АРБИТРАЖНЫЙ СУД КЕМЕРОВСКОЙ  ОБЛАСТИ

Красная ул., д. 8, Кемерово, 650000,

тел. (384-2) 58-43-26, тел./факс (384-2) 58-37-05

E-mail: info@kemerovo.arbitr.ru

http://www.kemerovo.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А27-1949/2019

город Кемерово

15 июля 2019 года

Дата оглашения резолютивной части решения: 08 июля 2019 года 

Дата изготовления судебного акта в полном объёме: 15 июля 2019 года

Арбитражный суд Кемеровской области в составе судьи Шикина Г.М.

при ведении протокола с использованием средств аудиозаписи секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «МайнингСибири» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), город Белово, Кемеровская область,

к обществу с ограниченной ответственностью «Шахта Сибирская» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), город Полысаево, Кемеровская область,

о взыскании денежных средств 

по встречному иску общества с ограниченной ответственностью «Шахта Сибирская» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), город Полысаево, Кемеровская область,

к обществу с ограниченной ответственностью «МайнингСибири» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), город Белово, Кемеровская область,

о признании недействительным договора займа 

при участии:

от истца по первоначальному иску: ФИО2, представитель, доверенность б/н от 24.06.2019, паспорт; 

от ответчика: ФИО3, представитель, доверенность №42АА2768110 от 05.03.2019, паспорт; ФИО4, адвокат, доверенность б/н от 16.10.2018, удостоверение адвоката,

у с т а н о в и л:

общество с ограниченной ответственностью «МайнингСибири» (далее – ООО «МайнингСибири») обратилось в Арбитражный суд Кемеровской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Шахта Сибирская» (далее – ООО «Шахта Сибирская») о взыскании 4 402 000 руб. основного долга по договору займа № 21-11 от 21.11.2017, 525 827 руб. 95 коп. процентов за пользование займом, 1 509 886 руб. неустойки за несвоевременный возврат суммы займа.

Исковые требования мотивированы ненадлежащим исполнением ответчиком обязательств по возврату заёмных средств, выплате процентов за пользование займом и обоснованы ссылками на статьи 309, 310, 395, 781, 807, 810 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Определением суда от 06.02.2019 исковое заявление принято к производству, назначено предварительное судебное разбирательство на 14.03.2019.

Определением суда от 14.03.2019 дело было признано подготовленным к рассмотрению по существу, судебное разбирательство назначено в судебном заседании 11.04.2019, затем судебное заседание неоднократно откладывалось, в том числе, по ходатайствам сторон.

Определением от 11.04.2019 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, судом привлечена компания с ограниченной ответственностью «Карлит Инвестментс Лимитед» (далее – Компания Карлит).

В отзыве на иск от 13.03.2019 ООО «Шахта Сибирская» указало на следующее. 

Устав ООО «Шахта Сибирская» (подпункт 30 пункта 12.3.) предусматривает, что к компетенции общего собрания участников ООО «Шахта Сибирская» относится принятие решения о совершении директором общества сделок по привлечению и/или выдаче кредитов, займов независимо от суммы сделки. 

В момент заключения договора займа, на котором истец основывает свои требования, единственным участником ООО «Шахта Сибирская» являлось КОО «Карлит Инвестментс Лимитед». При этом последнее не было осведомлено о действиях ООО «МайнингСибири» и директора ООО «Шахта Сибирская» и не принимало решение об одобрении заключения указанного договора займа. 

С учетом вышеизложенного ответчик просил суд в удовлетворении иска отказать.

Определением суда от 16.05.2019 принято к производству для рассмотрения совместно с первоначальным иском встречное исковое заявление ООО «Шахта Сибирская» о признании недействительным договора займа.

Встречный иск мотивирован следующим.

Договор займа от 21.11.2017 № 21-11 был заключен в период после принятия арбитражным судом заявления о признании ООО «Шахта Сибирская» банкротом. ООО «МайнингСибири» в момент заключения договоров займа обладало информацией о том, что ООО «Шахта Сибирская» является неплатежеспособным.  

