405/2023-27599(2) 

 

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-2293/2023

г. Челябинск

21 апреля 2023 года

Дело № А47-4543/2020  

Резолютивная часть постановления объявлена 18 апреля 2023 года.  Постановление изготовлено в полном объеме 21 апреля 2023 года.  

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  председательствующего судьи Поздняковой Е.А.,  

судей Матвеевой С.В., Румянцева А.А., при ведении протокола секретарем  судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании  апелляционную жалобу ФИО2 на определение  Арбитражного суда Оренбургской области от 16.01.2023 по делу № А47-4543/2020 о  частичном удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной  ответственности.  

Определением суда от 18.06.2020 (резолютивная часть от 10.06.2020) заявление  АО «Российский сельскохозяйственный банк» признано обоснованным; в отношении  ООО «Спектр» введена процедура наблюдения.  

Временным управляющим должника утвержден ФИО3, член Ассоциации «Межрегиональная саморегулируемая организация  профессиональных управляющих».  

Сообщение о введении наблюдения в отношении должника опубликовано в  газете «Коммерсантъ» от 27.06.2020.  

Решением арбитражного суда от 18.02.2021 (резолютивная часть от 10.02.2021)  ООО «Спектр» признано несостоятельным (банкротом); в отношении должника  открыто конкурсное производство сроком на 6 месяцев.  

Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3, член Ассоциации «Межрегиональная саморегулируемая организация  профессиональных управляющих».  

Конкурсный управляющий ФИО3 12.08.2022 (согласно штампу  экспедиции суда) обратился в суд заявлением и просит:  

- привлечь ФИО2 к субсидиарной  ответственности в размере 16 128 488 руб. 39 коп.;  

- приостановить рассмотрение заявления о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам  должника в части определения размеров этой ответственности до окончания расчетов  с кредиторами.  

В уточненном заявлении конкурсного управляющего (л.д. 26-28) требования  сформулированы следующим образом: взыскать с ответчика убытки в размере 2 428  433 руб. 00 коп.  

Уточнение принято судом в порядке ст. 49 АПК РФ в судебном заседании и  отражено в определении от 07.11.2022 (л.д. 25).  

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 16.01.2023  заявленные требования конкурсного управляющего ФИО3  

Александровича удовлетворены частично. Суд определил: взыскать с бывшего  учредителя должника ФИО2 в конкурсную массу  должника убытки в размере 2 428 433 руб. 00 коп. В удовлетворении оставшейся  части заявленных требований отказано.  

Не согласившись с вынесенным определением суда первой инстанции от  16.01.2023, ФИО2 (далее – податель апелляционной жалобы, апеллянт)  обратился в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной  жалобой, в которой просил определение отменить.  

В обосновании доводов жалобы апеллянт указывает на то, что судом  неправомерно отказано в применении срока исковой давности в отношении заявления  о взыскании убытков. Считает неправомерным взыскание убытков в деле о  банкротстве, поскольку не является руководителем общества.  

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от  10.03.2023 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание  назначено на 18.04.2023.  

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной  жалобы уведомлены посредством размещения информации на официальном сайте  суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное  заседание представителей не направили.  

В соответствии со статьями 123, 156 АПК РФ дело рассматривалось судом  апелляционной инстанции в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в  деле.  

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной  инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.  

Как следует из материалов дела, в период с 19.04.2014 по 29.12.2020 ответчик  являлась участником общества - должника с долей участия в размере 50 процентов  (выписка из ЕГРП в отношении должника - л.д. 11-14).  

Во вступившем в законную силу решении арбитражного суда Оренбургской  области от 03.12.2021 по делу № А47-8043/2021 отражено, что ответчик 15.03.2019 в  нотариальном порядке удостоверила адресованное обществу с ограниченной  ответственностью «Спектр» заявление участника общества о выходе из общества,  почтовым отправлением с почтовым идентификатором направила в адрес ООО  «Спектр» 46155126020080 указанное заявление. Решением единственного участника  ООО «Спектр» ФИО4 от 10.04.2019 ответчик была выведена из состава  участников ООО «Спектр», принадлежавшая ей доля в размере 50 процентов  уставного капитала перешла к обществу на основании заявления участника о выходе.  Соответствующее заявление директора ООО «Спектр» ФИО4 поступило в  регистрирующий орган 22.12.2020, а 29.12.2020 регистрирующим органом принято  решение о государственной регистрации внесения изменений в учредительные  документы ООО «Спектр» и в ЕГРЮЛ.  

С указанной даты 29.12.2020 принадлежавшая ранее ответчику доля в уставном  капитале номинальной стоимостью 5 000 руб. 00 коп. принадлежит обществу с  ограниченной ответственностью «Спектр».  

