№ 09АП-52000/2017

Дело № А40-151414/15

г. Москва

20 ноября 2017 года

Резолютивная часть постановления объявлена 13 ноября 2017 года 

Постановление

 изготовлено в полном объеме 20 ноября 2017 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи П.А. Порывкина,

судей М.С. Сафроновой, А.С. Маслова,

при ведении протокола секретарем судебного заседания А.М. Чадамба,

рассмотрев в открытом судебном  заседании апелляционные жалобы

конкурсного управляющего ООО "Превокс Моторс", ПАО «Сбербанк России»на определение Арбитражного суда г. Москвы от 25.08.2017

по делу № А40-151414/15, вынесенное судьёй ФИО1,об отказе конкурсному управляющему ООО «ПРЕВОКС МОТОРС» ФИО2 в удовлетворении заявления о признании недействительными сделок и применения последствия их недействительности в полном объеме,в деле о банкротстве Общество с ограниченной ответственностью «ПРЕВОКС МОТОРС» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>),

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего ООО "Превокс Моторс"- ФИО3 дов. от 04.07.2017

от ООО «Сетелем Банк»- ФИО4 дов. от 18.04.2017, ФИО5 дов. от 21.12.2016

от ПАО «Сбербанк России»- ФИО6 дов. от 07.03.2017

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы 16.03.2016 в отношении ООО «ПРЕВОКС МОТОРС» (далее также - должник) открыта процедура конкурсного производства по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2

Сообщение о признании должника банкротом и открытии в отношении него конкурсного производства опубликовано конкурсным управляющим в газете «Коммерсантъ» № 56 от 02.04.2016, стр. 29. 

Конкурсный управляющий должника обратился в суд с заявлением о признании  соглашения об отступном от 31.07.2015, заключенное между ООО «ПРЕВОКС МОТОРС» и ООО «Сетелем Банк» (далее также – банк)  недействительным и применении последствий недействительности сделки. 

Определением суда от 25.08.2017 конкурсному управляющему должника отказано в удовлетворении заявления.

Конкурсный управляющий должника с определением суда не согласился, обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить и принять новый судебный акт, которым удовлетворить заявленные требования.

Кредитор ПАО «Сбербанк России» (далее также – заявитель) с определением суда не согласился, обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить и принять новый судебный акт, которым удовлетворить заявленные требования.

Ответчиком представлены отзывы на апелляционные жалобы, в которых он просит определение суда оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

В судебном заседании представители конкурсного управляющего, ПАО «Сбербанк России» доводы апелляционных жалоб поддержали, просили отменить определение суда. 

Представитель ООО «Сетелем Банк» возражал по доводам апелляционных жалоб, указывая на их необоснованность, просил определение суда оставить без изменения, апелляционные  жалобы – без удовлетворения.

Законность и обоснованность определения проверены в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Выслушав представителей лиц, явившихся в судебное заседание, изучив материалы дела, оценив доводы апелляционных жалоб, отзывов, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены определения  суда.       

Как обоснованно указал суд первой инстанции, для признания соглашения недействительным по указанным заявителем основаниям необходимо наличие совокупности следующих условий и одновременно представленных заявителем доказательств такого наличия (ст.ст. 61.3, 138 Закона о банкротстве, п. 29.3 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63):

сделка привела к тому, что кредитору оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке ст. 138 Закона о банкротстве; 

в момент заключения оспариваемой сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; 

кредитору было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества; 

залоговому кредитору на момент заключения оспариваемой сделки было известно, что вследствие этой сделки он получил удовлетворение большее, чем получил бы при банкротстве по правилам статьи 138 Закона о банкротстве, а именно хотя бы об одном из следующих условий, указывающих на наличие признаков предпочтительности:

а) после совершения оспариваемой сделки у должника не останется имущества, достаточного для полного погашения имеющихся у него обязательств, относящихся при банкротстве к первой и второй очереди, и (или) для финансирования процедуры банкротства за счет текущих платежей, указанных в статье 138 Закона о банкротстве;

б) оспариваемой сделкой прекращено, в том числе обеспеченное залогом обязательство по уплате неустоек или иных финансовых санкций, и после совершения оспариваемой сделки у должника не останется имущества, достаточного для полного погашения имеющихся у должника обязательств перед другими кредиторами в части основного долга и причитающихся процентов.

