АРБИТРАЖНЫЙ СУД 

ЧУВАШСКОЙ РЕСПУБЛИКИ-ЧУВАШИИ

428000, Чувашская Республика, г. Чебоксары, проспект Ленина, 4 http://www.chuvashia.arbitr.ru/

 

 

 

Именем Российской Федерации

 

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А79-1671/2017

г. Чебоксары

05 сентября 2018 года

Резолютивная часть решения оглашена 29 августа 2018 года.

 

Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии в составе судьи Лазаревой Т.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом заседании суда дело по иску 

индивидуального предпринимателя ФИО2, Россия, 428022, г. Чебоксары, Чувашская Республика, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>,

к индивидуальному предпринимателю ФИО3, Россия, 428000, г. Чебоксары, Чувашская Республика, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>,

о признании договора от 01.02.2016 № А1/2016 расторгнутым, истребовании движимого имущества, взыскании 1 675 326 руб. 37 коп.,

и по встречному иску

индивидуального предпринимателя ФИО3

к индивидуальному предпринимателю ФИО2

о признании заключенным договора аренды от 01.12.2015 № А2/2015 и взыскании 4 159 499 руб. 33 коп.,

при участии:

от ИП ФИО2 – предпринимателя ФИО2 на основании паспорта, представителя ФИО4 по доверенности от 18.04.2018,

от ИП ФИО3 – представителя ФИО5 по доверенности от 15.03.2017,

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – ИП ФИО2) обратилась в арбитражный суд с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО3 (далее – ИП ФИО3) о расторжении договора аренды от 01.02.2016 № А1/2016, истребовании из незаконного владения ответчика и возврате истцу движимого имущества.

Исковое требование основано на статьях 301, 450, 650 Гражданского кодекса Российской Федерации и мотивировано тем, что ИП ФИО3 создает предпринимателю ФИО2 препятствия в пользовании арендованным помещением, а также незаконно удерживает ее имущество, находившееся в арендованном помещении.

Определением суда от 28.04.2017 дело № А79-1671/2017 объединено с делом № А79-1869/2017 для совместного рассмотрения, объединенному делу присвоен   № А79-1671/2017.

В рамках дела № А79-1869/2017 предпринимателем ФИО2 заявлено требование к предпринимателю ФИО3 о взыскании 826 834 руб. 51 коп. неосновательного обогащения, 3 171 руб. 42 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 16.02.2017 по 01.03.2017 и далее по день фактического возврата суммы неосновательного обогащения. 

Требование мотивировано тем, что в период с 01.12.2015 по 12.01.2017 в порядке исполнения договора аренды от 01.02.2016 № А1/2016 истцом внесена арендная в плата в большем размере, чем это предусмотрено условиями договора.

Определением от 28.09.2017 к производству суда для рассмотрения совместно с первоначальным иском принято встречное исковое заявление ИП ФИО3 к ИП ФИО2 о признании заключенным договора аренды от 01.12.2015 № А2/2015, взыскании 1 208 148 руб. 39 коп. долга по постоянной части арендной платы за период с 01.12.2015 по 10.01.2017, 89 123 руб. 05 коп. долга по переменной части арендной платы за период с 01.12.2015 по 10.01.2017, 2 659 685 руб. 71 коп. неустойки по постоянной части арендной платы за период с 16.12.2015 по 21.09.2017 и далее по день фактической оплаты долга, 202 542 руб. 18 коп. неустойки по переменной части арендной платы за период с 11.01.2016 по 21.09.2017 и далее по день фактической оплаты долга.

Встречный иск мотивирован тем, что фактически сторонами исполнялся не договор аренды от 01.02.2016 № А1/2016, а договор аренды от 01.12.2015 № А2/2015, предполагающий сдачу в аренду нежилых помещений  - комнат № 6-17 общей площадью 129,52 кв.м., расположенных по адресу: 

<

...>, и наличием за предпринимателем ФИО2 задолженности по арендной плате по договору от 01.12.2015 № А2/2015.

В ходе судебного разбирательства дела индивидуальный предприниматель ФИО2 уточнила в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации требования, просила признать договор аренды от 01.02.2016 № А1/2016 расторгнутым с 12.01.2017, истребовать из незаконного владения ИП ФИО3 следующее движимое имущество: стойки для вещей (производство Италия) – 1 шт., стойки винтовые для вещей – 2 шт., стойки из трубы для вещей, диаметр 25 мм – 1 шт., манекены торсы, женские – 55 шт., стойки для манекенов – 3 шт., вешалки для одежды пластиковые и металлические – 670 шт., зеркала из примерочной – 1 шт., манекены стоячие (торс+ноги) – 3 шт., расходные материалы, крепеж для полок – 5 шт., полки для манекенов (1000 мм) – 7 шт., полки для манекенов (2400 мм) – 1 шт., рекламные плакаты (натяжные на деревянной раме) – 4 шт., профили для торгового оборудования (1-2000 мм) – 30 шт.; взыскать с ИП ФИО3 стоимость пришедшего в негодность имущества в сумме 809 345 руб. 79 коп., 772 356 руб. 19 коп. неосновательного обогащения, 93 624 руб. 39 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 16.02.2017 по 27.07.2018 и далее до фактического возврата суммы неосновательного обогащения.

В ходе судебного разбирательства дела предприниматель ФИО2 поддержала заявленные требования с учетом уточнения, пояснила, что  в период с 01.12.2015 по 12.01.2017 в порядке исполнения договора аренды от 01.02.2016 № А1/2016 ИП ФИО2 внесена арендная в плата в большем размере, чем это предусмотрено условиями договора. Размер излишне внесенной арендной платы составляет 772 356 руб. 19 коп. ИП ФИО3 с 12 января 2016 года  прекратил доступ в ранее арендованное ей помещение, а так же незаконно удерживает ее имущество, находившееся в помещении, хранит имущество в ненадлежащих условиях, в результате чего произошла его порча и утрата товарных качеств. В связи с тем, что часть имущества ИП ФИО3 утрачена, а у оставшейся части утрачены товарные свойства просил взыскать с ИП ФИО3 стоимость пришедшего в негодность имущества в сумме 809 345 руб. 79 коп., а так же истребовать часть имущество,  свойства которого сохранены.

Представитель ИП ФИО3 пояснил, что договор аренды от 01.02.2016 № А1/2016 ФИО3 не подписывал, фактически   ИП ФИО2 было передано помещение общей площадью 129,52 кв.м., расположенное по адресу:       

<

...>. Размер арендной платы составлял 1 250 руб. за кв.м. Договор, заключенный с ИП ФИО2, подписанный со стороны последнего отсутствует.  В  связи с наличием задолженности за предпринимателем ФИО2 по арендной плате арендные отношения были прекращены.   В связи с тем, что ИП ФИО2 имущество не вывезла, был составлен акт от 18.01.2017 и имущество перевезено в иное помещение на хранение.

Выслушав пояснения представителей сторон, исследовав представленные в материалы дела документы, суд установил следующее.

Иск ИП ФИО2 мотивирован следующим:

ИП ФИО2 и ИП ФИО3 заключили договор аренды от 01.02.2016 N А1/2016, в соответствии с которым ИП ФИО3 предоставил ИП ФИО2  во временное пользование за ежемесячную арендную плату нежилое помещение – комнаты № 7, 8, 9, 10, 12, 16а (складские, подсобные помещения), общей площадью 46,6 кв.м, часть торгового зала (комната 17) площадью 10 кв.м  по адресу: 

<

...>, литера А.

Пунктом 2.2 договора установлено, что договор заключен на срок 11 месяцев, который начинает исчисляться  с даты передачи помещения от арендодателя  к арендатору по акту приема-передачи.

Размер постоянной части арендной платы  составляет 12 500 руб. за все помещение в месяц (пункт 4.2.1 договора).

Размер переменной части арендной платы представляет собой компенсацию расходов арендодателя на оплату коммунальных услуг  и включает в себя расходы по оплате:

- электроэнергии, водоснабжения, водоотведения – размер оплаты  определяется по фактическому потреблению на основании выставленных арендодателем счетов. Счета выставляются арендодателем на основании показаний приборов учета, установленных в арендуемом помещении по тарифам, норимативно установленным уполномоченными органами на территории Чувашской Республики – Чувашии.

- отопления, содержания и ремонта нежилого помещения, взносов в фонд капитального ремонта (часть1 статьи 154 ЖК РФ) – определяется от общей стоимости услуг на все здание, в котором арендатор арендует помещение, пропорционально арендуемой  площади. 

01.02.2016 ИП ФИО2 и ИП ФИО3 подписан  акт приема передачи.

По обоюдному устному  соглашению стороны пришли к договоренности, что последним днем нахождения ИП ФИО2 в арендованном помещении является 31.12.2017. 

В последний рабочий день, завершив работу магазина ИП ФИО2 провела инвентаризацию и закрыла магазин. 

09.01.2017 она   упаковала и подготовила к вывозу  товар, оставшийся не реализованным в магазине.

С 10.01.2016  в магазин с целью вывезти товар и  оборудование она попасть не смогла по причине смены замка ИП ФИО3 

18.01.2017 ей было направлено  требование в адрес ИП ФИО3 с просьбой   возвратить незаконно удерживаемое имущество, а именно торговое оборудование  и товарно-материальные ценности.

Поскольку возврат имущества не осуществлен предприниматель обратилась в суд с иском о его истребовании.

В ходе судебного разбирательства дела сторонами производился осмотр удерживаемых вещей в результате которого, предприниматель установила, что   для возврата пригодна часть удерживаемых вещей, часть  вещей утрачена и часть вещей утратила свои товарные качества  и испортилась. В связи с тем, что часть имущества ИП ФИО3 утрачена, а у оставшейся части утрачены товарные свойства просил взыскать с ИП ФИО3 стоимость пришедшего в негодность имущества в сумме 809 345 руб. 79 коп., а так же истребовать часть имущество,  свойства которого сохранены. 

