АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

08 июня 2023 года

Дело №

А42-560/2021

 

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Чернышевой А.А., судей Кравченко Т.В. и Мирошниченко В.В., 

рассмотрев 05.06.2023 в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Компания ТНГ» на определение Арбитражного суда Мурманской области от 08.12.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.02.2023 по делу № А42-560-13/2021, 

 

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда Мурманской области от 04.03.2021 принято к производству заявление общества с ограниченной ответственностью «ХэппиЛенд», адрес: 140408, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – ООО «ХэппиЛенд»), о признании общества с ограниченной ответственностью «Велес», адрес: 183053, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество), несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника.

Определением от 29.03.2021 заявление ООО «ХэппиЛенд» признано обоснованным, в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО1.

Решением от 27.08.2021 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО1

В рамках дела о банкротстве конкурсный кредитор, общество с ограниченной ответственностью «Компания ТНГ», адрес: 115432, Москва,               2-й Кожуховский проезд, д. 29, корп. 2, стр. 2, ОГРН 

<

***>,                           ИНН 

<

***> (далее – Компания), обратилось в суд с заявлением о привлечении ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества.

Определением от 08.12.2022, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.02.2023, в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с вынесенными по результатам рассмотрения заявления судебными актами, Компания обратилась в Арбитражный суд Северо-Западного округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на допущенные судами нарушения норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и представленным в материалы дела доказательствам, просит определение от 08.12.2022 и постановление от 22.02.2023 отменить, дело направить в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

Податель жалобы считает доказанной совокупность обстоятельств, установленных положениями статьи 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), для привлечения контролирующих Общества лиц к субсидиарной ответственности. 

Податель жалобы обращает внимание на то, что конкурсным управляющим установлен момент наличия признаков неплатежеспособности Общества и возникновения  обязанности подачи заявления о банкротстве не позднее 20.03.2018; опровержения презумпции, содержащейся в                 подпункте 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, ответчиками не представлено.

Податель жалобы полагает, что суд первой инстанции признал установленными обстоятельства в отсутствие соответствующих доказательств, а суд апелляционной инстанции не дал оценки доводам заявителя об этом; обжалуемые судебные акты не являются законными и мотивированными.

Лица, участвующие в деле, в соответствии с частью 1 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее –            АПК РФ) надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в силу статьи 284 названного Кодекса не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке в пределах доводов кассационной жалобы.

Как усматривается из материалов дела и установлено судами,               ФИО2 является участником Общества с 16.08.2021, а также временно исполнял обязанности генерального директора должника в период с 23.11.2020 по 03.09.2021. ФИО3 являлась генеральным директором Общества в период с 28.06.2010 по 22.11.2020.

Обращаясь в суд с рассматриваемым заявлением, конкурсный кредитор, помимо прочего, сослался на то, что в нарушение пункта 1  статьи 9, пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве ФИО2 и ФИО3 не исполнили обязанность по подаче в суд заявления о признании должника банкротом. Компания сослалась на то, что признаки банкротства у Общества возникли задолго до 05.11.2020, когда генеральным директором являлась ФИО3, и, соответственно, продолжились в период исполнения обязанностей директора ФИО2, в том числе когда последний являлся участником должника. Компания полагала, что каждый из указанных лиц в отдельности мог инициировать процедуру банкротства должника, чего сделано не было. 

Кроме того, Компания сослалась на то, что руководителем должника в нарушение требований статьи 126 Закона о банкротстве не переданы документы и имущество должника конкурсному управляющему, что является основанием для привлечения к субсидиарной ответственности по правилам подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 названного Закона.

Посчитав, что в результате неисполнения обязанности по передаче документов и подаче заявления в суд о признании должника банкротом  ФИО2 и ФИО3 должны в солидарном порядке нести субсидиарную ответственность по обязательствам Общества, Компания обратилась в суд с рассматриваемым заявлением. 

Суд первой инстанции, с выводами которого согласился апелляционный суд, счел заявленные требования в указанной части необоснованными.

