№ 09АП-68640/2023

Дело № А40-180419/19

г. Москва

23 ноября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 07 ноября 2023 года  

Постановление

 изготовлено в полном объеме 23 ноября 2023 года  

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Шведко О.И., судей Башлаковой-Николаевой Е.Ю., Захарова С.Л. при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2,  ФИО3  

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 08.09.2023 по делу № А40- 180419/19,  вынесенное судьей Мироненко Э.В.,  

о признании доказанным наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по  обязательствам должника ООО «КИТ-Лидер» ФИО3, ФИО2 солидарно и приостановлении производства по заявлению конкурсного  управляющего в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов  с кредиторами,  

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «КИТ-Лидер»  при участии в судебном заседании:  

согласно протоколу судебного заседания  

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 21.10.2020 ООО «КИТ-Лидер» (ОГРН  

<

***>, ИНН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом), в отношении  должника введено конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4, член Ассоциации «УрСО АУ».  

В Арбитражный суд города Москвы 28.12.2021 поступило заявление конкурсного  управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц –  ФИО3, ФИО2, ФИО6 (ФИО5) Яны  Владимировны.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 08.09.2023 признано доказанным  наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам  должника ООО «КИТ-Лидер» ФИО3, ФИО2  солидарно, производство по заявлению конкурсного управляющего в части определения размера  субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами; в  удовлетворении остальной части заявления отказано.  

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, ФИО2,  ФИО3 обратились в Девятый арбитражный апелляционный суд с  апелляционными жалобами, в которой просили указанное определение суда первой инстанции  отменить.  

В суд поступил отзыв от конкурсного управляющего ФИО4 для приобщения в  материалы дела.  

Суд протокольным определением приобщил отзыв конкурсного управляющего Павленко  Е.А. к материалам дела как поданный в соответствии с требованиями АПК РФ.  

В судебном заседании Девятого арбитражного апелляционного суда ФИО2,  представитель ФИО2 поддержал доводы своей апелляционной жалобы, просил ее  удовлетворить, возражали против апелляционной жалобы ФИО3  

В судебном заседании Девятого арбитражного апелляционного суда представитель  ФИО3 поддержал доводы своей апелляционной жалобы, просил ее удовлетворить,  возражали против апелляционной жалобы ФИО2  

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 N 228-ФЗ) информация о  времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте  http://kad.arbitr.ru.  

Рассмотрев дело в порядке статей 266, 267, 268 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, изучив материалы дела, выслушав доводы представителей лиц,  участвующих в деле, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения  апелляционной жалобы и отмены или изменения определения арбитражного суда, принятого в  соответствии с действующим законодательством Российской Федерации.  

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О  несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности  (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным  Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями,  установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности  (банкротстве).  

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, руководителем  должника с 10.08.2016 по 29.10.2020 являлся ФИО3, участниками (учредителями)  должника - ФИО2 (размер доли 66%) И ФИО6 (размер доли 34%).  

При этом в выписке из ЕГРЮЛ указано на недостоверность сведений о руководителе  (заявление физического лица о недостоверности сведений о нем) дата записи 21.05.2018; в рамках  рассмотрения иного арбитражного дела было установлено, что ФИО3 расторг трудовой  договор по собственному желанию с 01.05.2018, заявление подписано 30.03.2018.  

Обращаясь с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по  обязательствам должника ООО «КИТ-Лидер», конкурсный управляющий указал, что по итогам  2017 года должник обладал признаками неплатежеспособности, руководителем должника при  одобрении участников последовательно заключались сделки по выводу активов, также  руководителем и участниками не передана документация должника, что существенно затруднило  ведение процедуры банкротства.  

В соответствии с Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в  Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об  административных правонарушениях" (далее - Закон N 266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен  главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о  банкротстве.  

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона N 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к  субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции,  действовавшей до дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017,  производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ.  

При этом, по смыслу пункта 2 информационного письма Президиума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах,  связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении  изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", а также исходя из общих  правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской  Федерации) положения Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ о субсидиарной  ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если  обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например,  дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или  совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона N  266-ФЗ.  

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ, то  применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника  Закона о банкротстве в редакции, действовавшей в период совершения действий.  

При этом предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ процессуальные  нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности  подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место  упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.  

В силу абзаца 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника в  течение трех дней с даты утверждения конкурсному управляющему обязан обеспечить передачу  бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов и иных материальных  ценностей конкурсному управляющему. Решением Арбитражного суда города Москвы от  21.10.2020 ООО «КИТ-Лидер» признано несостоятельным (банкротом), введена процедура  конкурсное производство.  

Поскольку момент совершения вменяемого правонарушения приходится после введения в  действие главы III.2 Закона о банкротстве, материально-правовые нормы Закона о банкротстве в  рамках настоящего обособленного спора подлежат применению в редакции Федерального закона  от 29.07.2017 № 266-ФЗ.  