Так же предприниматель  указала, что за время аренды ИП ФИО3 было передано 994 670 руб., что превышает размер установленной договором арендной платы.  Арендная плата за время нахождения предпринимателя в арендованном  помещении  за период с 01.01.2016 по 12.01.2018 составила 167 835 руб. 48 коп., в счет переменной части арендной платы подлежит внесению 54 478 руб. 30 коп.,   поскольку 772 356 руб. 19 коп. внесено излишне, арендные отношения прекращены,  просила взыскать с ИП ФИО3 772 356 руб. 19 коп. неосновательного обогащения., а так же проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 16.02.2017 по 27.07.2018 в сумме 93 624 руб. 39 коп. и далее по день фактического  возврата суммы неосновательного обогащения.

Кроме того просила признать договор аренды от 01.02.2016 N А1/2016, расторгнутым  с 12.01.2017.  

Встречный иск ИП ФИО3 мотивирован следующим. 

ИП ФИО2 и ИП ФИО3 заключили договор аренды от 01.12.2015 N А2/2015 в соответствии с которым ИП ФИО3 предоставил ИП ФИО2  во временное пользование за ежемесячную арендную плату нежилое помещение – комнаты № 7, 8, 9, 10,11, 12, 13 16а, 17 общей площадью 129,52 кв.м по адресу: 

<

...>, литера А.

Пунктом 2.2 договора установлено, что договор заключен на срок 11 месяцев, который начинает исчисляться  с даты передачи помещения от арендодателя  к арендатору по акту приема-передачи.

Размер постоянной части арендной платы  составляет 1250 руб. за 1 кв.м в месяц, что составляет  161 900 руб. за все помещение в месяц (пункт 4.2.1 договора).

Размер переменной части арендной платы представляет собой компенсацию расходов арендодателя на оплату коммунальных услуг  и включает в себя расходы по оплате:

- электроэнергии, водоснабжения, водоотведения – размер оплаты  определяется по фактическому потреблению на основании выставленных арендодателем счетов. Счета выставляются арендодателем на основании показаний приборов учета, установленных в арендуемом помещении по тарифам, нормативно установленным уполномоченными органами на территории Чувашской Республики – Чувашии.

- отопления, содержания и ремонта нежилого помещения, взносов в фонд капитального ремонта (часть1 статьи 154 ЖК РФ) – определяется от общей стоимости услуг на все здание, в котором арендатор арендует помещение, пропорционально арендуемой  площади. 

В обоснование встречного иска ИП ФИО3 указал, что договор аренды от 01.02.2016 N А1/2016, на который сослалась ИП ФИО2, он не подписывал, размер арендной платы указанный в донном договоре существенно  ниже рыночной арендной платы за переданное в аренду помещение.

 По результатам переговоров стороны договорились, что с декабря 2015 по февраль 2016  арендатор  пользуется всем помещением, но оплачивает арендную плату только за 74 кв.м. из расчета арендной ставки 1 250 руб. кв.м в месяц.   Коммунальные платежи оплачиваются отдельно.

 Договора аренды подписанного ИП ФИО2 у него не сохранилось, подписанный договор аренды был передан ИП ФИО2, но не возвращен ИП ФИО3 

В связи с тем, что ИП ФИО2 своевременно не вносил арендные платежи, в ноябре 2016 года задолженность по арендной плате составила 900 000 руб., на звонки и сообщения директор магазина ФИО6 не отвечал. 28.11.2016  в адрес ИП ФИО2 была направлена претензия  с требованием оплаты арендных платежей, уведомлением о нежелании продлевать договор аренды и требованием об освобождении арендованного помещения. Направленное уведомление  ИП ФИО2 получено не было,  возвращено отправителю в связи с истечением срока хранения.

В конце декабря 2016 года  магазин ИП ФИО2 «Мода центр» прекратил свою работу, имущество ИП ФИО2 частично вывезено, однако ключи от помещения не возвращены   и помещение не передано.

11.01.2017  помещение было вскрыто, имущество, находящееся в нем описано, замки в помещении сменены.

Отсутствие обязанности по возврату имущества, представитель ИП ФИО3 обосновывал пунктом 5.4 договора предусматривающего, что  если стороны не договорятся об ином, а так же при отсутствии письменных уведомлений арендатора об ином, в случае невывоза арендатором после прекращения действия настоящего договора  своего имущества, в том числе любых отделимых изменений и улучшений, в течении 10 рабочих дней с момента направления арендатору соответствующего письменного уведомления арендодатель имеет право распорядиться  имуществом арендатора по своему усмотрению , включая утилизацию такого имущества. При этом арендатор несет полную  финансовую ответственность за все расходы, понесенные арендодателем в ходе такого вывоза и реализации имущества арендатора.

Поскольку имущество своевременно вывезено из помещения не было, оно было перевезено на хранение в иное помещение и в связи с наличием задолженности по арендной плате не возвращено арендатору.

Просил признать заключенным договор аренды от 01.12.2015 № А2/2015, взыскать 1 208 148 руб. 39 коп. долга по постоянной части арендной платы за период с 01.12.2015 по 10.01.2017, 89 123 руб. 05 коп. долга по переменной части арендной платы за период с 01.12.2015 по 10.01.2017, 2 659 685 руб. 71 коп. неустойки по постоянной части арендной платы за период с 16.12.2015 по 21.09.2017 и далее по день фактической оплаты долга, 202 542 руб. 18 коп. неустойки по переменной части арендной платы за период с 11.01.2016 по 21.09.2017 и далее по день фактической оплаты долга.

Проанализировав представленные в материалы дела доказательства суд приходит к выводу, что первоначальный иск подлежит частичному удовлетворению, а встречный отказу исходя из следующего.

Договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение (пункт 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По договору аренды арендодатель обязуется предоставить арендатору имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование. В договоре аренды должны быть указаны данные, позволяющие определенно установить имущество, подлежащее передаче арендатору в качестве объекта аренды. При отсутствии этих данных в договоре условие об объекте, подлежащем передаче в аренду, считается не согласованным сторонами, а соответствующий договор не считается заключенным (статьи 606, 607 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу названных норм существенными условиями договора аренды являются условие о предмете договора, размере платы либо способах ее определения.

В ходе судебного разбирательства дела  стороны признавали наличие между ними арендных отношений, однако ИП ФИО2 полагал, что арендные отношения возникли из договора аренды от 01.02.2016 N А1/2016 (т. 1 л.д. 24-30), а ИП ФИО3 полагал, что арендные отношения возникли из договора аренды от 01.12.2015 N А2/2015 ( т.3 л.д. 83-94).

Представленные в материалы дела ИП ФИО2 и ИП ФИО3 договоры содержат разные  условия  относительно переданной в аренду площади и размера арендной платы.

Представленный ИП ФИО3 договор аренды от 01.12.2015 N А2/2015 не содержит подписи ИП ФИО2 Приложения к договору так же не подписаны. В ходе судебного разбирательства дела предприниматель ФИО2 отрицала принятие в аренду и использование площади 129,52 кв.м, а так же установление размера арендной платы в сумме 161 900 руб.

Представленный ИП ФИО2 договор аренды от 01.02.2016 N А1/2016 содержал подписи от имени ИП ФИО2 и ИП ФИО3 Акт приема передачи и приложение к договору так же содержали подписи от имени указанных лиц. В ходе судебного разбирательства предприниматель ФИО3 заявлял о том, что подпись от его имени на представленных истцом договоре аренды от 01.02.2016 № А1/2016, акте приема-передачи объекта аренды от 01.02.2016, а также приложении № 2 к договору аренды от 01.02.2016 № А1/2016 выполнена не им, а иным лицом. В связи с этим предприниматель ФИО3 заявил о фальсификации истцом указанных документов и просил суд исключить их из числа доказательств по делу.

В целях проверки данного обстоятельства по ходатайству предпринимателя ФИО3 определением суда от 21.06.2017 назначена судебная экспертиза, проведение экспертизы поручено Федеральному бюджетному учреждению Чувашская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации.

09.08.2017 поступило заключение эксперта № 2013/02-3 от 01.08.2017, в котором эксперт пришел к выводу о невозможности на основании представленных документов разрешить поставленные перед ним вопросы.

В судебном заседании 17.10.2017 эксперт ФИО7 пояснил, что предоставленных ему образцов почерка и подписи ИП ФИО3 было недостаточно для дачи ответа на первый вопрос, а ответить на второй вопрос без получения ответа на первый невозможно. В том случае, если на исследование эксперта будут представлены дополнительные сравнительные материалы, возможно производство дополнительной экспертизы в рамках уже выставленного счета на оплату.

18.12.2017 ИП ФИО3 были представлены суду дополнительные документы, содержащие свободные образцы его подписи, для направления эксперту в качестве материала для сравнения. Кроме того, для производства экспертизы по ходатайству ИП ФИО2 от Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Чебоксары истребованы оригиналы налоговых деклараций ИП ФИО3, представленные в Инспекцию в 2015 и 2016 году и содержащие подписи ИП ФИО3, в целях предоставления их эксперту в качестве свободных образцов подписи.

Определением суда от 20.12.2017 по делу назначена дополнительная почерковедческая экспертиза. 

14.02.2018 от Федерального бюджетного учреждения "Чувашская лаборатория судебной экспертизы" Министерства юстиции Российской Федерации поступило заключение эксперта от 09.02.2018 № 310/02-3 (т. 11 л.д. 10 -19).

