Дело № А11-10735/2016

город Владимир

20 мая 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 13 мая 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 20 мая 2019 года.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Волгиной О.А., 

судей Протасова Ю.В., Рубис Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания 

секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

ФИО2 

на определение Арбитражного суда Владимирской области от 12.02.2019 по делу № А11-10735/2016, принятое судьей Гиндулиной В.Ю., 

по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Бизнес  Прогресс» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) ФИО3 

о привлечении бывшего руководителя должника ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Бизнес  Прогресс»

при участии:

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Бизнес Прогресс» – конкурсный управляющий ФИО3 лично на основании паспорта;

от бывшего руководителя должника – ФИО2 лично по паспорту, ФИО4 по доверенности от 01.03.2018,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Бизнес Прогресс» (далее – Общество) в Арбитражный суд Владимирской области обратился конкурсный управляющий Общества ФИО3 (далее – конкурсный управляющий) с заявлением о привлечении бывшего руководителя должника ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества.

Арбитражный суд Владимирской области определением от 12.02.2019 заявление конкурсного управляющего удовлетворил; привлек                     ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества; приостановил производство по заявлению конкурсного управляющего о привлечении бывшего руководителя должника             ФИО2  к субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратилась в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просила отменить обжалуемое определение и принять по делу новый судебный акт.

По мнению заявителя апелляционной жалобы, конкурсным управляющим не доказана совокупность обязательных условий, при наличии которых, возможно привлечение ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Отмечает, что                     ФИО2 были предприняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документов конкурсному управляющему при той степени заботливости и осмотрительности, какая требовалась в соответствии с положениями Федерального закона                            от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). При этом факт передачи документов подтверждается актами приема-передачи документов от 28.07.2017 и 26.12.2017.

ФИО2 и ее представитель в судебном заседании поддержали доводы апелляционной жалобы; настаи ее удовлетворить.

Конкурсный управляющий в судебном заседании возразил против доводов апелляционной жалобы; просил оставить определение суда без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позиции сторон настоящего спора, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела, решением от 14.06.2017 Общество признано банкротом, открыто конкурсное производство; определением от 14.06.2017 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3. Определением от 30.01.2019 конкурсное производство должника продлено до 14.08.2019.

ФИО2 является единственным учредителем и генеральным директором Общества с даты его создания (решение единственного участника от 15.04.2014 № 1, выписка из Единого государственного реестра юридических лиц по состоянию на 20.06.2017).

Согласно реестру требований кредиторов Общества по состоянию на 12.07.2018 реестр сформирован в сумме 10 452 717 руб. 58 коп. (основной долг – 6 228 558 руб. 52 коп., в том числе вторая очередь –                                       133 598 руб. 63 коп., третья очередь – 6 094 959 руб. 89 коп.; штрафные санкции – 4 224 159 руб. 06 коп.).

Из определений о включении в реестр требований кредиторов                        от 13.12.2016, от 17.01.2017, от 11.04.2017, от 18.05.2017, от 22.05.2017,                    от 29.05.2017, от 30.05.2017, от 22.08.2017, от 24.08.2017, от 24.01.2018, вступивших в законную силу, задолженность должника перед кредиторами по гражданско-правовым обязательствам по основному долгу, составляющая значительную часть задолженности (6 053 018 руб. 61 коп.), образовалась в период с апреля 2015 года по август 2016 года.

Согласно сведениям об открытых (закрытых) счетах в кредитных организациях от 03.07.2017, представленным Межрайонной ИФНС России         № 1 по Владимирской области, у должника было открыто три расчетных счета: во Владимирском отделении № 8611 ПАО Сбербанк, дата открытия счета – 19.08.2015; в филиале АКБ «Легион» (АО) в городе Владимире, дата открытия счета – 18.02.2015; в ОАО АКБ «Пробизнесбанк», дата открытия счета – 23.05.2014, дата закрытия счета 16.02.2015.

Как следует из бухгалтерских балансов Общества за 2015-2016 годы, по состоянию на 31.12.2015 у должника имелись активы (денежные средства) в размере 15 000 руб., кредиторская задолженность отсутствовала; по состоянию на 31.12.2016 активы составляли – 11 583 000 руб. (запасы –                11 076 000 руб., дебиторская задолженность – 507 000 руб.), пассивы составляли – 11 583 000 руб. (кредиторская задолженность – 11 573 000 руб., уставный капитал – 10 000 руб.).

Неисполнение ФИО2 обязанности по подаче в суд заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) и ненадлежащим исполнением обязанности по передаче конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации должника из-за чего невозможно осуществить формирование конкурсной массы, а также совершением ФИО2 платежей в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 (далее – Предприниматель) в результате которых кредиторам должника причинен вред, послужило основанием для обращения конкурсного управляющего с настоящим заявлением в Арбитражный суд Владимирской области.

