Арбитражный суд

Западно-Сибирского округа

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                     Дело № А75-574/2023

 

Резолютивная часть постановления объявлена   19 марта 2024 года

Постановление изготовлено в полном объёме   28 марта 2024 года

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                   Туленковой Л.В.,

судей                                                                  Крюковой Л.А.,

ФИО1,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу акционерного общества «Югорская территориальная энергетическая компания – Региональные сети» на решение от 26.09.2023 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры (судья Бухарова С.В.) и постановление от 14.12.2023 Восьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Рожков Д.Г., Солодкевич Ю.М., Тетерина Н.В.) по делу № А75-574/2023 по иску акционерного общества «Газпром энергосбыт Тюмень» (628403, Ханты-Мансийский автономный округ – Югра, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к акционерному обществу «Югорская территориальная энергетическая компания – Региональные сети» (628011, Ханты-Мансийский автономный округ – Югра, 

<

...> дом 15, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании задолженности по оплате электрической энергии.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, - Региональная энергетическая комиссия Тюменской области, Ханты-                Мансийского автономного округа – Югры, Ямало-Ненецкого автономного округа                                        (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>).

Суд установил:

акционерное общество «Газпром энергосбыт Тюмень» (далее – общество, истец) обратилось в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры с иском к акционерному обществу «Югорская территориальная энергетическая компания – Региональные сети» (далее – компания, ответчик) о взыскании 231 361 рубля 02 копеек задолженности по оплате электрической энергии за октябрь 2022 года.

В порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена Региональная энергетическая комиссия Тюменской области, Ханты-Мансийского автономного округа – Югры, Ямало-Ненецкого автономного округа (далее – РЭК).

Решением от 26.09.2023 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры, оставленным без изменения постановлением от 14.12.2023 Восьмого арбитражного апелляционного суда, иск удовлетворён, распределены судебные расходы по уплате государственной пошлины.

Компания обратилась, не согласившись с принятыми по делу решением и постановлением, обратилась в суд с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в иске.

В обоснование кассационной жалобы заявителем приведены следующие доводы: компания является сетевой организацией на территории товарищества собственников недвижимости «Искра» (далее – товарищество) и с момента приобретения спорного оборудования фактически оказывала услуги по передаче электроэнергии конечным потребителям – членам товарищества; факты владения компанией объектами электросетевого хозяйства, установления в отношении компании тарифа на услуги по передаче электроэнергии подтверждены предоставленными в материалы дела документами; оплата электрической энергии в целях компенсации потерь в электросетях ответчика должна осуществляться по цене, установленной для сетевой организации, без учёта тарифа на услуги по передаче электроэнергии, статус сетевой организации не утрачивается с приобретением новых сетей; потери в принадлежащих сетевой организации объектах электросетевого хозяйства должны оплачиваться независимо от установления тарифа в отношении спорных объектов электросетевого хозяйства; формирование тарифа на электроэнергию для участников рынка электроэнергетики не находится в прямой зависимости от учёта величин потерь, возникающих в электросетевом имуществе той или иной сетевой организации в сводном прогнозном балансе; применённая судебная практика относится к случаям, когда сетевые организации взыскивают с гарантирующих поставщиков стоимость услуг по передаче электроэнергии, оказанных с использованием приобретённого в течение периода тарифного регулирования электросетевого имущества, тогда как в рассматриваемом деле гарантирующий поставщик взыскивает с сетевой организации потери, возникающие в электросетевом имуществе, приобретённом в течение периода тарифного регулирования по тарифу, установленному для «прочих потребителей»; судами нарушены принципы равенства, состязательности и равноправия сторон.

Общество в отзыве возражает против доводов компании, просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения, также в соответствии с частью 2 статьи 156 АПК РФ заявлено о рассмотрении кассационной жалобы в его отсутствие.

Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в отсутствие их представителей в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 АПК РФ.

Проверив в соответствии с положениями статей 284, 286 АПК РФ правильность применения судами норм материального и процессуального права, суд округа не находит оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

Из материалов дела следует и судами установлено, что между товариществом (продавец) и компанией (покупатель) заключён договор купли-продажи от 28.12.2021 № 11470-пр/21, по которому продавец передаёт в собственность покупателя электросетевое имущество согласно акту приёма-передачи (приложение № 1 к договору), а покупатель принимает указанное имущество и обязуется уплатить за него цену, определённую договором.