В заключении от 09.02.2018 № 310/02-3 эксперт ФИО7 пришел к выводу, что  подписи от имени ФИО3, расположенные в договоре аренды от 01.02.2016 № А1/2016 в графе «Арендодатель», в акте приема передачи объекта аренды от 01.02.2016 (приложение № 1 к договору аренды № А1/2016 от 01.02.2016) в графе «Арендодатель», в выписке из технического паспорта (приложение № 2 к договору аренды № А1/2016 от 01.02.2016) в графе  «Арендодатель», выполнены самим  ФИО3

 

В ходе судебного разбирательства представитель ИП ФИО3 ходатайствовала о назначении по делу повторной почерковедческой экспертизы в целях выяснения вопроса о том, кем выполнены подписи от имени ИП ФИО3 в договоре аренды от 01.02.2016 № А1/2016, в акте приема-передачи от 01.02.2016, приложении № 2 к договору. Полагала, что основанием для  проведения по делу  повторной экспертизы является, факт предоставления эксперту для исследования недостоверных свободных образцов подписи ИП ФИО3 в налоговой декларации по НДФЛ за 2015 год, налоговых декларациях по налогу, уплачиваемому в связи с применением упрощенной системы налогообложения, за 2015, 2016 годы., подписи в которых от имени ФИО3 исполнены  ФИО8

В подтверждение довода о необходимости назначения по делу повторной почерковедческой экспертизы представила заключение эксперта Автономной некоммерческой организации «Центр независимой экспертизы» ФИО9 от 20.03.2018 № 12/П-18 ( т 12 л.д. 14-35)  согласно которому рукописные подписи от имени ФИО3 в графе «Арендодатель» договора аренды от 01.02.2016 № А1/2016, приложение № 1 к договору аренды № А1/2016 от 01.02.2016, приложения № 2 к договору аренды № А1/2016 от 01.02.2016, выполнены не ФИО3, не ФИО8, а исполнены другим лицом с подражанием рукописной подписи ФИО8, выполненной от имени ФИО3

Так же представлено заключение эксперта Автономной некоммерческой организации «Центр независимой экспертизы» ФИО9 от 20.03.2018 № 12/П-18, от 20.03.2018 № 13/П-18 (т. 12 л.д. 36-70) в котором содержатся выводы, о том что рукописные подписи, исполненные от имени ФИО3 в строке «Подпись» в налоговой декларации по налогу, уплачиваемому в связи с применением упрощенной системы налогообложения  за 2015 год от 01.05.2016,  налоговой декларации по налогу, уплачиваемому в связи с применением упрощенной системы налогообложения  за 2015 год от 01.06.2016,  налоговой декларации по налогу уплачиваемому в связи с применением упрощенной системы налогообложения  за 2016 год от 25.04.2017,  налоговой декларации по налогу уплачиваемому в связи с применением упрощенной системы налогообложения  за 2016 год от 25.10.2017, выполнены не ФИО3, а выполнены  ФИО8 от имени ФИО3

Предприниматель ФИО3 представил в материалы дела заключение эксперта Автономной некоммерческой организации «Центр независимой экспертизы» ФИО10 № 16/П-18 от 12.06.2018 (т. 14 л.д. 20) в которой указанно, что подписи от имени ФИО3 в графе «Арендодатель» договора аренды от 01.02.2016 № А1/2016, приложение № 1 к договору аренды № А1/2016 от 01.02.2016, приложения № 2 к договору аренды № А1/2016 от 01.02.2016, выполнены не ФИО3, не способом (автоподлога) намеренно измененного почерка, а другим лицом в каких-то необычных условиях одно из которых могло быть подражание подписи исполнителя. Рукописная запись «ФИО3»   в договоре аренды № А1/2016 от 01.02.2016 выполнена не ФИО3, а другим лицом.

Кроме того представлена   рецензия рецензента Некоммерческого партнерства «Саморегулируемая организация судебных экспертов» ФИО11 от 26.02.2018 № 3054/178 (т. 12 л.д. 71-101) в котором указанно, что заключение от 09.02.2018 № 310/02-3 эксперта ФИО7  произведено с нарушением методик проведения данного рода исследований, полученные в результате  выводы являются необоснованными, в связи с чем  данное заключение не является допустимым доказательством  и его выводы не могут использоваться при принятии  юридически значимых и процессуальных решений, что является основанием для назначения повторной экспертизы.

В соответствии с частью 2 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.

Из анализа указанных положений следует, что необходимость в повторной экспертизе возникает при наличии у суда сомнений в обоснованности экспертного заключения, которые могут возникнуть при наличии противоречивых выводов эксперта, отсутствии ответов на поставленные вопросы (неполные ответы).

По смыслу процессуального законодательства повторная экспертиза назначается, если: выводы эксперта противоречат фактическим обстоятельствам дела, сделаны без учета фактических обстоятельств дела; во время судебного разбирательства установлены новые данные, которые могут повлиять на выводы эксперта; при назначении и производстве экспертизы были допущены существенные нарушения процессуального закона.

При наличии у суда сомнений и неопределенности в ответах, выявленные противоречия могут быть устранены проведением повторной экспертизы.

Судебные экспертизы проводятся арбитражным судом в случаях, порядке и по основаниям, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

На основании части 2 статьи 64 и части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключения экспертов являются одним из доказательств по делу и оцениваются наряду с другими доказательствами.

Положения статей 4 - 6 и 25 Федерального закона от 31.05.2001 N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" предусматривают соблюдение принципов законности, соблюдения прав и свобод человека и гражданина, прав юридического лица, а также независимости эксперта, объективности, всесторонности и полноты исследований, проводимых с использованием современных достижений науки и техники при составлении экспертного заключения.

Из анализа части 3 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует, что доказательства признаются полученными с нарушением закона, если при их собирании и закреплении были нарушены гарантированные Конституцией Российской Федерации права человека и гражданина или если собирание и закрепление доказательств осуществлено ненадлежащим лицом или органом, либо в результате действий, не предусмотренных процессуальными нормами.

В целях дачи пояснений относительно порядка проведения судебной экспертизы, в судебном заседании 28.05.2018 был допрошен эксперт ФИО7, который пояснил, что по результатам производства дополнительной экспертизы он пришел к выводу о том, подписи от имени ФИО3 в договоре аренды от 01.02.2016 № А1/2016 и приложениях № 1 и № 2 к нему выполнены самим ИП ФИО3, в связи с чем на второй вопрос поставленный судом он не ответил. При производстве экспертизы использовал не только подписи, которые имелись в налоговых декларациях, исследовал все свободные и экспериментальные подписи ИП ФИО3, представленные для производства экспертизы. Заключение было дано не только по результатам исследования и сравнения с подписями, исполненными в налоговых декларациях. В фототаблице приведена подпись для удобства и наглядности. Наличие в фототаблице только одной подписи не означает, что подпись в договоре и приложениях сравнивалась только с подписью, исполненной в налоговых декларациях.

 Анализируя содержание экспертного заключения от 09.02.2018 № 310/02-3, суд установил, что в нем не содержится неясности в суждениях, заключение выполнено последовательно, не содержит противоречивых выводов, выводы эксперта понятны и не требуют исследования иных обстоятельств, в связи с чем приходит к выводу, что данное заключение достаточно ясное, мотивированное и полное, содержит однозначные выводы по поставленному вопросу.

Возражения ИП ФИО3 по существу выводов эксперта не являются основанием для назначения повторной экспертизы. При этом суд учитывает и то обстоятельство, что судебная экспертиза была назначена по ходатайству предпринимателя ФИО3 и проведена экспертной организацией (экспертом), которая была предложена им при заявлении соответствующего ходатайства. 

При разрешении ходатайства ФИО2 об истребовании в налоговом органе  налоговых деклараций в целях получения свободных образцов подписи ФИО3 судом исследовался вопрос  относительно подписания предпринимателем ФИО3 налоговых деклараций, представляемых в налоговый орган.  Доводов о том, что ФИО3 указанные декларации не подписывал в судебном заседании не заявлялось.  Указанный вопрос не однократно задавался на судебных заседаниях  представителю предпринимателя ФИО3, предоставлялось время для установления данного обстоятельства,  однако доводов о подписании деклараций иным лицом заявлено не было.  Указанный довод был заявлен только после получения результатов судебной экспертизы. 

В рассмотренном случае недостатков в экспертном заключении от 09.02.2018 № 310/02-3, сомнений в правильности и объективности, содержащихся в нем выводов, которые могли бы послужить основанием для назначения повторной экспертизы, судом не установлено.

В связи с изложенным и на основании положений статей 82, 87, 147, 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд отклонил ходатайство о назначении повторной судебной экспертизы по делу, на что указано в определении от 09.08.2018.

Таким образом, суд полагает, что заключением эксперта от 09.02.2018 № 310/02-3 фальсификация договора аренды и приложений к нему  не подтверждены.

Суд не принимает в качестве доказательств по делу заключение эксперта Автономной некоммерческой организации «Центр независимой экспертизы» ФИО9 от 20.03.2018 № 12/П-18 ( т 12 л.д. 14-35)  и от 20.03.2018 № 12/П-18, от 20.03.2018 № 13/П-18 (т. 12 л.д. 36-70), поскольку экспериментальные образцы подписи ФИО8 судом первой инстанции не отбирались и в распоряжение эксперта не предоставлялись. В качестве свободных образцов подписи ФИО8 экспертом использованы  подписи, исполненные в налоговых декларациях, подписанных  от имени ФИО3

В ходе судебного заседания факт подписания налоговых деклараций ФИО8 от имени ФИО3 судом установлен не был. То обстоятельство, что участвовавшая в судебном заседании ФИО8, действовавшая по доверенности ФИО3 подтвердила факт подписания ею налоговых деклараций, предоставленных для экспертного исследования, не может быть признан в качестве безусловного доказательства исполнения подписи в налоговой декларации именно ей.  Являясь  доверенным лицом ФИО8 действует в интересах своего доверителя.

Так же не может являться надлежащим доказательством по делу  заключение эксперта Автономной некоммерческой организации «Центр независимой экспертизы» ФИО10 № 16/П-18 от 12.06.2018 (т. 14 л.д. 20), поскольку данное заключение составлено специалистом, не предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. 

