РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-239916/22-140-4585

г. Москва

27 апреля 2024 г.

Резолютивная часть решения оглашена 25.03.2024 

Решение в полном объеме изготовлено 27.04.2024

Арбитражный суд в составе судьи Паршуковой О.Ю. 

При ведении протокола судебного заседания секретарем с/заседаний ФИО1      

с участием сторон по Протоколу судебного заседания от  25.03.2024 г. 

Рассмотрел  в судебном заседании дело по заявлению  ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ЛАКАВАННА" (101000, 

<

...>, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 11.02.2016, ИНН: 

<

***>) 

к ИНСПЕКЦИЯ ФЕДЕРАЛЬНОЙ НАЛОГОВОЙ СЛУЖБЫ № 1 ПО Г. МОСКВЕ (105064, 

<

...>, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 23.12.2004, ИНН: 

<

***>) 

о признании недействительным решения от 30.05.2022 №3493

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «ЛАКАВАННА» (далее - общество, заявитель, налогоплательщик, ООО «ЛАКАВАННА») обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением к Инспекции федеральной налоговой службы № 1 по г. Москве (далее - Инспекция, налоговый орган, ответчик, ИФНС) о признании недействительным решения от 30.05.2022 № 3493 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Заявитель в судебном заседании требования поддержал в полном объеме по доводам, изложенным в заявлении и письменных пояснениях, указал, что решение налоговым органом вынесено незаконно и необоснованно, нарушает права и законные интересы Заявителя.

Налоговый орган в судебном заседании возражал против удовлетворения требований Заявителя по доводам, изложенным в отзыве, пояснениях, указал, что налоговой проверкой установлено получение обществом необоснованной налоговой выгоды.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 27.03.2023, оставленным в силе постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 04.07.2023, требования налогоплательщика были удовлетворены, решение ИФНС России № 1 по г. Москве №15/6015 от 12.05.2022 было признано судом недействительным.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 20.10.2023 судебные акты по делу были отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Направляя дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, кассационный суд указал, что приведенные налоговым органом доводы заслуживают внимания, поскольку могут свидетельствовать о необоснованности выводов судов относительно реальности заявленных налогоплательщиком хозяйственных операций.

Соглашаясь с доводами кассационной жалобы, суд кассационной инстанции в своем постановлении от 20.10.2023 указывает, что налоговый орган ссылается в кассационной жалобе на то, что судами необоснованно не учтены обстоятельства, свидетельствующие о невозможности поставки заявителю товара спорными контрагентами. Так, судами не дано правовой оценки доводам налогового органа об отсутствии у спорных контрагентов основных средств, сотрудников, расходов на ведение обычной  хозяйственной  деятельности; формировании ими минимальной налоговой нагрузки; несоответствии основных видов деятельности характеру спорных сделок; отсутствии в документах, полученных по встречным проверкам, сведений о приобретении поставщиками товаров, которые далее якобы поставлены заявителю, и о расходах на приобретение таких товаров; о несоответствии цен приобретения обычному рыночному уровню цен на аналогичные товары; о значительном превышении объема приобретаемого товара на объемом товара, переданного заявителем для переработки; о взаимозависимости общества и его спорных контрагентов. Судами также не оценены доводы инспекции о фактическом приобретение заявителем товара у иного реального поставщика и учете при налоговой проверке соответствующих расходов и вычетов.

При этом суд кассационной инстанции указал, что сам факт наличия первичных документов без подтверждения факта реальности хозяйственных операций не предоставляет налогоплательщику права на получение налоговых вычетов по НДС и расходов по налогу на прибыль.

Также кассационный суд отметил, что данные подходы к оценке обоснованности налоговой выгоды в налоговых отношениях сохраняют свою актуальность после принятия Федерального закона от 18.07.2017 № 163-ФЗ, которым часть первая Налогового кодекса дополнена статьей 54.1, конкретизировавшей обстоятельства и условия, принимаемые во внимание при оценке допустимости поведения налогоплательщика в зависимости от: наличия искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (пункт 1); основной цели совершения сделки (операции) (подпункт 1 пункта 2); исполнения обязательства по сделке надлежащим лицом (подпункт 2 пункта 2). Таким образом, по общему правилу не допускается извлечение налоговой выгоды из потерь казны налогоплательщиками, использующими формальный документооборот с участием организаций, не ведущих реальной экономической деятельности и не исполняющих налоговые обязательства в связи со сделками, оформляемыми от их имени ("технические" компании), при том, что лицом, осуществляющим исполнение, является иной субъект.

Отменяя судебные акты по настоящему делу, кассационный суд отметил, что налоговый орган приводил при рассмотрении настоящего дела доводы о нереальности участия спорных контрагентов в поставке.

Кассационный суд признал, что из судебных актов следует, что судами первой и апелляционной инстанций давалась оценка обстоятельствам, на которые ссылалась инспекция, в результате чего доводы налогового органа отклонены.

Между тем, кассационный суд указал, что оценка доказательств производилась судами с нарушением положений ст. 71 АПК РФ, согласно которым арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, поскольку представленные в дело доказательства, в том числе опровергающие, по мнению налогового органа, реальность участия спорных контрагентов, были оценены судами и отклонены каждое в отдельности, часть доводов инспекции оценки не получила, между тем, как оценка обстоятельств дела в их совокупности и взаимной связи могла привести к иным выводам относительно реальности спорных хозяйственных операций.

На основании указанного кассационный суд пришел к выводу, что обстоятельства дела являются неисследованными в полном объеме, вся совокупность доказательств не была предметом оценки судов.

При новом рассмотрении дела суду следует учесть изложенное, оценить доказательства в их совокупности, проверить доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений; на основании этого установить имеющие значение для дела юридически значимые обстоятельства; принять законное и обоснованное решение. При новом рассмотрении подлежат оценке в совокупности и взаимной связи доводы и доказательства обеих сторон относительно реальности реализации налогоплательщику товаров и реализации товаров именно указанными налогоплательщиком лицами. Суду следует дать правовую оценку обоснованности применения расходов по налогу на прибыль и налоговых вычетов по НДС по спорным хозяйственным операциям, установить действительный размер налоговых обязательств.

Часть 2.1 статьи 289 АПК РФ, направленная на реализацию принципа обязательности судебных актов и обеспечение единообразного толкования и применения норм материального и процессуального права арбитражными судами, прямо закрепляет обязательность указаний арбитражного суда кассационной инстанции для нижестоящего арбитражного суда, вновь рассматривающего данное дело.

Вместе с тем, выводы, изложенные в постановлении суда кассационной инстанции, не предопределяют решения суда первой инстанции, которое будет принято при новом рассмотрении дела, а лишь направлены на необходимость полного и всестороннего исследования фактических обстоятельств дела, представленных доказательств и доводов лиц, участвующих в деле. Решение вопроса исследования и оценки доказательств, выяснения обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения дела, в силу положений ст. 168 АПК РФ отнесено к компетенции суда первой инстанции.

В силу разъяснений, изложенных в абзацах первом и втором пункта 31 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», при выявлении на основании ч. 3 ст. 286 АПК РФ несоответствия выводов судов первой, апелляционной инстанций о применении нормы права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам суд кассационной инстанции направляет дело на новое рассмотрение.

При отмене судебных актов по данному основанию в постановлении суда кассационной инстанции следует указывать фактические обстоятельства дела, установленные судами первой и апелляционной инстанций, сделанные ими на основе этих обстоятельств выводы, а также мотивы, по которым суд кассационной инстанции считает, что выводы судов первой, апелляционной инстанций не соответствуют обстоятельствам дела.

Поскольку суд кассационной инстанции, отменяя судебные акты нижестоящих судов по настоящему делу, признал выводы судов сделанными по неполно исследованным обстоятельствам дела (с указанием на то, что вся совокупность доказательств не была предметом оценки судов), по сути, ограничившись только ссылкой на положения ст. 71 АПК РФ в части того, что представленные в дело доказательства (о реальности сделок) были оценены судами и отклонены каждое в отдельности (а часть доводов инспекции оценки не получила - суд кассационной инстанции не указал какие именно доводы не получили оценки), а не в их совокупности и взаимной связи, то суд первой инстанции при новом рассмотрении дела учитывает отсутствие иных указаний и мотивов отмены судебных актов кассацией и повторно рассматривает дело именно с учетом более внимательного применения положений ст. 71 АПК РФ.

В связи с указанным и в целях полного и объективного рассмотрения дела, при новом рассмотрении спора по существу, учитывая указания суда кассационной инстанции, судом первой инстанции наряду с иными доводами и доказательствами сторон по делу дополнительно исследованы доводы и доказательства обеих сторон относительно реальности поставленных налогоплательщику товаров, реальности участия в поставке спорных контрагентов.

Повторно рассмотрев дело по существу заявленных требований, с учетом указаний суда кассационной инстанции, суд, на основании исследования материалов дела, письменных позиций сторон и данных ими пояснений в судебных заседаниях, оценки доказательств в порядке ст. 71 АПК РФ, считает заявленные требования подлежащими удовлетворению ввиду следующего.

Согласно статье 198 АПК РФ, граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов,   незаконными  решений   и  действий  (бездействия)   органов,   осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

По смыслу части 1 статьи 198, части 2 статьи 201 АПК РФ, для признания ненормативного акта недействительным, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, незаконными необходимо наличие в совокупности двух условий: их несоответствие закону или иному нормативному правовому акту и нарушение прав и законных интересов лица, обратившегося в суд с соответствующим требованием, в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В силу части 5 статьи 200 АПК РФ обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

Как следует из материалов дела, инспекцией проведена выездная налоговая проверка общества по вопросу соблюдения законодательства Российской Федерации о налогах и сборах за период с 01.01.2017 по 31.12.2019, по результатам которой вынесено решение от 20.05.2022 № 3493 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения (том 2, л.д. 85, том 3, л.д. 103), согласно которому установлена неуплата налогов в общем размере 13 443 483 руб. (в том числе налога на прибыль в размере 7 075 517 руб., налога на добавленную стоимость в размере - 6 367 966 руб.), в связи с чем начислены пени в размере 8 260 284 руб., также общество привлечено к налоговой ответственности, предусмотренной п. 3 ст. 122 НК РФ в размере 74 885 руб.

УФНС России по г. Москве, рассмотрев апелляционную жалобу ООО «ЛАКАВАННА» на решение ИФНС от 20.05.2022 № 3493, было вынесено решение от 28.09.2022 № 21-10/115646@ (том 6, лд 89-95), согласно которому решение ИФНС от 20.05.2022 № 3493 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения отменено в части привлечения к ответственности, предусмотренной п. 3 ст. 122 НК РФ, в виде взыскания штрафа в размере 37 292,50 руб. (учтено смягчающее обстоятельство), а также в части доначисления налога на прибыль организаций в размере 271 064 руб. и соответствующих сумм пеней. В остальной части апелляционная жалоба ООО «ЛАКАВАННА» оставлена без удовлетворения.

На основании решения УФНС России по г. Москве инспекцией вынесено решение от 10.10.2022 № 3493/1 о внесении изменений в Решение от 20.05.2022 № 3493 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения (том 6, лд 96-97), в соответствии с которым уменьшена неуплата налогов, сумма которых составила 13 172 418 руб. (в том числе налог на прибыль в размере 6 804 452 руб., налог на добавленную стоимость в размере - 6 367 966 руб.), уменьшена сумма пеней, сумма которых составила 8 081 566 руб., уменьшен размер штрафа предусмотренный п. 3 ст. 122 НК РФ, сумма которого составила

37 292,50 руб.

Основанием для доначислений послужили выводы налогового органа о получении обществом налоговой экономии, выразившейся в уменьшении суммы подлежащих уплате налогов в результате искусственного завышения расходов организации и неправомерного включения в состав налоговых вычетов налога на добавленную стоимость в рамках взаимоотношений с компаниями ООО «ГЕНЕЗИС», ООО «ЭКОСТРОЙ», ООО «ЮМАКС», и несоблюдением ООО «ЛАКАВАННА» требований ст.ст. 54.1, 252, 171, 172 НК РФ.

В соответствии со статьей 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации (НК РФ) не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

При отсутствии обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй настоящего Кодекса при соблюдении одновременно следующих условий:

1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога;

2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

В целях пунктов 1 и 2 настоящей статьи подписание первичных учетных документов неустановленным или неуполномоченным лицом, нарушение контрагентом налогоплательщика законодательства о налогах и сборах, наличие возможности получения налогоплательщиком того же результата экономической деятельности при совершении иных не запрещенных законодательством сделок (операций) не могут рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным.

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 146 НК РФ объектом обложения НДС признаются операции по реализации товаров (работ, услуг) на территории РФ, в том числе реализация предметов залога и передача товаров (результатов выполненных работ, оказание услуг) по соглашению о предоставлении отступного или новации, а также передача имущественных прав.

Порядок предоставления налоговых вычетов по НДС установлен статьями 171 - 172

НК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 166 НК РФ, на установленные статьей 171 НК РФ налоговые вычеты. Вычетам согласно статье 172 НК РФ подлежат суммы НДС, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг) и при наличии соответствующих первичных документов. Налоговые вычеты, предусмотренные статьей 171 НК РФ, производятся на основании соответствующих требованиям статьи 169 НК РФ счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг) при наличии соответствующих первичных документов.

Согласно статье 247 НК РФ объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком. Для российских организаций прибылью признаются полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов.

Пунктом 1 статьи 252 НК РФ установлено, что в целях главы 25 НК РФ налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов (за исключением расходов, указанных в статье 270 НК РФ). Расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты, осуществленные (понесенные) налогоплательщиком.

Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме.

Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации. Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

В соответствии с пунктом 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12 октября 2006 года № 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" (далее - постановление Пленума ВАС РФ № 53) в сфере налоговых отношений действует презумпция добросовестности. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны. Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Под налоговой выгодой для целей названного постановления понимается уменьшение размера налоговой обязанности вследствие, в частности, уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета, налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, а также получение права на возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета.

Согласно пункту 3 постановления Пленума ВАС РФ № 53 налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера).

Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности (пункт 4 постановления Пленума ВАС РФ № 53).

В силу пункта 9 постановления Пленума ВАС РФ № 53 установление наличия или отсутствия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или экономической деятельности.

Налоговая выгода не может быть самостоятельной целью деятельности налогоплательщика, оценка обоснованности или необоснованности полученной налогоплательщиком налоговой выгоды производится исходя из направленности совершенных им хозяйственных операций на достижение определенного экономического эффекта.

В том случае, если судом будет установлено, что целью деятельности налогоплательщика является не достижение экономического эффекта от совершенных им операций, а только получение налоговой выгоды, то вне зависимости от принципов свободы договора или нарушения его контрагентами налоговых обязательств такая выгода будет признана необоснованной.

Признание судом налоговой выгоды необоснованной влечет отказ в удовлетворении требований налогоплательщиков, связанных с ее получением (пункт 11 постановления

Пленума ВАС РФ № 53).

Конституционный Суд Российской Федерации в определениях от 24.11.2005 № 452-О, от 18.04.2006 № 87-О, от 16.11.2006 № 467-О, от 20.03.2007 №№ 209-О-О обращал внимание на то, что разрешение споров о праве на налоговый вычет, касающихся выполнения обязанности по уплате налога, относится к компетенции арбитражных судов, которые не должны ограничиваться установлением только формальных условий применения норм законодательства о налогах и сборах и в случае сомнений в правомерности применения налогового вычета обязаны установить, исследовать и оценить всю совокупность имеющих значение для правильного разрешения дела обстоятельств (оплата покупателем товаров (работ, услуг), фактические отношения продавца и покупателя, наличие иных, помимо счетов-фактур, документов, подтверждающих уплату налога в составе цены товара (работы, услуги), и т.п.).

Исходя из положений статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок.

Данные первичных документов, составляемых при совершении хозяйственных операций, должны соответствовать фактическим обстоятельствам. Счета-фактуры составляются на основе уже имеющихся первичных документов и должны отражать конкретные факты хозяйственной деятельности, подтверждаемые такими документами.

Согласно пункту 1 статьи 169 НК РФ счет-фактура является документом, служащим основанием для принятия предъявленных сумм налога к вычету или возмещению, в связи с этим в пунктах 5 - 6 названной статьи установлены требования, соблюдение которых в силу пункта 2 этой же статьи обязательно для применения налоговых вычетов.

В соответствии с пунктом 6 статьи 169 НК РФ счет-фактура подписывается руководителем и главным бухгалтером организации либо иными лицами, уполномоченными на то приказом (иным распорядительным документом) по организации или доверенностью от имени организации.

В силу пункта 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Таким образом, налогоплательщик, претендующий на получение налоговой выгоды в виде применения налогового вычета по НДС, обязан представить документы в обоснование правомерности его применения, которые должны содержать полную и достоверную информацию, в том числе о реальном характере хозяйственных операций. В частности, налогоплательщик должен располагать оформленными в установленном порядке документами, подписанными от имени контрагента уполномоченными на то лицами и подтверждающими реальное осуществление хозяйственных операций, отраженных в них.

В отсутствие реального совершения спорных хозяйственных операций представленные налогоплательщиком документы не могут быть признаны подтверждающими правомерность применения налоговых вычетов сумм НДС, предъявленных контрагентами.

Основанием доначисления обществу оспариваемым решением НДС к уплате в бюджет послужил вывод инспекции о необоснованном предъявлении обществом к вычету данного налога по счетам-фактурам со спорными контрагентами.

В обоснование своих выводов о наличии формального документооборота Инспекция указывает на следующие обстоятельства, свидетельствующие, по ее мнению, о неправомерном применении налоговых вычетов: отсутствие основных средств, имущества, транспортных средств, персонала, материальных ресурсов, необходимых для ведения финансово-хозяйственной деятельности у спорных контрагентов; отсутствие расходов на ведение обычной хозяйственной деятельности; несоответствие основных видов деятельности спорных контрагентов характеру спорных сделок; несовпадение товарных и денежных потоков и отсутствие факта перечисления денежных средств за товар по цепочке контрагентов; неуплата или минимальная уплата налогов, непредоставление бухгалтерской и налоговой отчетности или предоставление нулевой отчетности спорными контрагентами, совпадение ip-адресов у субподрядчиков спорных контрагентов, отсутствие реальности сделок со спорными контрагентами, несоответствие цен приобретения обычному рыночному уровню цен на аналогичные товары; наличие взаимозависимости общества и его спорных контрагентов.

Суд не может согласиться с такими выводами налогового органа ввиду следующего.

Действующее законодательство не предусматривает возложение на налогоплательщика неблагоприятных последствий действий контрагентов, право на налоговый вычет не поставлено в зависимость от результатов хозяйственной деятельности поставщиков товаров (работ, услуг) при осуществлении ими хозяйственных операций.

При этом реальность поставок, их учет и дальнейшая реализация подтверждается совокупностью представленных в материалы дела доказательств, при том, что приобретение товара у спорных контрагентов обусловлено разумными экономическими причинами (целями делового характера) - использованием их в деятельности, направленной на получение дохода.

Денежные средства перечислялись на расчетные счета поставщиков.

Доказательств возврата обществу денежных средств, уплаченных поставщикам за поставленный товар, налоговым органом не представлено.

Доказательств, свидетельствующих о том, что при выборе контрагентов и заключении сделок с ними общество не проявило должной осмотрительности и осторожности, а также доказательств отсутствия в действиях налогоплательщика разумной деловой цели, либо их направленности исключительно на создание благоприятных налоговых последствий, инспекцией не представлено.

Заявителем перед заключением договоров с ООО «ЭКОСТРОЙ», ООО «ЮМАКС», ООО «ГЕНЕЗИС» была проявлена должная осмотрительность, в подтверждение чего в материалы дела представлены документы о проявлении должной осмотрительности (том 4, л.д 59-102; том 5, л.д 25-50; том 5, л.д 75-93, том 6, лд 1-20; том 9, л.д 60-117).

Из сведений ЕГРЮЛ, открытых источников видно, что ООО «ЭКОСТРОЙ», ООО «ЮМАКС», ООО «ГЕНЕЗИС» среди дополнительных кодов ОКВЭД имели код 46.24 -торговля оптовая шкурами и кожей, что соответствует торговым отношениям, сложившимся между данным контрагентом и обществом.

Инспекцией в отношении данных компаний представлены только индивидуальные карточки налогоплательщика (том 7, лд 14-18, 92-95, том 8, лд 93-95), которые не опровергают доводы общества о проявлении должной осмотрительности и реальности деятельности данных контрагентов:

-индивидуальные карточки налогоплательщика не содержат указания на дополнительные ОКВЭДы, что является сознательным искажением информации о компаниях со стороны инспекции, исключающей предоставление о вышеуказанном дополнительном коде ОКВЭД,

-данные налоговой и бухгалтерской отчетности, приведенные в данных карточках, свидетельствуют о наличии материальных запасов у компаний на конец 2017 г. и на конец

2018 г,

- данные налоговой и бухгалтерской отчетности, приведенные в карточке ООО «ЭКОСТРОЙ» о наличии 3-х человек сотрудников в 2017 г, опровергают доводы инспекции об отсутствии у компании материальных и трудовых ресурсов, одновременно указанное доказывает, что компания могла торговать товаром из складских запасов, который был закуплен ранее проверяемого периода, поскольку компания очевидно формировала складские запасы,

- приведенные в карточках риски компаний не являются общедоступными (поскольку основываются на информации, в т.ч. составляющей налоговую тайну, как-то данные налоговой отчетности и т.д.), при этом сами по себе и при наличии совокупности доказательств, подтверждающих реальную деятельность компании, данные факторы не могут свидетельствовать о не проявлении обществом должной осмотрительности.

До вступления в хозяйственные отношения в 2016 году с ООО «ЭКОСТРОЙ» у ООО «ЭКОСТРОЙ» были запрошены (том 6 л.д. 1-20): Устав от 2015 г.; Свидетельство о постановке на учет от 10.12.2015, серия 77 № 017653753; Свидетельство о государственной регистрации юридического лица от 10.12.2015, серия 77 №017653752; Приказ о вступлении в должность генерального директора и главного бухгалтера от 2015 г. № 1; Решение о создании организации от 03.12.2015 № 1; Лист записи ЕГРЮЛ от 12.12.2015.

