АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А15-577/2016

г. Краснодар

14 марта 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 13 марта 2019 г.

Постановление изготовлено в полном объеме  14 марта 2019 г.

	Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Черных Л.А., судей Посженникова М.В. и Прокофьевой Т.В., в отсутствие в судебном заседании  заявителя – индивидуального предпринимателя Исабекова Альберта Саидметовича (ИНН 053003175905, ОГРНИП 307055031800010) и заинтересованного лица – Дагестанской таможни (ИНН 0541015036, ОГРН 1020502528727), направившего ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие,  извещенных о месте и времени судебного разбирательства (уведомления № 70345 7, 70346 4, отчет о публикации судебных актов на сайте в сети Интернет), рассмотрев кассационную жалобу Дагестанской таможни на решение Арбитражного суда Республики Дагестан от 30.08.2018 (судья Батыраев Ш.М.) и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.11.2018 (судьи Цигельников И.А., Афанасьева Л.В., Белов Д.А.) по делу № А15-577/2016, установил следующее. 

Индивидуальный предприниматель Исабеков А.С. (далее – предприниматель, декларант) обратился в арбитражный суд с заявлением к Дагестанской таможне(далее – таможня, таможенный орган) о признании недействительным решения о корректировке таможенной стоимости товаров от 13.01.2016 по декларации на товары № 10801020/231115/0002875 (далее – спорная ДТ), возврате 2 306 313 рублей 91 копейки излишне взысканных таможенных платежей, 52 218 рубль 79 копеек пеней, взыскании 10 тыс. рублей судебных расходов на оплату услуг представителя (требования уточнены в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Решением суда от 30.08.2018, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 26.11.2018, требования удовлетворены. Признано недействительным решение таможни от 13.01.2016 о корректировке таможенной стоимости товаров, ввезенных по спорной ДТ, предпринимателю возвращено 2 306 313 рублей 91 копейка излишне взысканных таможенных платежей и 52 218 рублей 79 копеек пеней. С таможни в пользу предпринимателя взыскано 10 тыс. рублей судебных расходов по оплате услуг представителя и 300 рублей по уплате государственной пошлины.

Судебные акты мотивированы незаконным отказом таможни в применении первого метода определения таможенной стоимости товаров, ввезенных на таможенную территорию Таможенного союза по спорной ДТ, поскольку в подтверждение права на применение первого метода определения таможенной стоимости спорного товара предприниматель представил все необходимые документы в соответствии с требованиями законодательства. Достоверность сведений, содержащихся в представленных документах, таможня документально не опровергла.

В кассационной жалобе и уточнении к ней таможня просит решение суда и постановление суда апелляционной инстанции отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований.

Заявитель кассационной жалобы считает правомерной корректировку таможенной стоимости ввезенного предпринимателем по спорной ДТ товара. Суд первой инстанции неправомерно принял дополнительные доказательства от предпринимателя, не представлявшиеся им при проведении дополнительной проверки. Решение о корректировке принято в связи с отказом декларанта от предоставления дополнительно запрошенных документов, в том числе экспортной декларации и прайс-листа продавца, на основе имеющихся у таможни документов и сведений на день принятия решения.

В отзыве на кассационную жалобу предприниматель просит оставить судебные акты без изменения как законные и обоснованные, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы и отзыва на нее,  проверив законность и обоснованность судебных актов, считает, что обжалуемые судебные акты подлежат отмене, а дело – направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции  по следующим основаниям. 

Суд установил, что по внешнеторговому контракту от 13.10.2015 № 1510, заключенному с компанией «TONNIN INTERNATIONAL TRADE CO., LTD» (Китай) (далее – спорный контракт), предприниматель ввез на таможенную территорию Евразийского экономического союза на условиях поставки CFR-Новороссийск («Инкотермс – 2010») товар «части для люстр из стекла, граненые, разных форм и расцветок, в картонных коробках – отсутствует, 1 639 560 штук, изготовитель «TONNIN INTERNATIONAL TRADE CO., LTD», товарный знак, марка, модель, артикул отсутствуют», задекларировав его по спорной ДТ и определив таможенную стоимость по первому методу (по стоимости сделки с ввозимыми товарами) 0,40 долларов США за 1 кг, вес нетто 25 430  кг, вес брутто 25 993,90 кг, базисное условие поставки СFR-Новороссийск, в подтверждение которой представил в таможню контракт с приложением, упаковочный лист, инвойс, коносамент, транспортную накладную и иные документы.

В ходе таможенного оформления таможенный орган признал эти документы и сведения недостаточными для подтверждения заявленной таможенной стоимости товара и принял решение от 24.11.2015 о проведении дополнительной проверки, в ходе которой запросил: прайс-лист производителя, таможенную декларацию страны отправления, банковские платежные документы по оплате за товар, письменные пояснения об условиях организации внешнеторговой сделки (коммерческая переписка сторон, заказы, аналитические материалы, касающиеся ценообразования поставленной продукции на мировом рынке) (л. д. 55 т. 1).

При этом основаниями возникновения сомнений в правильности  определенной предпринимателем таможенной стоимости товара указаны в том числе: в контракте и инвойсе отсутствуют ссылки о производителе товара, моделях и артикулах товаров, банковские документы об уплате денежных средств за товар.

