ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-68421/18

11 сентября 2019 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 04 сентября 2019 года

Полный текст постановления изготовлен 11 сентября 2019 года

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего судьи  Мысака Н.Я.,

судей  Коротковой Е.Н., Кручининой Н.А.,

при участии в заседании:

от Компании «Серслейтон Холдингс Лимитед»   –  ФИО1 – дов. от 27.03.2019   

от ФНС России – ФИО2 – дов. от 09.07.2019, ФИО3 – дов. от 25.04.2019

рассмотрев 04.09.2019 в судебном заседании кассационную жалобу Компании «Серслейтон Холдингс Лимитед» 

на определение от 08.02.2019

Арбитражного суда города Москвы,

принятое судьей  Коршуновым П.Н.,

на постановление от 22.05.2019 

Девятого арбитражного апелляционного суда,

принятое судьями Григорьевым А.Н., Гариповым В.С., Лапшиной В.В.

по заявлению Компании Серслейтон Холдинг Лимитед о включении в реестр требований кредиторов требования в размере 990 262 987 руб. 71 коп.,

в рамках дела о признании АО «Щука» несостоятельным (банкротом)

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 15.06.2018 в отношении АО "ЩУКА"  введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО4

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано временным управляющим в газете "Коммерсантъ" N 113 от 30.06.2018.

Компания «Серслейтон Холдингс Лимитед»   обратилась в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника суммы в размере 990 262 987,71 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 08.02.2019, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.05.2019, отказано во включении требования Компании Серслейтон Холдингс Лимитед в размере 980 979 525,13 руб. в третью очередь реестра требований кредиторов АО "ЩУКА".

Не согласившись с принятыми судебными актами, Компания «Серслейтон Холдингс Лимитед» обратилась в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Заявитель в кассационной жалобе указывает на неправильное применение судами норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, утверждая, что  суды пришли к неверной оценке самого соглашения о новации и пришли к ошибочному выводу о мнимости указанной сделки; судами не были исследованы векселя, имеющиеся в материалах дела, а также не дана правовая оценка; судами в нарушение норм материального права квалифицировано соглашение о новации как договор инвестирования; судами ошибочно сделан вывод о том, что обязательство цессионария перед цедентом в части уплаты уступаемого права требования не исполнено, учитывая, что в силу п. 2 ст. 389.1 ГК РФ факт и момент оплаты уступаемого права требования не являются обязательными условиями перехода права требования и не имеют значения при рассмотрении заявленного требования;  судами сделан ошибочный вывод об одновременной мнимости и притворности соглашения о новации; суды при принятии судебных актов не учли, что кредитор основывает свое требование не на вексельном обязательстве, а  значит не должен представлять оригиналы или копии векселей; судами не дана оценка представленным заявителем и иными участниками обособленного спора доказательствам и письменным пояснениям.

На основании  определения от 03.09.2019 по основаниям и в порядке пункта 2 части 3 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произведена замена судьи Савиной О.Н. на судью Мысака Н.Я.

Представитель ФНС России в отношении кассационной жалобы возражал, представил отзыв на кассационную жалобу, который приобщен к материалам дела в судебном заседании суда кассационной инстанции.

Представитель Компании «Серслейтон Холдингс Лимитед» в судебном заседании доводы кассационной жалобы поддержал в полном объеме.

Изучив материалы дела, выслушав представителей лиц, участвующих в деле и явившихся в судебное заседание, обсудив доводы кассационной жалобы, проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованного судебного акта, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции и постановления апелляционного суда по доводам кассационной жалобы, поскольку они основаны на неправильном толковании заявителем норм материального права и направлены на переоценку исследованных судом доказательств, что, в силу норм статьи 286 и части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35, в силу пунктов 3 – 5 статьи 71 и пунктов 3 – 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Как следует из материалов дела и установлено судами, 30.11.2015 Компания Серслейтон Холдингс Лимитед приобрела у Компании Хэдвигем Холдингс Лимитед право требования денежных средств по Соглашению о новации долга в заемное обязательство N ИПБМЕ-Щ от 30.06.2014 в общем размере 990 262 987,71 руб. к АО "Щука" на основании Договора уступки прав (требования) б/н от 30.11.2015, в соответствии с которым Компания Хэдвигем Холдингс Лимитед передала Компании Серслейтон Холдингс Лимитед право (требования) к АО "Щука" денежных средств в размере 881 884 302 руб. - основного долга и 108 378 685,71 руб. - процентов, начисленных по состоянию на 30.11.2015, по Соглашению о новации долга в заемное обязательство N ИПБМЕ-Щ от 30.06.2014, заключенному между ИП ФИО5 и АО "Щука".

