ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

№ 11АП-1761/2024

Дело № А55-2160/2022

г. Самара

03 мая 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 17 апреля 2024 года

 Постановление в полном объеме изготовлено 03 мая 2024 года

 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Машьяновой А.В., 

судей Гадеевой Л.Р., Львова Я.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Туфатуллиной И.В.,

с участием:

ФИО1 – лично (паспорт),

от ФИО1 – ФИО2 доверенность от 07.06.2021,     

от ООО «МонолитСтрой» - ФИО3 доверенность от 13.10.2022,

иные лица не явились, извещены,

рассмотрев в открытом судебном заседании 17 апреля 2024 года в помещении суда в зале №2 апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО4 на определение Арбитражного суда Самарской области от 28 декабря 2023 года, вынесенное по результатам рассмотрения заявления финансового управляющего ФИО4 о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности сделок, к ответчикам - ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8

 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Гориной (прежние фамилии - ФИО13, ФИО10) Татьяны Борисовны,

 

                                                              УСТАНОВИЛ:

ФИО9 (прежние фамилии – ФИО13, ФИО10) Татьяна Борисовна (должник) обратилась в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о признании ее несостоятельным (банкротом), просила ввести в отношении нее процедуру реализации имущества, мотивируя данное заявление наличием задолженности перед кредиторами в размере 411 116, 24 руб. 

Определением Арбитражного суда Самарской области от 01.02.2022 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 09.03.2022 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим должника утвержден ФИО4, член Ассоциации «МСО ПАУ».

От финансового управляющего ФИО4 поступило заявление об оспаривании сделки.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 20.03.2023 приняты уточнения заявленных требований, согласно которым заявитель просил признать недействительной сделку по отчуждению земельного участка с кадастровым номером 63:17:1201001:2179, площадью 1493 кв.м, расположенного по адресу: Местоположение: Самарская область, Волжский район, сельское поселение Лопатино, 

<

...> с находящемся на данном участке жилым домом с кадастровым номером 63:17:1203001:275, площадью 124,8 кв.м, совершенную между ФИО11 с одной стороны и ФИО7 и ФИО8, с другой, путем последовательно заключенных сделок: 

договора дарения жилого дома с кадастровым номером 63:17:1203001:275, площадью 124,8 кв.м и земельного участка с кадастровым номером 63:17:1201001:2179, площадью 1493 кв.м, расположенных по адресу: Самарская область, Волжский район, сельское поселение Лопатино, 

<

...>, заключенного 20.03.2020 между ФИО12 и ФИО13; 

свидетельства о праве на наследство по закону выданного нотариусом ФИО14 06.07.2021 ФИО5 63 АА 6619822 в рамках наследственного дела № 214/2021, зарегистрировано в реестре: № 63/65-н/63-2021- 3-932, согласно которого ФИО5 унаследовала жилой дом, находящийся по адресу: Самарская область, Волжский район, с.п. Лопатино, 

<

...> с кадастровым номером 63:17:1203001:275 и земельный участок, находящийся по адресу: Самарская область, Волжский район, с.п. Лопатино, 

<

...>, с кадастровым номером 63:17:1201001:2179; 

договора купли-продажи жилого дома и земельного участка, заключенного 28.07.2021 между ФИО5 и ФИО6, на основании которого управлением Росреестра по Самарской области 19.08.2021 был зарегистрирован переход права собственности на жилой дом с кадастровым номером 63:17:1203001:275, площадью 124,8 кв.м и земельный участок с кадастровым номером 63:17:1201001:2179, площадью 1493 кв.м, расположенные по адресу: Самарская область, Волжский район, сельское поселение Лопатино, 

<

...>, с ФИО5 на ФИО6; 

договора купли-продажи жилого дома и земельного участка, заключенного 30.09.2021 между ФИО6 и ФИО7 и ФИО8, на основании которого Управлением Росреестра по Самарской области 11.10.2021 был зарегистрирован переход права собственности на жилой дом с кадастровым номером 63:17:1203001:275, площадью 124,8 кв.м. и земельный участок с кадастровым номером 63:17:1201001:2179, площадью 1493 кв.м, расположенные по адресу: Самарская область, Волжский район, сельское поселение Лопатино, 

<

...>, с ФИО6 к ФИО8 и ФИО7 

и применении последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу ФИО1 жилого дома с кадастровым номером 63:17:1203001:275, площадью 124,8 кв.м и земельного участка с кадастровым номером 63:17:1201001:2179, площадью 1493 кв.м, расположенных по адресу: Местоположение: Самарская область, Волжский район, сельское поселение Лопатино, 

<

...>.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 05.07.2023 к рассмотрению обособленного спора в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены - ФИО15 и его финансовый управляющий - ФИО4.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 28.12.2023 в удовлетворении заявления финансовому управляющему ФИО4 о признании недействительными сделок и применении последствий недействительности сделок, к ответчикам - к ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, отказано.

Не согласившись с принятым судом первой инстанции судебным актом, финансовый управляющий ФИО4 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение суда первой инстанции, в которой просит его отменить и принять по делу новый судебный акт. 

В обоснование апелляционной жалобы, заявитель ссылается на нарушение судом первой инстанции при вынесении обжалуемого судебного акта положений ст. 270 АПК РФ, указывая, что институт исполнительского иммунитета ст. 446 ГПК РФ в отношении спорного имущества был использован должником для искусственного создания ситуации, при которой спорные земельный участок и жилой дом стали единственным жильем должника, что является основанием для отказа в его применении вследствие допущенного должником злоупотребления правом.

