СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-16203/2022 (1)-АК

Дело № А50-28676/2021

09 января 2023 года

г. Пермь

 

 

Резолютивная часть постановления объявлена 09 января 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 09 января 2023 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего       Шаркевич М.С.,

судей                                               Мартемьянова В.И., Чухманцева М.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1

при участии:

ФИО2, паспорт и его представитель ФИО3 удостоверение, доверенность от 17.03.2022;

от ФИО6: ФИО4, паспорт, доверенность от 20.06.2022;

при участии в судебном заседание в режиме веб-конференции:

финансового управляющего ФИО5, паспорт

в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле,

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО5

на определение Арбитражного суда Пермского края 

от 16 ноября 2022 года

об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании недействительной сделки договора дарения доли в праве общей долевой собственности от 24 апреля 2017 года, заключенного между ФИО6 и ФИО6, применении последствий недействительности сделки,

вынесенное в рамках дела № А50-28676/2021

о признании ФИО6 (ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>) несостоятельным (банкротом),

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: Территориальное управление Министерства социального развития Пермского края по г. Перми, ФИО6, 

 

установил:

Определением Арбитражного суда Пермского края от 29 ноября 2021 года заявление ФИО2 (далее – ФИО2,  заявитель) о признании ФИО6 (далее – ФИО6, должник) несостоятельным (банкротом) принято к производству. 

Решением Арбитражного суда Пермского края от 03.02.2022 (резолютивная часть от 27.01.2022) ФИО6 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО5  – член Ассоциации «Межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Содействие». Также к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Территориальное управление Министерства социального развития Пермского края по г. Перми. Объявление о введении в отношении должника процедуры реализации имущества гражданина опубликовано на федеральном информационном ресурсе – Единый федеральный реестр сведений о банкротстве 04.02.2022, а также в газете «Коммерсантъ» №26(7227) от 12.02.2022. 

Определением от 11.05.2022 к участию в деле № А50-28676/2021 по заявлению ФИО2 о признании ФИО6 несостоятельным (банкротом) в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО6 (далее – ФИО6, третье лицо). 

30.05.2022 через систему «Мой Арбитр» в Арбитражный суд Пермского края поступило заявление финансового управляющего ФИО5 (далее - ФИО5): о признании недействительной сделкой договора дарения доли в праве общей долевой собственности от              24 апреля 2017 года, заключенного между ФИО6 и ФИО6 (далее – ФИО6, ответчик), о применении последствий недействительной сделки в виде возврата 1/3 доли в праве общей долевой собственности на 2-х комнатную квартиру, находящуюся по адресу 

<

...>, общей площадью 39,2 кв.м. кадастровый № 59:01:4410675:39 в конкурсную массу ФИО6, об обязании органа государственной регистрации, кадастра и картографии аннулировать запись о государственной регистрации права № 59-1/01-38/2004-239 о праве общей долевой собственности ФИО6 на 1/3 доли в праве общей долевой собственности на 2-х комнатную квартиру, находящуюся по адресу 

<

...>, общей площадью 39,2 кв.м. кадастровый № 59:01:4410675:39, об обязании органа государственной регистрации, кадастра и картографии восстановить запись о государственной регистрации права № 59-1/01-38/2004-240 о праве общей долевой собственности ФИО6 на 1/3 доли в праве общей долевой собственности на 2-х комнатную квартиру, находящуюся по адресу 

<

...>, общей площадью 39,2 кв.м. кадастровый № 59:01:4410675:39.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 16.11.2022 (резолютивная часть от 09.11.2022) в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, финансовый управляющий обратился с апелляционной жалобой, в которой просит указанный судебный акт отменить, заявленные требования удовлетворить.

Финансовый управляющий ссылается на то, что выводы суда о недоказанности управляющим того, что дефекты оспоренной сделки не охватываются диспозициями п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве и ст. 103 Закона о банкротстве противоречат имеющимся в деле доказательствам. Отмечает, что при оспаривании сделки им были заявлены нормы ст.ст. 10, 168, 170 ГК РФ. Указывает, что как до, так и после дарения должник осуществлял пользование своей долей квартиры, о чем свидетельствует факт его проживания в квартире после расторжения брака. Со стороны матери должника каких-либо действий, направленных на прекращение права пользования квартирой в отношении сына не предпринималось. Полагает, что совершая сделку, стороны не имели намерения создать правовые последствия в виде безвозмездного отчуждения, воля сторон не была на это направлена, документа, подтверждающего передачу дара, финансовому управляющему не представлено, что свидетельствует о мнимости сделки. Указывает, что выводы суда о том, что должник не проживал в подаренной квартире после совершения сделки, опровергаются пояснениями ответчика и материалами дела. По мнению финансового управляющего, целью оспариваемой сделки являлся вывод ликвидного имущества должника во избежание обращения взыскания на него. Оспаривает выводы суда о том, что на момент совершения сделки должник не имел просроченных обязательств перед кредиторами. Указывает также на отсутствие у должника собственных доходов даже для обеспечения необходимого прожиточного минимума, что свидетельствует об использовании заемных денежных средств. Также полагает, что в действиях сторон сделки имелось превышение дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, злоупотребление правами. Кроме того, ссылается на то, суд не провел надлежащую оценку представленных доказательств по спору.

