ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А75-6254/2018

11 ноября 2020 года

город Омск

Резолютивная часть постановления объявлена  05 ноября 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме  11 ноября 2020 года

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  Брежневой О.Ю.

судей  Котлярова Н.Е., Смольниковой М.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-9290/2020) Дегтеревой Любови Степановны на определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 27 июля 2020 года по делу № А75-6254/2018 (судья Бетхер В.А.), вынесенное по результатам рассмотрения жалобы Дегтеревой Любови Степановны на действия (бездействие) финансового управляющего Трапезникова Дмитрия Владимировича, при участии в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, саморегулируемой организации Союз «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Северо - Запада», Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре, общества с ограниченной ответственностью «Страховая компания «АрсеналЪ», Узиковой Ирины Петровна, Узиковой Татьяны Павловны, Узиковой Елены Павловны, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Узикова Павла Евгеньевича (ИНН 861600555782),

при участии в судебном заседании с использованием системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания) представителя ИП ФИО2 – ФИО8 по доверенности № 2020/1608 от 16.08.2020,

установил:

определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 07.12.2018 признано обоснованным заявление публичного акционерного общества «Сбербанк России», в отношении ФИО7 (далее – ФИО7, должник) введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3. 

Решением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 06.06.2019 ФИО7 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина сроком на пять месяцев, финансовым управляющим должника утвержден ФИО3 

Сведения о признании должника несостоятельным (банкротом) и введении в отношении него процедуры реализации имущества гражданина опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 20.06.2019 № 71. 

ФИО2 (далее – ФИО2, кредитор, заявитель, податель жалобы) обратилась в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры 27.03.2020 с жалобой на действия (бездействие) финансового управляющего ФИО3, в которой кредитор просила суд: 

- признать действия финансового управляющего по исключению из конкурсной массы ФИО7 денежных средств в размере ½ величины прожиточного минимума на каждого ребенка незаконными; 

- включить в конкурсную массу денежные средства в сумме 106 331 руб., исключенные финансовым управляющим из конкурсной массы в период проведения процедуры реализации за период с 30.05.2019 по 29.12.2019; 

- включить в конкурсную массу должника все денежные средства, поступающие должнику, за исключением величины прожиточного минимума на должника по ХМАО-Югре. 

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 07.04.2020 жалоба принята судом к производству, назначено судебное заседание по ее рассмотрению, к участию в обособленном споре привлечены саморегулируемая организация Союз «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Северо-Запада», Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре, общество с ограниченной ответственностью «Страховая компания «АрсеналЪ», ФИО4 (супруга должника), ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ г.р. (дочери должника).

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 27.07.2020 в удовлетворении жалобы ФИО2 отказано.

Не соглашаясь с принятым судебным актом, ФИО2 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение суда отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

В обоснование апелляционной жалобы подателем указано, что ни должником, ни финансовым управляющим не представлено доказательств того, что с момента совершеннолетия дочери находились на содержании (обеспечении) должника до признания его банкротом; отзыв должника поступил после объявления резолютивной части определения, в связи с чем суд первой инстанции неправомерно отразил и учел доводы должника в определении; выводы о трудовой деятельности детей и их доходах (стипендии) подтверждаются материалами дела; проигнорированы доводы кредитора о раздельном проживании детей и должника.

Отзывы на апелляционную жалобу не поступили.

До начала судебного заседания в материалы спора от ФИО2 поступило ходатайство о приобщении копии постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 05.07.2020.

В заседании суда апелляционной инстанции, проведенном с использованием системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания), представитель ФИО2 поддержал ходатайство о приобщении дополнительных доказательств к материалам дела, поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, считал определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, просил его отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Иные лица, надлежащим образом извещенные в соответствии со статьей 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили. На основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.

Возможность предоставления в суд апелляционной инстанции дополнительных доказательств ограничена нормами статьи 268 АПК РФ.

Дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, независящим от него, и суд признает эти причины уважительными (часть 2 статьи 268 АПК РФ).

В обоснование невозможности представления копии постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 05.07.2020 податель жалобы указал, что указанный документ получен 25.09.2020, в подтверждение представлено сопроводительное письмо.

