ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А46-18451/2021

16 марта 2023 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена  09 марта 2023 года. 

Постановление изготовлено в полном объеме  16 марта 2023 года.

 

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  Тетериной Н.В.,

судей  Рожкова Д.Г., Солодкевич Ю.М.,

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-1742/2023) департамента строительства Администрации города Омска на решение Арбитражного суда Омской области от 16.01.2023А46-18451/2021 (судья Беседина Т.А.), принятое по иску акционерного общества «Омскэлектро» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к департаменту строительства Администрации города Омска (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о взыскании 283 956 руб. 38 коп., а также по встречному иску департамента строительства Администрации города Омска (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к акционерному обществу «Омскэлектро» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о взыскании 74 538 руб. 19 коп,

при участии в судебном заседании представителей:

акционерного общества «Омскэлектро» – ФИО2 (доверенность от 02.09.2022 № 06-10/165 юр сроком действия один год); 

департамента строительства Администрации города Омска – ФИО3 (доверенность от 15.09.2022 №  сроком действия один год);

установил:

акционерное общество «Омскэлектро» (далее - общество) обратилось в суд с исковым заявлением к департаменту строительства Администрации города Омска (далее - департамент) о взыскании 283 956 руб. 38 коп. неустойки за период с 26.11.2016 по 01.02.2021 за нарушение срока выполнения мероприятий по технологическому присоединению по договору от 25.07.2016 № 649/16. 

В порядке статьи 132 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) департаментом предъявлен встречный иск к обществу о взыскании 74 538 руб. 19 коп. предварительной платы за технологическое присоединение.

В последующем департамент в порядке статьи 49 АПК РФ уточнил встречные исковые требования, просил взыскать с общества 74 538 руб. 19 коп. предварительной платы за технологическое присоединение и проценты за пользование чужими денежными средствами с 26.11.2016 по день фактической оплаты долга (заявление от 06.12.2022 б/н).

Уточнение встречных требований принято судом первой инстанции.

Решением Арбитражного суда Омской области от 16.01.2023 по делу № А46-18451/2021 по первоначальному иску: с департамента в пользу общества взыскано 162 499 руб. 56 коп. неустойки, а также 4 968 руб. расходов по уплате государственной пошлины. В удовлетворении остальной части первоначальных исковых требований отказано. 

По встречному иску: с общества в пользу департамента взыскано 72 568 руб. 81 коп. предварительной оплаты, а также 73 018 руб. 42 коп. расходов за проведение экспертизы. В удовлетворении остальной части встречных исковых требований отказано. 

В результате зачета с департамента в пользу общества взыскано 21 880 руб. 33 коп.

Не согласившись с принятым судебным актом, департамент обратился в Восьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить решение суда первой инстанции, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований и об удовлетворении встречных исковых требований.

Мотивируя свою позицию, апеллянт приводит доводы о том, что выводы, изложенные в решении, не соответствуют обстоятельствам дела, судом первой инстанции неправильно применены нормы материального права (пункты 3, 4 части 1 статьи 270 АПК РФ), поскольку судом первой инстанции не приняты во внимание доводы департамента об отсутствии оснований для начисления неустойки, ее неверном расчете, не дана оценка заявлению о применении статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), доводам о злоупотреблении своим правом истцом.

Оспаривая доводы апелляционной жалобы, общество представило отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит решение суда первой инстанции оставить без изменения, а апелляционную жалобу истца – без удовлетворения.

Департамент представил возражения на отзыв истца.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика поддержал требования, изложенные в апелляционной жалобе, просил отменить решение  суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт.

Представитель общества поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил оставить решение без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения, считая решение суда первой инстанции законным и обоснованным..

Заслушав представителей сторон, изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, отзыва на апелляционную жалобу, возражений на отзыв, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в порядке статей 266, 268 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для его отмены или изменения, исходя из следующего.

