ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело № А40-237401/23-117-1686

31 октября 2024 года

г. Москва

Резолютивная часть решения объявлена 13 сентября 2024 года.

Полный текст решения изготовлен 31 октября 2024 года.

 

Арбитражный суд г. Москвы в составе:

Председательствующего - судьи Большебратской Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Воробьевым И.А., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению

ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ВЕКТОР" (143409, МОСКОВСКАЯ ОБЛАСТЬ, КРАСНОГОРСК ГОРОД, УСПЕНСКАЯ 

<

...>/4, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 19.10.2017, ИНН: 

<

***>)

к ответчикам:

1) ФИО1

2) ФИО2

о привлечении к субсидиарной ответственности

при участии до и после перерыва: согласно протоколу, 

 

установил:

ООО "ВЕКТОР" (далее также – истец) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском о привлечении ФИО1, ФИО2 (далее – ФИО1, ФИО2, совместно именуемые ответчики) к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО "СТАТУС-АБСОЛЮТ" (Г. Москва, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 26.06.2003, ИНН: 

<

***>, КПП: 774301001, ГЕНЕРАЛЬНЫЙ ДИРЕКТОР: ФИО1, Дата прекращения деятельности: 10.07.2023).

Дело рассмотрено в судебном заседании 13.09.2024 после перерывов, объявленных в заседаниях суда 21.08.2024, 23.08.2024, 04.09.2024.

Представитель истца на удовлетворении исковых требований настаивает.

Представитель ответчиков в удовлетворении исковых требований просит отказать по доводам отзывов на иск, к штрафным санкциям просит применить положения ст. 333 ГК РФ.

Суд, рассмотрев материалы дела, в силу ст. ст. 67, 68, 71 АПК РФ исследовав и оценив представленные доказательства с позиций их относимости, допустимости, достоверности, достаточности и взаимной связи в их совокупности, заслушав участвующих в деле лиц, приходит к следующим выводам.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Московской области от 26.01.2022 по делу № А41-89831/21 с ООО "СТАТУС-АБСОЛЮТ" в пользу ООО "ВЕКТОР" взысканы задолженность по договору поставки № Авто-107/2019 от 27.04.2019 в сумме 1 564 099 руб., неустойка за период с 31.12.2020 по 06.07.2021 в сумме 1 462 433 руб., неустойка в размере 0,5% от суммы неоплаченной задолженности, рассчитанная за период с 07.07.2021 до момента фактического исполнения обязательства в полном объеме, расходы на оплату услуг представителя в размере 30 000 руб. и расходы по государственной пошлине по иску в размере 38 133 руб., всего на сумму 3 094 665 руб.

09.06.2022 взыскателю выдан исполнительный лист серии ФС № 029300346, на основании которого в отношении ООО «СТАТУС-АБСОЛЮТ» было возбуждено исполнительное производство № 66120/22/77009-ИП от 17.06.2022 в Головинском ОСП ГУ ФССП России по городу Москве.

16.06.2023 ООО «ВЕКТОР» на Федресурсе опубликовало сообщение № 15584918 о намерении кредитора обратиться в суд с заявлением о банкротстве. В соответствии с положениями Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее – Закон о банкротстве) право на подачу заявления кредитора возникает через 15 дней после публикации, но не позднее чем через 30 дней, то есть до 16.07.2023.

При подготовке заявления кредитором было установлено, что 10.07.2023 МИФНС № 46 по г. Москве в ЕГРЮЛ внесена запись об исключении из ЕГРЮЛ юридического лица в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности, в связи с чем подача заявления кредитора в соответствии с Законом о банкротстве стала невозможной.

Судебный акт ни в добровольном, ни в принудительном порядке исполнен не был.

ФИО1 являлся единственным участником (учредителем) общества с 18.03.2015 и его генеральным директором с 14.04.2020.

ФИО2 осуществлял полномочия исполняющего обязанности генерального директора в период с 25.05.2017 по 25.05.2019 на основании нотариальной доверенности 77 АВ 4144026, выданной ФИО1, доверенность удостоверена ВРИО нотариуса ФИО3 ФИО4, запись в реестре №1-1192, подписывал договор с истцом, протоколы согласования цены, УПД, принимал товар.

