ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,  

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 

<

***>, факс: 

<

***> 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Ессентуки Дело № А63-20946/2024 15.09.2025  

Резолютивная часть постановления объявлена 03.09.2025. Полный текст постановления изготовлен 15.09.2025. 

 Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Семенова М.У., судей Егорченко И.Н., Цигельникова И.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Прикота А.О., при участии в судебном заседании представителя индивидуального предпринимателя ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 26.09.2024, в отсутствие иных лиц, участвующих, надлежащим образом извещенных о времени и месте проведения судебного заседания, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 на решение Арбитражного суда Ставропольского края от 13.05.2025 по делу № А63-20946/2024,  

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО1 обратился  

в Арбитражный суд Ставропольского края с исковым заявлением к закрытому  

акционерному обществу Сельскохозяйственное предприятие «Русь», о взыскании суммы  

штрафа в размере 6 300 000 руб., расходов на оплату услуг представителя в размере 100  

000 руб., расходов на оплату государственной пошлины в размере 214 000 руб. 

Определением от 25.03.2025 судом принято к рассмотрению встречное исковое  

заявление закрытого акционерного общества Сельскохозяйственное предприятие «Русь»,  

к индивидуальному предпринимателю ФИО1, о  

взыскании 4 200 000 руб. суммы неосновательного обогащения в виде неотработанного  

аванса по договору № П-02072024/02 (на выполнение сельскохозяйственных работ) от  

02.07.2024. 

Решением от 13.05.2025 суд отказал ИП ФИО1 в удовлетворении иска о взыскании штрафа, а встречные исковые требования ЗАО СХП «Русь» о взыскании неотработанного аванса в размере 4 200 000 рублей удовлетворил.  

Решение мотивировано тем, что истец своевременно не предоставил сельскохозяйственную технику к месту и сроку выполнения работ, предусмотренных договором, надлежащих доказательств выполнения работ не представил, в связи с чем договор был прекращён по воле заказчика, обязательства перестали иметь силу, а выплаченный аванс подлежит возврату как неосновательное обогащение. Суд сделал вывод, что стороны, действуя в рамках возмездного оказания услуг, не достигли результата, имеющего значение для заказчика, все ключевые обстоятельства основания для истребования штрафа и удержания аванса истцом не подтверждены надлежащими доказательствами.  

Не согласившись с указанным судебным актом, ИП ФИО1 подал апелляционную жалобу, в которой заявил о нарушении судом первой инстанции норм материального и процессуального права, ошибочной оценке обстоятельств дела и доказательств, просил отменить решение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт.  

Жалоба мотивировано следующими доводами: 

суд первой инстанции неверно определил момент и порядок прекращения  

(расторжения) договора, ошибочно применил п. 2 ст. 450.1 и абз. 2 п. 4 ст. 453 ГК РФ; 

ЗАО СХП “Русь” не направляло подрядчику уведомление об одностороннем  

расторжении договора, как того требует п. 1 ст. 450.1 ГК РФ и разъяснения Пленума ВС  

РФ № 54 от 22.11.2016, соответственно договор не был прекращён ни по закону, ни по  

соглашению сторон; 

суд необоснованно отказал в допросе свидетелей, нарушил нормы АПК РФ, а  

также неправомерно признал исполнение/неисполнение обязательств по договору; 

суд неполно выяснил обстоятельства дела, неправильно истолковал и применил  

условия договора, в частности относящиеся к месту исполнения, количеству техники,  

срокам; 

выводы суда по вопросу территориального нахождения полей и маршрута техники  

ошибочны, не учтен тот факт, что уборочные площади могли располагаться за пределами  

села Орловка и иметь общие границы с другими хозяйствами; 

суд первой инстанции необоснованно принял доказательства ответчика о  

самостоятельном выполнении уборочных работ, при этом отклонив аналогичные доводы  

истца по вопросу направления техники и объема работ. В отзыве ЗАО СХП «Русь» возражает против апелляционной жалобы, указывая: 

истцом не были представлены доказательства своевременного предоставления уборочной техники к месту исполнения договора;  

сроки выполнения работ имеют существенное значение в связи с особенностями агротехнологий и при их пропуске услуги утрачивают значение для заказчика;  

заказчик вправе был отказаться от исполнения договора на основании его условий, работы выполнил собственными силами, доказательства представлены;  

возврат неосвоенного аванса обоснован применительно к абз. 2 п. 4 ст. 453 ГК РФ; 

доводы жалобы основаны на неверном толковании договора и не опровергают выводов суда первой инстанции.  