Из материалов дела следует, что 25.07.2016 между обществом (сетевая организация) и департаментом (заявитель) заключен договор об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям № 649/16 (далее - договор), по условиям которого сетевая организация обязалась осуществить мероприятия по технологическому присоединению энергопринимающих устройств заявителя – ВРУ (комплексная насосная станция № 1 на объекте: «Строительство и реконструкция автомобильной дороги от моста им. 60-летия Победы по ул. 3-я Островская, ул. Крупской от Бульвара Архитекторов до ул. Перелета»), местоположение которого установлено: в 428 м от северного угла строящегося дома по адресу: ул. Конева, д. 3, корп. 3, по направлению северо-восток в границах земельного участка с кадастровым номером 55:36:110201:4084, а заявитель обязался оплатить расходы на технологическое присоединение в соответствии с условиями настоящего договора (пункты 1-2 договора). 

В силу пункта 3 договора точка (точки) присоединения указана в технических условиях для присоединения к электрическим сетям и располагается на расстоянии 25 метров от границы участка заявителя, на котором располагаются (будут располагаться) присоединяемые объекты заявителя. 

В пункте 4 договора указано, что срок действия технических условий составляет 2 года со дня заключения настоящего договора (до 25.07.2018). 

На основании писем заявителя от 23.11.2018 № Исх-ДС/2693, от 28.10.2020, от 25.11.2020 № Исх-ДС/2070 срок действия технических условий продлевался до 25.07.2020, затем - до 01.02.2021. 

Срок выполнения мероприятий по технологическому присоединению составляет 4 месяца со дня заключения настоящего договора (пункт 5 договора).

Пунктом 10 договора установлено, что размер платы за технологическое присоединение определен в соответствии с приказом Региональной энергетической комиссии Омской области от 30.12.2015 № 890/82 и составляет 124 230 руб. 32 коп.

Заявителем во исполнение условий данного договора (пункт 11) оплачено истцу 74 538 руб. 19 коп. (платежные поручения от 12.09.2016 № 705 и от 08.12.2016 № 943). 

Мероприятия по технологическому присоединению заявителем не исполнены. 

С учетом данных обстоятельств, департамент обратился в сетевую организацию с заявлением о расторжении договора от 25.07.2016 № 649/16 (письмо от 07.04.2021 № Исх-ДС/822). 

В ответ на обращение ответчика общество направило в адрес заявителя соглашение о расторжении договора, которое департаментом не подписано.

Согласно пункту 17 договора в случае нарушения одной из сторон сроков исполнения своих обязательств по настоящему договору такая сторона в течение 10 рабочих дней со дня наступления просрочки уплачивает другой стороне неустойку, рассчитанную как произведение 0,014 ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, установленной на дату заключения настоящего договора, и общего размера за технологическое присоединение по настоящему договору за каждый день просрочки.

За нарушение срока выполнения мероприятий по технологическому присоединению по договору ответчику начислена неустойка за период с 26.11.2016 по 01.02.2021 в размере 283 956 руб. 38 коп. 

Поскольку претензия от 30.04.2022 № 10-10/ОГО-04-30/19 с просьбой произвести оплату неустойки оставлена заявителем без удовлетворения, сетевая организация обратилась с настоящим иском в суд.

Департамент со своей стороны в рамках настоящего спора предъявил требования о возврате предварительной оплаты в размере 74 538 руб. 19 коп., уплаченной по договору.

Суд первой инстанции, оценив представленные в материалы дела доказательства, пришел к выводу о частичном удовлетворении исковых требований, с учетом специфики договора о технологическом присоединении, обязательство по которому возможно исполнить только в пределах срока действия технических условий, наличии оснований для констатации пропуска срока исковой давности по части срока, и частичном удовлетворении встречных исковых требований за вычетом стоимости выдачи технических условий в размере 1969 руб. 38 коп.

Проанализировав перечисленные ниже нормы права в совокупности с фактическими обстоятельствами дела, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции.