Представленное предпринимателем ФИО3 заключение специалиста (рецензия) от 26.02.2018 № 3054/178 (т. 12 л.д. 71-101) не является достаточным для назначения повторной экспертизы. Указанное заключение получено не в соответствии с требованиями Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Кроме того следует отметить, что  заключение специалиста (рецензия) от 26.02.2018 № 3054/178, не свидетельствуют о наличии противоречий в выводах эксперта, а по существу содержит  оценку порядка изложения и оформления экспертного заключения, а так же рекомендации по порядку исследования подписи и применяемых методиках. Рецензия не содержат ссылок на существенные нарушения при производстве экспертизы, влекущие необходимость проведения повторной экспертизы.

Вывод о допустимости экспертного заключения от 09.02.2018 № 310/02-3 в качестве доказательства по делу и его использования при принятии  юридически значимых и процессуальных решений изложенных в заключении специалиста (рецензии) от 26.02.2018 № 3054/178 относится к исключительной компетенции суда и не может быть сделан по результатам  рецензирования экспертного заключения. Мнение других исследователей не может исключать доказательственного значения экспертного заключения по результатам судебной экспертизы, поскольку такие заключения фактически представляют собой рецензию (мнение) экспертных организаций относительно проведенной экспертизы иным субъектом экспертной деятельности, которым не может придаваться безусловное приоритетное значение.

Исходя из вышеизложенного суд приходит к выводу, что между сторонами возникли правоотношения вытекающие из договора аренды от 01.02.2016 № А1/2016.

Дополнительно следует указать, что по ходатайству представителя предпринимателя ФИО3  суд определением от 24.05.2017  в ПАО «АК БАРС» БАНК  истребовал копию договора аренды, представленную предпринимателем ФИО2 в банк для  организации расчетного  обслуживания.  Письмом от 08.06.2017  ПАО «АК БАРС» БАНК представил копию договора аренды от 01.02.2016 № А1/2016  (т. 4 л.д. 4).

Договор аренды от 01.12.2015 N А2/2015 не содержит подписи предпринимателя ФИО2  Факт его подписания и исполнения предприниматель ФИО2 в судебном заседании отрицала. Доказательств того, что сторонами исполнялся указанный договор, а не договор от 01.02.2016 № А1/2016 предпринимателем ФИО3 представлено не было.   Расписки о получении денежных средств за аренду помещения не содержат указания на номер  и дату договора аренды во исполнение которого передаются и получаются денежные средства. Исходя из изложенного договор аренды от 01.12.2015 N А2/2015 не может быть признан судом заключенным.

То обстоятельство, что со слов предпринимателя ФИО3  договор аренды от 01.12.2015 N А2/2015 был передан предпринимателю ФИО2 для подписания и не возвращен ей в подписанном виде, не может являться основанием для признания его заключенным. В рассматриваемой ситуации  не подписанный со стороны предпринимателя ФИО12 проект договора не может быть расценен судом как принятая оферта и не может являться способом заключения договора.

Возникновение между ИП ФИО2 и ФИО3,  арендных отношений с 01.12.2015, а не с 01.02.2016 так же не свидетельствует о том, что сторонами исполнялся договор от 01.12.2015 N А2/2015.  Отсутствие между сторонами заключенного договора аренды на период с 01.12.2015 по 01.02.2016, при последующем заключении договора аренды от 01.02.2016 № А1/2016 и фактическом его исполнении сторонами свидетельствует о том, что арендодатель не возражал относительно использования  арендатором помещения на условиях определенных в договоре от 01.02.2016 № А1/2016.

Договор аренды от 01.02.2016 № А1/2016 и приложения к нему содержит все необходимые условия, в том числе информацию, позволяющую определенно установить имущество, подлежащее передаче арендатору (приложения N 1, 2 к договору подписаны как арендодателем так арендатором), поэтому отсутствуют основания для признания его незаключенным. Неопределенности относительно предмета аренды из материалов дела не усматривается.

Доводы представителя предпринимателя ФИО3 о недействительности (ничтожности) договора в силу злоупотребления правом со стороны арендатора и притворности отклоняются судом апелляционной инстанции как несостоятельные в силу следующего.

 Как следует из пояснений предпринимателя притворность  договора аренды от 01.02.2016 № А1/2016 заключается в том, что  размер постоянной части арендной платы  в сумме 12 500 руб. за 56,6 кв.м существенно ниже средней цены по помещениям с аналогичными характеристиками; исходя из конфигурации помещения сдача в аренду  10 кв.м торговой площади  и 46,6 кв. м.  не имеет экономического смысла для арендодателя и направлена ни минимизацию уплаты единого налога на вмененный доход; фактически арендатор пользовался всей площадью 129, 52 кв.м.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу пункта 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила. По смыслу указанной нормы права признаком притворности сделки является отсутствие волеизъявления на ее исполнение у обеих сторон, а также намерение сторон фактически исполнить прикрываемую сделку. Таким образом, по основанию притворности недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки.

В предмет доказывания по делам о признании недействительной притворной сделки входит установление действительной воли сторон, направленной на достижение определенного правового результата, который они имели в виду при заключении договора.

В рассматриваемой ситуации воля сторон была направлена на передачу объекта найма во временное владение и пользование арендатору за плату. Воля сторон не была направлена на совершение иной сделки кроме аренды.

Сдача имущества в аренду по цене ниже рыночной не свидетельствует о злоупотреблении правом. В соответствии со статьей статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации стороны свободны в заключении договора аренды. Фундаментальный принцип свободы договора направлен на развитие предпринимательской деятельности, осуществляемой ее субъектами самостоятельно (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.08.2016 N 301-ЭС16-4469).

В статье 614 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено, что арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату). Порядок, условия и сроки внесения арендной платы определяются договором аренды. В случае, когда договором они не определены, считается, что установлены порядок, условия и сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах (пункт 1). Стороны могут предусматривать в договоре аренды сочетание указанных форм арендной платы или иные формы оплаты (пункт 2). Если иное не предусмотрено договором, размер арендной платы может изменяться по соглашению сторон в сроки, предусмотренные договором, но не чаще одного раза в год. Законом могут быть предусмотрены иные минимальные сроки пересмотра размера арендной платы для отдельных видов аренды, а также для аренды отдельных видов имущества (пункт 3).

Так как данная статья не содержит императивной нормы об установлении арендной платы в размере его рыночной стоимости, то стороны вправе устанавливать размер арендной платы по соглашению, что вытекает из смысла пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 N 16 "О свободе договора".

В связи с этим заниженная цена сделки, если она установлена по обоюдному соглашению сторон, не предусмотрена законом как основание о ее недействительности.

Таким образом, определение в договоре аренды ежемесячной арендной платы ниже рыночной стоимости, само по себе не является правовым основанием для признания совершенной сделки ничтожной и не свидетельствует о злоупотреблении правом арендатором, поскольку действующее гражданское законодательство не содержит запрета на заключение коммерческими организациями сделок по ценам, ниже рыночных.

Более того, предприниматель ФИО3 не указал в чем выразилась недобросовестность и злоупотребление правом со стороны арендатора, при заключении договора аренды.

Доказательств использования предпринимателем ФИО2 большей площади, чем указанно в договоре аренды от 01.02.2016 № А1/2016 в материалы дела не представлено, акты замера помещений и фактического использования большей площади чем установлено в договоре аренды сторонами не составлялись и предпринимателем ФИО3 в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в материалы дела не представлено.

Фотографии, являющиеся приложением к протоколу осмотра от 09.12.2016 (т. 6 л.д. 5-6,  т. 2 л.д. 54-55) не являются доказательством  использования предпринимателем большей площади, чем 56,6 кв. м указанной в договоре аренды, поскольку из представленных в материалы дела снимков не представляется возможным однозначно и безусловно установить размер занимаемой ИП ФИО3 площади. Кроме того, арендная плата установленная в договоре от 01.02.2016 № А1/2016 определена сторонами в размере 12 500 руб. за все помещение, а не за единицу площади помещения.

Конфигурация помещения и его общая площадь 129,52 кв.м не препятствует сдаче в аренду ИП ФИО2 части помещения в размере 56,6 кв.м. Оставшаяся часть  могла использоваться арендодателем по собственному усмотрению, в том числе могла быть сдана в аренду иному лицу. 

Кроме того, суд отмечает, что в позиции предпринимателя ФИО3 имеются противоречия  относительно передаваемой площади и размера арендной платы.  Так  в судебном заседании представитель предпринимателя ФИО3  пояснял, что в аренду передано нежилое помещение общей площадью 129, 52 кв.м в по договору от 01.12.2015 N А2/2015 в  пункте 4.2.1 которого указано на размер постоянной части арендной 1250 руб. за 1 кв.м в месяц, что составляет  161 900 руб. за все помещение в месяц.   В то же время поясняя обстоятельства получения арендной платы указывал согласованную по его мнению сторонами сумму 92 500 руб., не соответствующую условиям представленного им договора. 

Как следует  из материалов дела в связи с возникновением между сторонами  разногласий  предприниматель ФИО3  направил в адрес ИП ФИО2 претензионные письма от 28.11.2016 (т. 5 л.д. 47-48)  в которых указал на просрочку внесения арендной платы и коммунальных платежей, а так же  прекращение  действия договора аренды с 01.12.2016.

В судебном заседании представители сторон пояснили, что фактически ими была достигнута договоренность о нахождении в помещении до 31.12.2016, после этого помещение должно было быть освобождено и ключи переданы арендатору.

Поскольку ИП ФИО2 действий по возврату помещения  арендодателю не предпринял  11.01.2017 предприниматель ФИО3 в присутствии  залогодержателя помещения ФИО5  сотрудника ФИО8 и сотрудника фирмы по вскрытию замков  «Мастерская О Кей» ФИО13  осуществил вскрытие замков  в помещении по адресу: 

<

...>, о чем составлен акт осмотра помещения – нежилых комнат № 7, 8,9, 10, 12, 16а, 17 (т 2 л.д. 59-62). В  этот же день  предприниматель ФИО3       установил новый замок  в помещении.