На основании акта приёма-передачи от 01.01.2022 к вышеуказанному договору товарищество передало, а компания приняла следующее электросетевое имущество: КТП 6/0,4 кВ 1000 кВА (трансформатор ТМГ-1000 кВА); ВЛ-6 кВ (выполнена на опорах ж/б – 11 штук, проводом АС-95) протяжённостью 855 м; ВЛ-0,4 кВ (выполнена проводом АС-95 на опорах ж/б – 49 штук, металлических – 36 штук, деревянных – 4 штуки) протяжённостью 2 590 м; Л-6 кВ (марки ААШВб 3x95 мм2) протяжённостью 187 м;КЛ-0,4 кВ (марки АВВГ 4x50 мм2, АВВГ 3x35 мм2) общей протяжённостью 50 м, расположенное по адресу: Ханты-Мансийский автономный округ – Югра, город Сургут, территория товарищества.

Электросетевое оборудование, переданное товариществом в собственность компании, имеет технологическое присоединение к электрическим сетям территориальной сетевой организации.

Ссылаясь на то, что в октябре 2022 года на данном электросетевом имуществе имели место потери электрической энергии в объёме 26 675 кВт*ч на сумму 231 361 рубль                    02 копейки, общество выставило компании универсальный передаточный документ                    от 31.10.2022 № 8011022080001780/08/00000 с указанием наименования товара (услуг): электроэнергия, прочие потребители, максимальная мощность принадлежащих                             им энергопринимающих устройств менее 670 кВт, первая ценовая категория, СН-2.

В подтверждение предъявленного к оплате объёма потерь электрической энергии в спорном периоде представлены отчёты о количестве электроэнергии, переданной по Сургутским электрическим сетям.

В порядке досудебного урегулирования спора истец направил ответчику претензию от 21.11.2022 № 08/0000149748-ПТ с требованием в добровольном порядке произвести оплату долга.

Неисполнение компанией обязательства по оплате стоимости потерь электрической энергии послужило основанием для обращения общества в арбитражный суд с настоящим иском.

В ходе судебного процесса сторонами не оспаривалось наличие в электросетевом имуществе потерь электроэнергии в исковой период в указанном обществом объёме, разногласия сторон сводились к порядку определения стоимости таковых.

Общество, применяя тариф «для прочих потребителей», исходило из того, что компания в исковой период в границах территорий товарищества не оказывала услуги как сетевая организация, поскольку не имела в 2022 году установленного тарифа на услуги по передаче электрической энергии в интересах потребителей – членов товарищества либо собственников земельных участков, расположенных на соответствующей территории.

Компания, полагая необходимым при оплате потерь электроэнергии применять тариф на уровне нерегулируемых цен, используемых в расчётах с сетевой организацией, исходила из того, что из функционального назначения приобретённых у товарищества объектов электросетевого хозяйства следует их использование для передачи энергии присоединённым к сетям абонентам/потребителям.

При рассмотрении спора судами установлено, что распоряжением РЭК в отношении компании установлен тариф на услуги по передаче электроэнергии, однако величины потерь электрической энергии (мощности) в приобретённом ответчиком у товарищества объекте электросетевого хозяйства не учтены при установлении ему тарифа на услуги по передаче электрической энергии в спорный период.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались статьями 1, 10, 308, 541, 544 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), статьями 3, 26 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» (далее – Закон об электроэнергетике), пунктами 4, 96, 129 Основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии, утверждённых постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 № 442 (далее – Основные положения № 442), пунктами 3, 7 Основ ценообразования в области регулируемых цен (тарифов) в электроэнергетике, утверждённых постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.2011 № 1178 (далее – Основы ценообразования № 1178), пунктом 6 Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утверждённых постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861, пунктами 19, 20, 49, 52 Методических указаний по расчёту тарифов на электрическую (тепловую) энергию на розничном (потребительском) рынке, утверждённых приказом Федеральной службы по тарифам от 06.08.2004 № 20-э/2 (далее – Методические указания № 20-э/2), пунктами 2, 4, 6, 16 Порядка формирования сводного прогнозного баланса производства и поставок электрической энергии (мощности) в рамках единой энергетической системы России по субъектам Российской Федерации, утверждённого приказом Федеральной службы по тарифам от 12.04.2012 № 53-э/1 (далее – Порядок № 53-э/1), пунктами 1, 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), правовыми позициями, изложенными в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 25.04.2019 № 19-П, определениях Верховного Суда Российской Федерации от 08.04.2015 № 307-ЭС14-4622, от 26.10.2015 № 304-ЭС15-5139, от 08.09.2016 № 307-ЭС16-3993, от 19.01.2017 № 305-ЭС16-10930 (1,2), от 04.09.2017 № 307-ЭС17-5281, от 28.12.2017 № 306-ЭС17-12804, от 04.06.2018 № 305-ЭС17-21623, № 305-ЭС17-20124, № 305-ЭС17-22541, от 28.06.2018 № 306-ЭС17-23208.

