ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: i№fo@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Тула

Дело № А62-7775/2021

20АП-5020/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 06.09.2023

Постановление в полном объеме изготовлено 12.09.2023

 

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Волковой Ю.А. судей Тучковой О.Г. и Холодковой Ю.Е., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при участии в судебном заседании представителя ФИО2 и ФИО3 - ФИО4 (паспорт, доверенность от 21.05.2018, доверенность от 08.04.2021), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, рассмотрев посредством систем видеоконференц-связи между Двадцатым арбитражным апелляционным судом и Арбитражным судом Смоленской области, в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО5 и на определение Арбитражного суда Смоленской области от 23.06.2023 по делу № А62-7775/2021 (судья Лазарев М.Е.), принятое по исковому заявлению ФИО6 к ФИО2, ФИО3 о признании требования кредитора общим обязательством супругов, заинтересованные лица: финансовый управляющий ФИО3 - ФИО7; ОАО АКБ «Смолевич» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в лице конкурсного управляющего - ГК «Агентство по страхованию вкладов», в рамках дела № А62-7775/2019, по заявлению ФИО6 о признании должника ФИО2 несостоятельным (банкротом), 

 

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Смоленской области поступило заявление ФИО6 о признании должника – ФИО2 (г. Смоленск, несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Смоленской области от 23.06.2023 по делу                       № А62-7775/2021 заявление кредитора – ФИО6 к ФИО2, ФИО3 о признании требования кредитора общим обязательством супругов, удовлетворено. Требование ФИО6 в размере 10 227 351 руб. 93 коп., из них: 8 084 252 руб. 32 коп. - основной долг; 356 225 руб. 26 коп. - просроченный основной долг; 1 715 657 руб. 62 коп. - просроченные проценты за пользование кредитными средствами; 71 216 руб. 62 коп. - пеня на просроченный основной долг, как обеспеченные залогом имущества должника: квартира, расположенная по адресу: 

<

...>, общей площадью 177,7 кв.м., кадастровый номер 67:27:0020226:201; 1/227 доли в праве общей долевой собственности на подземную гараж-стоянку, расположенную по адресу: 

<

...>, общей площадью 9406,3 кв.м., кадастровый номер 67:27:0020226:207, включенное в третью очередь реестра требований кредиторов должника ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., 

<

...>, зарегистрирована по адресу: 

<

...>, ИНН 

<

***>) решением Арбитражного суда Смоленской области от 17.03.2022, признано общим обязательством ФИО2, ФИО3.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО5 обратился с апелляционной жалобой в Двадцатый арбитражный апелляционный суд, в которой, ссылаясь на неправильное применение норм материального права, просил определение отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований ФИО6

В обоснование доводов жалобы ссылается на то, что ФИО5 является самостоятельным должником по кредитному договору № 71 от 20.12.2012, в то время, как следует из договора уступки прав требований (цессии)  2017-1601/41 от 17.05.2017,  права требования к ФИО3 уступлены не были, соответственно,  права требования ИП ФИО6 не могут быть признаны общим обязательством должника и ФИО3

По мнению заявителя, несмотря на то, что требования по     кредитному договору № 71 от 20.12.2012 являются солидарными, требование ФИО6 не может быть признано общим обязательством ФИО2 и ФИО3, поскольку в данном случае будут нарушены права кредиторов ФИО3, как по текущим платежам, так и включенных в реестр требований кредиторов.

Финансовый управляющий ФИО3 ФИО7 представила отзыв на апелляционную жалобу, в котором просила обжалуемое определение отменить.

Финансовый управляющий ФИО2 ФИО8 представил отзыв, в котором возражал против доводов апелляционной жалобы, просил оставить обжалуемое определение без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

ФИО6 представил отзыв, в котором возражал против доводов апелляционной жалобы, просил оставить обжалуемое определение без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ФИО3 и ФИО2 поддержал доводы апелляционной жалобы, просил апелляционную жалобу удовлетворить.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, представителей в судебное заседание не направили.

В соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) жалоба рассмотрена в отсутствие иных не явившихся участников арбитражного процесса, их представителей, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.

Обжалуемый судебный акт проверен судом апелляционной инстанции в порядке статей 266, 268 АПК РФ в пределах доводов жалобы.

Изучив материалы дела и доводы жалобы, Двадцатый арбитражный апелляционный суд считает, что определение не подлежит отмене по следующим основаниям.

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Требования кредиторов в деле о банкротстве гражданина устанавливаются в реестр в порядке, определенном статьями 213.8 и 213.24 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Смоленской области от 17.03.2022 должник ФИО2 (ИНН 

<

***>) признана несостоятельной (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина.

В третью очередь реестра требований ФИО2 (ИНН 

<

***>) включены требования ФИО6 в размере 10 227 351 руб. 93 коп., из них: 8 084 252 руб. 32 коп. - основной долг; 356 225 руб. 26 коп. - просроченный основной долг; 1 715 657 руб. 62 коп. - просроченные проценты за пользование кредитными средствами; 71 216 руб. 62 коп. - пеня на просроченный основной долг, как обеспеченные залогом имущества должника: квартира, расположенная по адресу: 

<

...>, общей площадью 177,7 кв.м., кадастровый номер 67:27:0020226:201; 1/227 доли в праве общей долевой собственности на подземную гараж-стоянку, расположенную по адресу: 

<

...>, общей площадью 9406,3 кв.м., кадастровый номер 67:27:0020226:207.

Финансовым управляющим ФИО2 (ИНН 

<

***>) утверждён ФИО8, член Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Центрального федерального округа» (ИНН 

<

***>, г. Москва).

Материалами дела установлено обеспечение исполнения обязательств должника перед кредитором залогом имущества должника: квартира, расположенная по адресу: 

<

...>, общей площадью 177,7 кв.м., кадастровый номер 67:27:0020226:201; 1/227 доли в праве общей долевой собственности на подземную гараж-стоянку, расположенную по адресу: 

<

...>, общей площадью 9406,3 кв.м., кадастровый номер 67:27:0020226:207, что усматривается из кадастровых паспортов, выписок из ЕГРН.

Доводы представителя должника о необходимости обеспечения исполнения обязательств должника залогом только 1/2 доли имущества должника, составляющего совместную собственность супругов: 1/2 доли в праве собственности на квартиру, расположенная по адресу: 

<

...>, общей площадью 177,7 кв.м., кадастровый номер 67:27:0020226:201; 1/454 доли в праве общей долевой собственности на подземную гараж-стоянку, расположенную по адресу: 

<

...>, общей площадью 9406,3 кв.м., кадастровый номер 67:27:0020226:207, оценены судом первой инстанции критически.

Более того, согласно п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» в случае, когда процедуры несостоятельности введены в отношении обоих супругов, их общее имущество подлежит реализации в деле о банкротстве того супруга, который в публичном реестре указан в качестве собственника либо во владении которого находится имущество, права на которое не фиксируются в публичных реестрах. Средства от реализации общего имущества супругов распределяются между их конкурсными массами пропорционально долям в общем имуществе.

В соответствии с определением Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 10.09.2018 № 305-ЭС18-4633 по делу № А40-88853/16, при наличии у супругов общих обязательств, обеспеченных недвижимым имуществом, находящимся в их совместной собственности, такое имущество по общему правилу подлежит реализации в деле о банкротстве того из супругов, который в публичном реестре указан в качестве управомоченного лица и выступал по договору в качестве залогодателя (реестровый собственник – п. 1 ст. 8.1 ГК РФ, п. 2 ст. 34 СК РФ).