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 13.02.2017 по делу              № А27-20797/2016 в отношении ООО «Шахта Сибирская» введена процедура банкротства – наблюдение. 21.12.2017 процедура наблюдения прекращена, в отношении ООО «Шахта Сибирская» открыто конкурсное производство. Таким образом, сделка по выдаче займа была заключена в период процедуры наблюдения ООО «Шахта Сибирская» без согласия временного управляющего, что в соответствии со статьёй 168 ГК РФ является основанием для признания её недействительной как заключённой в нарушение пункта 2 статьи 64 Закона о банкротстве.

11.06.2019 в отзыве ООО «МайнингСибири» возразило относительно удовлетворения встречных исковых требований, мотивировав свою позицию со ссылкой на статью 181 ГК РФ следующим.

ООО «Шахта Сибирская» знало и не могло не знать о положениях собственного учредительного документа, и об ограничениях полномочий единоличного исполнительного органа, установленных уставом. Таким образом, в момент подписания спорного договора займа от 21.11.2017 № 21-11 ООО «Шахта Сибирская» было осведомлено об отсутствии необходимого одобрения сделки участником общества.

Учредитель общества – КОО «Карлит Инвестментс Лимитед» также должно было быть осведомлено о заключении спорного договора. В рамках дела № А27-20797/2016 при рассмотрении отчета временного управляющего о результатах проведения процедуры наблюдения, анализе финансового состояния должника, а также других документов о движении дела суд первой инстанции установил наличие надлежащих доказательств уведомления единственного участника должника, в том числе о возбуждении настоящего дела, проведении собраний кредиторов, рассмотрении вопросов о введении в отношении должника реабилитационных процедур и других вопросов, связанных с финансовым обеспечением. Указанная информация опубликовывалась в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве, была доступна для всех заинтересованных лиц, в том числе участника должника, с момента возбуждения дела о банкротстве, в том числе в результате исполнения бывшим директором обязанности об уведомлении участника общества. Данные обстоятельства были подтверждены судебными инстанциями вплоть до Верховного суда Российской Федерации. В определении от 20.12.2018 № 304-ЭС18-20612 Верховный суд Российской Федерации указал: «… возражения компании, касающиеся допущенных судами нарушений, выразившихся в ненадлежащем ее извещении о возбуждении процедуры банкротства общества «Шахта Сибирская», были предметом рассмотрения апелляционного суда и арбитражного суда округа и отклонены ими как несостоятельные с подробным мотивом отклонения. При этом суды указали на наличие доказательств осведомленности компании о банкротстве дочернего общества…».

При проявлении должной степени осмотрительности и добросовестности единственный участник общества не мог не знать о привлечении обществом заёмных средств на общую сумму более 4 миллионов рублей, тем более ООО «Шахта Сибирская» в период с 13.02.2017 находилась в процедуре наблюдения, что требует от участников общества крайне пристального внимания к финансово-хозяйственной деятельности общества.

Кроме того, уполномоченные лица, в том числе в период введенных в отношении общества процедур наблюдения и конкурсного производства, в суд с иском о признании недействительным заключенного договора займа от 21.11.2017 № 21-11 не обращались.

На основании вышеизложенного, как считает ООО «МайнингСибири», срок исковой давности по обжалованию спорной сделки начал исчисляться 21.11.2017, и соответственно, истек 21.11.2018.

Компания Карлит извещена о рассмотрении дела в порядке части 1 статьи 123 АПК РФ, явку представителя в заседание не обеспечила, пояснения по рассматриваемому судом спору не направила. Спор рассмотрен судом в отсутствие представителя Компании Карлит в силу части 5 статьи 156 АПК РФ.

В ходе заседания представители ООО «МайнингСибири» и ООО «Шахта Сибирская» поддержали свои позиции, каких-либо дополнений, ходатайств не заявили.

Согласно части 1 статьи 64, части 2 статьи  65, статей 8, 9, 71, 168 АПК РФ арбитражный суд  устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств в соответствии с подлежащими применению нормами материального права с учетом принципов состязательности и равноправия сторон.