Между тем, как установлено судом первой инстанции,  совокупности таких условий при заключении соглашения не имелось, что подтверждается материалами дела и представленными сторонами доказательствами. 

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции по следующим основаниям. 

Из материалов дела следует, что на момент заключения соглашения у должника не имелось неисполненных обязательств перед кредиторами 1 и/или 2 очереди (на что указано в ходатайстве председателя ликвидационной комиссии должника о переходе к рассмотрению дела в порядке упрощенной процедуры (л.д. 48-54 т. № 1), реестре требований кредиторов должника и отчетах управляющего о своей деятельности от 27.06.2016 (л.д. 131 т. № 3) и от 20.02.2017 (л.д. 147 том № 3), доказательств обратного заявителем и/или конкурсным управляющим должника не представлено.

Каких-либо доказательств наличия у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на дату заключения соглашения заявителем и/или конкурсным управляющим должника не представлено. 

При этом необходимо отметить, что вплоть до даты заключения соглашения должник продолжал осуществлять свою хозяйственную деятельность: в т.ч. поиск потенциальных покупателей на поставленные ему автомобили и при наличии таковых реализовывал им автомобили в рабочем порядке. 

Как следует из сложившейся судебной практики, само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона о банкротстве, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества (см. п. 6 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63), в общедоступных источниках информации сведений о взыскании с должника существенной задолженности не имелось. 

Очевидно, что финансовые затруднения должника были вызваны экономическим кризисом конца 2014-2015 гг. и были абсолютно характерны для автомобильных дилеров в тот период времени.

Банк не мог и не должен был знать ни о признаках недостаточности имущества, ни о признаках неплатежеспособности должника (при наличии таковых) на момент заключения соглашения, поскольку: 

из представленных в банк документов такие признаки не усматривались (размер активов должника превышал размер его обязательств);

должник продолжал свою хозяйственную деятельность (осуществлял продажи автомобилей) вплоть до даты заключения соглашения;

на момент подписания соглашения в доступных банку источниках (в т.ч. в сети Интернет) отсутствовала информация о наличии у должника просроченной задолженности перед третьими лицами в размере, свидетельствующем о признаках банкротства.

При таких условиях, у банка не имелось никаких разумных оснований полагать наличие у должника признаков неплатежеспособности и/или недостаточности имущества, а тем более полагать, что заключение соглашения, в результате которого произойдет освобождение должника от обязанностей и начисления штрафных санкций, может повлечь ущемление интересов иных лиц. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Банку на момент подписания соглашения не было и не могло быть известно, что вследствие этой сделки банк получил удовлетворение большее, чем он получил бы при банкротстве по правилам статьи 138 Закона о банкротстве, так как  на момент совершения сделки у банка отсутствовали сведения о наличии (если таковые имелись) у должника перед третьими лицами задолженности, относящейся при банкротстве к первой и второй очереди. 

При этом из материалов настоящего дела следует, что по состоянию на 31.07.2015 у должника такой задолженности не имелось.

Кроме того, материалами дела подтверждается, что, несмотря на оспариваемую сделку, у должника имелось и имеется достаточно иного имущества (в т.ч. не заложенного иным лицам) для погашения обязательств (в случае их наличия), относящихся при банкротстве к первой и второй очереди, и для финансирования процедуры банкротства (на что прямо указано в ходатайстве председателя ликвидационной комиссии должника о переходе к рассмотрению дела в порядке упрощенной процедуры, приложенных к нему инвентаризационных описях; а также в отчетах конкурсного управляющего о своей деятельности от 27.06.2016 и от 20.02.2017, согласно которым у должника имеется не заложенное имущество на сумму 13 733 282, 33 руб., а также дебиторская задолженность; в ходатайстве конкурсного управляющего о продлении сроков конкурсного производства).

В результате совершенного соглашения фактической оплаты должником неустоек непроизводилось, поскольку в результате соглашения стороны договорились прекратитьобязательство должника по оплате задолженности в сумме более 15 миллионов рублей (изкоторых 13 504 114, 81 рублей являлись основным долгом) путем предоставления 11 автомобилей общей стоимостью менее 13 млн. рублей.

 Таким образом, вывод заявителя о преимущественном удовлетворении банком своих требований по неустойке не соответствует материалам дела. 