Кроме того, при принятии обжалуемого судебного акта судом не принято во внимание наличие в производстве Волжского районного суда Самарской области гражданского дела по иску ФИО15 к ФИО1 о признании спорного имущества - жилого дома по адресу: Самарская область, Волжский район, сельское поселение Лопатино, 

<

...> - совместно нажитым, а также суд не учел наличие у должника права пользования в отношении квартиры по адресу: 

<

...>.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.02.2024 апелляционная жалоба оставлена без движения.

После устранения заявителем обстоятельств, послуживших основанием для оставления апелляционной жалобы без движения, определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.03.2024 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 17.04.2024.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

17.04.2024 от финансового управляющего ФИО4 в материалы дела поступило письменное дополнение к апелляционной жалобе, которое приобщено судом к материалам апелляционного производства в порядке ст. 262 АПК РФ.

В судебном заседании представитель ООО «МонолитСтрой» поддержал доводы апелляционной жалобы, просил отменить обжалуемое определение суда первой инстанции.

ФИО1 и представитель должника возражали против доводов апелляционной жалобы, просили оставить обжалуемое определение суда первой инстанции без изменения. 

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Судебная коллегия считает, что материалы дела содержат достаточно доказательств для рассмотрения апелляционной жалобы по существу. Каких-либо доказательств затруднительности или невозможности своевременного ознакомления с материалами дела в электронном виде в системе "Картотека арбитражных дел" сети Интернет, лицами, участвующими в деле, представлено не было. Отсутствие отзывов на апелляционную жалобу от иных лиц, участвующих  в деле, по мнению суда апелляционной инстанции, не влияет на возможность рассмотрения апелляционной жалобы по существу. 

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения  судом  первой  инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле документам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта по следующим основаниям.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 20.03.2020 между ФИО1 (даритель) и ФИО13 (одаряемый) заключен договор дарения земельного участка с кадастровым номером 63:17:1201001:2179, площадью 1493 кв.м., расположенного по адресу: Самарская область, Волжский район, сельское поселение Лопатино, 

<

...>, с находящимся на данном участке жилым домом с кадастровым номером 63:17:1203001:275, площадью 124,8 кв.м.

Государственная регистрация перехода права собственности к ФИО13 на спорные объекты недвижимости осуществлена 01.04.2020.

В последующем, после смерти ФИО13 на основании свидетельства о праве на наследство по закону от 06.07.2021 63 АА 6619822 спорные объекты недвижимости унаследовала ФИО5 (родная сестра ФИО1).

Государственная регистрация перехода права собственности к ФИО5 на спорные объекты недвижимости осуществлена 26.07.2021.

Далее, 28.07.2021 между ФИО5 (продавец) и ФИО6 (покупатель) заключен договор купли-продажи жилого дома и земельного участка, в соответствии с которым продавец продал, а покупатель купил земельный участок площадью 1493 кв.м. и расположенный на данном участке одноэтажный жилой дом общей площадью 124,8 кв.м., находящийся по адресу: Самарская область, Волжский район, сельское поселение Лопатино, 

<

...>.

Государственная регистрация перехода права собственности к ФИО6 на спорные объекты недвижимости осуществлена 19.08.2021.

После чего, 30.09.2021 по договору купли-продажи жилого дома и земельного участка, заключенному межу ФИО6 Владимировной (продавец), ФИО7 (покупатель) и ФИО8 (покупатель), продавец обязался передать в общую долевую собственность, а покупатели принять в общую долевую собственность и оплатить, в соответствии с условиями договора, жилой дом общей площадью 124,8 кв.м. и земельный участок общей площадью 1493 кв.м., а именно: ФИО8 – ? доля в праве, ФИО7 – ? доля в праве.

Государственная регистрация перехода права собственности к ФИО7 и ФИО8 на спорные объекты недвижимости осуществлена 11.10.2021.

Полагая, что указанные сделки представляют собой цепочку последовательных сделок, направленных на вывод имущества должника, и являются недействительными по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сославшись на статьи 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), финансовый управляющий должника ФИО4 обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением с учетом принятого судом в порядке ст. 49 АПК РФ уточнения заявленных требований.

Отказывая финансовому управляющему в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции руководствовался следующим.

Отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве.

Согласно статье 61.9, пункту 3 статьи 129 Закона о банкротстве арбитражный управляющий и конкурсный кредитор, если размер кредиторской задолженности перед ним, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его аффилированных лиц, вправе обращаться в суд с заявлениями об оспаривании сделок должника.

В Определении от 31.07.2017 № 305-ЭС15-11230 Верховный Суд Российской Федерации сформулировал следующие правовые позиции:

- цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться сделка, направленная на прямое отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю. Наличие доверительных отношений позволяет отсрочить юридическое закрепление прав на имущество в государственном реестре, объясняет разрыв во времени между притворными сделками и поэтому не может рассматриваться как обстоятельство, исключающее ничтожность сделок;

- при признании судом цепочки сделок притворными как прикрывающими сделку между первым продавцом и последним покупателем возврат имущества от конечного покупателя ее первоначальному продавцу осуществляется с использованием реституционного механизма, а не путем удовлетворения виндикационного иска;

- споры о признании недействительной сделки, которую прикрывает цепочка последовательно совершенных сделок, по основаниям, предусмотренным положениями Закона о банкротстве, относятся к компетенции арбитражного суда, рассматривающего дела о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Как следует из разъяснений, данных в пунктах 8, 17 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) сделки, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 указанной статьи.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пунктах 5 - 7 Постановления №63, для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества (пункт 5).