В судебном заседании  представитель предпринимателя ФИО3  пояснял, что на вскрытие помещения 11.01.2017  и составление акта осмотра  предприниматель ФИО2  приглашена не была, поскольку на телефонные звонки она и ее сын, являвшийся директором  магазина   ФИО6 не отвечали, ранее направленную 28.11.2016  по  адресу регистрации корреспонденцию не получали.  

Предприниматель ФИО2 пояснила, что 31.12.2016 по соглашению с арендодателем в магазине был последний рабочий день, по окончании которого в связи с закрытием магазина была проведена инвентаризация. 09.01.2017 она пришла в магазин для  подготовки помещения к освобождению, упаковывала вещи и освобождала оборудование для последующего  вывоза. 12.01.2017  она  приехала к магазину для вывоза вещей и обнаружила в нем предпринимателя ФИО3 и полицию. Ей сообщили, что у входной двери разбито стекло, в связи с чем вызваны сотрудники полиции.  Поскольку начиная с этой даты она не имела возможности пользоваться помещением просила признать договор аренды от 01.02.2016 № А1/2016 расторгнутым с 12.01.2017.  На вопрос суда  предприниматель ФИО2 пояснила, что уведомление о досрочном расторжении договора аренды от 01.02.2016 № А1/2016 с 12.01.2016  было направлено в адрес индивидуального предпринимателя ФИО3 18.01.2017   (т. 2 л.д. 110-116).

В соответствии со статьей 450 Гражданского кодекса Российской Федерации изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим кодексом, другими законами или договором.

По требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда при существенном нарушении договора другой стороной; в иных случаях, предусмотренных настоящим кодексом, другими законами или договором.

Ссылаясь прекращение доступа в помещение со стороны предпринимателя ФИО3, предприниматель ФИО2 заявила требование  о признании договора аренды от 01.02.2016 № А1/2016 расторгнутым с 12.01.2017.

Вместе с тем, из материалов дела следует, что пунктом 2.2 договора от 01.02.2016 № А1/2016 установлено, что договор заключен на срок 11 месяцев, который начинает исчисляться  с даты передачи помещения от арендодателя  к арендатору по акту приема-передачи.

Согласно акта приема передачи, являющего приложением № 1 к договору аренды помещение передано 01.02.2016 (т. 1 л.д. 29). 

Договор аренды заключается на срок, определенный договором (пункт 1 статьи 610 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Отсутствие со стороны арендодателя согласия на возобновление арендных отношений после истечения срока действия договора, достижение сторонами согласия о последнем рабочем дне магазина 31.12.2016, а также условия договора аренды в совокупности свидетельствуют о прекращении между сторонами арендных отношений по истечении срока действия договора, а именно 31.12.2016.

Фактическое нахождение в помещении имущества предпринимателя ФИО2  после истечения срока действия договора не может свидетельствовать  о продлении сторонами договора аренды от 01.02.2016 № А1/2016.  

Исходя из изложенного суд не находит оснований для признания договора аренды от 01.02.2016 № А1/2016 расторгнутым с 12.01.2017.

Так же предпринимателем ФИО2 заявлено об истребовании из незаконного владения ИП ФИО3 следующего движимого имущества: стоек для вещей (производство Италия) – 1 шт., стоек винтовых для вещей – 2 шт., стоек из трубы для вещей, диаметр 25 мм – 1 шт., манекенов торсы, женские – 55 шт., стоек для манекенов – 3 шт., вешалок для одежды пластиковых и металлических – 670 шт., зеркала из примерочной – 1 шт., манекенов стоячих (торс+ноги) – 3 шт., расходных материалов, крепежа для полок – 5 шт., полок для манекенов (1000 мм) – 7 шт., полок для манекенов (2400 мм) – 1 шт., рекламных плакатов (натяжныхх на деревянной раме) – 4 шт., профилей для торгового оборудования (1-2000 мм) – 30 шт. и взыскании с ИП ФИО3 стоимости пришедшего в негодность имущества в сумме 809 345 руб. 79 коп.

Предприниматель ФИО3 полагал требование подлежащим отказу в связи с тем, что имущество об истребовании которого просит предприниматель ФИО2 индивидуально не определено, право собственности на указанное имущество не подтверждено,  доказательств нахождения имущества в помещении по адресу: 

<

...> не представлено. Так же  ИП ФИО14 возражал относительно заявленной цены приобретения удерживаемого имущества. Пояснил, что для хранения имущество  вывезено по адресу: 

<

...>.

В ходе судебного разбирательства дела  суд обязал стороны осуществить осмотр удерживаемого имущества, составив опись имеющегося на момент осмотрам имущества.

По результатам осмотра предпринимателем ФИО2 в материалы дела представлена опись от 22.05.2017  (т. 4 л.д. 20-37).

В связи с тем, что   часть имущества удерживаемого индивидуальным предпринимателем ФИО3 находилась в разобранном состоянии и исходя из имеющихся частей не было возможно  установить  части какого имущества имеются в наличии, предприниматель ФИО2 ходатайствовала о назначении по делу товароведческой экспертизы. 

Определением суда от 20.12.201 ходатайство предпринимателя удовлетворено по делу назначена товароведческая экспертиза, проведение которой поручено Союзу «Торгово-промышленная палата Чувашской Республики» экспертам ФИО15, ФИО16.

19.03.2018 в суд поступило заключение эксперта № 0790100034 от 16.03.2018 (т. 11 л.д. 10-134).

Заключение эксперта № 0790100034 от 16.03.2018 установлено, что в месте удержания имеется следующее имущество:

- стойки для вещей (производство Италия) – 1 шт.,

- стойки винтовые для вещей – 2 шт.,

- стойки из трубы для вещей, диаметр 25 мм – 1 шт.,

- манекены торсы, женские – 55 шт.,

- стойки для манекенов – 3 шт.,

- вешалки для одежды пластиковые и металлические – 670 шт.,

- зеркала из примерочной – 1 шт.,

- манекены стоячие (торс+ноги) – 3 шт.,

- крепеж для полок – 5 шт.,

- полки для манекенов (1000 мм) – 7 шт.,

- полки для манекенов (2400 мм) – 1 шт.,

- рекламные плакаты (натяжные на деревянной раме) – 4 шт.,

- профили для торгового оборудования (1-2000 мм) – 30 шт.

- дерево «Гибискус» - 1 шт.

- горшечные растения 8 шт.

- примерочные в сборе – 2 шт., 

- светильники абажуры 2 шт.

Так же заключением эксперта № 0790100034 от 16.03.2018 установлено отсутствие следующего имущества:

- стол ресепшен 1 шт., 

- стулья табуреты 5 шт.

- стойки для вещей (производство Италия) – 3 шт.,

- стойки из трубы для вещей, диаметр 25 мм – 3 шт.,

- крепеж для полок – 55 шт.,

- полки для манекенов (1000 мм) – 13 шт.,

- полки для манекенов (2400 мм) – 5 шт.,

- манекены торсы, женские – 95 шт.,

- стойки для манекенов – 17 шт.,

- стол ресепшн (на складе) 1 шт.

- вешалки для одежды пластиковые и металлические – 830 шт.,

- елки и новогодних украшений 1 шт.,

- горшечных растений 2 шт.

- прожекторов освещения (светодиодных) 9 шт.

- гирлянд для окон (занавес) 4 шт.,

- манекены стоячие (торс+ноги) 3 шт.,

- елочные гирлянды (длинна 2,20 м) 3 шт.

- стремянка 1 шт.

- расходные материалы комплект.

Из имеющегося в наличии вышеуказанного имущества эксперты пришли к выводу о  нецелесообразности  восстановления 5 сломанных вешалок для одежды, указав стоимость одной вешалки 30 руб., дерева «Гибискус» - 1 шт., стоимостью 6000-9000 руб., горшечных растений 8 штук, общей стоимостью 14 750 руб., примерочной (в сборе) в связи с трещиной в одном зеркале стоимостью 3 000 руб., светильников абажуров  общей стоимостью 2 198 руб.

В ходе судебного разбирательства дела суд неоднократно предлагал сторонам  произвести прием передачу имеющегося в наличии имущества, однако  урегулировать часть спора во внесудебном порядке стороны не договорились. Предприниматель ФИО3 полагал, что имущество не подлежит возврату поскольку своевременно не было вывезено в соответствии с пунктом 5.4 договора изложенного одинаково во всех договорах аренды. Указанным пунктом предусмотрено, что  если стороны не договорятся об ином, а так же при отсутствии письменных уведомлений Арендатора об ином, в случае невывоза Арендатором после прекращения действия настоящего договора  своего имущества, в том числе любых отделимых изменений и улучшений, в течении 10 рабочих дней с момента направления Арендатору соответствующего письменного уведомления Арендодатель имеет право распорядиться  имуществом Арендатора по своему усмотрению , включая утилизацию такого имущества. При этом арендатор несет полную  финансовую ответственность за все расходы, понесенные Арендодателем в ходе такого вывоза и реализации имущества Арендатора.

Указывая, что в уведомлении от 28.11.2016 указанно на прекращение  действия договора аренды  с 01.12.2016 представитель предпринимателя  ФИО3 полагал отсутствующей  обязанность по возврату имущества, в  связи с его невывозом арендатором в установленный договором срок, в то же время указывал на сохранность вывезенного имущества в помещении по адресу: 

<

...>.

Собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом (пункт 1 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения (статья 301 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Согласно пункту 1 статьи 359 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор, у которого находится вещь, подлежащая передаче должнику либо лицу, указанному должником, вправе в случае неисполнения должником в срок обязательства по оплате этой вещи или возмещению кредитору связанных с нею издержек и других убытков удерживать ее до тех пор, пока соответствующее обязательство не будет исполнено.