При этом, как было указано, банк не располагал сведениями о задолженности должника перед иными кредиторами, а также о том, что после совершения оспариваемой сделки у должника не останется имущества, достаточного для полного погашения имеющихся у должника обязательств перед другими кредиторами в части основного долга и причитающихся процентов. Доказательств обратного не представлено.

Из изложенных в обжалуемом определении обстоятельств и материалов дела о банкротстве должника следует, что при совершении оспариваемой сделки какие-либо из обстоятельств, предусмотренных п.п. 1, 3 ст. 61.3 Закона о банкротстве, отсутствовали, надлежащих доказательств их наличия, а тем более в предусмотренной законом совокупности, в материалы дела представлено не было.

Заявитель  и конкурсный управляющий ошибочно полагают, что судом не была дана оценка представленному конкурсным управляющим должника с нарушением ч. ч. 3-4 ст. 65 АПК РФ (только в судебном заседании 21.08.2017) уведомлению. При этом,  ни при рассмотрении спора в суде первой инстанции, ни в жалобах  не обосновано, каким образом указанный документ опровергает установленные и подтверждённые материалами дела обстоятельства: об отсутствии каждого, а тем более, совокупности оснований необходимых для признания соглашения недействительным. 

21.08.2017 непосредственно в судебном заседании по рассмотрению требований о признании соглашения недействительным конкурсный управляющий должника представил, а суд изучил и приобщил к материалам дела уведомление о неисполнении обязательств по уведомлению кредиторов о ликвидации (далее - уведомление).

Таким образом, при принятии решения суд в соответствии с ч. 1 ст. 71 АПК РФ принял во внимание представленное доказательство.

В соответствии с ч. 2 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

При этом в силу ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В силу ч. 2 ст. 9 АПК РФ каждому лицу, участвующему в деле, гарантируется право давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Однако ни при рассмотрении дела судом первой инстанции, ни в апелляционной жалобе лица, участвующие в деле, не обосновали причины, по которым уведомление, по мнению заявителя, опровергает иные материалы дела, включая установленные судом обстоятельства по делу, доводы банка, изложенные в отзыве на заявление, представленное в суд первой инстанции; не заявляли о фальсификации доказательств.

Кроме того, заявляя в апелляционной жалобе о том, что, по мнению заявителя, соглашение было заключено после 31.07.2015, заявитель указывает только на наличие уведомления, не содержащего каких-либо денежных требований, подписанного менеджером по работе с клиентами без подтверждения полномочий: каких-либо иных доказательств того, что оспариваемое соглашение, подписанное руководителем должника и уполномоченном представителем банка, не было заключено 31.07.2015,  в деле не имеется.

Ответчик пояснил, что представленное конкурсным управляющим должника уведомление было ошибочно направлено должнику после заключения соглашения. Уведомление содержало лишь запрос информации об адресе для заявления требований к ликвидируемому должнику, однако само требование о включении задолженности в ликвидационный баланс банком не предъявлялось. 

Таким образом, материалами дела подтверждается, что соглашение было заключено 31.07.2015, надлежащих доказательств иного в материалы дела не представлено.

Вместе с тем, необоснованно заявляя об иной дате заключения соглашения, заявитель в нарушение ч. 1 ст. 65 АПК РФ, п. 10, абз. 3 п. 12 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 не приводит доказательств наличия на такую дату предусмотренных законом условий для признания сделки недействительной на основании абз.5 п.1, п.З ст. 61.3 Закона о банкротстве.

При этом, конкурсный управляющий неверно и необоснованно указывает на наличие у банка по состоянию на 14.09.2015 осведомлённости о признаках неплатёжеспособности и недостаточности имущества должника, хотя ни одного вступившего в законную силу решения суда (в т.ч. из указанных в апелляционной жалобе) в общедоступных источниках информации не имелось, а в силу п. 12 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 получение кредитором платежа даже после подачи кредитором заявления о признании должника банкротом само по себе еще не означает, что кредитор должен был знать о неплатежеспособности должника.

Таким образом, представленное уведомление не опровергает установленного судом первой инстанции отсутствия предусмотренных п. 1, п. 3 ст. 61.3 Закона о банкротстве условий для признания соглашения недействительным.

Заявители необоснованно указывают на незаконность отказа суда в удовлетворении заявленного конкурсным управляющим должника ходатайства об истребовании из органов ГИБДД сведений о постановке на учет транспортных средств, переданных банку по Соглашению.

