ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

Москва

11.10.2019

Дело № А40-72327/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 07.10.2019

Полный текст постановления изготовлен  11.10.2019

 

            Арбитражный суд Московского округа 

в составе: 

председательствующего судьи – Кручининой Н.А., 

судей: Каменецкого Д.В., Холодковой Ю.Е.,

при участии в заседании: 

от ФИО1 и ФИО2 – ФИО3 и ФИО4 по доверенности от 29.05.2019;

ФИО5 (лично, паспорт), 

рассмотрев 07.10.2019 в судебном заседании кассационные жалобы

ФИО1, ФИО5, ФИО2

на определение Арбитражного суда города Москвы от 26.03.2019,

принятое судьей Е.Н. Кондрат,

и на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 10.06.2019,

принятое судьями М.С. Сафроновой, А.С. Масловым, П.А. Порывкиным,

о признании недействительными сделками договора дарения 1/3 доли в праве собственности на квартиру с кадастровым номером 77:08:0009011:4620, заключенного между ФИО2 и ФИО1; договора дарения квартиры с кадастровым номером 77:08:0008008:2659, заключенного между ФИО2 и ФИО1; о применении последствий недействительности сделок,

по делу о признании ФИО5 несостоятельным (банкротом),

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы ФИО5 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реструктуризации долгов гражданина. Финансовым управляющим утвержден ФИО6

            Финансовый управляющий должника ФИО6 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными сделками договора дарения 1/3 доли в праве собственности на квартиру с кадастровым номером 77:08:0009011:4620, площадью 192,2 квадратных метра, расположенной по адресу: Москва, р-н Щукино, ул. Маршала Новикова, д. 12, корп. 2, кв. 42, заключенного между ФИО5 и ФИО1; договора дарения 1/3 доли в праве собственности на квартиру с кадастровым номером 77:08:0009011:4620, площадью 192,2 квадратных метра, расположенной по адресу: Москва, р-н Щукино, ул. Маршала Новикова, д. 12, корп. 2, кв. 42, заключенного между ФИО2 и ФИО1; договора дарения квартиры с кадастровым номером 77:08:0008008:2659, расположенной по адресу: Москва, р-н Строгино, ул. Таллиннская, д. 17, корп. 3, кв. 212, заключенного между ФИО2 и ФИО1; о применении последствий недействительности сделок.

            Определением Арбитражного суда города Москвы от 26.03.2019 частично удовлетворено заявление финансового управляющего должника: признан недействительной сделкой договор дарения 1/3 доли в праве собственности на квартиру с кадастровым номером 77:08:0009011:4620, площадью 192, 2 квадратных метра, расположенной по адресу: Москва, р-н Щукино, ул. Маршала Новикова, д. 12, корп. 2, кв. 42, заключенный между ФИО2 и ФИО1, применены последствия недействительности сделки в виде прекращения права собственности ФИО1 на 1/3 долю в праве собственности на квартиру с кадастровым номером 77:08:0009011:4620, восстановлено право собственности ФИО2 на 1/3 долю в праве собственности на квартиру с кадастровым номером 77:08:0009011:4620;  признан недействительной сделкой договор дарения квартиры с кадастровым номером 77:08:0008008:2659, расположенной по адресу:  Москва, р-н Строгино, ул. Таллиннская, д. 17, корп. 3, кв. 212, заключенный между ФИО2 и ФИО1, применены последствия недействительности сделки в виде прекращения права собственности ФИО1 на квартиру с кадастровым номером  77:08:0008008:2659, восстановлено право собственности ФИО2 на квартиру с кадастровым номером 77:08:0008008:2659.

            Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 10.06.2019 определение Арбитражного суда города Москвы от 26.03.2019 оставлено без изменения.

            Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО1, ФИО5, ФИО2 обратились в Арбитражный суд Московского округа с кассационными жалобами, в которых, ссылаясь на нарушением норм процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, просит обжалуемые определение и постановление отменить и отказать финансовому управляющему должника в удовлетворении заявленных требований. 

            Отзыв на кассационную жалобу суду не представлен.

            В судебном заседании представители ФИО1 и ФИО2, ФИО5 поддержали изложенные в их кассационных жалобах доводы.