В соответствии с п.п. 1,4 ст. 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено  настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под  контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо  имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а  также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника  банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность  иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению  их условий.  

В соответствии с пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное,  предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось  руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного  органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 2) имело право  самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и  более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей  уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем  половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать  (избирать) руководителя должника. 3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного  поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Как следует из материалов дела, ФИО3 являлся руководителем должника по  состоянию на дату вменяемого конкурсным управляющим правонарушения, а ФИО2,  ФИО6 – участниками должника. Доказательств обратного материалы дела не содержат.  

Согласно ст. 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать  обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.  

Судом первой инстанции отмечено, довод ФИО3 о том, что руководство  должником осуществлялось учредителями должника, а им не давались обязательные к  исполнению распоряжения относительно деятельности общества, подлежит отклонению ввиду  недоказанности.  

Напротив, из материалов дела в отношении должника следует, что документы за период  руководства обществом подписывались и сдавались за подписью ФИО3 Кроме того, часть  имущества должника (транспортное средство - Тайота Камри (VIN 

<

***>)  находится во владении ФИО3, родственницы ответчика - ФИО3  

В силу пункта 2 статьи 50 Закона об ООО общество хранит документы, предусмотренные  пунктом 1 настоящей статьи, по месту нахождения его единоличного исполнительного органа или  в ином месте, известном и доступном участникам общества.  

На основании статьи 17 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском  

учете" (далее - Закон о бухгалтерском учете) организации обязаны хранить первичные учетные  документы, регистры бухгалтерского учета и бухгалтерскую отчетность в течение сроков,  устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но  не менее пяти лет. Ответственность за организацию хранения учетных документов, регистров  бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности несет руководитель организации.  

В соответствии с пунктом 4 статьи 29 Закона о бухгалтерском учете при смене  руководителя организации должна обеспечиваться передача документов бухгалтерского учета  организации. Порядок передачи документов бухгалтерского учета определяется организацией  самостоятельно.  

Из материалов дела следует, что ФИО3 на дату возбуждения дела о банкротстве  являлся руководителем должника (сведения внесены в ЕГРЮЛ), в то же время в отношении  указанных сведений внесены данные о недостоверности данных сведений по заявлению ФИО3 Однако, как установлено судом первой инстанции, новый директор назначен не был, в  материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие исполнение предусмотренной  действующим законодательством обязанности по передаче документации и имущества Общества  участнику или иному лицу  

Как следует из п. 4 ст. 61.11 Закона о банкротстве, положения подпункта 2 пункта 2  настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности:  организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или)  бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и хранения  документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.  

Согласно п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О  некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к  ответственности при банкротстве», в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи  94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат  обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для  ознакомления или по ее передаче управляющему.  

К моменту рассмотрения обособленного спора судом первой инстанции обязанность по  передаче конкурсному управляющему документов и товарно-материальных ценностей ООО  «КИТ-лидер» ФИО3 не исполнена.  

Суд первой инстанции установил, что бездействие участников должника ФИО2,  ФИО6, выраженное в необразовании исполнительного органа общества и смене  юридического адреса, привело к внесению недостоверных сведений об обществе в Единый  государственный реестр сведений о юридических лицах, к фактическому прекращению  деятельности общества, и как следствие затруднении проведений процедур банкротства (в виду  отсутствия передачи действующему конкурсному управляющему документации и имущества  общества).  

О недобросовестных действиях участника общества ФИО2 также свидетельствует тот  факт, что после расторжения трудового договора с ФИО3, а также после внесения в  ЕГРЮЛ сведений о недостоверности сведений о руководителе общества (21.05.2018) от имени  общества по нотариальной доверенности ФИО2 совершил значимые для общества сделки,  признанные недействительными в рамках дела о банкротстве должника (т.е. ФИО2  фактически осуществлял полномочия исполнительного органа общества).  

Более того, от имени должника по доверенности ответчиком ФИО2 совершен ряд  сделок (июнь-август 2018 года), направленных на вывод имущества.  

 Данный факт свидетельствует о наличии документации общества и имущества общества у  учредителя общества ФИО2  

Непередача документов общества конкурсному управляющему затрудняет (делает  невозможным) проведение мероприятий, предусмотренных законом о банкротстве, таких как  формирование конкурсной массы для расчетов с кредиторами общества: - невозможность  определения основных активов должника и их идентификации (дело о банкротстве должника  ведется уже почти три года, между тем формирование конкурсной массы не завершено); -  невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не  позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их  оспаривания в целях пополнения конкурсной массы (документы общества на текущий момент так  и остаются не переданными конкурсному управляющему, не все обстоятельства совершенных  сделок конкурсному управляющему удалось восстановить путем получения информации от  

третьих лиц, государственных органов, иных юридических лиц, путем истребования документов и  информации через суд).  

