АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-8327/21 

Екатеринбург

06 сентября 2023 г.

 

Дело № А60-15753/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 30 августа 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 06 сентября 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Соловцова С.Н.,

судей Оденцовой Ю.А.,  Шавейниковой О.Э., 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего ФИО1 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 24.03.2023 по делу № А60-15753/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.06.2023 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в помещении суда округа приняли участие:

представитель конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «РИФ» ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 01.09.2022 № 3);

представитель ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 14.02.2022 № 66 АА7024941);

представитель ФИО5 – ФИО4 (доверенность от 29.09.2021 № 66 АА6868644);

представитель ФИО4 – ФИО4 (доверенность от 12.05.2022 № 66АА7335476);

представитель ФИО6 – ФИО7 (доверенность от 10.10.2022 № 66АА7633359). 

 

  Решением Арбитражного суда Свердловской области от 03.12.2021 общество с ограниченной ответственностью «РИФ» (далее – общество «РИФ», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство. Исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на ФИО1 (далее – конкурсный управляющий ФИО1, управляющий). 

В арбитражный суд 21.04.2022  обратился конкурсный управляющий ФИО1 с заявление о привлечении к субсидиарной ответственности Вишневецкого Александра Александровича, ФИО8, ФИО3, ФИО4 и взыскании с них 63 299 228 руб. 75 коп.

В порядке, предусмотренном  статьей 46 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к участию в деле в качестве соответчиков привлечены ФИО5 и ФИО9.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, в порядке, предусмотренном статьей 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, привлечено Управление социальной политики Министерства социальной политики Свердловской области № 20 в лице Отдела Опеки и попечительства.

В Арбитражный суд Свердловской области 01.08.2022 поступило заявление ФИО8 о привлечении ходатайства к субсидиарной ответственности контролирующее должника лицо ФИО10, которое определение от 08.08.2022 назначено к совместному рассмотрению с заявлением конкурсного управляющего ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности вышеуказанных лиц.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 24.03.2023 в удовлетворении заявлений конкурсного управляющего ФИО1 и кредитора ФИО8 отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.06.2023 определение суда первой инстанции от 24.03.2023 оставлено без изменения. 

В кассационной жалобе, поданной в Арбитражный суд Уральского округа, конкурсный управляющий ФИО1 просит в части отказа в удовлетворении заявления управляющего о привлечении контролирующих лиц должника к субсидиарной ответственности определение суда от 24.03.2023 и постановление апелляционного суда от 06.06.2023 отменить и принять по обособленному спору новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований. 

Конкурсный управляющий ФИО1 в кассационной жалобе ссылается на то, что суды нижестоящих инстанций формально проверили наличие (отсутствие) оснований, предусмотренных подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ  «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве). Судами обеих инстанций не установлены причины банкротства общества «РИФ», не изучено поведение контролирующих лиц и степень их влияния на ключевые деловые решения. Управляющий ссылается на наличие формальных признаков аффилированности ФИО4 через представление интересов общества «РИФ» и Вишневецких А.А. и С.А. в арбитражных судах и судах общей юрисдикции. Податель жалобы настаивает на участии ФИО4 в выводе активов общества «РИФ» путем создания видимости законного перехода имущества должника на Вишневецких. Заявитель жалобы отмечает, что обжалуемые судебные акты не содержат выводов о причинах несостоятельности (банкротстве) общества «РИФ», не указаны обстоятельства, повлиявшие на финансовую стабильность должника, в том числе рыночные факторы. 

Управляющий в жалобе отмечает, что после назначения ФИО3 на должность руководителя общества «РИФ» деятельность общества фактически не велах, сводилась к участию в судебных процессах по истребованию имущества должника Вишневецким А.А., вместе с тем общество «РИФ» занимало пассивную позицию при рассмотрении данных споров. Заявитель кассационной жалобы пояснил, что на дату заключения инвестиционного соглашения размер вложений в объект строительства определить не представлялось возможным, вместе с тем сам факт инвестирования Вишневецким А.А. в объект строительства не дает ему право полностью получить все здание, кроме того, согласно условиям данного соглашения на общество «РИФ» не возлагалась обязанность по возврату денежных средств. ФИО3 как единоличный руководитель общества должен был принять меры по согласованию сроков и размера части объекта, подлежащей передачи инвестору. Управляющий в жалобе также отмечает, что на дату получения требования от Вишневецкого А.А. ФИО3 располагал всеми необходимыми документами должника, о чем также сделаны выводы судом первой инстанции. 