Так, в соответствии с пунктом 1 статьи 26 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» (далее - Закон № 35-ФЗ), пунктом 6 Правил технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861 (далее - Правила № 861), технологическое присоединение осуществляется на основании договора об осуществлении технологического присоединения к объектам электросетевого хозяйства, заключаемого между сетевой организацией и обратившимся к ней лицом. Указанный договор является публичным.

По договору об осуществлении технологического присоединения сетевая организация принимает на себя обязательства по реализации мероприятий, необходимых для осуществления такого технологического присоединения, в том числе мероприятий по разработке и в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации об электроэнергетике, согласованию с системным оператором технических условий, обеспечению готовности объектов электросетевого хозяйства, включая их проектирование, строительство, реконструкцию, к присоединению энергопринимающих устройств и (или) объектов электроэнергетики, урегулированию отношений с третьими лицами в случае необходимости строительства (модернизации) такими лицами принадлежащих им объектов электросетевого хозяйства (энергопринимающих устройств, объектов электроэнергетики).

В свою очередь, заказчик вносит сетевой организации плату по договору об осуществлении технологического присоединения с возможным условием об оплате выполнения отдельных мероприятий по технологическому присоединению, а также разрабатывает проектную документацию в границах своего земельного участка согласно обязательствам, предусмотренным техническими условиями, и выполняет технические условия, касающиеся обязательств заказчика (пункт 1 статьи 26 Закона № 35-ФЗ и пункты 16, 17 Правил № 861).

В силу статей 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.

При обращении в суд с требованием о взыскании неустойки кредитор должен доказать неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства должником, которое согласно закону или соглашению сторон влечет возникновение обязанности должника уплатить кредитору соответствующую денежную сумму в качестве неустойки (пункт 1 статьи 330 ГК РФ).

Руководствуясь положениями пункта 17 договора, истец начислил неустойку за период с 26.11.2016 по 01.02.2021 в размере 283 956 руб. 38 коп.

При этом суд первой инстанции, приняв во внимание истечение срока исковой давности, признал подлежащим удовлетворению требование сетевой организации о взыскании с ответчика неустойки в связи с нарушением срока выполнения мероприятий по технологическому присоединению за период с 11.09.2018 по 01.02.2021 в размере 162 499 руб. 56 коп.

Возражая против предъявленных требований истцом о взыскании неустойки, в качестве одного из доводов ответчик указывает неверный расчет суммы неустойки.

Необходимость проверки расчета иска (контррасчета), в том числе на соответствие нормам права, по смыслу статей 64, 71 АПК РФ входит в стандарт всестороннего и полного исследования судами первой и апелляционной инстанций имеющихся в деле доказательств (определения Верховного Суда Российской Федерации от 19.10.2016 № 305-ЭС16-8324, от 27.12.2016 № 310-ЭС16-12554, от 29.06.2016 № 305-ЭС16-2863).

Неверность расчета, по мнению департамента, следует из того, что в общий срок просрочки включены периоды с 12.10.2018 по 27.11.2018 (47 дней) и с 25.07.2020 по 30.10.2020 (99 дней), когда технические условия фактически не действовали.

Однако предложенный ответчиком подход к порядку расчета является не верным, поскольку департаментом не принято во внимание последующее продление технических условий, свидетельствующее об общей воле сторон, направленной на продление действия технических условий.

Так, по смыслу Правил № 861 наличие действующих технических условий является непременным атрибутом технологического присоединения. Поэтому предполагается, что по истечении срока действия технических условий выполнение мероприятий по технологическому присоединению перестает быть юридически возможным, так как подобные действия будут являться неправомерными.

Ввиду того, что неустойка обеспечивает только возможное исполнение обязательства должником, представляющее интерес для кредитора, то по общему правилу предусмотренная подпунктом «в» пункта 16 Правил № 861 неустойка за нарушение заявителем сроков выполнения мероприятий по технологическому присоединению после истечения срока технических условий не подлежит взысканию.

