АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГАИменем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-36020/2017

г. Краснодар

12 апреля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 11 апреля 2024 года.

            Постановление в полном объеме изготовлено 12 апреля 2024 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Илюшникова С.М., судей Мацко Ю.В. и Соловьева Е.Г., при участии в судебном заседании от кредитора – ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 05.04.2023), в отсутствие конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Юг-Стройка» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) ФИО3, Фонда защиты прав граждан – участников долевого строительства в Краснодарском крае (ОГРН ), иных участвующих в деле лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации о движении дела на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет в открытом доступе, рассмотрев кассационную жалобу Фонда защиты прав граждан – участников долевого строительства в Краснодарском крае на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 20.12.2023 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.02.2024 по делу № А32-36020/2017, установил следующее. 

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Юг-Стройка» (далее – должник) Фонд защиты прав граждан – участников долевого строительства в Краснодарском крае (далее – фонд) обратился в арбитражный суд с заявлением об  исключении из реестра требований участников строительства (далее – реестр) требований ФИО1 (далее – кредитор) о передаче жилых помещений. Фонд просил включить требования кредитора в четвертую очередь реестра требований кредиторов в размере 11 447 760 рублей как обеспеченные залогом имущества должника. 

Определением от 20.12.2023, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 22.02.2024, в удовлетворении заявления отказано. 

В кассационной жалобе фонд просит отменить судебные акты и удовлетворить заявление, поскольку учет требований ФИО1 в реестре требований участников строительства противоречит положениям Федерального закона от 27.06.2019 № 151-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон "Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации" и отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон № 151-ФЗ) и Закона о банкротстве. По мнению фонда, требования ФИО1, носящие инвестиционный характер, при их обоснованности могут быть включены только в четвертую очередь реестра.

В отзыве и в судебном заседании представитель кредитора высказался против удовлетворения кассационной жалобы, пояснив суду, что требования ФИО1 о передаче жилых помещений ранее включены в реестр определением суда от 22.12.2021. Удовлетворяя требования кредитора, суд установил, что стоимость долевого участия кредитором оплачена в полном объеме, квартиры приобретались для проживания и исключительно для личных нужд кредитора и его членов семьи, договоры долевого участия в строительстве не носили инвестиционного характера. Судебный акт вступил в законную силу, в установленном порядке не отменен, поэтому отсутствуют предусмотренные Законом о банкротстве основания для исключения требований о передаче жилых помещений из реестра или замены их на денежные требования.  

Изучив материалы дела и доводы, изложенные в кассационной жалобе, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям. 

Как видно из материалов дела, решением от 22.01.2020 признано обоснованным заявление публично-правовой компании «Фонд защиты прав граждан – участников долевого строительства» о признании ООО «Юг-Стройка» несостоятельным (банкротом). Суд применил параграф 7 главы 9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), признал должника несостоятельным (банкротом), открыл в отношении него конкурсное производство. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО4 Сообщение о введении процедуры опубликовано в газете «КоммерсантЪ» от 01.02.2020.

Определением от 22.12.2021, вступившим в законную силу, в реестр требований кредиторов – участников долевого строительства о передаче жилых помещений включены требования ФИО1 в отношении 10 жилых помещений, расположенных в многоквартирных домах по адресам: г. Краснодар, Западный внутригородской округ,                        ул. Монтажников, ?; г. Краснодар, Прикубанский внутригородской округ, ул. Солнечная, 18/5; признано обоснованным требование ФИО1 в размере 2 558 108 рублей                     70 копеек неустойки и включено в четвертую очередь реестра отдельно, как требование, подлежащее удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов. 

Полагая, что учет требований ФИО1 в реестре требований участников строительства противоречит положениям Закона № 151-ФЗ и Закону о банкротстве, в связи с чем требования кредитора, носящие инвестиционный характер, при их обоснованности могут быть включены только в четвертую очередь реестра требований кредиторов, фонд обратился в суд с настоящим заявлением.

По смыслу параграфа 7 главы IX Закона о банкротстве, приведенные в нем нормы права направлены на регулирование правоотношений, возникших между застройщиками, ставшими несостоятельными, и гражданами - участниками долевого строительства, а также на защиту прав последних, являющихся менее защищенными участниками правоотношений в области долевого строительства по отношению к их иным участникам - коммерческим организациям, несущим в силу положений статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации риск получения убытка от предпринимательской деятельности.