Податель жалобы также ссылается на отсутствие в материалах дела доказательств наличия корпоративного конфликта на 30.03.2017. Управляющий в кассационной жалобе настаивает на том, что определение сроков и размера передачи доли инвестору находилась в сфере контроля ФИО3 Помимо этого на дату введения в отношении общества «РИФ» процедуры ФИО3 не передал всех документов должника управляющему, скрывал состав и стоимость имущества. 

В отзывах на кассационную жалобу ФИО5, ФИО8, ФИО4, ФИО3 просят суд округа оставить судебные акты в обжалуемой части без изменений, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Как следует из материалов дела и установлено судами первой и апелляционной инстанций, общество «РИФ» зарегистрировано в качестве юридического лица в Едином государственном реестре юридических лиц 23.12.2002. Основным видом деятельности должника является «Деятельность автомобильного грузового транспорта и услуги по перевозкам», дополнительными в том числе: «Производство резиновых шин, покрышек и камер; восстановление резиновых шин и покрышек», «Техническое обслуживание и ремонт автотранспортных средств», «Торговля автомобильными деталями, узлами и принадлежностями».

ФИО10 в 2011 году приобрел 100 % доли в уставном капитале общества «РИФ». 

Единственным участником общества «РИФ» ФИО10 16.02.2015 принято решение об увеличении уставного капитала общества до 40 000 руб. путем принятия в состав участников общества ФИО5, доля участия в уставном капитале общества составила 75 %. 

Далее в состав участников общества «РИФ» приняты ФИО11 с долей участия 2,44 %, затем ФИО5 продал долю в размере 72,56 % Вишневецкому А.А. и ФИО10 в размере 0,61%. 

Соотношение долей участников общества «РИФ» стали:

75 % доли принадлежит Вишневецкому А.А.;

25 % доли принадлежит ФИО10

Учредителями (участниками) общества  с 11.09.2015 с размером доли 30 750 руб. (75%) являются Вишневецкий А.А., ФИО10 с размером доли 5 125 руб. (12,5%), ФИО10 с размером доли 5 125 руб. (12,5%).

Согласно протоколу № 1 внеочередного общего собрания участников общества «РИФ» от 30.03.2017 участниками общества принято решение об освобождении от занимаемой должности директора общества ФИО10 с 30.03.2017, избрать новым директором общества ФИО3 

С 10.04.2017 директором общества «РИФ» является ФИО3, что подтверждается записью в ЕГРЮЛ от 10.04.2017 и  установлено в решении Арбитражного суда Свердловской области от 17.12.2018 по делу № А60-45549/2018.

Директором общества «РИФ» с 30.03.2017 по дату введения процедуры конкурсного производства являлся ФИО3

ФИО4, начиная с июня 2017 года являлась представителем общества «РИФ», Вишневецкого А.А. и ФИО8(дело № 2-224/2018 в Новоуральском городском суде Свердловской области, дело № А60-4353/2018 в Арбитражном суде Свердловской области, дело № А60-66395/2018 в Арбитражном суде Свердловской области, дело № А60-63428/2016 в Арбитражном суде Свердловской области). 

В деле о банкротстве общества «РИФ» ФИО4 представляет интересы Вишневецкого А.А., ФИО8, ФИО3 

С позиции управляющего ФИО4 является контролирующим должника лицом, поскольку она вовлечена в процесс управления обществом «РИФ», осуществляла неправомерные действия по выбытию имущества должника, по созданию и поддержанию такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды Вишневецкими во вред должнику и его кредиторам.