До судебного заседания от ФИО6, ответчика ФИО6 поступили письменные отзывы об отказе в удовлетворении апелляционной жалобы. От конкурсного кредитора ФИО2 поступил письменный отзыв с приложением дополнительных документов, в котором кредитор просил апелляционную жалобу удовлетворить.

В судебном заседании  представитель ФИО7 заявило ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных документов, приложенных к отзыву (выписок по счету ФИО6).

Представитель ФИО6 возражал.

Ввиду того, что ФИО2 не доказана невозможность предоставления названных выше документов в суд первой инстанции, ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных документов рассмотрено и отклонено на основании ч. 2 ст. 268 АПК РФ.

Финансовый управляющий и представитель ФИО2 доводы апелляционной жалобы поддержали, представитель ФИО6 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по мотивам, изложенным в отзыве.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в судебное заседание не направили, что в силу статей 156, 266 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом, решением суда от 03.02.2022 ФИО6 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО5.

В ходе рассмотрения дела о несостоятельности (банкротстве) должника финансовым управляющим выявлена подозрительная сделка должника – договор дарения доли в праве общей долевой собственности на квартиру от 24.04.2017 (далее – договор дарения), по условиям которого должник (даритель) безвозмездно передал ответчику, являющемуся матерью должника, 1/3 доли в праве общей долевой собственности на 2-хкомнатную квартиру, находящуюся по адресу: 

<

...>, общей площадью 39,2 м?, кадастровый № 59:01:4410675:39. 

Полагая указанный договор дарения недействительной сделкой на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с требованием о признании ее недействительной.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что на дату заключения оспариваемого договора должник не имел просроченных обязательств перед кредиторами, доказательства осведомленности ответчика о наличии у должника финансовых обязательства перед кредиторами не представлены, спорная сделка совершена в рамках обычных семейных отношений, не имела своей целью причинение вреда кредиторам, а также в связи с недоказанностью финансовым управляющим наличия у оспариваемой сделки дефектов, не охватываемых диспозицией пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Исследовав материалы дела в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, оценив доводы апелляционной жалобы, отзывов, заслушав лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены (изменения) судебного акта суда первой инстанции в силу следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в данном Федеральном законе.

В силу пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

При этом с учетом разъяснений, содержащихся в постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Правонарушение, заключающееся в безвозмездном отчуждении ликвидного актива, причиняющее ущерб конкурсной массе и, как следствие, наносящее вред имущественным правам кредиторов должника, является основанием для признания соответствующих сделок недействительными по специальным правилам, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно сложившейся судебной практике применение статьи 10 ГК РФ при оспаривании сделок  возможно лишь в том случае, когда речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок.

Закрепленные в статье 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статьи 10 ГК РФ исходя из общеправового принципа «специальный закон вытесняет общий закон», определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения.

Таким образом, с целью квалификации сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пункте 1 постановления Пленума от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации», добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Из материалов дела следует, что оспариваемая финансовым управляющим сделка совершена за пределами установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве трехлетнего срока до даты возбуждения производства по настоящему делу о банкротстве, в связи с чем не может быть оспорена по специальным основаниям главы III.1 Закона о банкротстве.

В силу изложенного, заявление финансового управляющего могло быть удовлетворено только лишь в том случае, если он доказал наличие в оспариваемых перечислениях пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки. В отношении данного подхода сформирована устойчивая судебная практика (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886, от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069, от 26.01.2022 № 304-ЭС17-18149(10-14)).

В то же время правовая позиция финансового управляющего по существу сводится к тому, что целью, которую осознавали и желали достичь должник и ответчик, являлся вывод активов должника (доля в праве собственности на жилое помещение) в пользу аффилированного лица (мать должника) в ущерб кредитору должника, обязательства перед которым существовали на момент совершения сделки.

Вместе с тем, направленность сделки на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, может явиться основанием для признания соответствующей сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В данном случае, ссылаясь на необходимость квалификации сделки в качестве недействительной (ничтожной) в соответствии со статьей 10 ГК РФ, финансовый управляющий не указывает, чем в условиях конкуренции норм о недействительности сделки выявленные нарушения выходили за пределы пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Соответствующие доказательства из материалов дела и установленных судом обстоятельств не усматриваются.