Представитель финансового управляющего возражал против удовлетворения кассационных жалоб, пояснил, что не оспаривает судебные акты в части отказа в удовлетворении требований.

            В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте Верховного суда Российской Федерации http://kad.arbitr.ru.

            Иные лица, участвующие в деле, своих представителей в арбитражный суд округа не направили, что согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения кассационных жалоб в их отсутствие.

            Выслушав лиц, участвующих в деле, и их представителей, обсудив доводы кассационной жалобы, проверив в порядке статей 284, 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалуемых судебных актов в обжалуемой части, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит правовых оснований для их отмены ввиду следующего.

            В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

            Как следует из материалов дела, 28.03.2016 между ФИО2 (супругой должника) и ФИО1 (дочерью должника) был заключен договор дарения 1/3 доли в праве собственности на квартиру с кадастровым номером 77:08:0009011:4620, площадью 192, 2 квадратных метра, расположенной по адресу: Москва, р-н Щукино, ул. Маршала Новикова, д. 12, корп. 2, кв. 42. 

            Указанное имущество являлось общей собственностью супругов, поскольку в период с 05.08.1989 по 14.11.2017 ФИО5 состоял в браке с ФИО2, что подтверждается свидетельством о заключении брака № 300967 и свидетельством о расторжении брака серии МЮ № 574103, в связи с чем, на совершение сделок ФИО5 было выдано нотариально удостоверенное согласие.

            Сведений о том, что режим совместной собственности супругов на указанное имущество не распространяется, в материалы дела не представлено.

            Также 28.03.2016 между ФИО2 (супругой должника) и ФИО1 (дочерью должника) был заключен договор дарения квартиры с кадастровым номером 77:08:0008008:2659, расположенной по адресу: Москва, р-н Строгино, ул. Таллиннская, д. 17, корп. 3, кв. 212.

            Полагая, что сделки по отчуждению недвижимого имущества были заключены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов и при злоупотреблении правом, финансовый управляющий должника, ссылаясь на положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

            В своем заявлении финансовый управляющий должника указал на то, что спорное имущество было приобретено супругами, ФИО5 и ФИО2, в период их брака, и на момент совершения оспариваемых сделок являлось их общим имуществом, в связи с чем, супруга, являющаяся заинтересованным лицом, не могла не знать о целях совершения безвозмездных сделок.

            Удовлетворяя заявленные требования в части, суд первой инстанции исходил из того, что финансовым управляющим гражданина ФИО5 доказана совокупность условий, установленных специальными нормами Закона о банкротстве для признания сделок недействительными.

            Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции.

            В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

            Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23.12.2010 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

            Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

            Принимая во внимание дату принятия к производству суда заявления о признании гражданина ФИО5 банкротом (20.04.2018), оспариваемые сделки попадают в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

            Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, в том числе, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника. 

            В силу указанной нормы права, а также исходя из изложенных в пункте 5 Постановления № 63 разъяснений, для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

            При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

            В пункте 7 Постановления № 63 разъяснено, что при решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

            В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ  не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).        

            Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам (кредиторам должника) или создающее условия для наступления вреда (требования кредиторов могут быть не удовлетворены, в частности вследствие совершения сделки по отчуждению имущества должника).

            В соответствии с пунктом 10 Постановления от 30.04.2009 № 32 исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

            Судами установлено, что на момент совершения оспариваемых сделок  ФИО5 имел неисполненные обязательства перед кредитором должника - гражданином ФИО7 в размере 16 500 000 руб., вытекающие из договоров займа заключенных в период с 2010-2011 годы, что подтверждается решением Хорошевского районного суда города Москвы от 07.07.2016 по делу № 2-5107/16.

Неисполнение требований должника перед ФИО7 явилось основанием для возбуждения дела о банкротстве по заявлению ФИО7

            По смыслу статьи 19 Закона о банкротстве супруга должника является заинтересованным по отношению к должнику лицом, ФИО2 на момент отчуждения спорного имущества, находящегося в общей собственности супругов, не могла не знать о наличии у своего супруга неисполненных обязательств перед кредитором, а также о том, что совершение сделок по безвозмездному отчуждению имущества в преддверии возможного банкротства ФИО5 могут повлечь причинение вреда имущественным правам кредиторов.