Приговором Акбулакского районного суда Оренбургской области от 11.12.2018  (л.д. 45-76) ФИО4 и ФИО2 были признаны виновными в совершении  преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 Уголовного Кодекса РФ. Гражданский  иск Министерства сельского хозяйства, пищевой и перерабатывающей  промышленности Оренбургской области к ООО «Спектр» на сумму 2 428 433 руб. 00  коп. оставлен без рассмотрения.  

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от  28.03.2022 изменено определение суда первой инстанции по делу № А47-4543-2020,  требование Министерства сельского хозяйства, торговли, пищевой и  перерабатывающей промышленности Оренбургской области в размере 2 428 433 руб.  00 коп. основного долга признано обоснованным и подлежащим удовлетворению за  счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований  кредиторов, включенных в реестр требований общества с ограниченной  ответственностью «Спектр».  

Исследовав обстоятельства дела, проверив доводы апелляционной жалобы, суд  апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены  обжалуемого судебного акта в силу следующего.  

В силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве пока не доказано иное,  предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие  действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в том числе когда  причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим  лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких  сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 указанного  Федерального закона.  

При установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство  должника, необходимо принимать во внимание следующее:  

1) наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на  деятельность должника;  

2) реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к  негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных  последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен  кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное - банкротное -  состояние;  

3) ответчик является инициатором (соучастником) такого поведения и (или)  потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных  последствий (пункты 3, 16, 21, 23 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с  привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).  

При доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых  презумпций доведения до банкротства, предполагается, что именно действия  (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного  банкротства. Доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной  ответственности, в том числе при опровержении установленных законом презумпций,  контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено  исключительно внешними факторами (пункт 19 Постановления № 53).  

Согласно разъяснениям пункта 23 Постановления № 53, презумпция доведения  до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена  к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный  вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника,  значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно  являющиеся существенно убыточными. Для доказывания факта совершения сделки,  причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на  основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2  (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о  банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как  значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты  

совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из  кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.  

Контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной  ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные  последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска  и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов. При рассмотрении споров о  привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности данным  правилом о защите делового решения следует руководствоваться с учетом  сложившейся практики его применения в корпоративных отношениях, если иное не  вытекает из существа законодательного регулирования в сфере несостоятельности  (пункт 18 Постановления № 53). Контролирующее должника лицо, вследствие  действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным  (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в  признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует.  

С учетом положений пунктов 1 и 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве,  разъяснений, данных в пунктах 3 и 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от  21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением  контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», сведений  ЕГРЮЛ об учредителях и руководителе должника, следует признать, что ответчик  относится к числу лиц, контролирующих должника.  

Наличие своей существенной роли в определении направления деятельности  общества ответчик не опроверг.  

Из приговора Акбулакского районного суда Оренбургской области от  11.12.2018 следует, что ответчик, будучи в том числе главным бухгалтером должника,  совместно с директором общества планировала экономическую деятельность  должника (получение кредитов, субсидий) и фактически совершала действия,  направленные на возникновение у общества обязательств по отношению к  контрагентам (банкам, поставщикам, Министерству сельского хозяйства, пищевой и  перерабатывающей промышленности Оренбургской области), и это осуществлялось в  соответствии с ее собственным волеизъявлением.  

С учетом указанных и установленных обстоятельств, апелляционная коллегия  считает, что ответчик относится к категории контролирующих должника лиц как с  позиции формальной (наличие статуса в составе органов управления должника), так и  в силу фактических обстоятельств использования ответчиком данного статуса.  

В качестве действий, которыми причинен ущерб кредиторам должника,  конкурсный управляющий указывает действия ответчика и бывшего директора  должника ФИО4 по незаконному обращению в Министерство сельского  хозяйства, пищевой и перерабатывающей промышленности Оренбургской области за  получением субсидий из федерального и регионального бюджетов в периоде с  октября 2013 года по март 2015 года, субсидии фактически были предоставлены  должнику из средств бюджетов.  

По обстоятельствам данных действий имеются судебные акты по делу № А479148/2019 и в рамках настоящего дела о банкротстве (определение суда первой  инстанции от 14.01.2022 по обособленному спору № А47-4543-48/2020,  постановления от 28.03.2022 суда апелляционной и от 23.06.2022 суда кассационной  инстанции, а также с учетом пересмотра по апелляционной жалобе самой ФИО2  

В пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного  Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных  

с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73- ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской  Федерации» содержатся разъяснения, согласно которым положения Закона о  банкротстве в его новой редакции о субсидиарной ответственности соответствующих  лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся  основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача  контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или  совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу  новой редакции Закона. Если же данные обстоятельства имели место до дня  вступления в силу новой редакции Закона, то применению подлежат положения о  субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в  прежней редакции, независимо от даты возбуждения производства по делу о  банкротстве.  