До вступления в хозяйственные отношения в 2015 году с ООО «ЮМАКС», в целях предупреждения налоговых рисков и соблюдения должной осмотрительности при работе с контрагентами, Налогоплательщиком у ООО «ЮМАКС» был запрошен и получен необходимый пакет документов (том 5 л.д. 25-50): Устав от 2009 г.; Паспорт генерального директора ФИО2; Свидетельство о постановке на учет от 15.11.2006; Свидетельство  о государственной регистрации юридического лица от 15.11.2006; Протокол от 02.11.2006 № 1 общего собрания участников ООО «ЮМАКС» о назначении генерального директора ФИО2; Решение от 27.10.2015 № 1 единственного участника ООО «ЮМАКС» о продлении полномочий директора ФИО2

На основании полученных документов, а также используя сервисы ФНС России, иные открытые источники информации обществом проведена проверка контрагента, что также подтверждается скриншотами со следующих сайтов: Единый федеральный реестр сведений о банкротстве, содержащей сведения о дисквалифицированных; Сайт центра долгов юридических лиц; Сайт ФССП России; Сервисы ФНС России (регистрация ЮЛ, адреса «массовой» регистрации, сведения о дисквалифицированных лицах, сведения о принятии решений о предстоящем исключении недействующих ЮЛ, сведения о «недостоверности» адреса, сведения о задолженности юридических лиц и не представляющих отчётность более года, сведения о лицах, в отношении которых внесена запись о невозможности руководства.);  Проверка  паспорта руководителя  на  сайте  ФМС  России;  Проверка контрагента в СПАРК-ПРОФИЛЬ.

По результатам вышеуказанного анализа обществом сформирована справка о результатах проверки каждого контрагента.

Общество осуществляло проверку правоспособности каждого своего контрагента и подтверждало, что каждый спорный контрагент являлся действующей организацией, зарегистрированной в установленном законом порядке.

Таким образом, довод налогового органа о непредставлении обществом документов, подтверждающих благонадежность и репутацию спорных контрагентов перед заключением сделки является необоснованным и сделан налоговым орган напротив на основании фактов, которые по своей сути лишь подтверждают доводы общества в части проявления должной осмотрительности.

Факт проверки контрагентов до заключения договоров не оспаривается и обусловлен тем, что Обществом проводился мониторинг потенциальных поставщиков товара и частично проверка также проводилась в переговорном процессе.

Частичная проверка контрагентов в процессе исполнения договоров проводилась для текущего мониторинга состояния поставщиков, в связи с чем предоставление в материалы дела по каким-то контрагентам информации из открытых ресурсов, датированной после справки о результатах проверки контрагента (тем более ранние данные могли не сохраниться, поскольку стандарты хранения документов того не требуют), не свидетельствует о том, что общество не проверяло контрагента до заключения договора, тем более общество представило пакет уставных документов, которые согласно обычаям делового оборота запрашиваются до заключения договора с контрагентом.

Кроме того, факт регистрации 16 организаций по одному адресу, не является признаком «массовости» адреса. Сам по себе адрес массовой регистрации организации ни о чем не свидетельствует, поскольку факт регистрации организации состоялся. Кроме того, по одному адресу действительно может располагаться большое количество организаций.

В связи с вышеизложенным выводы налогового органа о том, что представленные доказательства проявления должной осмотрительности являются ненадлежащими являются несостоятельными.

Доводы инспекции о взаимозависимости общества и спорных контрагентов, а также с ООО «ВКП ЛТ», о том, что налогоплательщик каким-либо образом связан или контролирует деятельность спорных контрагентов и/или их субподрядчиков и что управление деятельностью компаний осуществлялись из одного центра на основании данных IP-адресов только по мотиву того, что у спорных контрагентов с субподрядчиками или между субподрядчиками есть пересекающиеся IP-адреса при выходе в интернет для отправки налоговой отчетности или входа в Банк-Клиент, подлежат отклонению ввиду следующего.

На основании данных об IP-адресах (том 8, лд 37-77) инспекция указывает, что установлена взаимозависимость и подконтрольность контрагентов 2, 3, 4 звена между собой: ООО «АМАЛТЕЯ», ООО «ТРИТОН», ООО «ЭЛИТПЛЮС» используют идентичные IP-адреса для представления отчетности по ТКС -109.173.98.161, 178.140.47.233, 109.173.98.25., ООО «МПХЗИККУРАТ», ООО «АМАЛТЕЯ», ООО «ТРИТОН», ООО «ЭЛИТПЛЮС» используют идентичные IP-адреса для представления отчетности по ТКС-109.173.98.161, 109.173.98.25.

Также инспекция ссылается на установленную взаимозависимость и подконтрольность контрагентов 1, 2, 3, 4 звена между собой: ООО «ЮМАКС», ООО «ПКФ «ТЕРМОСТАЛЬ», ООО «ТЕХПРОМСТРОЙ», ООО «МЕТСТРОЙ» идентичный IP адрес при использовании   «БАНК-КЛИЕНТ»   -217.118.83.223;   ООО   «ЮМАКС»,   ООО   «ТД ТЕХНОСТРОЙ», ООО «ТЕХПРОМСТРОЙ» идентичный IP адрес при использовании

«БАНК-КЛИЕНТ» - 217.118.83.217; ООО «МЕТСТРОЙ», ООО «УРАЛЦЕМЕНТ» в банковском  досье  указан  один  контактный  номер  телефона  -  

<

***>;  ООО «МЕТСТРОЙ», ООО «Ф1», ООО «СПЕЦАВТО-ТЕХЦЕНТР», ООО «УРАЛЦЕМЕНТ» используют идентичный IP адрес для представления отчетности по ТКС - 91.146.25.34.

Взаимосвязь через IP-адреса нельзя считать доказанной, потому что не представлено доказательств того, что данные IP-адреса не находились в свободном доступе через WiFi, в противном случае к данному WiFi могли иметь доступ разные лица. При использовании гостевого Wi-Fi все совпадающие адреса, являются публичными (внешними) и локальными (внутренними), использовались для выхода в сеть Интернет, и не принадлежат стационарным компьютерам (аналогичная позиция по вопросу IP-адресов высказана, например, в постановлении АС Уральского округа от 11.06.2020 г. по делу А71-2363/2019).

Кроме того, ИФНС не доказало, что выход в сеть осуществлялся со статического IP-адреса.

IP-адрес является идентификационным номером компьютера, подключенного к какой-либо локальной сети или Интернету. Иными словами, это номер в компьютерной сети, представленный четырьмя десятичными числами в диапазоне от 0 до 255. Эти четыре числа разделены точками (к примеру, 194.148.5.35). Первые два числа адреса определяют номер сети, последние два - номер узла (компьютера). IP-адреса бывают двух видов - статические и динамические.

Статический адрес назначается устройству в сети на постоянной основе, не меняет свое значение с течением времени и всегда идентифицирует одно и то же устройство, которому был назначен изначально.

Динамический адрес является изменяемым (непостоянным), назначается автоматически при каждом подключении устройства к сети и используется в течение ограниченного промежутка времени (до завершения сеанса подключения к сети).

В большинстве случаев для подключения к сети применяются динамические IP-адреса, что дает провайдеру возможность обслуживать больше клиентов, чем реальное количество свободных адресов, находящихся во владении провайдера.

В результате динамические IP-адреса соединения с Интернетом могут совпадать у весьма значительного числа устройств связи, если подключения к сети Интернет были осуществлены в разное время.

В связи с чем, при условии, что большинство IP-адресов являются динамическими, такие IP-адреса не позволяют идентифицировать персональный компьютер в сети Интернет либо конкретного пользователя, а означают лишь уникальный сетевой адрес узла в компьютерной сети. Узел сети - это устройство, соединенное с другими устройствами, часть компьютерной сети. Узлами могут быть, в том числе специальные сетевые устройства, такие как маршрутизатор, коммутатор или концентратор.

Кроме того, работа нескольких клиентов с одинаковыми IP-адресами в Интернете возможна из-за использования интернет-провайдерами технологии NAT для трансляции адресов из внутрисетевых во внешние.

Такие сведения, как IP-адрес, не носят характер индивидуальных и не являются идентификационными данными клиента, поскольку вход в программу банковского обслуживания может быть осуществлен из общих точек доступа сети интернет. Поэтому одинаковый динамический IP-адрес - это не один компьютер, а чаще всего сервер, расположенный, например, в офисном здании.

Пользователи могут войти в программу банковского обслуживания из общих точек доступа в Интернет (Wi-Fi). Совпадение IP-адресов свидетельствует только о совпадении территории (адреса).

Выход в информационно-телекоммуникационную сеть «Интернет» с использованием одного диапазона IP-адресов мог осуществляться любыми лицами с любого устройства, подключенного к конечному оборудованию абонента (общества или бизнес-центра, где расположен офис общества и/или его контрагента) как посредством локальной сети, так и с использованием сети WiFi (беспроводного доступа), поэтому использование одного IP-адреса (который сам по себе, без использования ключа электронной цифровой подписи клиента, не является средством идентификации клиента автоматизированной системы расчетов либо отправки налоговой отчетности), само по себе не доказывает взаимозависимость проверяемого лица и его контрагентов.

Об управлении платежами организации может свидетельствовать только доступ к электронно-цифровой подписи руководителя данной организации и закрытым данным системы банк-клиент (пароль, логин и проч.). Доказательства того, что Общество или его должностные лица имели доступ к данной информации в материалах дела отсутствуют.

Налоговый орган, в свою очередь, не указывает, из каких фактических данных сделан вывод о том, что выход в сеть Интернет для подключения к системе "Клиент-Банк" осуществлялся обществом и контрагентами именно с одного и того же компьютерного оборудования (помещения). Кроме того, осуществление выхода в сеть Интернет могло осуществляться контрагентами общества из общедоступных точек доступа, например проведении переговоров, что не свидетельствует о какой-либо взаимозависимости и согласованности действий, при этом исходя из анализа документов, можно сделать вывод о том, что выход в сеть Интернет носили разовый характер, что не свидетельствует о систематичном характере и подтверждает вывод о том, что именно представителем контрагента использовались общие точки доступа для выхода в сеть Интернет, доказательств обратного налоговым органом не представлено.

Тем самым, само по себе совпадение IP-адресов не свидетельствует о подконтрольности спорных контрагентов и/или их субподрядчиков обществу и получении им необоснованной налоговой выгоды, так как один динамический IP-адрес не означает выход в сеть с одного компьютера или из одного помещения. При совпадении таких адресов налоговая инспекция должна не только доказать их идентичность, но и установить их пользователей в конкретный момент времени.

Таким образом, совпадение IP-адресов не свидетельствует о подконтрольности, согласованности действий компаний в целях получения необоснованной налоговой выгоды (аналогичная позиция по вопросу IP-адресов высказана, например, в постановлениях АС Уральского округа от 21.06.2018 по делу А76-7730/2016, от 13.11.2017 по делу № А76-22342/2016; постановлениях АС Центрального округа от 28.08.2017 по делу N А64-8137/2015, от 04.05.2017 по делу N А54-6206/2015; постановлении АС Северо-Кавказского округа от 11.02.2016 по делу N А32-10771/2015, постановлении АС Поволжского округа от 05.12.2016 по делу N А72-16136/2014; постановлении АС Западно-Сибирского округа от 23.11.2015 по делу N А03-23461/2014).

При этом налоговый орган не указывает причинно-следственную связь между совпадениями IP-адресов у контрагентов 2, 3, 4 звена ООО «ЭКОСТРОЙ», ООО «ЮМАКС» с осуществлением реальных финансово-хозяйственных взаимоотношений проверяемого налогоплательщика с ООО «ЭКОСТРОЙ», ООО «ЮМАКС».

ООО «ЛАКАВАННА» не имеет абсолютно никакого отношения к деятельности ООО «АМАЛТЕЯ», ООО «ТРИТОН», ООО «ЭЛИТПЛЮС», ООО «МПХ ЗИККУРАТ», ООО «АМАЛТЕЯ», ООО «ТРИТОН», ООО «ЭЛИТПЛЮС», совпадения IP-адресов ООО «ЛАКАВАННА» со спорными контрагентами налоговым органом не установлено.

Также   ООО  «ЛАКАВАННА»   не  имеет  абсолютно  никакого  отношения  к

деятельности ООО «ПКФ «ТЕРМОСТАЛЬ», ООО «ТЕХПРОМСТРОЙ», ООО «МЕТСТРОЙ», ООО «ТД ТЕХНОСТРОЙ», ООО «СПЕЦАВТО-ТЕХЦЕНТР», ООО «УРАЛЦЕМЕНТ», совпадения IP - адресов ООО «ЛАКАВАННА» со спорными контрагентами налоговым органом не установлена.

Кроме того, налоговым органом также не приведено доказательств, подтверждающих связь общества с ООО «ЭКОСТРОЙ», ООО «ЮМАКС» и организациями 2, 3, 4 звена, никаких доказательств аффилированности, взаимозависимости или подчиненности, наличия общего управления, общего бенефициара, получения выгоды от операций и т.д. и т.п. Нет ни одного свидетельства, что налогоплательщик осуществлял контакты, связь, ведение переписки или что-то иное, свидетельствующее об отношениях указанных организаций во втором (и последующих) звеньев с налогоплательщиком, за существование, управление, финансово-хозяйственную деятельность которых налогоплательщик не отвечает и ответственность не несет.

Учитывая вышеизложенное, перечисленные инспекцией обстоятельства в отношении контрагентов 1, 2, 3, 4 звеньев не могут служить основанием для предъявления налоговых претензий проверяемому налогоплательщику.

В соответствии с пунктом 1 статьи 105.1 НК РФ если особенности отношений между лицами могут оказывать влияние на условия и (или) результаты сделок, совершаемых этими лицами, и (или) экономические результаты деятельности этих лиц или деятельности представляемых ими лиц, указанные в настоящем пункте лица признаются взаимозависимыми для целей налогообложения (далее - взаимозависимые лица).

Для признания взаимной зависимости лиц учитывается влияние, которое может оказываться в силу участия одного лица в капитале других лиц, в соответствии с заключенным между ними соглашением либо при наличии иной возможности одного лица определять решения, принимаемые другими лицами. При этом такое влияние учитывается независимо  от того,  может ли  оно  оказываться  одним лицом  непосредственно  и самостоятельно или совместно с его взаимозависимыми лицами, признаваемыми таковыми в соответствии с настоящей статьей.

Таким образом, в целях налогообложения взаимозависимость устанавливается между участниками сделки. Целью установления взаимозависимости является выявление влияния указанных лиц на условия и (или) результаты сделки, и (или) экономические результаты деятельности этих лиц или деятельности представляемых ими лиц.

В силу пункта 2 статьи 105.1 НК РФ с учетом пункта 1 настоящей статьи в целях настоящего Кодекса взаимозависимыми лицами признаются:

1) организации в случае, если одна организация прямо и (или) косвенно участвует в другой организации и доля такого участия составляет более 25 процентов;

2) физическое лицо и организация в случае, если такое физическое лицо прямо и (или) косвенно участвует в такой организации и доля такого участия составляет более 25 процентов;

3) организации в случае, если одно и то же лицо прямо и (или) косвенно участвует в этих организациях и доля такого участия в каждой организации составляет более 25 процентов;

4)организация и лицо (в том числе физическое лицо совместно с еговзаимозависимыми лицами, указанными в подпункте 11 настоящего пункта), имеющееполномочия по назначению (избранию) единоличного исполнительного органа этойорганизации или по назначению (избранию) не менее 50 процентов состава коллегиальногоисполнительного органа или совета директоров (наблюдательного совета) этой организации;

5)организации, единоличные исполнительные органы которых либо не менее 50 процентов состава коллегиального исполнительного органа или совета директоров(наблюдательного совета) которых назначены или избраны по решению одного и того же лица (физического лица совместно с его взаимозависимыми лицами, указанными вподпункте 11 настоящего пункта);

6) организации, в которых более 50 процентов состава коллегиального исполнительного органа или совета директоров (наблюдательного совета) составляют одни и те же физические лица совместно с взаимозависимыми лицами, указанными в подпункте 11 настоящего пункта;

7) организация и лицо, осуществляющее полномочия ее единоличного исполнительного органа;

8)организации, в которых полномочия единоличного исполнительного органаосуществляет одно и то же лицо;

9)организации и (или) физические лица в случае, если доля прямого участия каждогопредыдущего лица в каждой последующей организации составляет более 50 процентов;

10) физические лица в случае, если одно физическое лицо подчиняется другому физическому лицу по должностному положению;

11) физическое лицо, его супруг (супруга), родители (в том числе усыновители), дети (в том числе усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры, опекун (попечитель) и подопечный.

Указывая на взаимозависимость участников сделок, налоговый орган не привел нормативное обоснование со ссылкой на конкретный подпункт пункта 2 статьи 105.1 НК РФ, на основании которого лица признаны взаимозависимыми.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд пришел к выводу, что налоговым органом не доказан факт взаимозависимости участников сделок на момент их осуществления применительно к положениям статьи 105.1 НК РФ по следующим основаниям.

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ у общества и спорных контрагентов или общества и субподрядчиков спорных контрагентов на уровне учредителей, руководителей взаимозависимость отсутствует.

Никаких документов, свидетельствующих о том, что договоры поставки между налогоплательщиком и спорными контрагентами или их субподрядчиками были заключены на нерыночных условиях (отличие по цене или иным условиям сделки), о том, что ООО «ЛАКАВАННА» (кто-либо из руководителей, сотрудников общества) мог влиять и/или повлиял на условия данных сделок как в части цены, так и в части других условий сделки, налоговым органом не предоставлено.

То есть, применительно к положениям статьи 105.1 НК РФ не доказано оказание влияния налогоплательщиком на условия и (или) результаты сделок, заключаемых спорными контрагентами как с обществом, так и с иными контрагентами (субподрядчиками).

Доказательств того, что цена каких-либо из договоров, заключенных обществом со спорными контрагентами, отличается от рыночных цен, в материалы дела не предоставлено (с учетом требований ст. 40 НК РФ на сей счет).

Тем самым, налоговым органом не представлено доказательств согласованности указанных лиц, не доказано, что наличие указанных обстоятельств повлияло на условия и результаты сделок по поставке товара, привело к нерыночному ценообразованию и необоснованному завышению вычета по НДС, созданию искусственной ситуации, целью которой было исключительно возмещение налога.

Согласно пункту 1 статьи 20 НК РФ взаимозависимыми лицами для целей налогообложения признаются физические лица и (или) организации, отношения между которыми могут оказывать влияние на условия или экономические результаты их деятельности или деятельности представляемых ими лиц.

В пункте 1 статьи 20 НК РФ установлены конкретные основания, по которым лица признаются взаимозависимыми для целей налогообложения:

-одна организация непосредственно и (или) косвенно участвует в другой организации, и суммарная доля такого участия составляет более 20 процентов;

- одно физическое лицо подчиняется другому физическому лицу по должностному положению;

- лица состоят в соответствии с семейным законодательством Российской Федерации в брачных отношениях, отношениях родства или свойства, усыновителя и усыновленного, а также попечителя и опекаемого.

На основании пункта 2 статьи 20 НК РФ суд может признать лица взаимозависимыми по иным основаниям, не предусмотренным пунктом 1 настоящей статьи, если отношения между этими лицами могут повлиять на результаты сделок по реализации товаров (работ, услуг). Таким образом, право признать лица взаимозависимыми по иным основаниям, не предусмотренным пунктом 1 статьи 20 НК РФ, может быть использовано судом лишь при условии, что отношения между этими лицами объективно могут повлиять на результаты сделок по реализации товаров (работ, услуг), в том числе в случаях совершения хозяйственным обществом сделок с заинтересованными лицами, признаваемыми таковыми законом.

Статьей 4 Федерального закона Российской Федерации от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» определено, что аффилированные лица - это физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность. Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 04.12.2003 № 441-О также отметил, что лица могут быть признаны взаимозависимыми в судебном порядке по основаниям, не перечисленным в пункте 1 статьи 20 НК РФ, только при условии, что отношения между организациями могут повлиять на результат сделки.

Между тем, судом не установлено совокупности обстоятельств, свидетельствующих о взаимозависимости участников спорных сделок применительно к положениям статей 20 и 105.1 НК РФ.

Кроме того, ссылка налогового органа на взаимозависимость не может сама по себе быть признана состоятельной.

Действующее налоговое законодательство не запрещает заключение сделок между взаимозависимыми лицами.

Согласно правовой позиции Пленума ВАС РФ, сформулированной в Постановлении от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды», сама по себе взаимозависимость участников сделок не может служить основанием для признания налоговой выгоды необоснованной.

В целях налогового контроля взаимозависимость может иметь юридическое значение только если установлено, что такая взаимозависимость используется участниками сделки как возможность для осуществления согласованных, недобросовестных действий, необусловленных разумными экономическими причинами и направленных на незаконное занижение налоговых платежей.

Таким образом, взаимозависимость сама по себе не является безусловным основанием для вывода о необоснованном получении налогоплательщиком налоговой выгоды: налоговому органу необходимо представить доказательства того, что такая выгода получена им именно в результате недобросовестных, умышленных действий взаимозависимых лиц.

Указанный вывод согласуется с выработанной судебной практикой правовой позицией, изложенной в п. 13 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 06.07.2016.

Согласно данной позиции, взаимозависимость участников сделок сама не себе не признается доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. В целях налогового контроля взаимозависимость участников сделки может иметь юридическое значение только в том случае, если установлено, что такая взаимозависимость используется участниками сделки как возможность для осуществления согласованных действий, не обусловленных разумными экономическими или иными причинами.

В данном случае налоговый орган не представил доказательств совершения Обществом и/или ООО «Грос» сделок, лишенных экономического содержания, согласованных действий, свидетельствующих об искусственном создании налогоплательщиком оснований для необоснованного возмещения налога на добавленную стоимость.

