189/2022-52705(4) 

 

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-9390/2022

г. Челябинск

15 августа 2022 года

Дело № А76-20242/2020  

Резолютивная часть постановления объявлена 08 августа 2022 года.  Постановление изготовлено в полном объеме 15 августа 2022 года.  

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  председательствующего судьи Румянцева А.А.,  

судей Поздняковой Е.А., Хоронеко М.Н., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,  рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  

конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью  

«Комметэнерго» ФИО2 на определение  

Арбитражного суда Челябинской области от 20.06.2022 по делу № А7620242/2020 об отказе в признании сделки недействительной, применении  

последствий недействительности сделки. В судебном заседании приняли участие: 

представитель конкурсного управляющего ФИО2  

Алексеевича - ФИО3 (паспорт; доверенность от 10.01.2022 сроком до  

31.12.2022); ФИО4 (паспорт); 

представитель ФИО4 – ФИО5 (по устному  

ходатайству, паспорт). 

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 09.06.2020 на  основании заявления общества с ограниченной ответственностью  «Комметэнерго» (далее – ООО «Комметэнерго», должник) возбуждено  производство по делу о его банкротстве.  

Решением суда от 29.07.2020 (резолютивная часть от 22.07.2020)  ликвидируемый должник - ООО «Комметэнерго» признано несостоятельным  (банкротом) с открытием в отношении него конкурсного производства,  конкурсным управляющим утвержден ФИО2 (далее –  конкурсный управляющий ФИО2, заявитель, податель жалобы).  

Информационное сообщение о признании должника банкротом  опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 141 от 08.08.2020.  

20.01.2022 конкурсный управляющий ФИО2 обратился в  арбитражный суд с заявлением (с учетом принятого судом уточнения), в  котором просит:  

- признать недействительным договор б/н купли-продажи транспортного  средства от августа 2019 года, заключенный между должником и ФИО4;  

- применить последствия недействительности сделки путем взыскания с  ФИО4 денежные средства в размере 477 000 руб. 00 коп. в пользу ООО  «Комметэнерго».  

Определением от 18.05.2022 к участию в деле в качестве третьего лица,  не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора,  привлечен ликвидатор должника на момент совершения оспариваемой сделки  ФИО6 (далее – ликвидатор ФИО6).  

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 20.06.2022 в  удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано в полном  объеме.  

Не согласившись с указанным судебным актом, конкурсный  управляющий ФИО2 обратился в суд с апелляционной жалобой, в  которой просит указанное определение отменить, ссылаясь на несоответствие  рыночной стоимости спорного транспортного средства, в связи с чем причинен  ущерб кредиторам должника. Не согласен с выводами суда о пропуске срока  исковой давности.  

От ФИО4 поступил отзыв на апелляционную жалобу, с  доказательством его направления в адрес лиц, участвующих в деле.  

От ФИО6 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в приобщении  которого отказано, поскольку не исполнена обязанность по направлению  заблаговременно лицам, участвующим в деле.  

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о  времени и месте судебного разбирательства посредством почтовых  отправлений, а также размещения информации на официальном сайте суда в  информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».  

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом в отсутствие  указанных лиц.  

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего  ФИО2 с определением суда не согласился, считает его незаконным и  необоснованным; представитель ФИО4 с доводами апелляционной  жалобы не согласился, просил определение оставить без изменения,  апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом  апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Как следует из материалов дела, и установлено судом первой инстанции,  между должником (продавец) и ФИО4 (покупатель) в августе 2019  

года подписан договор купли-продажи ТС б/н, по условиям которого продавец  передал в собственность покупателя ТС грузовой самосвал по цене 410 000 руб.  

Полагая, что должник совершил сделку в период подозрительности и при  неравноценном встречном исполнении с целью причинить вред  имущественным правам кредиторов, конкурсный управляющий ФИО2 обратился с настоящим заявлением в суд.  

Отказывая в удовлетворении требования, суд первой инстанции исходил  из того, что неравноценность встречного исполнения по сделке не доказана,  оснований для признания сделки недействительной по п. 1 ст. 61.2. Закона о  банкротстве, не имеется.  

Суд апелляционной инстанции не может не согласиться с данными  выводами в силу следующего.  

Согласно ч. 1 ст. 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются  арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с  особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими  вопросы несостоятельности (банкротства).  

Полномочия на оспаривание сделок должника предоставлены  конкурсному управляющему ст.ст. 61.9, 129 Закона о банкротстве.  

В соответствии с п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные  должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны  недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской  Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о  банкротстве.  

Статья 61.2 Закона о банкротстве допускает возможность признания  недействительными подозрительных сделок, совершенных при неравноценном  встречном предоставлении, либо с причинением вреда кредиторам.  

Разъяснения по порядку применения названных положений даны в  постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации   № 63 от 23.12.2010 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы  III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее –  постановление Пленума № 63).  