Выпуск товара по спорной ДТ разрешен при условии обеспечения уплаты таможенных платежей. 

Предприниматель представил таможне пояснения об отсутствии возможности предоставления дополнительно запрошенных документов  по мотиву отсутствия в условиях контракта обязанности китайского продавца предоставлять экспортную декларацию и прайс-лист. Банковские платежные документы будут представлены после производства  оплаты в соответствии с условиями контракта. Декларант отметил, что представленные декларантом документы содержат всю необходимую информацию, позволяющую определить цену, количество, наименование, условия поставки товара (л. д. 17 т. 1).

Предприниматель внес обеспечение в размере 2 306 313 рублей 91 копейки (таможенная расписка № ТР-6052366), после чего по его заявлению осуществлен условный выпуск товаров (л. д. 16 т. 1).

Непредставление запрошенных документов и неустранение сомнений в достоверности заявленных при декларировании сведений повлекло принятие таможней решения от 13.01.2016 о корректировке заявленной предпринимателем таможенной стоимости ввезенного товара шестым методом на базе третьего метода на основе ценовой информации, содержащейся ДТ № 10130090/011015/00042165 (далее – ДТ № 2165), и увеличение подлежащих уплате таможенных платежей на 2 306 313 рублей 91 копейки (л. д. 18, 63 т. 1).

Основанием принятия таможней решения о корректировке таможенной стоимости явилось несоответствие представленных декларантом документов пункту 4 статьи 65 Таможенного кодекса Таможенного союза (далее – Кодекс), они признаны не подтверждающими заявленную таможенную стоимость, которая в отношении ввезенных товаров определена недостоверно, в заниженном размере. 

В связи с неисполнением предпринимателем обязательства по уплате таможенных платежей, пеней, таможня приняла решение № 10801000/050216/ЗДзО-59 о зачете денежного залога в счет погашения 2 306 313 рублей 91 копейки задолженности по таможенным платежам (л. д. 75 т. 1). 

Предпринимателю также выставлено требование от 05.02.2016 № 48 об уплате 52 218 рублей 79 копеек пеней. Платежными поручениями от 16.02.2016 № 37, 38 задолженность по пеням погашена (л. д. 76 – 78 т. 1).

Предприниматель 15.02.2016 обратился в таможню с заявлением возврате излишне уплаченных таможенных платежей, которое возвращено без исполнения со ссылкой на необходимость представления дополнительных документов, подтверждающих факт их излишней уплаты (письмо от 24.02.2016 № 21-31/02194) (л. д. 79, 83 т. 1).

Предприниматель обжаловал решение таможни в арбитражный суд.

Судебные инстанции, ссылаясь на статьи 64, 65, 67, 68, 69  Кодекса, статьи 2, 4, 6 – 10 Соглашения между Правительством Российской Федерации, Правительством Республики Беларусь и Правительством Республики Казахстан от 25.01.2008 «Об определении таможенной стоимости товаров, перемещаемых через таможенную границу Таможенного союза» (далее – Соглашение), приложение № 1 к Порядку декларирования таможенной стоимости, утвержденному решением Комиссии Таможенного союза от 20.09.2010 № 376 «О порядке декларирования, контроля и корректировки таможенной стоимости» (далее – Порядок), разъяснения, изложенные в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12.05.2016 № 18 «О некоторых вопросах применения судами таможенного законодательства» (далее – постановление № 18), сделали вывод об отсутствии у таможни оснований корректировки таможенной стоимости товара, ввезенного на таможенную территорию Евразийского экономического союза по спорной ДТ.

Из разъяснений, содержащихся в постановлении № 18, следует, что за основу определения действительной стоимости в максимально возможной степени должна приниматься договорная цена товаров и не должна приниматься фиктивная или произвольная стоимость. При оценке обоснованности применения первого метода определения таможенной стоимости ввозимых товаров судам необходимо принимать во внимание, что таможенная стоимость, определяемая по стоимости сделки с ввозимыми товарами, не может считаться документально подтвержденной и количественно определяемой, если декларант не представил доказательства совершения сделки, на основании которой приобретен товар, в любой не противоречащей закону форме или содержащаяся в представленных им документах информация о цене, предусмотренных статьей 5 Соглашения, не соотносится с количественными характеристиками товара, или отсутствует информация об условиях поставки и оплаты товара. При невозможности использования первого метода (по стоимости сделки с ввозимым товаром) каждый последующий метод применяется, если таможенная стоимость не может быть определена путем использования предыдущего метода. Примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимого товара не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.

Как разъяснено в пункте 7 постановления № 18, к юридически значимым обстоятельствам при установлении признаков недостоверного декларирования таможенной стоимости относятся: значительность отличия указанной декларантом стоимости сделки от ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенных органов, идентичность или однородность ввозимого и сравниваемого товаров, сопоставимость коммерческих условий сделок, на которых были ввезены эти товары.

Идентичными при этом признаются товары, одинаковые во всех отношениях, в том числе по физическим характеристикам, качеству и репутации, а однородными – товары, имеющие сходные характеристики и состоящие из схожих компонентов, произведенных из таких же материалов, что позволяет им выполнять те же функции, что и оцениваемые (ввозимые) товары, и быть с ними коммерчески взаимозаменяемыми. Идентичные (однородные) товары, произведенные иным лицом, чем производитель оцениваемых (ввозимых) товаров, принимаются во внимание лишь в случаях, когда не выявлены идентичные (однородные) товары того же производителя, либо имеющаяся информация не считается приемлемой для использования (пункт 1 статьи 3 Соглашения).

