делу суд признал  недействительной сделку по выдаче из  кассы общества с ограниченной ответственностью «ВКХ Гарант» ФИО2 денежных средств на общую сумму 1 927 034,91 руб. в соответствии с расходными кассовыми ордерами:

- № 19 от 31.08.2015 на сумму 486 433 ,45 руб.;

- № 25 от 30.09.2015 на сумму 299 683,40  руб.;

- № 34 от 31.10.2015 на сумму 291 383,40 руб.;

- № 42 от 30.11.2015 на сумму 291 383,40 руб.;

- № 3 от 31.01.2016 на сумму 138 000,00 руб.;

- № 14 от 29.02.2016 на сумму 138 000,00 руб.;

- № 22 от 31.03.2016 на сумму 138 000,00 руб.;

- № 31 от 30.04.2016 на сумму 138 000,00 руб.;

- № 27 от 31.03.2017 на сумму 6 151,26 руб.

Признал недействительной сделку по перечислению обществом с ограниченной ответственностью «ВКХ Гарант» на счет ФИО2 денежных средств на сумму 176 550 руб. по следующим платежным поручениям:

- № 9 от 24.07.2015 на сумму 77 000 руб.;

- № 10 от 27.07.2015 на сумму 35 550 руб.;

- № 14 от 28.07.2015 на сумму 40 000 руб.

- 81 от 24.09.2015 на сумму 24 000 

Признал недействительным перечисление во исполнение договора займа от 15.02.2016 на сумму 65 000 руб., заключенного ООО «ВКХ Гарант» и ФИО2 (платежное поручение № 631 от 15.02.2016), и применил последствия недействительности сделки, взыскав с ФИО2 в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «ВКХ Гарант» денежные средства в размере 2 168 584,91  руб.

              Определением от 18.12.2020 суд определил - 1.2. Признать недействительным Договор аренды строительной техники с экипажем № 15/2016 от 15.08.2016, заключенный обществом с ограниченной ответственностью «ВКХ-Гарант» и обществом с ограниченной ответственностью «ВК-Проект».

              Применить последствия недействительности сделки  в виде взыскания с общества с ограниченной ответственностью «ВК-Проект» в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «ВКХ-Гарант» денежных средств  в сумме 9 650 106 руб. 78 коп.

              1.3. Договор № 16/2016-ПИР от 16.08.2016, заключенный обществом с ограниченной ответственностью «ВКХ-Гарант» и обществом с ограниченной ответственностью «ВК-Проект». 

              Применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с общества с ограниченной ответственностью «ВК-Проект» в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «ВКХ-Гарант» денежных средств на сумму 13 752 310 руб. 51 коп.

              1.4. Сделку по отчуждению оборудования согласно товарной накладной № 101 от 15.07.2016, заключенную обществом с ограниченной ответственностью «ВКХ-Гарант» и обществом с ограниченной ответственностью «ВК-Проект»;

Применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с общества с ограниченной ответственностью «ВК-Проект» в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «ВКХ-Гарант» денежные средства  в сумме 2 112 819 руб. 00 коп.

              1.5. Договор уступки права требования № 1/2018 от 30.01.2018, заключенный обществом с ограниченной ответственностью «ВКХ-Гарант» с обществом с ограниченной ответственностью «СибСпецТранс».

              Применить последствия недействительности сделки в виде восстановления задолженности:  общества с ограниченной ответственностью «ВК-Проект» перед обществом с ограниченной ответственностью «ВКХ-Гарант» по договору строительного подряда № 24/08/17/СП от 24.08.2017 в размере 1 432 532 руб. 00 коп. и общества с ограниченной ответственностью «ВКХ-Гарант» перед обществом с ограниченной ответственностью «СибСпецТранс» по договору № 67 от 03.08.2015 в размере 1 432 532 руб. 00 коп. 

              Указанным определением установлено, что  с 14.11.2012 по 29.01.2018 единственным участником ООО «ВКХ-Гарант», являлась ФИО2, а после 29.01.2018 – ФИО4.

            Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц от 11.09.2019 № ЮЭ9965-19-82327497 единственным участником ООО «ВК-Проект»  является ФИО4, руководителем – ФИО5.

           При этом, согласно копии материалов регистрационного дела ООО «ВК-Проект» создано 06.07.2016 единственным участником ФИО2 (решение № 1Р от 096.07.2016). В связи с заключением договора купли-продажи доли в уставном капитале от 29.01.2018, на основании заявления  от 30.01.2018 произведена смена участника общества с ФИО2 на ФИО4.

            Таким образом, в период заключения оспариваемых сделок (договор аренды строительной техники с экипажем № 15/2016 от 15.08.2016, договор № 16/2016-ПИР от 16.08.2016, сделка по отчуждению оборудования согласно товарной накладной № 101 от 15.07.2016) единственным участником ООО «ВКХ-Гарант» и ООО «ВК-Проект» являлась ФИО2, генеральным директором ООО «ВКХ-Гарант» - ФИО4, руководителем ООО «ВК-Проект» - ФИО2.

Согласно пункту 7 постановления № 53, предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве). 

             Таким образом, выгодоприобретателем по указанным сделкам являлась также  ФИО2, исходя из ее статуса  директора ООО «ВК –Проект», участника ООО «ВКХ – Гарант», а также установленной судом аффилированности  с должником, руководителем должника.  

Так, согласно сведениям Управления актов гражданского состояния Главного Государственно-правового управления Омской области от 10.11.2019 № 1723, размещенным в картотеке арбитражных дел,  рамках дела № А46-4611/2018, у ФИО2 и ФИО5 есть общий несовершеннолетний ребенок.

Согласно сведениям Управления актов гражданского состояния Главного Государственно-правового управления Омской области от 10.06.2019 № 765, размещенным в картотеке арбитражных дел,  рамках дела № А46-4611/2018, 05.09.2008 зарегистрирован брак ФИО10 и ФИО4 (дочери ФИО5).

 На основании изложенного, суд признал доказанным факт совершения сделок в отношении аффилированного лица.

Суд также констатировал, что  в результате совершения указанных  сделок был причинен вред имущественным правам кредиторов.

Таким образом, в период заключения признанных недействительными сделок должника генеральным директором ООО «ВКХ-Гарант» являлся ФИО4 (сын ФИО5), единственным участником ООО «ВКХ-Гарант» - ФИО2, единственным участником и руководителем ООО «СибСпецТранс» – ФИО10(бывший зять ФИО11)

Как следует из вышеупомянутых судебных актов и установлено судом, конкурсным управляющим в процессе исполнения своих обязанностей было оспорены одиннадцать сделок должника, две из которых имеют непосредственное отношение к ФИО2  в результате совершения которых, произведен вывод имущества (в том числе денежных средств, дебиторской задолженности) должника на заинтересованных лиц (в том числе близких родственников и подконтрольные организации). 

При этом общество не получало равноценного встречного исполнения (денежные средства от реализации имущества на расчетный счет должника не поступали), что указывало на нерыночный характер правоотношений и намерение нанести вред интересам кредиторов, которые могли быть лишены возможности получить возмещение своих потерь полностью либо в части. Таким образом, вступившими в законную силу судебными актами подтверждено совершение подозрительных сделок, приведших к безвозмездному выбытию имущества в условиях наличия у должника признаков неплатежеспособности.

В 17 Постановления № 53 разъяснено, что в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. 

Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

В результате совершения вредоносных сделок под влиянием контролирующих должника лиц кредиторам был причинен существенный вред.

Так, при рассмотрении заявлений о признании сделок недействительными судом было установлено совершение их в период подозрительности при наличии неудовлетворенных требований кредиторов и наличии у должника признаков неплатежеспособности.

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции правомерно привлек ФИО2   к субсидиарной ответственности. 

Доводы апелляционной жалобы ФИО2 по существу сводящиеся к отсутствию  оснований для привлечения к субсидиарной ответственности  суд отклоняет.