В силу абзаца 2 пункта 1 указанной статьи удержанием вещи могут обеспечиваться также требования хотя и не связанные с оплатой вещи или возмещением издержек на нее и других убытков, но возникшие из обязательства, стороны которого действуют как предприниматели.

Согласно пункту 14 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2002 N 66 "Обзор практики разрешения споров, связанных с арендой" право на удержание вещи должника возникает у кредитора лишь в том случае, когда спорная вещь оказалась в его владении на законном основании. Возможность удержания вещи не может быть следствием захвата вещи должника помимо его воли.

В данном случае предприниматель ФИО3 удерживает имущество, принадлежащее предпринимателю ФИО2, помимо воли последнего.

Факт нахождения следующего имущества:

- стойки для вещей (производство Италия) – 1 шт.,

- стойки винтовые для вещей – 2 шт.,

- стойки из трубы для вещей, диаметр 25 мм – 1 шт.,

- манекены торсы, женские – 55 шт.,

- стойки для манекенов – 3 шт.,

- вешалки для одежды пластиковые и металлические – 670 шт.,

- зеркала из примерочной – 1 шт.,

- манекены стоячие (торс+ноги) – 3 шт.,

- крепеж для полок – 5 шт.,

- полки для манекенов (1000 мм) – 7 шт.,

- полки для манекенов (2400 мм) – 1 шт.,

- рекламные плакаты (натяжные на деревянной раме) – 4 шт.,

- профили для торгового оборудования (1-2000 мм) – 30 шт. в помещении по адресу: 

<

...> сторонами  не оспаривается и подтверждается заключением эксперта № 0790100034 от 16.03.2018.

В рассматриваемом случае судом установлено, что имущество арендатора оказалось во владении арендодателя не по воле самого арендатора вследствие оставления данного имущества в помещении после истечения срока аренды, а по причине удержания арендодателем, запретившим вывоз имущества.

Арендодателем не представлено доказательств соблюдения  условий пункта 5.4 договора. Кроме того суд принимает во внимание, что предприниматель ФИО2 предпринимала попытки по возврату имущества направив 18.01.2017  (т. 2 л.д. 110-166) требование о ее возврате, а так же  обратившись 18.01.2017 в правоохранительные органы с  соответствующим заявлением (т. 9 л.д. 42-99).

Исходя из изложенного суд приходит к выводу, что требование об обязании возвратить имущество, подлежит удовлетворению в части возврата следующего имущества: 

- стойки для вещей (производство Италия) – 1 шт.,

- стойки винтовые для вещей – 2 шт.,

- стойки из трубы для вещей, диаметр 25 мм – 1 шт.,

- манекены торсы, женские – 55 шт.,

- стойки для манекенов – 3 шт.,

- вешалки для одежды пластиковые и металлические – 670 шт.,

- зеркала из примерочной – 1 шт.,

- манекены стоячие (торс+ноги) – 3 шт.,

- крепеж для полок – 5 шт.,

- полки для манекенов (1000 мм) – 7 шт.,

- полки для манекенов (2400 мм) – 1 шт.,

- рекламные плакаты (натяжные на деревянной раме) – 4 шт.,

- профили для торгового оборудования (1-2000 мм) – 30 шт.

- расходные материалы.

Требование о возврате расходных материалов  заявленное предпринимателем ФИО2  подлежит удовлетворению в связи с тем, что заключением эксперта № 0790100034 от 16.03.2018 в составе  профили для торгового оборудования (1-2000 мм) – 30 шт., установлено наличие  запчастей от торгового оборудования россыпью  и обрезки труб в количестве 106 шт., которые идентифицированы ИП ФИО2 в ходе судебного разбирательства дела как расходные материалы.

Согласно статье 301 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения, а также требования, вытекающие из этого права - о взыскании действительной стоимости утраченного неосновательно полученного имущества.

В пункте 36 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" разъяснено, что в соответствии со статей 301 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, обратившееся в суд с иском об истребовании своего имущества из чужого незаконного владения, должно доказать свое право собственности на имущество, находящееся во владении ответчика. Право собственности на движимое имущество доказывается с помощью любых предусмотренных процессуальным законодательством доказательств, подтверждающих возникновение этого права у истца.

С учетом этого, в предмет доказывания по настоящему иску входят обстоятельства, подтверждающие наличие у истца титула на истребуемую вещь, обладающую индивидуально-определенными признаками, сохранившуюся в натуре, утрату истцом фактического владения вещью, а также нахождение ее в чужом незаконном владении ответчика.

В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно статье 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Объектом виндикации является индивидуально-определенная вещь, отличающаяся от вещей, определенных родовым признаками, конкретными, только ей присущими характеристиками.

В подтверждение права собственности истца на спорное имущество и его стоимости представлены следующие документы:

- договор  купли-продажи от 10.11.2015 № У01/201 (т. 1 л.д. 47-49), а так же спецификация и товарная накладная от 10.11.2015 № 20(т. 1 л.д. 50-51) на общую сумму 270 400 руб. в которых отражены наименование и стоимость приобретения утраченного товара, а именно: 

стол ресепшен 1 шт. - 30 000 руб.

стулья табуреты 5 шт. – 2 500 руб.

стоики для вещей производство Италия  3 шт. – 36 000 руб.

стойки из трубы для вещей, диаметр 25 мм 3 шт. – 12 000 руб.

полки для манекенов (1000 мм) 13 шт. – 3 900 руб.

полки для манекенов (2400 мм)  5 шт. 4 500 руб.

манекены торсы, женские 95 шт. – 23 750 руб.

стоики для манекенов 17 шт.  - 8 500 руб.

стол ресепшен на складе 1 шт. - 15 000 руб. 

вешалки для одежды пластиковые 830 шт. (с учетом 5 сломанных)- 24 900 руб.

примерочная в сборе 1 шт. - 3 500 руб.

манекены стоячие (торс+ноги)  3 шт. - 3 000 руб.

стремянка торгового зала 1 шт. - 2 500 руб.

- товарный чек от 19.01.2016 (т. 1 л.д. 52) на общую сумму 33 300 руб. на приобретение:

прожекторы освещения 9 штук 13 500 руб.

светильника абажуры над ресепшен 2 шт. 6 000 руб.

- товарный чек № 38 от 19.04.2016 (т.1 л.д. 53) на приобретение 10 штук горшечных растений общей стоимостью 30 000 руб.

- товарный чек № 77  от 26.08.2016 (т. 1 л.д. 55) на приобретение дерева Гибискус 2,5 м стоимостью 20 000 руб.,

- товарный чек от 22.11.2016 (т.1 л.д. 56) на приобретение елки и новогодних украшений, гирлянды для окон (занавес), елочной гирлянды (длинна 2, 20 м) 3 шт. общей стоимостью 31 500 руб.

В подтверждение факта нахождения указанного имущества 31.12.2017 в помещении по адресу: 

<

...> представлена инвентаризационная опись № 2 от 31.12.2016 (т. 1 л.д. 38-39).

Предпринимателем ФИО3 не представлено доказательств отсутствия указанного имущества в помещении по адресу: 

<

...> по состоянию на 11.01.2017 – момент вскрытия помещения, смены замков и прекращения доступа в помещения  предпринимателя ФИО2  Представленный индивидуальным предпринимателем ФИО3 акт осмотра помещения – нежилых комнат № 7, 8,9, 10, 12, 16а, 17 (т 2 л.д. 59-62) является ненадлежащим доказательством, поскольку составлен в отсутствие представителя арендатора. Надлежащим образом  предприниматель ФИО2 на  составление акта осмотра и приема-передачи помещения приглашена не была. Ссылки на телефонные звонки  и то обстоятельство, что предприниматель ФИО2 не брала трубку документально не подтверждены. 

В ходе судебного разбирательства дела представитель предпринимателя ФИО3 ссылалась на детализацию телефонных соединений. Указанный документ в материалы дела не представлен. При этом следует отметить, что  в отсутствие доказательств принадлежности абонентских номеров конкретным лицам, и сведений о содержании разговора,  указанный документ не может свидетельствовать о вызове арендодателем представителя арендатора или самого арендатора. Иными имеющимися в материалах дела документами достоверность сведений, изложенных в этом акте, не подтверждается. 

В акте осмотра от 11.01.2017 так же указано на сообщение участкового полиции   ФИО17 (по телефону)  на вывоз ценного имущества   арендатора И,П. ФИО2, однако данное обстоятельство в судебном заседании  предпринимателем ФИО3 документально не подтверждено.

В ходе судебного разбирательства дела  предпринимателем ФИО3 заявлено ходатайство о фальсификации инвентаризационных описей № 2 и № 3 от 31.12.2016 г., договора купли-продажи № У01/2015 от 10.11.2015 г. с ООО «АТП-Сервис», спецификации к договору и товарной накладной № 20 от 10.11.2015 г., договора мены с ИП ФИО18, от 01.12.2016 г., от 15.12.2016 г., 22.12.2016 г., накладных от  ИП ФИО2 № 12 от 01.12.2016 г., без номера от 15.12.2016 г., без номера от 22.12.2016 г.,  накладных от ИП ФИО18 № 4 от 01.12.2016 г., без номера от 15.12.2016 г., без номера от 22.12.2016 г., товарных чеков без номера от ИП ФИО19 от 19.01.2016 г., 25.07.2016 г., от 22.11.2016 г., товарных чеков ИП ФИО20 № 38 от 19.04.2016 и № 77 от 26.08.2016 (т. 1 л.д. 138-139).

В целях проверки заявленного ходатайства суд определениями от 02.05.2017 истребовал от ООО «АТП-Сервис», индивидуального предпринимателя ФИО18, индивидуального предпринимателя ФИО19, индивидуального предпринимателя ФИО20 сведения о факте реализации ИП ФИО2 товара по вышеуказанным документам.

Письмом от 16.05.2017  предприниматель ФИО18 подтвердила   наличие с ИП ФИО2 отношений по договору мены (т. 2 л.д. 176).

