ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-24561/2023

Дело № А41-88521/18

22 января 2024 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 15 января 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  22 января 2024 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Катькиной Н.Н.,

судей Досовой М.В., Семикина Д.С.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

при участии в заседании:

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью Строительная компания «Монолитные и общестроительные работы» ФИО2: ФИО3 по доверенности от 10.01.24,

от общества с ограниченной ответственностью «СКР»: ФИО4 по доверенности № 149 от 05.10.21,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью Строительная компания «Монолитные и общестроительные работы» ФИО2 на определение Арбитражного суда Московской области от 18 октября 2023 года по делу № А41-88521/18, по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью Строительная компания «Монолитные и общестроительные работы» ФИО2 о признании сделок должника с обществом с ограниченной ответственностью «СКР» недействительными и применении последствий недействительности сделок, с участием третьих лиц: казенное предприятие города Москвы «Управление гражданского строительства», ФИО5,

УСТАНОВИЛ:

Конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью Строительная компания  «Монолитные и общестроительные работы» (ООО СК «МиОР») ФИО2 обратилась в Арбитражный суд Московской области с заявлением, в котором просила:

- признать недействительными сделками платежи на сумму 524 333 027 рублей 21 копейка, совершенные ООО СК «МиОР» в пользу ООО «СРК»,

- применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «СКР» в пользу ООО СК «МиОР» денежных средств в размере 524 333 027 рублей 21 копейка,

- восстановить задолженность ООО СК «МиОР» перед ООО «СКР» в размере 524 333 027 рублей 21 копейка (т. 1, л.д. 3-7).

Заявление подано на основании статей 61.2, 61.3, 61.6, 61.8 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.02 «О несостоятельности (банкротстве)».

Определением Арбитражного суда Московской области от 13 апреля 2022 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, было привлечено казенное предприятие города Москвы «Управление гражданского строительства» (КП «УГС») (т. 2, л.д. 145).

Определением Арбитражного суда Московской области от 10 августа 2022 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, был привлечен ФИО5 (т. 3, л.д. 83).

Определением Арбитражного суда Московской области от 18 октября 2023 года в удовлетворении заявления было отказано (т. 4, л.д. 42-50).

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный управляющий ООО СК «МиОР» ФИО2 обратилась в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить, ссылаясь на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела (т. 4, л.д. 53-64).

Законность и обоснованность определения суда проверены апелляционным судом в соответствии со статьями 266-268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела и доводы апелляционной жалобы, заслушав лиц, участвующих в судебном заседании, апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Как следует из материалов дела, в период с 22.12.17 по 25.04.19 с лицевого счета ООО СК «МиОР» на расчетный счет ООО «СКР» были перечислены денежные средства в сумме 524 333 027 рублей 21 копейка, что подтверждается платежными поручениями: 