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий связывает возникновение оснований для привлечения к субсидиарной ответственности с совершением сделок, признанных недействительными, причинивших существенный вред должника.

 Согласно пункту 7 постановления № 53, предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве). 

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности. 

Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). 

Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки.            Как разъяснено в пункте 17 постановления № 53 в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. 

Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем. 

Проанализировав обстоятельства вывода имущества, объем которого является существенным (применительно к масштабам деятельности должника) в отсутствие встречного предоставления со стороны заинтересованного лица, что привело к негативным для должника и его кредиторов последствиям, суд пришел к верному выводу о наличии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности. 

Так, судом первой инстанции обоснованно принята во внимание существенность причиненного согласованными действиями должника и  вреда имущественным правам кредиторов, исходя из того, что общая сумма ущерба, причиненного должнику и его кредиторам в результате таких действий, составляет более 25 000 000 рублей  при совокупном размере требований кредиторов в размере более 95 000 000 рублей и явного недостатка  суммы активов должника, учитывая, что реестр требований кредиторов 3 – ей очереди не погашен. 

При этом, указанными судебными актами о признании сделок недействительными установлены факты аффилированности сторон. 

Оценив в совокупности собранные по обособленному спору доказательства согласно статье 71 АПК РФ о наличии у ФИО2  статуса контролирующего должника лица, доказанности причинно-следственной связи между ее действиями и наступившими негативными для должника последствиями, суд первой инстанции правомерно признал доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.             При этом, факт удовлетворения требований кредиторов за счет реализации возвращенного в конкурсную массу имущества подлежит учету лишь при определении размера субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц. В рассматриваемом случае размер субсидиарной ответственности не определен. Данный вывод согласуется с позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 24.01.2018 № 304-ЭС17-1561, от 17.08.2017 № 305-ЭС15-14221. 10 А81-1425/2018.

Таким образом, суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, дал им надлежащую правовую оценку, верно применил нормы материального права, регулирующие спорные отношения. При изложенных обстоятельствах у суда апелляционной инстанции не имеется оснований для отмены определения суда первой инстанции.

Доводы ФИО2 о пропуске конкурсным управляющим при обращении с заявленными требованиями срока исковой давности суд отклоняет. 

 По смыслу определения Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2,3) по делу № А22-941/2006 нормы о применении срока давности привлечения к субсидиарной ответственности применяются в той редакции, которая действовала на момент совершения ответчиком вменяемого правонарушения.

В Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2,3) по делу № А22-941/2006 изложена правовая позиция, что к вопросу о продолжительности исковой давности подлежит применению абзац четвертый пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, поскольку данная норма регулировала вопросы исковой давности за правонарушения, аналогичные тем, которые вменяются ответчикам по настоящему спору».

Срок исковой давности является категорией материального права, в связи с чем при установлении факта того, является ли он пропущенным, в рассматриваемом случае надлежит руководствоваться нормами Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ, поскольку вменяемые в вину ответчикам действия имели место после вступления указанного закона в силу.

По смыслу действовавшей на момент совершения контролирующими должника лицами вменяемых им незаконных действий (бездействия) редакции статьи 200 ГК РФ, а также последующих редакций данной статьи и статьи 10 Закона о банкротстве исковая давность по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности в любом случае не могла начать течь ранее момента возникновения у заявителя права на иск и объективной возможности для его реализации.

Вменяемые ответчикам действия совершены в период действия статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ, согласно положениям пункта 5 которой заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности может быть подано в ходе конкурсного производства конкурсным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, также может быть подано конкурсным кредитором или уполномоченным органом.

Из пункта 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018, следует, что срок исковой давности по требованию о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности по долгам должника-банкрота, по общему правилу, начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.

Учитывая объективную сложность получения арбитражным управляющим, кредиторами отсутствующих у них прямых доказательств того, что лицо давало указания должнику-банкроту и его контролирующим лицам, судами должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств, сформированная на основании анализа поведения упомянутых субъектов.

Согласно части 1 статьи 200 ГК РФ срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, контролирующем должника (имеющем фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия), неправомерных действиях (бездействии) данного лица, причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами.