26.05.2017 ООО «АТП-Сервис» представило документы  подтверждающие наличие хозяйственных отношений с  ИП.ФИО2 (т. 3 л.д. 72-77).

Индивидуальные предприниматели ФИО19 и ФИО20 документы не представили, определение суда об истребовании документов  предпринимателями ФИО19 и ФИО20 не получено и возвращено органом почтовой связи в связи с истечением срока хранения (т. 2 л.д. 167-170).

Рассмотрев заявленное ходатайство о фальсификации суд не нашел оснований для его удовлетворения. Предприниматель ФИО18 и ООО «АТП-Сервис» подтвердили   наличие с ИП ФИО2 отношений, представили соответствующие документы. ФИО19 и ФИО20 зарегистрированы в качестве индивидуальных предпринимателей в установленном законом порядке. 

Товарные чеки ИП ФИО19 и ИП ФИО20 содержат все обязательные и установленные законом к их заполнению реквизиты. Инвентаризационные описи № 2 и № 3 от 31.12.2016 г. так же соответствует установленным законом требованиям. Доказательств подложности указанных документов в материалы дела не предоставлено.

Представленные в материалы дела копии первичных бухгалтерских документов  на приобретение товара и инвентаризационные описи являются надлежащими доказательствами.

Представитель предпринимателя ФИО3 так же выражал свое несогласие относительно стоимости товара указанной в представленных предпринимателем ФИО2 документах, полагая ее существенно завышенной относительно  цен на подобного рода товары  согласно данным интернет сайтов. Указанный довод отклоняется судом. Данные из интернет-сайтов невозможно соотнести с конкретными предметами, приобретенными индивидуальным предпринимателем ФИО2 и являющимися предметом спора по настоящему делу. 

В тое же время в заключении эксперта № 0790100034 от 16.03.2018 указанна стоимость дерева «Гибискус» подобного имевшемуся в наличии высохшему дереву  от  6000 до 9000 руб., горшечных растений 8 штук общей стоимостью 14 750 руб., примерочной (в сборе) в связи с трещиной в одном зеркале стоимостью 3 000 руб., светильников абажуров  общей стоимостью 2 198 руб.

Исходя из вышеизложенного, оценив представленные в материалы дела документы в совокупности и взаимной связи суд приходит к выводу, что в процессе удержания предпринимателем ФИО3 произошла утрата имущества  общей стоимостью 259 648 руб., в том числе следующего:

стол ресепшен 1 шт. - 30 000 руб.,

стулья табуреты 5 шт. – 2 500 руб.,

стоики для вещей производство Италия  3 шт. – 36 000 руб.,

стойки из трубы для вещей, диаметр 25 мм 3 шт. – 12 000 руб.,

крепеж для полок 55 шт. – 12650 руб. ( по товарному чеку от 19.01.2016),

полки для манекенов (1000 мм) 13 шт. – 3 900 руб.,

полки для манекенов (2400 мм)  5 шт. 4 500 руб.,

манекены торсы, женские 95 шт. – 23 750 руб.,

стоики для манекенов 17 шт.  - 8 500 руб.,

стол ресепшен на складе 1 шт. - 15 000 руб., 

вешалки для одежды пластиковые 830 шт.- 24 900 руб.,

примерочная в сборе 1 шт. - 3 500 руб.,

манекены стоячие (торс+ноги)  3 шт. - 3 000 руб.,

стремянка торгового зала 1 шт. - 2 500 руб.,

прожекторы освещения 9 шт.- 13 500 руб.,

светильника абажуры над ресепшен 2 шт. – 2 198 руб. (по заключению эксперта № 0790100034 от 16.03.2018),

горшечных растений 8 штук общей стоимостью 14 750 руб. (по заключению эксперта № 0790100034 от 16.03.2018),

2 штуки горшечных растений общей стоимостью 6000 руб.(по товарному чеку № 38 от 19.04.2016 (т.1 л.д. 53)),

 дерева Гибискус 2,5 м стоимостью 9 000 руб. (по заключению эксперта № 0790100034 от 16.03.2018),

елки и новогодних украшений, гирлянды для окон (занавес), елочной гирлянды (длинна 2, 20 м) 3 шт. общей стоимостью - 31 500 руб.

По правилам пункта 1 статьи 1104 Гражданского кодекса Российской Федерации, имущество, составляющее неосновательное обогащение приобретателя, должно быть возвращено потерпевшему в натуре. В случае, если возможность возврата имущества в натуре утрачена, потерпевший вправе требовать возмещения действительной стоимости такого имущества в порядке пункта 1 статьи 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В пункте 3 Информационного письма от 11.01.2000 N 49 "Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении" Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации указал на то, что пункт 1 статьи 1105 ГК РФ не должен толковаться ограничительно и подлежит применению не только в случаях, когда неосновательно приобретенное имущество вовсе выбыло из владения приобретателя, но и тогда, когда это имущество полностью утратило свои хозяйственные качества. Утрата имуществом своих полезных свойств и невозможность использования его по своему первоначальному назначению означают невозможность возврата неосновательного обогащения в натуре, что дает потерпевшему право на взыскание стоимости этого имущества в денежной форме.

Принимая во внимание изложенное выше, учитывая то, что возложение на ответчика обязанности возвратить истцу сломанные вешалки, высохшие горшечные растения и, дерево «Гибискус», разбитое зеркало, порванные  абажуры светильников не приведет к восстановлению его имущественного положения, а так же учитывая факт утраты части имущества предпринимателем ФИО3 во время хранения суд приходит к выводу о возможности в данной ситуации взыскания с ответчика стоимости утраченного и пришедшего в негодность имущества в размере 259 648 руб.

Так же предпринимателем ФИО2 заявлено о взыскании 525 645 руб. 79 коп. стоимости утраченного и пришедшего в негодность в связи с нарушением правил хранения товара (одежды). В ходе судебного разбирательства дела предприниматель поясняла, что  при осмотре удерживаемого имущества было установлено, что товар хранится  в порванных мешках, покрыт строительной грязью и пылью.  Реализовать данный товар не представляется возможным.

Заключением эксперта № 0790100034 от 16.03.2018 установлено, что идентифицировать имеющийся товар  по маркировке  с имуществом, указанным в таблице при назначении экспертизы не представилось возможным. При этом эксперты   описали, все  обнаруженные вещи  (одежду)  в исследовательский части заключения.

Предприниматель ФИО2 в ходе судебного разбирательства дела представила  в материалы дела информационный отчет по специальному аудиторскому заключению   составленный ООО фирма «Аудит-Экспресс» (т. 6 л.д. 58-58-127, т 7 л.д. 1-182), а так же сводную таблицу  сопоставления имущества по результатам инвентаризации  по состоянию на 31.12.2017 с наличием товара по судебной экспертизе от 16.03.2018 (т. 13 л.д. 125-130). Так же предпринимателем ФИО2 даны пояснения относительно дополнительно обнаруженного товара,  являющегося составной частью (элементом) утраченного товара (костюмов).

В обоснование факта приобретения товара (одежды) предприниматель ФИО2 представила первичные бухгалтерские документы (т. 1 л.д. 57-120).

Проанализировав представленные в материалы дела документы суд приходит к выводу, что на момент проведения осмотра сторонами 22.05.2017 и проведения осмотра в ходе составления заключения эксперта № 0790100034 от 16.03.2018 установлено отсутствие имущества на общую сумму 300 248 руб. 26 коп. Перечень утраченного имущества и его стоимость  приобретения указаны в таблице  (т. 13 л.д. 125-130).

В ходе судебного разбирательства дела доказательств иной стоимости утраченного товара в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предпринимателем ФИО3 предоставлено не было.

Исходя из вышеизложенного суд приходит к выводу о возможности в данной ситуации взыскания с ответчика стоимости утраченного товара (одежды) в сумме 300 248 руб. 26 коп.

Всего  подлежит взысканию с Индивидуального предпринимателя ФИО3 559 896 руб. 26 коп.(259 648 руб. и 300 248 руб. 26 коп.) стоимости утраченного и пришедшего в негодность имущества ФИО2

Оснований для взыскания стоимости имеющегося в наличии имущества (одежды) в сумме 225 397 руб. 53 коп.  суд не находит.

Согласно части 1 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательства представляются лицами, участвующими в деле. 

Доказательствами  по делу, в силу статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела. В качестве доказательств  допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, консультации специалистов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы. 

В соответствии с частью 1 статьи 64, статьями 71, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие  значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств. 

Предприниматель ФИО2 заявил требование о взыскании стоимости имущества, приобретенного им и незаконно удерживаемого предпринимателем ФИО3, которое после прекращения арендных отношений ему не возвращено и удерживается ответчиком,  в связи с чем истец просит суд взыскать с ответчика  стоимость удерживаемого имущества.   

Из искового заявления и письменных пояснений истца следует, что истец просит взыскать с ответчика  стоимость  незаконно удерживаемого последним  имущества, определенного родовыми признаками. 

Взыскание стоимости имущества, определенного родовыми  признаками и  удерживаемого ответчиком без установленных законом,  законом, иными правовыми актами или сделкой оснований, осуществляется по правилам  о неосновательном обогащении (глава 60 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Так, лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение) (статья 1102  Гражданского кодекса Российской Федерации). Имущество, составляющее неосновательное обогащение приобретателя, должно быть возвращено потерпевшему  в натуре  (часть 1 статьи 1104  Гражданского кодекса Российской Федерации). 

