ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП -4, проезд Соломенной Сторожки, 12

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-32632/2024 № 09АП-32634/2024

Москва                                                                                             Дело № А40-33253/21

26.06.2024      

 

Резолютивная часть постановления объявлена 18 июня 2024 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 26 июня 2024 года

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Е.А. Скворцовой,

судей А.С. Маслова и Н.В. Юрковой

при ведении протокола секретарем судебного заседания М.С. Чапего,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО1,  ФИО2 на определение Арбитражного суда г. Москвы от 18.04.2024 г. по делу          № А40-33253/21 о признании недействительной сделкой договор купли-продажи нежилого помещения от 01.04.2019г., заключенный между ФИО2 и ФИО9

при участии в судебном заседании:

от АКБ «ПЕРЕСВЕТ» - ФИО4 по дов. от 11.01.2024

от ФИО5 – ФИО6 по дов. от 24.05.2022

от ФИО2 – ФИО7 по дов. от 22.08.2022

ФИО2 – лично,паспорт 

Иные лица не явились, извещены. 

 

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 14.10.2021 ФИО2 (должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, исполнение обязанностей финансового управляющего возложено на ФИО8

Определением Арбитражного суда города Москвы от 24.11.2022, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.02.2023, в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании недействительной сделкой договора купли-продажи нежилого помещения от 11.04.2019, заключенного между должником и ФИО9, и договора купли-продажи от 31.05.2019, заключенного между ФИО9 и ФИО5 отказано.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 13.06.2023г. Определение Арбитражного суда города Москвы от 24.11.2022г., Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.02.2023г. по делу А40-33253/21-30-74 Ф – отменено, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд г. Москвы.

Направляя обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции, суд округа указал, что судами оставлено без внимания, что финансовым управляющим оспаривается цепочка сделок по выводу имущества должника. В связи с чем, судам следовало в совокупности оценить факт заключения брака между сторонами первой сделки спустя два месяца после первой сделки в цепочке, перепродажу имущества в короткий срок (1 месяц 22 дня) ФИО5, то есть за неделю до заключения брака, и разницу в цене по которой отчуждалось имущество в первом и во втором договоре – в два раза, а также применить правовой поход, сформулированный Верховным Судом Российской Федерации (определение от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475), о возможности доказывания в деле о банкротстве аффилированности как юридической, так и фактической.

Учитывая доводы финансового управляющего о нерыночном характере оспариваемой цепочки сделок, применительно к сделке с ФИО5, судам необходимо было сравнить стоимость приобретения недвижимого имущества с его кадастровой стоимостью, в целях установления осведомленности последней о цели причинения вреда кредиторам (п. 11 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 г. (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2023).

При новом рассмотрении спора определением Арбитражного суда города Москвы от 18.04.2024  признан недействительной сделкой договор купли-продажи нежилого помещения от 01.04.2019г., заключенный между ФИО2 и ФИО9. Применены последствия недействительности сделки в виде: Взыскания с ФИО9 в конкурсную массу должника ФИО2 денежные средства в размере 1 050 000 руб. В удовлетворении остальной части заявления - отказано. Взыскано с ФИО9 в доход бюджета государственную пошлину в сумме 6 000 руб.

Не согласившись с вышеуказанным определением, должником и ответчиком поданы апелляционные жалобы, в соответствии с которыми просили определение Арбитражного суда города Москвы от 18.04.2024 отменить, в удовлетворении заявления отказать.

От финансового управляющего, АКБ «Пересвет», ФИО5 поступили отзыв на апелляционные жалобы, в которых просят оспариваемое определение оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В судебном заседании ФИО2 и его представитель  доводы апелляционных жалоб поддержал в полном объеме, представители АКБ «Пересвет», ФИО5 против удовлетворения апелляционных жалоб возражали.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьей 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 АПК РФ (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266, 268 АПК РФ, выслушав объяснения представителей, изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения определения арбитражного суда, принятого в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из материалов дела, в соответствии с договором купли-продажи от 01.04.2019 должником продано ФИО10 машино-место по стоимости 594 000 руб.