Кроме того, как следует из Определения Конституционного Суда РФ от 16.12.2008 года № 1072-О, в налоговом законодательстве не употребляется понятие экономической целесообразности, и оно не регулирует порядок и условия ведения финансово-хозяйственной деятельности, а потому обоснованность расходов, уменьшающих в целях налогообложения полученные доходы, не может оцениваться с точки зрения их целесообразности, рациональности, эффективности или полученного результата. В силу принципа свободы экономической деятельности (статья 8, часть 1 Конституции Российской Федерации) налогоплательщик осуществляет ее самостоятельно на свой риск и вправе самостоятельно и единолично оценивать ее эффективность и целесообразность.

По смыслу правовой позиции Конституционного Суда РФ, выраженной в Постановлении от 24.02.2004 года № 3-П, судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов.

В связи с этим, юридическое лицо самостоятельно выбирает виды предпринимательской деятельности, единолично определяет экономическую целесообразность принимаемых им решений.

Относительно довода налогового органа о том, что у спорных контрагентов отсутствуют основные средства (наличие техники, транспортных средств, складов и т.д.), следует отметить, что документальное подтверждение данного обстоятельства налоговым органом не представлено. Следует учитывать, что хозяйствующие субъекты не всегда приобретают в собственность основные средства, необходимые для осуществления деятельности, оформляя пользование соответствующими объектами на основании договоров аренды. Указанные обстоятельства не были исследованы налоговым органом в ходе проверки.

Доводы налогового органа об отсутствии у спорных контрагентов (а также у контрагентов 2-го и последующих звеньев) управленческого и технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств не являются квалифицирующими признаками возможности (невозможности) ведения соответствующей предпринимательской деятельности (Определение Верховного Суда РФ от 29.11.2016 № 305-КГ16-10399 (приведено в п. 31 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 1 (2017) и в п. 7 Обзора правовых позиций, направленного Письмом ФНС России от 23.12.2016 № СА-4-7/24825@), Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 29.06.2018 № А12-3 7867/2017).

Отсутствие у контрагентов налогоплательщика в собственности какого-либо имущества не свидетельствует о невозможности ведения контрагентами хозяйственной деятельности, поскольку действующее законодательство допускает возможность использования имущества, принадлежащего на ином праве, чем право собственности.

Кроме того, факт отсутствия материальных и трудовых ресурсов у контрагентов налогоплательщика не исключает возможности реального осуществления хозяйственных операций и не свидетельствует о получении необоснованной налоговой выгоды, поскольку гражданское законодательство не исключает возможность привлечения третьих лиц для исполнения обязательств по договорам гражданско-правового характера, а также аутсорсинга и аутстаффинга (аренда персонала) (Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 31.05.2019 по делу № А12-23867/2018).

Более того, отсутствие необходимых ресурсов у спорных контрагентов инспекцией не доказано надлежащими доказательствами - не представлено ни бухгалтерской, ни налоговой отчетности в материалы дела, также не представлено сведений об отсутствии договоров аренды и платежей (или иных форм расчета) за арендованное имущество, а также иных доказательств, способных подтвердить доводы инспекции.

Доводы инспекции о том, что у спорных контрагентов отсутствовали основные средства и нематериальные активы, трудовые ресурсы, не свидетельствуют и не доказывают: что организации-контрагенты заведомо не могли исполнить свои обязанности по заключенным с обществом договорам; виновность (прямой умысел) общества по ст. 54.1 НК РФ; наличие намерения на совершение правонарушения при выборе организации-контрагента по сделке.

В оспариваемом решении проверяющими не отражено, каким образом отсутствие основных средств может повлиять на результат заключенных сделок, какими основными средствами должен был обязательно обладать контрагент для их исполнения (при поставке кожи натуральной и искусственной в адрес ООО «ЛАКАВАННА).

Инспекцией не оспаривается сам факт выполнения работ, передачи результата работ заказчикам.

Как указано в п. 13 Письма ФНС России от 10.03.2021 № БВ-4-7/3060@, при применении подпункта 2 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ правовое значение имеют не только доказанные налоговым органом обстоятельства, характеризующие деятельность контрагента и свидетельствующие о невозможности исполнения им обязательств, но и то, должны ли данные обстоятельства были быть ясны налогоплательщику при совершении конкретной сделки с учетом характера и объемов деятельности налогоплательщика (крупность сделки и регулярность совершения аналогичных сделок), специфики приобретаемых товаров, работ и услуг (наличие специальных требований к исполнителю, в том числе лицензий и допусков к выполнению определенных операций), особенностей коммерческих условий сделки.

В п. 16 данного письма указано, что степень предъявляемых требований к выбору контрагента не может быть одинаковой для случаев ординарного пополнения материально-производственных запасов по разовым сделкам на несущественную сумму и в ситуациях, когда налогоплательщиком приобретается дорогостоящий актив, совершаются сделки на значительную сумму либо привлекается подрядчик для выполнения существенного объема работ, либо сделка несет в себе несоразмерные риски ввиду возможного причинения убытков при ее неисполнении или ненадлежащим исполнении.

Выбор спорных контрагентов был обусловлен исключительно целями делового характера. Все расходы, понесенные ООО «ЛАКАВАННА» в процессе своей предпринимательской деятельности, являются обоснованными, т.е. экономически оправданными, имеющими денежное выражение.

Операции общества со спорным контрагентом были направлены на ординарное пополнение материальных запасов предприятия в рамках его обычной деятельности, в связи с чем перед заключением договора обществом были проведены стандартные для практики того времени меры должной коммерческой осмотрительности.

Экономически оправданные затраты - затраты, без которых было невозможно получить доход. Если именно эти затраты позволили получить именно такой доход от этого вида деятельности и именно в этом размере - это экономически оправданные затраты.

В рассматриваемом случае закупка товара у спорных контрагентов позволила обществу расширить ассортимент готовой продукции и поддержать объемы продаж в адрес своих покупателей.

Более того, в результате анализа открытых источников данных установлено следующее.

Довод налогового органа о том, что у ООО «ЭКОСТРОЙ» «основные средства на балансе организации отсутствуют; численность сотрудников в 2017 году 0 человек; информация о сайтах в сети интернет отсутствует; показатели декларации по налогу на прибыль за 2017 год: доходы от реализации по налогу на прибыль за 2017 год составили 473 468 тыс. руб., а сумма исчисленного налога на прибыль составляет 887 тыс. руб.; показатели декларации по налогу на прибыль за 2018 год: доходы от реализации по налогу на прибыль за 2018 год составили 115 385 тыс. руб., а сумма исчисленного налога на прибыль составляет 356 тыс. руб.» опровергается материалами дела.

Так, согласно представленной Налоговым органом информации у ООО «ЭКОСТРОЙ» в 2017 г. в штате было 3 чел., в 2018 - 5 чел., отсутствовали какие-либо признаки, свидетельствующие о неблагонадежности ООО «ЭКОСТРОЙ» (том 7 л.д. 14-17).

Налоговый орган дает оценку контрагенту, имеющую место после состоявшихся взаимоотношений общества и ООО «ЭКОСТРОЙ», что является не относимыми доказательствами.

Установлена уплата налогов в период взаимоотношений с ООО«ЛАКАВАННА»:

Уплаченные налоги и сборы

2017 (руб.)

Налог на прибыль

891 590

Взносы в фонд обязательного медицинского страхования

24 304

Взносы на обязательное соц. страхование (временная нетрудоспособность,

материнство)

13 820

Взносы в пенсионный фонд

104 841

Налог на добавленную стоимость (НДС)

3 801 038

Итого

4 835 593

Установлено наличие заключенных государственных контрактов на сумму 10,5 млн. руб. Тогда как в оспариваемом решении указано, что государственные контракты отсутствуют. Превышение налоговой нагрузки средней по отрасли:

Налоговая нагрузка

2017

НДС

0,80 %

НДС - средняя по отрасли

0,51 %

НДС - расхождение

0,29 %

Налог на прибыль

0,19%

Налог на прибыль - средняя по отрасли

0,23 %

Налог на прибыль - расхождение

-0,04 %

Все налоги (кроме страховых взносов и НДФЛ)

0,99 %

Все налоги (кроме страховых взносов и НДФЛ) -средняя по отрасли

0,76 %

Все налоги (кроме страховых взносов и НДФЛ) -расхождение

0,23 %

Установлено наличие активов на конец 2017 г.: запасы - 1003 тыс. руб., дебиторская задолженность - 1 271 тыс. руб., Денежные средства и денежные эквиваленты - 6 406 руб. Тогда как в оспариваемом решении указано, что активы отсутствуют.

Данные факты свидетельствуют, что организация на момент совершения сделок была действующей Товар приобретенный у ООО «ЭКОСТРОЙ» в дальнейшем был переработан на заводе, а готовая продукция реализована в адрес покупателей ООО «ЛАКАВАННА», с полученного дохода общество начислило и уплатило налоги в бюджет в полном объеме, что отражено в бухгалтерском и налоговом учете общества.

Действия ООО «ЛАКАВАННА» по осуществлению реальных операций приобретения товаров у данного контрагента и учету затрат на их приобретение в целях исчисления налога на прибыль и применения налоговых вычетов по НДС, совершены в рамках действующего законодательства о налогах и сборах РФ в результате экономически оправданных и законных действий Общества и не были направлены на минимизацию налоговых обязательств.

Установлена уплата налогов в период взаимоотношений с ООО «ЛАКАВАННА»:

Уплаченные налоги и сборы 2017 (руб.)

Налог на добавленную стоимость (НДС)

226 450

Взносы в пенсионный фонд

38 720

Налог на прибыль

104 100

Взносы в фонд обязательного медицинского страхования

8 976

Взносы на обязательное соц. страхование (временная нетрудоспособность,

материнство)

5 214

Итого

383 460

Превышение налоговой нагрузки средней по отрасли:

Налоговая нагрузка

2017

НДС

0,33 %

НДС - средняя по отрасли

0,21 %

НДС - расхождение

0,12 %

Налог на прибыль

0,15 %

Налог на прибыль - средняя по отрасли

0,12%

Налог на прибыль - расхождение

0,03 %

Все налоги (кроме страховых взносов и НДФЛ)

0,48 %

Все налоги (кроме страховых взносов и НДФЛ) -средняя по отрасли

0,38 %

Все налоги (кроме страховых взносов и НДФЛ) -расхождение

0,10 %

Помимо этого, установлено наличие активов на конец 2017 г., запасы - 1 197 тыс. руб., дебиторская задолженность - 61 876 тыс. руб., денежные средства и денежные эквиваленты - 2 094 тыс. руб., финансовые вложения - 1 000 тыс. руб.

Данные факты позволяют утверждать, что организация, на момент совершения сделок была действующей.

При анализе данных по ООО «ГЕНЕЗИС» установлена уплата налогов ООО «ГЕНЕЗИС» в период взаимоотношений с ООО «ЛАКАВАННА»:

Уплаченные налоги и сборы

2017 (руб.)

Взносы в фонд обязательного медицинского

11 220

страхования

Взносы в пенсионный фонд

48 400

Взносы на обязательное соц. страхование (временная нетрудоспособность, материнство)

6 380

Налог на прибыль

350 814

Налог на добавленную стоимость (НДС)

317 544

Итого

734 358

Установлено наличие активов на конец 2017 г., Финансовые вложения- 8000 тыс. руб., дебиторская задолженность - 61 030 тыс. руб., денежные средства и денежные эквиваленты, прочие оборотные активы - 21 тыс. руб.

Данные факты позволяют утверждать, что организация на момент совершения сделок вела реальную финансово-хозяйственную деятельность.

Доводы налогового органа об отсутствии основных средства, сайта, о низкой численности сотрудников не соответствует действительности.

Так, согласно сервису ФНС России «Прозрачный бизнес» среднесписочная численность ООО «ГЕНЕЗИС» в 2019 г. составляла 12 чел., тогда как инспекция в отзыве указывает на отсутствие сотрудников у ООО «ГЕНЕЗИС» в 2019 г, что свидетельствует об отсутствии объективности в выводах и доводах Налогового органа.

Кроме того, у ООО «ГЕНЕЗИС» имелся сайт в сети «Интернет» по адресу http://genezizz.ru/, что также свидетельствует о необоснованности доводов налогового органа.

В отношении довода налогового органа о том, что «в результате анализа книги покупок установлено, что в разделе 8 налоговой декларации по НДС за 2 и 3 квартал 2017 года ООО «ГЕНЕЗИС» отражены счета - фактуры, полученные от ООО «РИНТОРГ», в отношении которого установлены обстоятельства, свидетельствующие о нереальности ведения хозяйственной деятельности: сведения по адресу регистрации недостоверны (по результатам проверки ФНС - 23.09.2020), согласно справкам 2-НДФЛ численность сотрудников 0 чел., у организации отсутствуют сведения о наличии объектов имущества, транспортных средств, обособленных подразделений, сведений об участии в государственных контрактах, информации о сайтах в сети интернет. В результате анализа банковской выписки ООО «РИНТОРГ» установлено, что все платежи носят транзитный характер. Объёмы движения денежных средств незначительны, отсутствуют платежи, свойственные организации, осуществляющей реальную финансово-хозяйственную деятельность» суд отмечает следующее.

Налоговый орган необоснованно ссылается на операции по взаимоотношениям ООО «ГЕНЕЗИС» с ООО «РИНТОРГ», отраженные в книге покупок ООО «ГЕНЕЗИС».

Инспекция выборочным образом оценивает операции, осуществляемые ООО «ГЕНЕЗИС» и ООО «РИНТОРГ» во 2 и 3 кварталах 2017 г., без обоснования причин, по которым налоговый орган посчитал ООО «РИНТОРГ» в качестве поставщика ООО «ГЕНЕЗИС» и контрагента, формирующего источник НДС, принимаемого к вычету заявителем.

Довод инспекции о том, что представленная в дело книга покупок ООО «ГЕНЕЗИС» (том 8, лд 106) свидетельствует о единичном выставлении счет-фактур в адрес компаний-поставщиков, ввиду чего не свидетельствует о возможности формирования источника для вычета НДС, не могут быть приняты судом, поскольку книга покупок представлена в виде извлечения (том 8, лд 106-111) за некоторый период апреля-сентября 2017 гг, то есть не позволяет оценить всю хозяйственную деятельность данной компании за весь 2017 год. Кроме того, как указано далее, книга покупок ООО «ГЕНЕЗИС» не исключает того, что ООО «ГЕНЕЗИС» могло торговать со склада товарными запасами прошлых периодов. Соответственно, инспекция не доказала должными доказательствами (предоставление полной книги покупок-продаж) о невозможности у ООО «ГЕНЕЗИС» сформировать источник вычета по НДС по его поставщикам, поскольку инспекция лишила суд возможность проанализировать весь объем хозяйственных операций ООО «ГЕНЕЗИС» за 2017 г по всем его поставщикам, тогда как неустранимые сомнения толкуются в пользу налогоплательщика.

Более того, ООО «ГЕНЕЗИС» не лишено права приобретать товары у лиц, не являющихся плательщиками НДС, что не должно приводить к возложению на проверяемого налогоплательщика обязанности по уплате сумм НДС, которые не относятся к формированию добавленной стоимости товара, поставляемого от ООО «ГЕНЕЗИС».

Также, следует отметить, что правила исчисления и уплаты НДС позволяют ООО «ГЕНЕЗИС» заявить счета-фактуры в разделе 8 декларации по НДС в пределах 3-х лет, в связи с чем не допускается ограничиваться периодами взаимоотношений Заявителя с ООО «ГЕНЕЗИС».

Кроме того, в ходе выездной налоговой проверки не было установлено налоговых разрывов или иных нарушений исчисления и уплаты налогов заявителем и/или ООО «ГЕНЕЗИС», что свидетельствует о том, что все участники многостадийного процесса производства надлежащим образом исполнили свои налоговые обязательства.

При этом налоговый орган не учитывает, что документы, составленные при исчислении и учете НДС (книги покупок и продаж, счета-фактуры), не являются документами, подтверждающими либо опровергающими реальность поставляемого товара.

Согласно п. 1 ст. 169 НК РФ счет-фактура является документом, служащим основанием для принятия покупателем предъявленных продавцом товаров (работ, услуг), имущественных прав (включая комиссионера, агента, которые осуществляют реализацию товаров (работ, услуг), имущественных прав от своего имени) сумм налога к вычету в порядке, предусмотренном настоящей главой.

В силу п. 2 ст. 169 НК РФ ошибки в счетах-фактурах и корректировочных счетах-фактурах, не препятствующие налоговым органам при проведении налоговой проверки идентифицировать продавца, покупателя товаров (работ, услуг), имущественных прав, наименование товаров (работ, услуг), имущественных прав, их стоимость, налоговую ставку и сумму налога, предъявленную покупателю, а также не указание (неверное указание) в счете-фактуре сведений, установленных подпунктами 16-18 пункта 5 настоящей статьи, не являются основанием для отказа в принятии к вычету сумм налога.

Таким образом, счета-фактуры не могут служить безусловными доказательствами поставки товара, поскольку являются односторонними документами, составленными поставщиками и не подтверждают получение указанных в нем товарно-материальных ценностей обществом.

Налоговым органом не учтено, что оприходование товара осуществляется на основании товаросопроводительных документов (товарные, товарно-транспортные накладные и т.д.), а не счетов-фактур.

Данный вывод подтверждается судебной практикой: постановление АС Центрального округа от 26.06.2020 по делу N А36-6243/2016, постановление АС Дальневосточного округа от 20.07.2018 по делу N А51-10495/2017, постановление АС Поволжского округа от 04.12.2019 по делу № А55-34731/2018.

Таким образом, довод налогового органа о нереальности ведения деятельности ООО «РИНТОРГ» не имеет отношение к рассматриваемому делу и не может оспаривать реальность поставки ООО «ГЕНЕЗИС».

В отношении протокола допроса от 30.06.2021 ФИО3 (том 8, лд 112-114), числившегося директором ООО «РИНТОРГ», суд приходит к выводу о том, что данное доказательство не может служить подтверждением позиции инспекции ввиду следующего.

Отрицание директором контрагента общества факта участия в деятельности организации, не является достаточным и допустимым доказательством, на основании которого можно установить факт подписания либо не подписания конкретными физическими лицами первичных документов, на основании которых налогоплательщик претендует на налоговую выгоду.

При наличии у налогового органа сомнений в подлинности подписи в счете-фактуре он обязан назначить экспертизу в порядке статьи 95 НК РФ, и только в этом случае выводы налогового органа могут считаться законными и обоснованными.

Однако, в рассматриваемом случае, показания свидетеля налоговым органом должным образом не проверялись, почерковедческие экспертизы не назначались.

Между тем, подлинность подписей на документах в силу положений статей 82-86 АПК РФ может быть доказана только результатами почерковедческой экспертизы.

Отрицание лица, числящегося директором общества, без результатов почерковедческой экспертизы не является достаточным и допустимым доказательством подписания первичных документов неуполномоченным лицом, как и отрицание руководителем своей причастности к осуществлению финансово-хозяйственной деятельности созданного либо руководимого им юридического лица в целом не является достаточно объективной и достоверной информацией, в том числе с целью возможного недопущения для себя негативных уголовно-правовых последствий.

С учетом положений ст. 51 Конституции Российской Федерации к показаниям руководителя ООО «Рингтон» суд относится критически, поскольку имеются сомнения в беспристрастности руководителя ООО «Рингтон», не обязанного свидетельствовать против себя, так как именно на руководителя организации возлагается ответственность за ненадлежащее исполнение обязанностей в сфере налогообложения. В пункте 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.12.2006 № 64 "О практике применения судами уголовного законодательства об ответственности за налоговые преступления" указано, что действия подставного лица, на которого зарегистрирована предпринимательская деятельность, квалифицируются как пособничество в преступлении по уклонению от уплаты налогов.

В такой ситуации суд не может полностью исключить возможность того, что лицо, отрицающее свою причастность к какой-либо деятельности юридического лица, может иметь личную заинтересованность в непредставлении сведений, необходимых для налогового контроля.

Относительно довода инспекции о несоответствии цен по спорным поставкам рыночным ценам суд полагает данный довод недоказанным ввиду следующего.

Налоговое законодательство не оперирует таким понятием в целях налогообложения налогом на прибыль как "разница в цене".

Между тем, налоговый орган не доказал наличие обстоятельств, свидетельствующих о возможности пересчета примененных цен по взаимоотношениям с указанными поставщиками.

В силу статей 1, 421, 423 ГК РФ юридические лица свободны в установлении условий договора, своих прав и обязанностей по нему, если они не противоречат законодательству. Стороны вправе самостоятельно определять цену реализации товара, исходя из соотношения спроса и предложения на рынке.

Налоговое законодательство также исходит из презумпции соответствия уровню рыночных цен цены товара, указанной сторонами сделки.

Пунктом 1 ст. 40 НК РФ установлено, что для целей налогообложения принимается цена товаров, работ или услуг, указанная сторонами сделки. Пока не доказано обратное, предполагается, что эта цена соответствует уровню рыночных цен.

Согласно п. 2 ст. 40 НК РФ налоговым органам предоставлено право контролировать правильность применения цен по сделкам в следующих случаях: 1) между взаимозависимыми лицами; 2) по товарообменным (бартерным) операциям; 3) при совершении внешнеторговых сделок; 4) при отклонении более чем на 20 процентов в сторону повышения или в сторону понижения от уровня цен, применяемых налогоплательщиком по идентичным (однородным) товарам (работам, услугам) в пределах непродолжительного периода времени.

В случае наличия таких оснований и подтверждения факта отклонения цены более чем на 20% от рыночной цены идентичных (однородных) товаров, в соответствии с п. 3 ст. 40 НК РФ налоговый орган выносит мотивированное решение о доначислении налога и пени, рассчитанных таким образом, как если бы результаты этой сделки были оценены исходя из применения рыночных цен на соответствующие товары.

В иных случаях налоговый орган не вправе оспаривать для целей налогообложения цену товаров, работ, услуг, указанную сторонами сделки (п. 13 Постановления Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 11.06.1999 № 41/9).