Между тем, представленная копия постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 05.07.2020, как следует из сопроводительного письма от 25.09.2020 № 86904/20/27437, была запрошена ФИО2 обращением от 26.08.2020 – после вынесения обжалуемого судебного акта, в связи с чем представленный документ является новым доказательством, не принят судом апелляционной инстанции и возвращается заявителю.

Поскольку вышеуказанные документы направлены ФИО2 в электронном виде, они не подлежат возврату представившему их лицу на бумажном носителе.

Повторно рассмотрев материалы дела, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно статье 60 Закона о банкротстве жалобы кредиторов о нарушении их прав и законных интересов подлежат рассмотрению арбитражным судом в порядке и сроки, установленные пунктом 1 указанной статьи Закона о банкротстве. 

В таком же порядке и в сроки рассматриваются жалобы лиц, участвующих в деле о банкротстве, на действия арбитражного управляющего, решения собрания кредиторов или комитета кредиторов, нарушающие права и законные интересы лиц, участвующих в арбитражном процессе в деле о банкротстве (пункт 3 статьи 60 Закона о банкротстве).

Основанием удовлетворения жалобы на действия (бездействие) арбитражного управляющего является установление арбитражным судом: 

- или факта несоответствия этих действий законодательству о банкротстве (неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим своих обязанностей); 

- или факта несоответствия этих действий требованиям разумности; 

- или факта несоответствия этих действий требованиям добросовестности. 

При этом жалоба может быть удовлетворена только в случае, если вменяемыми неправомерными или недобросовестными или неразумными действиями (бездействием) арбитражного управляющего действительно нарушены те или иные права и законные интересы подателя жалобы. 

При рассмотрении жалоб на действия (бездействие) арбитражного управляющего бремя доказывания должно распределяться следующим образом: лицо, обратившееся с жалобой, обязано доказать наличие незаконного, недобросовестного или неразумного поведения арбитражного управляющего и то, что такое поведение нарушает права и законные интересы этого лица, а арбитражный управляющий обязан представить доказательства отсутствия его вины в этом поведении или обосновать соответствие его действий требованиям добросовестности и разумности. 

В настоящем обособленном споре ФИО2, обладая статусом конкурсного кредитора, обратилась с жалобой на действия финансового управляющего ФИО3

Доводы жалобы ФИО2 сводятся к следующему. 

Как следует из материалов дела, у должника имеется 2 (двое) детей – ФИО5 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.) и ФИО6 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.). 

Согласно поступившему ответу из ГУ-ОПФР по ХМАО-Югре ФИО5 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.) в период с 01.01.2015 по 31.12.2017 осуществляла трудовые функции, что подтверждается уплатой страховых взносов на обязательное пенсионное обеспечение в указанный период, а именно: 

- в период с 01.01.2015 по 31.12.2016 – в ГУ РО Фонда социального страхования РФ по ХМАО-Югре; 

- в период с 01.07.2016 по 31.12.2018 – в Комитете по финансам налоговой политики Администрации Кондинского района; 

- в период с 01.07.2015 по 31.12.2018 – в МУ «Культурно-досуговый комплекс «РОНДО». 

ФИО6 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.) согласно сведениям ПФР осуществляла трудовые функции в: 

- ГУ РО Фонда социального страхования по ХМАО-Югре в период с 01.01.2017 по 30.09.2019; 

- МАУ «Районный центр молодежных инициатив «Ориентир» в период с 01.04.2017 по 30.03.2019. 

Согласно представленным самим ФИО7 сведениям дочери совместно с ним не проживают. 

Так, ФИО5, зарегистрирована по адресу: 628200, ХМАО-Югра, Кондинский р-н, пгт. Междуреченский, ул. 50 лет Победы, 30, а ФИО6 – по адресу: 628200, ХМАО-Югра, Кондинский р-н, пгт. Междуреченский, ул. Глинки, 21А. 

Данные обстоятельства подтверждаются справками о назначении государственной социальной помощи (т. 4 л.д. 16-17). 

Как следует из материалов дела, дочери должника проходят обучение в следующих учебных организациях: ФИО5 – ФГБОУВО «Российский государственный педагогический университет им. А.И. Герцена», расположенный по адресу: 191186, г.Санкт-Петербург, Набережная реки Мойки, д.48. 

ФИО6 – ФГАОУВО «Российский Университет Дружбы Народов», расположенный по адресу: 117198, Москва, ул. Миклухо-Маклая, д. 6. 