Согласно п. 8, 9 постановления Пленума № 63 в соответствии с абз. 1 п. 1  ст. 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение  обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если  цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в  худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при  которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки, а  если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия  заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для  признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в  названном пункте, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных п.  2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует  иметь в виду, что в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается  

уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение  размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия  совершенных должником сделок или юридически значимых действий,  приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности  кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам  должника за счет его имущества.  

С учетом приведенной нормы конкурсный управляющий ФИО2,  заявляя в рамках настоящего дела о неравноценности встречного  предоставления по оспариваемым сделкам, должен был представить суду  соответствующие доказательства неравноценности, сопоставив условия иных  аналогичных сделок, совершаемых должником или иными участниками  гражданского оборота.  

В соответствии с абзацем первым п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве  неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки  имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия  на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону  отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых  обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.  

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует  учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и  условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками  оборота.  

На основании п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена  также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное  встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было  известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного  для осуществления им встречного исполнения.  

Судам необходимо учитывать, что по правилам упомянутой нормы могут  оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие  встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит  встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не  предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут  оспариваться на основании п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве, но могут  оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.  

Согласно п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная  должником в течение одного года до принятия заявления о признании  банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана  арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном  исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если  цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника  сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых  обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).  Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в  частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если  рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного  

им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость  полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом  условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.  

Из материалов дела следует, что заявление о признании ООО  «Комметэнерго» несостоятельным (банкротом) принято к производству суда  09.06.2020. Оспариваемая сделка совершена в августе 2019 года, в связи с чем,  подпадает под период подозрительности, установленный пунктами 1 и 2 статьи  61.2 Закона о банкротстве.  

На дату совершения оспариваемой сделки должник имел задолженность  перед Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службой № 22 по  Челябинской области и ООО «Энергоремонт», что подтверждается судебными  актами от 13.10.2020, 12.11.2020, 27.11.2020 в рамках дела № А76-20242/2020.  

Вместе с тем, из материалов обособленного спора следует, что  оспариваемый договор от имени должника подписан ликвидатором общества,  является возмездным, предусматривает условия оплаты и стоимость  проданного имущества, а именно стоимость спорного имущества составила 410  000 руб. 00 коп., которые перечислены на счет должника 15.08.2019 в полном  объеме.  

Более того, ФИО4 в материалы спора представлены  доказательства, подтверждающие финансовую возможность для приобретения  ТС грузовой самосвал по цене 410 000 руб. 00 коп.  

Доказательств, свидетельствующих о том, что установленная в  оспариваемом договоре стоимость имущества, существенно отличались в  худшую для должника сторону, материалы дела не содержат и конкурсным  управляющим в нарушение ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации не доказано.  

Так, из представленного заключения о стоимости от 30.12.2021,  проведенного без осмотра спорного ТС на основании представленных  документов, следует, что вероятная рыночная стоимость ТС по состоянию на  31.08.2019 составляла 887 000 руб.  

В своих возражениях ответчик указал, что указанное заключение  проведено в отношении грузовых самосвалов других марок с иными  техническими характеристиками, в том числе грузоподъёмностью, объёмом  кузова, направлением разгрузки, моделью двигателя и в разных регионах  России.  

В своих возражениях представитель ликвидатора ФИО6 указал, что  оценщик при определении стоимости не располагал и не мог располагать  данными о техническом состоянии спорного ТС, следовательно, однозначно  утверждать о приоритете стоимости, указанной в заключении над стоимостью,  определенной сторонами в момент заключения договора весьма  затруднительно. Цена продажи спорного ТС определена оценщиком по  состоянию на июль-август 2019 года.  

Вместе с тем, понятие неравноценности является оценочным, в силу чего  к нему не могут быть применимы заранее установленные формальные  (процентные) критерии отклонения цены. Как указал Конституционный Суд  

Российской Федерации в постановлении от 03.02.2022 № 5-П, наличие в пункте  1 статьи 61.2 Закона о банкротстве оценочных характеристик создает  возможность эффективного ее применения к неограниченному числу  конкретных правовых ситуаций.  

Таким образом, квалификация осуществленного предоставления как  неравноценного определяется судом в каждом случае исходя из конкретных  характеристик сделки и отчуждаемого имущества (его количества,  ликвидности, периода экспозиции и т.п.).  

Учитывая, что заключение о стоимости по состоянию на 31.08.2019  составлено без учета технических параметров, состояния и функциональных  (эксплуатационных) свойств продаваемого ТС, суд первой инстанции  обосновано не принял его в качестве надлежащего доказательства  несоответствия стоимости автомобиля его рыночной стоимости.  

Таким образом, конкурсным управляющим не подтверждено наличие  необходимой совокупности условий для признания оспариваемой сделки  недействительной применительно к положениям ст. 61.2 Закона о банкротстве,  поскольку не доказана неравноценность встречного предоставления, а доводы  апелляционной жалобы об ином, несостоятельны.  

Из представленного в материалы дела отчета о стоимости транспортного  средства следует, что предметом исследования являлись не аналогичные  спорному транспортные средства. В частности предметом оспариваемой сделки  являлся ТС самосвал Урал 45289. Тогда как для расчёта стоимости приняты во  внимание четыре аналога транспортных средства: Урал 2007 г.д. без указания  модели, Урал 452701 и два транспортных средства Урал 83685.  