В соответствии с п. 8 ст. 40 НК РФ при определении рыночных цен товаров, работ или услуг принимаются во внимание сделки между лицами, не являющимися взаимозависимыми. Сделки между взаимозависимыми лицами могут приниматься во внимание только в тех случаях, когда взаимозависимость этих лиц не повлияла на результаты таких сделок.

Налоговые органы ссылаются на взаимозависимость общества и спорных контрагентов, а также общества и субподрядчиков (участвующих в производстве/поставке товара), однако факт влияния общества на деятельность спорных контрагентов и субподрядчиков (участвующих в производстве/поставке товара), а равно довод инспекции о реализации обществом "схем" движения товара и денежных потоков надлежащими доказательствами не подтвержден.

Кроме того, из решения инспекции не следует, что при проверке проверялась правильность применения обществом цен на товар с учетом положений п.п. 4-11 ст. 40 НК РФ.

В свою очередь арбитражный суд не вправе подменять собой налоговый орган и самостоятельно применять нормы ст. 40 НК РФ, касающиеся определения рыночной цены товаров, к спорным правоотношениям.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, высказанной в Определениях от 04.06.2007 № 320-О-П и № 366-О-П, обоснованность расходов, учитываемых при расчете налоговой базы, должна оцениваться с учетом обстоятельств, свидетельствующих о намерениях налогоплательщика получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. При этом речь идет именно о намерениях и целях (направленности) этой деятельности, а не о ее результате.

Также Конституционный Суд РФ указал, что налоговое законодательство не использует понятие экономической целесообразности и не регулирует порядок и условия ведения финансово-хозяйственной деятельности, а потому обоснованность расходов, уменьшающих в целях налогообложения полученные доходы, не может оцениваться с точки зрения их целесообразности, рациональности, эффективности или полученного результата. В силу принципа свободы экономической деятельности (статья 8, часть 1, Конституции РФ) налогоплательщик осуществляет ее самостоятельно на свой риск и вправе самостоятельно и единолично оценивать ее эффективность и целесообразность. Судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов.

Формируемая высшими судебными инстанциями судебная практика основывается на презумпции экономической оправданности совершенных налогоплательщиком операций и понесенных по этим операциям затрат.

В соответствии с п. 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 12.10.2006 № 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" судебная практика разрешения налоговых споров исходит  из  презумпции  добросовестности  налогоплательщиков  и  иных  участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданны.

Бремя доказывания необоснованности расходов налогоплательщика возлагается на налоговые органы.

Из решения инспекции не усматривается, что при констатации фактов завышения обществом закупочной стоимости товара, налоговым органом производилась проверка рыночных цен на товар, приобретенный обществом у поставщиков, в том числе, исходя из сложившихся цен в регионе и в стране в целом.

Соответствующие доказательства и расчеты в подтверждение доводов об экономической нецелесообразности деятельности общества, завышении цены товара налоговым органом не представлены.

Налогоплательщик привел данные о стоимости приобретаемых шкур КРС у различных поставщиков в проверяемом периоде, которая соответствовала рыночной стоимости, инспекция не опровергла по правилам ст. 40 НК РФ данный довод и не привела доказательств завышения цен:

Дата поставки

Поставщик

Количество (кг.)

Общая стоимость, с НДС

Стоимость за 1 кг., с НДС

Средняя стоимость шкур КРС без учета стоимости товара, приобретаемого у ООО «ЭКОСТРОЙ» и ООО «ЮМАКС»

20.01.2017

Ригель ООО

12 505

1 000 400

80,00

02.02.2017

Юмакс

19 282

1 349 740,00

70,00

03.02.2017

Ригель ООО

21 815

1 548 407

70,97

08.02.2017

Юмакс

19 280

1 349 600,00

70,00

14.02.2017

Юмакс

19 200

1 344 000,00

70,00

20.02.2017

Ригель ООО

22 610,271

1 582 719

70,00

16.03.2017

ДЕРМАЛЮКС ООО

20 385

1 323 025

64,90

16.03.2017

Юмакс

19 280

1 349 600,00

70,00

27.03.2017

Ригель ООО

22 077,81

1 942 848

88,00

26.05.2017

Ригель ООО

20771,961

1599441

77,00

01.06.2017

ГЕФЕСТ ООО

18775

1180810

62,89

01.06.2017

Экострой ООО

12505

1000400

80,00

16.06.2017

ГЕФЕСТ ООО

19335

1411040

72,98

16.06.2017

Ригель ООО

18481,625

1478530

80,00

23.06.2017

ГЕФЕСТ ООО

19985

1131375

56,61

26.06.2017

Экострой ООО

20631

1 574 122,00

76,30

04.07.2017

НАТУРПРОДУКТ ООО

15020

878300

58,48

17.07.2017

ДЕРМАЛЮКС ООО

19570

1484965

75,88

18.07.2017

Экострой ООО

19705

1 602 075,00

81,30

26.07.2017

Экострой ООО

20631

1 574 122,00

76,30

31.07.2017

Экострой ООО

20995

1 693 898,00

80,68

09.08.2017

ИЖМЯСОПРОДУКТ ООО

19714

1271705

64,51

75,16 руб.

14.08.2017

ДЕРМАЛЮКС ООО

19540

1507750

77,16

14.08.2017

Экострой ООО

24 230,00

1 974 623,00

81,49

03.07.2017

ГЕФЕСТ ООО

19995

1619950

81,02

30.08.2017

Экострой ООО

24035

1 974 295,00

82,14

14.09.2017

ГЕФЕСТ ООО

21915

1799755

82,12

21.09.2017

Экострой ООО

23150

1 903 696,00

82,23

03.10.2017

ГЕФЕСТ ООО

18685

1147875

61,43

04.10.2017

Экострой ООО

18 515,00

1 377 025,00

74,37

10.10.2017

ГЕФЕСТ ООО

23105

1791100

77,52

10.10.2017

НАТУРПРОДУКТ ООО

14705

824175

56,05

16.10.2017

Экострой ООО

23 865,00

1 944 150,00

81,46

18.10.2017

ДЕРМАЛЮКС ООО

16873,125

1349850

80,00

27.10.2017

ГЕФЕСТ ООО

19720

1632794

82,80

01.11.2017

ГЕФЕСТ ООО

19440

1618881

83,28

01.11.2017

. ДЕРМАЛЮКС ООО

18702

1664480

89,00

07.11.2017

ГЕФЕСТ ООО

18715

1621440

86,64

15.11.2017

ДЕРМАЛЮКС ООО

16902

1352175

80,00

16.11.2017

Экострой ООО

19545

1 675 776,00

85,74

17.11.2017

ГЕФЕСТ ООО

5520

474684

85,99

27.11.2017

ДЕРМАЛЮКС ООО

18975

1598250

84,23

Таким образом, стоимость приобретаемого товара у ООО «ЭКОСТРОЙ» и ООО «ЮМАКС» соответствовала рыночной, а самая высокая цена приобретаемых шкур КРС не превышала 15 % от средней рыночной стоимости шкур КРС, что свидетельствует о необоснованности довода налогового органа о кратном завышении цены товара, приобретаемого у спорных контрагентов.

Судом проанализированы доводы инспекции о транзитном движении денежных средств, отсутствии у спорных контрагентов расходов на общехозяйственные нужды, и данные доводы судом отклоняются как не доказанные ввиду следующего.

Из банковских выписок спорных контрагентов (том 1, лд 19-98; том 7, лд 25-67, 100111; том 8, лд 13-36, 128-150) следует, что, среди прочего, спорные контрагенты получали платежи от контрагентов и оплачивали контрагентам по заключенным договорам уплачивались налоговые платежи. Данные выписки свидетельствуют о наличии хозяйственной деятельности спорных контрагентов. Доказательств последующего обналичивания денежных средств и передачи их налогоплательщику из выписок не усматривается.

В признании обоснованности получения налоговой выгоды может быть отказано, если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность (пункты 4 и 9 Постановления ВАС РФ № 53) или в случаях, когда налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом (пункт 10 Постановления

ВАС РФ № 53).

Таким образом, к обстоятельствам, подлежащим установлению при оспаривании правомерности применения налоговых вычетов по основаниям, связанным с отсутствием экономического источника для вычета (возмещения) НДС налогоплательщиком -покупателем, помимо данного факта также относится реальность приобретения товаров (работ, услуг) налогоплательщиком для осуществления своей облагаемой налогом деятельности, и то, преследовал ли налогоплательщик - покупатель цель уклонения от налогообложения в результате согласованных с иными лицами действий, знал или должен был знать о допущенных этими лицами нарушениях (определения Верховного Суда РФ от 14.05.2020№ 307-ЭС19-27597, от 28.05.2020 № 305-ЭС19-16064).

Как следует из правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 15.12.2021№ 305-ЭС21-18005, по общему правилу не допускается извлечение налоговой выгоды из потерь казны налогоплательщиками, использующими формальный документооборот с участием организаций, не ведущих реальной экономической деятельности и не исполняющих налоговые обязательства в связи со сделками, оформляемыми от их имени ("технические" компании), притом что лицом, осуществляющим исполнение, является иной субъект.

В письме ФНС России от 24.07.2015 N ЕД-4-2/13055@ определено, что фирмы-однодневки - это организации, использующиеся для получения необоснованной налоговой выгоды, которые бросают после временного использования. Однодневка зарегистрирована по массовому адресу, учредитель или руководитель отрицает связь с ней. Фирма не платит налоги, сдает нулевую отчетность либо не сдает вообще, не отвечает на запросы ИФНС, не ведет реальную деятельность, все ее операции существуют только на бумаге.

Из разъяснений Верховного суда РФ следует, что признаком "технической" компании является отсутствие реальной экономической деятельности и неисполнение налоговых обязательств в связи со сделками, оформляемыми от ее имени.

Аналогичного толкования придерживается ФНС России в п. 4 Письма от 10.03.2021 N БВ-4-7/3060@.

Налоговый орган приводит довод о том, что в результате анализа банковской выписки установлено, что ООО "ЭКОСТРОЙ" фактически реальную хозяйственную, коммерческую деятельность не осуществляло, все платежи носят транзитный характер.

Вместе с тем, данный вывод инспекции не соответствует представленным в материалы дела документам.

Так, согласно представленным банковским выпискам, ООО «ЭКОСТРОЙ» несло типовые расходы, а именно, оплачивало взносы в ПФР и ФСС за своих сотрудников, получало денежные средства от ООО «Гармет» за субаренду земельного участка и производственное помещение, за канцелярию для офиса, за транспортные услуги и пр., в адрес ООО «Стандарт резерв» за аренду помещения. Также установлено приобретение шкур и других товаров, связанных с КРС иными организациями у данного контрагента, например:ООО«ВКП ЛТ» (03.02.2017 - 500 000 руб., 15.02.2017 - 1 000 000 руб., 23.03.2017 -379 300 руб., и др.); ООО «ТЕРМ» (18.01.2017 - 1 559 275 руб., 11.04.2017 - 1 184 050 руб. и др.); ООО «ЗОЛОТОЙ ТЕЛЕНОК» (24.08.2017 - 2 000 000 руб.); Глава крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО4, (28.09.2017 -1 059 000 руб.); ООО «Тимошкин Дворик» (30.08.2017- 1 300 000 руб., 05.09.2017- 980 000 руб., 06.09.2017 - 440 000 руб.); ОАО «МАЯК» (15.06.2017- 1 928 200 руб., 29.06.2017 - 1993 300 руб., 31.05.2017 -1 833 000 руб.) (том 1 л.д. 68-98).

Аналогично согласно представленным банковским выпискам ООО «ЮМАКС» несло типовые расходы согласно представленным банковским выпискам, а именно, оплачивало взносы в ПФР и ФСС за своих сотрудников, выплачивало заработную плату и пр. Также установлено приобретение шкур КРС иными организациями у данного контрагента, например: ООО «АСКА» (29.03.2017 - 1 655 320 руб., 07.03.2017 - 850 000 руб., 13.02.2017 - 1491 332 руб., и др.) (том 1 л.д. 19-37), что отражено и в извлечении из книги продаж на 2 стр. (том 7, лд 98-99).

Также и их банковских выписок ООО «ГЕНЕЗИС» видно, что компания оплачивала страховые взносы ФСС, ОМС, за пенсионное страхование, взносы на случай временной нетрудоспособности и от несчастных случаев, выплачивала зарплату, производила оплату за аренду нежилого помещения в адрес ООО «Горизонт», оплачивала НДФЛ, НДС, налог на прибыль, производила оплату за телефон, оплачивала хозтовары, оплачивала услуги по работе и поддержке сайта в адрес ООО «Интернет компания «БулДогЪ» (20.06.2017 - 40 000 руб.) и ФИО5 (21.05.2018 - 150 599 руб.), оплачивала рекламу в адрес ООО фирма «Авсиир» (19.09.2017 - 538 800руб) и ФИО5 (17.05.2018 - 150 290 руб.), оплачивала услуги по хранению и складированию в адрес ООО «Юниверс» (10.11.2017 -100 000 руб, 21.11.2017 - 280 120 руб, 16.02.2018 - 77 000 руб, 12.04.2017 - 225 000 руб, 25.04.2018 - 100 725 руб, 31.05.2018 - 300 050 руб и т.д.) и в адрес ООО «Комфорт-М» (16.03.2018 - 296 400 руб), покупало искусственную кожу у ООО «Тренд текстиль» (08.12.2017 - 37 026 руб), получала оплату за кожу от ООО «ТЕРМ» (20.01.2017 - 192 157 руб, 23.03.2017 - 340 000 руб.).

В оспариваемом решении отсутствуют сведения о проведенном анализе данных операций. При этом следует отметить, что книги покупок/продаж (том 7, лд 77-78, 96-99, том 8, лд 106-111) в отношении спорных контрагентов представлены на 1-4 страницах в виде извлечения за выборочный короткий период деятельности компаний, то есть данные книги покупок/продаж не могут быть надлежащим доказательством за весь спорный период деятельности этих контрагентов, поскольку в те периоды, которые не представлены в виде книг покупок/продаж в материалы дела, могли быть отражены операции по закупке сырья спорными контрагентами у иных лиц.

Тем самым, налоговый орган несет риск наступления негативных последствий ввиду непредставления полных книг покупок/продаж спорных контрагентов согласно ст. 9, 65, 200 АПК РФ. Указанные негативные последствия заключаются в том, что непроведение соответствующих мероприятий налогового контроля в период проведения ВНП или непредставление результатов таких мероприятий в суд приводит к тому, что соответствующие обстоятельства не могут считаться судом доказанными, а все неустранимые сомнения должны толковаться в пользу налогоплательщика (как в данном случае).

Наличие регулярных расходов за аренду нежилых помещений и услуги по хранению и складированию свидетельствует о том, что у компании был склад, ей было где хранить товар, также из этого следует наличие используемых офисных помещений. Наличие склада и услуг по хранению свидетельствует о том, что компания могла продавать кожу из своих товарных запасов со склада, которые были приобретены в предшествующем проверке периоде (скажем, в 2016 году или до указанного в выписках периоде 2017 г), ввиду чего данные операции не нашли своего отражения в банковских выписках. Ввиду указанного, представленные в материалы дела извлечение из книги покупок ООО «ЭКОСТРОЙ», ООО «ЮМАКС» за отдельные периоды 2017 г - 2019 г и отдельные разрозненные товарные накладные, УПД с иными контрагентами ООО «ЭКОСТРОЙ», ООО «ЮМАКС» (том 7, лд 68-78, 112-123), не касающиеся поставки кожи, не опровергают реальность спорных сделок, поскольку, как указано, такие поставки в адрес налогоплательщика могли осуществляться со склада ООО «ЭКОСТРОЙ» из товарных запасов прошлого периода. В свою очередь инспекция в рамках ВНП не проверила данные обстоятельства, то есть не устранила данные сомнения, ввиду чего с учетом положений НК РФ такие сомнения должны трактоваться в пользу налогоплательщика.

Из указанного видно, что помимо компаний, которых инспекция взяла в выборку как сомнительных контрагентов (субподрядчиков) ООО «ЭКОСТРОЙ», ООО «ЮМАКС» у ООО «ЭКОСТРОЙ», ООО «ЮМАКС» было множество других контрагентов - юридических лиц, который оказывали услуги, поставляли товар и не попали в выборку инспекции как сомнительные, то есть по данным компаниям инспекция не предоставила доказательств невозможности оказания услуг, поставки товара этими компаниями, а значит не исключено, что спорные контрагенты имели возможность сформировать источник вычетов по НДС, доказательств обратного инспекция не предоставила.

Соответственно, доводы ИФНС о том, что ООО «ЭКОСТРОЙ», ООО «ЮМАКС» не

могли сформировать законный источник вычетов по НДС, являются субъективными предположениями проверяющих, не основанными на достаточной и достоверной совокупности доказательств. Тогда как неустранимые сомнения толкуются в пользу налогоплательщика.

Таким образом, доводы налогового органа о том, что ООО «ЭКОСТРОЙ», ООО «ЮМАКС» не осуществляли реальную финансово-хозяйственную деятельность и все платежи носят транзитный характер является голословным, более того, опровергаются имеющимися в материалах дела доказательствами.

Кроме того, отец генерального директора ООО «ЭКОСТРОЙ», ФИО6, подтвердил осуществление сыном предпринимательской деятельности.

Как указывает налоговый орган, ФИО6 (отец ФИО7) в своих объяснениях 06.08.2021 (том 1, лд 119), данных сотруднику ОЭБиПК МО МВД России «Дятьковский», пояснил, что сын проживает в г. Брянске (при этом налоговый орган не выяснял где проживал ФИО7 в период взаимоотношений). Со слов отца ФИО6 официально нигде не работает, работает временными заработками неофициально, скупка автомобилей с дальнейшим ремонтом и перепродажа, что свидетельствует о том, что ФИО7 занимается предпринимательской деятельностью, что также подтверждается доводом налогового органа о том, что ООО «ЭКОСТРОЙ» являлось покупателем автозапчастей у ООО «АДЕО.ПРО» (том 1 л.д. 68-98, 117-119).

Вместе с тем, опираясь на данные пояснения, инспекция не учла, что ФИО6 указал следующее: «Знаю, что раньше у него была организация, название не помню, он сказал, что закрыл ее», что свидетельствует о причастности ФИО7 к деятельности ООО «ЭКОСТРОЙ».

Суд отмечает, что при этом, инспекция не приводит доказательств того, что генеральный директор не подписывал данные документы от ООО «ЭКОСТРОЙ» или что они подписаны неустановленными лицами. В частности, налоговый орган не проводил почерковедческие экспертизы в соответствии с требованиями статьи 95 НК РФ, чтобы установить принадлежность подписи. Данная деятельность требует наличия специальных познаний, которыми сотрудники инспекции не обладают. Более того, налоговый орган не уполномочен устанавливать соответствие подписи в соответствии с законодательством Российской Федерации. Таким образом, показания опрашиваемого лица подтверждают необоснованность выводов налогового органа.

Тем самым, из совокупности доказательств следует, что спорные контрагенты не являлись «техническими» компаниями, поскольку не отвечают критериям таковых, данные компания осуществляли реальную деятельность.

В части довода о перечислении денежных средств в адрес ИП ФИО8. и ООО «Промторг», ИП ФИО9, ИП ФИО10, ИП ФИО11, ИП ФИО12, ООО «САД», ООО «ТД КОНСТАНТА» следует отметить следующее.

Денежные средства, поступившие как от ООО «ЛАКАВАННА», так и от иных покупателей за товары (работы, услуги), спорные контрагенты могли использовать по своему усмотрению, имели законное право распоряжаться своими финансовыми ресурсами и перечислять денежные средства кому угодно, куда угодно в любые сроки и в любом количестве.

Однако налогоплательщику не было и не могло быть известно о дальнейшей деятельности и платежных операциях спорных контрагентов. Это обстоятельство вне сферы контроля, управления, влияния, интересов налогоплательщика.

ООО «ЛАКАВАННА» никак не связано с хозяйственной деятельностью спорных контрагентов, а именно: не организовывало их деятельность, не оказывало какое-либо влияние на результаты этой деятельности, не являлось зависимым или подконтрольным лицом. Общество не имеет доказанного прямого или косвенного отношения к субподрядчикам спорных контрагентов.

Инспекция не приводит доказательств, что в переводе денежных средств в адрес контрагентов 3-го звена, содержатся денежные средства именно налогоплательщика.

Кроме того, недобросовестность контрагентов второго и третьего звена, как уже отмечено, не влечет автоматического отказа заявленных компанией первого звена вычетов (Определение ВС РФ от 01.02.2016 г. № 308-КГ15-18629).

Анализа движения денежных средств по счетам контрагентов второго и третьего звена явно недостаточно, для того чтобы предъявить обвинения Обществу, нужно доказать его сопричастность к обнаруженным нарушениям.

В рассматриваем случае безналичный расчет между контрагентами 1, 2, 3 звена свидетельствует о том, что финансово-хозяйственные отношения общества с контрагентом были реальны.

Из представленных выписок по расчетным счетам также не представляется возможным установить какие операции свидетельствуют о «подозрительном» использовании денежных средств, их обналичивании и т.д.

В Постановлении Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53 заложен смысл понятия «транзитное движение денежных средств» применительно к получению налогоплательщиком   необоснованной   налоговой   выгоды,   который   заключается   в перечислении денежных средств вне связи с осуществлением реальной экономической деятельности, без деловой цели.

В Постановлении Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53 (пункт 6) указано, что транзитные платежи между участниками взаимосвязанных хозяйственных операций сами по себе не свидетельствуют о получении необоснованной налоговой выгоды (недобросовестности).

Инспекция должна доказать наличие замкнутой схемы движения денежных средств, которая могла бы свидетельствовать о согласованности действий налогоплательщика и его контрагентов.

Однако такие сведения в материалах дела отсутствуют. Все платежи производились налогоплательщиком в рамках договорных отношений и в соответствии с установленными сторонами условиями оплаты. Движение по расчетным счетам спорных контрагентов также свидетельствует о реальной финансово-хозяйственной деятельности и довод о транзитном движении не подтверждается банковскими выписками.