Согласно Определению Верховного Суда РФ от 28.09.2020 г. № 306-ЭС20-12919 по делу № А57-7856/2019, в случае, когда общие обязательства должника и его супруга по гражданско-правовой сделке были обеспечены залогом имущества, то введение процедур несостоятельности (банкротства) в отношении супруга должника, не влечет освобождения супруга, который не признан несостоятельным (банкротом), как созаемщика и созалогодателя от обязательств перед кредитором и прекращения залога

Согласно п. 7 ст. 213.26 Закона о банкротстве, имущество гражданина, принадлежащее ему на праве общей собственности с супругом (бывшим супругом), подлежит реализации в деле о банкротстве гражданина по общим правилам, предусмотренным настоящей статьей. В таких случаях супруг (бывший супруг) вправе участвовать в деле о банкротстве гражданина при решении вопросов, связанных с реализацией общего имущества. В конкурсную массу включается часть средств от реализации общего имущества супругов (бывших супругов), соответствующая доле гражданина в таком имуществе, остальная часть этих средств выплачивается супругу (бывшему супругу). Если при этом у супругов имеются общие обязательства (в том числе при наличии солидарных обязательств либо предоставлении одним супругом за другого поручительства или залога), причитающаяся супругу (бывшему супругу) часть выручки выплачивается после выплаты за счет денег супруга (бывшего супруга) по этим общим обязательствам.

При изложенных обстоятельствах, требования кредитора обеспечены залогом имущества должника: квартира, расположенная по адресу: 

<

...>, общей площадью 177,7 кв.м., кадастровый номер 67:27:0020226:201; 1/227 доли в праве общей долевой собственности на подземную гараж-стоянку, расположенную по адресу: 

<

...>, общей площадью 9406,3 кв.м., кадастровый номер 67:27:0020226:207.

Вопрос распределения выручки, с учётом установления режима совместной собственности супругов в отношении предмета залога, подлежит разрешению на стадии реализации имущества.

Постановлениями Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.06.2022 (резолютивная часть постановления объявлена 31.05.2022), Арбитражного суда Центрального округа от 11.08.2022 (резолютивная часть постановления объявлена 08.08.2022), решение оставлено без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

При включении данного требования в реестр суд установил, что обязательство возникло из неисполненных обязательств перед кредитором в    размере   10 227 351 руб. 93 коп., основанные на договоре № 71 от 20.12.2012, заключённом между ОАО АКБ «Смолевич» (кредитор) и ФИО3, ФИО2 (солидарные заёмщики), договоре № 2017-1601/41 от 17.05.2017 уступки прав требования, в соответствии с которым к ФИО6 перешло право требования к ФИО2 по кредитному договору № 71 от 20.12.2012. Также кредитор указал, что исполнение обязательств должника обеспечено залогом имущества.

Как установлено материалами дела и не оспаривается сторонами, 17.03.2003 между ФИО3 и ФИО2 заключен брак (л. д. 6).

По условиям преамбулы договора, ФИО3, ФИО2 выступают солидарными заёмщиками.

В обеспечение надлежащего исполнения обязательств по кредитному договору с должником (титульный собственник) заключены договоры: залога № 13 от 24.12.2012 - в залог передается квартира по адресу: 

<

...>, общей площадью 177,7 кв.м., кадастровый номер 67:27:0020226:201 (далее - квартира) (л. д. 19-23); залога № 14 от 24.12.2012 - в залог передается 1/167 доли в праве общей долевой собственности на подземную гараж-стоянку по адресу: 

<

...>, общей площадью 9787,3 кв.м., кадастровый номер 67:27:0020225:125. Позднее указанное помещение было образовано в помещение с кадастровым номером 67:27:0020226:207, общей площадью 9406,3 кв.м., расположенное по тому же адресу, доля должника – 1/227 (далее – нежилое помещение) (л. д 24 – 27).

В соответствии с копией свидетельства о расторжении брака, брак между ФИО3 и должником прекращен 26.02.2021 на основании решения мирового судьи судебного участка № 7 в городе Смоленске от 25.01.2021 (л. д. 38).

Пункт 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» содержит разъяснения о том, что в деле о банкротстве гражданина учитываются как требования кредиторов по личным обязательствам самого должника, так и требования по общим обязательствам супругов.