Согласно абзацам 2 - 5 пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Статьей 9 АПК РФ установлено, что судопроизводство в арбитражном процессе осуществляется на основе состязательности. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

 В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно пункту 1 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в статье 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 данного закона презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3, 6 Закона о банкротстве, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве  предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 данного закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Из материалов дела усматривается, что оспариваемые сделки по отчуждению спорного имущества – земельного участка с кадастровым номером 63:17:1201001:2179, площадью 1493 кв.м., расположенного по адресу: Самарская область, Волжский район, сельское поселение Лопатино, 

<

...>, с находящимся на данном участке жилым домом с кадастровым номером 63:17:1203001:275, площадью 124,8 кв.м. совершены 01.04.2020, 26.07.2021, 19.08.2021 и 11.10.2021 (дата государственной регистрации перехода права собственности), дело о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено 01.02.2022, следовательно, оспариваемые сделки совершены в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Судом установлено, что на момент совершения оспариваемых сделок у должника имелись неисполненные денежные обязательства перед кредиторами.

Так, у ФИО1 имелись неисполненные обязательства перед ООО «Монолитстрой» по договору подряда от 01.08.2018 № 01/08. 

Вступившим в законную силу решением Ленинского районного суда г. Самары от 26.11.2019 по делу № 2-3864/2019 с ФИО1 в пользу ООО «Монолитстрой» (согласно определению суда о процессуальном правопреемстве от 06.11.2020, правопредшественник – ООО «КапиталСтрой») взыскано 5 457 452 руб. 85 коп., в том числе: 4 732 810 руб. 88 коп. задолженности по договору подряда от 01.08.2018 № 01/08, 724 641 руб. 97 коп. неустойки, 45 332 руб. расходов по госпошлине.

В последующем, вступившим в законную силу заочным решением Ленинского районного суда г. Самары от 25.03.2021 по делу № 2-128/2021 с ФИО1 в пользу ООО «Монолитстрой» взыскано 1 572 520 руб. 58 коп. задолженности по договору подряда от 01.08.2018 № 01/08, 103 626 руб. 03 коп. неустойки, 16 581 руб. расходов по госпошлине.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 05.10.2022 требования ООО «Монолитстрой» включены в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО1 в размере 6 865 465,56 руб.

Принимая во внимание изложенное, учитывая, что доказательств, свидетельствующих о том, что на момент совершения оспариваемых сделок у должника имелись денежные средства в размере, достаточном для исполнения всех денежных обязательств, в материалы дела не представлено, суд первой инстанции пришел к выводу, что на момент совершения сделок у должника имелись признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества.

В соответствии со статьей 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга (пункт 3 статьи 19 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 7 Постановления № 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Как следует из материалов дела и лицами, участвующими в деле, не оспаривается, одаряемый по договору дарения от 20.03.2020 – ФИО13 являлась матерью должника ФИО1, наследник по закону – ФИО5 является родной сестрой должника ФИО1, покупатель по договору купли-продажи имущества от 30.09.2021 (1/2 доли) –  ФИО7 является родной дочерью ФИО1, покупатель по договору купли-продажи имущества от 30.09.2021 (1/2 доли) – ФИО8 является родной дочерью родной сестры должника ФИО5, т.е. указанные лица являются заинтересованными лицами по отношению к должнику.

Исходя из данных обстоятельств, подтверждаемых материалами дела, сторонам оспариваемых сделок должно было быть известно о причинении вреда имущественным правам кредиторов должника в результате совершения цепочки оспариваемых сделок.

20.03.2020 между ФИО1 (даритель) и ФИО13 (одаряемый) заключен договор дарения земельного участка с кадастровым номером 63:17:1201001:2179, площадью 1493 кв.м., расположенного по адресу: Местоположение: Самарская область, Волжский район, сельское поселение Лопатино, 

<

...>, с находящимся на данном участке жилым домом с кадастровым номером 63:17:1203001:275, площадью 124,8 кв.м.

Государственная регистрация перехода права собственности к ФИО13 на спорные объекты недвижимости осуществлена 01.04.2020.

Учитывая, что сделка между ФИО1 и ФИО13 совершена безвозмездно, можно усомниться в добросовестном поведении приобретателя оспариваемого имущества и сделать вывод о том, что ответчик знал или должен был знать к моменту совершения сделки о цели должника причинить вред имущественным интересам кредиторов должника.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу, что оспариваемая сделка совершена с заинтересованным лицом, при наличии у должника признака отсутствия достаточного имущества, безвозмездна, в результате чего совершенной оспариваемой сделкой причинен вред имущественным правам кредиторов в связи с чем, суд признал законными и обоснованными требования финансового управляющего о признании недействительной сделки в данной части.

В последующем, после смерти ФИО13 (матери ФИО1) на основании свидетельства о праве на наследство по закону от 06.07.2021 63 АА 6619822 спорные объекты недвижимости унаследовала ФИО5 (родная сестра ФИО1). 

ФИО1 в наследство не вступала.

Судом запрошено наследственное дело № 214/2021. 

Наследственное дело получено судом 04.10.2022.

Согласно материалам наследственного дела ФИО5 выданы свидетельства о праве на наследство по закону, которое состоит из: прав на денежные средства, находящиеся на счете ФИО13, транспортное средство марки ВАЗ-21074 2005 г.в., недополученную пенсию по старости, а также спорные объекты недвижимости (дом и земельный участок). 

Государственная регистрация перехода права собственности к ФИО5 на спорные объекты недвижимости осуществлена 26.07.2021.

В письменных и устных пояснениях должник пояснил, что ФИО1 не вступила в наследство после смерти матери в связи с тем, что еще при жизни родители выразили волю на наследование объектов недвижимости только ФИО5, тем самым дочери исполнили последнюю волю своих родителей.

Вместе с тем, судом установив, что непринятие наследства в установленный законом срок путем бездействия совершено в неблагоприятных финансовых условиях, в которых находился должник, при наличии неисполненных денежных обязательств перед кредиторами, пришел к выводу о необоснованности указанного бездействия должника, совершения с целью причинения вреда кредиторам, имеющим право на погашение своих требований, в том числе, за счет наследственного имущества, и в результате такого бездействия причинен вред кредиторам.