Установив, что спорные объекты электросетевого хозяйства приобретены компанией в начале периода тарифного регулирования, затраты на их содержание не учитывались тарифным органом при утверждении единого котлового тарифа на услуги по передаче электрической энергии, величина возникающих на соответствующих участках сетей потерь электрической энергии не заявлена и не учтена в сводном прогнозном балансе на 2022 год, суды обеих инстанций пришли к выводу о том, что в отношениях по приобретению электрической энергии в целях компенсации потерь к компании подлежит применению тариф, учитывающий сбытовую надбавку «для прочих потребителей».

Такие выводы судов соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам, нормам права, регулирующим спорные отношения, доводами кассационной жалобы не опровергаются.

Законодательство, регулирующее правоотношения по передаче электроэнергии, исходит из того, что в силу естественно-монопольной деятельности электросетевых организаций цена услуг по передаче электроэнергии (тарифы) устанавливается государством путём принятия органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации в области государственного регулирования тарифов решения об установлении тарифа.

Во исполнение закреплённых законодателем принципов государственного регулирования в субъектах Российской Федерации реализована котловая экономическая модель взаиморасчётов за услуги по передаче электроэнергии (приказ Федеральной службы по тарифам от 31.07.2007 № 138-э/6, информационное письмо Федеральной службы по тарифам от 04.09.2007 № ЕЯ-5133/12 «О введении котлового метода расчёта тарифов на услуги по передаче электрической энергии»).

В условиях котловой модели взаиморасчётов все потребители, относящиеся к одной группе, оплачивают котлодержателю услуги по передаче электроэнергии по единому (котловому) тарифу. За счёт этого котлодержатель собирает необходимую валовую выручку сетевых организаций, входящих в «котёл», и распределяет её между смежными сетевыми организациями посредством использования индивидуальных тарифов, обеспечивая тем самым необходимую валовую выручку каждой из сетевых организаций (в том числе собственную) для покрытия их производственных издержек и формирования прибыли (пункт 3 Основ ценообразования № 1178, пункты 49, 52 Методических указаний № 20-э/2).

Внутри котловой экономической модели может возникать ситуация, при которой сетевая организация приобретает объекты электросетевого хозяйства у лица, не являющегося сетевой организацией. В таком случае при рассмотрении споров о взыскании стоимости услуг по передаче энергии необходимо иметь ввиду следующее.

Презумпция добросовестности сетевой организации (пункт 5 статьи 10 ГК РФ, пункт 1 Постановления № 25) действует до тех пор, пока процессуальным оппонентом не будет доказано, что услуги по передаче электрической энергии (или их часть) оказаны с использованием новых электросетевых объектов (статьи 9, 65 АПК РФ).

Когда новые электросетевые объекты получены сетевой организацией от иного владельца (не являющегося сетевой организацией), то есть, когда при принятии тарифного решения регулятором не устанавливался тариф на передачу электрической энергии,в том числе посредством их использования, то, пока не доказано обратное, предполагается, что сетевая организация намеренно действовала в обход тарифного решения с целью перераспределения котловой выручки в свою пользу, и услуги по передаче электрической энергии, оказанные посредством использования новых электросетевых объектов, оплате не подлежат (пункты 1, 2 статьи 10 ГК РФ).

Изложенное следует из правовых позиций Верховного Суда Российской Федерации, сформулированных в определениях от 08.04.2015 № 307-ЭС14-4622, от 26.10.2015 № 304-ЭС15-5139, от 08.09.2016 № 307-ЭС16-3993, от 19.01.2017 № 305-ЭС16-10930 (1,2), от 04.09.2017 № 307-ЭС17-5281, от 28.12.2017 № 306-ЭС17-12804, от 04.06.2018 № 305-ЭС17-21623, № 305-ЭС17-20124, № 305-ЭС17-22541, от 28.06.2018 № 306-ЭС17-23208.