Таможенный орган обязан предоставить декларанту реальную возможность устранения возникших сомнений в достоверности заявленной им таможенной стоимости.

В целях надлежащей реализации прав декларанта таможня обязана известить его об основаниях, по которым представленные при проведении дополнительной проверки в соответствии с абзацем вторым пункта 3 статьи 69 Кодекса документы и сведения о товаре не устраняют имеющиеся сомнения в достоверности заявленной таможенной стоимости, в том числе с учетом иных собранных таможенным органом документов и полученных сведений (например, сведений, полученных от лиц, имеющих отношение к производству, перемещению и реализации товара, контрагентов декларанта и таможенных органов иностранных государств). 

Получив такое извещение, декларант вправе представить возражения (пояснения) по выявленным таможенным органом признакам недостоверного декларирования таможенной стоимости (абзац третий пункта 3 статьи 69 Кодекса), которые должны быть учтены таможенным органом при принятии окончательного решения. 

Определение таможенной стоимости ввозимых товаров в соответствии с Соглашением, исходя из принципов, установленных Соглашением по применению статьи VII ГАТТ 1994, должно основываться на критериях, совместимых с коммерческой практикой. 

В связи с этим предусмотренная пунктом 3 статьи 69 Кодекса обязанность представления по требованию таможенного органа документов для подтверждения заявленной таможенной стоимости может быть возложена на декларанта только в отношении тех документов, которыми тот обладает либо должен располагать в силу закона или обычаев делового оборота.

В частности, от лица, ввозящего на таможенную территорию товар по цене, значительно отличающейся от сопоставимых цен идентичных (однородных) товаров, в целях исполнения требований пункта 4 статьи 65 и пункта 3 статьи 69 Кодекса разумно ожидать поведения, направленного на заблаговременное собирание доказательств, подтверждающих действительное приобретение товара по такой цене и доступных для получения в условиях внешнеторгового оборота (пункты 8 и 9 постановления № 18).

Судебные инстанции отклонили довод таможни о том, что таможенная стоимость ввезенного предпринимателем товара по спорной ДТ документально не подтверждена, указав, что декларант представил в таможню документы, из которых следует, что расчет таможенной стоимости товара произведен предпринимателем на основании цены товара, фактически уплаченной продавцу – компании «TONNIN INTERNATIONAL TRADE CO., LTD» (Китай).

Суд не выявил противоречия между одними и теми же сведениями, содержащимися в представленных документах, счел представленные декларантом документы необходимыми и достаточными для подтверждения заявленной при таможенном оформлении стоимости ввезенного товара, не содержащими признаки недостоверности, и сделал вывод о надлежащем подтверждении заявленной стоимости товара, ввезенного предпринимателем по спорной ДТ.

В пунктах 3.1 и 3.2 контракта от 13.10.2015 № 1510 указано, что цена и количество товара указаны в инвойсе и упаковочном листе, общая стоимость поставляемой партии товаров составляет 10 172 доллара США. 

Анализируя содержание контракта от 13.10.2015 № 1510, суд счел согласованными его сторонами существенных условий об общей стоимости отгрузки (10 172 доллара США), условиях поставки (CFR-Новороссийск), наименовании продукции (люстры и части для люстр, изготовленные из недрагоценных металлов, стекла, текстиля, керамики, мрамора и пластика) (пункт 1.1 контракта). 

Однако при этом суд не указал, что тем же пунктом участники внешнеэкономической сделки предусмотрели  куплю-продажу товаров на «условиях, оговоренных в настоящем контракте, приложениях и дополнениях к нему» (л. д.  11 т. 1).

При отсутствии в представленных декларантом при таможенном контроле коммерческом инвойсе (л. д. 12 т. 1) и упаковочном листе (л. д. 13 т.1) каких-либо сведений о сортности, наименовании, ассортиментном перечне, индивидуальных признаков ввозимых исключительно по весу товаров («граненые стеклянные подвески разных форм и цветов для украшения люстр») выводы суда о представлении  декларантом необходимых  и достаточных для подтверждения заявленной при таможенном оформлении стоимости ввезенных товаров документов и приводимых таможней аргументов о невозможности идентификации товаров являются преждевременными. 

Принимая во внимание приложение к контракту от 16.10.2015 № 1510 (л. д.  44 т. 1), суд не указал, на какой стадии он представлен предпринимателем, подвергалось ли это доказательство таможенному контролю или впервые  доведено до сведения таможенного органа в ходе судебного разбирательства.

Суд также не дал оценку различиям между имеющимися в материалах дела приложениями к контракту от  16.10.2015 № 1510 на л. д. 44 т. 1  и л. д. 120 т. 1. При указании в этом документе одних и тех же дат и номеров в них содержатся как значительные визуальные различия, так и смысловые. Во второй версии названного доказательства имеются дополнительные сведения как об артикулах (моделях), так и об их размерах,  количестве коробок,  количестве моделей в штуках, их количестве в коробке. При этом в документе, исполненном в первом варианте, имеются лишь ссылки на вес нетто, брутто и цене за килограмм. 