Проверив законность вынесенного решения и правильность применения норм материального и процессуального права в соответствии с требованиями статей 268 – 271 АПК РФ, изучив и оценив в совокупности все материалы дела, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.  

Из материалов дела установлено, что 02.07.2024 между индивидуальным предпринимателем ФИО1 (далее – подрядчик) и закрытым акционерным обществом Cельскохозяйственное предприятие «Русь» (далее – заказчик) был заключен договор подряда № П-02072024/02 на выполнение сельскохозяйственных работ. В соответствии с условиями договора подрядчик обязался произвести механизированную уборку сельскохозяйственных культур урожая 2024 года на площади 3 000 (+/-10%) гектаров по цене 4 200 рублей за гектар, а заказчик, в свою очередь, принять результат работ и оплатить его в соответствии с договорными условиями.  

Определением договора, а также дополнительного соглашения № 1 от 02.07.2024, соглашены и уточнены наименование сельскохозяйственных культур, местонахождение полей (работ), сроки выполнения, стоимость работ, порядок оплаты и иные условия. В частности, стоимость всех работ по договору составила 12 600 000 рублей. В соответствии с пунктом 2.1 дополнительного соглашения подрядчик получает вознаграждение в размере 4 200 рублей за 1 гектар убранной площади; согласно пункту 2.2 дополнительного соглашения заказчик обязан произвести предварительную оплату (аванс) в размере 4 200 000 рублей до 03.07.2024 за первые 1 000 гектаров, с аналогичной последовательной оплатой за следующие участки.  

Согласно условиям договора (п. 2.1.3), заказчик обязан не допускать к проведению работ на определённых в дополнительном соглашении площадях технику других организаций при условии соблюдения подрядчиком стандартов работы. Подрядчик,  

согласно п. 2.2.4 договора и дополнительному соглашению, обязан обеспечить своими силами доставку пяти исправных комбайнов и необходимого оборудования к месту работы, а также сопровождение техники.  

После заключения договора и подписания дополнительного соглашения № 1 подрядчик, по его утверждению, обеспечил своевременную доставку исправных комбайнов к месту выполнения работ. Вместе с тем подрядчик заявляет, что заказчик не исполнил обязательства по предоставлению необходимых объёмов уборочных площадей, допустил к работам технику иных организаций, в результате чего подрядчик понёс дополнительные расходы и не смог выполнить объём работ, предусмотренный договором.  

Пунктом 6.1 договора предусмотрено, что при несоблюдении заказчиком обязанности по недопущению техники других организаций и (или) непредоставлении объёмов уборочных площадей, при условии исполнения подрядчиком своих обязательств, заказчик обязан выплатить подрядчику штраф в размере 50% стоимости работ по не предоставленным площадям.  

Указав, что в адрес заказчика 01.08.2024 была направлена претензия с требованием оплатить штраф в размере 6 300 000 рублей, оставшаяся без удовлетворения, подрядчик обратился в суд с соответствующим иском.  

Определением суда от 25.03.2025 к производству принято встречное исковое заявление ЗАО СХП «Русь» о взыскании с ИП ФИО1 4 200 000 рублей, как суммы неосновательного обогащения в виде неотработанного аванса по вышеуказанному договору, ссылаясь на обстоятельства непредоставления подрядчиком техники и невыполнения работ в предусмотренные сроки.  

Таким образом, в данном деле предметом рассмотрения являются обоснованность требований подрядчика о взыскании штрафа за неисполнение условий договора и встречные требования заказчика о возврате предварительной оплаты как неосновательного обогащения, в свете анализа обязательств сторон по договору, фактических обстоятельств исполнения обязательств, а также соблюдения сторонами договорных сроков, порядка предоставления техники и объёмов работ.  

В соответствии со статьей 309 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ) обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона; односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.  

Согласно пункту 1 статьи 401 ГК РФ лицо, не исполнившее или ненадлежаще исполнившее обязательство, несет ответственность при наличии вины, если иное не предусмотрено законом или договором.  