При этом в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности (применительно к настоящему делу - не ранее введения процедуры конкурсного производства).

Согласно абзацу 4 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

Данная применяемая норма абзаца 4 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве содержала указание на необходимость применения двух сроков исковой давности:

- однолетнего субъективного, исчисляемого по правилам, аналогичным пункту 1 статьи 200 ГК РФ (в редакции Федерального закона от 07.05.2013 №100-ФЗ);

- трехлетнего объективного, исчисляемого со дня признания должника банкротом.

Указанный в абзаце 4 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве срок является специальным сроком исковой давности (пункт 1 статьи 197 ГК РФ), который в любом случае не может превышать трех лет со дня признания должника банкротом.

Закон № 134-ФЗ не предусматривал право временного управляющего подавать заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, поэтому применительно к рассматриваемому спору срок исковой давности может начать исчисляться не ранее даты признания должника банкротом (12.11.2018).

Вместе с тем, по смыслу пункта 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности, лежит на ответчике.

По смыслу определения Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 №308-ЭС17-6757 (2,3) по делу № А22-941/2006 нормы о применении срока давности привлечения к субсидиарной ответственности применяются в той редакции, которая действовала на момент совершения ответчиком вменяемого правонарушения.

В пункте 59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что предусмотренный абзацем первым пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, исчисляется с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или обычный независимый кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, имеющем статус контролирующего, его неправомерных действиях (бездействии), причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами (без выяснения точного размера такой недостаточности).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 29.09.2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Поскольку с учетом редакции, подлежащей применению в период вменяемого контролирующим лицам нарушения, право на подачу заявления о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности у конкурсного управляющего возникало только в процедуре конкурсного производства, а в настоящем деле о банкротстве решение о признании банкротом состоялось 12.11.2018, обратившись с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности 26.06.2021, арбитражный управляющий предельный срок давности не пропустил.

Приведенные представителем ФИО2 доводы оснований для иной даты начала исчисления срока исковой давности не подтверждают.

Доводы о  применении к требования заявителя о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательства должника общества с ограниченной ответственностью «ВКХ-Гарант» правил о тождественности заявлений (требований), с учетом вступившего в законную силу определения Арбитражного суда Омской области от 02.07.2021, которым с ФИО2 в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «ВКХ-Гарант» взысканы убытки в сумме 2 150 000 руб. 00 коп. суд отклоняет. 

С учетом возможности определения размера субсидиарной ответственности только после окончательного формирования конкурсной массы производство в части определения размера субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО4, ФИО5 по обязательствам должника приостановлено судом согласно положениям пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве до окончания расчетов с кредиторами.

При этом по смыслу пункта 6 статьи 61.20 Закона о банкротстве при наличии одновременно нескольких оснований для привлечения к ответственности контролирующих лиц, предусмотренных Законом о банкротстве, окончательный размер ответственности определяется путем поглощения большей из взыскиваемых сумм меньшей. Совокупный размер ответственности должен быть ограничен максимальным размером, установленным Законом о банкротстве (в совокупном размере требований кредиторов).

Следовательно, доводы о двойной ответственности, основан на ошибочном толковании  заявителем положений законодательства об ответственности контролирующих должника лиц в деле о банкротстве и подлежат отклонению.

Иные доводы изложенные в апелляционной жалобе, не опровергают выводы суда первой инстанции о том, что  действия ФИО2 привели к невозможности погашения требований кредиторов, существенно затруднили процедуру банкротства должника, способствовали выводу денежных средств из конкурсной массы должника. 

Апелляционная коллегия соглашается с судом первой инстанции и признает доказанным конкурсным управляющим наличие совокупности  оснований для привлечения контролирующего должника лица ФИО2 к субсидиарной ответственности. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Исходя из изложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения суда, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой  арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Омской области от 13 мая 2022 года по делу № А46-4611/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

 

Председательствующий

 

В.А. Зюков

Судьи

 

Н.Е. Котляров

О.Ю. Рыжиков