Кроме того, правовая природа безналичных денежных средств, зачисленных на расчетный счет, исключает возможность их идентификации в силу обезличенного характера. В такой ситуации провести детализацию источников произведенных расходов физически невозможно (Определения Верховного Суда РФ от 26.01.2018 № 301-ЭС17-21972 по делу № А28-13619/2014, от 16.09.2016 № 305-ЭС16-7885 по делу № А40-57347/2015, от 30.08.2016 № 306-КГ16-10953 по делу № А49-8014/2015, Постановление Арбитражного суда Московского округа от 26.03.2019 № Ф05-1787/2019 по делу № А40-62040/2018, от 23.04.2018 № Ф05-4656/2018 по делу № А40-54752/2017 и др.).

Доказательств осведомленности налогоплательщика о том, каким образом его контрагенты будут распоряжаться принадлежащими ему денежными средствами в сфере гражданско-правового оборота, а также доказательств участия самого общества в противоправных схемах, связанных с обналичиванием денежных средств, полученных его контрагентами, налоговым органом в материалы дела не представлено.

Тем самым, налоговым органом схемы кругового движения и обналичивания денежных средств непосредственно обществом, в результате чего выявился бы возврат в его адрес ранее направленных денежных средств либо перевод в наличную форму средств с его счета в банке с целью их исключения из-под налогового контроля в ходе налоговой проверки не выявлено. Возвращение к самому обществу денежных средств через цепочку последующих организаций, физических лиц не доказано, согласованность в действиях вышеуказанных контрагентов с обществом не установлена. Инспекция не привела доказательств того, что движение денежных средств по расчетным счетам общества или других третьих лиц контролировалось либо проводилось по поручению общества. Не представлено и доказательств того, что общество знало либо имело возможность проконтролировать дальнейшую судьбу денежных средств, перечисленных на счета контрагентов. Все дальнейшие действия контрагентов с полученными от общества денежными средствами, в том числе исчисление налогов в бюджет, не могут контролироваться налогоплательщиком и не могут вменяться ему в вину, равно как и выступать в качестве основания для привлечения последнего к налоговой ответственности. Какая-либо взаимосвязь или аффилированность между обществом его контрагентом не доказана.

Как было показано выше при анализе вопросов о взаимозависимости общества и спорных контрагентов - инспекцией не доказано наличие формального документооборота и цели уменьшения налоговой обязанности.

В отношении субподрядчиков спорных контрагентов (то есть контрагентов 2-3-4 звена по отношению к налогоплательщику) ИФНС не предоставила в материалы дела доказательств того, что такие контрагенты (в т.ч. не указанные в банковских выписках) не могли поставлять спорные товары: нет доказательств отсутствия (в т.ч. в аренде основных средств), нет доказательств отсутствия персонала (справки 2-НДФЛ, иная отчетность по наемным работникам), нет доказательств того, что товар не закупался и впоследствии не продавался, не исследованы вопросы транспортировки товара, не запрашивались соответствующие доказательства у таких компаний, протоколы допросов директоров сомнительных контрагентов и тд.

В рамках повторного рассмотрения дела инспекция также не предоставила подобных доказательств.

Предмет судебного разбирательства по делам об оспаривании ненормативных правовых актов определен частью 4 статьи 200 АПК РФ, в соответствии с которой арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту.

Осуществление такой проверки судом в силу статьи 123 Конституции РФ, статей 8, 9 АПК РФ подчинено принципу равноправия и состязательности сторон, в связи с чем судебное разбирательство не должно подменять осуществление налогового контроля в соответствующей административной процедуре (см., например, постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 26.08.2021 по делу № А05-7940/2020).

В п. 3.2 постановления от 14.07.2005 № 9-П Конституционного суда РФ указано, что публично-правовая природа налоговых правонарушений и претерпевание негативных последствий их совершения предполагает, что по таким делам требуется обнаружение, выявление налоговых правонарушений, собирание доказательств. Подобного рода функции, как относящиеся к досудебным стадиям производства, по смыслу статей 10, 118, 123, 126 и 127 Конституции РФ, не может выполнять суд. Аналогичной позиции, исключающей возможность устранения недостатков налоговых проверок в ходе судебного разбирательства и не допускающей подмену судами налоговых органов, в настоящее время также придерживаются и арбитражные суды округов (постановления Арбитражного суда Московского округа от 20.05.2014 по делу № А41-26946/13, от 07.02.2019 по делу № А40-45134/2018, от 30.06.2016 по делу № А40-64538/2015; АС УО от 07.09.2020 по делу № А34-10383/2018; АС ВСО от 16.03.2015 по делу № А78-7605/2013; АС ЗСО от 09.04.2018 по делу № А03-19356/2015; АС СКО от 21.12.2016 по делу № А63-14917/2015, АС ЦО от 20.06.2017 по делу № А48- 6421/2015).

В данной ситуации инспекцией проводилась выездная налоговая проверка, по результатам которой было вынесено оспариваемое решение. Все обстоятельства должны были быть установлены в ходе этой проверки с применением приемов и способов, закрепленных в соответствующих нормах главы 14 НК РФ.

Согласно п. 7 ст. 3 НК РФ все неустранимые сомнения, противоречия и неясности актов законодательства о налогах и сборах толкуются в пользу налогоплательщика (плательщика сбора, плательщика страховых взносов, налогового агента).

При этом судебное разбирательство не должно подменять собой стадию осуществления мероприятий налогового контроля, что имело бы место в случае, когда в обоснование принятого решения налоговый орган ссылается на принципиально иной круг обстоятельств и доказательств, которые не связаны с первоначальными основаниями принятия решения по результатам налоговой проверки.

Недостатки формирования доказательственной базы со стороны налогового органа не могут являться основаниями для возложения на общество негативных налоговых последствий, которые не проистекают из имеющихся в материалах дела доказательств.

При этом суд отмечает, что поскольку инспекцией не доказано, как это указано выше в настоящем решении, что общество и спорные контрагенты были взаимосвязаны по смыслу статей 20 и 105.1 НК РФ, то нет оснований полагать, что общество могло влиять на выбор субподрядчиков спорными контрагентами. То есть инспекция не доказала наличие намерения на совершение правонарушения при выборе организации-контрагента по сделке, соответственно не доказала виновность (прямой умысел) общества по ст. 54.1 НК РФ.

В свою очередь, поскольку спорные контрагенты не являются субъектами настоящей налоговой проверки, то изучение вопросов того, соблюдали ли спорные контрагенты должную осмотрительность при выборе их контрагентов не может быть предметом настоящей ВНП и предметом судебного контроля, в противном случае иное будет означать выход за пределы полномочий суда по настоящему делу и проведение ВНП в отношении спорных контрагентов, что будет являться прямым нарушением закона.

Вступая в гражданские правоотношения с поставщиками товаров (работ, услуг), общество исходит из необходимости привлечения контрагентов, цены товаров (работ, услуг), других условий договоров, которые устраивают общество в определенный период времени. Условия договора определяются по усмотрению сторон (ст. 421 ГК РФ). Исполнение договора оплачивается по цене, установленной соглашением сторон (ст. 424 ГК РФ). Аналогичным образом поступали спорные контрагенты, работая со своими поставщиками работ/услуг/товаров.

Привлечение подрядчиками для выполнения работ/услуг, поставки товаров сторонних организаций-субподрядчиков - это достаточно распространенный обычай делового оборота (ст. 5 ГК РФ). Гражданское и налоговое законодательство не содержит на это запрет.

Согласно п. 5 ст. 10 ГК РФ, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Соответственно, пока не доказано обратное, презюмируется, что юридические лица вступают в гражданские правоотношения с разумной добропорядочной целью.

Доводы налогового органа о том, что субподрядчики спорных контрагентов относятся к категории налогоплательщиков, представляющих отчетность с минимальной налоговой нагрузкой, также сами по себе не свидетельствуют о том, что заявителем были нарушены нормы налогового законодательства.

Действующее законодательство не содержит положений, обязывающих налогоплательщика нести ответственность за действия своих контрагентов и/или последующих контрагентов и любых третьих лиц. Сдача отчетности с минимальными показателями и низкая налоговая нагрузка у контрагента не влияет на возможность исполнения своих обязательств по договорам.

Данный довод инспекции неправомерен, так как содержит предположение без сравнения финансовых и иных данных организаций-контрагентов общества с данными других сопоставимых организаций, выполняющих аналогичные виды работ/услуг, поставляющих аналогичные товары.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 16.10.2003 № 329-О разъяснил, что истолкование статьи 57 Конституции Российской Федерации в системной связи с другими положениями Конституции Российской Федерации не позволяет сделать вывод, что налогоплательщик несет ответственность за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет. По смыслу положения, содержащегося в п. 7 ст. 3 НК РФ, в сфере налоговых отношений действует презумпция добросовестности. Правоприменительные органы не могут истолковывать понятие «добросовестные налогоплательщики» как возлагающее на налогоплательщиков дополнительные обязанности, не предусмотренные законодательством.

Таким образом, каждый налогоплательщик самостоятельно несет ответственность за выполнение своих обязанностей и независимо друг от друга пользуется своими правами, в том числе правом на налоговые вычеты по НДС. Налогоплательщик не может нести ответственности за действия третьих лиц, в том числе, своих контрагентов и контрагентов второго звена. Выявление налоговым органом обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности контрагентов, является основанием для применения к этим лицам мер, предусмотренных действующим законодательством, но не влечет автоматического признания покупателя их товаров (работ, услуг) недобросовестным налогоплательщиком.

При этом доказательств того, что непосредственные контрагенты налогоплательщика (спорные контрагенты) налоговые обязательства по НДС не исполнили в полном объеме в материалы дела инспекцией не предоставлено. Доводы налогового органа о том, что фактически спорным контрагентам было известно о неисполнении налоговых обязательств его контрагентами (то есть по отношению к налогоплательщику - контрагентами 2-3-4 и т.д. звеньев), приобретая услуги/товары у таких контрагентов, действовало исключительно с целью возмещения НДС из бюджета, являются несостоятельными, так как:

- во-первых, доказательств этому не предоставлено (как и доказательств того, что низкая налоговая нагрузка таких компаний вызвана неуплатой налогов в бюджет или искажением данных по сделкам, в т.ч. инспекция не предоставила аналитических сравнительных данных по налоговой нагрузке аналогичных компаний, то есть не доказала свою позицию о том, что налоговая нагрузка данных компаний была аномально низкой для них),

- во-вторых, в данном случае правовое значение имеет исполнение налоговых обязательств непосредственным контрагентом налогоплательщика, то есть спорными контрагентами, которые отразили расходы по закупке услуг, исчислили и уплатили НДС.

Указанные доводы инспекции документально не подтверждены и носят предположительный характер.

Задолженность перед бюджетом по НДС, в случае ее образования у российского поставщика товаров и услуг вследствие его неправомерных действий, подлежит взысканию с последнего как с самостоятельного налогоплательщика в общеустановленном порядке в рамках осуществления налоговыми органами контрольных функций.

Достоверность налоговой отчетности контрагентов не может опровергаться лишь незначительностью итоговой суммы НДС, исчисленной к уплате в бюджет, значительной долей заявленных поставщиком налоговых вычетов. Минимальная налоговая нагрузка - это состояние, свойственное реальной предпринимательской деятельности, и не может свидетельствовать о получении необоснованной налоговой выгоды.

Заявляя довод об отсутствии источника для вычета (возмещения) НДС, инспекция не установила, что за незначительным налоговым бременем контрагентов 2-3 звена может стоять неполнота уплаты налогов и контрагенты должны были исчислить НДС к уплате в большей сумме. В частности, налоговым органом не установлены признаки вывода денежных средств контрагентами по фиктивным документам в пользу третьих лиц, в том числе признаки обналичивания, перевода денежных средств в низконалоговые иностранные юрисдикции и иные подобные обстоятельства, порочащие достоверность налоговой отчетности контрагентов и полноту уплаты ими налога в период спорных взаимоотношений с обществом.

Вопреки доводам отзыва инспекции, незначительность исчисленных спорными контрагентами сумм НДС и налога на прибыль к уплате за спорные периоды сама по себе не свидетельствует о недобросовестности ни данных контрагентов, ни общества.

Инспекция не подтвердила, что заявленные ею пороки спорных контрагентов, исходя из конкретной ситуации совершения сделок с ними, с учетом характера, объемов и стоимости услуг/товаров этих контрагентов очевидно свидетельствовали для заявителя о возможности неисполнения контрагентами своих налоговых обязательств.

Суд также отмечает, что оспариваемое решение не содержит ссылок на доказательства того, что общество или спорные контрагенты были осведомлены, знали или могли знать о нарушениях, допущенных контрагентами последующих звеньев (если нарушения имели место).

Налоговый орган не приводит ни доказательств, ни описания действий налогоплательщика (его должностных лиц), по совершению действий по подделке документов и/или координации (руководству) действиями по подделке документов с целью получения необоснованной налоговой выгоды налогоплательщиком.

В Решении отсутствует указание на действия налогоплательщика (должностных лиц налогоплательщика), которые могли бы свидетельствовать о юридической, экономической и иной подконтрольности налогоплательщику (его должностным лицам) участников, вовлеченных, по мнению налогового органа, в налоговую схему.

Возвращение к заявителю денежных средств через цепочку последующих организаций, позволившее ему получить незаконную налоговую экономию и обогащение, не доказано, согласованность в действиях контрагентов с налогоплательщиком не установлена. Наличия у налогоплательщика умысла на создание благоприятных налоговых последствий и каких-либо взаимоотношений общества, направленных на создание цепочки предприятий, уклоняющихся от уплаты налогов, не выявлено. Указанные обстоятельства также подтверждают отсутствие в действиях заявителя признаков недобросовестного поведения.

Между тем, установление фактов совершения конкретных действий налогоплательщиком (его должностными лицами) с подтверждением данных фактов соответствующими доказательствами, является обязательным для налогового органа, при вменении налогоплательщику в вину недобросовестности контрагентов (первого, второго и последующих звеньев по отношению к налогоплательщику).

Ни одного факта в отношении недобросовестности действий "технических" контрагентов в материалы дела налоговым органом не предоставлено.

Инспекция не опровергла должными доказательствами факт реальности поставок. Получение обществом товара от спорных контрагентов, его переработка и последующая его реализация заказчикам (покупателям) общества инспекцией не опровергнуты, сговор с целью получения необоснованной налоговой выгоды не доказан (документально не подтвержден). То, что, контрагент нарушил свои налоговые обязательства, не подтверждает получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. Заявляя свое право на налоговый вычет, налогоплательщик не должен представлять документы, подтверждающие фактическую уплату налога всей цепочкой поставщиков. Налогоплательщик не несет ответственности за недобросовестные действия своего контрагента. Налоговая недобросовестность контрагентов второго и третьего звена не является признаком получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды, так как он не отвечает за действия контрагентов своих поставщиков, исполнителей и подрядчиков.

В материалах проверки нет ссылки на доказательства того, что общество (или его должностные лица), перечислив денежные средства спорным контрагентам, а спорные контрагенты - своим "техническим" контрагентам (2, 3 и далее звеньев) за товар, впоследствии получили данные денежные средства обратно. Инспекцией не установлены и не доказаны обстоятельства, свидетельствующие об умышленных действиях общества, направленных на искажение фактов хозяйственной жизни в части отражения в учете нереальных операций (создании фиктивного документооборота); о совершении сделок общества через спорных контрагентов с "техническими" организациями с целью неполной уплаты налога, в отсутствие экономической обоснованности и разумной деловой цели; о согласованности действий общества с "техническими" организациями в целях занижения налогов обществом; о том, что общество контролировало деятельность "технических" организаций и использовало их с целью уклонения от уплаты налогов путем создания фиктивного документооборота по нереальным поставкам.

При этом факты, установленные налоговым органом в отношении контрагентов второго, третьего и четвертого звена, правового значения для существа рассматриваемого спора не имеют.

Общество не несет ответственность за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет, что соответствует сформировавшейся правоприменительной практике, в соответствии с которой налогоплательщик,    заявляющий   НДС    к   возмещению,    при    отсутствии    фактов злоупотребления правом, не отвечает за последствия неисполнения поставщиком налоговых обязанностей.

Налоговый орган в данном случае не представил доказательств, свидетельствующих о том, что общество действовало без должной осмотрительности и осторожности при выборе контрагентов. Отсутствуют в материалах дела доказательства, которые указывали бы на осведомленность налогоплательщика о тех нарушениях налогового законодательства, которые допускаются его контрагентами, поэтому данный вывод инспекции является несостоятельным.

Таким образом, налоговым органом не представлено бесспорных доказательств того, что для целей налогообложения налогоплательщик в налоговом учете отразил операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом, что деятельность общества и его контрагентов скоординирована в связи с аффилированностью, и что имело место простая перепродажа услуг, направленная на получение заявителем налоговой выгоды вне связи с осуществлением реальных сделок.

То есть фактически основанием для отказа в праве на налоговые вычеты по НДС по счет-фактурам со спорными контрагентами явились данные о «разрывах» при уплате НДС, выявленных инспекцией согласно программному комплексу «АИС Налог-3 АСК НДС-2».

Между тем, в соответствии с п. 1 ст. 169 , п.п. 1 и 2 ст. 171, п. 1 ст. 172 НК РФ право налогоплательщика на применение налоговых вычетов при приобретении на территории Российской Федерации имущества, предназначенного для осуществления операций, являющихся объектом налогообложения налогом на добавленную стоимость, обусловлено наличием у него счетов-фактур с выделенной суммой НДС, а также документов, подтверждающих принятие имущества к учету. Иных условий предъявления налога к вычету действующим законодательством не предусмотрено.

Соответственно само по себе выявление данных о «разрывах» при уплате НДС по спорным счетам-фактурам согласно программному комплексу «АИС Налог-3 АСК НДС-2» не отвечает условиям п. 1 ст. 169 , п.п. 1 и 2 ст. 171, п. 1 ст. 172 НК РФ и не может являться основанием для отказа в праве на налоговый вычет НДС, тем более названная база данных не является общедоступной, порядок внесения в нее сведений и их достоверность ни судом, ни налогоплательщиком проверены быть не могут.

Налогоплательщик не может отвечать за действия своих контрагентов по отражению в налоговом учете тех или иных операций, при условии реальности произведенных операций и проявлении им должной степени осмотрительности.

В ходе судебного рассмотрения относительно фактического исполнения обязательств по сделкам со спорными контрагентами было установлено следующее.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 16.10.2003 № 329-О разъяснил, что в сфере налоговых правоотношений действует презумпция добросовестности. Однако правоприменительные органы не вправе истолковывать понятие "добросовестные налогоплательщики" как возлагающее на налогоплательщиков дополнительные обязанности, не предусмотренные законодательством.

Обязанность налогового органа доказать обоснованность оспариваемого ненормативного правового акта следует из ч. 5 ст. 200 АПК РФ.

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53, при оценке обоснованности заявленной налогоплательщиком налоговой выгоды следует исходить из презумпции добросовестности налогоплательщика и иных участников правоотношений в сфере экономики.

Предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.

Представление налогоплательщиком всех надлежащим образом оформленных документов в налоговый орган в целях получения налоговой выгоды является достаточным для ее получения, если налоговым органом не представлены суду доказательства недостоверности или противоречивости указанных в документах сведений.

Таким образом, инспекция должна представить сведения, бесспорно подтверждающие, что действия налогоплательщика не имели экономического обоснования, направлены исключительно на искусственное создание условий для возмещения налога из бюджета и, следовательно, являются недобросовестными.

Налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано.

Положения пункта 6 статьи 108 НК РФ, части 1 статьи 65, части 3 статьи 189 и части 5 статьи 200 АПК РФ возлагают на налоговый орган обязанность по доказыванию факта налогового правонарушения, что предполагает необходимость установления в ходе налоговой проверки конкретных обстоятельств, подтвержденных документально и свидетельствующих о совершении налогоплательщиком вменяемого ему налогового правонарушения.

Между тем, из материалов настоящего дела следует, что налоговый орган не собрал таких бесспорных доказательств, его выводы основываются исключительно на субъективных предположениях и отдельных протоколах допросов (которые при этом не опровергают ни реальность сделок, ни содержат доказательств аффилированности общества со спорными контрагентами), которые при этом не подтверждены никакими иными доказательствами.

Основным видом деятельности ООО «ЛАКАВАННА» является оптовая и розничная торговля натуральной и искусственной кожей.

Общество   документально   подтвердило   расходы   по   спорным хозяйственным операциям с ООО «ГЕНЕЗИС», ООО «ЭКОСТРОЙ», ООО «ЮМАКС».

Часть реализуемой обществом продукции изготавливается на производственных мощностях Вяземского кожевенного завода (ООО «ВКП ЛТ») на основании заключенного договора на давальческую переработку сырья от 21.06.2016 № 03-06/2016 (том 6 л.д. 47-50).

Вместе с тем, в проверяемый период, в связи с отсутствием необходимых производственных мощностей у ООО «ВКП ЛТ» по производству искусственной кожи и ряда артикулов натуральной кожи, с целью поддержания объемов продаж и расширения ассортимента готовой продукции ООО «ЛАКАВАННА» заключило договор от 23.03.2017 № 23-03-2017 на поставку кожи натуральной и искусственной с ООО «ГЕНЕЗИС», согласно которому ООО «ЛАКАВАННА» заказывает, принимает и оплачивает кожу натуральную и искусственную, а ООО «ГЕНЕЗИС» передает в собственность товар в ассортименте и в количестве, указанном в накладной; поставка оформлялась УПД (том 4 л.д. 103, том 5 л.д. 124; том 8, лд 78-92).

Товар, купленный у ООО «ГЕНЕЗИС», поставлялся на склад ООО «ЛАКАВАННА» по адресу г. Реутов, Проспект мира, д.69, где хранился до реализации готовой продукции конечным покупателям, что подтверждается товарными накладными, УПД, имеющимися в материалах дела (том 5 л.д. 1-24).