В силу статьи 431 ГК РФ при толковании условий договора берется во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений; в случае неясности условия договора истинный смысл устанавливается исходя из сопоставления с иными условиями, общим смыслом договора и явно выраженной волей сторон.  

В соответствии со статьей 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.  

Согласно пункту 1 статьи 720 ГК РФ заказчик обязан в сроки и в порядке, которые предусмотрены договором, с участием подрядчика осмотреть и принять выполненную работу (ее результат), а при наличии недостатков немедленно заявить об этом подрядчику.  

Положения главы 39 ГК РФ регулируют отношения по возмездному оказанию услуг. Согласно статье 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определённые действия или осуществить определённую деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги. Статья 783 ГК РФ предусматривает, что к отношениям по возмездному оказанию услуг применяются положения о подряде, если это не противоречит существу этих обязательств.  

Пункт 2 статьи 450.1 ГК РФ устанавливает, что при одностороннем отказе от исполнения договора, когда такой отказ допускается законом или договором, договор считается расторгнутым с момента получения одной из сторон соответствующего уведомления, если иное не установлено законом или условиями договора.  

Пункт 4 статьи 453 ГК РФ предусматривает, что при расторжении договора обязательства сторон прекращаются; в случае, если до расторжения договора одна из сторон получила исполнение, а встречное исполнение предоставлено не было, к этим отношениям применяются правила о неосновательном обогащении.  

Статья 1102 ГК РФ устанавливает, что лицо, без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований, приобретшее или сберегшее имущество за счет другого лица, обязано возвратить таковое в качестве неосновательного обогащения.  

Кроме того, в силу статей 65 и 71 АПК РФ каждая сторона должна доказать обстоятельства, на которые ссылается, а все доказательства суд оценивает по своему внутреннему убеждению исходя из их относимости, допустимости, достоверности и достаточности.  

Суд первой инстанции квалифицировал отношения сторон как договорные по смыслу главы 39 ГК РФ (возмездное оказание услуг), а не чистый подряд, исходя из того, что для заказчика ценность представляла именно деятельность по уборке урожая к строго определенному сроку. Апелляционный суд соглашается с такой оценкой, учитывая буквальное толкование предмета договора, анализа условий договоров и дополнительных соглашений, а также практики Пленума ВС РФ и ВАС РФ (Постановление ВАС РФ от 27.04.2010 № 18140/09).  

Судебная коллегия апелляционной инстанции, исследовав материалы дела, даёт подробную оценку первоначальному исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО1 о взыскании с закрытого акционерного общества Сельскохозяйственное предприятие «Русь» суммы штрафа в размере 6 300 000 рублей, расходов на оплату услуг представителя и расходов по уплате государственной пошлины, и подробно мотивированно отклоняет приведённые в заявлении доводы, подтверждая правильность и обоснованность выводов суда первой инстанции по следующим основаниям.  

В обоснование своих требований истец (ИП ФИО1) ссылался на обусловленное договором подряда № П-02072024/02 и дополнительным соглашением № 1 обязательство ответчика обеспечить предоставление подрядчику объёмов уборочных работ в размере 3 000 гектаров, а также его обязанность не допускать к уборочным работам на оговорённых площадях технику иных организаций (пункт 2.1.3 договора). Истец утверждал, что в полном объёме исполнил свои обязательства по своевременному предоставлению пяти единиц исправной уборочной техники к месту выполнения работ, однако ответчик объёмы работ ему не предоставил и допустил к работам технику других организаций. В качестве последствия, истец просил взыскать с ответчика договорной штраф в размере 50% стоимости не предоставленных площадей (6 300 000 рублей) и соответствующие расходы, ссылаясь на пункт 6.1 договора.  

Судебная коллегия считает доводы истца несостоятельными, а правовую позицию — неправомерной, по следующим основаниям.  

