АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. ТюменьДело № А27-14774/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 23 ноября 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 28 ноября 2022 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующегоКачур Ю.И.,

судейФИО7 а С.А.,

ФИО1 – 

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием средств аудиозаписи кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Угольная компания «Инская» ФИО2 (далее – конкурсный управляющий) на определение Арбитражного суда Кемеровской области от 17.08.2021 (судья Димина В.С.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 09.08.2022 (судьи Усанина Н.А., Иванов О.А., Кудряшева Е.В.) по делу № А27-14774/2020 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Угольная компания «Инская» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее – должник, ООО «УК «Инская»), принятые по заявлению конкурсного управляющего о признании недействительным договора поставки от 10.11.2017 № 32/17-УКИ (далее – договор поставки), заключенного между должником и обществом с ограниченной ответственностью «Геохолдинг» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее – ООО «Геохолдинг», ответчик), применении последствий недействительности сделки.

В судебном заседании в здании Арбитражного суда Западно-Сибирского округа приняли участие представители: конкурсного управляющего ФИО2 – ФИО3 по доверенности от 19.10.2022; ООО «Геохолдинг» – ФИО4 по доверенности от 10.01.2022; общества с ограниченной ответственностью «Б-Сервис» (далее – ООО «Б-Сервис») – ФИО5 по доверенности от 27.10.2021.

Суд установил:

в деле о банкротстве ООО «УК «Инская» его конкурсный управляющий 26.05.2021 обратился в Арбитражный суд Кемеровской области с заявлением о признании недействительным договора поставки, заключенного между должником и ООО «Геохолдинг», применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника денежных средств в размере 641 927 851,87 руб.

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 17.08.2021, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 09.08.2022, в удовлетворении заявления отказано.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий просит определение суда первой инстанции от 17.08.2021 и постановление апелляционного суда от 09.08.2022 отменить, принять новый судебный акт, которым удовлетворить заявленные требования. 

В обоснование кассационной жалобы податель приводит следующие доводы: суды не дали должной оценки представленным конкурсным управляющим доказательствам, подтверждающих наличие необходимой совокупности обстоятельств для признания оспариваемой сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве); ООО «УК «Инская» и ООО «Геохолдинг» являются аффилированными лицами через ФИО6, который в период с 16.12.2015 по 30.11.2016 являлся участником ООО «УК «Инская» и его коммерческим директором в период с 02.09.2013 по 31.03.2020, при этом в период с 12.04.2012 по 01.09.2017 был участником и директором ООО «Геохолдинг»); приобретая уголь по цене значительно ниже рыночной и осуществляя его дальнейшую перепродажу по более высокой цене, ООО «Геохолдинг» не могло не понимать вредоносный характер сделки для должника, осуществляющего хозяйственную деятельность с целью извлечения прибыли, которую фактически получал только ответчик; факт заключения спорной сделки в условиях неисполнения существовавших обязательств перед кредиторами, отчуждение активов по существенно заниженной цене, аффилированность сторон сделки, а также поведение ФИО6, являющегося одновременно коммерческим директором ООО «УК «Инская» и конечным бенефициаром ООО «Геохолдинг», свидетельствуют о выводе активов должника на подконтрольную организацию и наличии цели причинения вреда кредиторам в результате совершения оспариваемой сделки; сопоставление размера обязательств должника, учтенных в реестре требований кредиторов (121,9 млн. руб.), с размером ущерба, причиненного в результате заключения и исполнения оспариваемой сделки (минимум 149,9 млн. руб.) подтверждают причинение существенного имущественного вреда правам должника и его кредиторов, который не был бы причинен ООО «УК «Инская», минуя промежуточное звено – ООО «Геохолдинг», если бы должник самостоятельно реализовывал уголь третьим лицам по рыночной стоимости; по результатам судебной экспертизы рыночная стоимость угля, реализованного в пользу ответчика, составила 758 782 060 руб., в то время как цена его приобретения составила 363 628 751,20 руб., а стоимость активов должника на эту дату заключения сделки – 2 896 612 000 руб., следовательно, стоимость угля составляет 26,2 % от балансовой стоимости активов должника, а его реализация ООО «Геохолдинг» произведена по цене более чем в 2 раза ниже рыночной, то есть презумпция цели причинения вреда в связи с совершением сделки по существенно заниженной цене считается доказанной; судами нарушены правила распределения бремени доказывания, учитывая аффилированность сторон сделки, подтвержденную определением суда от 05.04.2021 по настоящему делу; суды пришли к необоснованному выводу об отсутствии признаков неплатежеспособности у должника на момент заключения оспариваемой сделки.