Вопрос о признании обязательства общим разрешается арбитражным судом в деле о банкротстве по ходатайству кредитора при установлении его требования (пункт 2 статьи 213.8, пункт 4 статьи 213.19, пункт 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве). К участию в таком обособленном споре привлекается супруг должника, который обладает правами ответчика. Если кредитор, заявляя в деле о банкротстве требование, не ссылался на наличие общего обязательства супругов, вследствие чего арбитражный суд установил требование как личное, то впоследствии такой кредитор вправе обратиться с заявлением о признании его требования общим обязательством супругов; соответствующее заявление подлежит разрешению по правилам пункта 1 статьи 60 Закона о банкротстве с участием супруга должника.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 5 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.04.2016, в случае заключения одним из супругов договора займа или совершения иной сделки, связанной с возникновением долга, такой долг может быть признан общим лишь при наличии обстоятельств, вытекающих из пункта 2 статьи 45 Семейного кодекса Российской.

В силу пункта 2 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации взыскание обращается на общее имущество супругов по общим обязательствам супругов, а также по обязательствам одного из супругов, если судом установлено, что все, полученное по обязательствам одним из супругов, было использовано на нужды семьи. При этом, пунктом 2 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации, пунктом 2 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена презумпция согласия супруга на действия другого супруга по распоряжению общим имуществом.

В силу пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве имущество гражданина, принадлежащее ему на праве общей собственности с супругом (бывшим супругом), подлежит реализации в деле о банкротстве гражданина по общим правилам, предусмотренным настоящей статьей. В таких случаях супруг (бывший супруг) вправе участвовать в деле о банкротстве гражданина при решении вопросов, связанных с реализацией общего имущества. В конкурсную массу включается часть средств от реализации общего имущества супругов (бывших супругов), соответствующая доле гражданина в таком имуществе, остальная часть этих средств выплачивается супругу (бывшему супругу). Если при этом у супругов имеются общие обязательства (в том числе при наличии солидарных обязательств либо предоставлении одним супругом за другого поручительства или залога), причитающаяся супругу (бывшему супругу) часть выручки выплачивается после выплаты за счет денег супруга (бывшего супруга) по этим общим обязательствам.

Таким образом, в силу изложенной правовой нормы к общим обязательствам супругов относятся солидарные обязательства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 322 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства.

Материалами дела подтверждается общность интересов созаёмщиков и принятие ими солидарных обязательств по возврату заёмных средств.

Таким образом, содержанием кредитных договоров подтверждается солидарный характер обязательств созаемщиков по кредитным договорам перед банком.

Так, в частности, супруги должны добросовестно исполнять обязательства перед кредиторами согласно условиям состоявшегося распределения общих долгов (пункт 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). В случае нарушения данной обязанности кредитор вправе потребовать исполнения обязательства без учета произошедшего распределения общих долгов, при этом супруг, исполнивший солидарную обязанность в размере, превышающем его долю, определенную в соответствии с условиями распределения общих долгов, имеет право регрессного требования к другому супругу в пределах исполненного за вычетом доли, падающей на него самого (подпункт 1 пункта 2 статьи 325 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно абзацу седьмому пункта 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве не удовлетворенные за счет стоимости предмета залога требования кредиторов по обязательствам, обеспеченным залогом имущества гражданина, удовлетворяются в составе требований кредиторов третьей очереди.

Согласно пункту 1 статьи 819 ГК РФ по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.

Если договором займа предусмотрено возвращение займа по частям (в рассрочку), то при нарушении заемщиком срока, установленного для возврата очередной части займа, заимодавец вправе потребовать досрочного возврата всей оставшейся суммы займа вместе с причитающимися процентами (пункт 2 статьи 811 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 407 ГК РФ обязательство прекращается полностью или частично по основаниям, предусмотренным настоящим кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

В силу пункта 1 статьи 50 Закона об ипотеке залогодержатель вправе обратить взыскание на имущество, заложенное по договору об ипотеке, для удовлетворения за счет этого имущества названных в статьях 3 и 4 Закона об ипотеке требований, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обеспеченного ипотекой обязательства, в частности неуплатой или несвоевременной уплатой суммы долга полностью или в части, если договором не предусмотрено иное.