Причины таких  расхождений и противоречий суд не выяснил, как не исследовал вопрос о том, представлялись ли эти документы (и какой из них) декларантом в таможню на стадии декларирования. 

Не проверил суд и  причины отказа представлять приложение к контракту на стадии дополнительной проверки, в то время как таможенный орган предлагал предпринимателю в том числе представить уточнения по  качественным, физическим, количественным и иным  характеристикам ввозимых товаров, их ассортиментном перечне. Более того,  приложение к контракту, исходя из его условий (пункт 1.1.), является его существенным условием и, исходя из согласованных сторонами сделки обстоятельств ее совершения.  

Оценку этим обстоятельствам суд не дал.

Отклоняя доводы таможни о том, что в представленных контракте и инвойсе отсутствуют сведений о моделях, артикулах товара, суд указал, что в инвойсе и упаковочном листе от 16.10.2015 № 1510 стороны конкретизировали наименование поставляемого товара – граненые стеклянные подвески разных форм и цветов для украшения люстр. В них указано количество товара (вес брутто, нетто), количество коробок, цвет, стоимость товара, цена за единицу товара (1 кг) и условия поставки и оплаты. В приложении к контракту и коммерческом предложении, представленных предпринимателем в суд, также содержится подробная информация о товарах (артикулы (модели), размер, наименование, цвет, количество коробок, штук в коробках, количество товара, цена за 1 кг, вес нетто, брутто и объем), необходимые для подтверждения заявленной таможенной стоимости (л. д. 12, 13, 119, 120 т. 1).

Однако при этом суд не указал, на какой стадии предприниматель представил коммерческое предложение и  приложение к контракту, содержащие  (артикулы (модели), размер, наименование, цвет, количество коробок, штук в коробках, количество товара, цена за 1 кг, вес нетто, брутто и объем). 

Отклоняя довод таможни о том, что в контракте и инвойсе не оговорен производитель товара, суд отметил, что страной происхождения товара является Китай, а производителем – китайская компания «TONINN INTERNATIONAL TRADING CO., LTD», что, по его мнению,  следует из материалов дела, в том числе и письмом данной компании, представленном таможне на момент таможенного декларирования товара (л. д. 51 т. 1).

Суд установил,  что оплата за товар произведена в пределах срока и суммы, предусмотренных условиями контракта, что подтверждается платежным поручением от 02.12.2015 № 21, выпиской по лицевому счету предпринимателя и самим продавцом (л. д. 19 т. 1). 

Между тем, принимая в материалы дела документы, представленные предпринимателем в доказательство правильного определения таможенной стоимости товара, которые он ранее не направлял таможне, суд сослался на пункты 8, 9 11 постановления № 18, получение таможней письменных пояснений декларанта 09.12.2015, и перечислил при этом  в том числе полученные от китайской стороны документы, датированные 30.08.2016 (запрос предпринимателя продавцу) и 05.09.2016 (письмо продавца), а также – без указания дат, – коммерческое предложение, приложение к контракту (л. д. 117 – 120 т. 1).  При этом суд, перечислив все названные доказательства таким способом, ссылается на получение таможней письменных пояснений предпринимателя 09.12.2015 и  наличии у предпринимателя добросовестного полагания об устранении им сомнений таможни. 

Каким образом при принятии решения о корректировке 13.01.2016 таможня могла получить от декларанта основные документы, положенные в основу судебных актов, отправленные китайским партнером согласно письму от 05.09.2016, суд не указал, исказив фактически хронологическую последовательность представления предпринимателем доказательств таможне и суду. 

В письме же от 07.12.2015 декларант лишь сообщил таможне об отсутствии в условиях контракта обязанности китайского продавца по предоставлению экспортной декларации и прайс-листа (л. д. 17 т. 1).  

Из пункта 11 постановления № 18 следует, что рассматривая споры о правомерности корректировки таможенной стоимости, произведенной в рамках таможенного контроля до выпуска товаров, судам следует учитывать, что исходя из взаимосвязанных положений статей 65 – 69 Кодекса решение о корректировке принимается таможенным органом в соответствии с тем объемом документов и сведений, которые были им собраны и раскрыты декларантом на данной стадии.

Ввиду того, что судебное разбирательство не должно подменять осуществление таможенного контроля в соответствующей административной процедуре, новые доказательства признаются относимыми к делу и могут быть приняты (истребованы) судом, если ходатайствующее об этом лицо обосновало наличие объективных препятствий для получения этих доказательств до вынесения оспариваемого решения таможенного органа (пункты 8, 9 настоящего постановления).

В частности, новые доказательства могут быть приняты судом, если со стороны таможенного органа декларанту не была обеспечена возможность устранения сомнений в достоверности заявленной таможенной стоимости. Представляемые таможенным органом новые доказательства принимаются судом, если обоснованы объективные причины, препятствовавшие их своевременному получению до вынесения решения о корректировке таможенной стоимости.

В этих случаях суд по ходатайству лица, участвующего в деле, вправе в целях предоставления другой стороне возможности ознакомления с новыми доказательствами и представления опровергающих их доказательств объявить перерыв в судебном заседании или отложить судебное разбирательство.