Во-первых, оценив представленные истцом документы (в частности, путевые листы с маршрутами техники, договоры с третьими лицами, а также объяснения истца по поводу перемещения техники), судебная коллегия соглашается с судом первой инстанции, что доказательств доставки и предоставления уборочной техники к месту выполнения работ — а именно по адресу, определённому договором (с. Орловка Будённовского района Ставропольского края), а также факта начала выполнения согласованных работ и готовности к принятию объёмов заказчика, истцом не представлено. Изученные путевые  

листы и GPS-данные подтверждают лишь передвижение техники в направлении и на территории иных населённых пунктов, связанных, в том числе, с исполнением договора с третьим лицом (АО СХП «Терский»), тогда как сведения о прибытии техники непосредственно на поля и производственные объекты ЗАО СХП «Русь» отсутствуют. Кроме того, ни одним письменным доказательством не подтверждено, что комбайны были приняты заказчиком на территории его хозяйства, либо что приемка техники по согласованным условиям договора состоялась.  

Во-вторых, судебная коллегия принимает во внимание, что договорное условие о передаче техники заказчику является существенным, поскольку по характеру спорных работ (уборка урожая в ограниченный агротехнологический период) своевременность и фактическое предоставление техники имеют решающее значение. Как установлено судом первой инстанции, имеется непогашенная и документально неустранённая неопределённость в том, где именно находилась техника и в чьих интересах она работала, в согласованные договором сроки выполнения работ. В материалах дела отсутствуют также акты сдачи-приёмки работ, которыми мог бы подтверждаться хотя бы частичный результат исполнения обязательств со стороны подрядчика.  

В-третьих, судебная коллегия считает ошибочными доводы истца о несоблюдении ответчиком запрета на привлечение к уборочным работам техники иных организаций и о препятствовании выполнению работ подрядчиком. Как достоверно установлено судом первой инстанции, ответчик свои рабочие объёмы по уборке урожая осуществлял исключительно силами своей техники, о чём свидетельствуют представленные путевые листы, договоры лизинга оборудования, и оборотно-сальдовая ведомость по основным средствам. Каких-либо доказательств того, что техника сторонних лиц (кроме планируемой к поставке истцом) использовалась в нарушение условий договора, или что ответчик собственными действиями препятствовал выполнению работ подрядчиком, материалы дела не содержат.  

В-четвёртых, суд первой инстанции обоснованно указал, что истец, придерживаясь принципов разумности и добросовестности (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), обязан был заблаговременно письменно уведомить заказчика о появлении препятствий для исполнения обязательств по договору (например, невозможность прибытия техники, проблемы идентификации площадей или иные затруднения), чего по материалам дела не сделано. Показания, предоставленные в устной форме, не заменяют письменных доказательств исполнения либо надлежащей организации исполнения обязательств подрядчиком.  

В-пятых, судебная коллегия отмечает, что для наступления ответственности заказчика в виде взыскания договорного штрафа, согласно пункту 6.1 договора, требуется соблюдение двух совокупных условий — наличие вины заказчика в непредоставлении площадей и доказанный факт исполнения подрядчиком своих обязательств. Поскольку факт исполнения подрядчиком своих существенных обязательств надлежащим образом и в установленные договором сроки не подтверждён, основания для взыскания штрафа отсутствуют.  

Таким образом, по результатам всесторонней проверки доводов стороны истца, оценки доказательств и анализа условий договора судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о недоказанности истцом фактического исполнения обязательств по договору и отсутствия вины заказчика в непредоставлении площадей. В связи с этим исковые требования индивидуального предпринимателя ФИО1 о взыскании суммы штрафа, расходов на оплату услуг представителя и расходов по уплате государственной пошлины обоснованно оставлены без удовлетворения судом первой инстанции. Оснований для отмены соответствующего судебного акта по мотивам, изложенным в апелляционной жалобе, не установлено.  

Судебная коллегия апелляционной инстанции, исследовав встречное исковое заявление Закрытого акционерного общества Сельскохозяйственное предприятие «Русь» к индивидуальному предпринимателю ФИО1 о взыскании суммы 4 200 000 рублей как неосновательного обогащения, в полном объеме соглашается с выводами арбитражного суда первой инстанции, считает их подробными, обоснованными и соответствующими положениям гражданского законодательства и обстоятельствам дела, и приводит следующее.  