Представленный в материалы дела ответчиком отзыв на кассационную жалобу приобщен к материалам дела в порядке статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

В судебном заседании представители сторон поддержали каждый свои доводы, изложенные в кассационной жалобе и отзыве на нее, ООО «Б-Сервис» поддержало позицию ответчика, просило оставить обжалуемые судебные акты без изменения.

Рассмотрев кассационную жалобу, изучив материалы дела, проверив в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции считает их подлежащими отмене, а обособленный спор направлению на новое рассмотрение в Арбитражный суд Кемеровской области. 

Как усматривается из материалов дела и установлено судами, между ООО «УК «Инская» (поставщик) и ООО «Геохолдинг» (покупатель) заключен договор от 10.11.2017 № 32/17-УКИ, по условиям которого поставщик обязан поставлять, а покупатель принимать и оплачивать угольную продукцию производства акционерного общества «Разрез «Инской», именуемую в дальнейшем «товар или уголь», в количестве, согласованном в приложениях к договору.

По условию пункта 5.1 договора поставки цена товара и порядок расчетов сторонами согласовываются в приложениях к договору и не включают связанные с транспортировкой товара расходы, в том числе причитающиеся железной дороге платежи.

Покупатель в течение десяти дней с момента отгрузки товара производит оплату товара путем перечисления денежных средств на расчетный счет поставщика, а также иными, не запрещенными законодательством Российской Федерации способами (пункт 5.3 договора поставки).

В рамках договора поставки сторонами подписано более 60 приложений, в которых согласовывались качество, стоимость угля и объемы поставок за период с ноября 2017 года по ноябрь 2019 года.

За период действия договора поставки ООО «УК «Инская» поставило ООО «Геохолдинг» 171 321,750 тонн угля на общую сумму 363 628 751,20 руб., который перепродан ответчиком третьим лицам за 641 927 851,87 руб.

Полагая, что в результате заключения оспариваемой сделки между аффилированными лицами должнику и его кредиторам причинен вред в сумме 149 858 020 руб. (разница между суммой, вырученной ответчиком и суммой затрат по его последующей продаже), конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных требований, исходил из отсутствия совокупности предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве условий для признания сделки недействительной.

Апелляционный суд, поддерживая выводы суда первой инстанции, указал на то, что сделки не всегда заключаются строго по рыночной цене, поскольку с учетом конкретных обстоятельств заключения сделок, разумного торга и иных факторов цена товаров и услуг может в определенной степени отклоняться от рыночной, что само по себе не является основанием для вывода о неравноценности встречного предоставления. Проанализировав совокупность представленных в дело доказательств, доводов и возражений сторон, результаты судебной экспертизы, суд апелляционной инстанции посчитал недоказанным факт существенного отклонения цены продажи угля ответчику от рыночной, приняв во внимание полученные ответчиком доходы от последующих сделок (всего 10,17 %), а также цены на уголь, указанные в аналогичных сделках с иными покупателями должника. Кроме того, суд апелляционной инстанции указал на то, что признаки неплатежеспособности у должника появились в ноябре-декабре 2019 года, а не на момент заключения оспариваемой сделки.

Между тем судами не учтено следующее.

В силу положений статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с нормами Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Как указано в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Производство по делу о банкротстве должника возбуждено 08.07.2020, следовательно, оспариваемая сделка заключена и поставки осуществлялись в пределах периодов подозрительности, определенных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания сделки недействительной, отвечающей признакам подозрительности, то есть совершенной должником при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки (пункт 1) или в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (пункт 2).

Право на конкурсное оспаривание в материальном смысле возникает только тогда, когда сделкой нарушается баланс интересов названного сообщества кредиторов и контрагента (выгодоприобретателя), последний получает то, на что справедливо рассчитывали первые (определения Верховного Суда Российской Федерации от 03.08.2020 № 306-ЭС20-2155, от 26.08.2020 № 305-ЭС20-5613, от 28.09.2020 № 310-ЭС20-7837, от 26.01.2022 № 304-ЭС17-18149(10-14)).