№ 877 от 26.12.17 на сумму 20 000 000 рублей,

№ 8 от 02.03.18 на сумму 23 400 000 рублей,

№ 18 от 15.03.18 на сумму 40 000 000 рублей,

№ 3 от 22.03.19 на сумму 1 334 604 рубля 80 копеек,

№ 27 от 05.04.18 на сумму 113 000 000 рублей,

№ 29 от 11.04.18 на сумму 9 813 806 рублей 47 копеек,

№ 30 от 26.04.18 на сумму 14 140 985 рублей 95 копеек,

№ 37 от 08.05.18 на сумму 2 450 323 рубля 64 копейки, 

№ 39 от 01.06.18 на сумму 33 028 182 рубля 69 копеек,

№ 40 от 27.06.18 на сумму 9 471 585 рублей 13 копеек,

№ 44 от 16.07.18 на сумму 1 000 000 рублей,

№ 45 от 23.07.18 на сумму 8 120 678 рублей 02 копейки,

№ 45 от 31.07.18 на сумму 26 748 713 рублей 06 копеек, 

№ 48 от 11.09.18 на сумму 24 072 667 рублей 56 копеек,

№ 49 от 17.09.18 на сумму 20 010 616 рублей 27 копеек,

№ 50 от 18.09.18 на сумму 992 655 рублей 70 копеек,

№ 53 от 26.09.18 на сумму 20 971 414 рублей 38 копеек,

№ 51 от 26.09.18 на сумму 22 151 311 рублей 66 копеек,

№ 54 от 22.10.18 на сумму 2 344 767 рублей 56 копеек,

№ 61 от 30.10.18 на сумму 4 102 250 рублей 57 копеек, 

№ 59 от 30.10.18 на сумму 35 406 150 рублей 74 копейки,

№ 60 от 30.10.18 на сумму 4 103 511 рублей 17 копеек,

№ 60 от 26.11.18 на сумму 3 667 033 рубля 24 копейки,

№ 62 от 29.11.18 на сумму 46 000 000 рублей,

№ 1 от 19.02.19 на сумму 4 756 257 рублей 47 копеек,

№ 2 от 19.02.19 на сумму 19 311 561 рубль 38 копеек,

№ 3 от 22.03.19 на сумму 1 334 604 рубля 80 копеек,

№ 4 от 15.04.19 на сумму 10 287 275 рублей 54 копейки,

№ 5 от 15.04.19 на сумму 3 323 699 рублей 62 копейки,

№ 6 от 15.04.19 на сумму 268 974 рубля 59 копеек.

Определением Арбитражного суда Московской области от 05 декабря 2018 года было возбуждено производство по делу о банкротстве ООО СК «МиОР».

Решением Арбитражного суда Московской области от 24 февраля 2021 года ООО СК «МиОР» было признано банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего должника возложено на ФИО2

Обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением, конкурсный управляющий ФИО2 указала, что платежи должника в пользу ООО «СКР» являются недействительными сделками, совершенными со злоупотреблением правом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника и приведших к нарушению установленной очередности погашения их требований.

Принимая обжалуемое определение, суд первой инстанции исходил из отсутствия доказательств в подтверждение заявленных требований.

Апелляционный суд считает выводы суда первой инстанции законными и обоснованными, доводы апелляционной жалобы подлежащими отклонению.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.02 "О несостоятельности (банкротстве)" и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

В связи с этим по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим заявлением, конкурсный управляющий ФИО2 указала, что платежи ООО СК «МиОР» в пользу ООО «СКР» являются недействительными сделками, совершенными со злоупотреблением правом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника и приведших к нарушению установленной очередности погашения их требований.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 названного Постановления закреплено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Как указывалось выше, производство по делу о банкротстве ООО СК «МиОР» было возбуждено определением Арбитражного суда Московской области от 05 декабря 2018 года, оспариваемые платежи совершены в период с 22 декабря 2017 года по 25 апреля 2019 года, то есть в пределах периода подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В рассматриваемый период ООО СК «МиОР» имело неисполненные обязательства перед кредиторами (ООО «Источник», ООО «Форма-Строй», ООО «Башкранснаб-механизация», ООО «ССУ-9», ООО «НИКО Лтд», ООО «Стяжка.ру»), чьи требования включены в реестр требований кредиторов должника.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12 февраля 2018 года N 305-ЭС17-11710(3), по смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" наличие на дату совершения сделки у должника просроченного обязательства, которое не было исполнено впоследствии и было включено в реестр, подтверждает факт неплатежеспособности должника в период заключения оспариваемой сделки.

Таким образом, на дату совершения оспариваемых сделок ООО СК «МиОР» обладало признаками неплатежеспособности.

Однако, указанные обстоятельства сами по себе о недействительности оспариваемых платежей не свидетельствуют.

Как указывалось выше, для признания сделки недействительной по признакам, установленным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо доказать, что контрагент по сделке знал о наличии у должника признаков неплатежеспособности (например, в связи с наличием между ними заинтересованности).