В своем встречном иске ЗАО СХП «Русь» обосновывает право на взыскание указанной суммы тем, что в соответствии с договором подряда № П-02072024/02 от 02.07.2024 и дополнительным соглашением № 1 к нему, был осуществлен авансовый платеж в размере 4 200 000 рублей в счет выполнения подрядчиком работ по механизированной уборке сельскохозяйственных культур на площади 1 000 гектаров. По условиям договора обязанность по предоставлению исправной техники в количестве пяти единиц к месту выполнения работ лежала на подрядчике, а дата начала и окончания работ была четко определена в дополнительном соглашении (начало – 03.07.2024–05.07.2024, завершение работ – до 15.07.2024). В случае не предоставления подрядчиком в установленный срок техники заказчик вправе был в одностороннем внесудебном порядке расторгнуть договор.  

В материалах дела содержатся платежные документы, подтверждающие фактический перевод заказчиком аванса подрядчику (платежное поручение № 668 от 04.07.2024). Однако подрядчиком к установленному сроку техника не была предоставлена на хозяйство заказчика, выполнение уборочных работ фактически не началось, каких-либо доказательств выполнения оговоренного в договоре объема работ в деле не имеется. Более того, из материалов дела следует, что предоставленная истцом техника была использована для выполнения аналогичных работ по другому договору с третьим лицом (АО СХП «Терский»), что подтверждается маршрутами движения техники, договором с АО СХП «Терский», а также отсутствием актов передачи техники для работ в хозяйстве заказчика. Также не представлены любые акты сдачи-приемки выполненных работ, накладные, подтверждающие списание техники на поля ЗАО СХП «Русь», или письменная переписка о начале работ или их завершении между сторонами.  

Суд первой инстанции дал надлежащую оценку комплексу доказательств, установив отсутствие надлежащего исполнения истцом существенных условий договора относительно предоставления оговоренной техники по месту выполнения работ в срок. Суд установил, что к моменту окончания договорного срока уборочной кампании заказчик самостоятельно завершил уборку урожая собственными силами, о чем свидетельствуют представленные путевые листы, ведомости, договоры лизинга авалированной техники, а подрядчик не выполнил ни одно из действий, свидетельствующих о выполнении работы в интересах и на хозяйстве заказчика.  

Судом первой инстанции также учтено, что авансовый платеж подрядчику в договоре являлся способом обеспечения исполнения обязательств подрядчика — такой аванс подлежал удержанию только при условии своевременного, надлежащего и полного исполнения работ, что прямо предусмотрено условиями заключенного между сторонами договора (главы 37, 39 ГК РФ). Отсутствие результатов работ, их результата либо встречного исполнения со стороны подрядчика освобождает заказчика от обязанности оплаты и удержания подрядчиком полученного аванса.  

Поскольку договор в силу соглашения сторон и норм права (пункты 2.3.2, 7.1 договора, пункт 2 статьи 450.1 ГК РФ; абзац 2 пункта 4 статьи 453 ГК РФ, статья 1102 ГК РФ) прекратил своё действие вследствие просрочки подрядчика и одностороннего отказа заказчика от исполнения договора, возврат непотраченного аванса признается законом как обязательство по возврату неосновательного обогащения. Данное обстоятельство соответствует позиции высших судебных инстанций, в том числе Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ, согласно разъяснениям в информационном письме от 11.01.2000 № 49.  

Истец, заявляя о невозможности возврата аванса, не только не опроверг доводы встречного иска, но и не предоставил надлежащих доказательств своим встречным аргументам — отсутствуют документы, подтверждающие встречное исполнение, акт приема работ, либо факт получения результата заказчиком. Доводы истца о недопустимости взыскания неосновательного обогащения при формальном отсутствии уведомления о расторжении договора или отсутствии соглашения о его расторжении не принимаются судебной коллегией апелляционной инстанции, поскольку факт прекращения договорных отношений, потеря интереса заказчика к исполнению договора подрядчиком вследствие существенного нарушения сроков исполнения, а также направление требования подрядчику о возврате неотработанного аванса с последующим обращением в суд свидетельствуют о наличии у заказчика соответствующих полномочий и юридических оснований для возврата названной суммы.  

Судебная коллегия отмечает, что с учётом правовой природы авансового платежа, принципа добросовестности, диспозитивности и консенсуальности гражданских обязательств, подрядчик не вправе удерживать за собой денежные средства при отсутствии встречного исполнения и вопреки прямому требованию заказчика.  