Согласно условиям договора оплата должна быть произведена в течение трех календарных дней с момента регистрации перехода права собственности договору, в соответствии с пунктом 2 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации продавец обязуется выдать покупателю расписку в получении денежных средств.

В соответствии с представленным в материалы дела передаточным актом от 19.04.2019 окончательный расчет между сторонами договора произведен полностью до подписания акта.

В соответствии с договором купли-продажи от 31.05.2019, спорное имущество было реализовано ФИО9 в пользу ФИО5 по стоимости              1 050 000 руб.

В качестве доказательств оплаты по договору со стороны ФИО5 представлены: договор аренды индивидуального банковского сейфа с особыми условиями №10198-С от 22.05.2019 на срок с 22.05.2019 по 20.06.2019; выписка по счету за период с 20.05.2019 по 21.05.2019, подтверждающая снятие денежных средств со счета в размере 1 050 000 руб.; расписка от 03.06.2019 о получении ФИО9 денежных средств; справки о доходах и суммах налога физического лица за 2019, 2018, свидетельствующие о наличии у ФИО5 дохода достаточного для совершения указанной сделки, копия налоговой декларации ФИО1 за 2019 год, отражающая получение дохода в размере 1 050 000 руб.

Финансовый управляющий, полагая, что указанные сделки являются недействительными, на основании п. 2 ст. 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» обратился в Арбитражный суд города Москвы с заявлением.

Как указывает финансовый управляющий, на момент совершения оспариваемой сделки у ФИО2 имелись признаки неплатежеспособности, поскольку 25.03.2019 г. АКБ «Пересвет» (ПАО) направил в адрес ФИО2 требования №1825/22- 19, №1833/22-19 от 22.03.2019 об исполнении обязательств по Кредитному договору №395-15/КЛ/СМП от 30.04.2015г., по Кредитному договору №203-14/КЛ от 02.04.2014г. В дальнейшем указанная задолженность была взыскана с должника решением Пресненского районного суда от 23.06.2020г. по делу №2-57/2020.

При этом, суд учитывал, что сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной.

Кроме того, финансовый управляющий указывает, что ответчики по сделки знали о наличии цели причинения вреда имущественным правам кредиторов. 

Таким образом, финансовый управляющий полагает, что имеется совокупность обстоятельств свидетельствующих о наличии цели причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Как следует из материалов дела, в соответствии с договором купли-продажи от 01.04.2019г. должником продано спорное имуществ по стоимости 594 000 руб. Согласно условиям договора оплата должна быть произведена в течение трех календарных дней с момента регистрации перехода права собственности договору, в соответствии с п. 2 ст. 408 ГК РФ продавец обязуется выдать покупателю расписку в получении денежных средств. 

В соответствии с представленным в материалы дела передаточным актом от 19.04.2019г. окончательный расчет между сторонами договора произведен полностью до подписания акта. 

В свою очередь финансовый управляющий указывает, что доказательств наличия финансовой возможности ФИО1 оплаты указанной суммы в материалы дела не представлено. 

В соответствии с договором купли-продажи от 31.05.2019г., спорное имущество было реализовано ФИО9 в пользу ФИО5 по стоимости                1 050 000 руб. Из заявления следует, что с учетом того, что вторая сделка была совершена 31.05.2019г., то есть за неделю до заключения брака ФИО2 и ФИО10, финансовый управляющий полагает, что на момент совершения второй сделки, то есть на 31.05.2019г., ФИО2 продолжал сохранять контроль спорным имуществом, и фактически он и совершил вторую сделку через свою будущую супругу ФИО10 

Таким образом, финансовый управляющий указывает, что ФИО10 не могла не знать о наличии признаков неплатежеспособности ФИО2 и причинения вреда кредиторам. 

В связи с чем, финансовый управляющий также отмечает, что отсутствие оплаты со стороны ФИО5 в пользу ФИО2 свидетельствует также о фактической аффилированности ФИО5 и ФИО2 Таким образом, совершая безвозмездную сделку, ФИО5 не могла не знать, что нарушает права и интересы третьих лиц, в том числе кредиторов должника.

Суд первой инстанции, удовлетворяя указанное заявление финансового управляющего в части, исходил из представления им достаточных доказательств наличия оснований для признания оспариваемой сделки недействительной.