Таким образом, положения статьи 61.2 Закона о банкротстве направлены, в первую очередь, на то, чтобы посредством аннулирования подозрительных сделок ликвидировать последствия вреда, причиненного кредиторам должника после вывода активов последнего. Квалифицирующим признаком таких сделок является именно наличие вреда кредиторам, умаление конкурсной массы в той или иной форме. В целях определения того, повлекла ли сделка вред, поведение должника может быть соотнесено с предполагаемым поведением действующего в своем интересе и в своей выгоде добросовестного и разумного участника гражданского оборота. Так, если сделка, скорее всего, не могла быть совершена таким участником оборота, в первую очередь, по причине ее невыгодности, то наиболее вероятно, что сделка является подозрительной. И напротив, если есть основания допустить, что разумным участником оборота могла быть совершена подобная сделка, то предполагается, что условия для ее аннулирования отсутствуют.

Из определения Верховного Суда Российской Федерации от 07.10.2021 № 305-ЭС16-20151(14,15) следует, что судам необходимо проверить разумное предположение о том, мог ли должник, действуя независимо и преследуя правомерные интересы, совершить оспариваемую сделку на таких же условиях с иным кредитором. С этой целью имеет значение установление отношений связанности, аффилированности должника с контрагентом оспариваемой сделки, наличие у них пересекающихся общих интересов, которые могли бы объяснять мотивы заключения сделки.

К случаям неравноценного встречного исполнения обязательств относятся ситуации, когда цена сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При этом, как справедливо учтено судами, значимым является выяснение вопроса о равноценности встречного предоставления со стороны продавца, то есть о соответствии согласованной оспариваемым договором цены имущества его реальной (рыночной) стоимости на момент отчуждения.

Однако помимо стоимостных величин при квалификации сделки во внимание должны приниматься и все обстоятельства ее совершения, указывающие на возможность получения взаимной выгоды сторонами, то есть суд должен исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся вполне убедительным и обоснованным. Только существенное и безосновательное отклонение договорной цены от рыночной может указывать на неравноценность встречного исполнения и, как следствие, на недействительность сделки (определения Верховного Суда Российской Федерации от 27.09.2021 № 306-ЭС19-5887(3), от 24.12.2020 № 306-ЭС20-14567, от 21.12.2020 № 305-ЭС17-9623(7)).

Согласно пункту 6 Постановления № 63 цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества, и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Как следует из абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве), либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункт 7 Постановления № 63).

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать шестом и тридцать седьмом статьи 2 Закона о банкротстве.

Суду следует оценить добросовестность контрагента должника, сопоставив его поведение с поведением абстрактного среднего участника хозяйственного оборота, действующего в той же обстановке разумно и осмотрительно. Существенное отклонение от стандартов общепринятого поведения и в отсутствие убедительных доводов и доказательств о его разумности может указывать на недобросовестность контрагента должника (определения Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 № 305-ЭС21-19707, от 28.04.2022 № 305-ЭС21-21196(2)).

В рассматриваемом случае судами установлено и лицами, участвующими в деле не оспаривается, что ООО «УК «Инская» и ООО «Геохолдинг» являются аффилированными лицами через ФИО6, который являлся участником и коммерческим директором ООО «УК «Инская», а также единственным участником и директором ООО «Геохолдинг».

Кроме того, факт аффилированности сторон сделки установлен определением суда от 05.04.2021 по настоящему делу, которым субординированы требования ООО «Геохолдинг».

Таким образом, заслуживают внимания доводы ответчика о том, что в рассматриваемой ситуации ФИО6 выступал от имени обоих участников сделки: как коммерческий директор должника осуществлял контроль за продажей угля, подписывал отгрузочные документы, определял условия поставок, в том числе характеристики продаваемого товара, а как единственный участник ООО «Геохолдинг» являлся конечным бенефициаром оспариваемых сделок, в связи с чем довод о выводе активов (прибыли) должника на подконтрольное ФИО6 общество за счет деятельности ООО «УК «Инская» мог быть связан с заключением оспариваемой сделки.

Положениями пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве установлены презумпции, которые могут быть использованы при доказывании обстоятельств, необходимых для признания подозрительной сделки недействительной. 

Сам по себе факт заключения сделки должником с аффилированным лицом не является достаточным для вывода о недействительности сделки или ее совершении с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов. В то же время данный факт влияет на распределение бремени доказывания при рассмотрении заявления о признании сделки недействительной.