Таким образом, совокупность выявленных обстоятельств, надлежащее правовое обоснование позиций сторон и анализ имеющихся доказательств свидетельствует о правильности подхода суда первой инстанции и отсутствии оснований для отмены обжалуемого решения в части удовлетворения встречных исковых требований Закрытого акционерного общества Сельскохозяйственное предприятие «Русь» о взыскании с индивидуального предпринимателя ФИО1 суммы неосновательного обогащения в размере 4 200 000 рублей. Основания для удовлетворения доводов апелляционной жалобы в этой части отсутствуют.  

Доводы апелляционной жалобы о неправомерном применении судом первой инстанции положений пункта 2 статьи 450.1 и пункта 4 статьи 453 Гражданского кодекса Российской Федерации отклоняются, поскольку фактические обстоятельства дела (отсутствие исполнения работ и прекращение хозяйственной необходимости в их выполнении по окончании агротехнических сроков) свидетельствуют об объективной невозможности дальнейшего исполнения договора и утрате у заказчика интереса к таким работам. Независимо от формального порядка одностороннего отказа, в том числе отсутствия направленного уведомления, доказательства прекращения предмета договора, завершения уборочной кампании заказчиком, а также предъявления подрядчику требований о возврате полученного аванса свидетельствуют о прекращении обязательств сторон, что соответствует сложившейся практике применения вышеназванных норм права.  

Ссылка апеллянта на отсутствие письменного уведомления о расторжении договора сама по себе не свидетельствует о наличии у подрядчика права удерживать авансовый платёж при отсутствии встречного исполнения, поскольку исходя из буквального толкования абзаца второго пункта 4 статьи 453 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случае, если встречное исполнение не предоставлено — предварительная оплата подлежит возврату как неосновательное обогащение.  

Доводы о неправильной оценке судом первой инстанции доказательств доставки техники к месту работы, а также факта выполнения обязательств со стороны подрядчика, опровергаются материалами дела: никаких объективных доказательств (документов, подтверждающих приёмку техники заказчиком, подписанных актов, иных надлежащих доказательств начала или выполнения работ в хозяйстве ответчика) апеллянтом не представлено. Суды обеих инстанций установили, что техника фактически направлялась на иные хозяйства, надлежащего исполнения договора подрядчиком не подтверждено.  

Судебная коллегия считает необоснованными доводы апелляционной жалобы о нарушении права на доказательства вследствие отказа в вызове свидетелей, поскольку по смыслу статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации показания свидетелей сами по себе не могут подменять обязательные письменные доказательства надлежащего исполнения договорных обязательств при их отсутствии, а ходатайства о вызове свидетелей были мотивированно отклонены судом первой инстанции.  

Доводы апелляционной жалобы о недостаточном выяснении судом первой инстанции обстоятельств места и срока исполнения договора, а также о неправильном толковании условий договора и природы спорных правоотношений, отклоняются как не соответствующие установленным по делу фактическим обстоятельствам. Суд первой инстанции дал надлежащую правовую и фактическую оценку всем представленным доказательствам, правильно истолковал волю сторон, установил момент прекращения интереса заказчика к исполнению договора согласно специфике договорных работ (уборка урожая в определённые сроки) и исходя из норм действующего законодательства.  

Доводы апелляционной жалобы о несоответствии выводов суда обстоятельствам дела основаны на субъективном толковании фактов со стороны апеллянта и не нашли подтверждения при анализе материалов дела и всех представленных доказательств.  

Таким образом, судебная коллегия не усматривает оснований для удовлетворения апелляционной жалобы; приведённые в ней доводы признаны необоснованными, так как изложенные истцом обстоятельства были всесторонне исследованы судом первой инстанции, не нашли своего подтверждения, надлежащие доказательства в подтверждение  

позиции апеллянта отсутствуют, а решение суда первой инстанции соответствует нормам материального и процессуального права и фактическим обстоятельствам дела.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены судебного акта в любом случае, апелляционным судом не установлено.  

При таких обстоятельствах, руководствуясь статьями 268-271 АПК РФ, апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ставропольского края от 13.05.2025 по делу 

 № А63-20946/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  

обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в двухмесячный срок через  

арбитражный суд первой инстанции. 

Председательствующий М.У. Семенов 

Судьи И.Н. Егорченко 

 И.А. Цигельников