Ссылаясь на нормы Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об ООО), Закона о банкротстве, ГК РФ, истец обратился в арбитражный суд с требованиями о взыскании с ответчиков в порядке субсидиарной ответственности суммы 7 380 029 руб. 66 коп. с учетом неустойки, начисленной за период с 07.07.2021 по 10.07.2023 (применительно к вступившему в законную силу решению суда от 26.01.2022 за минусом периодов моратория) (в редакции уточнений, принятых судом в порядке ст. 49 АПК РФ протокольным определением от 04.09.2024).

Положения об ответственности лиц, входящих в органы юридического лица выделены в отдельную новую ст. 53.1 ГК РФ, согласно которой лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе давать указания членам органов управления юридического лица, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Указанная статья расширяет круг контролирующих деятельность юридического лица лиц, на которых может быть возложена ответственность.

В соответствии с п. 1 ст. 53.1 ГК РФ лица, которые в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочены выступать от его имени (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, председатель кооператива или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.), обязаны возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по их вине юридическому лицу. Аналогичные правила предусмотрены ст. 71 Закона об АО и ст. 44 Закона об ООО.

В соответствии с п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно положениям п. 4 указанной статьи, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица, либо имело право назначать (избирать) руководителя должника.

Согласно п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (п. 3 ст. 53.1 ГК РФ, п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированное (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника».

Как указывает истец, помимо ФИО1, который являлся контролирующим ООО "СТАТУС-АБСОЛЮТ" лицом в сил формально-юридических признаков, ФИО2 также участвовал в управлении обществом, осуществляя полномочия исполняющего обязанности генерального директора в период с 25.05.2017 по 25.05.2019. Документы, подтверждающие хозяйственную деятельность с истцом, подписаны как ФИО1, так и ФИО2

Порядок исключения из ЕГРЮЛ юридического лица, прекратившего свою деятельность, регулируется ст. 21.1 Федерального закона № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее - Закон № 129-ФЗ).

Согласно п. 1, п. 2 ст. 21.1 Закона № 129-ФЗ юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность (далее - недействующее юридическое лицо). Такое юридическое лицо может быть исключено из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом.

При наличии одновременно всех указанных в п. 1 признаков недействующего юридического лица регистрирующий орган принимает решение о предстоящем исключении юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц (далее - решение о предстоящем исключении).

Согласно п. 5 ст. 21.1 Закона № 129-ФЗ предусмотренный настоящей статьей порядок исключения юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц применяется также в случаях:

а) невозможности ликвидации юридического лица ввиду отсутствия средств на расходы, необходимые для его ликвидации, и невозможности возложить эти расходы на его учредителей (участников);

б) наличия в едином государственном реестре юридических лиц сведений, в отношении которых внесена запись об их недостоверности, в течение более чем шести месяцев с момента внесения такой записи.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в актах Конституционного Суда РФ (постановления от 06.12.2011 № 26-П и от 18.05.2015 № 10-П, определения от 17.01.2012 № 143-0-0 и от 17.06.2013 № 994-0), правовое регулирование, установленное ст. 21.1 Закона № 129-ФЗ, направлено на обеспечение достоверности сведений, содержащихся в ЕГРЮЛ, в том числе о прекращении деятельности юридического лица, доверия к этим сведениям со стороны третьих лиц, предотвращение недобросовестного использования фактически недействующих юридических лиц и тем самым - на обеспечение стабильности гражданского оборота.

Согласно п. 31 Постановления Пленума Верховного суда РФ № 53 от 21.12.2017 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53) по смыслу п. 3 и п. 4 ст. 61.14 Закона о банкротстве при прекращении производства по делу о банкротстве на основании абзаца восьмого п. 1 ст. 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом (до введения первой процедуры банкротства) заявитель по делу о банкротстве вправе предъявить вне рамок дела о банкротстве требование о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, если задолженность перед ним подтверждена вступившим в законную силу судебным актом или иным документом, подлежащим принудительному исполнению в силу закона. В этом случае иные лица не наделяются полномочиями по обращению в суд вне рамок дела о банкротстве с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности».

Таким образом, вне рамок дела о банкротстве, кредитор может обратиться с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным ст. ст. 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве в том случае, если задолженность подтверждена судебным решением.

Согласно п. 3.1. Постановления Конституционного суда № 20-П от 21.05.2021 лицам, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц, законом предоставляется возможность подать мотивированное заявление, при подаче которого решение об исключении недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не принимается, что, в частности, создает предпосылки для инициирования кредитором в дальнейшем процедуры банкротства в отношении должника. Во всяком случае, решение о предстоящем исключении не принимается при наличии у регистрирующего органа сведений о возбуждении производства по делу о банкротстве юридического лица, о проводимых в отношении юридического лица процедурах, применяемых в деле о банкротстве. Это дает возможность кредиторам при наличии соответствующих оснований своевременно инициировать процедуру банкротства должника.