В проверяемом периоде Заявитель приобретал у ООО «ГЕНЕЗИС» следующие товарные позиции: кожа Миллинг, кожа искусственная Абсолют, кожа искусственная Авангард, кожа искусственная Аврора, кожа искусственная Айрос, кожа искусственная Альфа, кожа искусственная Викториано, кожа искусственная ФИО13, кожа искусственная Гардения, кожа искусственная Гранд, кожа искусственная Дриада, кожа искусственная Дрим, кожа искусственная Илкон, кожа искусственная Истра, кожа искусственная Каприче, кожа искусственная Капроне, кожа искусственная Лига, кожа искусственная ФИО14, кожа искусственная Милана, кожа натуральная Валенсия, кожа натуральная Виктория, кожа натуральная Вита, кожа натуральная Гранада, кожа натуральная Дольче, кожа натуральная Елена, кожа натуральная Санта, кожа натуральная Стелла, кожа натуральная Тоскания, кожа натуральная Турин, кожа натуральная Эмма, кожа натуральная Эстетика, кожа натуральная Ягуар, кожа натуральная Ямайка, кожа натуральная Ярис, кожа натуральная Ясон (том 5 л.д.

1-24).

При этом кожа искусственная Абсолют, кожа искусственная Авангард, кожа искусственная Аврора, кожа натуральная Валенсия, кожа искусственная Викториано, кожа натуральная Вита, кожа искусственная ФИО13, кожа искусственная Гардения, кожа искусственная Гранд, кожа искусственная Дриада, кожа искусственная Истра, кожа искусственная Каприче приобретались только у ООО «ГЕНЕЗИС».

В последующем данный товар был реализован, а заявителем получен налогооблагаемый доход от продажи данного товара, что свидетельствует о реальности поставки спорного товара.

Например, кожа искусственная «Викториано» была приобретена у ООО «ГЕНЕЗИС» 03.07.2017 г. в количестве 2,6 погонных метра (УПД № 17070302 от 03.07.2017) и реализована 25.07.2017 г. в том же количестве в адрес ООО «Сантис» (Товарная накладная от 25.07.2017 № 1828). Кожа искусственная «Гранд» была приобретена у ООО «ГЕНЕЗИС» 01.11.2017 г. в количестве 16,1 погонных метра (УПД №17110101 от 01.11.2017) и реализована 30.11.2017 г. в том же количестве в адрес ООО «Мебель Флекс» (Товарная накладная от 30.11.2017 № 3531).

Таким образом, реальность поставки товара подтверждается представленными в материалы дела доказательствами.

Кроме того, реальность поставки подтвердил генеральный директор ООО «ГЕНЕЗИС» ФИО15 в нотариальном заявлении от 06.03.2023. Также он указал, что в 2016 г. учредил ООО «ГЕНЕЗИС». До 2019 г. являлся участником и генеральным директором ООО «ГЕНЕЗИС». В 2019 г. он продал компанию. Все документы от имени ООО «ГЕНЕЗИС» подписывал лично. Предпринимательскую деятельность вёл наряду с основной работой. В адрес ООО «Лакаванна» поставлялась натуральная и искусственная кожа. Доставка товара осуществлялась до склада ООО «Лакаванна» в г. Реутове силами привлеченных перевозчиков. Дополнительно указал, что он ходил в налоговые органы, давал пояснения по деятельности ООО «ГЕНЕЗИС» и подтверждал руководство данной организацией.

Также в проверяемый период в связи с необходимостью производства готовой продукции ООО «ЛАКАВАННА» заключило с ООО «ЭКОСТРОЙ» договор поставки от 03.04.2017 № 03-04-2017 (том 7, лд 1-2), согласно которому ООО «ЭКОСТРОЙ» обязуется передать Покупателю в собственность шкуры крупного рогатого скота мокросоленые, а ООО «ЛАКАВАННА» принять и оплатить товар по согласованной цене. Также в дело представлены УПД, счета на оплату (том 6, лд 21-50, том 7, лд 1-13), из которых четко видно кто является грузополучателем и его адрес, что опровергает доводы инспекции о невозможности установить реальность поставки ввиду этого обстоятельства.

Товар, купленный у ООО «ЭКОСТРОЙ», поставлялся на склад ООО «ВКП-ЛТ» по адресу 

<

...> для изготовления и реализации кожи, данные обстоятельства подтверждены имеющимися в материалах дела первичными документами.

Опровергая реальность поставки налоговый орган указывает лишь на те обстоятельства, которые в силу пункта 3 статьи 54.1 НК РФ не являются основаниями для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным.

Также в проверяемом периоде между ООО «ЛАКАВАННА» и ООО «ЮМАКС» был заключен договор от 20.06.2016 № 20-06-2016, к нему оформлены УПД, счет-фактуры, товарные накладные (том 1, лд 126-128, том 5 л.д. 51-74, том 7, лд 79-91), согласно которому ООО "ЮМАКС" обязуется передать покупателю в собственность шкуры крупного рогатого скота мокросоленые, а ООО «ЛАКАВАННА» принять и оплатить товар по согласованной цене, а доводы налогового органа в своей совокупности не подтверждают обратного.

Товар, купленный у ООО «ЮМАКС», поставлялся на склад ООО «ВКП-ЛТ» по адресу 

<

...> для изготовления и реализации кожи (том 5 л.д. 51-74).

Кроме того, установлено наличие сведений, подтверждающих доводы общества, что контрагенты на момент совершения сделок вели реальную финансово-хозяйственную деятельность.

Так, например, согласно представленным документам в материалах проверки имеются следующие сведения: ИФНС России № 1 по г. Москве направлено поручение от 23.06.2021 № 17-14/21028 в ИФНС России по г. Брянску об истребовании документов у ООО «СТАНДАРТ РЕЗЕРВ» по взаимоотношениям с ООО «ЭКОСТРОЙ». В ответ на данное поручение ИФНС № 1 по г. Москве получен ответ от 06.07.2021 № 6074дсп, согласно которому ООО «СТАНДАРТ РЕЗЕРВ» предоставило документы по взаимоотношениям с ООО «ЭКОСТРОЙ» (том 2 л.д. 57-81). ООО «СТАНДАРТ РЕЗЕРВ» представлены: Договор аренды нежилого помещения от 22.05.2017 № 28-ЗЭ; Уведомление о смене собственника от 05.02.2018 № 62; Акты выполненных работ за период с 22.05.2017 по 31.01.2018; Свидетельство о гос. Регистрации права на недвижимое имущество.

Также ООО «СТАНДАРТ РЕЗЕРВ» представлены следующие пояснения: «Договор аренды № 28-39 от 22 мая 2017 года был заключен в простой письменной форме, подписан исполнительными органами организаций: ФИО16 - генеральным директором ООО «Стандарт Резерв» и ФИО7- генеральным директором ООО «ЭКОСТРОЙ». Документооборот осуществлялся в соответствии с положением п. 11 договора аренды по указанным в нем контактным данным. Контактным лицом являлся генеральный директор ООО «ЭКОСТРОЙ» ФИО7. ООО «ЭКОСТРОЙ» фактически осуществляло деятельность по адресу: Брянск, пр. Ленина, ба, пом. И в период с 22.05.2017 года по 31.01.2018 Нежилое, помещение располагалось на третьем этаже здания, площадью 7 м", использовалось под офис. Дополнительно уведомляю, что деятельность ООО «Стандарт Резерв» по сдаче в аренду нежилого помещения по адресу: Брянск, пр. Ленина, ба, пом. и прекращена с 01 февраля 2018 года в связи со сменой собственника помещения» (том 2 л.д. 57-81).

Таким образом, ООО «Стандарт Резерв» подтвердило взаимоотношения с ООО «ЭКОСТРОЙ» и сдачу данной организации нежилых помещений для ведения деятельности.

Установлены платежи характерные для договорных отношений между указанным контрагентом и ООО «ЛАКАВАННА»: получение ООО "ЭКОСТРОЙ" денежных средств от ООО «ВКП ЛТ», ООО «ТЕРМ», ООО «ЗОЛОТОЙ ТЕЛЕНОК», Глава крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО4, ООО «Тимошкин Дворик», ОАО «МАЯК» и др. за шкуры КРС; приобретение ООО "ЭКОСТРОЙ" товаров у ООО «ВВТ Стройторг», ООО «ТВОЙ МИР ГРУПП», ООО «АДЕО.ПРО» и др. (том 1 л.д. 68-98).

К показаниям генерального директора ООО "Домино" - ФИО17 (том 7, лд 2224), которая указала, что ООО «ЭКОСТРОЙ» не знает, суд относится критически, поскольку ФИО17, согласно сведения из ЮГРЮЛ являлась генеральным директором ООО "Домино" с 03.04.2018 г., т.е. после договорных взаимоотношений данных организаций. В связи с этим она не обязана знать про данную организацию, поэтому ее показания не могут опровергать реальность поставок между данными организациями (том 6 л.д. 21-46).

Генеральный директор ООО "Домино" - ФИО18 (с 03.07.2009 г. по 02.04.2018) указал, что не помнит организацию ООО «ЭКОСТРОЙ». Но вместе с тем, данный факт не свидетельствует о том, что он ее не знает.

В оспариваемом решении правовая оценка данных сведений и операций отсутствует, тем самым налоговым органом не исполнена обязанность по выявлению всех значимых обстоятельств при анализе договорных взаимоотношений между ООО «ЭКОСТРОЙ» и ООО «ЛАКАВАНННА».

Кроме того, инспекцией направлено поручение 17-14/20303 от 10.06.2021 в Межрайонную ИФНС России № 10 по Удмуртской Республике об истребовании документов (информации) у ООО "ЮМАКС" по взаимоотношениям с ООО "ЛАКАВАННА" (том 1 л.д. 120-125). В ответ ООО "ЮМАКС" представлены документы (том 1 л.д. 124-128, том 2, лд 121), а именно: копия договора поставки № 20-06-2016 от 20.06.2016; копии счетов-фактур за 2017 г.; копии товарных накладных за 2017 г.; копия акта сверки. Согласно представленным документам ООО "ЮМАКС" в адрес ООО "ЛАКАВАННА" осуществляло поставку шкур крупнорогатого скота. Согласно данному ответу, контрагент подтвердил поставку товара в адрес общества.

ИФНС России № 1 по г. Москве направлено поручение от 22.06.2021 № 17-14/20980 в Межрайонную ИФНС № 5 по Брянской области об истребовании документов у ФИО19 по взаимоотношениям с ООО «ЭКОСТРОЙ». В ответ на данное поручение ИФНС России № 1 по г. Москве получен ответ от 12.07.2021 № 1372, согласно которому ФИО19 подтвердила взаимоотношения с ООО «ЭКОСТРОЙ». Согласно представленным документам ФИО19, оказывала транспортные услуги в адрес ООО «ЭКОСТРОЙ» (том 2 л.д. 22-30). То есть указанное свидетельствует о том, что ООО «ЭКОСТРОЙ» могло своими силами с помощью привлеченных подрядчиков осуществлять доставку грузов по спорным сделкам в адрес грузополучателя (завод по переработке кожевенного сырья ООО «ВКП ЛТ»), что является косвенным подтверждением того, что данный контрагент мог поставить товар (сырье) по заказу налогоплательщика, опровергая тем самым доводы ИФНС о том, что у ООО «ЭКОСТРОЙ» не было трудовых и материальных ресурсов для этого.

Также согласно представленным документам в материалах проверки имеются следующие сведения: ИФНС России № 1 по г. Москве направлено поручение от 19.07.2021 № 17-14/22761 в Межрайонную ИФНС № 9 по Удмуртской Республике об истребовании документов у ООО «АРТИС» по взаимоотношениям с ООО «ЮМАКС». В ответ на данное поручение ИФНС № 1 по г. Москве получен ответ от 05.08.2021 № 6928дсп, согласно которому ООО «АРТИС» предоставило документы по взаимоотношениям с ООО «ЮМАКС» (том 2 л.д. 39-50). Согласно данным документам ООО «АРТИС» сообщило, что общество осуществляло поставку шкур КРС в адрес ООО «ЮМАКС». В подтверждение поставок представлены счета-фактуры от 15.03.2017 № 170315/4, от 23.01.2017 № 170123/4, от 02.02.2017 №1702022/4, от 01.03.2017 №170301/4.

ИФНС России № 1 по Москве направлено поручение от 19.07.2021 № 17-14/22808 в Межрайонную ИФНС № 11 по Удмуртской Республике об истребовании документов у ООО «ТОРГОВЫЙ ДОМ «ТЕХНОСТРОЙ» по взаимоотношениям с ООО «ЮМАКС». В ответ на данное поручение ИФНС № 1 по Москве получен ответ от 09.08.2021 №06-21/5172, согласно которому ООО «ТОРГОВЫЙ ДОМ «ТЕХНОСТРОЙ» подтвердило взаимоотношения с ООО «ЮМАКС». Дополнительно Общество сообщило, что согласование и подписание договоров, а также номенклатура поставляемых товаров проводилось непосредственное руководителями предприятий (том 2 л.д. 31-38).

Кроме того, реальность взаимоотношений Общества и ООО «ЮМАКС» подтверждается нотариальным заявлением генерального директора ООО «ЮМАКС» ФИО2 от 28.02.2023, в котором он сообщает, что является директором и учредителем организации ООО «ЮМАКС». В должностные обязанности входит общее руководство организацией, общение с поставщиками и покупателями, контроль за деятельностью компании.

Печать ООО «ЮМАКС» хранит у себя, договоры с контрагентами подписывал лично на основании Устава, первичную документацию подписывал лично. В 2016 и в 2017 гг. ООО «ЮМАКС» осуществляло поставку в адрес ООО «ЛАКАВАННА» сырья из крупного рогатого скота (шкуры и выростки КРС). При заключении договора, согласовании условий и при исполнении договорных обязательств я общался с генеральным директором ООО «ЛАКАВАННА» ФИО20 Товар доставлялся для переработки в г. Вязьму Смоленской области. Вся поставленная продукция соответствовала нормам, утвержденным законодательством РФ. Доставка товара осуществлялась их силами или силами сторонних лиц, с которыми мы заключали договоры на перевозку. Весь товар был доставлен в полном объеме и оплачен ООО «ЛАКАВАННА». По вопросу ведения деятельности его неоднократно допрашивали налоговые органы и подтверждал реальность ведения ООО «ЮМАКС» финансово-хозяйственной деятельности.

Таким образом, действия общества по приобретению товаров у ООО «ЮМАКС» соответствуют требованиям действующего законодательства и не влекли получение налоговой экономии (ст. 54.1 НК РФ).

Суд также отмечает, что в ходе рассмотрения дела подтверждено, что весь товар, приобретённый у ООО "ЭКОСТРОЙ" и ООО "ЮМАКС", был использован в производстве для изготовления кожи. Согласно бухгалтерскому учету за 2017 год, обществом израсходовано 3 469 214,568 кг. шкур из расчета 6,9 кг. на 1 кв. м. кожи

Подтверждением расходования шкур на итоговую продукцию в пропорции 6,9 может служить пример с использованием шкур, переданных в производство в декабре 2017 года. Так, из отчета переработчика ООО «ВКП ЛТ» от 31.12.2017 г за декабрь 2017 г. можно установить следующие обстоятельства (том 6 л.д. 53).

В декабре 2017 г. переработчиком израсходовано 137 766,17 кг. шкур, из которых произведено 21 333,87 кв. м. кожи. (137 766,17/21 333,87=6,45 (разница с показателем 6,9 обусловлена использованием в производстве спилка (возвратных расходов, которые повторно используются в производстве)) (том 6 л.д. 53).

Также суд учитывает, что в 2017 г. обществом приобретено шкур на общую сумму

103 527 844,45 руб. Из них на контрагентов ООО "ЭКОСТРОЙ", ООО "ЮМАКС"

приходится 29 476 868 руб., что составляет 28,47 % от общей суммы.

В 2017 г. обществом передано в переработку шкур на общую сумму 84 398 602,62 руб., что составляет 81,52 % от общей стоимости приобретенных шкур. Остаток (18,48%) подтверждается оборотно-сальдовой ведомостью по счёту 10.07 за 2017 г.

Вышеуказанные данные указывают на то, что вся продукция, которая приобретена у ООО "ЭКОСТРОЙ", ООО "ЮМАКС" была переработана и конечный продукт был реализован покупателям. При этом анализ представленных обществом данных, которые не опровергнуты должным образом инспекцией, реализация объема готовой продукции в размере 199 115 248,23 руб. невозможна при отсутствии поставки материала со стороны ООО "ЭКОСТРОЙ", ООО "ЮМАКС".

Документы, подтверждающие вышеуказанные расчеты, были представлены в налоговый орган письмом от 05.03.2022 № 100 в ответ на требование от 09.02.2022 г. № 1714/5489 (том 6 л.д. 55-58).

Налоговым органом указывается, что в результате сопоставления объема передаваемого сырья (шкуры крупного рогатого скота мокросоленые) согласно представленному ООО «ВКП ЛТ» отчету переработчика о расходовании материалов и изготовленной готовой продукции, с данными, представленными обществом о поставке сырья (шкуры крупного рогатого скота мокросоленые) от спорных контрагентов ООО «ЭКОСТРОЙ» и ООО «ЮМАКС», инспекцией установлено, что количество шкур, приобретаемых у спорных контрагентов, превышает практически в два раза количество шкур, передаваемых от общества в адрес ООО «ВКП ЛТ» на давальческой основе.

При этом данный вывод не подтверждается какими-либо расчетами и опровергается фактическими объемами закупленного и переданного в производство товара, что подтверждается первичными документами общества, отчетами переработчика и карточкой.

Товар

Контрагент

Едини ца измер ения

Количество

Приобретено (ВСЕГО)

передано в переработку

(ВСЕГО)

Выростки КРС 4 сорт

ООО «ЮМАКС»

кг

39 980,00

2016 г.

Шкуры КРС

ООО «ЮМАКС»

кг

77 042,00

Итого

320 793,00

Шкуры КРС (быки)

ООО «ЮМАКС»

кг

115 442,00

115 442

115 442

Шкуры КРС

ООО «ЭКОСТРОЙ»

кг

243 751,00

1 067 025   |      1 067 025

Из указанных сведений также следует, что продукция «Шкуры КРС (быки)» не закупалась у иных поставщиков, а ООО «ЮМАКС» является единственным поставщиков данного вида товара.

Также инспекция указывает, что товар, приобретенный заявителем у поставщика аналогичного товара (шкуры крупного рогатого скота мокросоленые) - ООО «АВЕРС», полностью совпадает с объемом, переданным обществом в ООО «ВКП ЛТ». Данный вывод противоречит фактическим показателям финансово-хозяйственной деятельности общества и другим доводам налогового органа.

Помимо ООО «ЭКОСТРОЙ» и ООО «ЮМАКС», шкуры КРС мокросоленые поставляли иные организации ООО «ГЕФЕСТ», ООО «ИЖМЯСОПРОДУКТ», ООО

«ДЕРМАЛЮКС» и др.

Кроме того, налоговый орган самостоятельно указывает на иных реальных поставщиков (ООО «КРУПНЫЙ РОГАТЫЙ СКОТ»).

Таким образом, доводы налогового органа не свидетельствуют о каких-либо нарушениях со стороны общества и не могут быть приняты судом в обоснование правомерности оспариваемого решения.

Довод инспекции о том, что подтверждение ООО «ВКП ЛТ» факта поступления товара (шкур КРС) не может быть принят в качестве надлежащего доказательства, так как установлена взаимосвязь общества и ООО «ВКП ЛТ» является ошибочным и опровергается следующими фактами: указанные организации созданы в разное время, в проверяемый период осуществляли самостоятельные виды деятельности; данные организации имели разное штатное расписание; с момента создания организации самостоятельно приобретали, товары, материалы, необходимые для осуществления конкретного вида деятельности, имели различную самостоятельно учитываемую выручку от оказываемой предпринимательской деятельности, несли текущие расходы, самостоятельно формировали за счет собственных источников дохода фонд оплаты труда и обеспечивали выполнение налоговых обязательств и иных обязательных отчислений с начисленной заработной платы; наличие вышеуказанных фактов, не является основанием для признания налоговый выгоды необоснованной, а действий налогоплательщика - недобросовестными.

Налоговым органом не представлено доказательств влияния вышеуказанных фактов на условия и экономические результаты сделок и деятельности участников хозяйственного оборота, а также необоснованного уменьшения налоговых обязательств.

Доводы налогового органа, что в ходе проведенных допросов сотрудники ООО «ЛАКАВАННА» (в частности ФИО21) сообщили, что ООО «ГЕНЕЗИС» товар не поставляло, в числе поставщиков не значился, продукцию из кожи привозили с завода в городе Вязьмы (единственный поставщик ООО «ВКП ЛТ»), являются несостоятельными ввиду следующего.

Указанные протоколы допроса свидетелей не могут считаться надлежащими доказательствами в рамках проведенной налоговой проверки.

Согласно УПД, составленным и подписанным между организациями, получателем товара являлся генеральный директор ООО «ЛАКАВАННА».

Более того, в должностные обязанности указанных сотрудников ООО «ЛАКАВАННА» не входит общение с поставщиками. Учитывая, что поставку кожи осуществляли также и иные организации (кроме ООО «ГЕНЕЗИС» и ООО «ВКП ЛТ»), однако свидетели не упоминают их в ходе допросов (том 1 л.д. 99-114).

Таким образом, их показания, оформленные протоколами допросов, являются показаниями, не относимыми к проведенной в отношении ООО «ЛАКАВАННА» налоговой проверке и сделкам, заключенным между обществом и контрагентом.

Кроме того, допросы проведены инспекцией намного позднее проверяемого налогового периода, в связи с чем не учтено следующее.

Любое физическое лицо, занимающее руководящую должность, любой среднестатистический человек без заранее представленных инспекцией вопросов не сможет без затруднений, без подготовки и изучения документации дать подробные показания на допросе в инспекции по событиям, которые происходили много лет назад.

Поэтому некоторые из сотрудников общества и дали возможно противоречивые показания, которые были истолкованы налоговым органом выборочно исключительно в пользу оспариваемого решения.

В связи с вышеизложенным указанные допросы не могут в полной мере свидетельствовать о каких-либо нарушениях со стороны общества.