Пунктом 1 статьи 56 Закона об ипотеке закреплено то, что имущество, заложенное по договору об ипотеке, на которое по решению суда обращено взыскание в соответствии с настоящим федеральным законом, реализуется путем продажи с публичных торгов, за исключением случаев, предусмотренных настоящим федеральным законом.

Пунктом 5 статьи 61 Закона об ипотеке предусмотрено то, что если предметом ипотеки, на который обращается взыскание, является принадлежащее залогодателю – физическому лицу жилое помещение, переданное в ипотеку в обеспечение исполнения заемщиком – физическим лицом обязательств по возврату кредита или займа, предоставленных для целей приобретения жилого помещения, обязательства такого заемщика – физического лица перед кредитором – залогодержателем прекращаются, когда вырученных от реализации предмета ипотеки денежных средств либо стоимости оставленного залогодержателем за собой предмета ипотеки оказалось недостаточно для удовлетворения всех денежных требований кредитора – залогодержателя, с даты получения кредитором – залогодержателем страховой выплаты по договору страхования ответственности заемщика и (или) по договору страхования финансового риска кредитора.

В соответствии с пунктом 3 статьи 2 Закона № 169-ФЗ обеспеченные ипотекой обязательства, по которым на день вступления в силу настоящего федерального закона не были заключены договоры страхования ответственности заемщика и после дня вступления в силу настоящего федерального закона для исполнения которых залогодержатель оставляет за собой предмет ипотеки, которым является принадлежащее залогодателю жилое помещение, прекращаются в порядке, установленном пунктом 5 статьи 61 Закона об ипотеке (без учета изменений, внесенных настоящим федеральным законом).

Таким образом, рассматриваемое обращение кредитора – ФИО6 имеет правовое и целевое обоснование - оно направлено на обеспечение права кредитора получить в силу абзаца седьмого пункта 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве и пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве удовлетворение его требований по кредитному договору, не исполненных за счет реализации залогового имущества, за счет реализации иного имущества должника, в частности совместного имущества должника ФИО2 и бывшего супруга должника - ФИО3, реализованного в процедуре банкротства должника.

Пунктом 2 статьи 323 ГК РФ установлено то, что кредитор, не получивший полного удовлетворения от одного из солидарных должников, имеет право требовать недополученное от остальных солидарных должников.

Солидарные должники остаются обязанными до тех пор, пока обязательство не исполнено полностью.

Материалами дела подтверждается, что денежные обязательства по кредитному договору в настоящее время не исполнены.

Кредитный договор устанавливает солидарную ответственность заемщиков по договору. Таким образом, долг по данному кредитному договору является общим долгом супругов.

Аналогичный правовой подход нашёл отражение в определении Верховного Суда Российской Федерации от 07.12.2020 № 309-ЭС20-15907(2).

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что при приобретении квартиры должника ФИО2 и ФИО3 преследовали общие цели, а именно – совместное проживание и ведение семейного быта, что свидетельствует об устойчивой общности семейного бюджета при обоюдном волеизъявлении супругов, непосредственно направленном на возникновение обязательств по кредитному договору № 71 от 20.12.2012.

Более того, выступая солидарными созаемщиками по кредитному договору, совместное имущество предоставлено в обеспечение обязательств по кредитному договору с согласия обоих супругов, соответственно, должник и ФИО3 обязались отвечать по заемным правоотношениям общим имуществом, что позволяет сделать вывод об установлении общей цели обязательств.