При указанных обстоятельствах у суда не имеется оснований для признания сделки недействительной на основании статьи 10 ГК РФ, а также по специальным основаниям, учитывая, что сделка не входит в период подозрительности.

Более того, апелляционный суд учитывает установленные судом первой инстанции следующие обстоятельства. 

Жилое помещение (квартира), расположенная по адресу: 

<

...>, общей площадью 39,2 м?, кадастровый № 59:01:4410675:39, получена семьей С-ных (должник – ФИО6, мать – ФИО6, отец – ФИО8) в собственность на основании договора безвозмездной передачи квартир в долевую собственность граждан от 15.11.2004 № 2074/2004. 

В период брака со ФИО6 должником в 2014 году приобретено жилое помещение для проживания своей семьи. 

Безвозмездное отчуждение принадлежащей должнику доли в праве собственности на жилое помещение в пользу своей матери обусловлено тем, что должник как до совершения оспариваемой сделки, так и после ее совершения в спорном жилом помещении не проживал. Обстоятельства, связанные с тем, что должник зарегистрирован по месту жительства в данном жилом помещении, не подтверждают факт того, что должник действительно проживал по указанному адресу. Кроме того, должником и ответчиком даны пояснения о том, что регистрация в спорной квартире была сохранена для прикрепления к медицинскому учреждению, поскольку должник является инвалидом с детства, имеется необходимость прохождения осмотра и освидетельствований. 

Как следует из пояснений ответчика, данных в судебном заседании в суде первой инстанции, у него имелось намерение продать спорное жилое помещений в целях приобретения жилого помещения, расположенного вблизи от места проживания должника; о наличии у должника неисполненных обязательств перед кредиторами ответчик не был осведомлен.

При этом, учитывая, что предметом оспариваемой сделки является доля в праве собственности на имущество, а также то, что ответчик был зарегистрирован в спорном жилом помещении до совершения сделки, отсутствие акта-приема передачи не указывает на мнимость сделки.

Раздел 4 оспариваемого договора содержит данные информационных ресурсов, полученные нотариусом, из которых, в том числе, следует, что ограничения по лицам у участников сделки отсутствуют, в отношении участников сделки процедура банкротства не применена.

Какие-либо пояснения и доказательства, подтверждающие злоупотребление ответчиком принадлежащими ему правами, материалы дела не содержат.

Доводы финансового управляющего о наличии у должника на дату совершения оспариваемой сделки неисполненных обязательств перед кредиторами не могут быть приняты апелляционным судом в качестве обстоятельств, указывающих на наличие в действиях обеих сторон сделки признаков злоупотребления правом, поскольку как указано самим финансовым управляющим между кредитором ФИО2 и должником 18.12.2017 заключено дополнительное соглашение о предоставлении отсрочки (рассрочки) платежа по договору инвестирования от 15.09.2016 сроком до 31.05.2018, задолженность перед ПАО «Сбербанк» в настоящее время отсутствует, требования ФИО9 к включению в реестр требований кредиторов должника не предъявлены.

Фактически, осуществляя безвозмездную передачу доли в праве собственности на жилое помещение в пользу своей матери, должник действовал в интересах своих родителей, постоянно проживающих в спорном жилом помещении.

Также апелляционный суд принимает во внимание, что поведение должника и заинтересованного по отношению к нему лица (его матери) соотносится со стандартным поведением участников гражданского оборота в рамках аналогичной ситуации. При этом не доказано, что при совершении оспариваемой сделки преследовались цели, отличные от целей, обычно преследуемых при совершении соответствующего вида сделок.

Таким образом, вопреки доводам финансового управляющего и кредитора, суд первой инстанции полно и всесторонне оценил доводы лиц, участвующих в деле, и представленные ими доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и дал им надлежащую правовую оценку. Выводы суда первой инстанции соответствуют доказательствам, имеющимся в деле, установленным фактическим обстоятельствам и основаны на правильном применении норм права.

Иного из материалов дела не следует, вопреки доводам апеллянта не доказано. Ссылки апеллянта на обратное, подлежат отклонению, как противоречащие фактическим обстоятельствам настоящего спора.

При указанных обстоятельствах, основания для отмены или изменения решения суда первой инстанции по приведенным в апелляционной жалобе доводам отсутствуют, нормы материального и процессуального права применены судом верно.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта в соответствии со ст. 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы относятся на заявителя.

Руководствуясь статьями  110, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пермского края от 16 ноября 2022 года по делу № А50-28676/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Взыскать со ФИО6 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 3 000 руб.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

 

Председательствующий

 

М.С. Шаркевич 

 

 

Судьи

 

В.И. Мартемьянов 

 

 

 

М.А. Чухманцев