Рассмотрев и оценив представленные по делу доказательства, заслушав представителя истца, суд пришел к выводу о наличии достаточных оснований для удовлетворения первоначального иска и для отказа в удовлетворении встречного иска, исходя из следующего.

Между ООО «МайнингСибири» (займодавец) и ООО «Шахта Сибирская» (заемщик) заключён договор займа от 21.11.2017 № 21-11. Согласно условиям договора займодавец обязался предоставить заемщику заём на сумму 4 402 000 руб., а заемщик обязуется вернуть заимодавцу сумму займа с процентами в срок не позднее 3 месяцев с даты предоставления займа (пункты 1.1., 1.7. договора). В соответствии с пунктом 1.2. договора процентная ставка за пользование займом устанавливается в размере 10 % годовых.

По желанию заемщика допускается досрочный возврат займа полностью или частично (пункт 3.4.1. договора). 

Займ является целевым и предоставляется для выплаты заработной платы работникам ООО «Шахта Сибирская» за сентябрь и октябрь 2017 года (пункт 1.9. договора).

Платежным поручением от 22.11.2017 № 8 (т. 1, л.д. 15) истец перечислил ответчику денежные средства в размере 4 402 000 руб. 

Со ссылкой на нарушение ответчиком обязательства по возврату полученных денежных средств в установленный договорами срок истец обратился к нему с претензией от 16.11.2018 (т.1, л.д. 9 – 10), а в последующем – в суд с настоящим иском.

Факт перечисления согласованных с ответчиком посредством подписания договоров займа денежных средств в общем размере 4 402 000 руб. истцом надлежащим образом подтвержден документально (часть 1 статьи 65 АПК РФ). В материалы дела ООО «МайнингСибири» представлено платежное поручение от 22.11.2017 № 8 (в назначении платежа указан договор займа от 21.11.2017 № 21-11).

Поскольку доказательства возврата полученных денежных средств на день рассмотрения спора суду не представлены, иск ООО «МайнингСибири» о взыскании в его пользу с ООО «Шахта Сибирская» 4 402 000 руб. задолженности подлежит удовлетворению с учетом статей 8, 307, 309, 807, 810 ГК РФ.

Пунктом 1.2., 1.3. договора предусмотрены условия об оплате процентов за пользование займом по ставке 10 % годовых.

Согласно пункту 2.2. договора в случае невозврата займа в соответствии с настоящим договором, заемщик уплачивает займодавцу пеню в размере 0,1 % от суммы задолженности, подлежащей оплате, за каждый день просрочки платежа.

Нарушение заемщиком (ООО «Шахта Сибирская») обязательства по возврату полученных денежных средств в установленный договорами срок послужило основанием для обращения займодавца (ООО «МайнингСибири») с требованием о взыскании 525 827 руб. 95 коп. процентов за пользование займом и 1 509 886 руб. договорной неустойки. 

К спорным правоотношения применяются положения главы 42 ГК РФ в редакции, действовавшей в период до изменений, внесенных в неё с 01.06.2018.

Согласно пункту 1 статьи 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 809 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором займа, займодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, определенных договором. При отсутствии в договоре условия о размере процентов их размер определяется существующей в месте жительства займодавца, а если займодавцем является юридическое лицо, в месте его нахождения ставкой банковского процента (ставкой рефинансирования) на день уплаты заемщиком суммы долга или его соответствующей части. При отсутствии иного соглашения проценты выплачиваются ежемесячно до дня возврата суммы займа.

Пунктом 1 статьи 810 ГК РФ установлено, что заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа. Если иное не предусмотрено договором займа, сумма займа считается возвращенной в момент передачи ее заимодавцу или зачисления соответствующих денежных средств на его банковский счет (пункт 3 статьи 810 ГК РФ).

В соответствии со статьей 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом (статья 310 ГК РФ).