Обращаясь с рассматриваемыми требованиями, конкурсный управляющий ФИО1 просит привлечь к субсидиарной ответственности Вишневецкого А.А., ФИО3, ФИО8, ФИО4 по основаниям, предусмотренным статьей 61.11 Закона о банкротстве, в частности:

– за передачу в собственность учредителя Вишневецкого А.А. здания торгово-сервисного центра по обслуживанию автомобилей, принадлежащего обществу «РИФ». В результате согласованных действий директора ФИО3, мажоритарного участника Вишневецкого А.А. и их единого представителя ФИО4 из собственности должника выбыла большая часть единственного крупного актива общества, стоимость которого значительно превышает стоимость инвестированных в него Вишневецким денежных средств.

– за передачу в собственность ФИО8 платной автостоянки, принадлежащей обществу «РИФ», в результате чего должник лишился единственного постоянного и стабильного дохода, а также средств для погашения требований кредитора ФИО10

– за неэффективное использование основных средств и производственных площадей, прекращение хозяйственной деятельности общества «РИФ». Фактически с момента назначения на должность директора ФИО3, и в период с 2018 – 2021 года прибыль у должника отсутствует, хозяйственная деятельность прекращена.

– за непередачу документов, истребованных определение суда от 11.04.2022, в котором суд обязал ФИО3 передать бухгалтерские, финансовые и регистрационные документы, однако обязанность по передачи указанного имущества ФИО3 не исполнена.

Предметом кассационного обжалования со стороны управляющего являются выводы судов первой и апелляционной инстанций в части привлечения к субсидиарной ответственности Вишневецкого А.А., ФИО3, ФИО8, ФИО4 по основаниям, предусмотренным статьей 61.11 Закона о банкротстве.

Каких-либо доводов о несогласии с обжалуемыми судебными актами в части требования ФИО8 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО10 по соответствующим основаниям кассационная жалоба не содержит.

Отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО1, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего. 

Согласно пунктам 1, 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Исходя из этого судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079).

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством (пункт 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»; далее – Постановление № 53).

Процесс доказывания обозначенных выше оснований привлечения к субсидиарной ответственности упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

Положения пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусматривают, что контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует. Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

Институт субсидиарной ответственности является правовым механизмом защиты нарушенных прав конкурсных кредиторов, возмещения причиненного им вреда вследствие негативных действий контролирующих должника лиц по доведению хозяйствующего субъекта до банкротства. Привлечение к субсидиарной ответственности является исключительной мерой, к которой конкурсный управляющий прибегает после исчерпания иных способов для пополнения конкурсной массы.

Судами обеих инстанций установлено, что ФИО10 за счет собственных средств и привлеченных заемных денежных средств у общества «Сбербанк России» велось строительство здания торгово-сервисного центра по обслуживанию автомобилей по адресу: ул. ФИО12 6/1 в г. Новоуральске Свердловской области, с целью использования здания в производственной/хозяйственной деятельности общества «РИФ».

Между ФИО5 (Инвестор), обществом «РИФ» (Заказчик) и ФИО10 (Исполнитель) 05.03.2015 заключен Инвестиционный договор (далее – договор), по условиям которого Инвестор обязался осуществить финансирование Проекта строительства здания торгово-сервисного центра по обслуживанию автомобилей по ул. ФИО12, 6/1 в г. Новоуральске, а Заказчик и Исполнитель обязались использовать переданные средства в соответствии с данным Договором с последующим возвратом денежных средств Инвестору и передачей в собственность Инвестору части Объекта.

Согласно условиям пунктом 5.1, 5.3 договора Инвест обязуется осуществить финансирование строительства объекта в размере 15 000 000 руб. в виде прямых инвестиций с последующим возвратом данных денежных средств. При этом для обеспечения гарантий инвестора стороны предусмотрели, что в случае если условия настоящего договора по передаче в собственности части объекта не будут исполнены, инвестор вправе потребовать от заказчика передачи ему части в доли в размере 75 % уставном капитале общества «РИФ». Впоследствии после возврата денежных средств, окончания строительства, инвестиционным договором предусматривалось наделение инвестора частью объекта.

Далее между сторонами соглашения 06.10.2015 заключен договор цессии, по условиям которого все права и обязанности по инвестиционному договору переходят от ФИО5 к Вишневецкому А.А. 

