﻿ 

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-47630/2018

г. Краснодар

28 октября 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 23 октября 2019 года.

Постановление изготовлено в полном объеме  28 октября 2019 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Андреевой Е.В., судей Денека И.М. и Калашниковой М.Г., при участии в судебном заседании от общества с ограниченной ответственностью «Домашние сети» (ИНН 2311061835, ОГРН 1032306431783) – Беджаше Л.К. (доверенность от 01.07.2019),  от общества с ограниченной ответственностью «СвязьИнвестРегион» ? Михайловского Д.А. (доверенность от 24.06.2019), в отсутствие иных участвующих лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Домашние сети» на постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.08.2019 по делу № А32-47630/2018, установил следующее. 

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Артеком» (далее ? должник) ООО «Домашние сети» (далее ? общество) обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 134 784 722 рубля 34 копейки.

Определением суда от 30.04.2019 требования общества в размере 134 784 722 рублей 34 копеек включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника. Суд первой инстанции исходил из того, что наличие задолженности подтверждается представленными в материалы дела доказательствами.

Постановлением апелляционного суда от 26.08.2019 определение суда от 30.04.2019 отменено; в удовлетворении заявления отказано. Судебный акт мотивирован тем, что единственной целью предъявления данного требования в рамках дела о банкротстве является фиксирование задолженности в реестре аффилированного лица для осуществления контроля над деятельностью должника, что свидетельствует о наличии в действиях, как кредитора, так и должника, злоупотребления правом.

В кассационной жалобе общество просит отменить постановление апелляционного суда и оставить в силе определение суда первой инстанции. По мнению заявителя жалобы, вывод апелляционного суда об искусственном создании задолженности является необоснованным и противоречит фактическим обстоятельствам дела; денежные средства, полученные должником от общества, использованы на закупку специального оборудования с целью развития предпринимательской деятельности, извлечения прибыли и создания условий для погашения задолженности. 

В отзыве на кассационную жалобу  ООО «СвязьИнвестРегион» просит постановление апелляционной инстанции оставить без изменения, указывая на его законность и обоснованность.

В судебном заседании представитель общества поддержал доводы жалобы, представитель ООО «СвязьИнвестРегион» поддержал доводы отзыва.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, изучив материалы дела, считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, определением суда от 25.01.2019 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден Юшкин С.В. Определением суда от 03.04.2019 Юшкин С.В. отстранен от обязанностей временного управляющего. Определением суда от 25.04.2019 временным управляющим должника утвержден Попов В.С.

Общество (займодатель) обратилось в арбитражный с заявлением о включении требований в реестр требований кредиторов должника в размере 134 784 722 рублей 34 копеек, указав на следующие обстоятельства.

Общество (займодавец) и должник (заемщик) заключили договоры беспроцентного займа от 09.01.2017 № 09-01 (заем в размере 34 482 722 рублей 34 копеек; от 02.09.2015            № 02-09 (заем в размере 10 890 тыс. рублей); от 11.01.2016 № 11-01 (заем в размере               48 522 тыс. рублей); от 18.03.2015 № 18-03/1 (заем в размере 12 840 тыс. рублей); от 04.03.2016 № 04-03 (заем в размере 10 млн рублей); от 04.06.2015 № 04-06/1 (заем в размере 500 тыс. рублей); от 11.01.2018 № 11-01 (заем в размере 17 550 тыс. рублей). Указанные займы предоставлены путем перечисления денежных средств на расчетный счет должника, что подтверждается платежными поручениями на общую сумму                         134 784 722 рубля 34 копейки. Согласно ответу должника 08.10.2018 он подтверждает вышеуказанную задолженность и обязуется возвратить 134 784 722 рублей 34 копейки до 31.12.2018.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление общества, пришел к выводу о том, что наличие задолженности подтверждается представленными в материалы дела доказательствами.

Апелляционный суд не согласился с выводом суда первой инстанции, обоснованно руководствуясь следующим.

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, предусмотренным статьями 71 и 100 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее ? Закон о банкротстве), в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника. 

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», разъяснено следующее. В силу пунктов 3 – 5 статьи 71 и пунктов 3 – 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется арбитражным судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Из пункта 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей. В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (пункт 2 статьи 808 Кодекса). Из содержания названной нормы следует, что договор займа является реальной сделкой и считается заключенным с момента фактической передачи денег или других вещей.

При рассмотрении обоснованности требований кредиторов подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

В рамках дела о банкротстве суд вправе квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы 111.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"», далее ? Закон о банкротстве).

Заключение направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов сделки, имеющей целью создание подконтрольной фиктивной кредиторской задолженности для последующего уменьшения процента требований независимых кредиторов, является злоупотреблением гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Для констатации ничтожности сделки по указанному основанию помимо злоупотребления правом со стороны должника необходимо также установить факт соучастия либо осведомленности другой стороны сделки о противоправных целях должника. При этом аффилированность сторон сделки презюмирует осведомленность контрагента должника о наличии указанной цели совершения сделки.