Предметом Договора уступки прав (требований) б/н от 30.11.2015, заключенного между Компанией Серслейтон Холдингс Лимитед и Компанией Хэдвигем Холдингс Лимитед, а также Договора уступки прав (требования) N 01-10-2015 от 01.10.2015, заключенного между Компанией Хэдвигем Холдингс Лимитед и ИП ФИО5, является Соглашение о новации долга в заемное обязательство N ИПБМЕ-Щ от 30.06.2014, заключенное ИП ФИО5 и ЗАО "Щука" первоначальное обязательство.

Как установили суды, в АО "Щука" (ИНН 

<

***>) генеральным директором и соучредителем, владеющим 50% доли в уставном капитале, является ФИО5.

Суды пришли к выводу о том, что сторонами - АО "ЩУКА" в лице генерального директора ФИО5, и ИП ФИО5 создана искусственная задолженность при заключении Соглашение о новации долга в заемное обязательство N ИПБМЕ-Щ от 30.06.2014. Данная сделка осуществлена формально, у единственного участника данной сделки ФИО5 отсутствовали намерения исполнять сделку.

Проанализировав положения договора займа, на основании которого заключено Соглашение о новации долга в заемное обязательство N ИПБМЕ-Щ от 30.06.2014, лежащее в основе заявления кредитора о включении суммы задолженности в реестр требований кредиторов должника, суды пришли к выводу, что соглашение о новации долга фактически является договором инвестирования, и действительный экономический смысл по предоставлению денежных средств заключался в инвестировании деятельности АО "Щука". 

Суды также приняли во внимание, что данный договор заключен между аффилированными лицами, так как ФИО5 является генеральным директором и соучредителем, владеющим 50% доли в уставном капитале АО "Щука",

Кроме того, суды пришли к выводу о том, что договор займа, заключенный между АО "Щука" и ИП ФИО5, является по своей сути притворной сделкой, поскольку был заключен лишь для прикрытия инвестиционной деятельности АО "Щука". Таким образом, не имея под собой правовой природы погашения займа, данная сделка была фактически направлена на перечисление денежных средств от ФИО5 в адрес АО "Щука" для инвестирования ее деятельности.

Изложенные обстоятельства, по мнению судов, указывают на отсутствие у сторон в момент заключения договоров займа, намерений породить соответствующие сути договора займа правовые последствия. Так, стороны не имели намерения возвращать полученные денежные средства и уплачивать начисленные проценты.

Суды также приняли во внимание, что на обозрение суда и в материалы дела не представлены копии векселей, переданных сторонами сделки по акту приема-передачи векселей от 30.06.2014, а по факту установленной прямой аффилированности. Передача векселей осуществлена между одним и тем же физическим лицом - ФИО5, в рамках заключенного Соглашение о новации долга в заемное обязательство N ИПБМЕ-Щ от 30.06.2014.

В связи с чем судами сделан вывод о том, что непредставление документов, в данном случае вышеуказанных векселей в количестве 14 штук, номинальной стоимостью 700 000 000 руб., являющихся предметом Соглашения о новации долга, в заемное обязательство N ИПБМЕ-Щ от 30.06.2014, ставит под сомнение сам факт существования данных векселей.

При рассмотрении споров необходимо иметь в виду, что вексельные сделки регулируются нормами специального вексельного законодательства. Вместе с тем данные сделки регулируются также и общими нормами гражданского законодательства о сделках и обязательствах. Исходя из этого в случаях отсутствия специальных норм в вексельном законодательстве применяются общие нормы Гражданского кодекса Российской Федерации: (далее по тексту - ГК РФ) к вексельным сделкам с учетом их особенностей.

В силу п. 2 ст. 142, ст. 815 ГК РФ вексель является одной и разновидностей ценных бумаг, которым удостоверяется ничем не обусловленное обязательство векселедателя (простой вексель), либо иного указанного в векселе плательщика (переводной вексель), выплатить, при наступлении предусмотренного векселем срока, полученные взаймы денежные суммы.

Согласно статье 142 ГК РФ ценной бумагой является документ, удостоверяющий с соблюдением установленной формы и обязательных реквизитов имущественные права, осуществление или передача которых возможны только при его предъявлении.

Поэтому при рассмотрении дел исполнении вексельных обязательств необходимо проверять, соответствует ли документ формальным требованиям, позволяющим рассматривать его в качестве ценной бумаги (векселя).

Статья 4 Федерального закона от 11 марта 1997 г. N 48-ФЗ "О переводном и простом векселе" допускает возможность составления простого и переводного векселя только на бумаге (бумажном носителе). В связи с этим следует учитывать, что нормы вексельного права не могут применяться к обязательствам, оформленным на электронных и магнитных носителях.