Согласно данным бухгалтерского баланса за 2018 год (период 34) активы общества  сформированы на 259,559 тыс. руб., из которых: - материальные внеоборотные активы: на сумму  5,147 тыс.руб., - нематериальные, финансовые и другие внеоборотные активы на сумму 12,786  тыс. руб., - запасы на сумму 114,711 тыс.руб., - денежные средства на сумму 167 тыс. руб., -  финансовые и другие оборотные активы на сумму 126,749 тыс. руб.  

 Данные активы с подтверждающими документами также не переданы конкурсному  управляющему.  

Факт неисполнения руководителем (участниками общества) должника обязанности по  передаче указанных документов свидетельствует о бездействии контролирующих лиц,  свидетельствует о намеренном сокрытии реальных активов общества и совершенных сделках, в  связи с чем существенно затруднено проведение процедуры банкротства должника, в том числе  формирование и реализация конкурсной массы, и направление вырученных средств на погашение  требований кредиторов, что в свою очередь является основанием для привлечения  контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьей  61.11 Закона о банкротстве.  

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к выводу о наличии  оснований для привлечения ФИО3 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по  основанию пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве солидарно.  

Оснований для привлечения ФИО6 к субсидиарной ответственности за  непередачу документации суд первой инстанции не усмотрел, поскольку на ФИО6 как на  миноритарного участника общества не возложена обязанность по хранению и передаче  документации, она также не может быть привлечен к субсидиарной ответственности по данному  основанию.  

Кроме того судом установлена совокупность обстоятельств указанных в подпункте 1  пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве (причинен существенный вред имущественным  правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения  этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого  лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве).  

В соответствии с пунктом 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017   № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к  ответственности при банкротстве».  

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности  погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие  действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть  те, без которых объективное банкротство не наступило бы.  

 Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на  положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными  действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.  

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в  частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и  разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных  условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и  т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие  должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам  возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником,  которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его  кредиторам, и т.д.  

В соответствии с положениями ст. 10 Закона о банкротстве, действовавшими во  вменяемый период, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и  (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности  имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.  

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным  (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при  наличии одного из следующих обстоятельств:  

причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом  

или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника,  включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;  

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению  (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к  моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной  администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника  банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных  законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в  соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена,  в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о  банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.  

Субсидиарная ответственность контролирующего лица, предусмотренная п. 1 ст. 61.11  действующей редакции Закона о банкротстве (п. 4 ст. 10 прежней редакции Закона), по своей сути  является ответственностью данного лица по собственному обязательству - обязательству из  причинения вреда имущественным правам кредиторов, возникшего в результате неправомерных  действий (бездействия) контролирующего лица, выходящих за пределы обычного делового риска,  которые явились необходимой причиной банкротства должника и привели к невозможности  удовлетворения требований кредиторов (обесцениванию их обязательственных прав).  

Так судом установлено, что ответчиком ФИО3 совершены сделки, которые  причинили вред имущественным правам кредиторов должника:  

 - сделки с ООО «КИТАТ»: договор № 01/12/2016 от 01.12.2016 и договор от 01/10/2016 от  01.10.2016, подписан акт сверки между должником ООО «КИТАТ» по состоянию на 31.08.2018  (определением суда города Москвы от 15.11.2021 признана недействительной сделка – договор №  01/12/16 субаренды автомобиля без экипажа от 01.12.2016 и договор № 01/10/16 субаренды  автомобиля без экипажа от 01.10.2016, заключенные между должником и ООО «КИТАТ»;  применены последствия недействительности сделок в виде обязания ООО «КИТАТ» возвратить в  конкурсную массу должника ООО «КИТ-Лидер» денежные средства в размере 5 216 249 руб. 94  коп.);  

 - сделки с ООО ТД «ОПТ-СНАБ» и ООО «ТД СИБИРЬ»: договор уступки прав  требования от 17.11.2017 и агентский договор № 1/17 от 09.01.2017, подписан акт сверки на  17.11.2017; (определение Арбитражного суда города Москвы от 06.04.2022 (резолютивная часть)  признана недействительной сделка- договор уступки права требования от 17.11.2017 года,  заключенный между ООО «КИТ-ЛИДЕР» и ООО ТД «ОПТ-СНАБ»; применены последствия  недействительности сделки в виде взыскания с ООО ТД «ОПТ СНАБ» в конкурсную массу  должника денежные средства в размере 17 516 139 руб. 97 коп.);  

