﻿

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-2087/2020-АК

г. Пермь

05 марта 2020 года

Дело № А71-2888/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 05 марта 2020 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 05 марта 2020 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Муравьевой Е. Ю.

судей  Васильевой Е.В., Голубцова В.Г., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Тиуновой Н.П., 

при участии:

от истца - индивидуального предпринимателя Сысоева Павла Анатольевича (ОГРНИП 316183200070240, ИНН 183507211907): Тимофеев Д.Б., паспорт, доверенность от 24.01.2020, диплом; 

от ответчика - публичного акционерного общества Страховая компания «Росгосстрах» в лице филиала ПАО СК «Росгосстрах» в Удмуртской Республике (ОГРН 1027739049689, ИНН 7707067683): не явились; 

от третьих лиц - Перцева Михаила Юрьевича, Ипатова Евгения Владимировича: не явились; 

лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу истца, индивидуального предпринимателя Сысоева Павла Анатольевича,

на решение Арбитражного суда Удмуртской Республики 

от 31 декабря 2019 года 

по делу № А71-2888/2019

по иску индивидуального предпринимателя Сысоева Павла Анатольевича 

к публичному акционерному обществу Страховая компания «Росгосстрах» в лице филиала ПАО СК «Росгосстрах» в Удмуртской Республике 

третье лицо: Перцев Михаил Юрьевич, Ипатов Евгений Владимирович

о взыскании 84 438 руб. ущерба,

установил:

Индивидуальный предприниматель Сысоев Павел Анатольевич обратился в арбитражный суд с заявлением к акционерному обществу Страховая компания «Росгосстрах» в лице филиала ПАО СК «Росгосстрах» в Удмуртской Республике о взыскании 84 438 руб. страховой выплаты ущерба, образовавшегося в результате невыплаты страхового возмещения по ДТП от 21.11.2015. 

	К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены  Перцев Михаил Юрьевич, Ипатов Евгений Владимирович.	

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 31.12.2019 (резолютивная часть решения объявлена 25.12.2019) в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с принятым решением, истец обратился с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда отменить, принять по делу новый судебный акт.

В обоснование жалобы истцом приведены доводы о том, что решение суда принято с нарушением норм материального и процессуального права; единственным лицом, ответственным за причинение ущерба Перцеву М.Ю., является Ипатов Е.В.; ПАО «Росгострах» и Ипатов Е.В. не представили доказательств нарушения Правил дорожного движения Перцевым М.Ю.;  потерпевший действовал в соответствии с требованиями Закона об ОСАГО, не нарушая прав страховой компании; несогласие с размером страховой выплаты в соответствии со ст. 16.1 Закона было выражено путем направления претензии;  не извещение страховщика на осмотр транспортного средства при проведении независимой технической экспертизы не является признаком злоупотребления правом или безусловным основанием, влекущим отказ в выплате страхового возмещения. В судебном заседании представитель истца на доводах жалобы настаивал.

ПАО СК «Росгосстрах» с жалобой не согласно по основаниям, изложенным в письменном отзыве на апелляционную жалобу. Решение суда считает законным и обоснованным, просит оставить без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения.

Третьи лица письменные отзывы на апелляционную жалобу не представили.

Ответчик и третьи лица, извещенные надлежащим образом о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, что в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не препятствует рассмотрению дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, 21 ноября 2015 года в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего на а/д Ижевск-Аэропорт – Воткинский тракт 7 км. повреждён автомобиль Hyundai-Solaris государственный регистрационный знак М 635 ТР/18, принадлежащий Перцеву М.Ю. (л.д. 74-75).

Вторым участником дорожно-транспортного происшествия являлся водитель автомобиля ВАЗ-2105, государственный регистрационный знак  Р 229 ЕО/18 Ипатов Е.В.

Постановлением по делу об административном правонарушении                № 18810018140001039903 от 21.11.2015 виновным в совершении вышеуказанного ДТП признан Перцев Михаил Юрьевич, нарушивший п. 13.12. ПДД и привлеченный к ответственности по ч. 2 ст. 12.13 КоАП РФ.

В последующем, решением Завьяловского районного суда Удмуртской Республики от 20.05.2016 по делу № А12-45/2016 отменено постановление ИДПС ОГБДД отдела МВД России «Завьяловский» по Удмуртской Республике по делу об административном правонарушении в отношении Перцева М.Ю. в связи с недоказанностью нарушения им п. 13.12. Правил дорожного движения (л.д. 117-119).