Согласно сведениям ФГБОУВО «Российский государственный педагогический университет им. А.И. Герцена» ФИО5 в период с января по декабрь 2019 года получила денежных средств в качестве стипендии на общую сумму 116 000 руб., большую часть из которой составила социальная стипендия. 

В период с января по апрель 2020 года получено 26 396,77 руб., из которых большую часть также составила социальная стипендия. 

Согласно сведениям ФГАОУВО «Российский Университет Дружбы Народов» ФИО6 в период с сентября 2019 года по март 2020 года получила в качестве стипендии 22 000 руб., из которых 12 000 руб. составила социальная стипендия. 

По мнению заявителя, получение ФИО5 и ФИО6 социальных стипендий указывает на то, что они фактически находятся на иждивении у Российской Федерации, а не должника. 

Согласно поступившим ответам из кредитных учреждений, ФИО7 каких-либо перечислений денежных средств на содержание своих дочерей не осуществлял, денежные средства им не переводил и не отправлял. 

ФИО7 и его финансовым управляющим не представлено каких-либо доказательств того, что ФИО7 осуществлялось содержание своих дочерей: покупались какие-либо вещи, оплачивалась аренда жилья, проживание в студенческих общежитиях и прочее. Не представлено таких сведений и самими дочерьми ФИО7 

При указанных обстоятельствах кредитор полагает, что действия финансового управляющего по исключению из конкурсной массы должника денежных средств в размере ½ величины прожиточного минимума на каждого ребенка ФИО7 являются незаконными. Фактических и правовых оснований для исключения денежных средств в указанном размере не имелось и не имеется. 

Доводы жалобы также дополнены указанием на факт отдыха дочерей должника за границей в 2017-2019 годах.

В представленном отзыве финансовый управляющий возражает против удовлетворения заявленных требований, поскольку дочери должника нигде официально не трудоустроены и полный рабочий день не работают, а также обучаются в высших учебных заведениях по очной форме обучения. 

ФИО7 в представленном отзыве сообщил, что ФИО5 осуществляла трудовую деятельность параллельно с учебой в школе по трудовому договору в ГУ РО Фонда социального страхования РФ по ХМАО-Югре в период с 01.01.2015 по 31.12.2016 и в ее трудовые обязанности входило мытье полов в офисе Фонда два раза в неделю. Вознаграждение по договору составляло порядка 40 000 руб. в год или около 3 300 руб. в месяц. Кроме того, с этой суммы удерживался НДФЛ 13%.

По поводу работы ФИО5 в период с 01.07.2016 по 31.12.2018 в Комитете по финансам налоговой политики Администрации Кондинского района должник поясняет, что это были разовые договоры на один месяц на время отпуска основного сотрудника, отвечающего за делопроизводство. 

Относительно работы ФИО5 в период с 01.07.2015 по 31.12.2018 в МУ «Культурно-досуговый комплекс «РОНДО» должник отмечает, что это была занятость детей в летний период времени в трудовом отряде как поощрение за хорошие успехи в учебе, активную общественную жизнь и в тоже время нуждающихся в поддержке (финансовое стимулирование). Договор заключался на один летний месяц. Оплата по нему составила порядка 4 000 руб. 

ФИО6 осуществляла трудовые функции в ГУ-ОРО Фонда социального страхования по ХМАО-Югре в период с 01.01.2017 по 30.09.2019 параллельно с учебой в школе по трудовому договору и в ее трудовые обязанности входило мытье полов в офисе Фонда два раза в неделю. Вознаграждение по договору составляло порядка 37 000 руб. в год или около 3 000 в месяц. Кроме того, с этой суммы удерживался НДФЛ 13%.

Таким же образом осуществлялась занятость в летний месяц в МАУ «Районный центр молодежных инициатив «Ориентир» в период с 01.04.2017 по 30.03.2019 как финансовая поддержка особо нуждающихся детей. Это были разовые выплаты за работу в трудовом лагере. 

Как поясняет должник, семья жила практически за чертой бедности, родители часто не могли обеспечить детей самым необходимым (работала одна супруга, у которой из зарплаты по исполнительным листам удерживается 50% дохода), детям приходилось в ущерб учебе искать дополнительные заработки. 