 - сделка с ФИО7: договор займа № 13/07 от 13.07.2017 (определением Арбитражного  суда города Москвы от 28.06.2022 признаны недействительными сделки по перечислению  денежных средств в пользу ИП ФИО7 на общую сумму 38 886 000 руб.). Установлено, что  ООО «КИТАТ» является аффилированным лицом по отношению к должнику, так как  участниками ООО «КИТАТ» являются: ФИО8 - доля 5 639 755 руб. (55%)  ИНН 

<

***>; ФИО7 - доля по состоянию на 03.11.2016, 19.02.2017,  09.04.2018, 28.12.2018, 18.01.2019 составляла 1 845 740 руб. (18%). ФИО7 имеет девичью  фамилию ФИО8 и является дочерью ФИО8, учредителя ООО  «КИТАТ». На момент заключения и исполнения сделки была участником ООО «КИТАТ». В свою  очередь, ФИО2 (участник должника, доля 66%) является бывшим супругом ФИО7, (брак  расторгнут решением мирового судьи от 12.08.2015, общность экономических интересов,  установлена решением Арбитражного суда Кемеровской области от 24.10.2019 по делу № А272305/19).  

При этом вышеуказанные сделки были совершены сторонами в период  неплатежеспособности должника и в отношении заинтересованных лиц, что причинило вред  имущественным правам кредиторов.  

Совокупность совершенных контролирующими лицами сделок и совершенных банковских  операций, способствовали возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию  объективного банкротства общества.  

К конкретным обстоятельствам дела, влияющим на существенность причинения вреда  можно отнести следующие факты: - совершение сделок в условиях наличия признаков  неплатёжеспособности должника; - совершение сделок между аффилированными  

(заинтересованными лицами); - совершение сделок с намерением и целью причинить вред  кредиторам должника, с неравноценным встречным исполнением (отсутствием встречного  исполнения), со злоупотреблением правом.  

При проведении анализа финансового состояния должника было выявлено, что  критическое изменение коэффициентов произошло с 01.01.2018.  

Однако, с середины 2017 года наблюдается снижение активности, последний контракт был  заключен с ООО «Центррегионстрой» 15.08.2017 (поступление денежных средств на расчетный  счет), последнее участие в торгах (перечисление средств для обеспечения участия в электронных  аукционах) было 12.07.2017, в дальнейшем в мае 2018 года руководитель отказывается от своих  полномочий.  

При этом первичные признаки неплатежеспособности были у должника на всем  анализируемом периоде. Детальный анализ сделать не представляется возможным, в связи с не  передачей руководителем должника бухгалтерский и первичных документов.  

Суд первой инстанции установил, что дата объективного банкротства наступила не позднее  октября 2017 года, указанная дата соотносится с массовой задержкой выплаты по заработной  плате, что подтверждается 267 судебными актами, данные требования учтены во второй очереди  реестра требований кредиторов.  

Признаки неплатежеспособности возникли с 01.12.2016 с даты не выплаты заработной  платы ФИО9, задолженность размером 326 023,04 руб. подтверждена решением  Ленинского районного суда г. Томска от 08.11.2017 по делу № 2-1651/2017.  

До настоящего времени задолженность не погашена. 

При изложенных обстоятельствах суд пришел к выводу о том, что действиями ответчиков  ФИО3 и ФИО2 по выводу активов должника причинен существенный вред  имущественным правам кредиторов.  

Вместо принятия мер для расчетов с кредиторами, осуществляется вывод активов  должника в пользу аффилированных лиц, в результате чего кредиторы должника лишились  возможности удовлетворения своих требований за счет активов должника. В свою очередь,  совершение контролирующим должника лицом заведомо убыточной сделки для должника  является самостоятельным основанием для привлечения ответчика к субсидиарной  ответственности по обязательствам юридического лица.  

С учетом разъяснений, содержащихся в абзаце 1 пункта 23 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с  привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», суд применил  в отношении ответчиков презумпции доведения до банкротства в результате совершения  вышеуказанных сделок согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве в связи с  причинением существенного вреда кредиторам.  

В силу пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения  заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному  статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной  ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для  привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в  резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения  контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении  рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания  рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.  

Учитывая, что мероприятия по формированию конкурсной массы не завершены, в связи с  чем размер ответственности контролирующего должника лица не может быть достоверно  определен на данный момент, суд первой инстанции приостановил рассмотрение обособленного  спора в части определения размера субсидиарной ответственности контролирующих должника  лиц.  

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции.  

Из материалов дела усматривается, что ФИО3 на дату возбуждения дела о  банкротстве являлся руководителем должника (сведения внесены в ЕГРЮЛ), в то же время в  отношении указанных сведений внесены данные о недостоверности данных сведений по  заявлению ФИО3 (т.е. ФИО3 на дату введения банкротства должника не  осуществлял полномочия по руководству должника).  