Перечень обязательных реквизитов для простого векселя отражены в ст. 75 Положения о переводном и простом векселе, Приложение Постановлению ЦИК и СНК СССР от 7 августа 1937 г. N 104/1341.

В силу части 2 ст. 144 ГК РФ и ст. ст. 2 и 76 Положения документ, в котором отсутствует какое-либо из обозначений, указанных в упомянутых статьях Положения, не имеет силы векселя.

Данные разъяснения также содержатся в совместном Постановлении Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 04.12.2000 N 33/14 "О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с обращением векселей" (далее - Постановление N 33/14).

Суды указали, что при рассмотрении  требований об исполнении вексельного обязательства следует учитывать, что истец (в данном случае кредитор) обязан представить суду подлинный документ, на котором он основывает свое требование, поскольку осуществление права, удостоверенного ценной бумагой, возможно только по ее предъявлении (п. 1 ст. 142 ГК РФ).

Из текста Соглашения о новации долга в заемное обязательство N ИПБМЕ-Щ от 30.06.2014, заключенного между ИП ФИО5 и АО "ЩУКА" следует, что векселедателем векселей в количестве 14 штук от 06.10.2011 г., номинальной стоимостью 700 000 000 руб. являлся ЗАО "ДОН ДМ" (в настоящий момент АО "Щука").

Как указали суды, в связи с отсутствием в материалах дела указанных векселей, судами не установлено отсутствовала ли передаточная надпись - оговорка "без оборота на меня" векселедателем ЗАО "ДОН ДМ" (в настоящий момент АО "Щука") на данных векселях, так как в случае наличия на векселях данной передаточной надписи-оговорки "без оборота на меня", у ИП ФИО5 отсутствовало бы право передачи данных векселей по Акту приема-передачи векселей от 30.06.2014 обратно в адрес векселедателя ЗАО "ДОН ДМ" (в настоящий момент АО "Щука") в рамках заключенного Соглашения о новации долга в заемное обязательство N ИПБМЕ-Щ от 30.06.2014.

Кроме того, в связи с отсутствием указанных векселей невозможно установить, соответствовал ли вексель законодательным требованиям к форме и наличию реквизитов, кто являлся законным (по непрерывному и последовательному ряду индоссаментов) векселедержателем на момент заключения Соглашения о новации долга в заемное обязательство N ИПБМЕ-Щ от 30.06.2014, а также была ли совершена ИП ФИО5 и АО "Щука" передаточная надпись на векселе, а также правомерность ИП ФИО5 по передаче данных векселей по акту приема-передачи векселей от 30.06.2014 векселедателю АО "Щука".

В качестве средств доказывания подобных обстоятельств могли бы быть использованы копии векселей, принимая во внимание утверждение о дальнейшей передаче оригиналов иным участникам гражданского оборота. Однако, копии векселей в материалы дела не представлены.

Принимая во внимание изложенные выше обстоятельства, судами сделан вывод о том, что Соглашение о новации долга в заемное обязательство N ИПБМЕ-Щ от 30.06.2014, заключенное между ИП ФИО5 и АО "ЩУКА", которое, в свою очередь, является первоначальным обязательством, положенным в основу заявленного требования кредитора - Компании Серслейтон Холдингс Лимитед (Кипр), не носили реального характера, а совершены в рамках формального документооборота для создания искусственной кредиторской задолженности и последующего контроля над процедурой банкротства должника - АО "ЩУКА".

В результате анализа банковской выписки по расчетным счетам АО "Щука", открытым в ПАО "Сбербанк", суды установили, что АО "Щука" перечислены денежные средства в адрес ФИО5 на общую сумму в размере 62 903 215 руб. с назначением: платежа "погашение основного долга по векселю серии А N 12 ДЦМ от 06.10.2011 по заявлениям на предъявление векселя к платежу от 05.06.2014 и 26.06.2014".

В связи с чем судами сделан вывод о том, что на момент заключения Соглашения о новации долга в заемное обязательство N ИПБМЕ-Щ от 30.06.2014, задолженность по векселю серии А N 12 ДДМ от 06.10.2011 погашена должником (АО "Щука") перед ИП ФИО5

Кроме того, в результате анализа банковской выписки за период 2014 - 2015 гг. по расчетным счетам АО "Щука", открытых в кредитных организациях установлено, что  АО "Щука" в период за 2014 - 2015 гг. перечислены денежные средства на общую сумму 48 718 799 руб. в адрес ИП ФИО5 в рамках заключенного Соглашения о новации долга в заемное обязательство N ИПБМЕ-Щ от 30.06.2014, с назначением платежа "погашение процентов по Соглашению о новации долга в заемное обязательство N ИПБМЕ-Щ от 30.06.2014".