Принимая к исследованию и оценке на стадии судебного контроля представленные предпринимателем доказательства, не подвергавшиеся таможенному контролю при вынесении  решения о корректировке таможенной стоимости (запрос предпринимателя китайскому продавцу от 30.08.2016, ответ от 05.09.2016 на русском языке и приложения к нему (коммерческое предложение без даты и приложение к контракту № 1510 без даты) (л. д. 117 – 120 т. 1)), суд не исследовал вопрос о способе их получения, легальности их  происхождения и способах доставки.  

Между тем, исследование этого вопроса может с учетом приводимых таможней доводов повлиять на проверку законности обжалуемого решения о корректировке таможенной стоимости от 13.01.2016.

 Из решения о проведении дополнительной проверки от 24.11.2015 усматривается, что таможня на стадии таможенного оформления спорного товара выявила отсутствие в инвойсе и контракте данных о моделях и артикулах товаров. На данной стадии таможенного контроля декларант не представил документы о наличии во ввозимых товарах каких-либо идентификационных признаков, физических и качественных характеристик, ассортиментном перечне товаров при обычной деловой практике их более точной идентификации (товар штучный, не поставляется насыпью, навалом, цена в розничной продаже определяется не исходя из заявленного предпринимателем веса, а с учетом конкретных особенностей каждой единицы товара (части для люстр выбирают не по весу, исходя из эстетических соображений, их качественных характеристик (материал) и иных классификационных признаков (необходимость замены конкретной части люстры применительно к ввезенным товарам), что всегда влияет на стоимость товара, тогда как суд сослался лишь на наличие в контракте и представленных декларантом вне таможенного контроля согласованных условий о виде поставляемого товара и выполнении соглашения участниками внешнеэкономической сделки.

Каким образом документы, не подвергавшиеся таможенному контролю (коммерческое  предложение и приложение к контракту), могли повлиять на полноту и законность решения о корректировке таможенной стоимости, не ясно. 

Не  исследовал суд и вопрос о причинах непредставления предпринимателем этих документов, заключенных до декларирования спорного товара, на стадии таможенного контроля. 

Между тем, из решения таможни о проведении дополнительной проверки от 24.11.2015 следует, что таможенный орган ссылался в том числе на отсутствие в договоре и инвойсе данных о моделях и артикулах товара. 

Фактически соглашаясь с доводам предпринимателя о непонимании им требования таможни об уточнении ассортиментного перечня ввозимого товара, суд не указал, какие затруднения в понимании изложенной в решении о проведении дополнительной проверки редакции возникли или могли возникнуть у декларанта. 

Что препятствовало предпринимателю при подписании до таможенного декларирования приложения к контракту и получении коммерческого предложения от иностранного продавца представить эти документы в таможню, суд не выяснил.  Между тем, в тексте этих документов имеются общие сведения о граненных стеклянных подвесках различных моделей для украшения люстр, артикулах (моделях), размере, цвете, цене за 1 кг, количестве коробок, штуках в коробке, общем количестве товара, весе нетто, брутто и общем объеме по каждой товарной позиции (л. д. 120 т. 1).   

Однако в спорной ДТ, дополнении к ней, представленных в таможню контракте, инвойсе, упаковочном листе какие-либо сведения об артикулах, моделях, торговых марках отсутствуют. 

Причины неуказания этих сведений при наличии заключенного приложения к контракту суд не исследовал. 

С учетом доводов таможни о несообщении декларантом каких-либо идентификационных признаков товара при обычно принятой в хозяйственном обороте практике определения стоимости частей для люстр, исходя, в том числе, из размера и объема, исследование этого обстоятельства также может в числе других повлиять на правильность решения о законности (незаконности) корректировки таможенной стоимости товара.

Следовательно, доводам таможни о влиянии факта неуказания ассортимента различных товаров, указанных предпринимателем при таможенном оформлении обобщенно единым весом, на определение таможенной стоимости, суд дал неполную оценку.

В целях перевозки, расчетов с перевозчиком и определения величины провозной платы декларантом может быть использована единица веса (кг) для измерения количества перевозимого различного товара с индивидуально-определенными признаками. 

Однако в целях таможенного оформления и определения величины таможенной стоимости и таможенных платежей при ввозе на территорию Евразийского экономического союза таможенным законодательством не предусмотрена возможность обезличивания товаров, обладающих индивидуально-определенными признаками, и указания только на их общий вес без внесения информации о количестве каждого изделия.

Не получил оценки и довод о том, что действия предпринимателя, выбравшего при декларировании индивидуально-определенных вещей единицу измерения – вес в килограммах, но не указавшего при декларировании товаров в надлежащим образом оформленных контракте (приложение  к контракту представлено только суду) и инвойсе количество каждого изделия в штуках и соответствующую цену за штуку, не соответствуют смыслу таможенного законодательства, деловым обычаям международной торговли, поскольку не позволяют при декларировании товаров достоверно определить количество каждого из ввозимых изделий и установить стоимость каждого определенного товара (каждой модели) из общей партии, с учетом ввоза различных размеров граненных стеклянных подвесок разных моделей для украшения люстр. При этом  из представленных предпринимателем контракта, инвойса, упаковочного листа, коносамента такие сведения установить невозможно.