Однако данное суждение применимо только к ситуации, когда технологическое присоединение не состоялось, а сетевая организация притязает на неустойку, начисленную в связи с нарушением заявителем срока выполнения мероприятий по технологическому присоединению, когда технические условия истекли и не продлялись.

В этом случае сетевая организация осведомлена о том, что заявитель, имеющий право на односторонний отказ от исполнения договора (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2017 № 305-ЭС17-11195), утратил интерес к его исполнению и уже не осуществит мероприятия по технологическому присоединению, а само технологическое присоединение не состоится.

Следовательно, сетевая организация не вправе требовать от заявителя в принудительном порядке исполнения в натуре обязательства по выполнению мероприятий по технологическому присоединению, так как это исполнение уже не охватывается ее разумными и правомерными ожиданиями, то есть выходит за пределы ее защищаемого законом правового интереса, и также не вправе требовать начисления неустойки за неисполнение заявителем этой обязанности, являющейся юридически невыполнимой после истечения срока действия технических условий. Сказанное согласуется с правовой позицией, приведенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 09.12.2014 № 305-ЭС14-3435.

Вместе с тем истечение срока действия технических условий препятствует стороне договора о технологическом присоединении выполнить свою часть мероприятий юридически, но не фактически.

К тому же ответчиком дважды инициировано продление действия технических условий.

Указанное следует из писем от 23.11.2018 и от 25.11.2020.

Согласно содержанию продления технических условий от 27.11.2018 и от 30.10.2020 сроки продлены до 25.07.2020 и до 01.02.2021.

При этом начальная дата продления не устанавливалась, поскольку согласно пояснениям истца предполагается непрерывность срока действия технических условий, то есть таковые продлевались не с даты принятия соответствующего решения сетевой организацией, а с даты окончания предыдущего срока действия технических условий.

Таким образом, как верно отмечает суд первой инстанции, при продлении срока действия технических условий заявитель, находящийся в просрочке по исполнению своей части мероприятий, но не утративший интерес к технологическому присоединению в целом, получает возможность выполнения мероприятий для достижения цели договора, но просрочка в исполнении им своих обязанностей сохраняется, равно как и ответственность за нее.

Истечение срока действия технических условий, как особого специального разрешения на выполнение определенных действий, не прекращает договор технологического присоединения в целом, поскольку заявитель в течение срока действия договора сохраняет право на инициацию продления срока действия технических условий или выдачу новых технических условий, что легитимирует потенциальное выполнение мероприятий по технологическому присоединению. 

В этой связи действие условий договора о начислении неустойки в течение всего периода по 01.02.2021 презюмируется в силу пункта 1 статьи 453 ГК РФ.

Следовательно, доводы в данной части подлежат отклонению как необоснованные и несоответствующие правовой природе договорной неустойки, направленной компенсировать негативные последствия, связанные с ненадлежащим исполнением обязательств.

Помимо доводов о наличии ошибок в расчетах истца, департамент также указывает на наличие обстоятельств исключающих меру финансовой ответственности ответчика.

По правилам пункта 1 статьи 401 ГК РФ лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности.

Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

Пунктом 2 статьи 401 ГК РФ предусмотрено, что отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

В настоящем случае департамент ссылается на обстоятельства непреодолимой силы, не позволившей исполнить обязательства со своей стороны, а также на то, что сетевая организация со своей стороны не выполнила мероприятия по техническим условиям, что сделало невозможным исполнение обязательств департаментом.

Исследовав доводы ответчика в данной части, коллегия судей не установила оснований для освобождения последнего от меры финансовой ответственности по договору, исходя из следующего.

Верховным Судом Российской Федерации в постановлении от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – постановление № 7) дано толкование содержащемуся в ГК РФ понятию обстоятельств непреодолимой силы.

Так, в пункте 8 названного постановления разъяснено, что в силу пункта 3 статьи 401 ГК РФ для признания обстоятельства непреодолимой силой необходимо, чтобы оно носило чрезвычайный, непредотвратимый при данных условиях и внешний по отношению к деятельности должника характер.