Вместе с тем суд первой инстанции установил, что новый директор назначен не был, в  

материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие исполнение предусмотренной  действующим законодательством обязанности по передаче документации и имущества Общества  участнику или иному лицу.  

На основании изложенного суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том,  что ФИО3 является лицом, ответственным за передачу конкурсному управляющему  документов и имущества должника.  

Доводы ФИО3 об отсутствии у него документов должника, а также о номинальном  характере его руководства деятельностью Общества, отклонены судом первой инстанции, как не  подтвержденные надлежащими доказательствами.  

Из системного толкования пункта 3.2 статьи 64, абзаца 4 пункта 1 статьи 94, абзаца 2  пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве, статьи 53 Гражданского кодекса Российской  Федерации, статей 32, 40, 44, 50 Закона об ООО следует, что наличие у руководителя  юридического лица всей документации по деятельности юридического лица презюмируется, и  именно руководитель должника - юридического лица обязан передать управляющему всю  документации должника - юридического лица, предъявление конкурсным управляющим в  судебном порядке к руководителю должника-банкрота, не исполнившему требование по передаче  документов должника управляющему, соответствующего требования о передаче всей  документации должника является обоснованным и правомерным, и в связи с предъявлением  названного требования на руководителя должника переходит бремя опровержения презумпции  нахождения у него всей документации должника и бремя доказывания обратного.  

Доводы ФИО3 об отсутствии у него документов должника также были предметом  исследования в суде первой, апелляционной инстанций в рамках обособленного спора по  истребованию у него документов общества (вступившее в законную силу Определение  Арбитражного суда города Москвы от 09.09.2021 года  

Доказательства исполнения ответчиком ФИО3 обязанности по передаче  конкурсному управляющему документов и товарно-материальных ценностей ООО «КИТ-лидер» в  материалы обособленного спора не представлены (31.08.2023 возбуждено исполнительное  производство № 114291/23/70001-ИП в отношении ФИО3).  

Более того, в процедуре наблюдения в отношении должника временным управляющим  также истребовались документы должника у ФИО3, о чем было вынесено определение  Арбитражного суда города Москвы от 21.10.2020, выдан исполнительный лист.  

Вместе с тем, сама по себе непередача предыдущим руководителем (т.е. ФИО3)  новому (либо участникам общества) необходимых документов не освобождает последнего от  ответственности и не свидетельствует об отсутствии вины.  

Таким образом, суд первой инстанции сделал правомерные выводы о том, что ФИО3 в силу подпунктов 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве несет субсидиарную  ответственность по обязательствам должника за непередачу документации.  

Относительно довода жалобы ФИО3 о пропуске конкурсным управляющим срока  исковой давности для подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности за  совершение сделок, совершенных до 01.07.2017 года апелляционный суд пришел к следующим  выводам.  

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда РФ, изложенных в  постановлениях от 22.04.2014 № 12-П и от 15.02.2016 № 3-П, преобразование отношений в той или  иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему основному) принципу  действия закона во времени, нашедшему отражение в статье 4 ГК РФ.  

Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и  стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что  действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения  его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные  ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть  придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность  применения утративших силу норм. Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении  изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской  Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) Закон о  банкротстве дополнен главой III.2 об ответственности руководителя должника и иных лиц в деле о  банкротстве.  

Согласно пункту 3 статьи 4 названного Закона рассмотрение заявлений о привлечении к  

субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в 6 редакции,  действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ), которые поданы с 01.07.2017,  производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции Закона № 266-ФЗ).  

Нормы о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц определены  законодателем в разное время следующими положениями: статья 10 Закона о банкротстве в  редакции от 28.04.2009 ( № 73-ФЗ) (действует по отношению к нарушениям, совершенным с  05.06.2009 по 29.06.2013); статья 10 Закона о банкротстве в редакции от 28.06.2013 ( № 134- ФЗ)  (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 30.06.2013 по 29.07.2017); глава III.2  Закона о банкротстве в редакции от 29.07.2017 (действует по отношению к нарушениям,  совершенным с 30.07.2017).  

ФИО3 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «КИТ- лидер» по основаниям, предусмотренным подпунктом 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о  банкротстве при этом обязанность по передаче сначала временному, а потом конкурсному  управляющему должника документации и товарно-материальных ценностей общества не могла  возникнуть у ФИО3 ранее возбуждения процедуры банкротства (определение от  17.07.2019) и истребования у него документации определением Арбитражного суда г. Москвы от  21.10.2020 года по ходатайству временного управляющего должника, в связи с чем к вменяемому  основанию субсидиарной ответственности подлежат применению нормы Закона о банкротстве в  редакции после 01.07.2017, предусматривающей трехгодичный срок исковой давности.  