При этом суд не усмотрел в сделке по реализации ФИО9 в пользу ФИО5 нежилого помещения (машино-места) пороков свидетельствующих об ее недействительности, поскольку приобретатель по договору купли-продажи от 31.05.2019г. является добросовестным.

Судебная коллегия суда апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Как следует из материалов дела, оспариваемые договора заключены 11.04.2019г., 31.05.2019г., определением Арбитражного суда г. Москвы от 26.02.2021г. заявление Акционерного коммерческого банка «Пересвет» (ПАО) о признании несостоятельным (банкротом) ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., ИНН 

<

***>, 125319, 

<

...>) принято к производству, таким образом оспариваемая сделка совершена в период подозрительности установленный ч. 2 ст. 61.2. Закона о банкротстве.

Для признания сделки недействительной по приведенному основанию (п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве) необходимо, чтобы оспаривающее ее лицо доказало ряд обстоятельств: сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки такой вред был причинен; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели в момент совершения сделки. Аналогичные разъяснения изложены в пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)".

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В соответствии с абзацем 32 ст. 2 Закона о банкротстве вред, причиненный имущественным правам кредиторов, это уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Таким образом, в предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки, и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.

Как следует из материалов, договор купли-продажи между должником и ФИО9 заключен 01.04.2019г. 

В соответствии с условиями договора должником продано спорное имуществ по стоимости 594 000 руб. Согласно условиям договора оплата должна быть произведена в течение трех календарных дней с момента регистрации перехода права собственности договору, в соответствии с п. 2 ст. 408 ГК РФ продавец обязуется выдать покупателю расписку в получении денежных средств. В соответствии с представленным в материалы дела передаточным актом от 19.04.2019г. окончательный расчет между сторонами договора произведен полностью до подписания акта. 

Ответчиком в материалы дела представлены справки по форме 2-НДФЛ свидетельствующие о получении ответчиком регулярного дохода. 

Так, из материалов дела следует, что заработная плата ФИО9 за период с 2016г по апрель 2019 совокупно составила 780 704,14 руб. При этом в материалы дела также представлена копия договора купли-продажи имущества от 12.07.2017г., в соответствии с которым ФИО1 были получены денежные средства в пять раз превышающие стоимость спорного имущества. 

В связи с чем, должник указывает, что у ФИО9 на момент заключения сделки свободных, не потраченных на обычные нужды, денежных средств было не менее 3 000 000 руб., с учетом расходов за данный период исходя из размера прожиточного минимума в г. Москва.

Суд принял во внимание, что определением Арбитражного суда г. Москвы от 25.04.2023г. признан недействительной сделкой брачный договор от 20.03.2020г., заключенный между должником и ФИО1 

В рамках данного обособленного спора судом установлено следующее: “По состоянию на 25.08.2019г., 20.01.2020г., 20.03.2020г. у ответчика имелся доход за 2019г., в соответствии с налоговой декларацией в размере 1 280 772,27 руб., а также имелись в собственности денежные средства от реализации в 2017г. имущества. 

При этом суд учитывает, что в рамках рассмотрения иного обособленного спора ответчик также ссылался на указанный договор от 12.07.2017г. как источник денежных средств на приобретение имущества по стоимости 594 000 руб. На основании изложенного, суд приходит к выводу, что доказательств свидетельствующих о том, что все три спорных транспортных средства были приобретены исключительно за счет личных денежных средств ответчика в материалы дела не представлено. 

При этом суд полагает необходимым учесть, что денежные средства в размере              2 975 000 руб., на которые ссылается ответчик в качестве подтверждения финансовой возможности, были получены за 2 года до приобретения первого из автомобилей, в свою очередь, доказательств хранения указанных денежных средств в материалы дела не представлено. Кроме того, не представлены сведения о доходах за 2017г., 2018г., которые могли бы подтвердить наличие у ответчика стабильного заработка, за счет получения которого приобретенные в 2017г. денежные средства не были потрачены на бытовые и иные нужды, учитывая при этом, что транспортное средство Хонда Аккорд согласно сведениям налоговой было зарегистрировано за ответчиком спустя 1,5 месяца после договора от 12.07.2017г.