Требование чрезвычайности подразумевает исключительность рассматриваемого обстоятельства, наступление которого не является обычным в конкретных условиях.

Если иное не предусмотрено законом, обстоятельство признается непредотвратимым, если любой участник гражданского оборота, осуществляющий аналогичную с должником деятельность, не мог бы избежать наступления этого обстоятельства или его последствий.

Не могут быть признаны непреодолимой силой обстоятельства, наступление которых зависело от воли или действий стороны обязательства, например, отсутствие у должника необходимых денежных средств, нарушение обязательств его контрагентами, неправомерные действия его представителей.

Таким образом, обстоятельством непреодолимой силы (форс-мажор) признаются чрезвычайные, непредвиденные и непредотвратимые обстоятельства, возникшие в течение реализации договорных (контрактных) обязательств, которые нельзя было разумно ожидать при заключении договора (контракта), либо избежать или преодолеть, а также находящиеся вне контроля сторон такого договора (контракта).

В частности, к таким обстоятельствам относятся: стихийные бедствия (землетрясение, наводнение, ураган), пожар, массовые заболевания (эпидемии), забастовки, военные действия, террористические акты, диверсии, ограничения перевозок, запретительные меры государств, запрет торговых операций, в том числе с отдельными странами, вследствие принятия международных санкций и другие, не зависящие от воли сторон договора (контракта) обстоятельства.

К обстоятельствам непреодолимой силы (форс-мажору) не могут быть отнесены предпринимательские риски, такие как нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения обязательств товаров, отсутствие у должника необходимых денежных средств, а также финансово-экономический кризис, изменение валютного курса, девальвация национальной валюты, преступные действия неустановленных лиц, если условиями договора (контракта) прямо не предусмотрено иное.

Обосновывая свои доводы о наличии обстоятельств непреодолимой силы, департамент считает, что в качестве таковых может быть расценено обстоятельство того, что ранее 2019 года строительство объекта «Строительство и реконструкция автомобильной дороги от моста им. 60-летия Победы по ул. 3-я Островская, ул. Крупской от б. Архитекторов до ул. Перелета», являлось невозможным связи с отсутствием финансирования объекта.

После выделения денежных средств, в 2019 году проведены геодезические исследования почвы, где осуществлялось строительство дороги и объекта, в результате которых установлено, что строительство невозможно по причине изменения геологических условий и наличия подземных вод первого от поверхности водоносного горизонта на глубине от 0,4 метра до 5,4 метра, что, по мнению департамента, имеет колоссальную разницу с данными заключения экспертизы от 22.08.2016.

Таким образом, по мнению департамента, в силу действия непреодолимой силы, а впоследствии необходимости изменения проектной документации в ходе строительства спорного объекта (автомобильной дороги) технологическое присоединение оказалось не возможным и явилось, по сути, причиной отказа от возведения насосной станции, для которых и было необходимо заключение договора.

Однако из приведённых обстоятельств настоящего дела коллегия судей не усматривает обстоятельств действия непреодолимой силы.

Так, согласно представленного департаментом Положительного заключения от 02.02.2016 в арсенале сведений ответчика имелось отрицательное заключение государственной экспертизы от 02.02.2016, а также исследования о том, что уровень подземных вод в период максимального положения ожидается на глубине от 0,6 метров до 2.3 метра в абсолютных отметках  от 73,69 метра до 76,42 метра в местах бурения скважин №№ 703, 704, 709, 710 в момент максимального уровня подземных вод возможен выход вод на поверхность земли. Участок строительства являлся подтопленным.

Из указанного следует, что фактически на период 25.07.2016 (дата заключения договора) департаменту было известно об обстоятельствах подтопления спорного объекта.

При этом департаментом не раскрыто насколько изменение глубины нахождения поземных вод с «от 0,6 метров до 2.3 метра» до «от 0,4 метра до 5,4 метра» коренным образом изменило возможность возведения насосной станции.