Судом учтено, что в отсутствие доказательств и доводов должника об обратном, единственной целью непринятия наследства являлось обеспечение невозможности обращения взыскания на имущество должника, то есть причинение вреда кредиторам.

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для признания оспариваемой сделки в виде непринятия наследства должником после смерти своей матери, недействительной.

Далее, 28.07.2021 между ФИО5 (продавец) и ФИО6 (покупатель) заключен договор купли-продажи жилого дома и земельного участка, в соответствии с которым продавец продал, а покупатель купил земельный участок площадью 1493 кв.м. и расположенный на данном участке одноэтажный жилой дом общей площадью 124,8 кв.м., находящийся по адресу: Самарская область, Волжский район, сельское поселение Лопатино, 

<

...>.

Стоимость жилого дома и земельного участка составила 100 000 руб., из них: стоимость жилого дома составляет 50 000 руб., стоимость земельного участка составляет 50 000 руб. (пункт 7 договора).

Государственная регистрация перехода права собственности к ФИО6 на спорные объекты недвижимости осуществлена 19.08.2021.

В отзыве на заявление ответчик указывал, что 28.07.2021 между ФИО5 (заемщик) и ФИО6 (займодавец) заключен договор займа с обеспечением, по условиям которого заимодавец предоставляет заемщику заем в размере 100 000 руб., а заемщик обязуется возвратить заимодавцу указанную сумму займа в обусловленный срок.

ФИО5 указала, что брала денежные средства по договору займа на предпринимательские нужды.

Также ФИО5 и ФИО6 в судебных заседаниях пояснили, что ФИО6 является соседкой ФИО5

В силу пункта 2 договора займа возврат указанной в настоящем договоре суммы займа может иметь место раньше указанного в договоре срока по желанию заемщика, но не позднее 31.10.2021.

Предоставляемый заимодавцем заем является беспроцентным, то есть за пользование им проценты (плата) не взимаются (пункт 3 договора займа).

Согласно пункту 4 договора займа заимодавец передает заемщику наличные денежные средства в сумме 100 000 руб., с подписанием сторонами акта приема-передачи денежных средств.

Акт приема-передачи представлен ответчиком в материалы дела.

Пунктом 5 договора займа предусмотрено, что в целях обеспечения надлежащего исполнения своих обязательств по настоящему договору займа возврат суммы займа в указанный в пункте 2 настоящего договора срок, заемщик предоставляет в залог следующее имущество: земельный участок с кадастровым номером 63:17:1201001:2179, площадью 1493 кв.м., расположенный по адресу: Самарская область Волжский р-н, сельское поселение Лопатино, 

<

...> с находящимся на нем жилым домом с кадастровым номером 63:17:1203001:275 площадью 124,8 кв.м.

По соглашению сторон в целях обеспечения своевременного возврата денежных средств заемщик оформляет договор купли-продажи, указанного выше имущества в пользу заимодавца, право собственности и переход права собственности подлежат обязательной государственной регистрации в соответствии с действующим законодательством РФ.

Имущество, служащее обеспечением надлежащего исполнения заемщиком своих обязательств остается у заемщика (пункт 6 договора займа).

После возврата займа в соответствии с условиями договора займа, а также по соглашению сторон договора займа ФИО6 продала спорное имущество дочери ФИО1 – ФИО7 и дочери ФИО5 – ФИО8 по договору купли-продажи по ? доли каждой.

ООО «Монолитстрой» в материалы дела 31.05.2023 представлено заключение №0002-05/23РИ от 26.05.2023 об оценке рыночной стоимости недвижимого имущества – земельного участка и жилого дома, расположенных по адресу: Самарская область, Волжский район, сельское послание Лопатино, 

<

...>.

В соответствии с данным заключением по состоянию на 29.04.2023 стоимость спорного имущества составляет 6 553 000 руб., в том числе: жилой дом – 5 494 000 руб.; земельный участок – 1 059 000 руб.

Иного экспертного заключения о рыночной стоимости спорного имущества в материалы дела не представлено, о назначении по делу судебной экспертизы сторонами не заявлено.

Таким образом, стоимость реализации имущества значительно занижена относительно его рыночной стоимости.

Кроме того, учитывая сумму займа в размере 100 000 руб. и стоимость спорного имущества в размере 6 553 000 руб., целесообразность заключения договора займа на очевидно невыгодных для ФИО5 условиях сторонами в ходе рассмотрения спора не обоснована.

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что оспариваемая сделка совершена при отсутствии у должника достаточного имущества, является заведомо невыгодной для продавца, при наличии неравноценности встречного исполнения обязательств по оспариваемому договору, в результате чего совершенной оспариваемой сделкой причинен вред имущественным правам кредиторов, в связи с чем являются законными и обоснованными требования финансового управляющего о признании недействительной сделки.

30.09.2021 по договору купли-продажи жилого дома и земельного участка, заключенному межу ФИО6 Владимировной (продавец), ФИО7 (покупатель) и ФИО8 (покупатель), продавец обязался передать в общую долевую собственность, а покупатели принять в общую долевую собственность и оплатить, в соответствии с условиями договора, жилой дом общей площадью 124,8 кв.м. и земельный участок общей площадью 1493 кв.м., а именно: ФИО8 – ? доля в праве, ФИО7 – ? доля в праве.

Государственная регистрация перехода права собственности к ФИО7 и ФИО8 на спорные объекты недвижимости осуществлена 11.10.2021.

Стоимость жилого дома и земельного участка составила 52 000 руб. (пункт 2.1 договора).

Таким образом, спорное имущество реализовано по заниженной стоимости.

Исходя из изложенного, судом сделан вывод о доказанности факта неравноценности встречного исполнения обязательств по оспариваемому договору.