При этом, как установлено, решением Ленинского районного суд г. Смоленска от 26.09.2022 по делу № 2- 3723/2022, оставленным без изменения апелляционным определением Смоленского областного суда от 26.01.2023, по делу № 33-168/2023, произведен раздел совместно нажитого в период брака имущества между                     ФИО3 и должником, произведен реальный раздел квартиры с выделом: в собственность ФИО3 жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 67:27:0020226:201, общей площадью 101,0 кв.м., в том числе: нежилое помещение - коридор № 1 площадью 7,9 кв.м., нежилое помещение № 2 площадью 1,3 кв.м., санузел № 3 площадью 7,2 кв.м., нежилое помещение – коридор № 4 площадью 2,8 кв.м., нежилое помещение - гардеробная № 5 площадью 4,2 кв.м., жилое помещение № 6 площадью 15,2 кв.м., жилое помещение № 7 площадью 16,7 кв.м., нежилое помещение - гардеробная № 8 площадью 4,3 кв.м., нежилое помещение - коридор № 9 площадью 4,8 кв.м., нежилое помещение - гардеробная № 10 площадью 12,0 кв.м., кухня № 11 площадью 13,1 кв.м., нежилое помещение № 12 площадью 0,2 кв.м., кладовка № 13 площадью 4,9 кв.м., санузел № 14 площадью 6,4 кв.м.; в собственность должника жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 67:27:0020226:201, общей площадью 73,5 кв.м., в том числе: кухня № 1 площадью 16,0 кв.м., туалет № 2 площадью 2,7 кв.м., душ № 3 площадью 1,8 кв.м., нежилое помещение - коридор № 4 площадью 4,2 кв.м., жилое помещение - гостиная № 5 площадью 27,4 кв.м., жилое помещение № 6 площадью 21,4 кв.м. (л.д. 39-40).

В рамках настоящего обособленного спора подлежит разрешению исключительно вопрос установления статуса обязательства, включённого в реестр, в качестве совместного обязательства супругов.

Вопрос состава имущества, выступающего предметом обеспечения, не подлежит разрешению в настоящем обособленном споре.

Также суд первой инстанции верно обратил внимание сторон на то, что обращение в суд с требованием о признании обязательства гражданина общим с его супругом не равноценно требованию о взыскании задолженности с супруга должника. Определение общего характера обязательства перед конкретным кредитором имеет значение только для распределения средств от реализации имущества, находящегося в общей собственности супругов. В данном случае не идет речь о взыскании долга с супруга, поскольку реализация общего имущества супругов осуществляется в соответствии с пунктом 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 7 статьи 213.26 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» имущество гражданина, принадлежащее ему на праве общей собственности с супругом (бывшим супругом), подлежит реализации в деле о банкротстве гражданина по общим правилам, предусмотренным настоящей статьей. В таких случаях супруг (бывший супруг) вправе участвовать в деле о банкротстве гражданина при решении вопросов, связанных с реализацией общего имущества. В конкурсную массу включается часть средств от реализации общего имущества супругов (бывших супругов), соответствующая доле гражданина в таком имуществе, остальная часть этих средств выплачивается супругу (бывшему супругу). Если при этом у супругов имеются общие обязательства (в том числе при наличии солидарных обязательств либо предоставлении одним супругом за другого поручительства или залога), причитающаяся супругу (бывшему супругу) часть выручки выплачивается после выплаты за счет денег супруга (бывшего супруга) по этим общим обязательствам.

Довод жалобы о том, что ФИО5 является самостоятельным должником по кредитному договору № 71 от 20.12.2012, в то время как следует из договора уступки прав требований (цессии)  2017-1601/41 от 17.05.2017 права требования к ФИО3 уступлены не были, соответственно, права требования ИП ФИО6 не могут быть признаны общим обязательством должника и ФИО3, подлежит отклонению на основании следующего.

Согласно ст. 323 ГК РФ при солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга.

Кредитор, не получивший полного удовлетворения от одного из солидарных должников, имеет право требовать недополученное от остальных солидарных должников. Солидарные должники остаются обязанными до тех пор, пока обязательство не исполнено полностью.