В силу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются:

лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года N 135-ФЗ "О защите конкуренции" входит в одну группу лиц с должником;

лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Согласно пункту 2 указанной статьи заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также:

руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника;

лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи;

лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между казенным предприятием города Москвы «Управление Гражданского Строительства» (Застройщик) и ООО СК «МиОр» (Заказчик-Генподрядчик) были заключены договоры на проектирование и строительства дошкольных образовательных учреждений: 

- договор № Нек4/УК/ДОУ/15/223 от 16.12.15 на оказание услуг и выполнение работ по проектированию, строительству и вводу эксплуатацию объекта под «ключ»: дошкольное образовательное учреждение по адресу: г. Москва, р-н. Некрасовка, кв. 4, на общую сумму 414 814 533 рубля 90 копеек;

- договор № Нек6/ГП/ДОУ/16/497 от 14.12.16 на выполнение подрядных работ по строительству объекта: ДОУ, Некрасовка, кв. 6, на общую сумму 399 658 876 рублей 47 копеек (т. 1, л.д. 22-30).

В соответствии с графиками производства работ все работы должны были быть выполнены по объекту № 1 - не позднее 30.11.16, по объекту № 2 - не позднее 30.11.17.

В связи со срывом ООО СК «МиОр» срока выполнения работ в конце 2017 года застройщиком было приостановлено финансирование, а специальный лицевой счет ООО СК «МиОр» в Департаменте финансов города Москвы для выделения бюджетных средств был заблокирован. 

В целях возобновления финансирования и завершения работ, предусмотренных вышеназванными договорами, Застройщик и Заказчик-Генподрядчик согласовали привлечение ООО «СКР» в качестве субподрядчика, что следует из писем ООО СК «МиОр» и казенного предприятия города Москвы «Управление Гражданского Строительства» (т. 3, л.д. 164-167). 

В декабре 2018 года работы по строительству двух дошкольных образовательных учреждений были окончены, что подтверждается подписанными между ООО «СК «МиОр» и казенным предприятием города Москвы «Управление Гражданского Строительства» актами приемки законченного строительством объекта. 

В свою очередь, факт выполнения работ силами ООО «СКР» отражен в актах о приемке выполненных работ и справках о стоимости работ и затрат, а также в актах, подписанных между ООО «СКР» и ГБОУ «Школа в Некрасовке» в рамках исполнения Субподрядчиком гарантийных обязательств. 

Указанные документы свидетельствует о реальности выполнения ООО «СКР» работ по договорам строительного подряда № 1/НЕК6/СКР/17 от 30.11.17 и № 2/Нек4/СКР/18 от 30.01.18. 

Данные выводы изложены в определении Арбитражного суда Московской области от 14 марта 2022 года и постановлении Десятого арбитражного апелляционного суда от 26 мая 2022 года по настоящему делу, принятых при рассмотрении вопроса о включении в реестр требований кредиторов ООО «СК «МиОр» требований ООО «ИСК «ИнжСервис».

Как указано в постановлении Десятого арбитражного апелляционного суда от 26 мая 2022 года, в рассматриваемом случае из материалов дела следует, что договоры, подтверждающие обоснованность заявленного требования, непосредственно связаны с договорами подряда, которые заключены во исполнение договоров по строительству социально значимых объектов – дошкольных образовательных учреждений. Совместная деятельность ООО «СКР» и ООО «СК «МиОр» заключалась в привлечении ООО «СКР» в качестве субподрядчика для выполнения порученных должнику работ в рамках договоров, заключенных с казенным предприятием города Москвы «Управление Гражданского Строительства». Конкурсным управляющим должника не доказан тот факт, что заключение между сторонами договоров, на основании которых кредитором заявлено о включении в реестр требований кредиторов, преследовало цель предоставления должнику финансирования в ситуации имущественного кризиса должника. На какие-либо исключительные условия договоров, недоступные обычным участникам гражданского оборота, в том числе о сроках платежей, конкурсный управляющий не ссылается (п.3 Обзора от 29.01.2020). 

Таким образом, заключение договоров между заинтересованными лицами само по себе не может служить самостоятельным признаком злоупотребления правом.

Из материалов настоящего дела также следует, что ФИО6, являясь заместителем генерального директора ООО «СКР» и стала генеральным директором ООО СК «МиОР» на основании решения № 2 от 23.01.18.