За пользование заемными денежными средствами истцом на основании статьи 809 ГК РФ, условий договора займа начислены проценты за пользование займом за период со дня, следующего с даты перечисления суммы займа, по 31.01.2019, в общем размере       525 827 руб. 95 коп. Расчет судом проверен, составлен правильно, ООО «Шахта Сибирская» арифметическая правильность расчета под сомнение не поставлена.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 811 ГК РФ в случаях, когда заемщик не возвращает в срок сумму займа, на эту сумму подлежат уплате проценты в порядке и размере, предусмотренных пунктом 1 статьи 395 ГК РФ, со дня, когда она должна была быть возвращена, до дня ее возврата заимодавцу независимо от уплаты процентов, предусмотренных пунктом 1 статьи 809 ГК РФ. В тех случаях, когда в договоре займа либо в кредитном договоре установлено увеличение размера процентов в связи с просрочкой уплаты долга, размер ставки, на которую увеличена плата за пользование займом, следует считать иным размером процентов, установленных договором в соответствии с пунктом 1 статьи 395 ГК РФ.

Проценты, предусмотренные пунктом 1 статьи 811 ГК РФ, являются мерой гражданско-правовой ответственности. Указанные проценты, взыскиваемые в связи с просрочкой возврата суммы займа, начисляются на эту сумму без учета начисленных на день возврата процентов за пользование заемными средствами, если в обязательных для сторон правилах либо в договоре нет прямой оговорки об ином порядке начисления процентов (пункт 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.10.1998 № 13/14 «О практике применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о процентах за пользование чужими денежными средствами»).

Статьями 329, 330 ГК РФ предусмотрено, что исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой. Неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

За невозвращение суммы займа в срок, определённый договорами займа, истец начислил ответчику неустойку в общем размере 1 509 886 руб. за период с 23.02.2018 (день, следующий за днём окончания 3-месячного срока, определённого сторонами для возврата суммы займа) по 31.01.2019. Расчет пени судом проверен, признан верным, никем из участников спора не оспорен.

Ответчик ходатайствовал о снижении неустойки согласно статье 333 ГК РФ. 

В соответствии со статьей 333 ГК РФ, если подлежащая взысканию неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. 

Гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение. 

Право снижения размера неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств. 

Как разъяснено в пункте 72 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление № 7), если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 ГК РФ). 

Бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика (пункт 73 Постановления № 7). 

В пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что разрешая вопрос о соразмерности неустойки последствиям нарушения денежного обязательства и с этой целью определяя величину, достаточную для компенсации потерь кредитора, суды могут исходить из двукратной учетной ставки (ставок) Банка России, существовавшей в период такого нарушения. Вместе с тем для обоснования иной величины неустойки, соразмерной последствиям нарушения обязательства, каждая из сторон вправе представить доказательства того, что средний размер платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями субъектам предпринимательской деятельности в месте нахождения должника в период нарушения обязательства, выше или ниже двукратной учетной ставки Банка России, существовавшей в тот же период. Снижение судом неустойки ниже определенного таким образом размера допускается в исключительных случаях, при этом присужденная денежная сумма не может быть меньше той, которая была бы начислена на сумму долга исходя из однократной учетной ставки Банка России. 

К выводу о наличии оснований для снижения суммы неустойки суд при рассмотрении дела приходит в каждом конкретном случае, в том числе посредством установления несоразмерности между начисленной суммой неустойки и последствиями неисполнения обязательства, в случае наличия несоразмерности. 

Неустойка является, прежде всего, способом обеспечения исполнения обязательств, о чем свидетельствует расположение законодателем нормы в главе 23 ГК РФ и только вторично имеет цель компенсационную. 

Компенсационный характер неустойки не позволяет, в то же время, использовать данный инструмент права как злоупотребление своими правами. 

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 21.12.2000 № 263-О, предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств направлена на установление баланса между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения. 

Применение неустойки направлено на компенсацию потерь кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств должником, и не является способом получения стороной обогащения за счет другой стороны. 

Исходя из положений пункта 1 статьи 329, пункта 1 статьи 330, статьи 333 ГК РФ, разъяснений, содержащихся в пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.07.1997 № 17 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации», правовой позиции, изложенной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 14.10.2004 № 293-О, учитывая, что ответственность в виде уплаты неустойки (0,1 % от суммы не выполненного в срок обязательства за каждый день просрочки) соразмерна характеру допущенного нарушения при исполнении обязательств по договору займа, размер ответственности отвечает критериям разумности и не является явно чрезмерным, поскольку такой размер неустойки соответствует обычно применяемому в обороте. 

