АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции 

 

Нижний Новгород

Дело № А82-19203/2021

30 августа 2024 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 20.08.2024.

Постановление в полном объеме изготовлено 30.08.2024.

 

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Елисеевой Е.В.,

судей Кузнецовой Л.В., Прытковой В.П.

 

при участии 

ФИО1 

(паспорт гражданина Российской Федерации)

 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного кредитора – 

ФИО2

 

на определение Арбитражного суда Ярославской области от 03.11.2023  и

на постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 09.04.2024

по делу № А82-19203/2021

 

по заявлению финансового управляющего гражданки ФИО1 – 

ФИО3

к ФИО4 и ФИО5

о признании сделки недействительной

и о применении последствий ее недействительности,

 

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, – 

Отделение фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации 

по Ярославской области, Отдел опеки и попечительства Управления образования 

администрации Некрасовского муниципального района Ярославской области, 

ФИО6,

 

и   у с т а н о в и л : 

 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) гражданки ФИО1 (далее – должник) ее финансовый управляющий ФИО3 обратился в Арбитражный суд Ярославской области с заявлением о признании недействительным договора дарения жилого дома и земельного участка от 25.06.2021, заключенного ФИО1 (дарителем) с ее дочерями ФИО4 и ФИО5 (одаряемыми), и о применении последствий недействительности сделки.

Заявление основано на пунктах 1 и 2 статье 61.2 Федерального закона от 25.06.2021 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и мотивировано совершением спорной сделки с целью безвозмездного вывода имущества из собственности должника и причинения вреда имущественным правам его кредиторов.

Суд первой инстанции определением от 03.11.2023, оставленным без изменения постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 09.04.2024, отказал в удовлетворении заявленных требований.

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, конкурсный кредитор должника – ФИО2 – обратился в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение от 03.11.2023 и постановление от 09.04.2024 и принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

В обоснование кассационной жалобы заявитель ссылается на наличие оснований для признания договора дарения недействительным по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 Закона о банкротстве.

Как полагает заявитель, на дату совершения сделки ФИО1 было известно о принятом судом общей юрисдикции судебном акте о взыскании с нее задолженности в пользу ФИО2; также у ФИО1 имелись неисполненные обязательства перед иными кредиторами, требования которых впоследствии были включены в реестр требований кредиторов; при этом у нее отсутствовали денежные средства, достаточные для погашения требований кредиторов, то есть должник обладал признаками неплатежеспособности (недостаточности имущества). Сделка совершена в пользу заинтересованных лиц (детей) с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов в виде безвозмездного выбытия имущества из собственности должника.

По мнению заявителя, доли в праве собственности на жилое помещение, приобретенное с использованием средств материнского капитала, определяются исходя из равенства долей родителей и детей на средства материнского капитала, а не на все средства, за счет которых оно приобретено. Следовательно, при добросовестном исполнении должником обязанностей перед детьми по предоставлению им долей в праве собственности на дом общей площадью 118 квадратных метров нормы предоставления жилья были бы соблюдены, поскольку дом принадлежал бы четырем собственникам, в том числе сыну должника, на каждого из которых приходилось бы 29,5 квадратного метра площади помещения, чего было достаточно для исполнения требований действующего законодательства в части запрета обращения взыскания на единственное жилье. ФИО1 фактически выведено из конкурсной массы имущество, на которое могло быть обращено взыскание по обязательствам перед кредиторами в целях получения исполнительского иммунитета на имущество, подлежавшее реализации в процедуре банкротства. Заключение договора дарения с нарушением порядка распределения долей в праве собственности имело целью избежать включения одного из жилых домов в конкурсную массу и создать исполнительский иммунитет для второго жилого дома площадью 148,2 квадратного метра, что является злоупотреблением правом. Вместе с тем признание договора дарения недействительным не препятствует должнику в дальнейшем распределить доли на детей в соответствии с действующим законодательством.

Подробно доводы заявителя изложены в кассационной жалобе и поддержаны в судебном заседании.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебное заседание, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность определения Арбитражного суда Ярославской области от 03.11.2023 и постановления Второго арбитражного апелляционного суда от 09.04.2024 проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд округа проверяет правильность применения судом первой и апелляционной инстанций норм права, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Изучив материалы дела, проверив обоснованность доводов, приведенных в кассационной жалобе, и заслушав должника, суд округа не нашел правовых оснований для отмены обжалованных судебных актов.

Как следует из материалов дела, ФИО1 (даритель) и ее дочери ФИО4 и ФИО5 (одаряемые) заключили договор дарения от 25.06.2021, по условиям которого ФИО1 безвозмездно передала в собственность ФИО4 и ФИО5 по одной второй доле в праве общей долевой собственности на жилой дом общей площадью 280 квадратных метров и расположенный под ним земельный участок общей площадью 4000 квадратных метров.

Арбитражный суд Ярославской области определением от 25.11.2021 по заявлению ФИО2 возбудил производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО1; определением от 27.01.2022 ввел процедуру реструктуризации долгов гражданина; решением от 19.05.2022 признал ФИО1 несостоятельной (банкротом) и ввел процедуру реализации ее имущества.