02.03.18 ФИО6, ФИО7 со стороны ООО «СКР» и ФИО5 со стороны ООО СК «МиОР» была подписана дорожная карта, согласно которой выполнению подлежат следующие мероприятия: 

1. Уведомление о расторжении и подписании доп. соглашений о расторжении с субподрядными организациями по всем видам работ по Некрасовке, 4, заключенными с ООО СК «МиОР». 

2. ООО СК «МиОР» является генеральным подрядчиком, а ООО «СКР» выступает в роли субгенподрядчика по объекту: ДОУ Некрасовка, кв.6, и завершает работы по строительству объекта Некрасовка, кв. 4. 

3. Все расчеты по объектам: Некрасовка, кв. 4 и Некрасовка, кв. 6 производить через лицевой счет №3480662000452276, открытый ООО СК «МиОР» в Департаменте финансов г. Москвы с подписанием Дополнительного соглашения на получение аванса от Заказчика КП «УГС» с утвержденным графиком выплат авансовых платежей. По мере отработки ранее полученного аванса – получить новый аванс. 

4. Срок действия полномочий генерального директора ООО СК «МиОР» ФИО6 - до 15.04.18, смена генерального директора ООО СК «МиОР» на ФИО5 

5. КС-2, КС-3 по ООО СК «МиОР» подписывается Заказчиком КП «УГС одномоментно с выполнением ООО «СКР» перед ООО СК «МиОР». 

6. ООО СК «МиОР» гарантирует исполнение обязательств финансирования ООО «СКР» путем приема на работу ФИО6 в ООО СК «МиОР» по совместительству заместителем генерального директора с наделением ФИО6 полномочиями на подписание всех документов, включая финансовые документы (КС-2, КС-3, реестры платежей и др.) по объектам: Некрасовка, кв. 4, Некрасовка, кв. 6. Оформление нотариальной доверенности на ФИО6 на весь срок строительства объектов без права досрочного отзыва доверенности до завершения строительства и ввода объектов в эксплуатацию. 

7. В случае возникновения любой спорной ситуации, риска смены учредителя ООО СК «МиОР», препятствие подписание финансовых документов, в том числе КС-2, КС-3 ООО «СКР», реестра платежей в пользу ООО «СКР», блокировка расчетных счетов и лицевого счета ООО СК «МиОР» в связи с неуплатой задолженности по налогам, заработной плате работникам, инкассовых поручений по судебным искам (на 28.02.18 сумма задолженности составляет около 10 млн. руб.), которая может сорвать срок финансирования ООО «СКР» и, соответственно, сорвать срок ввода объектов в эксплуатацию, ответственность лежит на ФИО8 

8. На период строительства и сдачи в эксплуатацию объектов печать ООО СК «МиОР» находится у ФИО6 для беспрепятственного оформления всех документов (КС-2, КС-3, исполнительная документация). 

На основании изложенного суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что, по сути, аффилированными ООО СК «МиОР» и ООО «СКР» по отношении друг к другу стали исключительно в целях заключения договоров субподряда и завершения строительства, поскольку прием на работу к должнику ФИО6 являлся одним из условий сотрудничества сторон.

Каких-либо доказательств заинтересованности или аффилированности сторон до заключения указанных договоров субподряда конкурсным управляющим не представлено, как и доказательств того, что ООО «СКР» по каким-либо иным причинам знало или должно было знать о цели причинения вреда имущественным интересам кредиторов должника при заключении договоров субподряда и получении оплаты по ним. 

Более того, в постановлении Десятого арбитражного апелляционного суда от 26 мая 2022 года по настоящему делу был сделан вывод о том, что заключение между сторонами договоров субподряда не преследовало цель предоставления должнику финансирования в ситуации имущественного кризиса должника. 

Заявителем также не доказано, что в результате совершения оспариваемых сделок был причинен вред имущественным правам кредиторов должника.

Так, в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под вредом имущественным правам кредиторов понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Материалы дела бесспорно свидетельствуют о том, что оспариваемые платежи были направлены на оплату работ по завершению строительства дошкольных образовательных учреждений в целях реализации муниципальных нужд.