21.08.2017 в судебном заседании по рассмотрению заявления о признании недействительным соглашения конкурсный управляющий должника заявил ходатайство об истребовании в органах ГИБДД сведений о постановке на учет транспортных средств, переданных ответчику по оспариваемому соглашению. 

В соответствии с ч. 4 ст. 66 АПК РФ лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства. В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения.

В нарушение данной нормы права конкурсный управляющий должника не обозначил, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могли быть установлены этим доказательством, и не указал причины, препятствующие получению доказательства самостоятельно (в том числе заблаговременно до начала судебного заседания, учитывая, что между принятием его заявления к рассмотрению и датой судебного заседания прошло более 3 месяцев).

Кроме того, заявитель не учел, что истребование указанного конкурным управляющим должника доказательства (сведений из органов ГИБДД) не смогло бы подтвердить/опровергнуть какое либо из обстоятельств, имеющих значение для дела, поскольку банк не осуществлял и не должен был осуществлять регистрацию в органах ГИБДД транспортных средств, полученных по соглашению. 

В силу п. 3 ст. 15 Федерального закона от 10.12.1995 № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» регистрация транспортных средств необходима и осуществляется в целях их допуска к участию в дорожном движении на территории Российской Федерации.

Автомобили, полученные банком по соглашению в счет погашения задолженности, не эксплуатировались (не участвовали в дорожном движении), а были предназначены исключительно для их продажи третьим лицам.

В соответствии с абз. 3 п. 3 постановления Правительства РФ от 12.08.1994 № 938 «О государственной регистрации автомототранспортных средств и других видов самоходной техники на территории Российской Федерации» юридические лица и индивидуальные предприниматели, осуществляющие торговлю транспортными средствами в предусмотренном законодательством Российской Федерации порядке, не регистрируют транспортные средства, предназначенные для продажи.

В этой связи, банк не осуществлял и не был обязан осуществлять регистрацию полученных автомобилей в органах ГИБДД (законность такой позиции подтверждается и сложившейся судебной и банковской практикой, позицией налоговых органов, в т.ч. изложенной в письме Министерства.

 Таким образом, суд законно и обоснованно отказал в удовлетворении ходатайства об истребовании документов, заявленного конкурсным управляющим должника в судебном заседании 21.08.2017. Удовлетворение такого ходатайства не повлияло бы на решение суда первой инстанции и привело бы только к затягиванию рассмотрения данного обособленного спора и нарушению ч. 1 ст. 6.1 АПК РФ.

Заявитель   необоснованно   указывает   на   незаконность   отказа   суда первой инстанции  в   удовлетворении ходатайства о приостановлении производства по делу.

21.08.2017 в судебном заседании по рассмотрению заявления конкурсного управляющего должника о признании недействительным соглашения конкурсный управляющий на основании ст. 143 АПК РФ заявил ходатайство о приостановлении производства по делу до окончания формирования задолженности перед бывшими работниками должника. 

В соответствии с п. 1 ч. 1 статьи 143 АПК РФ арбитражный суд обязан приостановить производство по делу в случае невозможности рассмотрения данного дела до разрешения другого дела, рассматриваемого, в том числе судом общей юрисдикции.

Однако конкурсный управляющий должника в нарушение ст. 65 АПК РФ не представил ни одного доказательства и не указал ни одного номера судебного дела, подтверждающих наличие в иных судах судебных разбирательств по вопросу формирования задолженности должника перед его работниками. А также никто из участвующих в деле лиц не обосновал почему, по его мнению, до разрешения таких судебных дел невозможно рассмотреть заявление о признании соглашения недействительным.

Между тем, как следует из сложившейся судебной практики (например, постановления ФАС Восточно-Сибирского округа от 07.11.2012 по делу № А10-1735/2010), в статье 143 АПК РФ речь идет не о любом деле, имеющем отношение к участвующим по нему лицам, а о таком, какое имеет непосредственное отношение к рассматриваемому спору (обстоятельства и вопросы, исследованные в другом деле, касаются существа спора). В то же время не должно иметь места приостановление производства по делу, которое ведет к необоснованному затягиванию арбитражного процесса и не способствует выполнению арбитражным судом задач судопроизводства, сформулированных в нормах АПК РФ.