Данный вывод суда подтверждается сложившейся судебной практикой, в частности, определением Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10.04.2012 № ВАС-3875/12 по делу № 40-26319/11-11- 227. Кроме того, ответчик в данном случае не представил доводов и доказательств, подтверждающих получение кредитором необоснованной выгоды или злоупотребления правом. Учитывая же длительность просрочки обязательства и размер основного неисполненного в срок обязательства, суд полагает взыскиваемую сумму неустойки соразмерной последствиям нарушения обязательства. 

Следовательно, требование истца о взыскание неустойки за ненадлежащее исполнение обязательств по договору займа в размере 1 509 886 руб. при общей сумме задолженности по основному долгу и по процентам в размере 4 927 827 руб. 95 коп. является обоснованным. 

В порядке части 1 статьи 110 АПК РФ расходы по государственной пошлине суд относит на ответчика по первоначальному иску.

Встречное исковое заявление удовлетворению не подлежит по следующим основаниям.

Спорный договор займа от имени ООО «Шахта Сибирская» заключён исполняющим обязанности директора ФИО5, действовавшим на основании доверенности от 01.09.2016 № 21, выданной директором ООО «Шахта Сибирская» ФИО6. 

Доводы представителей ответчика, изложенные в судебном заседании и подвергающие сомнению полномочия ФИО5 на заключение спорного договора, опровергаются материалами дела, судом отклоняются как не состоятельные, не подтвержденные документально.

При этом в соответствии с подпунктом 30 пункта 12.3. устава ООО «Шахта Сибирская» к компетенции общего собрания участников Общества относится принятие решения о совершении директором общества сделок по привлечению и/или выдаче кредитов, займов независимо от суммы сделки.

Согласно пункту 1 статьи 174 ГК РФ, если полномочия лица на совершение сделки ограничены договором или положением о филиале или представительстве юридического лица либо полномочия действующего от имени юридического лица без доверенности органа юридического лица ограничены учредительными документами юридического лица или иными регулирующими его деятельность документами по сравнению с тем, как они определены в доверенности, в законе либо как они могут считаться очевидными из обстановки, в которой совершается сделка, и при ее совершении такое лицо или такой орган вышли за пределы этих ограничений, сделка может быть признана судом недействительной по иску лица, в интересах которого установлены ограничения, лишь в случаях, когда доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об этих ограничениях.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 № 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью», уставом общества могут быть предусмотрены иные случаи, когда на совершаемые обществом сделки распространяется порядок одобрения крупных сделок (пункт 7 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). При рассмотрении споров о признании недействительными таких сделок судам следует руководствоваться пунктом 1 статьи 174 ГК РФ: по общему правилу контрагенты вправе полагаться на неограниченные полномочия директора, за исключением случаев, когда они знали об ограничениях или должны были о них знать, т.е. обстоятельства были таковы, что любое разумное лицо немедленно обнаружило бы превышение директором своих полномочий. Правом на предъявление подобного иска обладают как общество, так и его участники.

Согласно пункту 1 статьи 65.2 ГК РФ участники корпорации вправе, в частности, оспаривать, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 182), совершенные ею сделки по основаниям, предусмотренным статьей 174 ГК РФ или законами о корпорациях отдельных организационно-правовых форм. Как указано в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием об оспаривании заключенных корпорацией сделок, в силу закона является ее представителем.