Однако само по себе то обстоятельство, что кредиторы общества не воспользовались подобной возможностью для пресечения исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, не означает, что они утрачивают право на возмещение убытков на основании п. 3.1 ст. 3 Закона об ООО.

Для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности имеются основания, предусмотренные как ГК РФ, так и положениями Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" от 26.10.2002 № 127-ФЗ.

Пунктом 3.1 ст. 3 Закона об ООО предусмотрено, что исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные ГК РФ для отказа основного должника от исполнения обязательства.

В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 ст. 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (п. 3 ст. 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Ответственность, предусмотренную п. 1 настоящей статьи, несут также члены коллегиальных органов юридического лица, за исключением тех из них, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение юридическому лицу убытков, или, действуя добросовестно, не принимал участия в голосовании.

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

В постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - Постановление № 62) разъяснено, что по иску о привлечении лица, входящего в состав органов юридического лица, к ответственности истец в силу пунктов 5, 6 ст. 10 ГК РФ должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) привлекаемого лица, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица, а также наличие у юридического лица убытков.

Согласно п. 2 Постановления № 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать от том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, совершил сделку на заведомо невыгодных для юридического лица условиях.

В соответствии с п. 3 Постановления № 62 неразумность действий директора считается доказанной, в частности, когда директор принял решение без учета известной ему информации, до принятия решения не предпринял действий для получения необходимой в данной ситуации информации, совершил сделку без соблюдения обычных процедур для данных сделок, при отсутствии контроля и процедур выбора при взаимодействии с контрагентами, работниками, представителями и т.д.

Таким образом, обстоятельствами, подлежащими доказыванию, являются: факт причинения убытков; недобросовестное/неразумное поведение генерального директора общества при исполнении своих обязанностей; причинно-следственная связь между ненадлежащим исполнением обязанностей и причиненными убытками, размер убытков.

Согласно п. 2 ст. 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

Неспособность общества исполнять обязательства перед кредиторами (фактическое доведение до банкротства) должно выступить прямым следствием неразумных и/или недобросовестных действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1-3 ст. 53.1 ГКРФ.

Анализируя Постановление Конституционного суда РФ от 21.05.2021 № 20-П, можно выделить следующие правовые позиции, регламентирующие действия руководителя общества, подлежащего ликвидации и имеющего задолженности перед кредиторами, подтвержденные судебными решениями, оценка действий при несоблюдении этих процедур:

1. На основании п. 2 ст. 62 ГК РФ на учредителях (участниках) юридического лица лежит обязанность за свой счет совершить действия по ликвидации юридического лица при недостаточности имущества общества, в том числе в случае прекращения деятельности.

2. В случае недостаточности имущества организации для удовлетворения требований кредиторов ликвидация может осуществляться только в порядке, предусмотренном законодательством о банкротстве (п. 6 ст. 61, п. 4 ст. 62, п. 3 ст. 63 ГК РФ). При этом, на руководителе должника лежит обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании организации - должника банкротом (ст. 9, п. 2, п. 3 ст. 224 Закона о банкротстве).

3. Исключение из ЕГРЮЛ юридического лица в порядке ст. 21.1 Закона № 129-ФЗ направлено на достоверность сведений, содержащихся в ЕГРЮЛ, на обеспечение стабильности гражданского оборота, предотвращение недобросовестного использования фактически недействующих юридических лиц.

4. Ликвидация юридического лица через исключение из ЕГРЮЛ является вынужденной мерой, приводящей к утрате правоспособности юридическим лицом, минуя необходимые ликвидационные процедуры, в том числе для защиты законных интересов кредиторов. Между тем, ликвидация не может служить полноценной заменой исполнению участниками организации обязанностей по ее ликвидации, в том числе в целях исполнения организацией обязательств перед своими кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к организации уже удовлетворены судом и, соответственно, включены в исполнительное производство.

5. Распространенность случаев ликвидации обществ, имеющих просуженные долги в административном порядке, минуя необходимые ликвидационные процедуры, побудила законодателя к принятию поправок и ввести ответственность руководителя должника в п. 3.1 ст. 3 Закона об ООО.