Предметом спора по настоящему делу является оспаривание конкурсным управляющим должника сделки, заключенной между должником и банком, при этом обязательному доказыванию подлежат, в том числе: наличие у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент заключения соглашения, 

 осведомленность банка о таких признаках на момент заключения соглашения; отсутствие у должника иного имущества для погашения обязательств первой и/или второйочереди.

Судебные разбирательства с бывшими работниками должника не повлияли бы на установленное судом первой инстанции отсутствие данных обстоятельств.

Также необходимо отметить, что при рассмотрении данного спора могли бы иметь значение только требования кредиторов второй очереди, существовавшие на момент заключения соглашений. Доказательств того, что обозначенные в ходатайстве о приостановлении производства по делу разбирательства проходят именно в отношении таких требований, заявителем представлено не было. Более того, согласно обнаруженной банком информации, отраженной на сайте Московского городского суда, должник участвовал только в 4 судебных разбирательствах по спорам о взыскании заработной платы, из которых удовлетворено было только одно (30.11.2016).

В этой связи, как указал суд в обжалуемом определении, оснований для удовлетворения ходатайства конкурсного управляющего должника о приостановлении производства по делу у суда не имелось. Доказательства обратного в материалах дела отсутствуют. 

Заявитель не опровергает, что требование конкурсного управляющего о возврате банком всех автомобилей, переданных по соглашению, противоречит ст. 138 Закона о банкротстве и п. 29.3 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63. 

В силу последнего абзаца п. 29.3 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 при оспаривании полученного залоговым кредитором платежа суд признает его недействительным только в части, соответствующей размеру обязательств, погашенных с предпочтением. 

Как следует из ст. 138 Закона о банкротстве, из средств, вырученных от реализации предмета залога: 70% направляется на погашение требований залогового кредитора, 20% - для погашения требований кредиторов первой и второй очереди в случае недостаточности иного имущества должника для погашения указанных требований; оставшиеся денежные средства - для погашения судебных расходов, расходов по выплате вознаграждения арбитражным управляющим и оплаты услуг лиц, привлеченных арбитражным управляющим в целях обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей.

Денежные средства, предназначавшиеся для погашения требований кредиторов первой и второй очереди и оставшиеся после полного погашения таких требований, направляются на погашение части обеспеченных залогом имущества должника требований конкурсных кредиторов, не погашенной из стоимости предмета залога в связи с удержанием части стоимости для погашения требований кредиторов первой и второй очереди.

Принимая во внимание, что в отсутствие соглашения, указанные в нем требования банка (в т.ч. 13 504 114,81 руб. основного долга) были бы включены в реестр требований кредиторов должника в качестве обеспеченных залогом (что подтверждалось и конкурным управляющим должника в суде первой инстанции), из суммы оспариваемых требований банку, как залоговому кредитору, в соответствии со ст. 138 Закона о банкротстве в любом случае подлежало бы перечислению 9 012 708, 19 руб. (что составляет 70 % от стоимости автомобилей, определенной автопроизводителем в счетах-фактурах).

Кроме того, учитывая, что из материалов дела следует, что имеющегося у должника иного имущества (не залогового и залогового) достаточно для удовлетворения разумных требований кредиторов 2 очереди (в случае их наличия), то в силу абз. 1 ч. 2.1. ст. 138 Закона о банкротстве 2 575 059, 48 (20% от стоимости автомобилей) также были бы направлены на погашение требований банка.

Таким образом, изложенное свидетельствует о том, что из числа требований банка, погашенных соглашением, предпочтительность в любом случае отсутствовала в отношении 11 587 767, 67 руб. (= 9 012 708, 19 + 2 575 059, 48), а требования конкурного управляющего должника незаконны. 

При этом из судебной практики (в частности, постановления Арбитражного суда Московского округа от 23.05.2017 по делу № А41-13782/14) следует, что заявитель поддерживает данную позицию.

Обстоятельства по делу судом первой инстанции установлены полно и правильно, нормы материального и процессуального права применены верно.   

Определение суда законно и обосновано. Оснований для его отмены нет.

Руководствуясь ст. ст. 266 - 269, 271 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 25.08.2017 по делу № А40-151414/15 оставить без изменения, а апелляционные жалобы конкурсного управляющего ООО "Превокс Моторс", ПАО «Сбербанк России» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:П.А. Порывкин

Судьи:М.С. Сафронова

А.С. Маслов