Компания Карлит как участник корпорации, предъявляя соответствующие требования о признании сделок недействительными, действует не только в интересах корпорации как ее представитель, но и преследует свой опосредованный (косвенный) интерес (а поэтому, по сути, является косвенным истцом), который обосновывается наличием у Компании как истца материально-правового требования, обусловленного недопущением причинения ему ущерба, как субъекту гражданско-правовых отношений. Объект защиты по косвенному иску не может определяться как категоричный выбор либо в пользу защиты субъективного права юридического лица, либо в пользу защиты интересов участников юридического лица. Интерес юридического лица, который обеспечивается защитой субъективного права, в данном случае производен от интересов его участников, так как интересы общества не просто неразрывно связаны с интересами участников, они предопределяются ими, и, следовательно, удовлетворение интересов Компании Карлит обеспечивает удовлетворение интереса ее участников. Таким образом, заключение договоров займа без должного одобрения нарушает, в том числе и права участника (Компании Карлит), в защиту которых предъявляется соответствующее исковое требование.

В связи с изложенным суд приходит к выводу о наличии у ООО «Шахта Сибирская» в лице Компании Карлит права на оспаривание договоров займа по основанию, предусмотренному пунктом 1 статьи 174 ГК РФ. 

В пунктах 22, 71, 92 Постановления № 25 содержатся разъяснения, согласно которым пунктом 1 статьи 174 ГК РФ установлены два условия для признания сделки недействительной. Во-первых, сделка совершена с нарушением ограничений, установленных учредительным документом (иными корпоративными документами) или договором с представителем. Во-вторых, противоположная сторона сделки знала или должна была знать об этом. При этом не требуется устанавливать, нарушает ли сделка права и законные интересы истца каким-либо иным образом.

По общему правилу закон не устанавливает обязанности лица, не входящего в состав органов юридического лица и не являющегося его учредителем или участником (далее в этом пункте – третье лицо), по проверке учредительного документа юридического лица с целью выявления ограничений или разграничения полномочий единоличного исполнительного органа юридического лица или нескольких единоличных исполнительных органов, действующих независимо друг от друга либо совместно. Третьи лица, полагающиеся на данные Единого государственного реестра юридических лиц о лицах, уполномоченных выступать от имени юридического лица, по общему правилу вправе исходить из неограниченности этих полномочий (абзац второй пункта 2 статьи 51 и пункт 1 статьи 174 ГК РФ). Бремя доказывания того, что третье лицо знало или должно было знать о таких ограничениях, возлагается на лиц, в интересах которых они установлены (пункт 1 статьи 174 ГК РФ). 

Ссылка в договоре, заключенном от имени организации, на то, что лицо, заключающее сделку, действует на основании устава данного юридического лица, должна оцениваться судом с учетом конкретных обстоятельств заключения договора и в совокупности с другими доказательствами по делу. Такое доказательство, как и любое другое, не может иметь для суда заранее установленной силы и свидетельствовать о том, что другая сторона сделки знала или заведомо должна была знать об указанных ограничениях.

Совокупность собранных по настоящему делу доказательств не позволяет суду с достоверностью сделать вывод о том, что ООО «МайнингСибири», заключая сделку, знало или безусловно обязано была знать о наличии в отношении директора ООО «Шахта Сибирская» или иного лица, уполномоченного им на заключение сделок, установленных уставом ограничений на совершение договоров займа.

ООО «МайнингСибири» не является участником, учредителем ООО «Шахта Сибирская», не входит в состав органов управления последнего. Более того, устав ООО «Шахта Сибирская» от 21.01.2014, действовавший на момент заключения спорного договора, никаких ограничений полномочий единоличного исполнительного органа в части привлечения заёмных средств не предусматривал. 

Следовательно, достаточных оснований для достоверного вывода о том, что ООО «МайнингСибири», действуя разумно и осмотрительно, обязано было проверить положения устава ООО «Шахта Сибирская» и удостовериться в получении директором необходимых для заключения договоров одобрений общего собрания участников, в рассматриваемом случае не имеется. 

Изложенные ООО «Шахта Сибирская» и Компанией Карлит доводы в обоснование своей позиции по спору носят исключительно предположительный характер. С учётом распределения бремени доказывания обстоятельства, связанного с обладанием ООО «МайнингСибири» информацией о существовании ограничений в учредительных документах ООО «Шахта Сибирская», ввиду отсутствия подтверждающих данный факт прямых доказательств суд приходит к выводу о недоказанности оснований для признания оспариваемых сделок недействительными по пункту 1 статьи 174 ГК РФ. 

