ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-16593/2018

г. Челябинск

12 декабря 2018 года

Дело № А76-25126/2014

Резолютивная часть постановления объявлена 05 декабря 2018 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 12 декабря 2018 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Калиной И.В., 

судей Румянцева А.А., Хоронеко М.Н., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания Сысуевой А.С., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего муниципального унитарного предприятия  «Дорожное ремонтно-строительное управление» Теплякова Эдуарда Александровича на определение Арбитражного суда Челябинской области от 08.10.2018 по делу № А76-25126/2014 (судья Бушуев В.В.).

В заседании приняли участие представители:

Управления Федеральной налоговой службы по Челябинской области – ФИО3 (паспорт, доверенность от 06.11.2018, далее - представитель уполномоченного органа);

ФИО4 -  ФИО5 (паспорт, доверенность от 04.12.2018), ФИО6 (паспорт, доверенность от 04.12.2018, далее – представители ФИО4);

ФИО7, ФИО8 -  ФИО9 (паспорт, далее - представитель ФИО7, ФИО8);

конкурсного управляющего муниципального унитарного предприятия  «Дорожное ремонтно-строительное управление» ФИО2  - ФИО10 (паспорт, доверенность от 17.10.2016, далее - представитель подателя апелляционной жалобы).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 14.10.2014 возбуждено производство по делу о банкротстве муниципального унитарного предприятия «Дорожное ремонтно-строительное управление» (далее – предприятие «ДРСУ», должник).

Решением суда от 05.12.2014 предприятие «ДРСУ» признано несостоятельным (банкротом), в отношении имущества должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО11, член Некоммерческого партнерства «Краснодарская межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Единство».

Конкурсный управляющий ФИО11 17.11.2015 обратился в арбитражный суд с заявлением о солидарном привлечении к субсидиарной ответственности ФИО8, ФИО4, ФИО7, ФИО12, ФИО13 по обязательствам должника на сумму 76 670 630 руб. 36 коп. (вх. №34763 от 17.11.2015).

Определением суда от 11.10.2017 к участию в деле в качестве ответчиков привлечены ФИО14 и ФИО15 (л.д. 140 т. 13).

В ходе судебного разбирательства конкурсный управляющий изменил предмет заявленных требований на требование о солидарном взыскании с ответчиков суммы убытков в размере 76 670 630 руб. 36 коп. (л.д. 72-75 т. 3). 

В соответствии со ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации изменение предмета заявленных требований принято арбитражным судом.

Определением суда от 08.10.2018 в удовлетворении заявления отказано.

Конкурсный управляющий предприятия «ДРСУ» ФИО2 не согласился с указанным определением, обжаловав его в апелляционном порядке. В апелляционной жалобе просил определение суда отменить. 

В качестве обоснования доводов апелляционной жалобы податель указывает, что судом неверно распределено бремя доказывания, отсутствие вины должны были доказывать ответчики. Конкурсный управляющий обращает внимание, что руководитель в силу Закона о банкротстве обязан передать все документы и материальные ценности арбитражному управляющему, что в данном случае не последовало в отношении материальных ценностей на сумму 76 670 630 руб. 36 коп., тем самым, противоправное бездействие ответчиков конкурсный управляющий полагает доказанным. Податель жалобы, обосновывая свои требования одновременно ко всем ответчикам, указывает, что недостачу материальных ценностей мог установить каждый из ответчиков, и, соответственно, принять соответствующие меры. Выводы суда относительно того факта, что приемка работ на 92 млн.руб. не была проведена заказчиком на момент проведения инвентаризации, а, следовательно, списание товарно-материальных ценностей не произошло, в связи с чем, конкурсный управляющий должен был учесть данный факт, опровергаются материалами дела. Приемка работа на указанную сумму, как отмечает заявитель, произошла в марте 2015 года, а инвентаризация проведена в июле 2015 года. Податель указывает, что инвентаризация проведена в соответствии с действующим законодательством.

В апелляционный суд от ответчиков ФИО8 и ФИО7 поступил отзыв на апелляционную жалобу. Суд, протокольным определением, руководствуясь статьей 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, приобщил отзыв к материалам дела.  

В судебном заседании представители конкурсного управляющего  МУП  «Дорожное ремонтно-строительное управление» ФИО2 и Управления ФНС России поддержали доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просили определение отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

Представители ответчиков ФИО8, ФИО7, ФИО4 возражали против доводов апелляционной жалобы, просили определение суда оставить без изменения.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, сведения о предприятии «ДРСУ» как юридическом лице, ранее зарегистрированном Администрацией города Челябинска 16.04.2001, внесены в Единый государственный реестр юридических лиц 15.11.2002 за основным государственным регистрационным номером 1087415002850.

В соответствии с уставом должника основным видом деятельности предприятия являлось выполнение работ по строительству, капитальному и текущему ремонту дорог, тротуаров, площадей, открытых и закрытых дренажей

и ливнестоков, а также текущее содержание дорог, мотов и путепроводов (л.д.112-117 т. 2).

Собственником имущества должника является муниципальное образование город Челябинск, полномочия которого осуществляет Комитет по управлению имуществом и земельными отношениями города Челябинска.

Приказом председателя Комитета от 24.05.2005 № 207 на должность директора предприятия «ДРСУ» был назначен ФИО8, с которым трудовые отношения были прекращены 08.08.2013 (л.д. 118-119 т. 2).

В материалы дела представлены сведения о проведении в 2011, 2012 годах инвентаризаций активов должника, в ходе которых недостачи запасов выявлено не было (л.д. 11-180 т. 5).