Поскольку гражданская ответственность Перцева М.Ю. (потерпевшего) застрахована в ПАО «СК «Росгосстрах» (ответчик по делу), 15 июня 2016 года он обратился в указанную страховую компанию с заявлением о прямом возмещении ущерба.

Ответчик, признав событие страховым случаем, произвел потерпевшему выплату в размере 156 100 рублей (л.д. 21, 22).

23 января 2019 года между Перцевым М.Ю. (потерпевший, цедент, третье лицо) и ИП Сысоевым П.А. (цессионарий, истец) заключен договор уступки права требования (цессии) № 61-ИП, согласно которому цедент уступает, а цессионарий принимает на себя все принадлежащие цеденту права требования возмещения вреда, причиненного имуществу цедента повреждением транспортного средства марки Hyundai-Solaris государственный регистрационный знак М 635 ТР/18, в результате дорожно-транспортного происшествия, которое произошло 21 ноября 2015 года (п. 1 договора) (л.д. 67).

Указанный договор вступает в силу с момента его подписания (п. 5 договора уступки).

Должником по уступаемому требованию является страховщик – ПАО «Росгосстрах» (ИНН 7707067683), застраховавший риск наступления гражданской ответственности потерпевшего по страховому полису серия ЕЕЕ № 0338683796 (п. 1. договора).

28 февраля 2019 года ответчиком получены уведомления о состоявшейся уступке права требования (л.д. 69, 70).

Не согласившись с размером выплаченного страхового возмещения, истец обратился в оценочную организацию (ИП Байсаров А.В.) для определения  размера ущерба, причиненного указанному транспортному средству и размера утраты товарной стоимости транспортного средства.

В соответствии с отчетом № 007-19 от 04.02.2019  рыночная стоимость восстановительного ремонта (с учетом износа) транспортного средства марки Hyundai-Solaris государственный регистрационный знак М 635 ТР/18, поврежденного в результате дорожно-транспортного происшествия от 21 ноября 2015 года, составила 213 200 рублей (л.д. 23-41).

В соответствии с отчетом № 008-19 от 04.02.2019 утрата товарной стоимости транспортного средства марки Hyundai-Solaris государственный регистрационный знак М 635 ТР/18 составила 27 338 рублей (л.д. 42-66).

Таким образом, по мнению истца, он имеет право требовать недоплаченное страховое возмещение по договору ОСАГО в общем размере 84 438 рублей.

Истцом в адрес ответчика направлена претензия с требованием произвести страховую выплату в размере 84 438 рублей, стоимость услуг оценщика в размере 15 000 рублей, а также выплатить неустойку за просрочку страховой выплаты (л.д. 71).

Ответчик требования истца не выполнил.

Уклонение ответчика от выплаты страхового возмещения в размере 84438 руб. послужило истцу основанием для обращения в Арбитражный суд Удмуртской Республики с исковым заявлением.

Судом первой инстанции принято вышеприведенное решение.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального права, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 929 ГК РФ по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Пунктом 4 статьи 931 ГК РФ предусмотрено, что в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

Согласно статье 1 Федерального закона от 25.04.2002 N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (далее - Закон об ОСАГО) страховым случаем признается наступление гражданской ответственности владельца транспортного средства за причинение вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства, влекущее за собой в соответствии с договором обязательного страхования обязанность страховщика осуществить страховую выплату.

В соответствии со статьей 12 Закона об ОСАГО подлежащие возмещению убытки в случае повреждения имущества потерпевшего определяются в размере расходов, необходимых для приведения имущества в состояние, в котором оно находилось до момента наступления страхового случая (восстановительных расходов).

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 36 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 N 58 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" по договору обязательного страхования с учетом положений статей 1 и 12 Закона об ОСАГО возмещаются не только убытки, причиненные в результате повреждения транспортного средства, но и вред в виде утраты (повреждения) груза, перевозимого в транспортном средстве потерпевшего, а также вред в связи с повреждением имущества, не относящегося к транспортным средствам (в частности, объектам недвижимости, оборудованию АЗС, дорожным знакам, ограждениям и т.д.), за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 статьи 6 Закона об ОСАГО.

К реальному ущербу, возникшему в результате дорожно-транспортного происшествия, наряду со стоимостью ремонта и запасных частей относится также утрата товарной стоимости, которая представляет собой уменьшение стоимости транспортного средства, вызванное преждевременным ухудшением товарного (внешнего) вида транспортного средства и его эксплуатационных качеств в результате снижения прочности и долговечности отдельных деталей, узлов и агрегатов, соединений и защитных покрытий вследствие дорожно транспортного происшествия и последующего ремонта (пункт 37 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 N 58 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", пункт 41 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2013 N 20 "О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан", решение Верховного Суда Российской Федерации от 24.07.2007 N ГКПИ07-658).