Более того, сторонами в ходе судебного разбирательства не оспорено, что  спорное ТС не являлось единственным ликвидным активом должника, а цена,  по которой реализовано имущество, установлена отчётом об оценке имущества  по состоянию на июль-август 2019 года с учетом того состояния, в котором  находилось спорное ТС на момент совершения сделки.  

Напротив, из материалов обособленного спора следует и сторонами в  ходе судебного разбирательства не оспорено, что ликвидатор ФИО6  осуществлял продажу спорного ТС с целью погашения задолженности по  заработной плате перед работниками должника.  

Кроме того, доказательств, свидетельствующих о том, что спорная сделка  совершена между заинтересованными лицами, суду не представлено.  

При рассмотрении настоящего спора ответчиком было заявлено о  пропуске срока исковой давности по оспариванию сделки.  

В соответствии с п. 2 ст. 181 Гражданского кодекса Российской  Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой  сделки недействительной и применении последствий ее недействительности  составляет один год.  

Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается  со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была  совершена сделка (п. 1 ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации),  

либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных  обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки  недействительной.  

Согласно пункту 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного  Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 заявление об оспаривании  сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть  подано в течение годичного срока исковой давности (п. 2 ст. 181 Гражданского  кодекса Российской Федерации).  

В соответствии со ст. 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по  заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда  первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том  числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона)  узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки.  

Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало  о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при  введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них  по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре  наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения.  

В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или  признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако  при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий  знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько  управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по  условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.  

При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный  управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно  запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий  информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о  совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о  банкротстве.  

В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя  должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию  должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у  соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до  возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества  должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале,  автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и  осуществлявшихся по ним операциям и т.п.  

Исходя из системного толкования положений ст. 61.9 Закона о  банкротстве в совокупности со ст. 181 Гражданского кодекса Российской  Федерации срок исковой давности по вопросу признания сделок  недействительными в рамках дела о банкротстве исчисляется с момента, когда  арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований  для оспаривания сделки, предусмотренных данным Федеральным законом, с  учетом наличия у него всей необходимой информации о совершенных сделках  

(выписки по счету, сведения и обстоятельства, свидетельствующие о том, что  сделка содержит пороки и т.д.).  

Утвержденные арбитражным судом арбитражные управляющие являются  процессуальными правопреемниками предыдущих арбитражных управляющих  (п. 6 ст. 20.3 Закона о банкротстве). Перемена лиц в обязательстве не влечет  изменения срока исковой давности и порядка его исчисления (ст. 201  Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Таким образом, законодательство связывает начало течения срока  исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о  нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть  имело юридическую возможность, узнать о нарушении права.  

Из материалов дела следует, что спорная сделка совершена в августе 2019  года, а конкурсный управляющий ФИО2 утвержден в процедуре  конкурсного производства (в отношении ликвидируемого  должника) 22.07.2020 (резолютивная часть). Фактически заявление о  признании сделки недействительной подано 20.01.2022.  

В материалы дела не представлены сведения, из которых суд мог  установить период, в которой конкурсному управляющему стало известно о  факте совершения оспариваемой сделки.  

Однако, действуя разумно и добросовестно, конкурсный управляющий  ФИО2 должен был узнать о подозрительной сделке и основаниях для  ее оспаривания в пределах годичного срока исковой давности, непосредственно  после утверждения его конкурсным управляющим. Доказательств,  свидетельствующих о наличии объективных препятствий для обращения в суд  с соответствующим заявлением в период с 22.07.2020 по 22.07.2021, суду не  приведено.  

Таким образом, принимая во внимание, что с заявлением об оспаривании  сделки конкурсный управляющий ФИО2 обратился в суд только  20.01.2022, суд пришел к выводу о пропуске срока исковой давности.  

Таким образом, доводы подателя апелляционной жалобы о том, что срок  исковой давности им не пропущен, подлежат отклонению как противоречащие  фактическим обстоятельства дела.  

Арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал  материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам,  применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив  нарушений норм процессуального права.  

Выводы, содержащиеся в обжалуемом судебном акте, соответствуют  фактическим обстоятельствам дела и оснований для его отмены в соответствии  со ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  апелляционная инстанция не усматривает.  

Судебные расходы, связанные с уплатой государственной пошлины по  апелляционной жалобе, подлежат распределению между сторонами по  правилам, установленным ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации.  

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271, 272 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Восемнадцатый арбитражный  апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 20.06.2022 по  делу № А76-20242/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу  конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью  «Комметэнерго» ФИО2 - без удовлетворения.  

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Комметэнерго»  в доход федерального бюджета в счет возмещения государственной пошлины  по апелляционной жалобе 3 000 руб.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного  производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца  со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд  первой инстанции.  

Председательствующий судья А.А. Румянцев  

 Судьи: Е.А. Позднякова 

 М.Н. Хоронеко