Согласно заключениям аудиторов от 31.03.2011, от 29.03.2012, от 23.03.2013, от 31.03.2014 (л.д.81-155 т. 5), составленным с оговоркой о том, что аудиторы не присутствовали при проведении инвентаризаций, финансовая (бухгалтерская) отчетность предприятия «ДРСУ» за 2010, 2011, 2012, 2013 годы достоверно отражала результаты финансово-хозяйственной деятельности должника.

В материалы дела представлены сведения о том, что результаты финансово-хозяйственной деятельности должника за 2011, 2012 и 2013 годы проверялись собственником имущества в лице Комитета по управлению имуществом и земельным отношениям, в том числе путем проведения балансовых комиссий (в электронном виде л.д. 53-54 т. 21).

Приказом от 15.08.2013 № 328-к исполнение обязанностей директора предприятия «ДРСУ» в период с 17.08.2013 по 16.09.2013 было возложено на исполнительного директора ФИО4, который впоследствии был принят на должность руководителя предприятия «ДРСУ» приказом от 06.09.2013 (л.д. 119-120 т. 2). Трудовые отношения с ФИО4 прекращены 26.03.2014 (л.д. 121 т. 2, л.д. 26 т. 3).

В период с марта по май исполняющим обязанности директора являлся ФИО15.

Приказом от 13.05.2014 № 295-к исполнение обязанностей директора предприятия «ДРСУ» было возложено на исполнительного директора ФИО7, который был освобожден от занимаемой должности 26.05.2014 приказом от 23.05.2014 № 327-к (л.д. 121-122 т. 2).

Приказом от 26.05.2014 № 333-к на должность директора предприятия «ДРСУ» был назначен ФИО12, с которым трудовой договор был расторгнут 06.05.2015 приказом от 04.03.2015 № 2116-е (л.д. 122-123 т. 2).

Распоряжением главы Администрации города Челябинска ФИО16 от 17.10.2014 № 6902 принято решение о ликвидации предприятия «ДРСУ» и создании ликвидационной комиссии в составе председателя ФИО14 и членов комиссии ФИО17 и ФИО18.

В Единый государственный реестр юридических лиц внесены записи о принятии решения о ликвидации предприятия «ДРСУ» и о формировании ликвидационной комиссии за номером 2147451160140.

Распоряжением Администрации города Челябинска от 20.11.2014 № 7889 председателем ликвидационной комиссии назначен ФИО13.

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 05.12.2014 (резолютивная часть от 28.11.2014) предприятие «ДРСУ» признано несостоятельным (банкротом), в отношении имущества должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО11.

В материалы дела представлены акты приема-передачи документации между председателями ликвидационной комиссии ФИО14 и ФИО13 от 21.11.2014, а также акты о передаче документации от ФИО13 конкурсному управляющему ФИО11 от 08-10 декабря 2014 года (л.д. 33-47 т. 3).

Согласно приказу от 31.10.2014 №2/Л (л.д. 164 т. 3) конкурсный управляющий назначил проведение полной инвентаризации имущества должника инвентаризационной комиссией в составе председателя комиссии ФИО14 и членов комиссии ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО12 (по согласованию) и представителя КУиЗО г.Челябинска (по согласованию).

Из бухгалтерского баланса должника за 3 квартал 2014 года следует, что в составе активов должник отражал запасы на сумму 95 683 тыс. руб. (л.д. 103-104 т. 3).

В материалы дела представлены инвентаризационная опись и сличительная ведомость от 31.10.2014, составленные председателем ликвидационной комиссии ФИО14 по результатам проведения инвентаризации запасов на участке № 2 (дорожный) и отражающие недостачу на сумму 28 858 659 руб. 44 коп. (л.д. 163-169 т. 3).

После введения процедуры конкурсного производства должником за подписью конкурсного управляющего был составлен бухгалтерский баланс по итогам 2014 года, в котором отражены запаса на сумму 82 480 тыс. руб. (л.д. 93 т. 2).

При инвентаризации имущества должника в ходе конкурсного производства по состоянию на 01.07.2015 конкурсным управляющим выявлена недостача товарно-материальных ценностей (строительных материалов) общей стоимостью 76 670 630 руб. 39 коп., что нашло свое отражение в следующих документах:

- инвентаризационной описи №1 от 01.07.2015 и сличительной ведомости №4 от 01.07.2015 (участок №2 дорожный) на сумму 29 678 593 руб. 97 коп. (л.43-48 т. 4 материалов инвентаризации от 28.08.2015 вх. №25945),

- инвентаризационной описи №14 от 01.07.2015 и сличительной ведомости №14 от 01.07.2015 (участок №8 дорожный) на сумму 10 031 руб. 84 коп. (л. 51-54 т. 4 материалов инвентаризации от 28.08.2015 вх. №25945),

- инвентаризационной описи №22 от 01.07.2015 и сличительной ведомости №22 от 01.07.2015 (участок №8 пескобаза) на сумму 6 043 220 руб. 31 коп. (л. 55-58 т. 4 материалов инвентаризации от 28.08.2015 вх. №25945),

- инвентаризационной описи №21 от 01.07.2015 и сличительной ведомости №21 от 01.07.2015 (участок №6 дорожный) на сумму 16 735 069 руб. 66 коп. (л. 59-62 т. 4 материалов инвентаризации от 28.08.2015 вх. №25945),

- инвентаризационной описи №5 от 01.07.2015 и сличительной ведомостью №5 от 01.07.2015 (участок №6 АБЗ) на сумму 19 961 930 руб. 41 коп. (л. 63-66 т. 4 материалов инвентаризации от 28.08.2015 вх. №25945),

- инвентаризационной описи №7 от 01.07.2015 и сличительной ведомостью №7 от 01.07.2015 (участок №7 промбаза) на сумму 4 241 784 руб. 21 коп. (л. 67-70 т. 4 материалов инвентаризации от 28.08.2015 вх. №25945).