Предоставление продавцом (поставщиком) товаров покупателю информации о производителе интересующих покупателя товаров, о цене, товарном знаке, физических характеристиках и иной информации о товарах (состав материалов, способ производства и т.п.) до подписания контракта с покупателем и (или) до поставки является деловым обыкновением. Предполагая добросовестность поставщика и разумность покупателя, намеренных продать (купить) товары и совершающих все необходимые подготовительные действия и предварительные согласования, направленные на предстоящую поставку товаров, доведение поставщиком (продавцом) до сведения покупателя и запрос покупателя от поставщика (продавца) информации об изготовителе, предполагаемых к продаже товаров, является обычаем делового оборота и соответствует принципам разумности и добросовестности участников внешнеэкономической деятельности. Этим же принципам соответствует получение покупателем от продавца (поставщика) на стадии согласования в отношении интересующего товара информации о цене, физических характеристиках, качестве, составе материала.

Отсутствие у покупателя такой информации о товаре и названных согласований противоречит устоявшимся в международной торговле деловым обычаям и нарушает баланс интересов потенциальных сторон сделки, обременительно для покупателя, не имеющего от продавца полной информации о товаре, до фактической его поставки и оплаты, так как покупатель, приобретая товар в целях его дальнейшего коммерческого использования (перепродажа оптом или в розницу потребителям), должен знать максимально возможную информацию о приобретаемом товаре, в том числе его производителе, цене, физических характеристиках и иных свойствах (состав материалов, способ производства и т.п.).

Действия покупателя, допускающего отсутствие со стороны продавца (поставщика) информации о цене на товары и иной необходимой информации в надлежащем фиксированном виде (в том числе в виде прайс-листа поставщика) до подписания контракта и (или) до предстоящей поставки, заведомо влечет неоправданный повышенный риск наступления названных негативных коммерческих последствий для покупателя, и такие действия не могут признаваться в международной торговле разумными и надлежащими, а в целях дальнейшего таможенного оформления товара на территории Российской Федерации не могут признаваться действиями, совершенными покупателем с должной степенью заботливости и осмотрительности. Ожидаемым поведением покупателя являются такие действия, которые позволяют предварительно до поставки (до заключения внешнеэкономического договора) получить от продавца весь объем сведений и документов, необходимых как самому покупателю, так и при таможенном оформлении товаров при ввозе в Российскую Федерацию, учитывая особенности ценового уровня этих товаров (низкого уровня заявляемой таможенной стоимости), влекущего с большой вероятностью сомнения таможни в достоверности и дополнительную проверку. Покупателем, осуществляющим ввоз товаров в Таможенный союз, указанная вероятность может и должна предполагаться исходя из совокупности названных принципов заботливости и осмотрительности и уровня декларируемых им цен (таможенной стоимости) на ввозимые товары, попадающего в область риска быть признанным таможенным органом в качестве заниженного уровня.

Не может также соответствовать устоявшимся в международной торговле деловым обыкновениям утаивание (уклонение от предоставления) продавцом (поставщиком) от заинтересованного в товаре покупателя указанной информации до фактической поставки (до заключения контракта). В данном случае предполагается разумность и добросовестность продавца (поставщика) предпринимателя, а также соответствие действий этого поставщика обычаям делового оборота в международной торговле. Поэтому предприниматель мог и должен был располагать на стадии таможенного контроля полной информацией о приобретаемых им товарах, в том числе и той информацией, запрашиваемой таможней в решении о дополнительной проверке.

Предприниматель также не представил иные доказательства, подтверждающие фиксированную информацию поставщика (производителя), аналогичную информации, обычно содержащейся в прайс-листах, предоставляемых до заключения сделки; доказательства, позволяющие достоверно подтвердить, что эта информация о ценах исходит именно от этого поставщика (производителя), указанного в спорной ДТ, и в отношении именно товара, ввезенного на территорию Российской Федерации по этой ДТ.

Следовательно, довод таможни о том, что отсутствие конкретного ассортимента товаров, то есть неуказание в представленных декларантом документах сведений о конкретных товарах, обладающих различными индивидуально-определенными признаками, объединенных при декларировании как части для люстр, с указанием их количества общим весом в килограммах, явилось обстоятельством, препятствующим установлению таможней достоверной таможенной стоимости каждого из различных товаров в составе объединенной группы, проверен неполно. 

Непредставление декларантом экспортной декларации и прайс-листа суд счел не влияющим на подтверждение таможенной стоимости ввезенного товара, указав, что контракт от 13.10.2015 № 1510 не содержит условие о предоставлении продавцом экспортной декларации, на что указывает иностранный контрагент в письме от 05.09.2016, представленном предпринимателем в суд. В связи с этим суд посчитал отсутствующим у предпринимателя возможность представления данного документа в таможню, о чем декларант пояснял в рамках дополнительной проверки.

При этом таможня, по мнению суда, имея сомнения в правильности указания декларантом таможенной стоимости товара, не воспользовалась предоставленным ей правом запросить у таможенных органов Китая экспортную декларацию и товаросопроводительные документы.

Суд указал, что отсутствие экспортной декларации в рассматриваемом случае не может однозначно свидетельствовать о недостоверности сведений, заявленных декларантом. Кроме того, экспортная декларация является документом, оформляемым продавцом – иностранным контрагентом, и ответственность за его ненадлежащее оформление или непредставление не может перекладываться на российского резидента. Непредставление экспортной декларации при отсутствии иных достаточных оснований, свидетельствующих о документальной неподтвержденности заявленной таможенной стоимости товара, не является основанием для корректировки таможенной стоимости.