Таким образом, в результате совершения оспариваемых сделок недвижимое имущество перешло ФИО7 (дочь ФИО1) и ФИО8 (дочь ФИО5), то есть фактически право распоряжения спорными объектами недвижимости вернулось по цепочке последовательных сделок к ФИО1

Суд первой инстанции пришел к выводу, что все договоры являлись звеном в цепочке последовательных сделок между заинтересованными лицами, цепочка оспариваемых сделок имела единый результат, направленный на легализацию вывода ликвидного имущества. В силу этого даже вероятная возмездность договоров не препятствует признанию их ничтожными, поскольку безвозмездно выбывшее из владения должника имущество по цепочке последовательных сделок выбыло в пользу заинтересованных к нему лиц.

Совокупность обстоятельств совершения оспариваемых сделок по безвозмездному отчуждению имущества заинтересованному лицу, свидетельствуют о том, что договоры являются взаимосвязанными сделками, поскольку совершены заинтересованными лицами и охватывались единой противоправной целью причинения вреда кредиторам должника.

Наличие установленных обстоятельств свидетельствует о совершении сторонами действий, явно выходящих за рамки принятого стандарта поведения, и являются недобросовестными.

Согласно правовой позиции, выраженной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 31.07.2017 № 305-ЭС15-11230, цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться сделка, направленная на прямое отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю. Наличие доверительных отношений позволяет отсрочить юридическое закрепление прав на имущество в государственном реестре, объясняет разрыв во времени между притворными сделками и поэтому не может рассматриваться как обстоятельство, исключающее ничтожность сделок. Само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ; продавцом и последним покупателем возврат имущества от конечного покупателя ее первоначальному продавцу осуществляется с использованием реституционного механизма, а не путем удовлетворения виндикационного иска; в рамках дела о банкротстве по требованию о признании нескольких сделок единой сделкой (пункта 2 статьи 170 ГК РФ), совершенной в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Последовательность совершения оспариваемых сделок с учетом заинтересованности должника и конечных приобретателей спорного имущества подтверждает фактическую мнимость сделок и наличие оснований для применения вышеуказанной правовой позиции Верховного суда Российской Федерации.

Принимая во внимание, что оспариваемые сделки совершены заинтересованными лицами с целью вывода из конкурсной массы должника ликвидного актива, за счет которого было бы возможно удовлетворение требований кредиторов должника, суд приходит к выводу о признании последовательно совершенных сделок дарения и купли-продажи недвижимого имущества недействительными сделками.

Оснований для признания сделок недействительными на основании статьи 10 ГК РФ судом не установлено, поскольку в соответствии с правовыми позициями Верховного Суда Российской Федерации при наличии в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок применение статьи 10 ГК РФ возможно лишь при пороках сделки, выходящих за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886(1) по делу N А41- 20524/2016).

В данном обособленном споре заявитель  на такие обстоятельства не ссылался.

В то же время, в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» разъяснено, что исполнительский иммунитет в отношении единственного пригодного для постоянного проживания жилого помещения, не обремененного ипотекой, действует и в ситуации банкротства должника (пункт 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве, абзац второй части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). 

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 45 от 13.10.2015 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», при рассмотрении дел о банкротстве граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, суды должны учитывать необходимость обеспечения справедливого баланса между имущественными интересами кредиторов и личными правами должника (в том числе, его правами на достойную жизнь и достоинство личности).

Соблюдение названного баланса при рассмотрении вопроса об исключении из конкурсной массы единственного пригодного для проживания должника и членов его семьи жилья достигается, в том числе, за счет исследования фактических обстоятельств дела по существу; недопустимо установление только формальных условий применения норм права. Из конкурсной массы подлежит исключению имущество (квартира, жилой дом и т.п.), которое принадлежит должнику на праве собственности и пригодно для постоянного проживания. Необходимым условием предоставления такого иммунитета является отсутствие у должника иного аналогичного имущества.

В пункте 4 постановления Пленума № 48 разъяснено, что целью оспаривания сделок в рамках дела о банкротстве является возврат в конкурсную массу того имущества, которое может быть реализовано для удовлетворения требований кредиторов. Поэтому не подлежит признанию недействительной сделка, направленная на отчуждение должником жилого помещения, если на момент рассмотрения спора в данном помещении продолжают совместно проживать должник и члены его семьи и при возврате помещения в конкурсную массу оно будет защищено исполнительским иммунитетом (статья 446 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Следовательно, при оспаривании сделки должника по отчуждению жилого помещения суд до разрешения обстоятельств, касающихся недействительности сделки, должен проверить, не является ли данное помещение единственным пригодным для проживания должника и членов его семьи, не защищен ли данный объект исполнительским иммунитетом.

В приведенных разъяснениях в соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.08.2021 N 307-ЭС21-8025, речь идет о жилых помещениях, являющихся единственными пригодными для проживания, в первую очередь, должника, как центральной фигуры в деле о несостоятельности (банкротстве), а при наличии у него членов семьи, совместно с ним проживающих, - и для этих лиц. 

Таким образом, с учетом приведенных разъяснений целью оспаривания сделок в рамках дела о банкротстве является возврат в конкурсную массу того имущества, которое может быть реализовано для удовлетворения требований кредиторов. Не подлежит признанию недействительной сделка, направленная на отчуждение должником жилого помещения, если на момент рассмотрения спора в данном помещении продолжают совместно проживать должник и члены его семьи и при возврате помещения в конкурсную массу оно будет защищено исполнительским иммунитетом (статья 446 ГПК РФ).

Вопрос о пределах действия имущественного (исполнительного) иммунитета при обращении взыскания по исполнительным документам на принадлежащие гражданину-должнику на праве собственности объекты недвижимости, включая жилые помещения, неоднократно затрагивался Конституционным Судом Российской Федерации.