В ходе проведенной инвентаризации было установлено отсутствие имущества на следующее имущество: 

Наименование

Ед.изм.

Количество

Стоимость, руб.

Участок № 2 дорожный

Поддон

шт

227

66 091,51

Поддон транспортный

шт

192

61 617,59

Щебень 20-40

т

1 546,49

537 449,78

Щебень 5-20

т

129,88

50 851,92

ЩПС 0-10

т

2 240,90

377 795,23

Щебень 20-40

мЗ

54,58

21 739,49

Асфальт тротуарный     (ариадна)

т

20,9

26 263,78

Поребрик (камень бордюрный)

пог.м

176,0

24 271,18

Бордюр дорожный (Бр(н) 100.15/25

шт

47

15 135,53

Труба с муфтой 300 РгоКап 300*6000

шт

3

16 372,63

Кольцо ж/б   15-9

шт

2

6 748,20

Поребрик 1000*200*80

шт

1 259

118 321,03

Асфальт МЗ-20 тип Б1

т

8 778,45

18 605 194,02

Асфальт б/у (срезка)

т

964 028

Асфальт литой

т

278,5

1449 818,22

Асфальт песчаный     тип Г

т

2 397 ,50

5 467 920,63

Асфальт к/з марка     11

т

510,97

1 017631,55

Асфальт песч. Тип ГМ - 1

т

39,90

67 333,78

Битум нефт. Дорож.     БНД 90/130

т

39,425

520 068,65

Битумная эмульсия (ЭКБ-2)

т

67,82

791 773,91

Блок ФБС 24-4-6Т (1 шт 0,543 мЗ)

шт

46,00

67 333,78

Мешок для мусора 120 л

шт

350,0

1 170,85

Мешок для мусора   120 л

шт

300,0

1 454,35

Песок (отсев)

т

100,0

8 300,0

Плитка тротуарная «Кирпич-1» серая

м2

296,47

111 531,45

Щебень 5-20

т

12,95

4 413,72

Блок ФБС 24-3-6

шт

6,0

8 502,48

Решетка ливневая Н-80

шт

1

6 177.97

Щебень 5-20

т

504,30

170 949,15

Бордюр БР 78-30-15 (1 шт = 0,0333 мЗ)

шт

178,50

49 010,5

Кольцо       опорное       КО       6,5       для       устр. колодцев

шт

15,00

3 532,20

Кольцо       опорное       КО       6,7       для       устр. колодцев

шт

6,0

1 453,30

Кольцо опорное КО 6

шт

7,0

2 072,0

29 678 593,97

Участок № 6 дорожный

Щебень 20-40

т

3 021,19

1 036 599,47

Щебень 20-40

т

15,15

6 034,32

Бортовой камень ГП-1   (150*300) гранит

пог.м

380

420 272,35

ЩПС фр. 0-10

т

253,13

17 161,36

Поребрик (камень бордюрный)

пог.м

48,0

5 694,92

Песок битуминизированный

т

133,70

197 283,31

Бордюр тротуарный БР50.5/22.5

шт

3 587,00

243 190,65

Асфальт б/у (срезка)

т

856,95

Асфальт КЗ-40 Б-1

т

528,754

927 307,11

Асфальт литой

т

183,50

961 647,94

Асфальт МЗ тип Б марка 1

т

2 359 882

5 179 126,33

Асфальт песчан. тип Г

т

834,34

1 912 422,9

Блок ФБС24-4-6Т (1шт. 543 мЗ)

шт

12,0

16 642,48

Мешок для мусора 120 л

шт

1 662,00

5 027,27

Песко-соляная смесь

т

3 691,25

5 336452,68

Песок (отсев) строительный

м3

246,70

56 586,17

Плитка тротуарная «Кирпич-1» красная

м2

15,40

8 649,15

Плитка тротуарная «Кирпич-1» серая

м2

523,86

193 441,25

Поребрик (серый) 50*20*5

шт

597,0

39 953,19

Щебень

т

2 096,521

591 849,39

16 735 069,66

Участок № 6 АБЗ

Дизтопливо

л

135,0

3 612,03

Мазут топочный М-40

т

0,153

1 491,10

Щебень 5-20

т

6 561,52

2 635 279,83

ЩПС фр. 0-10

т

19 084,38

3 177 018,77

ЩЕБЕНЬ ФР. 0-10 (ЩПС)

т

15 929,822

4 049 954,75

Битум нефт. дорож. БНД 60/90

т

385,036

5 169 472,16

Битум нефт. дорож. БНД 90/130

т

310,83

4 337 950,75

Щебень 5-20

т

1 722,72

587 151,02

Дизтопливо

л

135,0

3 612,03

Мазут топочный М-40

т

0,153

1 491,10

Щебень 5-20

т

6 561,52

2 635 279,83

ЩПС фр. 0-10

т

19 084,38

3 177 018,77

ЩЕБЕНЬ ФР. 0-10 (ЩПС)

т

15 929,822

4 049 954,75

Битум нефт. дорож. БНД 60/90

т

385,036

5 169 472,16

Битум нефт. дорож. БНД 90/130

т

310,83

4 337 950,75

Щебень 5-20

т

1 722,72

587 151,02

19 961 930,4

Участок № 7 промбаза

ЩПС фр. 0-10

т

2 424,725

396 952,64

ЩПС фр. 0-10

т

449,0

30 440,68

Черный щебень фр. 3-10

т

364,65

605 683,65

Асфальт литой

т

83,0

438 169,22

Битум нефт. Дорожн. БНД 90/130

т

23,182

322 469,69

Песко-соляная смесь

т

4 085,23

2 403 568,67

Щебень фр. 0-10 (ЩПС)