В письме от 05.09.2016 иностранный поставщик отметил, что прайс-листы не выпускаются, компания работает индивидуально с каждым клиентом, направляя им коммерческие предложения. Контракт и сложившиеся партнерские отношения между предпринимателем и китайской компанией не предусматривали предоставления прайс-листа. Китайская компания сделала конкретное коммерческое предложение предпринимателю с учетом объемов закупки и времени сотрудничества, в результате переговоров заключен спорный контракт.

Суд указал, что в указанном письме продавец товара также подтвердил, что до заключения контракта между ним и предпринимателем велись переговоры по согласованию условий контракта, направлено коммерческое предложение, принятое декларантом. Конкретный перечень товаров согласован в приложении к контракту.

Признавая не зависящим от воли декларанта представление запрошенной у него таможней экспортной декларации на спорный товар по мотиву ссылки китайской стороны  соглашения на отсутствие у него обязанности представление такого документа по условиям внешнеэкономической сделки, суд не исследовал вопрос о проявлении декларантом должной степени заботливости и осмотрительности при сложившихся у него с этим иностранным продавцом отношениях и предыдущих аналогичных претензиях таможни по предыдущим контрактам с этим же иностранным партнером.

Так, из имеющихся в информационной системе «Картотека арбитражных дел» в сети Интернет сведений усматривается, что между декларантом и таможней до ввоза товара по спорной ДТ рассматривались таможенные споры о корректировке таможенной стоимости (дела № А15-5640/2016, ввоз 04.07.2016, А15-579/2016, ввоз 08.12.2015, А15-2880/2016, ввоз 28.01.2016), по которым в том числе ввозились комплектующие к люстрам). 

При этом таможня на стадии таможенного контроля предъявляла такие же, как и в настоящем деле, претензии: отсутствие экспортных деклараций и прайс-листов от того же продавца и производителя; информация декларанта содержит неполные и (или) противоречивые сведения, различные характеристики товаров; в декларации отсутствует расшифровка товаров в зависимости от качественных характеристик и номеров моделей; дифференцированные сведения о стоимости товара в зависимости от характеристик каждого товара, сведения о полном наименовании товаров, их технических и коммерческих характеристиках, о товарных знаках, марках, моделях, артикулах, стандартах, в контракте цены различного штучного товара имеющего индивидуально-определенные признаки определены по общему весу). 

В соответствии с пунктом 4 статьи 65 Кодекса  и пунктом 3 статьи 2 Соглашения лицо, декларирующее таможенную стоимость ввозимых товаров, обязано подтвердить соответствие заявленных им сведений действительности (достоверность), представив в таможенный орган количественно определяемую и документально подтвержденную информацию (пункт 6 постановления № 18). 

Таможенная стоимость, определяемая по стоимости сделки с ввозимыми товарами, не может считаться документально подтвержденной и количественно определяемой, если декларант не представил доказательства совершения сделки, на основании которой приобретен товар, в любой не противоречащей закону форме или содержащаяся в представленных им документах информация о цене (здесь и далее также - предусмотренных статьей 5 Соглашения дополнительных начислениях к цене) не соотносится с количественными характеристиками товара, или отсутствует информация об условиях поставки и оплаты товара (пункт 7 постановления № 18).

Исходя из пункта 10 постановления № 18, непредставление декларантом дополнительных документов (сведений), обосновывающих заявленную им таможенную стоимость товара, само по себе не может повлечь принятие таможенным органом решения о корректировке таможенной стоимости товара, если у декларанта имелись объективные препятствия к представлению запрошенных документов (сведений) и соответствующие объяснения даны таможенному органу.

Вместе с тем при сохранении сомнений в достоверности заявленной декларантом таможенной стоимости, не устраненных по результатам дополнительной проверки, по смыслу пункта 4 статьи 69 Кодекса, решение о корректировке таможенной стоимости может быть принято таможенным органом с учетом информации, имеющейся в его распоряжении и указывающей на подтверждение выявленных признаков недостоверности. 

Однако, такие документы как прайс-лист продавца (производителя товара), на основании которого можно было бы проанализировать сведения о стоимости ввозимого товара в стране отправления и объяснить причины отличия цены сделки от цены на однородный товар, а также экспортная декларация, позволившая бы уточнить сведения, заявленные продавцом при вывозе товара в соответствии с законодательством страны вывоза, предпринимателем представлены не были, что не позволило таможенному органу устранить послужившие основанием для проведения дополнительной проверки сомнения в достоверности сведений о заявленной в ДТ таможенной стоимости товаров и правомерности ее определения по цене сделки на основании представленных предпринимателем документов.

Действия лица, ввозящего товар на таможенную территорию государства, соответствовали бы принципам разумности и осмотрительности, предъявляемым к поведению участников гражданского оборота, если бы такие субъекты при ввозе товаров по цене, значительно отличающейся от цен сделок с однородными товарами, заранее собирали доказательства, подтверждающие такую цену сделки (определения Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2015 № 303-КГ15-10416, 303-КГ15-10774, от 07.06.2017 № 306-КГ16-16638).

Более того, суд первой инстанции приостанавливал производство по делу в связи с рассмотрением указанных и иных сходных арбитражных дел (№ А15-3943/2015, А15-4111/2015, А15-3962/2015, А15-340/2015, А15-3964/2015, А15-3464/2015, А15-494/2016, А15-5221/2016, А15-5640/2016).