В постановлении от 26.04.2021 N 15-П Конституционный Суд Российской Федерации отразил, что со вступления данного постановления в силу абзац второй части 1 статьи 446 ГПК РФ в дальнейшем не может служить нормативно-правовым основанием безусловного отказа в обращении взыскания на жилые помещения, указанные в нем, если суд считает необоснованным применение исполнительского иммунитета.

По смыслу приведенных в Постановлении N 15-П разъяснений исполнительский иммунитет в отношении жилых помещений предназначен для гарантии гражданину-должнику и членам его семьи уровня обеспеченности жильем, необходимого для нормального существования, не допуская нарушения самого существа конституционного права на жилище и умаления человеческого достоинства, однако он не носит абсолютный характер. Исполнительский иммунитет не предназначен для сохранения за гражданином-должником принадлежащего ему на праве собственности жилого помещения в любом случае. В применении исполнительского иммунитета суд может отказать, если доказано, что ситуация с единственно пригодным для постоянного проживания помещением либо создана должником со злоупотреблением правом, либо сложилась объективно, но размеры жилья существенно (кратно) превосходят нормы предоставления жилых помещений на условиях социального найма в регионе его проживания.

Включение единственного пригодного для проживания должника жилого помещения в конкурсную массу должно отвечать принципу целесообразности и свидетельствовать о наличии реального экономического эффекта от его реализации в будущем для удовлетворения требований кредиторов (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.07.2021 N 303-ЭС20-18761).

В ходе рассмотрения настоящего обособленного спора должник ссылался на то, что спорный жилой дом является единственным пригодным для проживания помещением должника, в котором на момент рассмотрения спора она, ее родная сестра и муж ее родной сестры фактически проживают.

Судом по материалам дела установлено, что у должника отсутствует иное пригодное для проживания жилое помещение, кроме спорного.

Довод кредитора о том, что спорный жилой дом не является единственным пригодным для проживания жильем, со ссылкой на иное место жительства должника (

<

...>), отклонен судом.

Как следует из пояснений должника и ее бывшего супруга, фактические брачные отношения супругов прекращены ими с апреля 2023 года, и с этого времени должник проживает отдельно от ФИО15, совместного хозяйства не ведут.

Брак между ФИО1 и ФИО15 расторгнут решением Мирового судьи судебного участка № 26 Ленинского судебного района г. Самары Самарской области 22.11.2023.

Согласно выписки из ЕГРН бывшему супругу должника на праве общей долевой собственности принадлежит 1/2 доли в жилом помещении, расположенном по адресу: 

<

...>.

Данное жилое помещение приобретено бывшим мужем должника 15.02.2006.

Брак между ФИО1 и ФИО15 заключен 13.06.2008.

Таким образом, квартира, расположенная по адресу: 

<

...>, приобретена бывшим супругом должника до брака и является единоличной собственностью ФИО15

Спорный жилой дом, расположенный по адресу: Самарская область, Волжский район, сельское поселение Лопатино, 

<

...>, приобретен ФИО1 28.04.2004, то есть также до брака с ФИО15 и являлся единоличной собственностью должника на момент совершения сделки дарения.

Исходя из изложенного, наличие у ФИО1 иных жилых помещений, принадлежащих ей на праве собственности, либо зарегистрированных за ее бывшим мужем, но приобретенных в период брака, материалами дела не подтверждено.

Кроме рассматриваемого спора в производстве арбитражного суда по настоящему делу отсутствуют иные дела об оспаривании сделок по отчуждению должником иного недвижимого имущества.

Судом также исследован довод кредитора о том, что у ФИО15 и ФИО1 на праве общей совместной собственности имеется земельный участок, расположенный по адресу: 

<

...> участок 13а, категория земель: земли населенных пунктов. Разрешенное использование: для ведения личного подсобного хозяйства, общая площадь 1 873 кв.м., кадастровый (условный) номер 63:26:1902006:935, а также расположенный на нем жилой дом.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 20.06.2022 признан недействительным договор купли-продажи земельного участка от 29.11.2019, заключенный между ФИО15 и ФИО16. Применены последствия недействительности сделки. Суд обязал ФИО16 возвратить в конкурсную массу ФИО15 земельный участок, расположенный по адресу: 

<

...> участок 13а, категория земель: земли населенных пунктов. Разрешенное использование: для ведения личного подсобного хозяйства, общая площадь 1 873 кв.м., кадастровый (условный) номер 63:26:1902006:935.

Данным судебным актом установлено, что на момент продажи земельного участка на нем располагался объект незавершенного строительства, который в договоре купли-продажи от 29.11.2019 отражен не был. Стоимость земельного участка была определена с учетом объекта незавершенного строительства, неотраженного в договоре. Указанное также подтверждается отчетом об оценке №284/10-2021 от 28.10.2021, разрешением на строительство жилого дома №RU63016304-223 от октября 2011 года, выданным ФИО15

Вместе с тем, в настоящем споре судом установлено, что данное имущество приобретено Г-ными в браке, то есть является общей совместной собственностью супругов, однако указанный объект незавершенного строительства в настоящий момент остается не достроенным в связи с чем, не может быть признан пригодным для проживания жильем, объект в настоящий момент реализуется в деле о банкротстве ФИО15

Ранее, в период брака с ФИО15, ФИО1 была зарегистрирована по адресу: 

<

...>.

В данный момент ФИО1 зарегистрирована по адресу: Самарская область, Волжский район, сельское поселение Лопатино, 

<

...>.

При этом регистрация должника по иному адресу не исключает возможности признания спорного жилого дома единственно пригодным для проживания должника помещением и не является причиной не применения к данному имуществу исполнительского иммунитета.

То обстоятельство, что 1/2 доли в жилом помещении, расположенном по адресу: 

<

...>, принадлежит дочери должника – ФИО7 не свидетельствует о том, что ФИО1 может в нем проживать. 