Поскольку субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью гражданско-правовой ответственности, то применению подлежат материально-правовые нормы, действовавшие на момент совершения вменяемых ответчику действий.

Из положений пункта 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017              № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ)  и правовой позиции, содержащейся в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» следует, что к спорным правоотношениям в части установления наличия/отсутствия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности подлежат применению положения Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона               № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Как установлено судом и не противоречит материалам дела, задолженность должника перед кредиторами по гражданско-правовым обязательствам по основному долгу, составляющая значительную часть задолженности (6 053 018 руб. 61 коп.), образовалась в период с апреля                 2015 года по август 2016 года, а также перечисление денежных средств произведено в пользу заинтересованного лица в период с 24.08.2015 по 21.07.2016. То есть обстоятельства, послужившие основанием для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности, имели место до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, а заявление о привлечении руководителя должника к субсидиарной ответственности поступило в суд после 01.07.2017, поэтому спор обоснованно рассмотрен судом с применением норм материального права, предусмотренных статьей 10 Закона о банкротстве, действовавших на момент спорных правоотношений, а также процессуальных норм, в редакции Закона № 266-ФЗ.

Рассмотрев вопрос о привлечении  ФИО2 к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве,  суд обоснованно не установил данных оснований.

Доводы относительно несогласия с данными выводами лицами, участвующими в деле, не заявлялись.

Основанием для предъявления рассматриваемого заявления также явилось ненадлежащее исполнение ФИО2 обязанности по передаче конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации должника, что, по мнению конкурсного управляющего, значительно затрудняет осуществлять формирование конкурсной массы.

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (пункт 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. В случае, если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в частности, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (абзац 4 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника (абзац 10 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

Абзац 4 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве применяется в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника (абзац 6 пункта 4 статьи 10 Закона).

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника (абзац 9 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

Возможность привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц закреплена также в абзаце 2 пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации, в редакции, применяемой к спорным правоотношениям, из которого следует, что если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

 Таким образом, в пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве заложена презумпция причинно-следственной связи между приведенными действиями (бездействием) контролирующих должника лиц и признанием должника несостоятельным (банкротом). При доказанности условий, составляющих презумпцию вины в доведении до банкротства, бремя по ее опровержению переходит на другую сторону, которая вправе приводить доводы об отсутствии вины, в частности, о том, что банкротство вызвано иными причинами, не связанными с недобросовестным поведением ответчика.

Ответственность руководителя должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражении в бухгалтерской отчетности недостоверной информации, если это повлекло за собой невозможность формирования конкурсным управляющим конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

По своей правовой природе рассматриваемые отношения идентичны отношениям по возмещению вреда, вследствие чего при разрешении вопроса о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности следует учитывать подходы, изложенные в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица».

Соответственно, при рассмотрении вопроса о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности на основании абзаца 4 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в предмет доказывания входит установление совокупности следующих обстоятельств: наличие вины, причиненный ущерб, его размер, причинно-следственная связь между действием (бездействием) и возникновением ущерба.

Данное правило соотносится со статьями 401 и 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к гражданско-правовой ответственности.

Для целей удовлетворения заявления о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям конкурсному управляющему необходимо доказать, что отсутствие документации (материальных ценностей) должника либо отсутствие в ней полной и достоверной информации существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать, что отсутствие документации (материальных ценностей) должника либо недостатки документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства или что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации (материальных ценностей) при проявлении той степени заботливости и осмотрительности, какие от него требовались.

Принимая документы, конкурсный управляющий по общему правилу не должен обладать информацией о том, что содержащиеся в них данные не позволяют провести соответствующие процедуры банкротства должника, в том числе информацией о комплектности и полноте полученной документации. Лишь проанализировав полученные документы, конкурсный управляющий имеет возможность определить, вся ли документация должника передана ему руководителем.

Из материалов дела усматривается, настаивая на привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий ссылался на то, что бывшим руководителем Общества передана лишь часть документации, из которой невозможно установить и проанализировать финансово-хозяйственную деятельность должника в полном объеме, проверить информацию о наличии у должника имущества и совершенных сделках. Конкурсный управляющий указывает на непоследовательное поведение ФИО2, выразившееся в том, что первоначально она указывала на отсутствие у должника электронной базы 1С бухгалтерии, кассовых книг и документов по сделкам должника. В дальнейшем после обращения конкурсного управляющего в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными сделками должника платежей в пользу Предпринимателя на общую сумму 8 889 264 руб., ФИО2 передала конкурсному управляющему по акту приема-передачи от 28.09.2018 (спустя более чем один год три месяца после открытия конкурсного производства) договоры, акты и счета, послужившие основанием для оспоренных платежей. Переданные документы вызвали сомнения в их действительности и при рассмотрении обособленного спора о признании сделки недействительной конкурсный управляющий  заявил об их фальсификации. 

Отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности. При наличии доказательств существования причинно-следственной связи между действиями контролирующего лица и банкротством подконтрольной организации, контролирующее лицо несет в силу пункта 2 статьи 9 и статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания обоснованности и разумности своих действий и их совершения без цели причинения вреда кредиторам такой организации.

Из материалов дела следует и установлено судом первой инстанции, что ФИО2 по акту приема-передачи документов и материальных ценностей от 28.06.2017 передала конкурсному управляющему учредительные документы, печать, чековую книжку, баланс на 31.12.2016, прочие документы для ознакомления, актом от 16.11.2017 – дилерские договоры, авансовые отчеты с приложениями, личные дела сотрудников, бухгалтерский баланс за 2014 и 2015 годы, расчетно-платежные ведомости.

Указанный факт подтвержден конкурсным управляющим в судебном заседании.

Между тем, из акта от 28.06.2017 следует, что бухгалтерская база должника в электронном виде не велась, сделки не заключались.  При этом согласно письму МО МВД России «Гусь-Хрустальный» от 25.08.2017                      № 50/20680 по результатам обследования помещений Общество изъято два системных блока, на которых были установлены программы «1С» с электронными базами данных бухгалтерии Общества. Данное имущество было возвращено генеральному директору Общества ФИО2, что подтверждается распиской от 31.01.2017 о получении от сотрудников полиции  двух USB накопителей, «1С» базу с изъятого системного блока и ряда других документов Общества.

Письмом от 11.12.2017 ФИО2 сообщила конкурсному управляющему, что бухгалтерская база должника в электронном виде отсутствует, поскольку компьютер, на котором установлена программа «1С» сгорел, договор между Предпринимателем и Обществом не заключался, главная книга на бумажном носителе не велась.

Учитывая указанные обстоятельства и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства в их взаимосвязи и совокупности, принимая во внимание не представление бухгалтерской документации в электронном виде, которая у Общества велась, отсутствие бесспорных и достоверных доказательств, что системные блоки, на которых хранилась информация, сгорела, отсутствие главной книги бухгалтерского учета, книги покупок и продаж, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об отсутствии доказательств неправомерных действий (бездействия) ФИО2, в том числе не передаче бухгалтерской документации (передачи необходимых документов, в том числе главной книги бухгалтерского учета, книги покупок и продаж, электронной бухгалтерской отчетности), в результате совершения которых невозможно было сформировать конкурсную массу. Суд правомерно счел, что бывший руководитель должника не принял всех мер для исполнения обязанности по передаче бухгалтерской и иной документации Общества конкурсному управляющему, позволяющие конкурсному управляющему исполнить обязанность по пополнению конкурсной массы. 

Вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в материалы дела не представлено надлежащих и бесспорных доказательств невозможности исполнения ФИО2 обязанности по передаче документов должника в том объеме, который позволил бы конкурсному управляющему исполнить обязанность по пополнению конкурсной массы.

В рассматриваемом случае суд первой инстанции также обоснованно учел обстоятельства того, что Общество в период с 24.08.2015 по 21.07.2016 перечислило в пользу  заинтересованного лица – Предпринимателя денежные средства в размере 8 889 264 руб. за услуги монтажа. При этом в письме                от 11.12.2017 (том 2, лист дела 126) ФИО2 сообщала о том, что договор монтажа между ней и Обществом не заключался.

Согласно решению Гусь-Хрустального городского суда Владимирской области от 31.10.2018 по делу № 2-1392/2016,  оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Владимирского областного суда от 13.03.2019, установлен факт неосновательного обогащения ФИО2 за счет Общества ввиду неправомерного получения денежных средств с расчетных счетов должника в период с 26.02.2015 по 25.03.2016 в качестве заработной платы за 2015 год, на хозяйственные нужды, в качестве частичного возврата займа на сумму 5 774 100 руб.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о совершении                      ФИО2 недобросовестных действий (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, суд первой инстанции правомерно усмотрел наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве. Ввиду не окончания расчета с кредиторами и невозможности определения размера субсидиарной ответственности, производство по заявлению конкурсного управляющего обоснованно приостановлено до окончательного расчета с кредиторами.

 Повторно исследовав в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации имеющиеся в деле доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд апелляционной инстанции пришел к аналогичным выводам суда первой инстанции о наличии правовых оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего в связи с  доказанностью наличия совокупности обстоятельств, необходимых для привлечения контролирующего должника лица к ответственности.

Несогласие заявителя с выводами суда, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование закона не означают допущенной при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают существенных нарушений судом норм права, в связи с чем доводы заявителя жалобы признаются необоснованными.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины за рассмотрение апелляционных жалоб на определение по данной категории дел не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Владимирской области от 12.02.2019 по делу № А11-10735/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление

 вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд ВолгоВятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Владимирской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд ВолгоВятского округа.

Председательствующий судья

О.А. Волгина

Судьи

Ю.В. Протасов

Е.А. Рубис