Одновременно суд указывает на неправомерность ссылки истцов по встречному иску на пункт 1 статьи 173.1 ГК РФ как основание для признания спорных сделок недействительными. 

В соответствии с разъяснениями Верховного Суда Российской Федерации, содержащимися в пункте 90 Постановления № 25, сделка может быть признана недействительной по этому основанию только тогда, когда получение согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления на ее совершение необходимо в силу указания закона (пункт 2 статьи 3 ГК РФ).

Согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении встречного иска является подача ООО «МайнингСибири» заявления о пропуске установленного законом срока исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной, равного одному году (пункт 1 статьи 181 ГК РФ).

В силу пункта 2 статьи 181 ГК РФ годичный срок исковой давности по искам о признании недействительной оспоримой сделки следует исчислять со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена такая сделка (пункт 1 статьи 179 ГК РФ), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В соответствии с пунктом 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» течение срока исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

Таким образом, не вызывает сомнения то обстоятельство, что само ООО «Шахта Сибирская» непосредственно имело информацию о заключении сделок с момента их совершения, при этом заявляя требование об оспаривании сделок, пропустило установленный законом срок для защиты. 

Определяя момент начала течения срока исковой давности и оспаривая вывод о его пропуске, Компания Карлит указала, что о договорах ей стало известно только в ходе ознакомления с документами в рамках рассмотрения настоящего дела.

Однако суд отмечает также следующее.

Согласно статье 34 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об ООО), в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений, очередное общее собрание участников общества проводится в сроки, определенные уставом общества, но не реже чем один раз в год. Очередное общее собрание участников общества созывается исполнительным органом общества. Уставом общества должен быть определен срок проведения очередного общего собрания участников общества, на котором утверждаются годовые результаты деятельности общества. Указанное общее собрание участников общества должно проводиться не ранее чем через два месяца и не позднее чем через четыре месяца после окончания финансового года.

Пунктом 12.1. устава ООО «Шахта Сибирская» предусмотрено, что очередное общее собрание участников проводится не ранее, чем через два месяца и не позднее, чем через четыре месяца после окончания финансового года. К компетенции общего собрания участников общества относится, в том числе, утверждение годовых отчетов и годовых бухгалтерских балансов общества (пункт 12.3 устава). Утверждение годовой бухгалтерской отчетности обществ с ограниченной ответственностью находится в компетенции общего собрания его участников в силу прямого указания подпункта 6 пункта 2 статьи 33 Закона об ООО.

Относительно довода Компании о том, что закон не предусматривает обязанность участника получать какую-либо информацию об обществе, следовательно, участник не мог знать о проведении общего собрания и заключении спорных сделок, следует отметить следующее. 

Положения статей 8, 34, 48 Закона об ООО предполагают активную позицию участника общества, который должен проявлять интерес к деятельности последнего, действовать с должной степенью заботливости и осмотрительности в осуществлении своих прав, предусмотренных законодательством, в том числе участвовать в управлении делами общества, проведении общего собрания, ознакомлении со всей документацией общества. Реализация участником общества своего права на управление делами данного общества непосредственно связана с участием в годовых общих собраниях. По мнению суда, Компания Карлит должна и могла получить информацию о заключении сделки не позднее 21.11.2018, то есть дня истечения установленного законом срока исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной. 

Участник общества – КОО «Карлит Инвестментс Лимитед» должно было быть осведомлено о заключении спорного договора. В рамках дела № А27-20797/2016 при рассмотрении отчета временного управляющего о результатах проведения процедуры наблюдения, анализе финансового состояния должника, а также других документов о движении дела суд первой инстанции установил наличие надлежащих доказательств уведомления единственного участника должника, в том числе о возбуждении настоящего дела, проведении собраний кредиторов, рассмотрении вопросов о введении в отношении должника реабилитационных процедур и других вопросов, связанных с финансовым обеспечением. 