На стороны подозрительной сомнению сделки, совершенной афиллированными и лицами, не может распространяться презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений, предусмотренная пунктом 5 статьи 10 ГК РФ, поэтому на них должно возлагаться бремя подтверждения наличия разумных экономических мотивов (целесообразности) сделки и реальности хозяйственных операций (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2014 № 309-ЭС14-923, от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647(1), от 25.05.2017 N 306-ЭС16-19749).

Применение к аффилированным лицам более высокого стандарта доказывания собственных доводов обусловлено общностью их экономических интересов, как правило, противоположных интересам иных претендующих на конкурсную массу независимых кредиторов, что предопределяет значительную вероятность внешне безупречного оформления документов, имитирующих хозяйственные связи либо не отражающих истинное существо обязательства, достоверность которых иным лицам, вовлеченным в правоотношения несостоятельности, крайне сложно опровергнуть.

В связи с этим подтверждение соответствия действительности своих утверждений должно производиться лицами, находящимися в конфликте интересов, таким образом, чтобы у суда не оставалось разумных сомнений в том, что фактические обстоятельства являются иными либо объясняются иначе.

По смыслу правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3), наличие у должника в спорный период неисполненных обязательств, вытекающие из которых требования в настоящее время включены в реестр, подтверждают факт его неплатежеспособности в период заключения оспариваемой сделки.

Так, кассатором приводится список кредиторов, чьи требования в настоящее время не погашены и включены в реестр, что ответчиком не опровергнуто. Помимо этого, судами не учтено, что отношения по поставке носили длящийся характер, поэтому определение признаков неплатежеспособности лишь на момент заключения оспариваемой сделки является неверным. В обоснование этого довода конкурсный управляющий указывает на то, что в реестр требований кредиторов должника третьей очереди включена задолженность на общую сумму 121,8 млн. руб., в то время как недополученная прибыль ООО «УК «Инская» составила не менее 149,8 млн. руб., поэтому в результате этой сделки должник лишился существенного дохода, достаточного для погашения реестра, что могло послужить причиной его неплатежеспособности.

Кроме того, недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ).

Отклоняя доводы конкурсного управляющего о неравноценности встречного предоставления по сделке суд апелляционной вслед за ответчиком приводит расчеты полученной ООО «Геохолдинг» прибыли (дохода) от сделки, которые за два года составили около 10,16 %.

Вместе с тем суд апелляционной инстанции, не признавая заключение судебной экспертизы недопустимым доказательством, не принял во внимание его результаты. При постановке вопросов перед экспертом в целях определения его рыночной стоимости уже учтены все возможные расходы, связанные с его поставкой и особенности отгрузки на условиях FCA и EXW Инкотермс 2020, а также качественные характеристики поставляемого товара (марка, калорийность, теплота сгорания). Повторный учет этих критериев и вычет ничем не подтвержденных документально расходов и издержек покупателя судом апелляционной инстанции не мотивирован, также как и необоснованное непринятие во внимание результатов судебной экспертизы по делу.

В то же время, приобретая уголь по цене ниже рыночной (363 628 751,20 руб.) и осуществляя его дальнейшую перепродажу по значительно более высокой цене (641 927 851,87 руб.), ООО «Геохолдинг» не могло не понимать вредоносный характер сделки для должника, осуществляющего хозяйственную деятельность с целью получения прибыли. С учетом результатов судебной экспертизы его рыночная стоимость составила 758 782 060 руб., что уже само по себе свидетельствует о том, что разница в цене является существенной (более чем в 2 раза).

При этом цена отчуждения аналогичного товара другим контрагентам кассатором оспаривается, поскольку весь уголь с наилучшими качественными характеристиками реализовывался преимущественно ответчику, поэтому подобное сравнение некорректно. Но даже если исходить из тождественности поставляемого угля по существенно заниженной цене иным контрагентам, то указанное обстоятельство не может свидетельствовать об отсутствии цели причинения вреда должнику и его кредиторам и нивелировать столь значительный вред.

Фактически ООО «Геохолдинг» выполняло роль промежуточного звена между ООО «УК «Инская» и конечными покупателями угля. Должник продавал уголь ответчику практически по себестоимости (с минимальной наценкой), а всю прибыль по сделке в результате его перепродажи по значительно более высокой стоимости получало ООО «Геохолдинг», в результате чего, по мнению кассатора, происходил вывод активов должника на подконтрольную ФИО6 организацию.