При  этом суды правомерно указали на то, что имущества было безвозмездно отчуждено в пользу также заинтересованного лица, а именно дочери должника.

            Таким образом, суды пришли к правомерному выводу о том, что в результате безвозмездного отчуждения спорного имущества супругой должника в пользу его дочери, кредиторы ФИО5 лишились возможности удовлетворить свои требования за счет стоимости ликвидного недвижимого имущества.

Доказательств наличия у должника иного ликвидного имущества за счет которого может быть осуществлено погашение кредиторской задолженности в материалы дела не представлено.

            В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

            Выводы судов о наличии у должника признаков неплатежеспособности должника, наличии кредиторов должника, направленности оспариваемых сделок на причинение вреда имущественным интересам кредиторов сделаны судами по результатам комплексного исследования совокупности представленных в материалы дела доказательств, в связи с чем, доводы заявителей опровергаются имеющимися в материалах дела доказательствами.

            Доводы кассационных жалоб ФИО2 и ФИО1 о неправомерном отказе в удовлетворении ходатайств об отложении судебного разбирательства в суде первой инстанции признаются судом округа несостоятельными, поскольку из содержания статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует, что суд по своему усмотрению с учетом характера и сложности дела решает вопрос о возможности отложения судебного разбирательства, следовательно, отложение судебного разбирательства по ходатайству стороны является правом, а не обязанностью суда.

Доводы кассационных жалоб о том, что имеет место преюдиция, поскольку ранее по иску ФИО7 суд обшей юрисдикции уже рассматривал дела о признании оспариваемых договоров дарения как ничтожных сделок по основаниям, предусмотренным нормами статей 10, 168 ГК РФ по делам № 2-4135/2017 и № 2-4136/2017 и отказал в удовлетворении заявленных требований, подлежат отклонению, так как из буквального толкования судебных актов суда первой и апелляционной инстанций следует, что предметом проверки на соответствие оспариваемых сделок дарения являлось проверка соответствия этих договоров статье 170 ГК РФ (мнимость сделок), в  то время как судами оспариваемые договоры дарения признаны недействительными в силу специальных норм Закона о банкротстве (пункт 2 статьи 61.2).

При этом суд кассационной инстанции учитывает выводы сделанные судом общей юрисдикции в решении  Тушинского районного суда города Москвы от 06.12.2017 по делу № 2-5125/17,  в котором судом установлено, что в рамках исполнительного производства возбужденного в связи с принудительным исполнением решения Хорошевского суда города Москвы от 07.07.2016 по делу 205107/16 не было обнаружено у должника кого-либо имущества (недвижимого либо движимого, в том числе денежных средств).

            Исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства, в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды первой и апелляционной инстанций с достаточной полнотой выяснили имеющие значение для дела обстоятельства и пришли к обоснованным выводам, что совершение оспариваемых сделок осуществлено в период неплатежеспособности должника с злоупотреблением правом сторон сделки, в связи с чем был причинен вред имущественным интересам кредиторов должника.

            Указанные в кассационных жалобах доводы были предметом рассмотрения и оценки судов при принятии обжалуемых актов. Каких-либо новых доводов кассационные жалобы не содержит, а приведенные в ней доводы не опровергают правильности принятых по делу судебных актов.

Каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов первой и апелляционной инстанций, в материалы дела не представлено.

            Изложенные в кассационной жалобе доводы направлены на переоценку установленных судами обстоятельств и не свидетельствуют о неправильном применении судами норм права, в связи с чем подлежат отклонению.

            Судом кассационной инстанции также принимается во внимание правовая позиция, содержащаяся в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 16549/12, согласно которой из принципа правовой определенности следует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменено исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

            Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

            Руководствуясь статьями 284-289 Арбитражного процессуального      кодекса Российской Федерации

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 26.03.2019 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 10.06.2019 по делу № А40-72327/2018 в обжалуемой части оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

 

Председательствующий – судья                                              Н.А. Кручинина                    

 

Судьи:                                                                                             Д.В. Каменецкий

 

                                                                                                          Ю.Е. Холодкова