Проверив законность обжалуемых судебных актов исходя из доводов, приведенных в кассационной жалобе, Арбитражный суд Северо-Западного округа пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из материалов дела, при рассмотрении дела в суде первой инстанции конкурсный управляющий указал, что обязанность по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом возникла не позднее 20.03.2018.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Такое заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

В предмет доказывания по спорам о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: наличия одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 этого Закона; момента возникновения данного условия; факта неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объема обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 названного Закона.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Отклоняя довод конкурсного управляющего о непринятии ФИО2 и ФИО3 мер по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании Общества несостоятельным (банкротом), суды исходили из недоказанности Компанией момента возникновения такой обязанности и размера обязательств, возникших после этого момента.

Как разъяснил Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 18.07.2003 № 14-П, формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности должника исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для его немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением о банкротстве.

Для вывода о возникновении обязанности добросовестного руководителя обратиться в суд необходимо, чтобы финансовое положение организации было настолько критическое, что восстановление его платежеспособности обычными способами – за счет доходов от предпринимательской деятельности – не представлялось возможным. Само по себе наличие неисполненных обязательств перед отдельными кредиторами о таких обстоятельствах свидетельствовать не может.

При данных обстоятельствах судебные инстанции обоснованно не приняли в качестве подтверждения возникновения у руководителя Общества обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве факты наличия установленной судом задолженности перед Компанией.

Наличия предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве признаков на 20.03.2018 Компания не доказала. С учетом приведенных заявителем данных, не представляется возможным сделать однозначный и бесспорный вывод о том, что в указанный заявителем период должник находился в критическом финансовом состоянии, которое возлагало бы на его руководителей обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве.

В связи с этим суд кассационной инстанции соглашается с выводом судов об отсутствии оснований для привлечения ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности на основании статьи 9, пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1, подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии следующего обстоятельства: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 названного Федерального закона.

Как указано в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Из пункта 23 указанного Постановления № 53 следует, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

При этом Компанией не указаны конкретные неразумные или недобросовестные действия (заключение сделок), которые, по ее мнению, совершены ответчиками или в их пользу, в результате которых причинен существенный вред кредиторам, имеющие признаки недействительности по общим или специальным основаниям и находящиеся в причинной связи с банкротством должника.

При указанных обстоятельствах суды пришли к выводу о том, что ответчики не могут быть привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества ввиду недоказанности заявителем факта совершения ответчиком действий, направленных на ухудшение финансового состояния и причинение убытков должнику.

Отказывая в привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, суды исходили из того, что заявителем не подтверждены ни причины несостоятельности должника, ни обстоятельства, составляющие основание соответствующих презумпций невозможности полного погашения требований кредиторов.

Установив исполнение обязанности по передаче документации и имущества должника конкурсному управляющему, суды пришли к выводу о недоказанности наличия оснований для привлечения ФИО3 и            ФИО2 к субсидиарной ответственности по подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Суд кассационной инстанции полагает, что судами обстоятельства, имеющие существенное значение для дела и входящие в предмет судебного исследования по данному спору, установлены верно, приведенные участвующими в деле лицами в обоснование своих требований и возражений доводы и представленные ими доказательства исследованы и оценены, выводы судов соответствуют установленным ими фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в нем доказательствам, основаны на верном применении норм права, регулирующих спорные отношения.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, подлежат отклонению, так как тождественны доводам, которые являлись предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций и получили надлежащую правовую оценку, основания для непринятия которой у суда кассационной инстанции отсутствуют. Указанные доводы направлены на переоценку установленных судами фактических обстоятельств дела и принятых ими доказательств, что недопустимо в силу положений статьи 286 АПК РФ. 

Кассационная жалоба не содержит указания на наличие в материалах обособленного спора каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд                  Северо-Западного округа 

 

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Мурманской области от 08.12.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.02.2023 по делу № А42-560-13/2021 оставить без изменения, а кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Компания ТНГ» – без удовлетворения.

 

Председательствующий

А.А. Чернышева

Судьи

 

Т.В. Кравченко

В.В. Мирошниченко