Относительно того, что ФИО5 зарегистрирована по адресу: 628200, ХМАО-Югра, Кондинский р-н, пгт. Междуреченский, ул. 50 лет Победы, д.30, а ФИО6 – по адресу: 628200, ХМАО-Югра, Кондинский р-н, пгт.Междуреченский, ул.Глинки, д. 21А, должник пояснил, что поскольку единственное жилье семьи было заложено в качестве обеспечения обязательств по кредитному договору от 05.09.2006 (в залог Банку передан жилой дом и земельный участок по адресу: ул. Днепропетровская, д.8, кв.2, п.Междуреченский, Кондинского района) и предстояла реализация залогового имущества, дети были прописаны по другому адресу: ФИО5 с 31.07.2018, а ФИО6 с 04.11.2019. 

Фактически дети проживали с родителями, а во время учебы – по месту учебы. 

Как резюмирует должник, требования об исключении из конкурсной массы ФИО7 денежных средств в размере ½ величины прожиточного минимума на каждого ребенка должника являются обоснованными, так как ФИО5 и ФИО6 обучаются на очном отделении в вузах, которые находятся в г. Санкт-Петербурге и г. Москве, соответственно, ½ величины прожиточного минимума составляет порядка 7 000 руб. в месяц и является ничтожно малой суммой на содержание. 

Должнику с супругой, как родителям, приходится нести дополнительные расходы на оплату стоимости проживания, питания, покупки одежды, оплаты сотовой связи и т.д. Кроме того, детям приходится покупать билеты для проезда к месту учебы и обратно, а также приезд на каникулы. 

При этом ФИО6 не предоставили при поступлении в ВУЗ общежитие по причине отсутствия мест (было предоставлено только в феврале 2020 года), до февраля 2020 года ей приходилось ночевать в хостелах, до тех пор пока не было найдено съемное жилье. Перечисления и оплата производились с карты супруги ФИО4, так как все счета должника были заблокированы в связи с банкротством, а со специального счета, открытого на имя должника, за перевод денежных средств на карты детей взималась бы комиссия банка, что является дополнительными расходами. В этой связи суммы ежемесячно снимались и вносились на карту супруги должника.

Оценив в порядке статьи 71 АПК РФ изложенные ФИО2 доводы и представленные в материалы дела доказательства (в подавляющем большинстве истребованные по заявлениям кредитора), суд первой инстанции заключил о недоказанности незаконности действий финансового управляющего. 

Так, по заявлениям ФИО2 в материалы дела истребованы сведения о финансовом и имущественном состоянии должника, его супруги, а также дочерей. Представленные доказательства подтвердили факт отсутствия у дочерей должника движимого и недвижимого имущества, а также стабильного дохода от трудовой деятельности. 

Вопреки доводам заявителя, дочери должника официально не трудоустроены на основное место работы на полный рабочий день и в настоящее время продолжают обучение в высшем учебном заведении по очной форме обучения. 

Трудоустройство ФИО5 и ФИО6 в ГУ РО Фонда социального страхования РФ по ХМАО-Югре, Комитете по финансам налоговой политики Администрации Кондинского района, МУ «Культурно-досуговый комплекс «РОНДО», МАУ «Районный центр молодежных инициатив «Ориентир», носило эпизодический характер и было связано с социально-трудовой активностью в летний (неучебный) период. 

Суд первой инстанции отметил, что факт получения дочерьми ФИО7 стипендий от высших учебных заведений, в которых они обучаются, не отменяет предусмотренной Семейным кодексом Российской Федерации (далее – СК РФ) обязанности должника как отца по содержанию своих детей. Более того, стипендия не является постоянно гарантированным и стабильным источником дохода, поскольку связана с успеваемостью студентов. 

Нахождение детей должника за границей в период с 2017 по 2019 годы в контексте заявленных кредитором требований суд первой инстанции правомерно признал не имеющим правового значения для правильного рассмотрения спора, при этом указав, что активная роль суда при рассмотрении дел о несостоятельности (банкротстве) не означает возможность безграничного вмешательства в личную жизнь граждан в отсутствие на то правовых оснований. 

Суд апелляционной инстанции находит приведенные выводы правильными, обоснованными и законными.

Положением пункта 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве определено, что отношения, связанные с банкротством граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, регулируются параграфами 1.1 и 4 главы X Закона, а при отсутствии специальных правил, регламентирующих особенности банкротства этой категории должников - главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – Постановление № 45), при рассмотрении дел о банкротстве граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, суды должны учитывать необходимость обеспечения справедливого баланса между имущественными интересами кредиторов и личными правами должника (в том числе его правами на достойную жизнь и достоинство личности).