С учетом изложенного, суд критически отнесся к доводам ответчика, относительно того, что по состоянию на дату заключения спорной сделки ФИО9 располагала свободными, не потраченными на обычные нужды, денежными средствами в заявленном размере, достаточном для заключения оспариваемой сделки на указанных условиях, в частности покупки спорного имущества по стоимости 594 000 руб.

В материалах дела отсутствуют надлежащие доказательства того, что должник фактически получил денежные средства в размере 594 000 руб. в результате совершения оспариваемой сделки. 

Суд первой инстанции верно указал, что представленная должником справка из ПАО Сбербанк о том, что 01.04.2019г. на счет должника наличным способом были зачислены денежные средства в размере 425 000 руб., не может быть признана судом достаточным доказательством получения денежных средств по спорному договору, поскольку данная справка не отражает фактического получения денежных средств по договору купли-продажи от 01.04.2019г.

Возражая относительно аффилированности между должником и ФИО9 на момент заключения оспариваемой сделки, должник указывает, что на дату заключения сделки, а именно на 01.04.2019г., ФИО2 и ФИО9 в браке не состояли. 

Между тем, как сам пояснял должник в судебных заседаниях, с будущей супругой они были знакомы до заключения оспариваемой сделки. 

При этом суд обоснованно исходил из того, что ФИО9 не раскрыта экономическая целесообразность совершения спорной сделки, а именно, приобретения машино-места в многоквартирном доме, в котором ответчик не был зарегистрирован и не проживал. Судом также учитывается, что брак между должник и ФИО9 заключен через 2 месяца после совершения оспариваемой сделки.

В своем заявлении финансовый управляющий указывает, что установленная в договоре от 01.04.2019г. цена продажи спорного имущества не является рыночной ценой. 

В судебном заседании от 15.02.2024г., суд первой инстанции перед лицами, участвующими в деле, поставил на обсуждение вопрос о назначении по настоящему обособленному спору судебной экспертизы, в целях определения стоимости спорного нежилого помещения (машино-места). 

В соответствии с определением Арбитражного суда г. Москвы от 15.02.2024г., представитель финансового управляющего на вопрос суда о назначении по настоящему обособленному спору судебной экспертизы пояснил, что не готовы дать согласие, представитель АО КБ “ПЕРЕСВЕТ” (ПАО) пояснил, что не готовы дать согласие, представитель должника пояснил, что за счет денежных средств должника не готовы дать согласие, представитель ФИО5 вопрос о назначении по делу судебной экспертизы оставил на усмотрение суда.

 В материалы дела финансовым управляющим представлен отчет № 1705/0124 от 24.01.2024г., в соответствии с которым рыночная стоимость спорного имущества по состоянию на 01.04.2019г., 22.05.2019г. составляет 1 200 000 руб. 

В свою очередь, ФИО9 в материалы дела представлен отчет № 21/2024 от 13.02.2024г., в соответствии с которым рыночная стоимость спорного имущества по состоянию на 01.04.2019г. составляет 638 500 руб.

Оспаривание сделки по основаниям пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве направлено на защиту имущественного положения должника с целью наиболее полного удовлетворения требований кредиторов в процедуре банкротства, в связи с чем сделка может быть признана недействительной при наличии доказательств того, что она причинила явный ущерб ввиду совершения ее на заведомо и значительно невыгодных условиях. 

Вместе с тем, ни Законом о банкротстве, ни Постановлением Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 не установлены критерии существенности отличия цены оспариваемой по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделки от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. 

Под неравноценным встречным исполнением обязательств, являющимся одним из оснований о признании сделки недействительной в соответствии со статьей 61.2 Закона о банкротстве, в соответствии с действующим законодательством, следует предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. 

Как следует из пункта 7 Постановления № 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Как следует из пункта 12 Постановления № 63 обязанность доказывания того, что другая сторона по сделке знала или должна была знать о наличии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, лежит на лице, оспаривающем сделку.

При таких обстоятельствах, суд пришел к верному выводу, что должником по договору купли-продажи от 01.04.2019г. произведено отчуждение имущества по заниженной цене при наличии у должника признаков неплатежеспособности. 