6. Неосуществление контролирующими лицами ликвидации общества с ограниченной ответственностью при наличии на момент исключения из единого государственного реестра юридических лиц долгов общества перед кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к обществу уже удовлетворены судом, может свидетельствовать о намеренном, в нарушение предписаний ст. 17 (ч. 3) Конституции Российской Федерации пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве общества, приводит к подрыву доверия участников гражданского оборота друг к другу, дестабилизации оборота, а если долг общества возник перед потребителями - и к нарушению их прав, защищаемых специальным законодательством о защите прав потребителей.

7. Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно обращал внимание на недобросовестность предшествующего исключению юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц поведения тех граждан, которые уклонились от совершения необходимых действий по прекращению юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства, и указывал, что такое поведение может также означать уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами юридического лица (определения от 13.03.2018 № 580-О, № 581-0 и № 582-0, от 29.09.2020 № 2128-0 и др.).

Согласно ст. 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены ст. 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

Размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2-4 ст. 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной п. 1 настоящей статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

Положения п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве устанавливают перечень обстоятельств, при наличии которых у руководителя должника возникает обязанность обратиться в арбитражный суд с заявлением должника. Руководитель должника обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением должника в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств, обязанности по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; если должник отвечает признакам неплатежеспособности и/или признакам недостаточности имущества, а также в иных случаях, предусмотренных Законом о банкротстве.

Согласно п. 20 Постановления № 53 при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе ст. 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (ст. 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании п. 11 ст. 61.1 1 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в ст. 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам ст. ст. 15, 393 ГК РФ.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям ст. 133 и ст. 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную ст. 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Как было установлено судом, задолженность ООО «СТАТУС-АБСОЛЮТ» перед ООО «ВЕКТОР» образовалась в период с 14.10.2020 по 15.12.2020, в течение которого и далее единственным участником и генеральным директором должника выступал ФИО1

При этом, как следует из состоявшихся в отношении ООО «СТАТУС-АБСОЛЮТ» судебных актов по делам №№ А40-319760/19, А40-75386/20, А40-179770/20, А40-86804/20, А40-181137/21, А40-231139/21, А40-244374/21, А40-61305/22, А40-17220/22 и др., должник, начиная с середины 2019 года, перестал оплачивать поставленный в его адрес товар, выполненные субподрядные работы, устранять недостатки выполненных работ, подавать необходимые сведения в государственные органы, что вызвало начисление штрафных санкций.

В период с 29.04.2021 по 01.12.2022 в отношении должника было возбуждено 24 исполнительных производства на сумму 38,4 млн руб., прекращенных на основании п. 3 (если невозможно установить местонахождение должника, его имущества либо получить сведения о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей, находящихся на счетах, во вкладах или на хранении в банках или иных кредитных организациях, за исключением случаев, когда настоящим Федеральным законом предусмотрен розыск должника или его имущества), п. 4 (если у должника отсутствует имущество, на которое может быть обращено взыскание, и все принятые судебным приставом-исполнителем допустимые законом меры по отысканию его имущества оказались безрезультатными) ч. 1 ст. 46 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ "Об исполнительном производстве".

При этом, исходя из анализа выписки по расчетному счету № 

<

***>, предоставленной в материалы дела КБ АО «АЛЬФА-БАНК», со счета в период с 04.2019 по 01.2021 (последние операции по счету) на постоянной основе производилось снятие наличных денежных средств с банковской карты на общую сумму 47 202 000 руб. При совершении таких операций предполагается, что наличные денежные средства сняты «под отчет», однако их целевое использование не установлено, такие данные в материалах дела отсутствуют, стороной ответчика оправдательные документы также не представлены.

Кроме того, ФИО1 выданы займы за общую сумму 730 000 руб. в период с 14.08.2018 по 30.04.2019. Займы также выдавались и ФИО2, в том числе, дважды после прекращения полномочий исполняющего обязанности генерального директора, между тем ФИО1 не возвращались и не востребовались обратно, несмотря на убыточное финансовое положение общества.

Таким образом, с учетом изложенного следует, что задолженность ООО «СТАТУС-АБСОЛЮТ» перед ООО «ВЕКТОР» возникла в период, когда исполнительный орган юридического лица уже осознавал наличие признаков неплатежеспособности у общества, наращивая задолженность.

С 01.12.2020 должник прекратил арендные платежи производственной площадки (дело № А40-34590/21), что привело к расторжению договора аренды производственной площадки 01.07.2020 и фактическому прекращению деятельности ООО «СТАТУС-АБСОЛЮТ», кредиторская задолженность стала сопоставимой размерам активов должника.