Относительно вменяемых ответчику сделок, повлекших возникновение у должника  признаков объективного банкротства, апелляционный суд также приходит к выводу о соблюдении  конкурсным управляющим должника срока исковой давности для обращения с заявлением, так  как процедура конкурсного производства в отношении ООО «КИТ-ЛИДЕР» была открыта  решением Арбитражного суда г. Москвы от 21.10.2020, с заявлением о привлечении  контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий  обратился в Арбитражный суд г. Москвы 28.12.2021, при этом о неисполнении ответчиками  обязанности по передаче документации конкурсному управляющему стало известно не ранее  инициирования обособленного спора об истребовании документации в связи с неисполнением  запросов конкурсного управляющего (определение от 09.09.2021).  

Ответчикам вменены следующие сделки: 

- сделки с ООО «КИТАТ»: договор № 01/12/2016 от 01.12.2016 и договор от 01/10/2016 от  01.10.2016, подписан акт сверки между должником ООО «КИТАТ» по состоянию на 31.08.2018  (определением суда города Москвы от 15.11.2021 признана недействительной сделка – договор №  01/12/16 субаренды автомобиля без экипажа от 01.12.2016 и договор № 01/10/16 субаренды  автомобиля без экипажа от 01.10.2016, заключенные между должником и ООО «КИТАТ»;  применены последствия недействительности сделок в виде обязания ООО «КИТАТ» возвратить в  конкурсную массу должника ООО «КИТ-Лидер» денежные средства в размере 5 216 249 руб. 94  коп.);  

 - сделки с ООО ТД «ОПТ-СНАБ» и ООО «ТД СИБИРЬ»: договор уступки прав  требования от 17.11.2017 и агентский договор № 1/17 от 09.01.2017, подписан акт сверки на  17.11.2017; (определение Арбитражного суда города Москвы от 06.04.2022 (резолютивная часть)  признана недействительной сделка- договор уступки права требования от 17.11.2017 года,  заключенный между ООО «КИТ-ЛИДЕР» и ООО ТД «ОПТ-СНАБ»; применены последствия  недействительности сделки в виде взыскания с ООО ТД «ОПТ СНАБ» в конкурсную массу  должника денежные средства в размере 17 516 139 руб. 97 коп.);  

 - сделка с ФИО7: договор займа № 13/07 от 13.07.2017 (определением Арбитражного  суда города Москвы от 28.06.2022 признаны недействительными сделки по перечислению  денежных средств в пользу ИП ФИО7 на общую сумму 38 886 000 руб.).  

Таким образом к вопросу о продолжительности исковой давности подлежит применению  абзац четвертый пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от  28.06.2013 N 134-ФЗ, поскольку, во-первых, данная норма регулировала вопросы исковой  давности за правонарушения, аналогичные тем, которые вменяются ответчикам по настоящему  спору, а во-вторых, к моменту прекращения действия предыдущих редакций данного Закона (и  Гражданского кодекса Российской Федерации), предусматривавших иной порядок исчисления  давности по этой категории дел, срок исковой давности привлечения к субсидиарной  ответственности не истек (более того, даже не начинал течь, о чем указано выше).  

Данная применяемая норма абзаца четвертого пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве  содержала указание на необходимость применения двух сроков исковой давности:  

- однолетнего субъективного, исчисляемого по правилам, аналогичным пункту 1 статьи  200 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 07.05.2013  N 100-ФЗ);  

- трехлетнего объективного, исчисляемого со дня признания должника банкротом. 

В рассматриваемом случае как объективный, так и субъективный сроки начали течь не  ранее 21.10.2020 ( даты открытия конкурсного производства).  

Вместе с тем предполагается, что в пределах объективного срока, отсчитываемого от даты  признания должника банкротом, выполняются мероприятия конкурсного производства,  включающие в себя, в том числе выявление сведений об основаниях для предъявления к  контролирующим лицам иска о привлечении к субсидиарной ответственности.  

При изложенных обстоятельствах, учитывая, что начало течения субъективного срока  исковой давности предполагает выполнение мероприятий конкурсного производства,  объективный срок относительно вменяемых ответчикам сделок конкурсным управляющим  однозначно пропущен не был, так как заявление о привлечении к субсидиарной ответственности  было подано им 28.12.2021 через систему «Мой арбитра» в электронном виде в Арбитражный суд  г. Москвы.  

ФИО2 (как участник должника с долей участия в 66%), опровергая выводы суда об  отсутствии у него обязанности по передаче конкурсному управляющему документов и имущества  ООО «КИТ-лидер» не учитывает следующее.  

Факт непередачи конкурному управляющему документов и товарно-материальных  ценностей должника бывших руководителем и участниками общества установлен судами трех  инстанций. Последние установили наличие обязанности как бывшего руководства общества и его  участников - передать конкурсному управляющему должника документы и ТМЦ. ФИО2 в  своей апелляционной жалобе указывает на отсутствие у него какой- либо документации общества,  о том что ФИО3 после увольнения из руководства общества ничего учредителям не  передавал.  