Указанная информация опубликовывалась в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве, была доступна для всех заинтересованных лиц, в том числе участника должника, с момента возбуждения дела о банкротстве, в том числе в результате исполнения бывшим директором обязанности об уведомлении участника общества. Данные обстоятельства были подтверждены судебными инстанциями вплоть до Верховного суда Российской Федерации. В определении от 20.12.2018 № 304-ЭС18-20612 Верховный суд Российской Федерации указал: «Возражения компании, касающиеся допущенных судами нарушений, выразившихся в ненадлежащем ее извещении о возбуждении процедуры банкротства общества «Шахта Сибирская», были предметом рассмотрения апелляционного суда и арбитражного суда округа и отклонены ими как несостоятельные с подробным мотивом отклонения. При этом суды указали на наличие доказательств осведомленности компании о банкротстве дочернего общества».

Кроме того, суд отмечает, что полномочия единоличного исполнительного органа ООО «Шахта Сибирская», а равно общего собрания участников ООО «Шахта Сибирская» прекращены только 21.12.2017 (определение арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-20797/2016), когда в отношении должника судом введена процедура банкротства – конкурсное производство, т.е. спустя более одного календарного месяца после заключения и исполнения спорного договора. 

При этом сведения о введении в отношении ООО «Шахта Сибирская» процедуры наблюдения имеют общедоступный характер: информация опубликована в газете «Коммерсант» 18.02.2017 № 31, на сайте ЕФРСБ информация размещена 09.02.2017. 08.12.2017, 22.02.2018, 20.03.2018 и 23.05.2018 на сайте ЕФРСБ опубликованы результаты проведения собраний кредиторов общества. При условии проявления должной степени заботы о своих правах Компания Карлит могла осведомиться о факте проведения либо непроведении собрания по результатам финансового 2017 года, его итогах, ознакомиться с бухгалтерскими документами общества и, соответственно, получить информацию о полученных обществом займах в отсутствие требуемого одобрения. 

Как обоснованно указало ООО «МайнингСибири» в пояснениях к исковым требованиям, по встречному иску от 02.04.2019, само нахождение с 13.02.2017 ООО «Шахта Сибирская» в процедуре банкротства (наблюдение) требовало от участников общества крайне пристального внимания к финансово-хозяйственной деятельности организации. Компания Карлит как единственный участник общества могла и должна была узнать о привлечении обществом заёмных средств на общую сумму более 4 миллионов рублей. Иное позволяет прийти к выводу, что данное лицо не проявило должной разумности и осмотрительности при реализации принадлежащих ему прав участника общества. Ненадлежащее отношение участников к осуществлению своих прав, отсутствие осмотрительности и заботливости при осуществлении своих прав влечет негативные последствия для участников. Данное обстоятельство не может влечь за собой негативные последствия для другой стороны сделки, а именно, ООО «МайнингСибири», в виде отсутствия правовой определенности в вопросе существующего срока для оспаривания заключенных сделок со стороны неопределенного круга заинтересованных лиц.

Таким образом, срок исковой давности по договору займа от 21.11.2017 № 21-11 начал течь 21.11.2017, истек срок 21.11.2018, с требованиями ООО «Шахта Сибирская» в лице Компании Карлит обратилось 15.05.2019, т.е. за пределами истечения срока исковой давности.

При этом суд отмечает, что истец обратился к ответчику с претензией о возврате полученных денежных средств 16.11.2018, то есть до истечения срока исковой давности.

В силу пункта 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В силу части 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.

В порядке части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по государственной пошлине за рассмотрение встречного иска суд относит на истца.

 

Руководствуясь статьями 167-171, 176, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

р е ш и л:

Первоначальный иск удовлетворить.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Шахта Сибирская» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), город Полысаево, Кемеровская область, в пользу общества с ограниченной ответственностью «МайнингСибири» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), город Белово, Кемеровская область, 4 402 000 руб. задолженности по основному долгу, 525 827 руб. 95 коп. задолженности по процентам, 1 509 886 руб. неустойки за период с 23.02.2018 по 31.01.2019, 55 189 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

В удовлетворении встречного иска отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Седьмой арбитражный апелляционный суд, г. Томск, через Арбитражный суд Кемеровской области.

Судья                                                                                                      Г.М. Шикин