Следует учитывать, что одним из видов правовой реакции на действия, совершённые в обход закона, является применение именно тех правил, которые стремился избежать осуществляющий подобные действия субъект (пункт 8 Постановления № 25). Применительно к котловой экономической модели взаиморасчётов за услуги по передаче электрической энергии это означает, что сетевая организация вправе претендовать на получение платы за услуги лишь в том размере, который учтён регулирующим органом при утверждении индивидуального тарифа (в объёме её необходимой валовой выручки) (определение Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2018 № 306-ЭС17-23208). Другими словами, суд по результатам рассмотрения соответствующего спора должен обеспечить экономическое восстановление котловой модели взаиморасчётов таким образом, как если бы она фактически была соблюдена всеми её участниками.

Возможность субъекта электроэнергетики, являющегося лицом, обязанным оплатить услуги по передаче электрической энергии, оказанные сетевой организацией посредством использования новых электросетевых объектов, компенсировать незапланированные затраты в последующих тарифных периодах с использованием мер тарифного регулирования (пункт 7 Основ ценообразования № 1178, пункты 19, 20 Методических указаний № 20-э/2), не может служить мотивировкой допустимости нарушения сетевой организацией тарифно-балансового плана хозяйственной деятельности электросетевого комплекса региона. Иное правопонимание противоречит пункту 4 статьи 1 ГК РФ, поскольку поступление новых электросетевых объектов во владение сетевой организации находится в сфере субъективного контроля последней.

Мерами тарифного регулирования корректируются только объективные просчёты такого регулирования (подключение новых объектов электроснабжения, изменение схемы энергоснабжения и т.п.) (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.10.2015 № 304-ЭС15-5139, от 19.01.2017 № 305-ЭС16-10930(1,2). Субъективные же просчёты сетевых организаций, к которым, помимо прочего, может быть отнесён выход за рамки экономической модели, являются рисками их предпринимательской деятельности и возмещению не подлежат (определение Верховного Суда Российской Федерации от 08.09.2016 № 307-ЭС16-3993).

Иной подход означал бы перераспределение котловой валовой выручки,на соответствующую часть которой правомерно претендуют сетевые организации, входящие в котловую экономическую модель электроснабжения региона, только в пользу одного из участников этой модели в связи с его собственными действиями, которыев силу принципа относительности гражданско-правовых договорных обязательств (пункт 3 статьи 308 ГК РФ), не должны негативно отражаться на имущественной массе третьих лиц, что также вступает в противоречие с утверждённым тарифным решениеми принципами государственного ценового регулирования услуг по передаче электроэнергии (статьи 23, 26 Закона об электроэнергетике).

В соответствии с абзацем восьмым пункта 96 Основных положений № 442, в случае заключения договора купли-продажи (поставки) электрической энергии (мощности) между сетевой организацией и гарантирующим поставщиком в целях компенсации потерь в сетях сетевой организации предельные уровни нерегулируемых цен определяются без учёта тарифа на услуги по передаче электрической энергии и используются гарантирующим поставщиком в отношении объёмов покупки электрической энергии (мощности) в целях компенсации потерь в сетях сетевой организации. При этом для определения предельных уровней в отношении величин непревышения фактических объёмов потерь электрической энергии над объёмами потерь, учтёнными в сводном прогнозном балансе за соответствующий расчётный период в отношении сетевой организации, используется сбытовая надбавка гарантирующего поставщика, установленная в отношении сетевых организаций, а в отношении величин превышения – сбытовая надбавка гарантирующего поставщика, установленная в отношении потребителей, относящихся к подгруппе группы «прочие потребители» с максимальной мощностью энергопринимающих устройств от 670 кВт до 10 МВт.

Пунктом 6 Порядка № 53-э/1 предусмотрено, что основой для его формирования являются предложения, разрабатываемые, в том числе сетевыми организациями в части объёмов электрической энергии (мощности) на компенсацию технологического расхода электрической энергии (мощности) при её передаче.

В приложении № 1 к Порядку № 53-э/1, содержащем график прохождения документов для утверждения сводного прогнозного баланса, также содержатся нормы о представлении сетевыми организациями предложений и уточнений по технологическому расходу электрической энергии и мощности (потерям) в электрических сетях и заявленной (присоединённой) мощности, а также информации по нормативам технологических потерь электроэнергии при передаче по электрическим сетям, утверждённым Минэнерго России (пункты 2, 16 Порядка № 53-э/1).

Из приведённых положений Порядка № 53-э/1 следует, что приобретение в середине периода тарифного регулирования объектов электросетевого хозяйства сетевой организацией у иного владельца таких объектов, не имеющего статус сетевой организации, презюмирует отсутствие учёта потерь в этих объектах в сводном прогнозном балансе в связи с неподачей сетевой организацией соответствующих предложений, пока сетевой организацией не доказано обратное.