Посчитав, что договор дарения от 25.01.2021 заключен с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов путем безвозмездного отчуждения имущества из собственности должника, его финансовый управляющий ФИО3 оспорил законность данной сделки на основании пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В абзаце шестом пункта 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) разъяснено, что по правилам пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

Таким образом, договор дарения не может быть оспорен по основаниям, предусмотренным в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника. 

Для признания сделки недействительной по основаниям, указанным в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию (пункт 5 Постановления № 63).

Согласно разъяснениям, отраженным в пункте 7 Постановления № 63, презумпция осведомленности другой стороны сделки о совершении этой сделки с целью причинить вред имущественным интересам кредиторов применяется, если другая сторона признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Спорный договор дарения от 25.06.2021 заключен за пять месяцев до возбуждения дела о банкротстве должника (25.11.2021), то есть в период подозрительности, предусмотренный в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суды первой и апелляционной инстанций установили, что на дату заключения договора у должника имелись признаки неплатежеспособности (недостаточности имущества); при этом стороны договора в силу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве являются заинтересованными по отношению друг к другу лицами. 

При названных обстоятельствах предполагается цель причинения вреда имущественным правам кредиторов исходя из абзаца второго пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку сделка совершена безвозмездно и в отношении заинтересованных лиц. С учетом разъяснений, изложенных в пункте 7 Постановления № 63, презюмируется доказанной осведомленность стороны сделки, являющейся заинтересованным по отношению к должнику лицом, о ее совершении с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Вместе с тем суды пришли к заключению об отсутствии причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения спорного договора.

Как установили судебные инстанции, до приобретения жилого дома № 3 общей площадью 118 квадратных метров ФИО1, ее старшая дочь ФИО5 и сын ФИО5 проживали в квартире в городе Тутаев Ярославской области, получив в собственность по одной третьей доле в праве собственности на основании договора приватизации. Постановлением главы администрации Некрасовского муниципального района Ярославской области от 05.08.2019 должнику дано разрешение на продажу квартиры, в которой проживала ее несовершеннолетняя дочь ФИО5, с последующим приобретением благоустроенного жилого дома. В связи с рождением 06.11.2019 дочери ФИО4 должнику 24.03.2020 выдан сертификат на материнский (семейный) капитал на сумму 466 627 рублей; ФИО1 03.08.2020 приобрела в собственность жилой дом общей площадью 118 квадратных метров с расположенным под ним земельным участком частично за счет средств материнского капитала, вследствие чего у нее возникла обязанность по выделению малолетней дочери ФИО4 доли в праве собственности на дом, во исполнение которой был заключен спорный договор дарения.

Установив факт приобретения жилого дома с использованием средств материнского капитала, суды пришли к выводу о возникновении у детей должника права общей долевой собственности на это имущество.

В силу пункта 1 статьи 7 Федерального закона от 29.12.2006 № 256-ФЗ «О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей» (далее – Закон № 256-ФЗ) распоряжение средствами (частью средств) материнского (семейного) капитала осуществляется лицами, получившими сертификат.

Пунктом 1 части 1 статьи 10 Закона № 256-ФЗ установлено, что средства (часть средств) материнского (семейного) капитала в соответствии с заявлением о распоряжении могут направляться на приобретение (строительство) жилого помещения, осуществляемое гражданами посредством совершения любых не противоречащих закону сделок и участия в обязательствах (включая участие в жилищных, жилищно-строительных и жилищных накопительных кооперативах), путем безналичного перечисления указанных средств организации, осуществляющей отчуждение (строительство) приобретаемого (строящегося) жилого помещения, либо физическому лицу, осуществляющему отчуждение приобретаемого жилого помещения, либо организации, в том числе кредитной, предоставившей по кредитному договору (договору займа) денежные средства на указанные цели.

Лицо, получившее сертификат, его супруг (супруга) обязаны оформить жилое помещение, приобретенное (построенное, реконструированное) с использованием средств (части средств) материнского (семейного) капитала, в общую собственность такого лица, его супруга (супруги), детей (в том числе первого, второго, третьего ребенка и последующих детей) с определением размера долей по соглашению (часть 4 статьи 10 Закона № 256-ФЗ).

Таким образом, специально регулирующим соответствующие отношения законом определен круг субъектов, в чью собственность поступает жилое помещение, приобретенное с использованием средств материнского капитала, и установлен вид собственности (общая долевая), возникающей у них на приобретенное жилье. При наступлении срока оформления права собственности детей на имущество в соответствии с обязательством, данным родителями, последние в силу приведенных норм Закона № 256-ФЗ обязаны оформить жилое помещение в общую долевую собственность, в том числе детей. Раздел жилого помещения, приобретенного с использованием средств материнского (семейного) капитала, без учета интересов детей, имеющих наряду с родителями право на такое помещение, невозможен.

Согласно правовой позиции, сформулированной в пункте 12 Обзора судебной практики по делам, связанным с реализацией права на материнский (семейный) капитал, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 22.06.2016 (далее – Обзор от 22.06.2016), объект недвижимости, приобретенный (построенный, реконструированный) с использованием средств материнского (семейного) капитала, находится в общей долевой собственности супругов и детей.