При этом, сведения обозначенные в Положительном заключении от 02.02.2016 нельзя назвать носящими вероятный или предположительный характер, поскольку наличие подземных вод установлено с точной достоверностью.

Следовательно, департамент при проявлении должной осмотрительности и тщательности к проработке вопроса о возможности возведения спорного объекта, мог и имел и возможность установить наличие обстоятельств подтопления территории объекта и связанной с этим необходимостью изменения технических условий.

При таких обстоятельствах, с учетом осведомленности департамента о наличии подземных вод, коллегия судей считает, что обстоятельства не являются обстоятельства непреодолимой силы.

Также коллегией судей не установлено обстоятельств того, что невозможным исполнение обязательств со стороны департамента стало вследствие неисполнения обязательств обществом.

Согласно пункту 1 статьи 404 ГК РФ если неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства произошло по вине обеих сторон, суд соответственно уменьшает размер ответственности должника.

В соответствии со статьей 328 ГК РФ обязательство сетевой организации по осуществлению технологического присоединения является встречным по отношению к обязанности заявителя выполнить технические условия.

При этом, говоря возможности исполнить обязательства сетевой организацией, следует отменить, что истечение срока действия технических условий препятствует заявителю выполнить свою часть мероприятий по технологическому присоединению юридически, но не фактически, поскольку договор технологического присоединения бессрочен, а заявитель сохраняет право на инициацию продления срока действия технических условий или выдачу новых технических условий в течение всего срока действия договора.

В соответствии с пунктом 1 статьи 425 ГК РФ договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения.

Согласно абзацу первому пункта 3 статьи 425 ГК РФ законом или договором может быть предусмотрено, что окончание срока действия договора влечет прекращение обязательств сторон по договору.

Срок действия технических условий составляет два года со дня заключения договора, срок выполнения мероприятий по технологическому присоединению — четыре месяца со дня заключения договора (пункты 4 и 5 договора).

Положениями Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» и нормами принятых в соответствии с названным законом Правил № 861 также не предусмотрен срок действия договора технологического присоединения к электрическим сетям.

Следовательно, в соответствии с абзацем вторым пункта 3 статьи 425 ГК РФ договор является действующим до определенного в нем момента окончания исполнения сторонами обязательств.

В настоящем случае уведомление о расторжении договора поступило в адрес истца — 09.04.2021 и с этого момента договор считается прекратившим свое действие.

Истечение срока выполнения мероприятий по договору технологического присоединения не тождественно истечению срока действия договора технологического присоединения, поскольку мероприятия по технологическому присоединению могут быть исполнены за пределами срока осуществления мероприятий в течении срока действия технических условий.

Следовательно, обстоятельства невыполнения мероприятий сетевой организацией, не сделало невозможным исполнение договора ответчиком.

Злоупотребления своими правами со стороны сетевой организации апелляционным судом не установлено.

По правилам пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 ГК РФ).

Из содержания приведенных норм следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

Как указывает ответчик, злоупотребление правом со стороны сетевой организации он усматривает в обращении с настоящим исковым требованием о взыскании неустойки, направленным, по его мнению, на обогащение.

Однако, взыскание неустойки, предусмотренной договором за нарушение обязательств по договору нельзя признать намерением стороны договора обогатиться.

Гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2000 № 263-О).

Так, в соответствии с пунктом 1 статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Пунктом 1 статьи 330 ГК РФ установлено, что неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме независимо от формы основного обязательства (статья 331 ГК РФ).

Неустойка может быть установлена сторонами договора за нарушение любого обязательства, исполнение которого предусмотрено договором, что следует из правовых позиций Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, высказанных в постановлениях от 13.10.2011 № 5531/11, от 12.02.2013 № 13585/12, от 08.04.2014 № 16973/13.

Как указывалось выше, в случае нарушения одной из сторон сроков исполнения своих обязательств по настоящему договору такая сторона в течение 10 рабочих дней со дня наступления просрочки уплачивает другой стороне неустойку, рассчитанную как произведение 0,014 ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, установленной на дату заключения настоящего договора, и общего размера за технологическое присоединение по настоящему договору за каждый день просрочки (пункт 17 договора).