В силу п. 2 ст. 45 Семейного кодекса Российской Федерации взыскание обращается на общее имущество супругов по общим обязательствам супругов, а также по обязательствам одного из супругов, если судом установлено, что все, полученное по обязательствам одним из супругов, было использовано на нужды семьи.

Как следует из материалов дела, кредитный договор № 71 от 20.12.2012 заключен между ОАО АКБ «Смолевич» с одной стороны и ФИО3, должником, выступающих в качестве солидарных созаемщиков.

В обеспечение надлежащего исполнения обязательств по кредитному договору с должником (титульный собственник) заключены договоры залога № 13, 14 от 24.12.2012, по которым в залог передавалось следующее имущество: квартира по адресу: 

<

...>, общей площадью 177,7 кв.м., кадастровый номер 67:27:0020226:201; 1/167 доли в праве общей долевой собственности на подземную гараж-стоянку по адресу: 

<

...>, общей площадью 9787,3 кв.м., кадастровый номер 67:27:0020225:125 (в последующем - 1/227 доли в праве общей долевой собственности на подземную гараж-стоянку, общей площадью 9406,3 кв.м., кадастровый номер 67:27:0020226:207).

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что при приобретении имущества должник и ФИО3 преследовали общие цели, а именно - совместное проживание и ведение семейного быта, что свидетельствует об устойчивой общности семейного бюджета при обоюдном волеизъявлении супругов, непосредственно направленном на возникновение обязательств по кредитному договору № 71 от 20.12.2012.

Более того, выступая солидарными созаемщиками по кредитному договору, совместное имущество предоставлено в обеспечение обязательств по кредитному договору с согласия обоих супругов, соответственно, должник и ФИО3 обязались отвечать по заемным правоотношениям общим имуществом, в связи с чем, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об установлении общей цели обязательств.

Довод должника и ФИО3 о том, что обязательство может быть признано общим только в случае, если изначально в данном обязательстве участвовал только один из супругов является несостоятельным, поскольку, согласно действующему законодательству о банкротстве, не установлен запрет на признание требования общим обязательством супругов при наличии солидарной обязанности.

Как ранее было указано кредитором в заявлении, на момент заключения кредитного договора должник и ФИО3 состояли в браке и взяли на себя солидарную обязанность по исполнению обязательства.

Согласно пп. «б» п. 7.2 кредитного договора заемщики обязуются в течении всего срока действия договора отвечать по своим обязательствам перед кредитором всем своим имуществом.

Принимая во внимание отсутствие сведений об объективном расхождении целей и интересов супругов, а также, поскольку кредитным договором установлен солидарный характер обязательств должника и ее бывшего супруга ФИО3, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что требования ФИО6, включенные в реестр требований кредиторов ФИО2, являются общими обязательствами супругов.

Довод ФИО3 о том, что при признании обязательства общим будет иметь место предпочтительное удовлетворение требований кредитора (ИП ФИО6) перед другими кредиторами ФИО3, т.к. требования ИП ФИО6 не включены в реестр требований кредиторов ФИО3, судом апелляционной инстанции отклоняется на основании следующего:

Судом перовой инстанции в обжалуемом определении отражено, что в рамках настоящего обособленного спора подлежит разрешению исключительно вопрос установления статуса обязательства, включенного в реестр, в качестве совместного обязательства супругов.

Требование о признании обязательства гражданина общим с его супругом не равноценно требованию о взыскании задолженности с супруга должника. Определение общего характера обязательства перед конкретным кредитором имеет значение только для распределения средств от реализации имущества, находящегося в общей собственности супругов.

В связи с чем, предметом рассмотрения настоящего обособленного спора не являлось требование кредитора о взыскании долга с ФИО3, поскольку реализация общего имущества супругов осуществляется в соответствии с п. 7 ст. 213.26 Закона о банкротстве, соответственно, права кредиторов, включенные в реестр требований кредиторов в деле о банкротстве № А62-1591/2018, обжалуемым определением не нарушены.