Учитывая, что ФИО9 не раскрыта экономическая целесообразность совершения спорной сделки от 01.04.2019г., учитывая, что впоследствии ответчиком приобретенное имущество было продано спустя 1,5 месяца в 1,7 раз дороже, чем приобреталось, а спустя еще неделю после совершения сделки между ответчиком и ФИО5 от 31.05.2019г., ФИО9 и ФИО2 вступили в брак, суд приходит к выводу о том, что ФИО9 знала или должна была знать о наличии цели причинения вреда имущественным правам кредиторов. 

Таким образом, материалами дела подтверждается, что сделка от 01.04.2019г., совершенная между должником и ФИО9, совершена в пользу аффилированного с должником лица. 

Во исполнение указаний суда кассационной инстанции, судом установлено, что ФИО9 сделка была совершена по цене ниже кадастровой стоимости (570 216, 86 руб.).

Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, нормы п. 1 и 2 ст. 10 ГК РФ, устанавливающие запрет злоупотребления правом в любых формах и правовые последствия злоупотребления правом, направлены на реализацию принципа, закрепленного в ст. 17 (ч. 3) Конституции Российской Федерации (определения от 18 января 2011 года № 8-ОП, от 22 марта 2012 года № 489-О-О, от 17 июля 2014 года                   № 1808-О). 

В п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. 

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в ст. 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия. Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права. Злоупотребление правом может быть вызвано такими действиями лица, в результате которых другая сторона не могла реализовать принадлежащие ей права. 

По общему правилу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. 

В соответствии с п. 7 указанного Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ). 

Исходя из правовой позиции коллегии судей Верховного Суда РФ, изложенной в Определении от 09.08.2016 № 21-КГ16-6 нарушение участниками гражданского оборота при заключении договора статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, выразившееся в злоупотреблении правом, отнесено законом к числу самостоятельных оснований для признания сделки недействительной". 

Аналогичная позиция изложена в п. 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 № 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации. Непосредственной целью санкции, содержащейся в статье 10 ГК РФ, а именно отказа в защите права лицу, злоупотребившему правом, является не наказание лица, злоупотребившего правом, а защита прав лица, потерпевшего от этого злоупотребления. 

Следовательно, для защиты нарушенных прав потерпевшего суд может не принять доводы лица, злоупотребившего правом, ссылающегося на соответствие своих действий по осуществлению принадлежащего ему права формальным требованиям законодательства. 

Поэтому упомянутая норма закона может применяться как в отношении истца, так и в отношении ответчика (п. 5 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации").

Суд пришел к обоснованному выводу о том, что при совершении указанной сделки, сторонами допущено злоупотребление правом, а именно имело место недобросовестное поведение, направленное на уменьшение конкурсной массы, без какой-либо имущественной выгоды для должника.

Относительно признания недействительным договора купли-продажи нежилого помещения от 31.05.2019г., заключенного между ФИО9 и ФИО5, а также во исполнение указаний суда кассационной инстанции судом установлено нижеследующее.

В соответствии с договором купли-продажи от 31.05.2019г., спорное имущество было реализовано ФИО9 в пользу ФИО5 по стоимости                 1 050 000 руб. 

В материалы дела, в качестве доказательств подтверждающих оплату по договору со стороны ФИО5 представлены: договор аренды индивидуального банковского сейфа с особыми условиями №10198-С от 22.05.2019г. на срок с 22.05.2019г. по 20.06.2019г.; выписка по счету за период с 20.05.2019г. по 21.05.2019г., подтверждающая снятие денежных средств со счета в размере 1 050 000 руб.; расписка от 03.06.2019г. о получении ФИО9 денежных средств; справки о доходах и суммах налога физического лица за 2019г., 2018г., свидетельствующие о наличии у ФИО5 дохода достаточного для совершения указанной сделки. 

Кроме того, в материалы дела, ФИО1 представлена копия налоговой декларации за 2019г., отражающая получение дохода в размере 1 050 000 руб. Из материалов дела также следует, что сделка от 31.05.2019г., совершенная между ФИО9 и ФИО5, совершена с помощью и при участии риелтора компании, находящейся в жилом комплексе, где ФИО5 приобреталось спорное имущество. 