Из материалов дела следует, что договоры на строительство между казенным предприятием города Москвы «Управление Гражданского Строительства» и ООО СК «МиОР» были заключены по результатам проведенных торгов. 

Источник финансирования в данных договорах указан, в целях получения денежных средств ООО СК «МиОР» Департаментом финансов города Москвы был открыт специальный лицевой счет (т. 1, л.д. 31-35), оплата носила целевой характер использования и возлагает на должника дополнительную ответственность по расходованию поступающих из бюджета денежных средств и адресность получателя.

Целевой характер расходования бюджетных средств предполагает, что бюджетные средства доводятся до их получателей с указанием конкретных целей их последующего использования, могут быть потрачены только на строго определенные цели и не подлежат расходованию по личному усмотрению (статьи 28 - 38.2, 69 Бюджетного кодекса Российской Федерации).

Таким образом, денежные средства, выделенные должнику для осуществления своих обязательств по строительству детских дошкольных учреждений по заказу казенного предприятия города Москвы «Управление Гражданского Строительства», не могли быть направлены на иные цели и за их счет не могли быть погашены текущие и иные обязательства должника, не связанные с условиями заключенных договоров.

По смыслу действующего законодательства, бюджетные ассигнования, оборотоспособность которых ограничена в силу целевого назначения денежных средств, не являются имуществом должника. Соответствующие денежные средства не могли быть направлены на погашение иной кредиторской задолженности. Денежные средства, перечисленные со специальных счетов в счет выполненных ответчиком работ, не могут быть квалифицированы как доход должника и не повлекли уменьшения конкурсной массы должника.

Таким образом, факт причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в результате совершения оспариваемых платежей не доказан.

Как верно отметил суд первой инстанции, фактически спорные денежные средства от казенного предприятия города Москвы «Управление Гражданского Строительства», направляемые на лицевой счет должника, не предназначались должнику, поскольку сам должник не выполнял подрядных работ. Все платежи к должнику на специальный счет (лицевой) поступали только при условии фактического подтверждения со стороны субподрядчика - ООО «СКР» и его субподрядчиков, которые выполняли эти работы. Должник фактически не принимал участия в строительстве в оспариваемый период, не имел персонала, строительной техники и оборудования, и не участвовал в гарантийном обслуживании этих школ после ввода их в эксплуатацию.

Также согласно представленным документам ООО «СКР» продолжило выполнять свои гарантийные обязательства по ремонту дошкольных учреждений, что подтверждается актами выездной проверки, дефектными актами, актами об устранении недостатков и пр. (т. 3 л.д. 115-133). 

В указанной ситуации оставление ООО СК «МиОР» поступивших от казенного предприятия города Москвы «Управление Гражданского Строительства» денежных средств и распределение их между своими кредиторами фактически бы означало возникновение неосновательного обогащения на стороне должника.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемых платежей недействительными сделками, совершенными в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

Конкурсный управляющий ООО СК «МиОР» ФИО2 также просила признать недействительными платежи на сумму 212 578 504 рубля 51 копейка, совершенные в период с 05.06.18 по 05.11.18, как сделки, приведшие к нарушению очередности удовлетворения требований кредиторов должника.

Согласно пункту 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий:

сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки;

сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки;

сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами;

сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

При этом согласно разъяснениям, изложенным в пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", применяя перечень условий, когда имеет место оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами, приведенный в абзацах втором - пятом пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, судам следует иметь в виду, что для признания наличия такого предпочтения достаточно хотя бы одного из названных условий.

Согласно пункту 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, указанная в пункте 1 данной статьи и совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана арбитражным судом недействительной, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами 2 и 3 пункта 1 отмеченной статьи, или если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В соответствии с пунктом 12 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", если сделка с предпочтением была совершена не ранее чем за шесть месяцев и не позднее чем за один месяц до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве она может быть признана недействительной, только если:

а) в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым или третьим пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве;

б) или имеются иные условия, соответствующие требованиям пункта 1 статьи 61.3, и при этом оспаривающим сделку лицом доказано, что на момент совершения сделки кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было или должно было быть известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. К числу фактов, свидетельствующих в пользу такого знания кредитора, могут с учетом всех обстоятельств дела относиться следующие: неоднократное обращение должника к кредитору с просьбой об отсрочке долга по причине невозможности уплаты его в изначально установленный срок; известное кредитору (кредитной организации) длительное наличие картотеки по банковскому счету должника (в том числе скрытой); осведомленность кредитора о том, что должник подал заявление о признании себя банкротом.