Доли в праве собственности на жилое помещение, приобретенное с использованием средств материнского (семейного) капитала, определяются исходя из равенства долей родителей и детей на средства материнского (семейного) капитала, а не на все средства, за счет которых было приобретено жилое помещение (пункт 13 Обзора от 22.06.2016).

Следовательно, с учетом расторжения ФИО7 брака до приобретения в собственность дома № 3, доли в праве собственности на него подлежали распределению на должника и ее троих детей. 

Между тем суды приняли во внимание, что по данным технического паспорта жилая площадь указанного дома составляла лишь 53,1 квадратного метра. С учетом площади и характеристик жилого дома, суды резюмировали, что спорный договор дарения совершен в отсутствие противоправной цели причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Суд апелляционной инстанции проанализировал представленный кредитором расчет распределения долей между указанными лицами, проведенный в том числе с учетом разъяснений пункта 13 Обзора от 22.06.2016, признав его необоснованным.

Апелляционный суд установил, что в собственности должника находилось два жилых дома: дом № 1 общей площадью 148,2 квадратного метра, приобретенный на средства от продажи двух квартир – бабушки должника ФИО8 и ее матери ФИО9, и дом № 3 общей площадью 118 квадратных метров. В декабре 2014 года ФИО9 и брат должника ФИО10 продали принадлежащую им квартиру в городе Тутаев, бабушка должника также продала принадлежавшую ей двухкомнатную квартиру с целью переезда всей семьи в жилой дом в сельской местности в связи с необходимостью обеспечения ухода за пожилой бабушкой – инвалидом; 30.12.2014 ФИО1 приобретен дом № 1, после оформления договора купли-продажи в доме № 1 по месту жительства были зарегистрированы ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11 и ФИО5 При этом у ФИО1 отсутствовала финансовая возможность для приобретения дома № 3 без продажи квартиры в городе Тутаев Ярославской области.

При таких условиях суды констатировали, что цель заключения договора дарения состояла в соблюдении должником интересов детей при приобретении жилого дома, в том числе за счет средств материнского капитала. 

В рассматриваемом случае определение долей дочерей должника в праве собственности на жилой дом и земельный участок под ним осуществлено посредством заключения спорного договора дарения.

Суд апелляционной инстанции справедливо указал, что в данном случае договором дарения лишь определены доли в праве общей долевой собственности на спорное имущество, принадлежащие дочерям должника, что не может быть квалифицировано как распоряжение этим имуществом.

Вопреки утверждению заявителя кассационной жалобы, действующее законодательство, устанавливая требование об определении долей родителей и детей в праве общей собственности на жилое помещение, приобретенное с использованием средств материнского (семейного) капитала, не содержит запрета на оформление определения долей путем заключения договора их дарения.

С учетом изложенного суды пришли к обоснованному выводу о том, что сделка, оформляющая и опосредующая реализацию целевых мер государственной поддержки в виде предоставления материнского (семейного) капитала для приобретения жилья, не является сделкой по отчуждению имущества должника, которая может быть оспорена в деле о его банкротстве.

Апелляционный суд обоснованно резюмировал, что возврат имущества в конкурсную массу в случае признания сделки недействительной при таких условиях не повлечет восстановления нарушенных прав кредиторов должника. Результатом недействительности спорной сделки станет выбытие из собственности детей должника принадлежащих им долей в праве собственности на дом и земельный участок, что недопустимо в силу положений Закона № 256-ФЗ.

Нарушение участниками гражданского оборота при заключении договора статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, выразившееся в злоупотреблении правом, отнесено законом к числу самостоятельных оснований для признания сделки недействительной.

Однако суд апелляционной инстанции также не усмотрел в действиях должника признаков злоупотребления правом, недопустимого в силу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При изложенных обстоятельствах судебные инстанции правомерно не нашли оснований для признания договора дарения недействительной сделкой. 

Несогласие заявителя с выводами судебных инстанций, основанными на оценке доказательств, равно как и иной подход к интерпретации примененных судами нормативных положений и установленных обстоятельств не свидетельствует об ошибочном толковании и применении норм права непосредственно к установленным фактическим обстоятельствам, не подтверждает существенных нарушений норм материального и процессуального права, повлиявших на исход спора.

Материалы дела исследованы судами полно, всесторонне и объективно, представленным доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалованных судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам спора и нормам права.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина за рассмотрение кассационной жалобы относится на заявителя, однако не была уплачена при подаче жалобы, в связи с чем подлежит взысканию с ФИО2 в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пункт 1 части 1), 289 и 319 (частью 2) Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа

П О С Т А Н О В И Л :

определение Арбитражного суда Ярославской области от 03.11.2023 и постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 09.04.2024 по делу № А82-19203/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета 3000 рублей государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы.

Арбитражному суду Ярославской области выдать исполнительный лист.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

           Председательствующий

 

Е.В. Елисеева

 

 

Судьи

 

Л.В. Кузнецова

 

В.П. Прыткова