В оспариваемом решении приводятся протоколы допросов (ФИО22 от 24.08.2021 - том 1, лд 103-106, ФИО23 от 24.08.2021 - том 1, лд 103-106, ФИО24 от 20.08.2021 - том 1, лд 107-110, ФИО25 от 26.08.2021 - том 1, лд 99-102), в которых свидетели указывают, что организации ООО "ЭКОСТРОЙ", ООО "ЮМАКС" им не знакомы.

Указанные протоколы допроса свидетелей не могут считаться надлежащими доказательствами в рамках проведенной налоговой проверки ввиду следующего.

В протоколе допроса ФИО25 свидетель указывает, что в ее должностные обязанности входило формирование отгрузочных документов, когда менеджеры по продажам формировали заказы, в которых были указаны все данные по заказам, а она формировала отгрузочные документы. То есть свидетель не работала с документами по сырью, а работала с документами по отгружаемому обществом товару (изделия из переработанной кожи) в адрес покупателей общества, соответственно, она не могла знать о том, кто является поставщиками общества. Также она пояснила, что не может описать процесс поступления товаров на склад, т.к. этим не занималась. И это подтверждается тем, что свидетель, работая в бухгалтерии, на вопрос о численности штата организации указала, что ей это не известно. То есть свидетель не владеет информацией по более простому вопросу, что подтверждает тот факт, что она была занята исключительно на своем узком участке работы и не обладала иной информацией о деятельности общества, включая информацию о его поставщиках. Более того, на общий вопрос о том, чтобы свидетель назвала кого-то из поставщиков общества, свидетель ответила, что не помнит, ввиду чего ее показания относительно того, что она не знает спорных контрагентов, оцениваются судом критически, поскольку из всего допроса усматривается, что свидетель в целом не владеет информацией по деятельности общества.

Свидетель ФИО23 пояснил, что готовую продукцию на склад общества привозили с завода в г. Вязьмы. В его должностные обязанности входила сборка заказа, разгрузка товара и доставка товара до покупателя. То есть также, как и свидетель ФИО25, он работал только с готовой продукцией общества, занимаясь заказами для покупателей общества, но он не работал с сырьем, из которого изготавливалась данная продукция. Соответственно, его показания, как и показания ФИО25, не опровергают поставку кожевенного сырья спорными контрагентами. Более того, показания ФИО23 подтверждают изложенные обществом факты (с приложением первичных документов), согласно которым кожевенное сырье от спорных контрагентов поступало напрямую на переработку на завод ООО «ВКП ЛТ», г. Вязьма. Тем самым, данные показания косвенно подтверждают реальность поставок сырья спорными контрагентами.

Свидетели ФИО22 и ФИО24 в своих показаниях прямо указали, что на склад поступала только готовая продукция (с завод ООО «ВКП ЛТ», г. Вязьма), с сырьем они также не работали, формировали заказы для покупателей общества. То есть их показания, как и показания ФИО23, не опровергают поставку кожевенного сырья спорными контрагентами, но подтверждают доводы общества, согласно которым кожевенное сырье от спорных контрагентов поступало напрямую на переработку на завод ООО «ВКП ЛТ», г. Вязьма, откуда уже общество получало готовую продукцию после переработки сырья. Тем самым, данные показания косвенно подтверждают реальность поставок сырья спорными контрагентами.

Кроме того, по условиям договоров с вышеуказанными контрагентами, доставка товара (шкур КРС) осуществлялась силами и за счет поставщиков. Грузополучателем является: ООО «ВКП ЛТ», 

<

...> (том 5 л.д. 51-74, том 6 л.д. 21-46).

На склад ООО «ЛАКАВАННА» поступал уже переработанный товар, производителем которого является ООО «ВКП ЛТ». В связи с этим по всем документам, поставщиком товара для вышеуказанных свидетелей, являлась организация ООО «ВКП ЛТ». Таким образом данные свидетели не могли знать о данных поставщиках.

Для подтверждения позиции ООО «ЛАКАВАННА» обратилось в ООО «ВКП ЛТ» с запросом от 17.11.2021 № 91 в связи с проведенной выездной налоговой проверкой Общества и претензиями Инспекции относительно поставок шкур КРС организациями ООО "ЭКОСТРОЙ" и ООО "ЮМАКС", на предмет подтверждения поступления товара от данных контрагентов (том 6 л.д. 51).

ООО «ВКП ЛТ» в ответ на данный запрос ООО «ЛАКАВАННА» в письме от 18.11.2021 № 18/11/1 сообщило, что подтверждает факт поступления товара (шкур КРС) от указанных контрагентов и дальнейшую переработку, передачу готовой продукции в адрес ООО «ЛАКАВАННА» (том 6 л.д. 52), о чем свидетельствует и отчет переработчика (том 6, лд 53, том 7, лд 124-135, том 15). Документов и доказательств, опровергающих данные сведения (в т.ч. о том, что ООО «ВКП ЛТ» производило продукцию для общества из сырья иных поставщиков), инспекция не предоставила.

Вышеуказанные факты подтверждают доводы общества о реальности поставки товара вышеуказанными контрагентами.

Соответственно, в полном соответствии с нормами права налогоплательщик заключал договоры с целью ведения предпринимательской деятельности и получения прибыли. Указанные операции не были убыточными для налогоплательщика, приобретенный товар реализован с соответствующей наценкой в адрес покупателей общества.

Более того, следует отметить, что основной производитель готовой продукции ООО «ВКП ЛТ» не имел оборудования и мощностей для производства искусственной кожи в целом и не производил натуральную кожу необходимого обществу образца (артикула).

С целью подтверждения данного факта ООО «ЛАКАВАННА» обратилось в ООО «ВКП-ЛТ» с запросом от 26.11.2021 № 94 относительно поставок готовой продукции кожи натуральной и искусственной», а также относительно производства на заводе соответствующего товара (кожа искусственная) за период с 2017 - 2018 гг.

ООО «ВКП ЛТ» в ответ на данный запрос ООО «ЛАКАВАННА» в письме от 29.11.2021 № 29/11/1 сообщило, что в связи с отсутствием необходимого оборудования производство искусственной кожи ООО «ВКП ЛТ» технологически невозможно. ООО «ВКП ЛТ» никогда не производило искусственную кожу, в том числе в период с 01.01.2017 по 31.12.2018.

Аналогичный запрос от 26.11.2021 № 95 общество направило в ООО «ВКП ЛТ» относительно производства натуральной кожи по соответствующему виду (артикулам).

ООО «ВКП ЛТ» в письме от 29.11.2021 № 29/11/2 представило информацию о том, что завод не производил в период с 2017 - 2018 гг. готовую продукцию натуральную кожу по нижеследующим артикулам: кожа из шкур КРС MILLING CALF 4107129100, кожа натуральная Валенсия, кожа натуральная Виктория, кожа натуральная Вита, кожа натуральная Гранада, кожа натуральная Дольче, кожа натуральная Елена, кожа натуральная Санта, кожа натуральная Стелла, кожа натуральная Тоскания, кожа натуральная Турин, кожа натуральная Эмма, кожа натуральная Эстетика, кожа натуральная Ягуар, кожа натуральная Ямайка, кожа натуральная Ярис, кожа натуральная Ясон.

Указанный запрос и ответ на него был направлен в налоговой орган, вместе с возражениями на акт налоговой проверки письмом от 10.12.2021 № 9.

Таким образом, ООО «ВКП ЛТ» не являлся поставщиком кожи искусственной и кожи натуральной с артикулами, указанными выше. Данную продукцию поставляло ООО «ГЕНЕЗИС».

Вместе с тем, инспекцией вопросы о приобретении, использовании и дальнейшей реализации кожи искусственной и кожи натуральной КРС MILLING CALF 4107129100, Валенсия, Виктория, Вита, Гранада, Дольче, Елена, Санта, Стелла, Тоскания, Турин, Эмма, Эстетика, Ягуар, Ямайка, Ярис, кожа Ясон не исследовала, свидетелям, допрошенным в ходе выездной налоговой проверки вопросы (о приобретении, использовании и дальнейшей реализации) указанного выше товара не задавались, при этом инспекция безосновательно заявила о том, что данный товар ООО «ГЕНЕЗИЗ» не поставляло.

Товар приобретенный у ООО «ГЕНЕЗИС» в дальнейшем был реализован в адрес покупателей ООО «ЛАКАВАННА», а именно: ООО «Феличита», ООО «Альтернатива», ООО «Комфорт», ООО «Фаворит» и т.д., с полученного дохода общество начислило и уплатило налоги в бюджет в полном объеме, что отражено в бухгалтерском и налоговом учете Общества.

Действия ООО «ЛАКАВАННА» по осуществлению реальных операций приобретения товаров у данного контрагента и учету затрат на их приобретение в целях исчисления налога на прибыль и применения налоговых вычетов по НДС, совершены в рамках действующего законодательства о налогах и сборах РФ в результате экономически оправданных и законных действий общества и не были направлены на минимизацию налоговых обязательств.

Следовательно, инспекцией не опровергнута реальность совершения обществом хозяйственных операций - факт приобретения товара и последующая реализация не отрицается налоговым органом.

Таким образом, действия общества по приобретению товаров у спорных контрагентов соответствуют требованиям действующего законодательства и не влекли получение налоговой экономии (ст. 54.1 НК РФ).

Согласно Постановлению Госкомстата РФ от 25.12.1998 № 132 документом, подтверждающим факт оприходования полученных организацией товарно-материальных ценностей, является товарная накладная.

Поскольку в рассматриваемом случае услуги по перевозке грузов к оплате обществу не предъявлялись, то товарные накладные формы ТОРГ-12 являются достаточными для оприходования приобретенных товарно-материальных ценностей первичными документами.

В силу п. 2 ст. 9 ФЗ "О бухгалтерском учете" первичные учетные документы принимаются к учету, если они составлены по форме, содержащейся в альбомах унифицированных форм первичной учетной документации.

Судом установлено, что имеющиеся в материалах дела товарные накладные/УПД, составленные по унифицированной форме, соответствуют предъявляемым к ним требованиям.

Налоговый орган в обоснование возражений указывает на отсутствие товаросопроводительных документов, предусмотренных условиями договора, что по мнению Инспекции не позволяет установить обстоятельства поставки товара, адреса доставки товара и как следствие реальность поставки товара спорным контрагентом.

Вместе с тем, суд отмечает, что согласно пункту 1 статьи 31 НК РФ налоговые органы вправе требовать в соответствии с законодательством о налогах и сборах от налогоплательщика, плательщика сбора или налогового агента документы по формам, установленным государственными органами и органами местного самоуправления, служащие основаниями для исчисления и уплаты (удержания и перечисления) налогов, сборов, а также документы, подтверждающие правильность исчисления и своевременность уплаты (удержания и перечисления) налогов, сборов.

Подпунктом 6 пункта 1 статьи 23 НК РФ установлена обязанность налогоплательщика представлять в налоговые органы и их должностным лицам в случаях и в порядке, которые предусмотрены Кодексом, документы, необходимые для исчисления и уплаты налогов.

Вместе с тем, товаросопроводительные документы (заявки на заказ, товарно-транспортные накладные, сертификаты качества и т.д.) не имеют отношения к правильности исчисления, удержания, перечисления НДС, а также налога на прибыль в бюджет.

Кроме того, в случае, когда между покупателем и поставщиком заключается договор поставки, в рамках которого покупатель или поставщик забирает товары со склада грузоотправителя, то поставщик оформляет товарную накладную по форме № ТОРГ-12 (УПД) в двух экземплярах. Первый экземпляр остается у поставщика, и на его основании он списывает товары, а второй — передается покупателю и является основанием для оприходования этих товаров у него. Таким образом, ни ТТН по форме № 1-Т, ни транспортную накладную стороны сделок оформлять не обязаны.

ООО «ЛАКАВАННА» не осуществляло перевозку товара, не заказывало транспортно-экспедиционную услугу, а являлось только покупателем товара у спорных контрагентов (в частности, ООО «ГЕНЕЗИС») по договору поставки.

Таким образом, ТТН не хранились, не велись и не передавались обществу, поскольку налогоплательщик не осуществлял и не заказывал передачу товара каким-либо видами транспорта. А для подтверждения реальности поставки товара контрагент Обществу передавал ТОРГ-12 и счета-фактуры (УПД) на поставленные готовую продукцию кожу натуральную и искусственную. Данные документы были представлены налоговому органу в полном объеме.

В свою очередь в письме ООО «ВКП ЛТ» от 06.09.2021 (том 7, лд 136) в адрес ИФНС № 14 по г. Москве подтверждено, что ООО «ВКП ЛТ» на своем автотранспорте забирало груз для ООО «Лакаванна». Тот факт, что грузоотправителем выступало ООО «КРРОСС» не опровергает взаимоотношений со спорными контрагентами, поскольку нет данных о том, что спорные контрагенты не осуществляли доставку сырья своими силами - ООО «ВКП ЛТ» очевидно указало только того грузоотправителя, у кого товар забирало именно ООО «ВКП ЛТ», но также ООО «ВКП ЛТ» и не отрицало поставку сырья от иных поставщиков.

Ссылка налогового органа на допросы водителей ООО «ВКП ЛТ» ФИО26 и ФИО27 (том 8, лд 3-12), которые по мнению инспекции свидетельствуют об отсутствии факта поставки товара ООО «ЮМАКС» для ООО "ЛАКАВАННА" не принимается судом во внимание.

Так, налоговым органом не принято во внимание, что на основании п. 2.2 Договора поставки от 20.06.2016 № 20-06-2016, заключенного между обществом и ООО «ЮМАКС», поставка товара осуществлялась автотранспортом продавца, а грузополучателем являлась организация ООО «ВКП ЛТ» (том 5 л.д. 51-74).

Указанные водители не могли и не должны были осуществлять перевозку товара от спорных контрагентов в адрес ООО «ВКП ЛТ», а, следовательно, и знать о данных контрагентах.

Таким образом, суд полагает, что указанные допросы не могут свидетельствовать о каких-либо нарушениях со стороны Общества и не относятся к сути рассматриваемых взаимоотношений.

Таким образом, действия общества по приобретению товаров у спорных контрагентов соответствуют требованиям действующего законодательства и не влекли получение налоговой экономии (ст. 54.1 НК РФ).

Тем самым, суд считает доказанным факт поставки спорных товаров, то есть реальность сделки и первичных документов между обществом и спорными контрагентами.

С учетом вышеизложенного, оспариваемое решение в части начисления налогов, пеней и штрафных санкций в части отношений общества со спорными контрагентами является незаконным.

Судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны. Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Согласно ч. 1 ст. 64 АПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В соответствии с ч. 1 ст. 10 АПК РФ арбитражный суд при разбирательстве дела обязан непосредственно исследовать все доказательства по делу.

В силу п. 1 ст. 162 АПК РФ при рассмотрении дела арбитражный суд должен непосредственно исследовать доказательства по делу: ознакомиться с письменными доказательствами, осмотреть вещественные доказательства, заслушать объяснения лиц, участвующих в деле, показания свидетелей, заключения экспертов, консультации специалистов, а также огласить такие объяснения, показания, заключения, консультации, представленные в письменной форме.

В свою очередь в силу ст. 65 и ст. 200 АПК РФ налоговый орган обязан доказать те обстоятельства, на которые ссылается. В отсутствие представленных налоговым органом доказательств, подтверждающих доводы, изложенные в оспариваемом решении, такие доводы не могут считаться доказанными надлежащим образом, ввиду чего суд отклоняет такие доводы как недоказанные.

В связи с этим при рассмотрении в арбитражном суде налогового спора налоговым органом могут быть представлены в суд доказательства необоснованного возникновения у налогоплательщика налоговой выгоды. Эти доказательства, как и доказательства, представленные налогоплательщиком, подлежат исследованию в судебном заседании согласно требованиям ст. 162 АПК РФ и оценке арбитражным судом в совокупности и взаимосвязи с учетом положений ст. 71 АПК РФ.

В соответствии с п. 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53 налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера). Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности (п. 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53). Установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

В свою очередь, при установлении обстоятельств, свидетельствующих, что основной целью заключения налогоплательщиком сделки являлось получение налоговой экономии, налоговые органы должны доказать, что сделка не имеет какого-либо разумного объяснения с позиции хозяйственной необходимости ее заключения, а имеет своей целью лишь уменьшение налоговых обязательств, и (или) является частью схемы по уменьшению налогового бремени.

При этом положения Налогового кодекса РФ не ограничивают само право налогоплательщика проводить свои хозяйственные операции так, чтобы налоговые последствия были минимальны при условии отсутствия признака искусственности сделки, лишенной хозяйственного смысла.

Налоговый кодекс РФ декларирует принцип презумпции добросовестности налогоплательщика, как один из важнейших элементов конституционно-правового режима регулирования налоговых отношений и публичного правопорядка в целом.

Налоговые органы должны опровергать реальность спорной сделки (операции) посредством доказывания фактов исполнения обязательств по сделке (операции) иным лицом, чем лицо, являющееся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) доказывания фактов, свидетельствующих о том, что исполнение, предусмотренное спорной сделкой (операцией), выполнено проверяемым налогоплательщиком самостоятельно.

В этих случаях налоговые органы вправе использовать такие механизмы как: получение объяснений от лиц, обладающих информацией об обстоятельствах заключения, совершения, исполнения сделки (операции), проведение осмотров территории, помещений, документов, предметов с применением технических средств; сопоставление объема поставляемых товаров размеру складских помещений, территории; анализ объемов и содержания работ; инвентаризация имущества; истребование документов (информации), а в необходимых случаях проведение выемки документов (предметов), проведение экспертиз и другие.

Об использовании формального документооборота в целях неправомерного учета расходов и заявления налоговых вычетов по спорным сделкам могут свидетельствовать факты обналичивания денежных средств проверяемым налогоплательщиком, так как перечисление денежных средств при осуществлении сделок с проблемным контрагентом, как правило совершается в целях полного или частичного их возврата налогоплательщику, взаимозависимому (подконтрольному) лицу в наличной, безналичной или натуральной форме.

Исходя из проведенных инспекцией мероприятий налогового контроля усматривается, что налоговый орган не провел полный комплекс контрольных мероприятий по выявлению схем обналичивания денежных средств, что было бы одним из доказательств формального документооборота.

Таким образом, оценив представленные в материалы дела доказательства, доводы лиц, участвующих в деле, суд пришел к выводу, что налоговым органом не доказано, что установленные в ходе налоговой проверки обстоятельства свидетельствуют о том, что спорные хозяйственные операции совершены с целью получения необоснованной налоговой выгоды, носили формальный характер, а участниками таковых создана схема для незаконного возмещения налога из бюджета.

Затраты общества по закупке товара производились в рамках основной деятельности общества, направленной на получение дохода. Документы, представленные обществом, подтверждают факт осуществления спорных расходов в рамках реальных хозяйственных операций. Наличие в первичных документах, на основании которых обществом производился учет спорных затрат, обязательных реквизитов, предусмотренных ст. 9 Федерального закона «О бухгалтерском учете» от 21.11.1996 № 129-ФЗ, и подписей сторон соответствующей хозяйственной операции, подтверждается материалами дела, материалами налоговой проверки и налоговым органом не оспаривается.

Установленные налоговым органом обстоятельства не опровергают фактическую поставку товара, реальность совершенных налогоплательщиком хозяйственных операций, при этом реальность поставок подтверждается совокупностью представленных в материалы дела доказательств.

Выявление искажений в сведениях о фактах хозяйственной деятельности предполагает доначисление суммы налога, подлежащей уплате в бюджет, таким образом, как если бы налогоплательщик не злоупотреблял правом, поскольку:

- полное непринятие затрат при исчислении налога на прибыль в ситуации, когда факты оказания услуг / выполнения работ / поступления товара налогоплательщику непосредственно от третьих лиц (исполнителей по сделке) и последующего использования товара/услуг/работ в производственной деятельности налогоплательщика налоговым органом в ходе проверки не опровергнуты, неизбежно влечет искажение реального размера налоговых обязательств по налогу на прибыль. Обязательным условием для принятия к учету обществом расходов при исчислении налога на прибыль является лишь действительное (реальное) совершение тех хозяйственных операций, которые влекут затраты налогоплательщика;

- из статьи 54.1 НК РФ следует, что при формальном документообороте с заявленным контрагентом, но при фактическом исполнении обязательства третьим лицом установлен запрет на получение необоснованной налоговой выгоды налогоплательщиком именно по недостоверным (формальным) документам. Однако данное обстоятельство не освобождает налоговые органы от обязанности проверить осуществлялись ли в действительности какие-либо хозяйственные операции под прикрытием формального документооборота, выявить их действительный экономический смысл и определить действительный размер соответствующих налоговых обязательств.

Однако поскольку судом установлено, что налоговый орган не доказал наличие формального документооборота, не доказал нереальность сделок, то реальный размер расходов налогоплательщика, соответствующих учтенным им доходам, был корректно определен налогоплательщиком в своей налоговой отчетности и не нуждается в силу тех оснований, по которым суд признает недействительным решение инспекции, в проведении налоговой реконструкции.

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами.

Согласно части 4 статьи 71 АПК РФ каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами.

Стандарт доказывания - это та степень достоверности представленных стороной доказательств, при которых суд должен признать бремя доказывания, возложенное на данную сторону, снятым, а соответствующее фактическое обстоятельство - доказанным.

Там, где законом установлена презумпция невиновности, подлежат применению повышенные стандарты доказывания.

Поэтому повышенные стандарты доказывания должны применяться в налоговых спорах, особенно при применении налоговыми органами положений ст. 54.1 НК РФ.

Согласно п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

В сфере налоговых правоотношений действует презумпция добросовестности налогоплательщика (выведена в Определении КС РФ от 25.07.2001 г. № 138-О).

Презумпция невиновности налогоплательщика в совершении налогового правонарушения установлена п. 6 ст. 108 НК РФ: «Лицо считается невиновным в совершении правонарушения, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке. Лицо, привлекаемое к ответственности, не обязано доказывать свою невиновность в совершении налогового правонарушения. Обязанность по доказыванию обстоятельств, свидетельствующих о факте налогового правонарушения и виновности лица в его совершении, возлагается на налоговые органы. Неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к ответственности, толкуются в пользу этого лица».