В установленный пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве период ООО СК «МиОР» были совершены следующие платежи в пользу ООО «СКР»: 

№ 45 от 31.07.18 на сумму 26 748 713 рублей 06 копеек, 

№ 48 от 11.09.18 на сумму 24 072 667 рублей 56 копеек,

№ 49 от 17.09.18 на сумму 20 010 616 рублей 27 копеек,

№ 50 от 18.09.18 на сумму 992 655 рублей 70 копеек,

№ 53 от 26.09.18 на сумму 20 971 414 рублей 38 копеек,

№ 51 от 26.09.18 на сумму 22 151 311 рублей 66 копеек,

№ 54 от 22.10.18 на сумму 2 344 767 рублей 56 копеек,

№ 61 от 30.10.18 на сумму 4 102 250 рублей 57 копеек, 

№ 59 от 30.10.18 на сумму 35 406 150 рублей 74 копейки,

№ 60 от 30.10.18 на сумму 4 103 511 рублей 17 копеек.

Между тем, доказательств того, что ООО «СКР» было известно о нарушении очередности удовлетворения требований кредиторов должника не представлено, в то время как это является обязательным условием для признания сделки недействительной по правилам пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Как указывалось выше, аффилированность ООО СК «МиОР» и ООО «СКР» возникла исключительно в связи с необходимостью завершения строительства дошкольных образовательных учреждений в целях удовлетворения муниципальных нужд. При этом перечисленные денежные средства носили целевой характер и не могли быть направлены на погашение иных обязательств должника.

Конкурсный управляющий ФИО2 также указала, что после принятия судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия судом заявления о признании должника банкротом, ООО СК «МиОР» в адрес ООО «СКР» были совершены платежи на общую сумму 88 949 406 рублей 64 копейки, а именно:

№ 60 от 26.11.18 на сумму 3 667 033 рубля 24 копейки,

№ 62 от 29.11.18 на сумму 46 000 000 рублей,

№ 1 от 19.02.19 на сумму 4 756 257 рублей 47 копеек,

№ 2 от 19.02.19 на сумму 19 311 561 рубль 38 копеек,

№ 3 от 22.03.19 на сумму 1 334 604 рубля 80 копеек,

№ 4 от 15.04.19 на сумму 10 287 275 рублей 54 копейки,

№ 5 от 15.04.19 на сумму 3 323 699 рублей 62 копейки,

№ 6 от 15.04.19 на сумму 268 974 рубля 59 копеек.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка с предпочтением, может быть признана недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.

Как следует из пункта 11 Постановления N 63 от 23.12.10, если сделка с предпочтением была совершена после принятия судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.3, в связи с чем наличия иных обстоятельств, предусмотренных пунктом 3 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Вышеназванные платежи, как указывалось выше, совершались за счет денежных средств, имевших целевое назначение, в связи с чем не могли быть направлены на погашение иных обязательств должника, а, следовательно, не могут быть признаны нарушающими очередность удовлетворения требований его кредиторов.

Апелляционный суд также учитывает, что часть платежей была совершена после возбуждения производства по делу о банкротстве ООО СК «МиОР» определением Арбитражного суда Московской области от 05 декабря 2018 года.

В силу пункта 1 статьи 5 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона под текущими платежами понимаются денежные обязательства, требования о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и обязательные платежи, возникшие после даты принятия заявления о признании должника банкротом, если иное не установлено настоящим Федеральным законом. Возникшие после возбуждения производства по делу о банкротстве требования кредиторов об оплате поставленных товаров, оказанных услуг и выполненных работ являются текущими.