Поскольку брак ФИО1 и ФИО15 расторгнут, указанное не может являться основанием для лишения должника и членов его семьи (сестры должника), проживающих в спорном доме, гарантированного статьей 40 Конституции Российской Федерации права на жилище.

Доводы ООО «Монолитстрой» о фиктивном расторжении брака между ФИО15 и ФИО1 отклонены судом первой инстанции как несостоятельные, поскольку являются предположениями кредитора и не находят своего документального подтверждения в материалах дела.

Таким образом, согласно выпискам из ЕГРН какие-либо еще объекты недвижимости за должником не зарегистрированы, спорный жилой дом по своим характеристикам не относится к категории дорогостоящего, «роскошного». Иного в материалы дела не представлено.

С учетом изложенного, суд пришел к выводу, что отчуждение ФИО1 спорных объектов недвижимости (дом и земельный участок) не могло причинить имущественного вреда кредиторам, так как на спорные объекты недвижимости распространялся исполнительский иммунитет, предусмотренный в статье 446 ГПК РФ, при этом обстоятельств, заключающихся в злоупотреблении должником установленным законодательством исполнительским иммунитетом, судом не установлено, мотивы отчуждения должником спорных объектов в данном случае не имеют правового значения для целей оспаривания сделки, поскольку такой объект в любом случае изначально не подлежал включению в конкурсную массу, как единственное пригодное для проживания должника жилое помещение, и за счет его стоимости не могли быть удовлетворены требования кредиторов.

Установленное частью 1 статьи 446 ГПК РФ ограничение обусловлено необходимостью защиты конституционного права на жилище не только самого должника, но и членов его семьи, в том числе находящихся на его иждивении несовершеннолетних, престарелых, инвалидов, а также на обеспечение охраны государством достоинства личности, как того требует статья 21 (часть 1) Конституции Российской Федерации, условий нормального существования и гарантий социально-экономических прав в соответствии со статьей 25 Всеобщей декларации прав человека (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 04.12.2003 N 456-О).

Целью оспаривания сделок в рамках дела о банкротстве является возврат в конкурсную массу имущества, отчужденного должником и его последующая реализация для удовлетворения требований кредиторов.

Если имущество не подлежит включению в конкурсную массу, отсутствует признак причинения вреда оспариваемой сделкой.

При этом судебные акты о признании сделки недействительной могут иметь негативные последствия для участвовавших в совершении сделки лиц, в том числе при завершении процедуры банкротства и рассмотрении вопроса об освобождение гражданина от обязательств.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к выводу, что в данной конкретной ситуации оснований для удовлетворения требований финансового управляющего должника и признания цепочки оспариваемых сделок недействительной не имеется в связи с чем, в удовлетворении заявления финансовому управляющему (вх. № 292622 от 19.09.2022), отказал. 

Суд апелляционной инстанции повторно рассмотрев дело, с учётом обстоятельств установленных в рамках настоящего обособленного спора, принимая во внимание доказательства имеющиеся в материалах настоящего обособленного спора, не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, при этом считает необходимым отметить следующее.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, брак между должником ФИО1 и ФИО15 расторгнут 22.11.2023 и начиная с 18.10.2023 и по состоянию на дату рассмотрения настоящего спора должник зарегистрирован и проживает в спорном жилом доме, находящемся на спорном земельном участке, по адресу: Самарская область, Волжский район, сельское поселение Лопатино, 

<

...> (т.3 л.д.145 оборотная сторона).

Какие-либо иные лица в жилом доме не зарегистрированы и с должником не проживают (т.3 л.д.153).

Иных объектов недвижимости, пригодных для постоянного проживания, за должником не зарегистрировано ни на дату рассмотрения настоящего спора и не было зарегистрировано за три года до даты принятия к производству заявления о признании должника банкротом.

Таким образом, вывод суда первой инстанции о том, что спорный жилой дом и земельный участок на дату совершения оспариваемой сделки являлись единственным жильем должника, на которое не может быть обращено взыскание и которое не может быть включено в конкурсную массу должника, является обоснованным.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве, все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного пунктом 3 настоящей статьи. В соответствии с пунктом 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве, из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством.

В соответствии с частью 1 статьи 446 ГПК РФ взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением.

В соответствии с пунктом 39 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", при рассмотрении дел о банкротстве граждан суды должны учитывать необходимость обеспечения справедливого баланса между имущественными интересами кредиторов и личными правами должника (в том числе его правами на достойную жизнь и достоинство личности).

Согласно разъяснениям, данным в пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 48 "О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан", целью оспаривания сделок в рамках дела о банкротстве является возврат в конкурсную массу того имущества, которое может быть реализовано для удовлетворения требований кредиторов. Поэтому не подлежит признанию недействительной сделка, направленная на отчуждение должником жилого помещения, если на момент рассмотрения спора в данном помещении продолжают совместно проживать должник и члены его семьи и при возврате помещения в конкурсную массу оно будет защищено исполнительским иммунитетом (статья 446 ГПК РФ).

Таким образом в предмет доказывания при рассмотрении настоящего обособленного спора входит вопрос применения исполнительского иммунитета в отношении спорного объекта в силу разъяснений, содержащихся в пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 48.

При оспаривании сделки должника по отчуждению жилого помещения суд до разрешения обстоятельств, касающихся недействительности сделки, должен проверить, не является ли данное помещение единственным пригодным для проживания должника и членов его семьи, не защищен ли данный объект исполнительским иммунитетом.