Недоказанная виновность приравнивается по своим правовым последствиям к доказанной невиновности.

В ст. 100 НК РФ указано: в акте налоговой проверки указываются документально подтвержденные факты нарушений; к акту налоговой проверки прилагаются документы, подтверждающие факты нарушений.

В свою очередь, в силу п. 7 ст. 3 НК РФ все неустранимые сомнения, противоречия и неясности актов законодательства о налогах и сборах толкуются в пользу налогоплательщика (плательщика сбора, плательщика страховых взносов, налогового агента).

Недопустимо обоснование виновности лица на предположениях, на соображениях вероятности тех или иных фактов.

Тем самым, инспекция в нарушение ч. 1 ст. 65 и ч. 5 ст. 200 АПК РФ бесспорных доказательств согласованных действий общества, ООО «Грос» и спорных контрагентов, направленных исключительно на получение необоснованной налоговой выгоды, совершения обществом недобросовестных действий не представила, не доказала факта создания обществом и его контрагентами замкнутых денежных потоков без цели фактического осуществления сделок.

То есть, налоговый орган не доказал те обстоятельства, на которые ссылается.

Согласно ст.252 НК РФ, расходами признаются документально подтвержденные и экономически обоснованные затраты организации, направленные на получение дохода.

В соответствии с п.1 Постановления Пленума ВАС РФ от 12 октября 2006г. №53, представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Пункт 1 статьи 252 НК РФ как основное условие признания затрат обоснованными или экономически оправданными указывает, что расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

Из этого же исходит и Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, указавший в Постановлении от 12 октября 2006 года № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды», что обоснованность расходов, учитываемых при расчете налоговой базы, должна оцениваться с учетом обстоятельств, свидетельствующих о намерениях налогоплательщика получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. При этом речь идет именно о намерениях и целях (направленности) этой деятельности, а не о ее результате. Вместе с тем обоснованность получения налоговой выгоды, как отмечается в том же Постановлении, не может быть поставлена в зависимость от эффективности использования капитала.

Соответственно, судебная практика при оценке данного критерия исходит из того, что обоснованность расходов, уменьшающих в целях налогообложения полученные доходы, не может оцениваться с точки зрения их целесообразности, рациональности, эффективности или полученного результата (Постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 23 июля 2007 года Дело № А56-4461/2007, Постановление ФАС Московского округа от 04.02.2008 г. № КА-А40/13427-07-2 по делу № А40-17664/07-117-117, от 11.10.2007 № КА-А40/10338-07).

В то же время, как подчеркивается в судебной практике, в решении по факту выездной налоговой проверки подлежат отражению исключительно факты нарушений законодательства о налогах и сборах, выявленные в процессе проверки, и в нем не должны содержаться субъективные предположения проверяющих, не основанные на достаточных доказательствах (Определение ВАС РФ от 25 августа 2008 г. № 2236/08).

К обстоятельствам, подлежащим установлению при оспаривании правомерности применения налоговых вычетов по основаниям, связанным с отсутствием экономического источника для вычета (возмещения) налога на добавленную стоимость налогоплательщиком-покупателем, относится реальность приобретения товаров (работ, услуг) налогоплательщиком для осуществления своей облагаемой налогом деятельности, и то, преследовал ли налогоплательщик цель уклонения от налогообложения в результате согласованных с иными лицами действий, либо в отсутствие такой цели - знал или должен был знать о допущенных этими лицами нарушениях.

Названный подход к разрешению споров, связанных с получением необоснованной налоговой выгоды за счет вычета (возмещения) налога на добавленную стоимость, ранее также нашел отражение в пункте 31 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.02.2017, постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.02.2010 № 12670/09, от 30.06.2009 № 2635/09, от 12.02.2008 № 12210/07.

Противоречия в доказательствах, подтверждающих последовательность товародвижения от изготовителя к налогоплательщику, но не опровергающих сам факт поступления товара налогоплательщику, равно как и факты неисполнения соответствующими участниками сделок (поставщиками первого, второго и более дальних звеньев по отношению к налогоплательщику) обязанности по уплате налогов сами по себе не могут являться основанием для возложения соответствующих негативных последствий на налогоплательщика, выступившего покупателем товаров.

Факт реальности спорных сделок, т.е. фактическое исполнение сторонами сделки договоров, а равно направленность произведенных затрат на получение положительного экономического эффекта подтверждается имеющимися в деле документами, а именно: договорами, счетами-фактурами, актами, ТН, оформленными с соответствующими контрагентами, банковскими выписками.

Документально подтверждается и отражение всех спорных хозяйственных операций в бухгалтерском и налоговом учете налогоплательщика.

Доказательств того, что спорные товары были поставлены не спорными контрагентами, а иными лицами в материалы дела инспекцией не предоставлены.

На налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг.

Иными словами, налоговым органом при вменении налогоплательщику создания формального документооборота (п. 9 Постановления ВАС РФ № 53) должно быть доказано, что приобретение товаров (работ, услуг) налогоплательщиком не имело места в действительности, либо спорный товар (работы, услуги) хотя и был получен налогоплательщиком, но фактически поставлен иными лицами (определение ВС РФ от 20.07.2016 № 305-КГ16-4155).

Основным условием признания произведенных налогоплательщиком налоговых вычетов по НДС и расходов по налогу на прибыль необоснованными является представление налоговым органом доказательств того, что сведения, указанные налогоплательщиком в налоговых декларациях и других предусмотренных законодательством о налогах и сборах документах, являются недостоверными. Причем буквальное толкование данного пункта, а также толкование его в совокупности с остальными положения Постановления № 53, позволяют сделать вывод о том, что налоговый орган должен представить доказательства недостоверности всех указанных налогоплательщиком сведений о хозяйственной операции, в связи с совершением которой он претендует на получения вычета по НДС (уменьшение налогооблагаемой прибыли).

То есть налоговый орган обязан доказать не только недостоверность сведений о контрагентах, но и недостоверность сведений о самих хозяйственных операциях - не получение налогоплательщиком в действительности товаров (работ, услуг) и не оплаты им их стоимости с учетом налога на добавленную стоимость.

Однако в настоящем деле налоговый орган не предоставил доказательств наличия недостоверных сведений в представленных налогоплательщиком первичных документах.

Исходя из положений Постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53, налоговый орган, заявляя о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды, обязан доказать недобросовестность именно в действиях проверяемого налогоплательщика, а не ограничиваться формальным перечислением каких-либо фактов.

Вывод о недобросовестности налогоплательщика должен быть основан на объективной информации, с бесспорностью подтверждающей, что действия налогоплательщика не имели разумной деловой цели, а были направлены исключительно на создание благоприятных налоговых последствий (налоговой выгоды). Таких доказательств инспекцией не представлено.

При таких обстоятельствах имеющиеся в материалах дела документы в их совокупности подтверждают реальность осуществления обществом в спорном периоде хозяйственных отношений со спорными контрагентами, доводы инспекции об ином, о создании обществом формального документооборота с названными контрагентами подлежат отклонению как основанные на предположениях.

При этом суд отмечает, что последовательный анализ совокупности доказательств по каждой позиции предмета доказывания по арбитражному делу с периодическими отсылками к иным доказательствам (которые могут быть подробнее исследованы при анализе другого блока обстоятельств, составляющих предмет доказывания по делу) не означает их раздельного анализа: судом производится такой подробный последовательный анализ по каждому эпизоду, по итогу которого, при наличии доказанности всей совокупности соответствующих обстоятельств, суд может прийти к выводу о законности или незаконности оспариваемого решения налогового органа. Процессуальный закон, в частности ст.ст.71, 168, 169, 170 АПК РФ, не содержат конкретных требований к тому, как суд должен излагать оценку доказательств применительно к термину «совокупность доказательств»: будет или это перечисление всех относимых доказательств в одном абзаце с каким-то коротким выводом по ним или же, например, последовательный анализ каждой группы доказательств применительно к соответствующим блокам обстоятельств (при этом какие-то доказательства могут быть проанализированы в нескольких блоках, если применимо), составляющих предмет доказывания по делу, с итоговым выводом по делу после исследования всех групп доказательств с учетом их совокупности.

Суд, с учетом особенностей рассмотрения данной категории дел и предмета доказывания по таким делам, принимая во внимание объем доказательств по настоящему делу, избрал второй способ (последовательного анализа доказательств), который позволяет максимально полно и детально изучить все обстоятельства дела и сделать по итогу такого анализа всей совокупности доказательств соответствующие выводы по делу.

Анализируя установленную совокупность обстоятельств, представленные каждой стороной доказательства, суд пришел к выводу о том, что обстоятельства, на которые ссылается налоговый орган, носят предположительный характер и не опровергают фактической поставки товара спорным контрагентом, дальнейшей их реализации покупателям общества, при этом надлежащих доказательств, подтверждающих наличие согласованных неправомерных действий заявителя и его контрагентов, или наличия иных обстоятельств, указанных в постановлении Пленума ВАС РФ № 53, не представлено.

Доводов и доказательств обратного в рамках рассмотрения настоящего дела судом налоговый орган не предоставил (то есть, налоговый орган не доказал те обстоятельства, на которые ссылается), ввиду чего риск наступления последствий несовершения процессуальных действий по доказыванию своей позиции в силу ч. 3 ст. 9 АПК РФ относится на инспекцию. При этом согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума ВАС РФ от 25.07.2011 № 5256/11, по делам, рассматриваемым в порядке искового производства, обязанность по собиранию доказательств на суд не возложена.

Таким образом, при рассмотрении настоящего дела суд исследовал все доказательства по делу в соответствии с требованиями ст. 71 АПК РФ последовательно и в совокупности, а не раздельно.

В свою очередь, положения ст. 170 АПК РФ не предъявляют конкретных требований к фактической полноте судебных актов. Согласно правовым позициям Верховного суда Российской Федерации, изложенным в определениях от 05.07.2016 № 306-КГ16-7326, от 06.10.2017 № 305-КГ17-13953, от 19.10.2017 № 305-КГ17-14817, от 06.10.2017 № 305-КГ17-13690, от 13.01.2022 № 308-ЭС21-26247, то обстоятельство, что в судебном акте не отражены все имеющиеся в деле доказательства либо доводы участвующих в деле лиц, не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной оценки и проверки. Указание арбитражными судами только выводов, в том числе по итогам непосредственной оценки документов, содержание которых исключает согласие суда с доводами участвующего в деле лица, не является нарушением указанных норм процессуального права.

Следовательно, не опровергнув реальность поставки товаров контрагентами налогоплательщика, инспекция неправомерно доначислила налог на прибыль и исключила вычеты по НДС, примененные налогоплательщиком.

Суд учитывает, что довод о недобросовестности налогоплательщика должен быть основан на объективной информации, бесспорно подтверждающей, что его действия не имели разумной хозяйственной цели, а были направлены исключительно на создание необоснованных налоговых последствий.

Доказательств недобросовестности Общества при наличии обстоятельств, указанных в Постановлении ВАС РФ от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды», по взаимоотношениям со спорными контрагентами в материалах дела не имеется.

Доказательств какого-либо сговора между участниками договорных отношений, инспекцией в порядке, установленном частью 1 статьи 65 и частью 5 статьи 200 АПК РФ, не представлено.

Также суд отмечает, недоказанность налоговым органом обстоятельств, имеющих значение для дела, а именно не исследованы обстоятельства причинения ущерба бюджету (неуплата налогов), допущенного участниками сделок.

Конституция Российской Федерации, закрепляя обязанность каждого платить законно установленные налоги и сборы (статья 57), непосредственно не предусматривает обеспечительный механизм исполнения данной обязанности, - его установление относится к полномочиям законодателя. В качестве такого механизма, а также в целях обеспечения полноты и своевременности взимания налогов и сборов с обязанных лиц, возмещения ущерба, понесенного казной в результате неисполнения данной обязанности, в Налоговом кодексе Российской Федерации предусмотрена ответственность за совершение налоговых правонарушений.

В частности, пунктом 1 статьи 122 НК РФ предусмотрена ответственность за неуплату или неполную уплату сумм налога (сбора) в результате занижения налоговой базы, иного неправильного исчисления налога (сбора) или других неправомерных действий (бездействия).

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации, суд в связи с привлечением налогоплательщиков к ответственности за нарушение налоговых обязательств, исходя из принципов состязательности и равноправия сторон, не может ограничиться формальной констатацией лишь факта нарушения этих обязательств, не выявляя иные связанные с ним обстоятельства, в том числе наличие или отсутствие состава налогового правонарушения, вины соответствующих субъектов. Это в полной мере относится к привлечению к ответственности в соответствии с пунктом 1 статьи 122 НК РФ за неуплату налога, происшедшую вследствие виновных действий (бездействия) налогоплательщика (Определение от 10 марта 2016 года N 571-О).

Обязательным элементом объективной стороны правоотношения, предусмотренного ст. 122 НК РФ, является причинение ущерба бюджету (неуплата налога), в том числе вследствие несоблюдения налогоплательщиком положения ст. 54.1 НК РФ.

Согласно п. 39 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2021)» цель противодействия налоговым злоупотреблениям при применении пп. 2 п. 2 ст. 54.1 НК РФ реализуется за счет исключения возможности извлечения налоговой выгоды налогоплательщиками, использующими формальный документооборот с участием компаний, не ведущих реальной экономической деятельности и не исполняющих налоговые обязательства в связи со сделками, оформляемыми от их имени («технические» компании), при том что лицом, осуществляющим исполнение, является иной субъект.

Исходя из необходимости реализации вышеназванных публичных целей противодействия налоговым злоупотреблениям и поддержания в правоприменительной практике финансовых стимулов правомерного поведения участников оборота в упомянутых в пп. 2 п. 2 ст. 54.1 НК РФ случаях последствия участия налогоплательщика в формальном документообороте должны определяться с учетом его роли в причинении потерь казне.

Согласно п. 4 Письма ФНС России от 10.03.2021 N БВ-4-7/3060@ «О практике применения статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации» пп. 2 п. 2 ст. 54.1 НК РФ направлен на борьбу со злоупотреблениями с использованием формального документооборота, организуемого с участием компаний, не ведущих реальной экономической деятельности и не исполняющих налоговые обязательства в связи со сделками, оформляемыми от их имени (далее - «технические» компании), в ситуации, когда лицом, осуществляющим исполнение, является иной субъект. Такие «технические» компании не осуществляют деятельность в своем интересе и на свой риск, не обладают необходимыми активами, не выполняют реальных функций, и принимают на себя статус участников операций с оформлением документов от их имени в противоправных целях.

На основании изложенного, при наличии состава правонарушения, предусмотренного ст. 122 НК РФ, выразившегося в несоблюдении положения ст. 54.1 НК РФ, Налоговый орган должен был установить не просто наличие признаков «технической компании» контрагента 1-го звена, а установить, как «технический» характер такой компании повлиял на бюджетные поступления, что следует из п. 3 ст. 54.1 НК РФ.

Иное означало бы вменение налогоплательщику нарушения, предусмотренного ст. 122 НК РФ, в отсутствие такого обязательного элемента объективной стороны правонарушения как ущерб бюджету (неуплата налога), при допущении (отсутствии прямых доказательств) о невозможности выполнить поставку товара контрагентом 1-го звена, являющимся субъектом гражданского оборота, даже при наличии формальных признаков «технической» компании, о чем также указано в п. 3 ст. 54.1 НК РФ.

В рассматриваемом Налоговый орган констатируя факты об отсутствии у спорных контрагентов необходимых условий для реального исполнения работ не установил наличие причинения ущерба бюджету, при обстоятельствах реального выполнения работ, осуществления поставок контрагентами последующего звена по цепочке подрядчиков.

Налоговым органом не установлено «налоговых разрывов» по НДС, указывающих на конкретные суммы «разрывов», то есть НДС, в отношении которого в бюджете не был сформирован экономический источник для его вычета (возмещения), а также конкретные организации, на которых возникают такие «разрывы», и в связи с какими товарными потоками. При этом Налоговый орган не ссылается в своем решении и в отзыве на такие «разрывы» и не приводит доказательств их наличия.

Заявитель не соглашаясь с наличием вины в действиях Общества, считает неправомерным вывод проверяющих о необходимости привлечения ООО «ЛАКАВАННА» к налоговой ответственности, предусмотренной пунктом 3 статьи 122 Налогового кодекса РФ в виде штрафа в размере 40% от неуплаченной суммы налога, так как в действиях налогоплательщика отсутствует состав правонарушения, предусмотренного п.3 ст. 122 НК РФ.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 15.07.1999 № 11-П, санкции должны отвечать требованиям справедливости и соразмерности. Принцип соразмерности, выражающий требования справедливости, предполагает установление публично-правовой ответственности лишь за виновное деяние и ее дифференциацию в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении взыскания.

Пунктом 3 статьи 122 НК РФ предусмотрен повышенный размер ответственности при неуплате налога в результате занижения налоговой базы, иного неправильного исчисления налога или других неправомерных действий, совершенных умышленно, в таких случаях размер штрафа составляет 40% от суммы неуплаченного налога.

По смыслу Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 16.10.2003 № 329-О и пункта 7 статьи 3 НК РФ действует презумпция добросовестности налогоплательщика. Обязанность доказывания недобросовестности возложена на налоговые органы.

Согласно пункту 1 статьи 54.1 НК РФ не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика. Нормами пункта 2 статьи 54.1 НК РФ определены условия, при одновременном соблюдении которых, в случае отсутствия обстоятельств, установленных пункт. 1 статьи 54.1 НК РФ, налогоплательщик вправе по имевшим место сделкам (операциям) уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога с правилами соответствующей главы части второй НК РФ. К таким условиям относятся следующие обстоятельства: - основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога (подпункт 1 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ); - обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону (подпункт 2 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ).

Введение статьи 54.1 НК РФ в НК РФ направлено на установление запрета совершения налогоплательщиком формально правомерных действий с основной целью неисполнения (неполного исполнения) обязанности по уплате налогов или получения права на возмещение (возврат, зачет) (запрет на злоупотребление правом).

Данные положения следует применять в случае доказывания умышленных действий самого налогоплательщика, выразившихся в сознательном искажении сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика в целях уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога, неправильного применения налоговой ставки, налоговой льготы, налогового режима, манипулирования статусом налогоплательщика, умышленных действий налогового агента по не удержанию (неполному удержанию) сумм налога, подлежащего удержанию налоговым агент. При отсутствии доказательств такого умысла у налогоплательщика методологическая (правовая) ошибка сама по себе не может признаваться искажением в целях применения пункта 1 статьи 54.1 НК РФ.

В соответствии с пунктом 2 статьи 110 НК РФ налоговое правонарушение признается совершенным умышленно, если лицо, его совершившее, осознавало противоправный характер своих действий (бездействия), желало либо сознательно допускало наступление вредных последствий таких действий (бездействия).

Таким образом, доказывание умысла состоит в выявлении обстоятельств, свидетельствующих о том, что лицо осознавало противоправный характер своих действий (бездействия), желало либо сознательно допускало наступление вредных последствий таких действий (бездействия).

При этом установление умысла не может сводиться к простому перечислению всех сделок (операций), в результате которых налогоплательщик получил налоговую экономию, и приведению анализа возможности влияния фактов подконтрольности на условия и результат экономической деятельности. Необходимо указывать конкретные действия налогоплательщика (его должностных лиц), которые обусловили совершение правонарушения, и приводить доказательства, которые бы свидетельствовали о намерении причинить вред бюджету.

Таким образом, налоговые органы для целей применения пункта 1 статьи 54.1 НК РФ должны доказать совокупность следующих обстоятельств: существо искажения (то есть в чем конкретно оно выразилось); причинную связь между действиями налогоплательщика и допущенными искажениями; умышленный характер действий налогоплательщика (его должностных лиц), выразившихся в сознательном искажении сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика в целях уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога; потери бюджета.

Согласно пункту 2 статьи 54.1 НК РФ при отсутствии обстоятельств, предусмотренных пункт. 1 указанной статьи, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй НК РФ при соблюдении одновременно следующих двух условий: 1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога; 2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

Таким образом, в рамках применения положений подпунктов 1 и 2 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ налоговому органу следует доказывать, что основной целью заключения налогоплательщиком сделки (операции) являлось не получение результатов предпринимательской деятельности, а получение налоговой экономии (при выявлении фактов несоблюдения условий, указанных в подпункте 1 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ), и (или), что сделка (операция) не исполнена заявленным контрагент., и налогоплательщик использовал формальный документооборот в целях неправомерного учета расходов и заявления налоговых вычетов по спорной сделке (операции) (при выявлении фактов несоблюдения условий, установленных в подпункте 2 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ).

Кроме того, пункт 3 статьи 54.1 НК РФ предусматривает несколько критериев, которые самостоятельно не могут служить основанием для предъявления налоговых претензий: подписание первичных учетных документов неустановленным или неуполномоченным лицом; нарушение контрагент. Налогового законодательства; наличие возможности получения налогоплательщиком того же результата экономической деятельности при совершении иных не запрещенных законодательством сделок (операций).

Данные критерии закреплены в статье 54.1 НК РФ для того, чтобы исключить возможность предъявления налоговыми органами формальных претензий к налогоплательщикам.

Таким образом, применение к ООО «ЛАКАВАННА» санкций, предусмотренных п.3 ст. 122 НК РФ, является не обоснованным.

При таких обстоятельствах вывод налогового органа о фиктивности взаимоотношений между заявителем и спорными контрагентами суд признает необоснованным, в связи с чем решение ИФНС России № 1 по г. Москве № 3493 от 30.05.2022 подлежит признанию недействительным.

Уплаченная заявителем государственная пошлина в размере 3 000 рублей подлежит взысканию с ИФНС России № 1 по г. Москве на основании статьи 110 АПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 110, 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Признать недействительным решение от 30.05.2022 г. № 3493, вынесенное ИФНС России № 1 по г. Москве в отношении общества с ограниченной ответственностью «Лакаванна», как не соответствующее НК РФ.

Взыскать с ИФНС России № 1 по г. Москве в пользу ООО «Лакаванна» расходы по уплате государственной пошлины в сумме 3 000 руб.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья:

О.Ю. Паршукова