ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: i№fo@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тула

 

Дело № А09-3664/2018

20Ап-42/2020, 20 АП-156/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 15.10.2020

Постановление в полном объеме изготовлено  22.10.2020

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Афанасьева Е.И., судей Волошиной Н.А. и Волковой Ю.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, в отсутствие лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2 и общества с ограниченной ответственностью «АгроКом» на определение Арбитражного суда Брянской области от 09.12.2019 по делу № А09-3664/2018 (судья Артемьева О.А.), принятое по требованию ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Дерюгино» задолженности в размере 240 230 рублей 96 копеек, 

 

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Нива» (далее - ООО «Нива») обратилось в Арбитражный суд Брянской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Дерюгино» (далее - ООО «Дерюгино», должник) несостоятельным должником (банкротом).

Определением суда от 15.11.2018 заявление кредитора признано обоснованным, в отношении должника – ООО «Дерюгино» введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО4.

Решением суда от 03.04.2019 (резолютивная часть объявлена 01.04.2019) ООО «Дерюгино» признано несостоятельным должником (банкротом), открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, то есть до 01.10.2019, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на временного управляющего ФИО4

11.06.2019 в арбитражный суд поступило требование ФИО3 о включении в реестр требований ООО «Дерюгино» задолженности в размере 240 230 рублей 96 копеек, в том числе: 220 000 рублей 00 копеек - неосновательное обогащение, 20 230 рублей 96 копеек – проценты за пользование чужими денежными средствами.

Определением суда от 09.12.2019 в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Дерюгино» включены требование ФИО3 в размере       240 230 рублей 96 копеек, в том числе: 220 000 рублей – основной долг и 20 230 рублей 96 копеек – проценты за пользование чужими денежными средствами.

В жалобе (с учетом дополнения) ФИО2 просит определение суда от 09.12.2019 отменить, в удовлетворении заявленных требований отказать. По мнению заявителя жалобы, сделки ФИО3 с ООО «Дерюгино» являются ничтожными и не порождают каких-либо прав и обязанностей для должника.

В жалобе ООО «АгроКом» просит определение суда от 09.12.2019 отменить, в удовлетворении заявленных требований отказать. По мнению заявителя жлобы, судом неполно исследованы обстоятельства дела. Ссылается на то, что ФИО3 с 12.12.2018 по 15.10.2019 являлся генеральным директором ООО «Дерюгино», в связи с чем имел доступ к бухгалтерской документации должника. Указывает на то, что судом не проверено основание для внесения спорных денежных средств в кассу должника и как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности. Отмечает, что ФИО3 не представлено доказательств, которые подтверждали, что финансовое положение кредитора (с учетом его дохода) позволяло предоставить соответствующие денежные средства должнику.

            Лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, в суд апелляционной инстанции не явились, своих представителей не направили.

В соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) судебное заседание проведено в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса, их представителей, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания. 

Обжалуемый судебный акт проверен судом апелляционной инстанции в порядке статей 266 и 268  АПК РФ в пределах доводов апелляционных жалоб.

Изучив доводы апелляционных жалоб и материалы дела, Двадцатый арбитражный апелляционный суд считает, что определение подлежит отмене по следующим основаниям.

Согласно статье 32 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, предусмотренным соответствующими статьями Закона о банкротстве, в зависимости от процедуры банкротства,  в отношении должника.

Порядок установления размера требований кредиторов в рамках дела о банкротстве в период процедуры конкурсного производства предусмотрен статьями 100, 142 Закона о банкротстве.

Согласно абзацу 2 пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве установление размера требований кредиторов осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 100 настоящего Федерального закона.

При этом согласно статье 100 Закона о банкротстве кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в любой момент в ходе внешнего управления. Указанные требования направляются в арбитражный суд и внешнему управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность этих требований документов. Указанные требования включаются внешним управляющим или реестродержателем в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

В пунктах 26, 34 постановления  Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что в силу пунктов 3-5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых предъявлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Пунктом 1 статьи 142 Закона о банкротстве установлено, что реестр требований кредиторов подлежит закрытию по истечении двух месяцев с даты опубликования сведений о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства. Данная норма регулирует порядок и сроки закрытия реестра требований кредиторов.

Сообщение о признании ООО «Дерюгино» несостоятельным (банкротом) и об открытии конкурсного производства в отношении должника было опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 66 от 13.04.2019.

Заявление ФИО3 о включении в реестр поступило в арбитражный суд 11.06.2019.

Таким образом, заявление подано в срок, предусмотренный статье 100 Закона о банкротстве, до закрытия реестра требований кредиторов.