т

656,37

44 499,66

4 241 784,21

Участок № 8 дорожный

ЩПС фр. 0-10

т

0,77

128,0

Щебень фр. 0-10 (ЩПС)

т

11,00

2 796,61

Асфальт литой

т

0,016

511,13

Мешок для мусора 120 л

шт

2 214,0

6 596,09

10 031,84

Участок № 8 пескобаза

ЩПС фр. 0-10

т

10 772,85

1 762 007,34

ЩПС фр. 0-10

т

983,25

66 661,01

Песко-соляная смесь

т

3 567,94

4 022 083,15

Щебень фр. 0-10 (ЩПС)

т

2 838,915

192 468,81

6 043 220,31

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции сослался на то, что не подтверждена причинно-следственная связь между действиями ответчиков и убытками, конкурсный управляющий провел инвентаризацию имущества в отсутствие материально-ответственных лиц (бывших руководителей), в отношении имущества, находящегося на территории предприятия, которое арендовало помещения и земельные участки у должника, не предпринял мер к его установлению, не доказан размер убытков в отношении каждого ответчика. Суд принял во внимание, что ежегодно проводились аудиторские проверки деятельности должника, сдавалась отчетность контролирующим должника лицам, при этом недостачи выявлено не было.

Арбитражный суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дело в порядке статей 268, 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исследовав имеющиеся в деле доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта. 

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве, частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Из разъяснений, приведенных в пункте 53 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" следует, что с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных арбитражным управляющим (пункт 4 статьи 20.4 Закона банкротстве), а также о возмещении убытков, причиненных должнику - юридическому лицу его органами (пункт 3 статьи 53 ГК РФ, статья 71 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах", статья 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон об обществах с ограниченной ответственностью), и т.д.), могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве.

Положениями статьи 15 ГК РФ закреплено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Основанием для удовлетворения требования о взыскании убытков является совокупность условий: факт причинения убытков, наличие причинной связи между понесенными убытками и виновными действиями ответчика, документально подтвержденный размер убытков.

В силу пункта 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Статьей 25 Федерального закона от 14.11.2002 N 161-ФЗ "О государственных и муниципальных предприятиях" установлено, что руководитель унитарного предприятия при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах унитарного предприятия добросовестно и разумно. Руководитель унитарного предприятия песет в установленном законом порядке ответственность за убытки, причиненные унитарному предприятию его виновными действиями (бездействием), в том числе в случае утраты имущества унитарного предприятия.

Требование о возмещении убытков (в виде прямого ущерба и (или) упущенной выгоды), причиненных действиями (бездействием) директора юридического лица, подлежит рассмотрению в соответствии с положениями пункта 3 статьи 53 ГК РФ, согласно которому лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу.

В соответствии с положениями пункта 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 62 от 30.07.2013 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (Постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62) лицо, входящее в состав органов юридического лица (в том числе единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д.), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

При оценке добросовестности и разумности подобных действий (бездействия) директора арбитражные суды должны учитывать, входили или должны ли были, принимая во внимание обычную деловую практику и масштаб деятельности юридического лица, входить в круг непосредственных обязанностей директора такие выбор и контроль, в том числе не были ли направлены действия директора на уклонение от ответственности путем привлечения третьих лиц.

О недобросовестности и неразумности действий (бездействия) директора помимо прочего могут свидетельствовать нарушения им принятых в этом юридическом лице обычных процедур выбора и контроля.

Из разъяснений, изложенных в п. 4 Постановления N 62, следует, что добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством.

Таким образом, при рассмотрении требований о взыскании убытков подлежат установлению факт причинения убытков, их размер, противоправность действий директора и наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчика и наступившими неблагоприятными последствиями, вина ответчика (статья 65 АПК РФ).

Основной довод конкурсного управляющего относительно наличия убытков, причиненных всеми руководителями должника, является виновное противоправное поведение каждого из руководителей должника, подтверждается результатами инвентаризации, свидетельствующими о выявленной недостаче имущества.

Судом первой инстанции установлено, достаточных доказательств того, что имущество должника утрачено либо утрачено в результате виновных действий каждого из ответчиков, конкурсным управляющим не представлено.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции, исходя из установленных судом первой инстанции совокупности обстоятельств относительно настоящего требования.

Так, судом в ходе рассмотрения заявления была назначена судебная экспертиза по вопросу соответствия данным бухгалтерского учета вывода конкурсного управляющего о недостаче товарно-материальных ценностей на сумму 76 670 630 руб. 39 коп. и определения размера недостачи товарно-материальных ценностей по данным бухгалтерского учета (определение от 12.12.2016).

В заключении № 283/5-3/51 от 19.06.2017 экспертом Федерального бюджетного учреждения Челябинской лаборатории судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации ФИО20 сделаны выводы о невозможности подтверждения результатов инвентаризации в размере недостачи товарно-материальных ценностей на спорную сумму и установления соответствия данным бухгалтерского учета по представленным на исследование документам. Также эксперт указала на невозможность определения размера недостачи товарно-материальных ценностей по состоянию на конкретную дату в отсутствие в материалах обособленного спора материалов инвентаризации от 08.08.2013, 06.09.2013, 26.03.2014, 14.05.2014, 26.05.2014, 17.10.2014, 20.11.2014 и регистров аналитического бухгалтерского учета общества - должника, отражающих данные о наличии товарно-материальных ценностей по состоянию на указанные даты (л.д. 48-60 т. 13).