Судебные инстанции формально сослались на отсутствие в контракте условия о предоставлении продавцом экспортной декларации.  

Каким образом неустановление такой обязанности у иностранного продавца свидетельствует об отсутствии у него или в таможенных органах страны продавца самой экспортной декларации или отказе представить этот документы, суд также не выяснил.         

Из смысла ответа партнера декларанта не следует, что он отказался представить экспортную декларацию, а только сообщил об отсутствии такой обязанности у него по заключенному соглашению. 

Судебные инстанции сослались на отсутствие доказательств значительного отклонения заявленного индекса таможенной стоимости, отклонив довод таможни о выявлении значительного расхождения между заявленными сведениями о величине таможенной стоимости со сведениями, имеющимися в распоряжении таможенного органа. Распечатки сведений из электронных баз данных ИАС «Мониторинг-Анализ» или АС «Стоимость-1» за определенный период времени не представлены.

Различие цены сделки с ценовой информацией, содержащейся в других источниках, не относящихся непосредственно к сделке с указанной китайской компанией, не признано доказательством недостоверности условий этой сделки и основанием корректировки таможенной стоимости ввезенного предпринимателем товара.

Суд счел неверным применение таможней основы для корректировки стоимости ввозимого по спорной ДТ товара.

Так, стоимость товара, ввезенного по спорной ДТ, определена на основе стоимости товара по ДТ № 2165 (л. д. 61, 62 т. 1). 

Суд апелляционной инстанции сослался на несоответствие сведений, указанных в спорной ДТ, и ДТ № 2165 по основным параметрам (наименование, качественные характеристики, сорт, фирма-изготовитель, марка, товарный знак, маркировка, вес, условия поставки).

Суд сделал вывод о том, что названные отличия объективно свидетельствуют о различиях в стоимости данных товаров.

Кроме того, суд установил наличие в базе данных таможни иной ценовой информации таможенной стоимости аналогичного товара (люстры) с более низким индексом таможенной стоимости по сравнению с аналогичным показателем,  использованным таможней для корректировки заявленной таможенной стоимости товара по спорной ДТ (ДТ № 10130190/290915/0014841, 10130190/291015/0017274).

Доказательства обращения декларанта в таможню за консультациями в связи с наличием у него (или у таможни) информации о стоимости товаров, более близких по своим характеристикам к ввезенному по спорной ДТ, предприниматель не представил, как и за консультациями (письменными либо устными) по иным вопросам.

Таможня, напротив, предлагала предпринимателю представить пояснения и дополнительные документы, позволяющие устранить возникшие сомнения в достоверности заявленной таможенной стоимости. Декларант направил в таможню сообщение о невозможности представить документы.   

Суд не установил, имеют ли ввезенные предпринимателем товары – части для люстр из стекла, объединенные в общий вес нетто 25 430 кг, с учетом различного размера в сантиметрах, различные характеристики, формы, позволяющие их идентифицировать отдельно друг от друга. 

Приводимые таможней ДТ для сравнения свидетельствует о ввозе товаров, произведенных в Китае, различие производителей в данном случае не препятствует квалификации товаров в качестве однородных, поскольку предприниматель не представил доказательства наличия особенностей специфического характера, связанных с производителем товара, ввезенного декларантом. Оцениваемые и однородные товары имеют сходные характеристики, состоят из схожих компонентов, произведены из таких же материалов (стекло), что позволяет им выполнять одни и те же функции. Имеющиеся различия, в том числе в наименовании изделий, являются несущественными, не изменяют их характеристики и не препятствуют выполнять одни функции (пункт 1 статья 3 Соглашения). Полное совпадение наименований изделий возможно только в случае, если товары произведены одним производителем, что из сравниваемых ДТ не усматривается. 

Кроме того, возвращая предпринимателю излишне уплаченные таможенные платежи, суд не проверил текущее состояние расчетов по таможенным платежам, тогда как возврат из бюджета возможен лишь в случае отсутствия задолженности перед соответствующим бюджетом (определение Верховного Суда Российской Федерации от 22.03.2018 № 303-КГ17-20407). Какие-либо доказательства, свидетельствующие об отсутствии у декларанта задолженности перед бюджетом, в материалах дела отсутствуют.

Согласно статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств; относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Однако данное требование судом не выполнено, имеющиеся в деле доказательства оценивались в отдельности, а не в совокупности и взаимной связи, что привело к тому, что доводы и возражения таможни и представленные участвующими в деле лицами доказательства не получили должной оценки применительно к фактическим обстоятельствам дела и положениям таможенного законодательства.

Между тем от оценки доказательств и установления фактических обстоятельств зависит правовая квалификация правомерности решения таможни.

При названных условиях обжалуемые судебные акты как основанные на неполном исследовании и оценке имеющихся в материалах дела доказательств и доводов участвующих в  деле лиц, а дело – направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции для устранения указанных недостатков.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Дагестан от 30.08.2018 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.11.2018 по делу № А15-577/2016 отменить, дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Дагестан.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий                                                                         Л.А. Черных

Судьи                                                                                                           М.В. Посаженников

                                                                                                                      Т.В. Прокофьева