В чем была экономическая выгода для должника от этой сделки стороны не пояснили. Вместо того, чтобы продавать уголь по рыночной цене конечным покупателям, минуя посредника, на котором аккумулировалась вся прибыль от сделки, ООО «УК «Инская» продолжало накапливать долги перед кредиторами, несмотря на то, что ФИО6, будучи коммерческим директором должника, мог непосредственно реализовывать товар напрямую третьим лицам, которые рассчитались с ООО «Геохолдинг». Доказательств обратного ответчиком не представлено (статьи 9, 65 АПК РФ).

При получении ООО «УК «Инская» денежных средств от продажи угля, соответствующих его рыночной стоимости, от ООО «Геохолдинг» или конечных покупателей, должник имел бы возможность рассчитаться с кредиторами, которые в настоящее время находятся в реестре, что также не опровергнуто ответчиком.

Указанные обстоятельства в совокупности с установленной судом заинтересованностью должника и ответчика, заключением спорной сделки в условиях неисполнения существовавших обязательств перед кредиторами, отчуждения угля по существенно заниженной цене, могут свидетельствовать о выводе (перераспределении) активов должника в пользу подконтрольной ФИО6 организации, являются достаточно убедительными для установления наличия цели причинения вреда кредиторам в результате совершения оспариваемой сделки (определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.11.2022 № 307-ЭС17-10793(26-28)). 

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать пятого статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В обоснование наличия вреда кассатор приводит расчет, исходя из которого должник недополучил 149 000 000 руб. (за вычетом принятых во внимание расходов ответчика), 395 000 000 руб. с учетом результатов судебной экспертизы Принимая во внимание указанные обстоятельства вывод суда апелляционной инстанции об отсутствии бесспорных доказательств заключения и исполнения оспариваемой сделки на нерыночных условиях носит преждевременный характер и сделан без учета всех имеющихся в деле доказательств. 

В условиях обычной хозяйственной деятельности и отношений между добросовестными участниками хозяйственного оборота презюмируется, что сделка должна быть выгодна обеим сторонам. В рассматриваемой ситуации именно ООО «Геохолдинг» с достоверностью за пределами разумных сомнений должно доказать наличие экономической целесообразности сделки для должника и отсутствие цели причинения вреда кредиторам. 

С учетом изложенного, судебная коллегия суда кассационной инстанции полагает, что обжалуемые судебные акты подлежат отмене, поскольку выводы судов первой и апелляционной инстанций основаны на не полном исследовании фактических обстоятельств дела и имеющихся в деле доказательств, судебные акты приняты при неправильном применении норм материального и процессуального права, что в соответствии с частью 3 пункта 1 статьи 288 АПК РФ является основанием для отмены судебного акта.

Поскольку для принятия, обоснованного и законного судебного акта требуется исследование и оценка доказательств, а также совершение процессуальных действий, установленных для рассмотрения дела в суде первой инстанции, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий, обособленный спор подлежит передаче на новое рассмотрение в Арбитражный суд Кемеровской области.

При новом рассмотрении обособленного спора суду первой инстанции следует учесть изложенное, рассмотреть спор исходя из достаточности и взаимной связи всех доказательств в их совокупности, с учетом правильного распределения бремени доказывания, установив все обстоятельства, входящие в предмет доказывания и имеющие существенное значение для правильного разрешения спора (наличие или отсутствие признаков неплатежеспособности у должника в спорный период или то, что в результате этой сделки должник стал отвечать признакам неплатежеспособности, существенного вреда от сделки, размер этого вреда или обосновать экономическую выгоду и целесообразность заключения оспариваемой сделки для должника, необходимость продажи угля ответчику, а не напрямую конечным покупателям), руководствуясь положениями действующего законодательства, учесть судебную практику по рассматриваемой категории споров, всесторонне, полно и объективно, с учетом всех имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт.

На основании изложенного, руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, частью 1 статьи 288, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Кемеровской области от 17.08.2021 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 09.08.2022 по делу № А27-14774/2020 отменить. Направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд Кемеровской области.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

Председательствующий Ю.И. Качур

СудьиС.А. ФИО7

ФИО1