Судом первой инстанции были допрошены свидетели ФИО21, ФИО17, ФИО18, ФИО11 (судебные заседания 25-28.04.2018 и 25.07.2018; л.д. 59-63, 115-117 т. 21).

Указанные лица поясняли следующие обстоятельства в отношении хозяйственной деятельности должника.

Свидетель ФИО21 пояснила суду, что в 2015 и 2016 годах арбитражный управляющий ФИО11 привлекал ее по договору об оказании услуг бухгалтерского характера при проведении процедуры конкурсного производства в отношении предприятия «ДРСУ». Место работы свидетеля находилось в офисе арбитражного управляющего. Расположенного по адресу: 

<

...>. В обязанности свидетеля входило обеспечение деятельности конкурсного управляющего, в том числе свидетель участвовала при проведении инвентаризации. В 2015 году, примерно с февраля по июль, проводилась инвентаризация предприятия «ДРСУ». Кроме свидетеля в инвентаризации участвовали ФИО17, ФИО22 К моменту начала инвентаризации всех работников уже уволили. Инвентаризацию проводили по фактическому наличию. Данные об активах, которые числились по данным бухучёта, представляли бухгалтера ФИО17 и ФИО23. Они составляли проекты инвентаризационных описей, содержащих перечень имеющихся по данным бухгалтерского учёта товарно-материальных ценностей. На обозрение свидетеля судом были представлены инвентаризационные описи № 23, № 9, б/н от 01.07.2015, сличительные ведомости к ним (центральный, основной и оборотный склад). Свидетель подтвердила факт своего участия в инвентаризации на данном объекте. Свидетель не помнит, каким образом обеспечивался доступ в помещение склада. Помимо членов инвентаризационной комиссии при проведении инвентаризации присутствовала кладовщик по фамилии ФИО23, она являлась материально-ответственным лицом. Свидетель пояснила, что при проведении инвентаризации отметки о наличии (отсутствии) товарно-материальных ценностей делались в проекте описи, а затем составлялся чистовой вариант; отметки в черновом варианте делала ФИО17. Со слов свидетеля, инвентаризация на складе проводилась не за один день (примерно три дня по четыре часа). В указанное время присутствовали все члены инвентаризационной комиссии. По окончании подсчёта свидетель не расписывалась в черновом варианте инвентаризационной описи. Проверка данных о том, какие товарно-материальные ценности должны быть в наличии, производила свидетель в помещении бухгалтерии предприятия «ДРСУ» по данным содержащимся в программе 1С на персональном компьютере ФИО17. Свидетель в таком порядке проверила все проекты инвентаризационных описей. Свидетелю известно, что в программе 1С на момент проведения инвентаризации не были отражены сведения о расходовании запасов за 2013 и 2014 годы, так как такие документы со слов ФИО17 в бухгалтерию не передавались. Сама свидетель не извещала кого-либо из бывших руководителей или материально ответственных лиц о проведении инвентаризации. Свидетелю не известно, чтобы это делал кто-либо из членов комиссии. На других участках, где проводилась инвентаризация (кроме центрального склада) лица, не входящие в состав инвентаризационной комиссии, не присутствовали. На всех участках, где была выявлена недостача, находились люди, осуществлялась хозяйственная деятельность. Свидетель пояснила, что где-то находились товарно-материальные ценности такого же вида, как отражены в инвентаризационных описях, но со слов начальников участков той организации, которая на тот момент вела деятельность на участке, данные товарно-материальные ценности принадлежали не предприятию «ДРСУ». В связи с этим комиссия в такой ситуации не отражала факт наличия товарно-материальных ценностей в описи предприятия «ДРСУ».

Суд отметил, что приведенные показания свидетеля ФИО21 в части описания процедуры проведения инвентаризации не в полной мере соответствуют совокупности иных представленных по делу доказательств.

Так, свидетель ФИО17 пояснила суду, что работала главным бухгалтером предприятия «ДРСУ» до введения процедуры банкротства; после введения в отношении предприятия «ДРСУ» конкурсного производства договор с ней перезаключен конкурсным управляющим. В хозяйственном ведении предприятия находились производственные базы, расположенные по адресам: ул. Внутриквартальная; ул. Трубников, 30 (уч. № 7); участок № 2 на ул. Рылеева, 4; ул. Линейная (уч. № 6). В настоящий момент часть производственных мощностей возвращена в КУиЗО Администрации г.Челябинска на основании распоряжений от 13.10.2014. На предприятии вёлся учёт с использованием программы 1С Бухгалтерия (далее – 1С). На момент признания должника банкротом кроме главного бухгалтера в штате состояло 6 бухгалтеров. Данные об оприходовании и расходовании материалов в 1С вносила ФИО18. В бухгалтерию передавались первичные документы о поступлении товарно-материальных ценностей. Списание товарно-материальных ценностей производилось на основании отчётов М29, которые в бухгалтерию передавал планово-технический отдел (ПТО). Со слов свидетеля, ПТО составлял отчёты М29 после приёмки работ заказчиком. В период между фактическим расходованием материалов и приёмкой работ заказчиком (иногда достигал одного года) учёт расхода в 1С отражен не был. Такие данные у себя хранил ПТО, насколько известно свидетелю, в форме накопительных ведомостей, составленных на основе данных, передаваемых мастерами участков (устно). Свидетель пояснила, что на участках списание ТМЦ каким-то образом учитывал соответствующий мастер. Какой учёт вёлся на участке свидетелю не известно. После введения конкурсного производства ПТО был сокращён, какая-то документация была передана в архив (ул.Рылеева, 4), доступ к которому имеет бухгалтерия предприятия «ДРСУ». В настоящий момент бухгалтерия предприятия «ДРСУ» находится в общем помещении с бухгалтерией закрытого акционерного общества «Южуралмост», которое арендует базу на ул. Рылеева, 4. После введения конкурсного производства в период с декабря по январь 2014 года проводилась инвентаризация товарно-материальных ценностей на центральном складе и других объектах. До указанной инвентаризации в 2014 году других инвентаризаций не проводилось.