Как следует из материалов дела, в обоснование заявленных требований ФИО3 ссылался на то, что 28.08.2017 им  переданы ООО «Дерюгино» денежные средства в размере 220 000 рублей на выплату заработной платы, что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру от 28.08.2017. Обязательство по возврату денежной суммы ООО «Дерюгино» не исполнило.

Согласно расчету кредитора, по состоянию на 08.11.2018 размер задолженности составляет 240 230,96 рублей, в том числе: 220 000 рублей – неосновательное обогащение, 20 230,96 рублей - проценты за пользование чужими денежными средствами.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

В постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.01.2013 № 11524/12 указано, что для возникновения обязательств из неосновательного обогащения необходимы приобретение или сбережение имущества за счет другого лица, отсутствие правового основания такого сбережения или приобретения, отсутствие обязательств, предусмотренных статьей 1109 ГК РФ.

При этом основания возникновения неосновательного обогащения могут быть различными: требование о возврате ранее исполненного при расторжении договора, требование о возврате ошибочно исполненного по договору, требование о возврате предоставленного при заключении договора, требование о возврате ошибочно перечисленных денежных средств при отсутствии каких-либо отношений между сторонами и т.п.

По смыслу названных правовых норм по требованию, касающемуся неосновательного обогащения, заявитель должен доказать факт приобретения или сбережения должником имущества (денежных средств) за счет кредитора; отсутствия установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований для приобретения; размер неосновательного обогащения.

В силу пункта 2 статьи 1107 ГК РФ на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими денежными средствами с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АК РФ, суд области пришел к выводу об обоснованности заявленных требований. При этом свой вывод мотивировал тем, что факт передачи ФИО3 денежных средств ООО «Дерюгино» в размере 220 000 рублей подтверждается материалами дела, в том числе квитанцией к приходному кассовому ордеру от 28.08.2017. Возможность предоставления ФИО3 денежной суммы должнику подтверждается представленной в материалы дела информацией из кредитной организации – ПАО Сбербанк со счетов ФИО3 по состоянию на 31.12.2018 (л.д. 74-77). Согласно квитанции к приходному кассовому ордеру от 28.08.2017 основанием получения денежных средств является – «на заработную плату». Доказательства возврата данных денежных средств должником в материалы обособленного спора отсутствуют. Таким образом, размер непогашенной задолженности ООО «Дерюгино» перед ФИО3 составляет 220 000 рублей. Кредитором рассчитаны проценты за период с 29.08.2017 по 08.11.2019 (дата объявления резолютивной части о введении процедуры наблюдения в отношении должника). Расчет процентов за пользование чужими денежными средствами произведен в соответствии с требованиями закона, проверен судом и признан правильным.

Суд апелляционной инстанции не может признать указанный вывод суда области обоснованным.

При этом судебной коллегией учтено, что проверка обоснованности требований кредитора в деле о банкротстве предполагает повышенные стандарты доказывания, исключающие возможность включения в реестр требований, не подтвержденных достоверными и относимыми доказательствами. Это означает обязанность суда проводить более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом, В таком случае основанием ко включению требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга (пункт 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35, определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 № 30-ЭС18-413, от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197).

Как было указано выше, обосновывая заявленные требования, кредитор ссылался на квитанцию к приходному кассовому ордеру от 28.08.2017.

Разъяснениями, содержащимися в абзаце 3 пункта 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», определены общие признаки достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру. Таковыми судам надлежит считать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его дохода) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

В настоящем случае в материалах дела, поступивших, как в суд первой, так и в суд апелляционной инстанции, отсутствуют доказательства, которые бы свидетельствовали о наличии у кредитора денежных средств в сумме, позволяющей передать должнику денежные средства в размере предъявленного требования.

Так, представленные в материалы дела Сведения о наличии счетов и иной информации в отношении ФИО3, предоставленные ПАО Сбербанк России на отчетную дату 31.12.2018 (т.1, л.д. 74- 76), согласно которым ФИО3 имеет 17 открытых счетов, содержат только информацию о номере счета; виде счета; валюте счета; дате открытия счета; дате закрытия счета; остатке денежных средств на счете на отчетную дату; сумме поступивших на счет денежных средств за отчетный период (с 01.01.2018 по 31.12.2018);  доходе,  полученном по счете за отчетный период (с 01.01.2018 по 31.12.2018), При этом указанные Сведения не содержат никаких сведений об операциях с денежными средствами, а также сведений о наличии у ФИО3 денежных средств на дату приходного кассового ордера (28.08.2017).

Расширенные выписки, позволяющие установить реальное движение денежных средств (от кого, куда и на какие цели они потрачены), по указанным счетам в дело не представлены.

Справки о доходах физического лица за 2017 год и 2018 год, согласно которым размер дохода ФИО3 составлял 1 100 355,20 рублей и 1 145 861,40 рублей соответственно, сами по себе достаточными доказательствами не являются. 