При этом суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить, что в абзаце втором пункта 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» в целях процессуальной экономии и для упрощения порядка реализации имущества, удовлетворения требований кредиторов суд может рассмотреть вопрос об объединении двух дел о несостоятельности супругов по правилам статьи 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с назначением финансового управляющего из того дела, что было возбуждено первым. После объединения двух дел кредиторы вправе провести общее собрание для определения кандидатуры иного арбитражного управляющего или иной саморегулируемой организации.

В соответствии с абзацем третьим пункта 10 Постановления № 48 в случае объединения дел о банкротстве супругов финансовый управляющий ведет отдельно реестр требований кредиторов по общим обязательствам супругов и реестры требований кредиторов по личным обязательствам каждого из супругов. Сумма, полученная от реализации личного имущества одного из супругов, не может быть направлена на погашение личных обязательств другого супруга.

В обжалуемом судебном акте суд первой инстанции указал, что в рамках настоящего обособленного спора разрешению подлежал исключительно вопрос установления статуса обязательства, включенного в реестр требований должника, в качестве совместного обязательства супругов.

Учитывая изложенное, права кредиторов ФИО3 в данном случае не нарушаются.

Довод ФИО3 о том, что права требования к ФИО3 не были уступлены по договору № 2017-1601/41 уступки прав требования (цессии) от 17.05.2017 (далее - договор уступки прав), подлежит отклонению по следующим основаниям:

В силу п. 1 ст. 382 ГК РФ передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

В соответствии с п. 1 ст. 384 ГК РФ если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

В п. 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» разъяснено, что в силу п.1 ст. 384 ГК РФ если иное не предусмотрено законом или договором, требование первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода требования. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

Из приведенных норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ в их взаимосвязи следует, что если иное прямо не предусмотрено законом или договором, то к новому кредитору переходят в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

Аналогичная позиция содержится в определении Верховного Суда РФ от 28.02.2023 № 41-КГ22-53-К4.

Согласно ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в ч. 1 указанной статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

В п. 1.3. договора уступки прав аналогично положениям п. 1 ст. 384 ГК РФ указано, что права требования переходят цессионарию в том объеме и на тех основаниях, которые существовали на момент заключения договора, включая права, обеспечивающие исполнение обязательств, и другие права, связанные с уступаемыми правами требования.

Из буквального содержания данного условия договора следует, что право (требование), вытекающее из кредитного договора, передано цессионарию в полном объеме, поскольку какого-либо исключения из общего правила перехода прав договором цессии не предусмотрено.

Указание в п. 1.3 договора уступки прав на переход «включая права, обеспечивающие исполнение обязательств, и другие права, связанные с уступаемыми правами требования» в буквальном и смысловом толковании не означает, что к цессионарию не переходят остальные права (требования).

Соответственно, довод должника и ФИО3 о том, что  права требования к ФИО3 не были уступлены по договору уступки прав основан на неверном толковании положений ст. 384, 431 ГК РФ.

Дав оценку собранным по делу доказательствам по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии фактических и правовых оснований для иной оценки обстоятельств дела согласно доводам жалобы и, соответственно, для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе направлены на переоценку исследованных доказательств и выводов суда при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, признаются апелляционной коллегией несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта, т.к. не свидетельствуют о неправильном применении арбитражным судом области норм материального или процессуального права.

Иных убедительных доводов, основанных на доказательствах и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит.

Поскольку суд первой инстанции правильно применил нормы материального права и не допустил нарушения норм процессуального права, в том числе влекущих по правилам части 4 статьи 270 Кодекса отмену судебного акта, у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены определения суда первой инстанции.

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Смоленской области от 23.06.2023 по делу                              № А62-7775/2021 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме. В соответствии с пунктом 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья

Судьи

Ю.А. Волкова 

О.Г. Тучкова

Ю.Е. Холодкова