Вишневецкий А.А. приобрел долю в уставном капитале общества «РИФ» в размере 75% и стал мажоритарным кредитором.

Строительство объекта завершено ФИО10, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от 19.11.2015, подтверждено наличие зарегистрированного за обществом «РИФ» права собственности  на единый объект недвижимости - Здание торгово-сервисного обслуживания автомобилей, 2 этажа, общей площадью 994 кв. м, балансовой стоимостью 44 729 182 руб. 35 коп. Из пояснений ФИО10 здание использовалось должником в хозяйственной деятельности общества «РИФ» по мере заполняемости арендаторами. 

Затем на основании заявления общества «Сбербанк России» 17.10.2016 в арбитражном суде возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) общества «РИФ» (№А60-49821/2016). Требования Банка основаны на решении Третейского суда при Автономной некоммерческой организации «Независимая Арбитражная Палата» от 11.03.2016 по делу № Т-ЕКТ/16/0479, по которому с общества «РИФ» как с поручителя в пользу общества «Сбербанк России» взысканы денежные средства по договору об открытии невозобновляемой кредитной линии № 

<

***> от 10.04.2014 в размере 11719353 руб. 85 коп. Основной заемщик по кредитному договору – ФИО10

Между ФИО8 и обществом «Сбербанк России» 15.06.2017 заключен договор уступки права требования № 151715, по которому общество «Сбербанк России» уступило ФИО8 право требования по кредитному договору № 

<

***> от 10.04.2014 на сумму 11645915 руб. 69 коп. Определением арбитражного суда от 26.06.2017 в рамках дела № А60-49821/2016 произведена замена кредитора с общества «Сбербанк России» на его правопреемника ФИО8 Производство по делу о банкротстве общества «РИФ» прекращено в связи с принятием отказа ФИО8 от заявления.

Задолженность по кредитному договору обществом «РИФ» после прекращения производства перед ФИО8 не погашена. 

На общем собрании участником общества «РИФ» 30.03.2017 принято решение о смене директора общества с ФИО10 на ФИО3 

В феврале 2018 года Вишневецкий А.А. ссылаясь на ненадлежащее исполнение обществом «РИФ» принятых на себя обязательств, обратился в Новоуральский городской суд Свердловской области с иском, в котором просил взыскать с общества «РИФ» задолженность по Инвестиционному договору в сумме 11665000 руб., а также обязать общество передать в его собственность часть Здания торгово-сервисного центра по обслуживанию автомобилей, расположенного по адресу: ул. ФИО12 6/1 в г. Новоуральске Свердловской области в размере доли 75%.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 13.08.2019 по делу № А60-22281/2018 по иску ФИО10 признаны недействительными решения общего собрания участников общества «РИФ» от 22.02.2018. 

Решением Новоуральского городского суда Свердловской области от 27.09.2018 по делу № 2-224/2018 суд обязал общество «РИФ» передать собственность Вишневецкого А.А. часть Здания торгово-сервисного центра по обслуживанию автомобилей, расположенного по адресу: у. ФИО12, д. 6/1 в г. Новоуральске Свердловской области в размере доли 75% кадастровый номер 66:57:0102068:564 в течение трех месяцев с момента вступления решения суда в законную силу. В рамках вышеуказанного дела интересы общества «РИФ» представляла ФИО4, которая признала исковые требования Вишневецкого А.А., пояснив, что дополнительное соглашение к инвестиционную договору между сторонами не подписано. 

Впоследствии между обществом «РИФ» и ФИО8 17.01.2019 заключен договор купли-продажи недвижимого имущества, по условия которого должник передал в собственность ФИО8 следующее недвижимое имущество:

–  сооружение дорожного транспорта - платную автостоянку, общей площадью 4122 кв. м, кадастровый номер 66:57:0102068:550, расположенную по адресу: 

<

...>;

–  право аренды земельного участка, кадастровый номер 66:57:0102068:88, общей площадью 4122 кв. м, расположенный по адресу: 

<

...>, по цене 2 100 000 руб.