Установив, что срок предоставления предложений по техническому расходу электрической энергии и мощности (потерь) в электрических сетях на 2022 год истекает к 15.08.2021, тогда как компания приобрела спорное электросетевое имущество                               у товарищества 28.12.2021, как следствие, потери электрической энергии по вновь приобретённому электросетевому имуществу не включены в сводный прогнозный баланс производства и поставок электрической энергии в течение периода тарифного регулирования, суды обеих инстанций пришли к обоснованному выводу о превышении фактических объёмов потерь электрической энергии в спорных объектах электросетевого хозяйства над объёмами потерь, учтёнными в отношении данных объектов в сводном прогнозном балансе за соответствующий расчётный период в отношении сетевой организации, и наличии в связи с этим оснований для применения сбытовой надбавки гарантирующего поставщика, установленной в отношении потребителей, относящихся                  к подгруппе группы «прочие потребители». В этой связи признали обоснованным применение обществом при определении стоимости потерь электроэнергии в спорных объектах электросетевого хозяйства тарифа «для прочих потребителей».

Учитывая отсутствие доказательств оплаты компанией стоимости потерь в приобретённых объектах электросетевого хозяйства в размере, определённом исходя из тарифа «для прочих потребителей», суды обеих инстанций правомерно удовлетворили исковые требования общества.

Установление подобного рода обстоятельств является прерогативой судов первой и апелляционной инстанций, которые в силу присущих им дискреционных полномочий, необходимых для осуществления правосудия и вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, разрешают дело на основе установления и исследования всех его обстоятельств.

Доводы кассационной жалобы компании фактически сводятся к тому, что, оставаясь в спорном периоде сетевой организацией, она не должна оплачивать потери электрической энергии в спорных сетях исходя из тарифа, учитывающего сбытовую надбавку для субъектов, относящихся к подгруппе группы «прочие потребители».

Суд округа соглашается с тем, что приобретение в середине периода регулирования новых объектов электросетевого хозяйства, не учтённых регулирующим органом в ценообразовании, не лишает сетевую организацию соответствующего статуса,что согласуется с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, сформулированной в определении от 13.09.2019 № 306-ЭС18-25562.

Между тем в силу приведённых выше норм права и сложившейся правоприменительной практики, совершённые на свой риск действия, связанныес изменением структуры урегулированных отношений, не должны сказываться на эффективности и результативности котловой модели, расчёты в которой должны быть произведены между её участниками с соблюдением экономической логики утверждённых тарифов.

Судами установлено, что распоряжением РЭК компании в исковой период установлен тариф на услуги по передаче электрической энергии. При этом величины потерь электрической энергии (мощности) в приобретённых компанией у товарищества объектах электросетевого хозяйства не учтены при установлении указанного тарифа,                   что не только исключает возможность получения дохода от деятельности по обеспечению перетока электрической энергии через спорные участки сети, но в соответствии с абзацем восьмым пункта 96 Основных положений № 442 предполагает применение к стоимости приобретаемых компанией на этих участках потерь сбытовой надбавки гарантирующего поставщика, установленной в отношении потребителей, относящихся к подгруппе группы «прочие потребители» с максимальной мощностью энергопринимающих устройств                        от 670 кВт до 10 МВт.

В связи с изложенным, применение в порядке абзаца восьмого пункта 96 Основных положений № 442 сбытовой надбавки гарантирующего поставщика, установленной в отношении потребителей, относящихся к подгруппе группы «прочие потребители» является правомерным.

В целом доводы, изложенные в кассационной жалобе, сводятся к несогласию её заявителя с выводами судов, направлены на иное толкование норм материального права и не могут быть приняты судом кассационной инстанции.

Другое толкование заявителем жалобы положений действующего законодательства, а также иная оценка обстоятельств спора, не свидетельствуют о неправильном применении судами первой и апелляционной инстанций норм права либо их нарушении. При этом таковых нарушений, являющихся основаниями для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено.

Кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

В соответствии положениями статьи 110 АПК РФ государственная пошлиназа рассмотрение кассационной жалобы относится на её заявителя.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьёй 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

решение от 26.09.2023 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры и постановление от 14.12.2023 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А75-574/2023 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                                  Л.В. Туленкова

 

Судьи                                                                                                                 Л.А. Крюкова

 

ФИО1