Таким образом, задолженность по уплате процентов АО "Щука" по Соглашениям о новации долга в заемное обязательство N ИПБМЕ-Щ от 30.06.2014 - "первоначальное обязательство" на дату заключения Договора уступки прав (требования) N 01-10-2015 от 01.10.2015, заключенного между Компанией Хэдвигем Холдингс Лимитед и ИП ФИО5 частично погашена.

Как указали суды, в материалы дела не представлены расчеты начисленных процентов по Договору уступки прав (требования) N 01-10-2015 от 01.10.2015 г. на общую сумму 88 083 266,15 руб., а также расчет процентов по Договору уступки прав (требования) 30.11.2015 г. на общую сумму 108 378 685,71 руб.

Вместе с тем, учитывая, что отсутствует расчет начисленных процентов, в том числе на сумму 108 378 685,71 руб. и 88 083 266,15 руб., в рамках, заключенных Договоров уступки прав (требований) N 01-10-2015 от 01.10.2015 и б/н от 30.11.2015, у судов отсутствовала возможность определить, каким методом осуществлялся расчет процентов, а также была ли учтена сумма частично погашенных процентов АО "Щука" в адрес ИП ФИО5 за период и 2014 - 2015, в сумме 48 718 799 руб., то есть до момента заключения Договоров уступки прав (требований) N 01-10-2015 от 01.10-2015.

Исходя, из вышеизложенного, а также с учетом частичного погашения процентов АО "Щука" в адрес ИП ФИО5 в рамках заключенного Соглашению о новации долга в заемное обязательство N ИПБМЕ-Щ от 30.06.2014 на сумму в размере 48 718 799 руб., что подтверждается выпиской из банковских выписок АО "Щука", а также погашением долга на сумму 62 903 215 руб. по оплате номинальной стоимости векселя серии А N 12 ДДМ от 06.10.2011, а также процентов по данному векселю, суды сделали вывод о том, что при заключении Соглашения о новации долга в заемное обязательство N ИПБМЕ-Щ от 30.06.2014 между АО "Щука" и ИП ФИО5 (первоначальное обязательство), были заменены вексельные обязательства на заемные денежные обязательства, в частности в отношении векселя серии А N 12 ДДМ от 06.10.2011, который, по сути, на дату заключения Соглашения (30.06.2014) был погашен, в том числе с учетом процентов, начисленных на дату 30.06.2014. 

Согласно ст. 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора, переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты.

Передача недействительного требования по смыслу п. 1 ст. 390 ГК РФ рассматривается как нарушение цедентом своих обязательств перед цессионарием, вытекающих из договора об уступке прав (требования).

При этом, под недействительным требованием понимается как требование, которое возникло бы из обязательства при условии действительности сделки, так и несуществующее требование (например, прекращенное надлежащим исполнением) (п. 1 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.10.2007 N 120 "Обзор практики применения арбитражными судами положений главы: 24 Гражданского кодекса Российской Федерации".

К заявлению кредитора об установлении размера его требований прилагаются документы, подтверждающие обязательства должника перед кредитором, а также наличие и размер задолженности по указанным обязательствам, доказательства оснований возникновения задолженности, ее расчет, позволяющие установить документальную обоснованность этих требований. Проверка обоснованности требования кредиторов в деле о банкротстве предполагает повышенные стандарты доказывания, исключающие возможность включения в реестр требований, не подтвержденных достаточными доказательствами.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 июня 2012 года N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве, проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При проверке обоснованности требования кредитора арбитражный суд оценивает доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, регулирующими не исполненные должником обязательства, по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником, круг доказывания по спорам об установлении размера требований: кредиторов в обязательном: порядке входят обстоятельства возникновения долга.

Исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 АПК РФ, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды правильно определили правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой выяснили имеющие значение для дела обстоятельства, установив отсутствие достаточных доказательств, подтверждающих фактическое возникновение правоотношений должника и кредитора, вытекающих из вышеуказанных документов, отсутствие реальной задолженности должника, пришли к правильному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления и включения спорной суммы в реестр требований кредиторов должника.

Суд кассационной инстанции полагает, что выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства, в связи с чем оснований для иной оценки выводов судов у суда кассационной инстанции не имеется.

Переоценка имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Оснований, предусмотренных статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для изменения или отмены обжалуемых в кассационном порядке судебных актов, по делу не имеется.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 08.02.2019 Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.05.2019 по делу  № А40-68421/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий-судьяН.Я. Мысак 

Судьи:Е.Н. Короткова

Н.А. Кручинина