Целью предоставления указанной защиты является дополнительное обеспечение возможности исполнения несостоятельными застройщиками в пользу граждан - участников строительства обязательств в натуре путем предоставления жилых и иных помещений, либо выплаты им соразмерной компенсации внесенных денежных средств на случай невозможности выполнения обязательства в натуре.

Для достижения этих целей в рамках дела о банкротстве застройщика законодателем предусмотрены способы привлечения специально созданных организаций для финансирования процесса окончания строительства объектов долевого участия, в том числе фондов за счет средств соответствующих бюджетов, с передачей им соответствующих объектов (активов) и обязательств застройщика, как по передаче жилых помещений, так и по выплате денежной компенсации.

Суды установили, что в рассматриваемом случае фонд считает, что требования гражданина ФИО1 о передаче ему жилых помещений не могут находиться в реестре требований участников долевого строительства должника, поскольку приобретение указанным гражданином по договорам долевого участия в строительстве 10 жилых помещений (квартир площадью 27,6 кв. м каждая) свидетельствует об инвестиционном характере.

В силу правовой позиции, приведенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 22.08.2022 № 305-ЭС22-7163, сам по себе факт инвестирования гражданином в объекты недвижимости на этапе строительства не может влечь полный отказ в удовлетворении его требований при банкротстве застройщика.

В постановлении от 22 июня 2017 года № 16-П Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что с жилым помещением связаны не только конституционно значимые имущественные интересы гражданина, но и гарантии права на жилище, закрепленные статьей 40 Конституции Российской Федерации. Заключение договоров с целью приобретения жилого помещения, в том числе посредством участия в долевом строительстве, может быть направлено на удовлетворение не только жилищных потребностей гражданина, но и его экономических интересов (сбережение денежных средств, формирование имущественной базы для дальнейшего получения дохода от сдачи жилья внаем и т.д.), при том что жилым помещением достаточной площади он уже обеспечен. Тем не менее, участие в долевом строительстве выступает прежде всего формой реализации гражданами своего интереса в обеспечении личной потребности в жилище. При этом гарантированность права на жилище при участии в долевом строительстве, в силу значимости жилища для граждан, является важным фактором доверия к действиям публичной власти, так как, несмотря на частноправовой характер соответствующих отношений, возникновение тяжелой жизненной ситуации вследствие неисполнения застройщиком обязательств дает основания для упрека в недостаточном принятии государством мер для защиты интересов граждан. 

В этой связи, как правильно указали суды, приобретение гражданином значительного количества квартир в инвестиционных целях не свидетельствует о злоупотреблении им правом (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), а указывает на необходимость квалифицировать долг перед ним таким образом, как если бы владельцем требования к застройщику являлось юридическое лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность (пункты 1 и 2 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации), и расчеты с которым в силу подпункта 4 пункта 1 статьи 201.9 Закона о банкротстве осуществляются в четвертую очередь.

Согласно правовой позиции Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 22.08.2022                        № 305-ЭС22-7163, само по себе приобретение гражданином более одной квартиры еще не свидетельствует об инвестиционном характере его требования. Не исключены ситуации, когда приобретение нескольких квартир обусловлено необходимостью обеспечить потребности в жилище не только гражданина, но и членов его семьи, иных близких лиц. В таком случае суд должен вынести вопрос о целях заключения договора в отношении нескольких квартир на обсуждение сторон (применительно к части 1 статьи 133 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Если часть квартир приобретены в потребительских целях, а иная часть – в инвестиционных, требования кредитора подлежат включению в реестр, исходя из их правовой природы.

Суды указали, что действия ФИО1 по приобретению жилых помещений были осуществлены в потребительских, личных целях, для последующего проживания в них его самого и членов его семьи, близких родственников и членов их семей. В материалы дела не представлены доказательства осуществления гражданином ФИО1 инвестиционной деятельности. 

При таких установленных обстоятельствах, поскольку спорные квартиры предназначались исключительно для потребительских нужд кредитора и его близких (в том числе детей, жены, брата и родителей, живущих в тяжелых жилищных условиях и состоящих на учете на улучшение жилищных условий), общая жилая площадь квартир не превышает разумный уровень конституционно значимых потребностей для кредитора и лиц, совместно с ним проживающих, не является излишней («роскошной»), соответствующие требования обоснованно включены в реестр о передаче жилых помещений. Основания для внесения изменений в очередность удовлетворения требований гражданина ФИО1 отсутствуют, в том числе и ввиду положений части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно толкованию норм права, данное определением Конституционного Суда Российской Федерации от 21.07.2022 № 1968-О, от 29.09.2022 № 2467-О, следует, что положения пункта 10 статьи 16 Закона о банкротстве во взаимосвязи с частью 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющей преюдициальное значение обстоятельств, установленных вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, при рассмотрении арбитражным судом другого дела с участием тех же лиц, конкретизирует общие положения арбитражного процессуального законодательства об обязательности вступивших в законную силу судебных актов арбитражных судов, служит гарантией обеспечения исполнения выносимых судом актов и не может рассматриваться как нарушающее конституционные права лиц, участвующих в деле.