Между тем, материалами дела подтверждается обратное. 

Так, после увольнения ФИО3 – ФИО2 совершаются значимые для  общества сделки по сокрытию имущества, по передаче и перерегистрации имущества на  аффилированных лиц.  

 Полномочия на совершение значимых для общества сделок ФИО2 совершает на  основании нотариальной доверенности с объемом полномочий исполнительного органа общества.  

При совершении сделок от имени общества у ФИО2, не возникает вопросов к  ФИО3 о месте нахождения печатей (на документах подписанных ФИО2 по  доверенности, также отражена печать общества), документов (наличие ранее заключенных  обществом договоров), самого имущества (к примеру транспортных средств, строительной  техники которые переданы в ООО «А1 Лизинг», в ООО «ПОИСК М», а далее ФИО10), а  также доступ к данным бухгалтерии и бухгалтерской, налоговой отчетности (отчетность за 2018  год в налоговый орган сдается от имени общества подписанная ФИО2, по доверенности).  

ФИО2 указал в жалобе, что за совершенные им сделки от имени общества – ООО  «КИТ-лидер» получил денежные средства.  

Между тем, согласно выпискам по расчетным счетам ООО «Кит-лидер», денежные  средства от ООО «А1 лизинг», ООО «ПОИСК М», ФИО10 В Общество не поступали.  

Помимо изложенного, признанная судом недействительной сделка с ФИО7 на сумму  38 886 000,00 руб. по договору займа № 13/07 от 13.07.2017 (определением Арбитражного суда  города Москвы от 28.06.2022 признаны недействительными сделки по перечислению денежных  средств в пользу ИП ФИО7 на общую сумму 38 886 000 руб.). Судом было установлено, что  что ООО «КИТАТ» является аффилированным лицом по отношению к должнику, так как  участниками ООО «КИТАТ» являются: ФИО8 - доля 5 639 755 руб. (55%)  ИНН 

<

***>; ФИО7 - доля по состоянию на 03.11.2016, 19.02.2017,  09.04.2018, 28.12.2018, 18.01.2019 составляла 1 845 740 руб. (18%). ФИО7 имеет девичью  фамилию ФИО8 и является дочерью ФИО8, учредителя ООО  «КИТАТ». На момент заключения и исполнения сделки была участником ООО «КИТАТ». В свою  очередь, ФИО2 (участник должника, доля 66%) является бывшим супругом ФИО7, (брак  расторгнут решением мирового судьи от 12.08.2015, общность экономических интересов,  

установлена решением Арбитражного суда Кемеровской области от 24.10.2019 по делу № А272305/19).  

В силу абзаца 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника в  течение трех дней с даты утверждения конкурсному управляющему обязан обеспечить передачу  бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов и иных материальных  ценностей конкурсному управляющему.  

Ответственность, предусмотренная статьей 61.11 Закона о банкротстве, является  гражданско-правовой и при ее применении должно быть доказано наличие условий привлечения к  ответственности, включающей наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда,  причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и  наступившим вредом, вину причинителя вреда.  

ФИО2 является мажоритарным участником ООО «КИТ-лидер» с долей участия 66 %  уставного капитала, и в соответствии со статьей 61.10 Закона о банкротстве является  контролирующим должника лицом (указанная презумпция Ответчиком не опровергнута).  

Доступ (возможность использования документов и бухгалтерских данных) ФИО2 к  имуществу, документации ООО «КИТ-лидер» установлена в настоящем деле.  

В материалах настоящего дела имеется информация о расторжении трудового договора  ФИО3 с ООО «КИТ-лидер». ФИО3 должен был передать все имеющиеся  документы новому руководителю, а в случае отсутствия нового руководителя - собственникам  (учредителям, участникам) должника.  

С даты принятия заявления о расторжении трудового договора с генеральным директором,  участники общества обязаны были собрать собрание и избрать единоличный исполнительный  орган общества.  

Пунктами 1 и 4 статьи 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с  ограниченной ответственностью» (далее Закона об ООО) установлено, что высшим органом  общества является общее собрание участников общества.  

Общее собрание участников общества может быть очередным или внеочередным.  Руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным  органом общества или единоличным исполнительным органом общества и 9 коллегиальным  исполнительным органом общества. Исполнительные органы общества подотчетны общему  собранию участников общества и совету директоров (наблюдательному совету) общества. Также  положениями статьи 32 Закона об ООО отнесено к компетенции общего собрания участников  общества образование исполнительных органов общества и досрочное прекращение их  полномочий, а также принятие решения о передаче полномочий единоличного исполнительного  органа общества управляющему, утверждение такого управляющего и условий договора с ним,  если уставом общества решение указанных вопросов не отнесено к компетенции совета  директоров (наблюдательного совета) общества .  