На обозрение свидетеля судом была представлена инвентаризационная опись № 28 от 31.10.2014 (л.д. 30 т. 14), составленная ликвидатором ФИО14 Свидетель подтвердила, что подписывала эту опись; фактически в инвентаризации не участвовала. Свидетель пояснила, что участок № 2 – это вероятно участок мастера ФИО24 (в программе 1С привязка осуществляется к материально ответственному лицу, а не к адресу объекта). Конкретного адреса этого участка не было, местом хранения товарно- материальных ценностей являлась площадка выполнения соответствующих дорожных работ. Каким образом ФИО14 проводил инвентаризацию, свидетелю неизвестно. Свидетель пояснила, что данные о том, какое количество товарно-материальных ценностей находилось в подотчёте мастера ФИО24, ФИО14 мог получить из программы 1С. Возможно, на момент проведения инвентаризации в 1С не был отражен расход всех товарно- материальных ценностей. Были ли по состоянию на 31.10.2014 не приняты заказчиками какие-то объёмы работ, свидетелю не известно. На указанную дату в 1С были отражены все объёмы, которые были приняты и все материалы, в отношении которых отчёты М29 были получены из ПТО. При проведении инвентаризации конкурсным управляющим ФИО11 свидетель присутствовала лишь при инвентаризации на главной базе. Свидетель лично участвовала в подсчёте. На обозрение свидетеля судом была представлена инвентаризационная опись № 23, № 9, б/н от 01.07.2015 по центральному складу. Свидетель пояснила, что фактический подсчёт товарно-материальных ценностей по этим складам осуществляла кладовщик ФИО23. На основе представленных свидетелем данных были составлены инвентаризационные описи. Свидетелю не известно, производил ли кто-то из членов инвентаризационной комиссии фактический подсчёт остатков ТМЦ на иных объектах. На иные объекты для проведения инвентаризации свидетель не выезжала, ездили ли другие члены на объекты, свидетелю неизвестно. Свидетелю также неизвестно, извещались ли о дате проведения инвентаризации бывшие руководители или материально ответственные лица. Со слов свидетеля, конкурсный управляющий ФИО11 возвращал в бухгалтерию черновые инвентаризационные описи с пометками, на основании которых составлялся чистовой вариант. Каким образом ФИО11 проводил инвентаризацию свидетелю неизвестно. Свидетель пояснила, что возможно, конкурсный управляющий договаривался с бывшими мастерами, которые показывали ему участки и места хранения ТМЦ. Свидетель не исключает того, что на момент введения конкурсного производства предприятие «ДРСУ» не сдало какие-то объёмы работ. Свидетелю известно, что в 2014 году Управление дорожного хозяйства г. Челябинска как заказчик принимало у предприятия «ДРСУ» работы, выполненные ещё в 2012 и 2013 годах. Свидетель пояснила, что в предприятии «ДРСУ» до его банкротства регулярно проводились инвентаризации, которые не отражали недостачи, поскольку являлись формальными. В силу временного разрыва между фактическим расходом товарно-материальных ценностей и отражением этого факта в 1С (после сдачи работ заказчику) недостача должна была быть зафиксирована и в более ранние периоды времени.

Свидетель ФИО18 пояснила суду, что в период с августа 2005 года по 23.10.2014 работала главным бухгалтером в предприятии «ДРСУ». В период с 24.10.2014 по 31.03.2016 - в закрытом акционерном обществе «Южуралавтобан» (ЗАО « ЮУАБ»), с 01.04.2016 – в акционерном обществе «Южуралмост». После увольнения из предприятия «ДРСУ» и устройства в ЗАО «ЮУАБ» в июле 2015 года рабочее место свидетеля фактически не изменилось. В период работы в предприятии «ДРСУ» в обязанности свидетеля входило оприходование и списание материалов (запасные части, расходные материалы, строительные материалы). Со слов свидетеля оприходование осуществлялось в программе 1С по первичным документам поставщиков (товарные накладные, акты выполненных работ). Кроме свидетеля доступ к программе 1С имели другие бухгалтера со своих компьютеров, соединённых в сеть. Свидетель пояснила, что в программе 1С были выделены разделы по учёту товарно- материальных ценностей по складам (участкам). Предприятие «ДРСУ» имело участки, где было возможно хранение, в том числе участок № 7 по ул.Трубников, 30; участок № 6 по ул. Линейной, 92а; административно-бытовое здание; участок по ул. Внутриквартальная, 48. Данные участки находились в ведении предприятия «ДРСУ», а в октябре 2014 года переданы в ЗАО «ЮУАБ». Со слов свидетеля, списание товарно-материальных ценностей по учёту проводилось на основании актов о списании, а по стройматериалам – на основании отчётов М29, которые составлялись инженерами ПТО, которое в свою очередь производило списание материалов на основании объёмов работ, сданных заказчикам. Свидетель пояснила, что инвентаризации проводились ежегодно по состоянию на 01 декабря каждого года. Свидетеля каждый раз включали в инвентаризационную комиссию. В 2013 году недостача товарно- материальных ценностей в актах отражена не была. Мастера по участкам не показывали расхождение между фактическим наличием и данными бухгалтерского учёта, которое могло быть из-за временного разрыва между расходованием товарно-материальных ценностей и отражением этого факта в бухгалтерском учёте. После ознакомления с инвентаризационными описями, составленными конкурсным управляющим, свидетель пояснила, что такое количество несписанных товарно-материальных ценностей, которое отражено в