Убедительных, достаточных и бесспорных доказательств фактического наличия у заявителя денежных средств в сумме 220 000 рублей перед их передачей должнику, в том числе их хранения у заявителя, снятия со счета также не представлено.

Какие-либо иные доказательства, свидетельствующие о финансовом положении заявителя, которое позволило бы ему предоставить соответствующие денежные средства должнику, в материалах дела отсутствуют.

С целью установления обстоятельств фактического поступления спорных денежных средств в кассу ООО «Дерюгино» и их расходования должником определением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.03.2020 об истребовании доказательств судом апелляционной инстанции у МИФНС № 10 по Брянской области была истребована кассовая книга ООО «Дерюгино» (ИНН 

<

***>) за период август – сентябрь 2017 года; определением апелляционного суда от 19.05.2020  конкурному управляющему ООО «Дерюгино»  предложено представить, в том числе, кассовую книгу ООО «Дерюгино»  за период август – сентябрь 2017 года; доказательства расходования должником суммы денежных средств, заявленной для включения в реестр, отражение суммы задолженности перед заявителем в бухгалтерской отчетности должника.

Согласно ответу ИФНС России № 5 по Брянской области от 14.05.2020 (т.2, л.д. 94), во исполнение определения суда от 26.03.2020,  ООО «Дерюгино» кассовую книгу за период август - сентябрь 2017 года в налоговый орган не представляло.

Согласно отзыву конкурсного управляющего ООО «Дерюгино» из отчета временного управляющего должника от 07.03.2019 следует, что должником представлена в уполномоченный орган отчетность за 2015-2016 год, за 2017 год не представлялась; сведения о дебиторах и кредиторах в инспекцию не представлялись. Определением Арбитражного суда Брянской области от 27.06.2019 у ФИО3 истребованы юридические, бухгалтерские и кадровые документы. Определением Арбитражного суда Брянской области от 20.01.2020 у ФИО2 истребованы юридические, бухгалтерские и кадровые документы. Однако, до настоящего времени бухгалтерская документация, в том числе кассовые документы (кассовая книга с приходными и расходными ордерами) конкурсному управляющему не переданы. Учитывая, что бухгалтерская отчетность должником за 2017 год не сдавалась, бухгалтерская документация не передана конкурсному управляющему, то отсутствуют данные, подтверждающие отражение задолженности ООО «Дерюгино» перед ФИО3 в указанном размере в составе бухгалтерской документации и/или документации.

Из представленного в материалы дела банковской выписки по расчетному счету ООО «Дерюгино» в АО «Россельхзбанк» за период с 01.07.2017 по 28.06.2019   обстоятельств зачисления спорных денежных средств на расчетный счет общества от ФИО3 также не усматривается (т.1, л.д. 40-49).

Судебной коллегией также обращено внимание и на то, что в представленной в материалы дела квитанции к приходному кассовому ордеру от 28.08.2017 на сумму 220 000 рублей в графе «принято от» указано «через ФИО3 АО «Россельхзбанк», в графе «основание» - «на заработную плату».

В свою очередь, из банковской выписки по расчетному счету ООО «Дерюгино» в АО «Россельхзбанк» за период с 01.07.2017 по 28.06.2019 следует, что 28.08.2017 по операции  № 1868 с банковского счета в кассу общества денежные средства в размере 220 000 рублей на выдачу заработной платы были сняты ФИО5 

При этом какие-либо пояснения по данным обстоятельствам ФИО3 суду не представлены, указанные противоречия не устранены.

Судебной коллегией принято во внимание и то, что документы, подтверждающие факт расходования должником спорных денежных средств, в материалах дела также отсутствуют.

В свою очередь отсутствие вышеперечисленных доказательств не согласуется с разъяснениями пункта 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве».

Учитывая изложенное, судебная коллегия приходит к выводу о непредставлении ФИО3 достаточных доказательств, позволяющих сделать однозначный вывод о фактическом предоставлении должнику спорных денежных средств.

При этом судебной коллегий также принято во внимание, что на основании договора доверительного управления имуществом от 18.08.2017 ФИО3 являлся доверительным управляющим 100 % доли в уставном капитале ООО «Дерюгино» (т.2, л.д. 82-83). 

07.09.2017 в ЕГРЮЛ внесены сведения о ФИО3 как лице, осуществляющем управление долей в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью, переходящей в порядке наследования.

В силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

Как указано в правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556 (1), по смыслу указанной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы заимодавец не участвовал в капитале должника).