Согласно пункту 2.1 договора стоимость передаваемого имущества составила 2100000 руб., в том числе стоимость сооружения дорожного транспорта платная автостоянка 120 867 руб., стоимость права аренды земельного участка 1 979 133 руб.

Между обществом «РИФ» и ФИО8 25.02.2019 подписан Акт зачета взаимных требований по договор купли-продажи недвижимого имущества от 17.01.2019 и по решению Третейского суда при Автономной некоммерческой организации «Независимая Арбитражная Палата» от 11.03.2016 по делу № Т-ЕКТ/16/0479.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, договором купли-продажи платной автостоянки и актом взаимозачета общество «РИФ» произвело погашение ФИО8 задолженности по обязательствам, вытекающих из договора об открытии невозобновляемой кредитной линии № 

<

***> от 10.04.2014.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 12.02.2020 по делу № А60-22074/2019 в удовлетворении исковых требований ФИО10 о признании недействительными договора купли-продажи недвижимого имущества от 17.01.2019, акта зачета взаимных требований от 25.92.2019, применении последствий недействительности сделок, отказано

Заявляя в рамках настоящего обособленного спора требования о привлечении ФИО13 к субсидиарной ответственности, управляющий исходил из того, что в нарушение интересов должника и условий инвестиционного соглашения руководитель общества «РИФ» фактически уклонился от согласования условий дополнительного соглашения к вышеуказанному договору, не предпринял разумных и достаточных мер, направленных на согласование условий передачи инвестору части объекта недвижимости, подлежащего определению с учетом взноса каждого участника инвестиционного договора в строительство объекта, размера произведенных затрат, получаемых доходов от использования спорного объекта недвижимости.

Изучив материалы настоящего дела, приняв во внимания выводы суда, приведенные в решении Новоуральского городского суда Свердловской области от 27.09.2018 по делу № 2-224/2018, оставленном без изменения определением Свердловского областного суда от 15.01.2019, суды первой и апелляционной инстанций заключили, что основания для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности за не подписание дополнительного соглашения по определению размера объекта за инвестором отсутствуют, поскольку в период исполнения обязанностей руководителя общества «РИФ» ФИО10 мог произвести заключение дополнительного соглашения к инвестиционному договору по определению размера части объекта, подлежащего передачи инвестору, без ожидания соответствующего требования, при этом данный спор имел место среди участников общества «РИФ», которые должны были его разрешить самостоятельно без вовлечения стороннего лица ФИО3 

Рассматривая требование управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО8 в части передачи в собственность платной стоянки во исполнение решения третейского суда, суды обеих инстанций отметили, что заявленные доводы получили правовую оценку в рамках дела № А60-22074/2019, а также в рамках настоящего дела, при этом наличие задолженности перед ФИО8 по инвестиционному соглашению не оспаривалось, имущество реализовано в соответствие с рыночными ценами, соответственно, договором купли-продажи имущественный вред кредиторам и должнику не причинен. 

Отклоняя доводы управляющего о том, что общество «РИФ» могло получить доход от сдачи в аренду платной автостоянки и нежилых помещений в здании ТСЦ за период с 01.04.2017 по 01.04.2021 в размере 17 150 400 руб., нижестоящие суды указали, что материалы дела доказательств о потенциальных арендаторах имущества общества не содержат, при этом, согласно неопровергнутым пояснениям ФИО13 здание торгово-сервисного центра по обслуживанию автомобилей не отвечало техническим и строительным нормам (протекала крыша, в помещении устанавливалась низкая температура), что подтверждается решением Новоуральского городского суда от 14.10.2020 по делу № 2-1427/2020, кроме того, договор аренды от 01.08.2017 с единственным арендатором «Автопрофиль» расторгнут в связи с образовавшейся задолженности в сумме 169 000 руб.

Проанализировав указанные выше фактические обстоятельства, суды обеих инстанций констатировали, что противоправных действий по выводу активов должника со стороны семьи Вишневецких, ФИО9, руководителем должника ФИО3 несовершенно, с учетом чего правомерно не усмотрели оснований для постановки выводов о доведения должника до банкротства в результате неправомерных действий вышеуказанных лиц, отказав в их привлечении к субсидиарной ответственности по рассматриваемым основаниям.