инвентаризационных описях, не являлось необычным для деятельности предприятия «ДРСУ», так как могло быть следствием несвоевременного списания (ввиду неприёмки работ). Свидетель пояснила, что для участия винвентаризации ее не приглашали. После перевода в закрытое акционерное общество «ЮУАБ» рабочее место свидетеля осталось на том же месте. Бухгалтерия предприятия «ДРСУ» оставалась в смежном кабинете. 

Свидетель ФИО11 пояснил суду, что исполнял обязанности конкурсного управляющего предприятием «ДРСУ» с декабря 2014 года по 10.11.2016. В период с февраля 2015 года по 31.07.2015 проводил инвентаризацию имущества. Свидетель пояснил, что производственные базы(участки) предприятия «ДРСУ» на момент проведения инвентаризации находились во владении закрытого акционерного общества «Южуралавтобан» (ЗАО «ЮУАБ») на основании договоров аренды, заключённых до введения конкурсного производства. Свидетель пояснил, что к моменту начала инвентаризации сведения о материально ответственных лицах по каждому участку в распоряжении конкурсного управляющего отсутствовали и были получены лишь по окончании инвентаризации, однако имелись, сведения о руководителях участков. Свидетель пояснил, что начальники участка извещались об инвентаризации по телефону. Они присутствовали, кроме участка «Пескобаза», так как продолжали работу на этих же участках в ЗАО «ЮУАБ». Свидетель пояснил, что инвентаризационные описи, составленные ФИО14, ему были переданы уже во время проведения инвентаризации в конкурсном производстве. Свидетель пояснил, что члены комиссии из состава бухгалтеров (ФИО17, ФИО23) фактические не выезжали на участки; остальные члены инвентаризационной комиссии, подписавшие ведомости, фактически присутствовали при инвентаризации. В случае выявления недостачи бывшие работники участков, которые присутствовали, как правило, поясняли, что товарно-материальные ценности были израсходованы на выполнение строительных работ. После введения конкурсного производства конкурсный управляющий начал принимать имущество должника к своему ведению, направил запросы к бывшим руководителям. Документация, хранившаяся на территории базы на ул. Рылеева, 4, была принята в ведение в период с декабря 2014 года по февраль 2015 года. Свидетель пояснил, что в первые дни после введения конкурсного производства он выезжал для осмотра на производственные участки. При этом не было выявлено наличие каких-либо дополнительных товарно-материальных ценностей, кроме указанных в актах инвентаризации. На момент проведения инвентаризации свидетелю не было известно о каких-либо объёмах работ, которые предприятие «ДРСУ» не сдало. В связи с выявленной недостачей свидетель обращался к бывшему руководителю ФИО12, который какие-либо документы, касающиеся выбытия товарно-материальных ценностей, не представил, пояснив, что такие документы не были переданы ему и от предшествующего руководителя. 

По мнению конкурсного управляющего, товарно-материальные ценности, отраженные в сличительных ведомостях как недостающие, могли быть приобретены предприятием «ДРСУ» в период 2011-2013 годов (л.д. 102-108 т.2).

Суд первой инстанции, проанализировав показания свидетелей, объяснения участников обособленного спора и представленные по делу письменные доказательства установил, что при выполнении работ по строительству и ремонту автомобильных дорог в период не менее двух лет до введения конкурсного производства на предприятии «ДРСУ» сложился такой порядок списания запасов, при котором первоначально сведения о расходовании ТМЦ отражались в отчетах по форме М29, которые, в свою очередь, хранились в распоряжении сотрудников планово-технического отдела. 

Операции по списанию ТМЦ с бухгалтерского учета производились позднее, по факту принятия соответствующего объема работ муниципальным или иным заказчиком. 

Факт принятия значительных по стоимости выполненных работ с существенной задержкой по времени подтверждается в частности письмом от 14.11.2013, в котором предприятие «ДРСУ» (руководитель ФИО4) просит принять работы за 2013 год на сумму 236,7 млн. руб., а за 2011-2013 годы – 1 527,7 млн. руб. (л.д. 32 т. 4). В письме от 14.02.2014 в адрес Администрации города Челябинска руководитель должника указывал на то, что объем не принятых муниципальным заказчиком и не оплаченных работ за 2011-

2013 годы составлял 1 473 823 466 руб. (л.д. 27 т. 3).

Суд первой инстанции принял во внимание, что по состоянию на март 2015 года, то есть после начала проведения инвентаризации, не была осуществлена приемка работ по муниципальному контракту на сумму не менее 92 273 979 руб. (муниципальный контракт от 15.01.2010 № 10/1-1-ТС), что подтверждал сам конкурсный управляющий в рамках рассмотрения требования кредитора муниципального бюджетного учреждения «Управление дорожных работ города Челябинска» (письменный отзыв л.д. 99-111 т. 21) и определение арбитражного суда от 29.04.2015 по настоящему делу. 

По мнению суда, данное обстоятельство могло привести к тому, что соответствующая часть материалов не была списана с баланса должника на момент составления проектов инвентаризационных описей, по которым производилось сличение остатков.