Согласно пункту 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве, при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

В соответствии с пунктом 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве из конкурсной массы должника исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» разъяснено, что по общему правилу, в конкурсную массу гражданина включается все его имущество, имеющееся на день принятия арбитражным судом решения о признании гражданина банкротом и введении процедуры реализации имущества, а также имущество, выявленное или приобретенное после принятия указанного решения (пункт 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве), в том числе заработная плата и иные доходы должника.

В конкурсную массу не включаются получаемые должником выплаты, предназначенные для содержания иных лиц (например, алименты на несовершеннолетних детей; страховая пенсия по случаю потери кормильца, назначенная ребенку; пособие на ребенка; социальные пенсии, пособия и меры социальной поддержки, установленные для детей-инвалидов, и т.п.). 

Из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством, в том числе деньги в размере установленной величины прожиточного минимума, приходящейся на самого гражданина-должника и лиц, находящихся на его иждивении (абзац первый пункта 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве, статья 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ).

Вопросы об исключении из конкурсной массы указанного имущества (в том числе денежных средств), о невключении в конкурсную массу названных выплат решаются финансовым управляющим самостоятельно во внесудебном порядке. 

Статьей 38 Конституции Российской Федерации установлено, что материнство и детство, семья находятся под защитой государства. Забота о детях, их воспитание - равное право и обязанность родителей (часть 2 статьи 38).

Политика Российской Федерации как социального государства направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека; в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей, обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства и детства, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты; материнство и детство, семья находятся под защитой государства; мужчины и женщины имеют равные права и свободы и равные возможности для их реализации (статья 7, часть 3 статьи 19, часть 1 статьи 38 Конституции Российской Федерации).

Приведенным положениям Конституции Российской Федерации, обусловливающим необходимость обеспечения на основе общепринятых в социальных государствах стандартов родителям и другим лицам, воспитывающим детей, возможности достойно выполнять соответствующие социальные функции, корреспондируют требования Конвенции о правах ребенка (одобрена Генеральной Ассамблеей ООН 20.11.1989), которая исходя из принципа приоритета интересов и благосостояния детей во всех сферах жизни обязывает подписавшие ее государства принимать все законодательные и административные меры к тому, чтобы обеспечить детям необходимые для их благополучия защиту и заботу, принимая во внимание права и обязанности родителей, опекунов и других лиц, несущих за них ответственность по закону (пункт 2 статьи 3 Конвенции).

В соответствии со статьей 2 СК РФ к членам семьи относятся супруги, родители, дети (усыновители и усыновленные), независимо от того, проживают ли они совместно.

Согласно пункту 1 статьи 65 СК РФ родительские права не могут осуществляться в противоречии с интересами детей. Обеспечение интересов детей должно быть предметом основной заботы их родителей. При осуществлении родительских прав родители не вправе причинять вред физическому и психическому здоровью детей, их нравственному развитию.

Семейный кодекс Российской Федерации закрепляет право ребенка на получение содержания от своих родителей (пункт 1 статьи 60) и корреспондирующую этому праву обязанность родителей содержать своих несовершеннолетних детей (пункт 1 статьи 80).

В соответствии с пунктом 1 статьи 63 СК РФ родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей. Они обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей. Реализация родительских прав, связанных с воспитанием и развитием детей, предполагает решение родителями вопросов, в том числе и по материальному обеспечению детей.

Иждивение несовершеннолетних детей родителей презюмируется и не требует доказательств. Презумпция нахождения ребенка до достижения возраста 18 лет на иждивении родителей следует из норм семейного права. Согласно СК РФ ребенком признается лицо, не достигшее возраста 18 лет (совершеннолетия) (пункт 1 статьи 54), родители обязаны содержать своих несовершеннолетних детей (пункт 1 статьи 80). Следовательно, до достижения ребенком совершеннолетия всю ответственность за его воспитание и содержание несут родители.