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266- ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности  (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных  правонарушениях» рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной  ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26.10.2002 №  127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня  вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017,  производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего  Федерального закона).  

Таким образом, заявления о привлечении к субсидиарной ответственности  рассматриваются исходя из процессуальных норм в редакции Федерального закона от  29.07.2017 № 266-ФЗ, основания ответственности (материально-правовые нормы)  применяются те, которые действовали в момент совершения правонарушения.  

Ввиду периода времени, к которому относятся обстоятельства, с которыми  конкурсный управляющий связывает ответственность контролирующих должника  лиц, суд исходит из того, что спор должен быть разрешен с применением статьи 9 и  пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от  28.06.2013 № 134-ФЗ (в части применения норм материального права).  

Абзацем третьим пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона №  134-ФЗ предусмотрена ответственность контролирующих должника лиц за  причиненный имущественным правам кредиторов вред в результате совершения  такими лицами или в пользу этих лиц либо одобрения этими лицами одной или  нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3  настоящего Федерального закона.  

Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к  субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований  кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин  несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует  о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия  ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты  ухудшения финансового положения должника (Определение Судебной коллегии по  экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.09.2020 № 310- ЭС20-6760 по делу № А14-7544/2014, определение Судебной коллегии по  экономическим спорам Верховного Суда РФ от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079 по  делу № А41-87043/2015).  

Вместе с тем, конкурсным управляющим не указаны объективные причины  банкротства должника и, соответственно, не доказано, что именно вследствие  

действий ответчика по незаконному получению субсидий из федерального и  регионального бюджетов должник оказался в ситуации объективного банкротства.  

Из материалов дела не следует, что имели место недобросовестные действия со  стороны ответчика как контролирующего должника лица, которые фактически  привели к банкротству должника.  

В связи с чем судом правомерно отказанов привлечении к субсидиарной  ответственности по данному основанию.  

Доводы ФИО2 об отсутствии оснований для привлечения к  субсидиарной ответственности за совершение сделок приведших к банкротству,  судом апелляционной инстанции отклоняются как несостоятельные, ввиду того что  судом указанное лицо не привлечено к субсидиарной ответственности по данному  основанию.  

В судебном заседании 09.01.2023 ответчиком устно заявлено о пропуске срока  исковой давности. Такое же заявление сделано в тексте апелляционной жалобы.  

Суд полагает данное заявление необоснованным. 

Пунктом 3 статьи 4 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона №  266-ФЗ установлено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной  ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции,  действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ), которые поданы с  01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции Закона №  266-ФЗ, вступил в силу 30.07.2017).  

При этом в пункте 2 Информационного письма Президиума ВАС РФ от  27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями  Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные  законодательные акты Российской Федерации» изложена правовая позиция, в  соответствии с которой положения обновленного законодательства о субсидиарной  ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются,  если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой  ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику,  одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки),  имели место после дня вступления в силу обновленного закона. Если же данные  обстоятельства имели место до дня вступления такого закона в силу, то применению  подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника  Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу обновленного  закона, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.  Предусмотренные обновленным законом процессуальные нормы о порядке  привлечения к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после  вступления его в силу независимо от даты, когда имели место упомянутые  обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.  

Таким образом, при толковании правил применения Закона о банкротстве, на  котором основаны заявленные требования, необходимо учитывать указанные  принципы, из чего следует, что при рассмотрении заявлений о привлечении к  субсидиарной ответственности руководителей должника, поданных после  установленной Законом № 266-ФЗ даты безусловно подлежат применению нормы  процессуального законодательства, изложенные в данной редакции закона. Однако  указанное правило не придает обратной силы нормам материального права, к  которым относятся правила о порядке исчисления срока исковой давности.  

В соответствии с абз. 4 п. 5 ст. 10 Закона о банкротстве в редакции,  действовавшей до вступления в законную силу ФЗ № 266-ФЗ, заявление о  привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по  

основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть  подано в течение 1 года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или  должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к  субсидиарной ответственности, но не позднее 3 лет со дня признания должника  банкротом.  

Конкурсный управляющий утвержден в деле о несостоятельности  (банкротстве) должника решением суда от 18.02.2021 (резолютивная часть от  10.02.2021).  

Законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только  с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с  моментом, когда оно должно было, то есть имело реальную возможность, узнать о  нарушении права.  

Задолженность перед Министерство сельского хозяйства, пищевой и  перерабатывающей промышленности Оренбургской области включена за реестр  требований кредиторов должника постановлением Восемнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 28.03.2022. Поэтому суд исходит из того, что момент  возникновения задолженности должника перед кредитором (министерством) должен  был стать известен конкурсному управляющему должника не позднее 28.03.2022.  

Соответственно, только с 28.03.2022 конкурсный управляющий должника  располагал информацией о том, что по данным основаниям возможно требовать  привлечения к субсидиарной ответственности ответчика.  

Конкурсный управляющий должника обратился в арбитражный суд с  заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности 12.08.2022,  следовательно годичный (субъективный) срок давности в части требований по п. 2 и 4  ст. 10 Закона о банкротстве не пропущен, поскольку последним днем этого срока  будет являться 28.03.2023.  

С заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности конкурсный  управляющий обратился в арбитражный суд 12.08.2022, то есть и пресекательный  трехлетний объективный исковой давности также не пропущен. Объективный 3- летний срок исковой давности, исчисляемый с даты введения процедуры конкурсного  производства (10.02.2021) по состоянию на 12.08.2022 также не был пропущен,  поскольку датой введения процедуры конкурсного производства является дата  объявления резолютивной части судебного акта.  

Вместе с тем, принимая во внимание п. 20 Постановления Пленума Верховного  Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением  контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» и заявление  конкурсного управляющего об уточнении заявленных требований, суд приходит к  выводу, что требования о возмещении убытков ответчиком в сумме 2 428 433 руб. 00  коп. заявлены обоснованно.  

Во вступившем в законную силу постановлении Восемнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 28.03.2022 по настоящему делу дана правовая оценка  действиям ответчика и бывшего директора должника. Суд пришел к следующим  выводам:  

1) с учетом положений ч. 4 ст. 69 АПК РФ, приведенные в обвинительном  приговоре Акбулакского районного суда Оренбургской области обстоятельства  указывают на то, что субсидии в сумме 2 437 926 руб. 00 коп. получены должником  неправомерно (с нарушением условий, установленных при их предоставлении);  

2) требование кредитора (министерства) в понимании суда, основанном на  правомочиях, предоставленных суду в силу правовой нормы части 1 ст. 168 АПК РФ,  

основано на положениях статей 15 и 1064 ГК РФ со ссылкой на причинение ущерба  преступными действиями директора и главного бухгалтера должника.  

Таким образом, с учетом изложенных конкурсным управляющим аргументов,  суд приходит к выводу, что доказанным фактом нарушения прав конкурсных  кредиторов со стороны ответчика является совершение преступления,  квалифицированного впоследствии по 4. ч ст. 159 УК РФ, и последствием данного  преступления является образование у должника задолженности перед Министерством  сельского хозяйства, пищевой и перерабатывающей промышленности Оренбургской  области в сумме 2 428 433 руб. 00 коп.  

Данное основание суд квалифицирует как причинение убытков должнику и его  конкурсной массе (ст. 15 и 393 ГК РФ).  

Субъективная сторона правонарушения ответчика (вина) состоит в том, что  ответчик должен был знать о том, что в результате его действий должник  неправомерно получит субсидии из федерального и регионального бюджетов.  Убытки у должника физически наступили и ответчик не предпринял мер по  компенсации должнику (обществу) данных убытков в сумме 2 428 433 руб. 00 коп.  (элемент причинно-следственной связи), обратное из материалов дела не следует.  

То есть все элементы убытков в настоящем случае доказаны материалами  обособленного спора и заявителем - конкурсным управляющим.  

То, что ответчик по заявлению согласно ее утверждениям уплатила штраф в  доход государства по ст. 64 Уголовного Кодекса РФ, присужденный в приговоре  Акбулакского районного суда Оренбургской области от 11.12.2018, на факт  причинения убытков должнику никакого влияния не оказывает. Иные доводы сторон  обособленного спора согласно оценке арбитражного суда первой инстанции  существенного значения для рассмотрения обособленного спора по существу не  имеют.  

Выводы, содержащиеся в обжалуемом судебном акте, соответствуют  фактическим обстоятельствам дела и оснований для его отмены в соответствии со  статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд  апелляционной инстанции не усматривает.  

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 272 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 16.01.2023 по делу №  А47-4543/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 - без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в  Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия  (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.  

 Председательствующий судья Е.А. Позднякова 

 Судьи: С.В. Матвеева  

 А.А. Румянцев