В приведенных разъяснениях, в соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.08.2021 N 307-ЭС21-8025, речь идет о жилых помещениях, являющихся единственными пригодными для проживания, в первую очередь, должника, как центральной фигуры в деле о несостоятельности (банкротстве), а при наличии у него членов семьи, совместно с ним проживающих, - и для указанных лиц. Во вторую очередь, разъяснения применимы к ситуации, в которой отчуждающий единственное жилое помещение должник на момент рассмотрения спора проживал и продолжает проживать в нем совместно с членами своей семьи, действительно считая данное жилое помещение своим единственным жильем.

Таким образом, целью оспаривания сделок в рамках дела о банкротстве согласно указанным разъяснениям высшей судебной инстанции является возврат в конкурсную массу того имущества, которое может быть реализовано для удовлетворения требований кредиторов.

Как следует из имеющихся документов, с октября 2023 года должник зарегистрирован и проживает в спорном жилом доме ввиду отсутствия на праве собственности иных объектов недвижимости, пригодных для проживания.

Доказательств обратного в материалы дела не  представлено (ст.65 АПК РФ).

Проанализировав фактические обстоятельства настоящего спора, а также руководствуясь приведенными разъяснениями, суд апелляционной инстанции установил, что земельный участок и расположенный на нем дом не могут быть включены конкурсную массу, поскольку помещение является единственным пригодным для должника жильем - на него распространяется исполнительский иммунитет, предусмотренный в статье 446 ГПК РФ. Из материалов дела не усматривается бесспорных подтверждений тому, что должник действовал недобросовестно, меняя место жительства для целей сохранения контроля за имуществом в процедуре несостоятельности, либо имеется возможность обеспечения для должника приемлемого и достойного социально-бытового уровня проживания в иных объектах недвижимости.

Оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела документы, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу о том, что, финансовым управляющим не доказана совокупность обстоятельств, а также условий, входящих в предмет доказывания оснований для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Мотивы отчуждения должником спорного имущества в рассматриваемом не имеют правового значения для целей оспаривания сделки, поскольку данное жилое помещение в любом случае изначально не подлежало включению в конкурсную массу, как единственное пригодное для постоянного проживания должника. 

Апелляционная коллегия отмечает, что заключение сделки в отношении единственного пригодного для постоянного проживания должника жилого помещения исключало причинение в результате ее совершения вреда имущественным интересам кредиторов и, соответственно, противоправную цель такой сделки - не допустить обращения взыскания на дом и земельный участок по обязательствам перед кредитором.

При этом в любом случае как отсутствие оснований для признании сделки недействительной, так и то, что в случае признания оспариваемой сделки недействительной, возвращенный в конкурсную массу жилой дом будет защищен исполнительским иммунитетом.

При установленных обстоятельствах, апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии условий для недействительности сделок в силу статьи 61.2 Закона о банкротстве и выходящих за указанные в этой норме пределы незаконности договоров для констатации их ничтожности в силу статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В абзаце четвертом пункта 4 постановления N 63 разъяснено, что наличие специальных оснований оспаривания сделок по правилам статьи 61.2 Закона о банкротстве само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как недействительную на основании статей 10 и 168 ГК РФ.

Однако в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок.

Закрепленные в статье 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статьи 10 ГК РФ, исходя из общеправового принципа "специальный закон отстраняет общий закон", определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения.

Существо подозрительной сделки сводится к правонарушению, заключающемуся в совершении сделки, направленной на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств, совершенное в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В рассматриваемом случае недействительность оспариваемого договора по мотиву его совершения со злоупотреблением правом (статьи 10, 168 ГК РФ) конкурсный управляющий усматривал в совместных действиях должника и ответчика по выведению активов из собственности должника в условиях его объективного банкротства без наличия встречного предоставления.

Названные пороки не выходят за пределы дефектов подозрительной сделки (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве), в связи с чем оснований для признания ее недействительной по общегражданским основаниям (статьи 10, 168 ГК РФ) отсутствуют.

Доказательств недобросовестности поведения сторон совершенной должником сделки, неопровержимо свидетельствующих о том, что стороны действовали не в соответствии с обычно применяемыми правилами, а исключительно с целью причинения вреда кредиторам должника в материалы дела не представлено. Как не представлено и доказательств того, что, заключая оспариваемую сделку, участники сделки имели намерение и действовали совместно исключительно с целью причинения вреда кредиторам должника.

Таким образом, финансовый управляющий не доказал наличие таких пороков сделки, которые не охватываются нормами ст. 61.2 Закона о банкротстве и требуют квалификацию по основаниям, установленным ст.ст. 10, 168 ГК РФ. 

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания совершенной сделки недействительной, совершенной при злоупотреблении правом и применении последствий ее недействительности является невозможным в силу закона.

Несогласие заявителя с оценкой, установленных по делу обстоятельств не может являться основанием для отмены судебного акта.

Довод апеллянта о наличии в производстве Волжского районного суда Самарской области гражданского дела по иску ФИО15 к ФИО1 о признании спорного имущества - жилого дома по адресу: Самарская область, Волжский район, сельское поселение Лопатино, 

<

...> - совместно нажитым, в рассматриваемом случае не имеет правового значения, поскольку спор по существу еще не рассмотрен, отсутствует вступивший в законную силу судебный акт по данному иску, при этом суд апелляционной инстанции учитывает, что факт признания спорного имущества совместно нажитым не отменяет факт статуса данного жилья как единственного пригодного для проживания должника.

Иные доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, основаны на неверном толковании норм права, регулирующие спорные правоотношения сторон, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, фактически дублируют доводы, приводимые заявителем  суду первой инстанции, которым судом дана надлежащая правовая оценка в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены верно, выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта обжалуемого по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы, не имеется.

           Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 28 декабря 2023 года по делу №А55-2160/2022 - оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его вынесения, через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                        А.В. Машьянова 

 

Судьи                                                                                      Л.Р. Гадеева

 

                                                   Я.А. Львов