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", статья 47 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ "Об акционерных обществах") объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ)) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

 Верховным Судом Российской Федерации сформирована судебная практика, согласно которой при определенных обстоятельствах участнику либо иному аффилированному по отношению к должнику лицу может быть отказано во включении его требования в реестр, в частности, когда заем прикрывал (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации) корпоративные отношения по увеличению уставного капитала либо когда финансирование предоставлялось в рамках реализации публично нераскрытого плана выхода фактически несостоятельного должника из кризиса при условии, что такой план не удалось реализовать (определения от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556(1)(2), от 12.02.2018 № 305-ЭС15-5734(4,5), от 21.02.2018 № 310-ЭС17-17994(1,2)).

При рассмотрении подобной категории дел в каждом конкретном случае надлежит исследовать правовую природу отношений между участником (аффилированным лицом) и должником, цели и источники предоставления денежных средств, экономическую целесообразность и необходимость их привлечения путем выдачи займа, дальнейшее движение полученных заемщиком средств и т.п.

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на то, что требование участника вытекает из факта его участия в обществе, признанном банкротом, на такого участника переходит бремя по опровержению соответствующего довода (пункт 18 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017).

В соответствии с разъяснениями, данными Верховным Судом Российской Федерации в пункта 18 Обзора судебной практики № 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017, не подлежит включению в реестр требований кредиторов должника требование участника должника, основанное на притворной сделке, прикрывающей обязательства, вытекающие из факта участия заявителя в хозяйственном обществе, признанном банкротом.

При рассмотрении настоящего спора в суде апелляционной инстанции  конкурсный кредитор – ООО «АгроКом» также указал на то, что  предоставление указанных денежных средств носило корпоративный характер в виде докапитализации (дофинансирования) должника в кризисной ситуации, а, следовательно, требование ФИО3 не может быть включено в реестр требований кредиторов ООО «Дерюгино». ФИО3 никогда не предоставлял должнику денежные средства безвозмездно, данная сделка не является обычной между ФИО3 и ООО «Лерюгино». По состоянию на 28.08.2017 ООО «Дерюгино» отвечало признакам неплатежеспособности и имело задолженность перед следующими кредиторами ФНС России (определением суда от 30.01.2019 в реестр требований кредиторов включено просроченное обязательство с 10.07.2017 на сумму 837 479,18 рублей), ООО «Реал» (определением суда от 15.11.2018 в реестр требований кредиторов включена задолженность в сумме 4 868 750 рублей), ООО «АгроКом» (определением суда от 08.02.2019 в реестр требований кредиторов включено просроченное обязательство с 01.10.2016 на сумму 2 000 000 рублей); КФХ «Каравай» (определением суда от 22.02.2019 в реестр требований кредиторов должника включено просроченное обязательство с 01.04.2017 в сумме 850 000 рублей); ООО «Меркурий» (определением суда от 21.05.2019 в реестр требований кредитор включена просроченное обязательство с 01.09.2016 в сумме 1 977 000 рублей).

Определениями Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.08.2020 и от 17.09.2020 судом апелляционной инстанции предлагалось ФИО3 представить письменные пояснения на вопрос: какими фактически причинами была вызвана необходимость предоставления денежных средств  ООО «Дерюгино» по приходному кассовому ордеру от 28.08.2017 и с чем была связан необходимость предоставления должнику спорных денежных средств для выплаты заработной платы, соответственно.

Указанные определения суда апелляционной инстанции ФИО3 исполнены не были. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

При этом судебной коллегией также обращено внимание на то, что кредитором не представлено в материалы дела и доказательств направления требований о возврате денежных средств в адрес должника до заявления указанного требования в деле о несостоятельности (банкротстве).

В отзыве на апелляционные жалобы конкурсным управляющим ООО «Дерюгино» указано, что из отчета временного управляющего ООО «Дерюгино» от 07.03.2019 следует, что с 31.08.2017 не совершались операции по счету, с указанной даты должник фактически прекратил свою деятельность.

Соответственно, вышеуказанное позволяет сделать вывод о том, что в любом случае предоставление спорных денежных средств следует расценивать как факта участия заявителя в хозяйственном обществе.

 С учетом вышеизложенного, судебная коллегия считает, что правовые основания для удовлетворения требований ФИО3 у суда первой инстанции отсутствовали, в связи с чем определение суда от 09.12.2019 следует отменить, в удовлетворении требований ФИО3 отказать.

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Брянской области от 09.12.2019 по делу                                    № А09-3664/2018 отменить.

ФИО3 в удовлетворении требований о включении в реестр требований ООО «Дерюгино» задолженности в размере 240 230 рублей 96 копеек отказать.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение месяца со дня изготовления постановления в полном объеме. В соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба на постановление подается через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий

Е.И. Афанасьева

Судьи

                          Ю.А. Волкова

                          Н.А. Волошина