Указанное должно было побудить ФИО1 к обращению с заявлением о признании ООО «СТАТУС-АБСОЛЮТ» несостоятельным (банкротом), между тем, данная обязанность ответчиком исполнена не была, как усматривается в силу изложенного, умышленно с целью избежать прохождение установленных Законом о банкротстве процедур, в том числе, и риска привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве (на всю сумму реестра требований кредиторов (38,4 млн. руб.)).

Таким образом, ФИО1 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности как лицо, уполномоченное выступать от его имени, несет ответственность за убытки, причиненные его недобросовестными действиями при исполнении обязанностей руководителя должника.

Отказывая в удовлетворении исковых требований к ФИО2, суд учитывает, что ответчик осуществлял полномочия исполняющего обязанности генерального директора в период с 25.05.2017 по 25.05.2019, тогда как задолженность перед истцом образовалась в период с 14.10.2020 по 15.12.2020, то есть за пределами полномочий ФИО2, который уже 1,5 года не являлся контролирующим лицом. Неисполнение должником своих обязательств в различного рода правоотношениях, исходя их перечисленных ранее судебных актов, также находилось вне контроля ФИО2 (начиная с середины 2019 года). Наращивание задолженности путем заключения новых и, как следствие, заведомо неисполнимых договоров, участие в закупках проводилось непосредственно ФИО1 Факт выдачи ФИО2 займов в начале 2020 года также находится вне зоны ответственности (применительно к субсидиарной ответственности КДЛ) последнего, поскольку от имени займодавца очевидно выступал ФИО1, выдавая заем от организации, имеющей неисполненные обязательства перед независимыми кредиторами. На момент принятия решения Арбитражным судом Московской области от 26.01.2022 по делу № А41-89831/2022, ФИО2 также не являлся контролирующим лицом и не мог повлиять на оплату образовавшейся задолженности перед истцом. Протоколы согласований договорной цены в спорный период (14.10.2020 – 15.12.2020) подписывал ФИО1 Добросовестность ФИО2 подтверждается также и тем, что в период действия его полномочий товар был оплачен своевременно на общую сумму 15 160 786 руб. в соответствии с условиями договора. То, обстоятельство, что ФИО2 ранее являлся исполняющим обязанности генерального директора в обществе, получал в период с 2018 по 04.2019 года (период платежеспособности общества) займы от общества, не означает его недобросовестность применительно к предмету заявленных требований. При этом, вопросом возвратности в условиях смены генерального директора, отвечающего за финансовое благополучие общества, должен был озаботиться именно ФИО1 Однако, делая такой вывод, суд ни при каких обстоятельствах не дает оценки действиям ФИО2 как заемщику в заемных обязательствах с ООО «СТАТУС-АБСОЛЮТ», которые не входят в предмет заявленных требований.

Оснований для применения положений ст. 333 ГК РФ к неустойке, начисленной в период с 07.07.2021 по 10.07.2023, исходя из 0,5% от суммы неоплаченной задолженности, суд также не усматривает, поскольку данный размер предусмотрен вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Московской области от 26.01.2022 по делу А41-89831/21, в котором должником соответствующее ходатайство не заявлялось, а в настоящее время влечет пересмотр судебного акта в отсутствии к тому доказательств. При этом, расчет истца судом проверен, признан верным, произведен с учетом правительственного моратория 2022 года и за минусом 2 дней моратория, действовавшего в период по 01.01.2021 (исключительная воля истца), что в целом даже в отсутствии состоявшегося судебного акта не подлежало бы снижению с учетом длительности просрочки и недобросовестного поведения ответчика.

На основании ст. 110 АПК РФ расходы по государственной пошлине подлежат отнесению на ФИО1 В связи с уменьшением истцом размера исковых требований излишне уплаченная государственная пошлина подлежит возврату из федерального бюджета на основании ст. 333.40 НК РФ.

Руководствуясь ст. ст. 49, 110, 167-171, 180-181 АПК РФ, суд 

 

решил:

Взыскать с ФИО1 в пользу ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ВЕКТОР" в порядке субсидиарной ответственности денежные средства в сумме 7 380 029 руб. 66 коп., а также расходы по государственной пошлине в сумме 59 900 руб.

В иске к ФИО2 отказать.

Возвратить ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ВЕКТОР" из федерального бюджета государственную пошлину в сумме 10 676 руб., уплаченную по платежному поручению от 05.10.2023 № 10022.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

 

Судья                                                                                     Е.А. Большебратская