Отказывая в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 на основании того, что она обладает доступом к сведениям о хозяйственной деятельности должника, имеет специальными познаниями, в том числе в области действующего законодательства, что позволяет ей формировать схемы по выводу активов общества «РИФ» и давать соответствующие консультации заинтересованным лицам, суды обеих инстанций указали, что осуществление ФИО4 деятельности по оказанию юридических услуг, в том числе консультированию клиента по юридическим вопросам и представление интересов доверителя, не предусматривает возможности управления хозяйственной деятельности обществом, в том числе принимать ключевые решения по ведению финансово-хозяйственной деятельности, поскольку окончательное и самостоятельное решение принимается руководителем общества, поэтому ФИО4 является ненадлежащим ответчиком по заявлению о привлечении ее к субсидиарной ответственности в соответствующей части. 

Относительно не передачи документов и имущества должника управляющему, суды обеих инстанций установили, что должник в лице ФИО3 обращался с иском о передаче документов по должнику. Решением арбитражным судом от 17.12.2018 по делу № А60-45549/2018 в иске отказано. При этом арбитражным судом принято во внимание, что общество обратилось с требованием о передаче документов через продолжительный период времени после смены директора, в деле отсутствуют доказательства того, что ответчик ФИО10 после его освобождения от должности в июле 2017 года в связи с увольнением и непринятия им какого-либо последующего участия в деятельности общества имел доступ к помещениям, в которых хранилась документация о деятельности общества, а равно и того, что документы были им вывезены из общества и удерживаются на незаконных основаниях. С учетом изложенного, суды пришли к выводу о том, что все документы и имущество должника были переданы ФИО3, который до настоящего времени не заявлял требований о передачи запасов.

Таким образом, отказывая в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим ФИО1 требований по рассмотренным эпизодам, нижестоящие суды исходили из недоказанности с его стороны совокупности обстоятельств, необходимых для привлечения Вишневецкого А.А., ФИО3, ФИО8, ФИО4 к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям, а также из отсутствия надлежащих и достаточных доказательств, свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

По результатам рассмотрения кассационной жалобы управляющего, изучения материалов дела, суд округа считает, что судами первой и апелляционной инстанций все приведенные сторонами рассматриваемого спора доводы и доказательства исследованы и оценены, обстоятельства, имеющие существенное значение для его правильного разрешения, определены верно, им дана надлежащая правовая оценка, нормы законодательства о банкротстве,  регламентирующие институт субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, применены судами обеих инстанций правильно, выводы судов о применении нормы права соответствуют установленным ими обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, нарушений норм процессуального права, приведших к принятию неправильного судебного акта, не допущено.

Коллегия судей дополнительно отмечает, что с учетом состава кредиторов, предшествующих многочисленных споров дело о банкротстве представляет собой продолжение корпоративного конфликта между участниками общества семьей Вишневецких и ФИО10 Возбуждение дела о банкротстве, а также предъявление требований о привлечении к субсидиарной ответственности не преследует в качестве своей основной цели  защиту внешних кредиторов должника. Фактически посредством инструментов банкротства предпринимается попытка пересмотра результатов судебных актов, принятых по результатам рассмотрения корпоративного спора, что не соответствует требованиям главы 3.2. Закона о банкротстве и является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований на что справедливо указано в обжалуемом постановлении Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.06.2023.

Доводы, приведенные в кассационной жалобе, судом округа рассмотрены и отклоняются, поскольку они не свидетельствуют о нарушении судами при рассмотрении спора норм материального права либо процессуального права, по сути, выражают несогласие управляющего с выводами нижестоящих судов о фактических обстоятельствах спора, основанными на расхожей с ним оценке доказательственной базы по спору. Вместе с тем, переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, не допускается (пункт 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 24.03.2023 по делу № А60-15753/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.06.2023 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                               С.Н. Соловцов 

 

Судьи                                                                            Ю.А. Оденцова 

 

                                                                                             О.Э. Шавейникова