Поскольку ответчиком обязательства мероприятия по технологическому присоединению по договору не исполнены, неустойка начислена обосновано.

Оснований для освобождения от уплаты неустойки, согласно изложенному выше апелляционным судом не установлено.

В этой связи право истца на предъявление требований о взыскании неустойки, с учетом установленного факта ненадлежащего исполнения обязательств со стороны департамента признается правомерным.

Вместе с тем, податель также жалобы полагает, что имеются основания для снижения размера неустойки в порядке статьи 333 ГК РФ, поскольку таковая является чрезмерной и для ответчика является способом получения необоснованной выгоды. 

Однако оснований для применения положений статьи 333 ГК РФ апелляционный суд не усматривает.

Так, в силу пункта 1 статьи 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды (пункт 2 статьи 333 ГК РФ).

Как разъяснено в пунктах 73, 74, 75 постановления № 7, бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 ГПК РФ, часть 1 статьи 65 АПК РФ). 

Доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения, наличия задолженности перед другими кредиторами, наложения ареста на денежные средства или иное имущество ответчика, отсутствия бюджетного финансирования, неисполнения обязательств контрагентами, добровольного погашения долга полностью или в части на день рассмотрения спора, выполнения ответчиком социально значимых функций, наличия у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами, например, на основании статей 317.1, 809, 823 ГК РФ) сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки.

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ).

Таким образом, понятие несоразмерности носит оценочный характер, при этом бремя доказывания такой несоразмерности лежит на ответчике.

Коль скоро, размер неустойки установлен договором (к тому же следует учитывать, что данное условие дублирует положения Правил № 861), таковой предполагается соразмерным.

Однако доказательств, подтверждающих явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства, равно как и доказательств того, то взыскиваемая неустойка может привести к получению истцом необоснованной выгоды, ответчиком не представлено (статья 65 АПК РФ).

При этом, апелляционный суд учитывает, что просрочка исполнения обязательства в совокупности составила более четырех лет (с 26.11.2016 по 01.02.2021, часть исключена в связи с истечением срока исковой давности); установленный сторонами в договоре размер неустойки 0,014 ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации соответствует обычно применяемой мере ответственности в аналогичных правоотношениях, при этом доказательств, опровергающих обоснованность такого размера ответственности в рамках правоотношений сторон (абзац 2 пункта 75 постановления № 7), не представлено, как и доказательств отсутствия на стороне истца в результате просрочки оплаты поставленного товара убытков в размере, меньшем нежели размер договорной неустойки.

При этом следует учитывать, что негативные последствия неисполнения ответчиком обязанности для истца выражается в финансовых потерях, поскольку на основании договора резервируется мощность, которая не может быть предоставлена другому лицу, но и не используется ответчиком, что также исключает возможность оказания услуг по передачи электрической энергии и получения ее стоимости.

При таких обстоятельствах, апелляционный суд считает, что определенный договором размер ответственности достаточен для обеспечения восстановления нарушенных прав истца, соответствует принципам добросовестности, разумности и справедливости и не приведет к чрезмерному, избыточному ограничению имущественных прав и интересов ответчика, соответствует характеру допущенного им нарушения обязательств, основания для снижения пени в порядке статьи 333 ГК РФ отсутствуют.

Несогласие ответчика с предъявленным размером неустойки, предусмотренным договором, не может служить безусловным основанием для применения положений статьи 333 ГК РФ. 

Таким образом, оснований для отмены обжалуемого решения по доводам апелляционной жалобы не имеется, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы не распределяются, поскольку ответчик освобожден от ее уплаты.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Омской области от 16.01.2023 по делу № А46-18451/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме.

 

Председательствующий

 

Н.В. Тетерина

Судьи

 

Д.Г. Рожков

Ю.М. Солодкевич