Согласно правовому подходу, выработанному судебной практикой, если цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом прикрывается сделка, направленная на прямое отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю, то надлежащим способом защиты является использование правового механизма, установленного п. п. 1 и 2 ст. 167 ГК РФ.

Цепочка последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом могла быть создана формально для прикрытия одной сделки, направленной на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара. При таком варианте воля первого приобретателя на получение права собственности на имущество должника (а возможно и последующих, исключая последнего) выражается лишь для вида без реального намерения породить отраженные в первом договоре купли-продажи последствия. Личность таких приобретателей может использоваться в качестве инструмента для вывода активов должника из-под угрозы обращения на него взыскания по требованиям кредиторов. 

В действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка - сделка по передаче права собственности на имущество от должника к бенефициару указанной сделки по выводу активов: лицу, числящемуся конечным приобретателем, либо вообще не названному в формально составленных договорах. Отчуждаемое имущество все время находится под контролем этого бенефициара. Такая цепочка сделок как притворная единая сделка в силу пункта 2 статьи 170 ГК РФ ничтожна, а прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве с возвратом в конкурсную массу незаконно отчужденного имущества должника по правилам статьи 61.6 того же закона. 

При оспаривании цепочки последовательно совершенных сделок по отчуждению имущества на основании ст. 170 ГК РФ как прикрывающих сделку по отчуждению имущества от должника в пользу конечного приобретателя, которая также признается недействительной, сторонами прикрываемой сделки являются должник и конечный приобретатель (Определение ВС РФ от 31.07.2017 № 305-ЭС15-11230). 

В соответствии с п. 2 ст. 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила. Действующее законодательство исходит из того, что прикрываемая сделка также может быть признана недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом или специальными законами. 

Как разъяснено в п. 87 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ" (далее - Постановление № 25), для признания сделки недействительной по мотиву ее притворности необходимо установить, что воля обеих сторон была направлена на совершение сделки, отличной от заключенной, а также, что сторонами в рамках исполнения притворной сделки выполнены все существенные условия прикрываемой сделки. Применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (п. 2 ст. 170 ГК РФ, п. 88 Постановления № 25). 

По смыслу приведенных разъяснений цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться сделка, направленная на прямое отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю. 

Ответчик указывает, что спорное имущество приобреталось им для использования в личных целях. 

Из материалов дела усматривается, что должник и ФИО5 проживают в одном и том же доме. 

Во исполнение указаний суда кассационной инстанции, судом установлено, что ФИО5 сделка была совершена на рыночных условиях, по цене выше кадастровой стоимости (570 216, 86 руб.). 

В связи с чем, суд пришел к выводу об неосведомленности ФИО5 о цели причинении вреда кредитором.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 15.02.2024г. судом у ООО “ТСЖ Столица” истребованы сведения относительно фактического плательщика коммунальных платежей за спорное нежилое помещение (машино-место). 

В материалы дела 14.03.2024г. от ООО “ТСЖ Столица” поступили истребуемые доказательства, а именно история оплат коммунальных платежей, в соответствии с которой плательщиками коммунальных платежей за спорное нежилое помещение (машино-место) значатся ФИО5, ФИО11 

Доказательств свидетельствующих об аффилированности или заинтересованности ФИО5 по отношению как к должнику, так к ФИО1, а также свидетельствующих о знании ответчика о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, в материалы дела не представлено

В соответствии со статьей 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами.

На основании изложенного, коллегия приходит к выводу, что судом первой инстанции в полном объеме выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела; выводы суда, изложенные в определении, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, им дана надлежащая правовая оценка; судом правильно применены нормы материального и процессуального права.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции по доводам, изложенным в апелляционной жалобе.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, которые бы влияли или опровергали выводы суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 176, 266 - 269, 272 АПК РФ, Девятый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда города Москвы от 18.04.2024 г. по делу № А40-33253/21 оставить без изменения, а апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья:                                                                 Е.А. Скворцова

Судьи:                                                                                                                      А.С. Маслов

 

                                                                                                                      ФИО12