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными.

Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016                           № 308-ЭС16-1475 и от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6)).

Апелляционный суд установил, что учредителями должника и общества, а также исполнительным органом ? директором являлись одни и те же лица. Из выписок из Единого государственного реестра юридических лиц (далее ? ЕГРЮЛ) следует, что все участники общества (ООО «СвязьИнвестРегион», Литвиненко А.А., Олейник И.В.) являются одновременно участниками должника. Директором обоих обществ является Зубков В.Э. При этом доля в уставном капитале должника указанных участников составляет: ООО «СвязьИнвестРегион» – 2%; Литвиненко А.А. ? 23,75%;                  Олейник И.В. ? 47,5%. Кроме того, общество само признает факт аффилированности и взаимозависимости, что подтверждается определением о назначении дела № 48\2019 о нарушении антимонопольного законодательства к рассмотрению от 21.02.2019.

Из материалов дела и размещенной в открытом доступе в сети Интернет бухгалтерской отчетности также следует, что общество находится на упрощенной системе налогообложения, заключает договоры с физическими лицами и юридическими лицами, не являющимися плательщиками НДС. Должник находится на общей системе налогообложения, заключает договоры с юридическими лицами, плательщиками НДС. Должник приобретает право собственности на оборудование и иное имущество (основные средства), поскольку может принять НДС к вычету, с помощью данного оборудования оба юридических лица оказывают услуги абонентам. В результате использования оборудования, принадлежащего должнику, оказываются услуги юридическим лицам ? плательщикам НДС и денежные средства от юридических лиц поступают должнику. В результате использования оборудования, принадлежащего обществу, должнику оказываются услуги физическим лицам и юридическим лицам, не являющимся плательщиками НДС, и данные денежные средства поступают обществу, которое направляет на основании платежных поручений полученные денежные средства должнику. Должник на полученные от общества денежные средства приобретает оборудование, строит новые сети передачи данных, которое совместно с обществом используют в хозяйственной деятельности.

Вместе с тем ни по одному из заявленных требований общество не получило обеспечение, займы являются беспроцентными, что следует из содержания платежных поручений, договоры займа в письменной форме в материалы дела не представлены. В подтверждение наличия заемных отношений предоставлены только платежные поручения. Кроме того, общество не принимало меры ко взысканию имеющей значительный размер задолженности в судебном порядке.

Таким образом, апелляционный суд, принимая во внимание аффилированность контрагентов по сделкам и непринятие со стороны кредитора мер ко взысканию задолженности с должника в судебном порядке до подачи требования в процедуре банкротства, сделал обоснованный вывод о том, что в настоящем случае действия заявителя не отвечают признакам разумности и экономической целесообразности. Бездействие общества в течение длительного периода по истребованию у должника задолженности по договорам займа не соответствуют поведению, ожидаемому от разумного и добросовестного участника гражданского оборота.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается. Кроме того, тот факт, что участник должника является его займодавцем, сам по себе не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату суммы займа для целей банкротства.

Вместе с тем, в силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия. По смыслу названной нормы Закона к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы займодавец не участвовал в капитале должника).

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998                  № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», статья 47 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах») объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.). Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

В этой связи при оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и займодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству. В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении займодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника. В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции займа, привлечения займа именно от аффилированного лица, предоставления финансирования на нерыночных условиях.

Суд апелляционной инстанции установил, что в нарушение положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кредитор соответствующих доказательств не представил. Процессуальное поведение сторон сделки и фактические обстоятельства спора, указывают на высокую вероятность мнимого характера задолженности, искусственно созданной для неправомерного распределения конкурсной массы в пользу фиктивного кредитора, то есть в ущерб прав независимых конкурсных кредиторов должника, что в силу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации недопустимо.

Исходя из вышеизложенного, апелляционный суд, учитывая конкретные обстоятельства данного спора, оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательства, представленные участвующими в настоящем обособленном споре лицами в обоснование своих требований и возражений, принимая во внимание характер спорного обязательства должника, руководствуясь статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришел к верному выводу об отсутствии правовых оснований для включения в реестр требований кредиторов должника требования общества в размере 134 784 722 рублей 34 копеек, поскольку преследуемые заявителем цели имеют противоправный характер и не подлежат правовой защите.

Доводы кассационной жалобы по существу направлены на переоценку доказательств, которые апелляционный суд оценил с соблюдением норм главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

При таких обстоятельствах основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.08.2019 по делу              № А32-47630/2018  оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

 

Председательствующий                                                                                 Е.В. Андреева

Судьи                                                                                                                И.М. Денека

                                                                                                                           М.Г. Калашникова