В соответствии с пунктом 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 N 58 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" если из документов, составленных сотрудниками полиции, невозможно установить вину застраховавшего ответственность лица в наступлении страхового случая или определить степень вины каждого из водителей - участников дорожно-транспортного происшествия, лицо, обратившееся за страховой выплатой, не лишается права на ее получение.

В таком случае страховые организации производят страховые выплаты в равных долях от размера ущерба, понесенного каждым потерпевшим (абзац четвертый пункта 22 статьи 12 Закона об ОСАГО).

В силу пунктов 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. При этом лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Таким образом, при причинении вреда имуществу владельцев источников повышенной опасности в результате их взаимодействия вред возмещается на общих основаниях, то есть по принципу ответственности за вину.

Для возникновения обязанности возместить вред необходимо как установление факта причинения вреда воздействием источника повышенной опасности, причинной связи между таким воздействием и наступившим результатом, так и установление вины, поскольку вред, причиненный одному из владельцев по вине другого, возмещается виновным; при наличии вины обоих владельцев размер возмещения определяется с учетом степени вины каждого, а при отсутствии вины обоих владельцев во взаимном причинении вреда ни один из них не имеет права на возмещение вреда за счет другого.

Следовательно, в данном споре необходимо учитывать вину каждого владельца (участника ДТП) на общих основаниях, предусмотренных статьей 1064 ГК РФ.

Факт причинения вреда в результате произошедшего дорожно-транспортного происшествия, а также размер причиненного ущерба, подтверждается имеющимися в материалах дела доказательствами и не оспаривается сторонами.

Исследовав представленные в дело доказательства, оценив их по правилам ст. 71 АПК РФ, в том числе заключение судебной экспертизы № 2038-19 от 20.12.2019 (л.д. 331-368), руководствуясь положениями ст.ст. 15, 309, 310, 382, 388, 929, 931, 956, 1064, 1079 ГК РФ и ст.ст. 1, 7, 12  Закона об ОСАГО, суд первой инстанции заключил, что из представленных материалов дела степень вины каждого причинителя определить невозможно и пришел к выводу о виновности обоих водителей в совершении дорожно-транспортного происшествия, на основании ст. 1079, п. 2 ст. 1081 ГК РФ.

Таким образом, учитывая, что в соответствии с заключением судебной экспертизы № 2038-19 от 20.12.2019 стоимость восстановительного ремонта Hyundai-Solaris государственный регистрационный знак М 635 ТР/18, поврежденного в результате дорожно-транспортного происшествия от 21 ноября 2015 года по состоянию на 21 ноября 2015 года с учетом износа округленно составляет 214 100 рублей, а также учитывая установление факта обоюдной вины, суд пришел к выводу, что истцу подлежит выплата стоимости восстановительного ремонта в размере 112 050 рублей (214 100 рублей /2).

Вместе с тем, установив, что материалами дела подтверждается выплата ответчиком страхового возмещения в большем размере (156 100 рублей), суд указал на исполнение  ПАО СК «Росгосстрах» своих обязательств в полном объеме.

Доводы, изложенные в жалобе, выражающие несогласие с выводом суда первой инстанции об обоюдной вине каждого из участников ДТП, рассмотрены судом апелляционной инстанции и отклонены, поскольку из материалов дела не усматривается, что водитель Перцев М.Ю., управляя  транспортным средством Hyundai-Solaris, выполнил требования п. 10.1 ч. 2 Правил дорожного движения РФ, согласно которым при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, соответственно, вина водителя Перцева М.Ю. также не исключается и в данном случае признается наличие обоюдной вины участников дорожно-транспортного происшествия.

Учитывая изложенное, вывод суда первой инстанции о наличии обоюдной вины обоих участников дорожно-транспортного происшествия в равной степени и наличии обязанности по возмещению вреда, причиненного в результате такого дорожно-транспортного происшествия, в равных долях является правильным.

Выводы суда подробно мотивированы в судебном акте, базируются на нормах действующего законодательства.

Оснований для иных суждений апелляционный суд не усматривает.