Однако в рассматриваемом случае кредитором оспариваются действия финансового управляющего, выраженные в исключении из конкурсной массы, формируемой в деле о несостоятельности ФИО7, денежных средств на содержание совершеннолетних детей, являющихся студентами очной формы обучения высших учебных заведений.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, законодатель, обеспечивая возможность удовлетворения интересов и защиты имущественных прав управомоченного в силу гражданско-правового обязательства лица (кредитора, взыскателя), должен исходить из направленности политики Российской Федерации как социального государства на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека, а также из конституционных основ правового статуса личности; конкретный размер удержания из заработной платы и иных доходов должника при исполнении исполнительного документа подлежит исчислению с учетом всех обстоятельств данного дела, при неукоснительном соблюдении таких принципов исполнительного производства, как уважение чести и достоинства гражданина и неприкосновенность минимума имущества, необходимого для существования должника-гражданина и членов его семьи; при определении размера удержания из источника дохода, являющегося для должника единственным источником существования, надлежит учитывать, в числе прочего, размер этого дохода с тем, чтобы обеспечить самому должнику и лицам, находящимся на его иждивении, условия, необходимые для их нормального существования (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 12.07.2007 № 10-П).

Как разъяснено в абзаце 3 подпункта «б» пункта 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02.07.2009 № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», при определении круга лиц, относящихся к нетрудоспособным иждивенцам, судам необходимо руководствоваться вышеприведенными пунктами 2 и 3 статьи 9 Федерального закона Российской Федерации от 17.12.2001 № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» (далее – Закон о трудовых пенсиях), в которых дается перечень нетрудоспособных лиц, а также устанавливаются признаки нахождения лица на иждивении.

По правилу подпункта 1 пункта 2 статьи 9 Закона о трудовых пенсиях нетрудоспособными членами семьи рассматриваемого лица (в данном случае должника) признаются дети, обучающиеся по очной форме по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет.

В процессе рассмотрения апелляционной жалобы установлено, что должник имеет двух дочерей, не достигших на момент рассмотрения жалобы конкурсного кредитора и настоящей апелляционной жалобы, 23-летнего возраста, которые являются студентами очной формы обучения, не имеют постоянного самостоятельного дохода в понятии норм главы 21 Трудового кодекса Российской Федерации, понуждение к извлечению которого не имеет оснований до окончания очного обучения в ВУЗе.

Исходя из аналогии закона (статья 9 Закона о трудовых пенсиях) ФИО5 и ФИО6 признаются нетрудоспособными иждивенцами, находящимися на содержании должника.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что согласно положениям пункта 1 статьи 36 Федерального закона от 29.12.2012 № 237-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» стипендией признается денежная выплата, назначаемая обучающимся в целях стимулирования и (или) поддержки освоения ими соответствующих образовательных программ, в связи с чем не может быть признана источником постоянного дохода.

Суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что обучение совершеннолетнего ребенка по очной форме по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, может служить фактором определения иждивения и нетрудоспособности применительно к семейным правоотношениям, исходя из определения, данного в подпункте 1 пункта 2 статьи 9 Закона о трудовых пенсиях.

Ссылка заявителя на постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 15.03.2019 по делу № А75-4573/2018 обоснованно отклонена арбитражным судом, поскольку данный судебный акт принят при иных фактических обстоятельствах дела, а также отменен постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 04.06.2019.

Указание в апелляционной жалобе на то, что отзыв должника поступил после объявления резолютивной части определения, в связи с чем суд первой инстанции неправомерно отразил и учел доводы должника в обжалуемом определении, судебная коллегия отклоняет как не являющееся основанием для отмены судебного акта, обращая при этом внимание на то, что согласно сведениям, размещенным в информационной системе «Картотека арбитражных дел» (http://kad.arbitr.ru/) во вкладке «Электронное дело», указанный процессуальный документ поступил через систему «Мой Арбитр» 20.07.2020, что также отражено на штампе входящей корреспонденции суда в графе «Дата и время поступления в систему «Мой Арбитр», соответственно к моменту возобновления судебного заседания, в котором согласно определению от 13.07.2020 объявлялся перерыв до 20.07.2020, суд первой инстанции располагал указанным электронным документом. 

Доводы апелляционной жалобы признаются несостоятельными, поскольку не содержат фактов, которые не были учтены, проверены судом при рассмотрении дела, имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на обоснованность и законность обжалуемого судебного акта либо опровергали выводы суда.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены определения Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 27.07.2020.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой  арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 27 июля 2020 года  по делу № А75-6254/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Председательствующий

О.Ю. Брежнева

Судьи

Н.Е. Котляров

 М.В. Смольникова