Проанализировав требования кредиторов в настоящем деле о банкротстве судом также установлено, что часть работ, выполненных в 2013-2014 годах, предприятие «ДРСУ» принимало от собственных подрядчиков уже после признания должника банкротом, что также могло привести к задержке принятия соответствующего объема работ, а также собственных работ предприятия «ДРСУ» по обязательствам перед конечным заказчиком.

Точные сведения об объемах работ, которые в момент проведения инвентаризации не были приняты от предприятия «ДРСУ» его заказчиками, в том числе по муниципальным контрактам, заключенным с собственником имущества, не раскрыты.

Как отмечает суд первой инстанции, конкурсный управляющий изначально указывал на отсутствие в своем распоряжении первичной документации, подтверждающей расходование и списание запасов. Впоследствии такая документация была получена ответчиками в бухгалтерии предприятия «ДРСУ», расположенной по прежнему месту нахождения должника и представлена суду (отзыв л.д. 81 т. 4).

Доказательства того, что конкурсный управляющий не имел доступа к данной документации, в материалы дела не представлены. В связи с чем, у суда обоснованно возникли сомнения о том, что по состоянию на даты составления инвентаризационных описей и сличительных ведомостей в рамках конкурсного производства в бухгалтерском учете должника были учтены все операции по списанию запасов, фактически использованных при производстве работ.

Суд первой инстанции правомерно принял во внимание факт того, что не все лица, указанные в качестве членов инвентаризационной комиссии фактически присутствовали при проведении инвентаризации. В материалы дела не представлены сведения об извещении об инвентаризации материально-ответственных лиц (по конкретным производственным участкам) и (или) ответчиков по обособленному спору. При этом сведения о таких лицах имелись в распоряжении конкурсного управляющего.

Также суд отмечает, что со стороны конкурсного управляющего ни во время проведения инвентаризации, ни в последующий период на протяжении рассмотрения обособленного спора не предприняты меры по получению с материально-ответственных лиц пояснений по факту отсутствия ТМЦ, учтенных на балансе в качестве запасов. Заявление по факту хищения имущества в правоохранительные органы не подано.

Судом учтено, что как основная производственная база, так и производственные участки на момент введения конкурсного производства и в последующий период при участии конкурсного управляющего были переданы в аренду ЗАО «Южуралавтобан» (л.д. 27-60 т. 6), в штат которого после начала ликвидации предприятия «ДРСУ» было переведено значительное число работников должника и в чьем фактическом пользовании объекты находились во время проведения инвентаризации. Из пояснений свидетелей также следует, что на отдельных участках конкурсным управляющим было обнаружено имущество, сходное по наименованию с недостающим имуществом должника. В то же время при определении принадлежности имущества конкурсный управляющий основывался исключительно на данных, представленных арендатором производственных площадок.

В такой ситуации, судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что представленные по обособленному спору доказательства в своей совокупности содержат существенные и не устраненные заявителем сомнения относительно того факта, имелась ли недостача ТМЦ на момент начала и прекращения полномочий каждого из ответчиков, каков размер такой недостачи и является ли недостача следствием ненадлежащего исполнения обязанностей кем-либо из ответчиков либо результатом их совместных действий (бездействия).

Суд отметил, что невозможность установления данных фактов может быть следствием не только ненадлежащего ведения бухгалтерского учета и установленного с одобрения собственника имущества предприятия порядка списания запасов, но и специфики исполнения обязательств по контрактам, финансируемым за счет средств бюджета, в связи с чем, пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований о возмещении убытков.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции.

По мнению апелляционной инстанции, все представленные в материалах дела доказательства оценены судом первой инстанции с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности, а также достаточности и взаимной связи надлежащим образом, результаты этой оценки отражены в судебном акте.

Доводы апелляционной жалобы о том, что неверно распределено бремя доказывания, отклоняются судебной коллегией.

В соответствии с ч. 2 ст. 65 АПК РФ определение предмета доказывания, то есть совокупности обстоятельств, которые необходимо установить для вынесения законного и обоснованного судебного акта, является компетенцией суда, рассматривающего дело.

В силу п. 5 ст. 10 ГК РФ наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица, должен доказать истец (абз. 3 п. 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62).

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62, по делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать их наличие у юридического лица.

В порядке ст. 65 АПК РФ обязанность доказывания наличия оснований для привлечения руководителя общества к ответственности лежит на заявителе, отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к ответственности.

С учетом установленных по данному спору обстоятельств и представленных в материалы дела участниками спора документов процессуальная обязанность по доказыванию наличия и размера убытков лежит на лице, заявившем данное требование (истец).

Поскольку истцами не доказан факт причинения обществу убытков, ответчик не обязан доказывать отсутствие вины за свои правомерные, отвечающие интересам юридического лица действия.

Иные доводы конкурсного управляющего, приведенные в апелляционной жалобе, подлежат отклонению судом апелляционной инстанции по изложенным в постановлении основаниям.

Доводы апелляционной жалобы основаны на неверном толковании действующего законодательства и опровергаются материалами дела, а потому оснований для ее удовлетворения не имеется.

Всем доказательствам, представленным сторонами, обстоятельствам дела, а также доводам, в том числе, изложенным в жалобе, суд первой инстанции дал надлежащую правовую оценку, оснований для переоценки выводов у суда апелляционной инстанции в силу ст. 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не имеется.

С учетом изложенного обжалуемый судебный акт подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании ч. 4 ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 08.10.2018 по делу № А76-25126/2014 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего муниципального унитарного предприятия  «Дорожное ремонтно-строительное управление» ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судьяИ.В. Калина

Судьи:А.А. Румянцев

                                                                                           М.Н. Хоронеко