На основании изложенного арбитражный суд, рассматривая заявление фонда об исключении требований кредитора из реестра, не пересматривает судебный акт, которым требования такого кредитора ранее были включены в реестр на получение жилых помещений, а разрешает вопрос о правомерности нахождения соответствующих требований в реестре после возникновения оснований, в связи с которыми заявитель просит данные требования исключить. Для исключения требований кредиторов из реестра подлежат установлению безусловные обстоятельства, свидетельствующие о неправомерном нахождении требования кредитора в реестре.

Между тем, как показала проверка материалов дела, обоснованность требований ФИО1 ранее проверена вступившим в законную силу судебным актом, который является обязательным в силу закона (статьи 16, 318 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Установлено, что определение суда от 22.12.2021, которым требования кредитора удовлетворены, не отменено, не изменено и сохраняет свою юридическую силу. Таким образом, заявление фонда фактически направлено на пересмотр вступившего в законную силу определения Арбитражного суда Краснодарского края от 22.12.2021 по данному делу, которыми требования ФИО1 включены в реестр требований участников строительства, в обход установленного главой 37 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации порядка. Иной порядок пересмотра вступивших в законную силу судебных актов ни нормами Закона о банкротстве, ни нормами Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не предусмотрен. 

В данном случае суды, руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив имеющиеся в деле доказательства, приняв во внимание, что Закон о банкротстве не предусматривает возможности повторного рассмотрения требований кредитора, обоснованно отказали в удовлетворении заявления о внесении изменений в реестр.

Аналогичная практика судов: постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 28.04.2023 по делу № А10-8040/2018, постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.03.2024 по делу                                        № А32-53212/2017, постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа                       от 26.01.2024 по делу № А32-53212/2017.

Кроме того, суд округа обращает внимание на то, что в силу прямого указания абзаца второго пункта 10 статьи 16 Закона о банкротстве разногласия по требованиям кредиторов, подтвержденным вступившим в законную силу решением суда в части их состава и размера, не подлежат разрешению арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, за исключением разногласий, связанных с исполнением судебных актов или их пересмотром. Данное правило основано на принципе обязательности судебных актов (статья 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,             статья 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Данные правовые выводы согласуются с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2016                              № 301-ЭС16-3056, от 19.05.2022 № 305-ЭС21-29326 по делу № А40-109235/2020, определении Верховного Суда Российской Федерации от 02.09.2021 № 308-ЭС21-14823 по делу № А53-32136/2019, постановлениях Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 04.03.2021 по делу № А32-269/2020, от 26.07.2019 по делу № А32-49345/2017. При этом согласно толкованию норм права, данное определением Конституционного Суда Российской Федерации от 21.07.2022 № 1968-О, от 29.09.2022 № 2467-О, следует, что положения пункта 10 статьи 16 Закона о банкротстве во взаимосвязи с частью 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющей преюдициальное значение обстоятельств, установленных вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, при рассмотрении арбитражным судом другого дела с участием тех же лиц, конкретизирует общие положения арбитражного процессуального законодательства об обязательности вступивших в законную силу судебных актов арбитражных судов, служит гарантией обеспечения исполнения выносимых судом актов и не может рассматриваться как нарушающее конституционные права лиц, участвующих в деле.

Суды первой и апелляционной инстанций при рассмотрении заявления фонда достаточно полно и всесторонне исследовали фактические обстоятельства дела, а также доказательства, представленные лицами, участвующими в деле, учли преюдициальное значение ранее вынесенного судебного акта, вступившего в законную силу. Суды правильно применили нормы материального и процессуального права.

Доводы кассационной жалобы надлежит отклонить, поскольку направлены на переоценку выводов и имеющихся в деле доказательств, что в силу статей 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пунктов 28 и 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции» не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 284, 286, 287 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 20.12.2023 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.02.2024 по делу № А32-36020/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

Председательствующий                                                                            С.М. Илюшников

Судьи                                                                                                           Ю.В. Мацко

                                                                                                                       Е.Г. Соловьев