Статьей 40 Закона об обществах с ограниченной ответственностью определено, что  единоличный исполнительный орган общества (генеральный директор, президент и другие)  избирается общим собранием участников общества на срок, определенный уставом общества, если  уставом общества решение этих вопросов не отнесено к компетенции совета директоров  (наблюдательного совета) общества.  

Как указывалось выше с даты внесении записи о недостоверности сведений о  руководителе, участники общества обязаны были собрать собрание участников общества и  избрать единоличный исполнительный орган общества.  

В случае неисполнения Закона об ООО участники общества должны осознавать все  негативные последствия, для общества и для третьих лиц.  

Бездействие мажоритарного участника должника ФИО2, выраженное в  необразовании исполнительного органа общества и смене (подтверждении) юридического адреса,  привело к внесению недостоверных сведений об обществе в Единый государственный реестр  сведений о юридических лицах, к фактическому прекращению деятельности общества, и как  следствие затруднении проведений процедур банкротства (в виду отсутствия передачи  действующему конкурсному управляющему документации и имущества общества).  

Недобросовестность действий участника общества ФИО2 при наличии у него доступа  к имуществу и документации должника, подтверждается и тем, что после расторжения трудового  договора с ФИО3, а также после внесения в ЕГРЮЛ сведений о недостоверности сведений  о руководителе общества (21.05.2018) от имени общества по нотариальной доверенности Гренц  

В.В. совершил значимые для общества сделки (т.е. Гренц В.В. фактически осуществлял  полномочия исполнительного органа общества)..  

В отношении оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности  по обязательствам ООО «КИТ-лидер» предусмотренных подпунктом 1 пункта 2 ст. 61.11 Закона о  банкротстве следует отметить, что сделки с ООО «КИТАТ», ООО «ТД «ОПТ СНАБ», ООО «ТД  «Сибирь» (признанные судом недействительными) совершены им до 29.07.2017 года.  

Признанные недействительными договоры (субаренды автомобилей, агентские договоры)  имели место длительного исполнения, вплоть до июня 2018 года (что подтверждается имеющими  в деле о банкротстве должника доказательствами, в том числе подписанными актами сверок).  

Доводы жалоб ФИО3 и ФИО2 об отсутствии причинно-следственной связи  между действиями ФИО3, ФИО2 и неплатежеспособным состоянием должника  подлежат отклонению.  

Совокупность совершенных контролирующими лицами сделок и совершенных банковских  операций, способствовали возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию  объективного банкротства общества.  

К конкретным обстоятельствам дела, влияющим на существенность причинения вреда  можно отнести следующие факты:  

- совершение сделок в условиях наличия признаков неплатёжеспособности должника;  - совершение сделок между аффилированными (заинтересованными лицами);  

- совершение сделок с намерением и целью причинить вред кредиторам должника, с  неравноценным встречным исполнением (отсутствием встречного исполнения), со  злоупотреблением правом.  

При проведении анализа финансового состояния должника было выявлено, что  критическое изменение коэффициентов произошло с 01.01.2018.  

Однако, с середины 2017 года наблюдается снижение активности, последний контракт был  заключен с ООО «Центррегионстрой» 15.08.2017 (поступление денежных средств на расчетный  счет), последнее участие в торгах (перечисление средств для обеспечения участия в электронных  аукционах) было 12.07.2017, в дальнейшем в мае 2018 года руководитель отказывается от своих  полномочий.  

При этом, первичные признаки неплатежеспособности были у должника на всем  анализируемом периоде.  

Как указал конкурсный управляющий должника, детальный анализ сделать не  представилось возможным, в связи с непередачей ответчиками бухгалтерский и первичной  документации должника.  

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, были предметом исследования суда первой  инстанции, им дана надлежащая правовая оценка, и фактически свидетельствуют о несогласии  заявителя с установленными судом обстоятельствами и оценкой доказательств, и, по существу,  направлены на их переоценку, что не может явиться основанием для отмены оспариваемого  судебного акта при отсутствии доказательств причинно-следственной связи между поведением  ответчика и наступлением банкротства предприятия.  

Иная оценка заявителями жалоб установленных судом фактических обстоятельств дела и  толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.  

При таких обстоятельствах оснований для отмены или изменения определения суда первой  инстанции и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для  отмены судебного акта в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.  

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266-272 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд,   

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 08 сентября 2023 года по делу № А40180419/19 оставить без изменения, а апелляционные жалобы ФИО2,  

ФИО3 - без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в  течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского  округа.  

Председательствующий судья: О.И. Шведко  Судьи: Е.Ю. Башлакова-Николаева  

 С.Л. Захаров