В случае невозможности возвратить в натуре неосновательно полученное или сбереженное имущество приобретатель должен возместить потерпевшему действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, если приобретатель не возместил его стоимость немедленно после того, как узнал о неосновательности обогащения (ч. 1 ст. 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Т.е. по общему правилу, восстановление имущественной сферы потерпевшего в первую очередь должно осуществляться в натуральном выражении. Лишь при невозможности возвратить в натуре неосновательно полученное или сбереженное имущество  -  в денежном выражении (в виде возмещения действительной стоимости такого имущества статья 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Истец заявил о возмещении стоимости имущества, удерживаемого предпринимателем ФИО3, однако какие-либо доказательства невозможности его возврата в натуре (утрата, уничтожение, гибель  имущества, порча и т.д.) в материалы дела не представлены.  

Принцип  состязательности  арбитражного процесса  заключается в том, что обязанность доказывания своих доводов и возражений лежит на каждом из лиц, участвующих в деле (статья 65  Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации). Соответственно, предприниматель ФИО2, заявляя требование о возмещении стоимости спорного имущества должен был представлять доказательства, подтверждающие доводы, что такое имущество возвратить невозможно. Однако такие доказательства в материалах дела отсутствуют. 

В ходе судебного  разбирательства дела  предприниматель ФИО2 ходатайствовала о проведении осмотра удерживаемого имущества судом в целях установления его состояния и утраты товарных качеств.

Суд не нашел оснований для удовлетворения заявленного ходатайства, поскольку для установления наличия либо отсутствия товарных качеств у имущества требуются специальные познания. Ходатайств о назначении экспертизы либо приглашения специалистов для установления данного обстоятельства предпринимателем ФИО2 заявлено не было.

В ходе судебного разбирательства дела  суд обращал внимание предпринимателя ФИО2 на то обстоятельство, что заключения эксперта № 0790100034 от 16.03.2018 в отношении имевшейся в наличии одежды  эксперты не пришли к выводу о ее непригодности для реализации.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Следовательно, у суда отсутствуют правовые основания для  постановки вывода о невозможности возврата ответчиком имущества истца. Спорное имущество имеется в натуре. Какие-либо доказательства, свидетельствующие об утрате хозяйственного назначения, товарных качеств имущества ввиду полного его износа и невозможности использования по первоначальному назначению, отсутствуют.   Исходя из имеющихся в материалах дела  фотографий, являющихся приложением к отчету по специальному аудиторскому заключению   составленному ООО фирма «Аудит-Экспресс» и заключению эксперта № 0790100034 от 16.03.2018 установить непригодность одежды для реализации не представляется возможным.

После возврата имущества истцу, при наличии у истца претензий к его состоянию и утрате первоначальной стоимости, истец вправе потребовать взыскания с ответчика соответствующих убытков. 

В связи с изложенным, требование истца о взыскании  стоимости  имущества в сумме 225 397 руб. 53 коп.  является не обоснованным и не подлежащим удовлетворению.

Предпринимателем ФИО2 так же заявлено требование о взыскании излишне внесенной арендной платы в сумме  772 356 руб. 19 коп. и процентов за пользование чужими денежными средствами.

Предпринимателем ФИО3 заявлено требование о взыскании 1 208 148 руб. 39 коп. долга по постоянной части арендной платы за период с 01.12.2015 по 10.01.2017, 89 123 руб. 05 коп. долга по переменной части арендной платы за период с 01.12.2015 по 10.01.2017, 2 659 685 руб. 71 коп. неустойки по постоянной части арендной платы за период с 16.12.2015 по 21.09.2017 и далее по день фактической оплаты долга, 202 542 руб. 18 коп. неустойки по переменной части арендной платы за период с 11.01.2016 по 21.09.2017 и далее по день фактической оплаты долга.

 В ходе судебного разбирательства дела суд пришел к выводу, что с 01.12.2015 года между сторонами возникли отношения по фактическому предоставлению и пользованию нежилым помещением по адресу: 

<

...>. В последующем сторонами заключен договор аренды от 01.02.2016 N А1/2016, согласно которого размер постоянной части арендной платы  составляет 12 500 руб. за все помещение в месяц (пункт 4.2.1 договора).

 В ходе судебного разбирательства дела предприниматель ФИО2 признавала  наличие у нее обязанности по оплате арендной платы  и фактического пользования помещением  за период с 01.12.2015 по 11.12.2016.

Исходя из установленного пунктом 4.2.1 договора от 01.02.2016 N А1/2016 размера постоянной части арендной платы  в сумме  12 500 руб. суд приходит к выводу, что за период пользования помещением  предприниматель ФИО2  была обязана оплатить 167 835 руб. 48 коп. постоянной  части арендной платы и 83 073 руб. 25 коп. переменной части арендной платы.

Размер переменной части арендной платы установлен судом в отношении отопления, содержания и ремонта нежилого помещения, взносов в фонд капитального ремонта исходя из общей стоимости услуг на все здание, в котором арендатор арендует помещение, пропорционально арендуемой  площади 56,6 кв.м.

Размер переменной части арендной платы в отношении электроэнергии, водоснабжения, водоотведения  определен судом исходя из показаний приборов учета представленных предпринимателем ФИО3 в материалы дела. Суд не отклоняет довод предпринимателя ФИО2 о несогласовании сторонами  приборов учета и их показаний.  Как следует из материалов дела приборы учета электроэнергии и воды были установлены в помещении арендатора и он имел возможность и доступ к указанным приборам. Так же арендатор имел возможность самостоятельно контролировать фактическое потребление ресурса и фиксировать его объем.  Иных показаний приборов учета в материалы дела представлено не было.

Представленный предпринимателем ФИО3 расчет (т. 3 л.д. 27) скорректирован судом  на  площадь 56, 6 кв.м и допущенные арифметические ошибки (по воде за ноябрь и декабрь 2016 года по 143 руб. 12 коп., по электричеству за  февраль 2016 - 3 479 руб., за апрель 2016 – 4 370 руб. 52 коп., декабрь 2016 2 205 руб. 90 коп.)., содержание жилья рассчитано судом по тарифу 13 руб. 29 коп., соответственно  по воде подлежит к уплате 1 459 руб. 72 коп., по  электричеству 48 724 руб. 82 коп.,  отоплению 18498 руб. 54 коп., содержанию жилья 10 029 руб. 47 коп., капремонту 4 360 руб. 70 коп.

 В материалы дела  предпринимателем ФИО2 представлены расписки на получение предпринимателем ФИО3 994 670 руб. т. 2 л.д. 95-100). Факт получения указанных денежных средств предприниматель ФИО3 в судебном заседании признавал и не оспаривал, полагал, что задолженность предпринимателя ФИО2 по арендной плате составляет 1 208 148 руб. 39 коп. 

В соответствии со статьей 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Оснований для получения индивидуальным  предпринимателем ФИО3 743761 руб. 27 коп. не имелось, тем самым требования предпринимателя ФИО2 подлежат удовлетворению в указанном размере, а встречные исковые требования предпринимателя ФИО3 отказу.

Начисление процентов на сумму неосновательного обогащения предусмотрено пунктом 2 статьи 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации, расчет которых производится в соответствии со статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем суд приходит к выводу о правомерности взыскания с предпринимателя ФИО3 94804 руб. 09 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 16.02.2017 по 29.08.2018 и далее до фактического возврата суммы неосновательного обогащения

Расходы по уплате государственной пошлины суд в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относит на стороны пропорционально удовлетворенным требованиям. Расходы по уплате государственной пошлины по встречному иску суд относит на предпринимателя ФИО3 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 110, 132, 167 – 170, 176, Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  

 

Р Е Ш И Л:

Иск индивидуального предпринимателя ФИО2 удовлетворить частично.

Обязать индивидуального предпринимателя ФИО3 возвратить индивидуальному предпринимателю ФИО2 следующее имущество:

- стойки для вещей (производство Италия) – 1 шт.,

- стойки винтовые для вещей – 2 шт.,

- стойки из трубы для вещей, диаметр 25 мм – 1 шт.,

- манекены торсы, женские – 55 шт.,

- стойки для манекенов – 3 шт.,

- вешалки для одежды пластиковые и металлические – 670 шт.,

- зеркала из примерочной – 1 шт.,

- манекены стоячие (торс+ноги) – 3 шт.,

- крепеж для полок – 5 шт.,

- полки для манекенов (1000 мм) – 7 шт.,

- полки для манекенов (2400 мм) – 1 шт.,

- рекламные плакаты (натяжные на деревянной раме) – 4 шт.,

- профили для торгового оборудования (1-2000 мм) – 30 шт.

- расходные материалы.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 стоимость утраченного  и пришедшего в негодность имущества в размере 553896 (Пятьсот пятьдесят три тысячи восемьсот девяносто шесть) руб. 26 коп., 743761 (Семьсот сорок три тысячи семьсот шестьдесят один) руб. 27 коп. неосновательного обогащения, 94804 (Девяносто четыре тысячи восемьсот четыре) руб. 09 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 16.02.2017 по 29.08.2018 и далее до фактического возврата суммы неосновательного обогащения, а так же расходы по уплате государственной пошлины в сумме 30722 (Тридцать тысяч семьсот двадцать два) руб.

В удовлетворении иска ФИО2 о признании договора аренды от 01.02.2016 № А1/2016 расторгнутым с 12.01.2017 отказать.

Возвратить индивидуальному предпринимателю ФИО2 из федерального бюджета излишне уплаченную согласно чека-ордера от 17.02.2017 государственную пошлину в сумме 5248 (Пять тысяч двести сорок восемь) руб.

В удовлетворении встречно иска индивидуального предпринимателя ФИО3 отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 в доход федерального бюджета 43797 (Сорок три тысячи семьсот девяносто семь) руб. расходов по уплате государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в Первый арбитражный апелляционный суд, г. Владимир, в течение месяца с момента его принятия.

Решение арбитражного суда первой инстанции может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Волго-Вятского округа, г. Нижний Новгород, при условии, что оно было предметом рассмотрения Первого арбитражного апелляционного суда или Первый арбитражный апелляционный суд отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Кассационная жалоба может быть подана в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемых решения, постановления арбитражного суда.

Жалобы подаются через Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии.

 

Судья

Т.Ю. Лазарева