Довод истца о том, что суд неправильно применил нормы материального права, сославшись на Правила, утвержденные Постановлением Правительства РФ от 07.05.2003 № 263, апелляционным судом проверен и отклонен, так как в судебном акте суд правильно применил действующее Положение Банка России от 19.09.2014 № 431-П. 

Суд апелляционной инстанции также поддерживает выводы суда первой инстанции о злоупотреблении истцом правом (ст. 10 ГК РФ) в силу таких обстоятельств, принимаемых во внимание в совокупности, как заключение договора цессии, обращение к ответчику о доплате страхового возмещения в размере 57 100 руб., заявление требования о выплате УТС в размере 27 338 руб., спустя более 2,5 лет, непредставление потерпевшим в 2016 году несогласия с выплаченной суммой, а также проведение экспертизы без уведомления ответчика.

	Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (абзац 2 пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

При установлении факта злоупотребления потерпевшим правом суд отказывает во взыскании со страховщика неустойки, финансовой санкции, штрафа, а также компенсации морального вреда (пункт 4 статьи 1 и статья 10 ГК РФ). В удовлетворении таких требований суд отказывает, когда установлено, что в результате действий потерпевшего страховщик не мог исполнить свои обязательства в полном объеме или своевременно, в частности, потерпевшим направлены документы, предусмотренные Правилами, без указания сведений, позволяющих страховщику идентифицировать предыдущие обращения, либо предоставлены недостоверные сведения о том, что характер повреждений или особенности поврежденного транспортного средства, иного имущества исключают его представление для осмотра и независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки) по месту нахождения страховщика и (или) эксперта (статья 401 и пункт 3 статьи 405 ГК РФ).

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Исходя из смысла приведенных правовых норм и разъяснений под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления.

Формальное соблюдение требований законодательства не является достаточным основанием для вывода о том, что в действиях лица отсутствует злоупотребление правом (определение Верховного Суда РФ от 26.10.2015 N 304-ЭС15-5139 по делу N А27-18141/2013).

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 ГПК РФ, статья 65 АПК РФ).

Так суд, оценив условие договора цессии, фактические обстоятельства дела, пришел к правильному выводу о том, что, несмотря на то, что в законе предусмотрена ответственность страховщика за несвоевременное осуществление страховой выплаты, в исковых требованиях следует  отказать на основании статьи 10 ГК РФ.

Поддерживая выводы суда первой инстанции, апелляционный суд отмечает, что норма права, изложенная в пункте 21 статьи 12 Закона об ОСАГО, в первую очередь направлена на защиту прав именно потерпевшего от ДТП, как лица, имуществу которого причинен вред и восстановление нарушенного права которого должно быть осуществлено в предусмотренный законом срок.

Санкция, установленная в статье 12 Закона об ОСАГО, так же как и любая иная мера ответственности, в первую очередь направлена на компенсацию негативных последствий, которые возникли у лица, право которого нарушено, а во вторую очередь носит превентивный характер в отношении лица, которое допустило нарушение и призвана минимизировать в будущем нарушения, за которые лицо понесло ответственность.

Из редакции как статьи 12 Закона об ОСАГО, так и смысла всех остальных норм данного Закона следует, что он направлен на защиту прав потерпевшего, в законе используется именно такой термин и никакой другой.

Суд апелляционной инстанции находит верными выводы суда первой инстанции, не опровергнутые подателем жалобы, о том, что действия истца не направлены на защиту нарушенного права, так как истец не является субъектом, право которого нарушено, а, напротив, направленные на получение необоснованной выгоды, что свидетельствует о злоупотреблении правом со стороны истца и является основанием для отказа в исковых требованиях.

Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, не свидетельствуют о неправильном применении и нарушении им норм материального и процессуального права, по существу, сводятся к иной оценке установленных судом обстоятельств дела и подтверждающих данные обстоятельства доказательств.

Фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судом первой инстанции в полном объеме на основе доказательств, оцененных в соответствии с правилами, определенными статьей 71 АПК РФ.

При указанных обстоятельствах оснований для отмены решения суда первой инстанции и удовлетворения апелляционной жалобы у суда апелляционной инстанции не имеется.

Судом апелляционной инстанции не установлены нарушения норм материального или процессуального права, которые в силу статьи 270 АПК РФ могли бы повлечь изменение или отмену решения суда первой инстанции.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на заявителя.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

                                           ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 31 декабря 2019 года по делу № А71-2888/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Удмуртской Республики.

Председательствующий

Е.Ю. Муравьева

 

Судьи

Е.В. Васильева  

 

В.Г. Голубцов