Требования кредиторов по текущим платежам не подлежат включению в реестр требований кредиторов. Кредиторы по текущим платежам при проведении соответствующих процедур, применяемых в деле о банкротстве, не признаются лицами, участвующими в деле о банкротстве (п. 2 ст. 5 Закона о банкротстве).

В силу пункта 2 статьи 134 Закона о банкротстве требования кредиторов по текущим платежам удовлетворяются в следующей очередности:

в первую очередь удовлетворяются требования по текущим платежам, связанным с судебными расходами по делу о банкротстве, выплатой вознаграждения арбитражному управляющему, взысканием задолженности по выплате вознаграждения лицам, исполнявшим обязанности арбитражного управляющего в деле о банкротстве, требования по текущим платежам, связанным с оплатой деятельности лиц, привлечение которых арбитражным управляющим для исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве в соответствии с настоящим Федеральным законом является обязательным, в том числе с взысканием задолженности по оплате деятельности указанных лиц;

во вторую очередь удовлетворяются требования об оплате труда лиц, работающих или работавших (после даты принятия заявления о признании должника банкротом) по трудовому договору, требования о выплате выходных пособий;

в третью очередь удовлетворяются требования об оплате деятельности лиц, привлеченных арбитражным управляющим для обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве, в том числе о взыскании задолженности по оплате деятельности этих лиц, за исключением лиц, указанных в абзаце втором настоящего пункта;

в четвертую очередь удовлетворяются требования по эксплуатационным платежам (коммунальным платежам, платежам по договорам энергоснабжения и иным аналогичным платежам);

в пятую очередь удовлетворяются требования по иным текущим платежам.

Требования кредиторов по текущим платежам, относящиеся к одной очереди, удовлетворяются в порядке календарной очередности.

Как разъяснено в пункте 13 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", сделка по удовлетворению текущего платежа, совершенная с нарушением очередности, установленной пунктом 2 статьи 134 Закона о банкротстве, может быть признана недействительной на основании пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, если в результате этой сделки у должника отсутствуют денежные средства, достаточные для удовлетворения текущих платежей, имевших приоритет над погашенным требованием, в размере, на который они имели право до совершения оспариваемой сделки, при условии доказанности того, что получивший удовлетворение кредитор знал или должен был знать о нарушении такой очередности. Если к моменту рассмотрения заявления об оспаривании такой сделки имевшие приоритет кредиторы получат удовлетворение в соответствующем размере или будут представлены доказательства наличия в конкурсной массе необходимых для этого средств, эта сделка не может быть признана недействительной. Отказ в признании недействительной сделки по удовлетворению текущего платежа, совершенной с нарушением очередности, сам по себе не лишает соответствующего кредитора возможности предъявить требование о возмещении убытков, причиненных ему арбитражным управляющим путем совершения этой сделки (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве).

В Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 04 марта 2021 года N 305-ЭС20-5112(8) по делу N А40-167953/2016 сформулирована правовая позиция, согласно которой по смыслу разъяснений, приведенных в пункте 13 Постановления N 63, текущие операции могут быть признаны недействительными при наличии совокупности обстоятельств:

осведомленность кредитора о нарушении принятым им исполнением очередности совершения текущих платежей (его осведомленности о погашении текущего долга преимущественно перед уже ожидающими исполнения кредиторами приоритетной очередности удовлетворения, а для текущих требований, относящиеся к одной очереди, - о нарушении календарной очередности);

недостаточность конкурсной массы для удовлетворения текущих платежей, имевших приоритет над погашенным.

В нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявителем не представлено доказательств того, что на дату совершения вышеуказанных платежей у ООО СК «МиОР» уже имелись неисполненные текущие обязательства, которые не погашены до настоящего времени, при этом у должника не имелось денежных средств для удовлетворения требований своих кредиторов (как реестровых, так и текущих).

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявленных требований.

Доводов, опровергающих выводы суда первой инстанции по существу, апелляционная жалоба не содержит.

Учитывая изложенное, апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, в связи с чем апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 18 октября 2023 года по делу № А41-88521/18 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

Н.Н. Катькина

 

Судьи:

 

М.В. Досова

 

Д.С. Семикин