ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-12446/2023

08 апреля 2024 года

г. Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть постановления объявлена 02 апреля 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 08 апреля 2024 года.

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего С.В. Изотовой,

судей И.В. Масенковой, М.А. Ракчеевой,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании при участии:

ФИО2  и его представителя ФИО3 (доверенность от 15.02.2019),

от  Общества представитель не явился,

от ФИО4 представителя ФИО5 (доверенность от 13.12.2023),

от ФИО6 представителя ФИО5 (доверенность от 16.11.2023),

апелляционную жалобу ФИО2 на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.12.2023 по делу № А56-12446/2023 (судья  А.И. Душечкина) по иску:

ФИО2 (Санкт-Петербург)

к обществу с ограниченной ответственностью «Нэшнл Девелопмент Груп» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

ФИО4 (Санкт-Петербург),

ФИО6 (Санкт-Петербург)

о признании недействительной сделки, 

 

установил:

ФИО2 (далее – истец) обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Нэшнл Девелопмент Груп» (далее – Общество), ФИО4, ФИО6 о признании договора дарения части доли в размере 0,01% в уставном капитале Общества, заключенного между ФИО4 и ФИО6 недействительной сделкой; применении последствий недействительности ничтожной сделки в виде восстановления права ФИО4 на долю 0,01% в уставном капитале Общества; о признании соглашения о выплате действительной стоимости доли в натуре  путем передачи в собственность земельного участка с кадастровым номером 47:07:1047005:0043, общей площадью 220 650 кв. м, заключенного между Обществом и ФИО4, недействительной сделкой; применении последствий недействительности ничтожной сделки в виде признания права собственности Общества на земельный участок с кадастровым номером 47:07:1047005:0043 общей площадью 220 650 кв. м, расположенный по адресу: Ленинградская область, Всеволожский район, уч. Озерки, стоимостью 97 527 300 руб. 00 коп.

Решением от 29 декабря 2023 года в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с указанным решением, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит решение отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении требований в полном объеме. 

В обоснование апелляционной жалобы ее податель указывает, что в связи с выходом ФИО4 из Общества, договор дарения части доли и соглашение о выплате действительной части доли заключены сторонами при злоупотреблении правом, без намерения создать соответствующие правовые последствия, исключительно с целью вывода имущества из Общества и уклонения от исполнения Обществом обязанности по выплате истцу действительной стоимости его доли.

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО6  просит оставить решение без изменения, указывает, что  истец не мог не знать, что его заявление о выходе из Общества не было получено последним не позднее 09.02.2019, однако не предпринял попытки повторно обратиться с указанным заявлением,  предположение истца о намеренном выходе из Общества ФИО7 и ФИО4  является надуманным, сделка дарения и выход из Общества ФИО4 совершены до вступления в законную силу решения Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области по делу № А56-108737/2020, ответчики по настоящему делу не являлись лицами, участвующими в  названном деле,  позиция истца о том, что реализация оставшегося земельного участка не приведет к удовлетворению требований истца, не подтвержден соответствующими доказательствами,  размер  доли в уставном капитале Общества, подаренной ФИО6, не влияет на возможность ФИО6  получить информацию о деятельности Общества, а также  участвовать в распределении долей, находящихся в распоряжении Общества, ФИО6 вышел из состава участников Общества в ноябре 2021 года, в связи с чем не является лицом, ответственным  за сдачу отчетности Обществом за 2022 год,  довод истца об отсутствии у ФИО6 делового интереса в управлении Обществом опровергается фактом раннего участия  ФИО6 в Обществе, причиной выхода  ФИО6 из Общества  явился вывод об отсутствии перспектив в управлении Обществом после изучения  имеющейся у Общества документации, истцом не заявлено требование о признании недействительным решения собрания участников от 08.11.2021.

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО4 также просит оставить решение без изменения,  ссылается на недобросовестное поведение истца, указывающего ненадлежащий адрес ответчика, указывает, что в апелляционной жалобе истец ссылается на обстоятельства, которые не были предметом рассмотрения суда первой инстанции,  рассматриваемый спор не является корпоративным.

В судебном заседании  ФИО2 и его представитель поддержали апелляционную жалобу, представитель ФИО6 и ФИО4 против удовлетворения апелляционной жалобы возражал по мотивам, изложенным в отзывах.

Исследовав материалы дела, заслушав объяснения представителей сторон, суд апелляционной инстанции установил следующее.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, Общество зарегистрировано в Едином государственном реестре юридических лиц 14.06.2007, учредителями Общества  являлись ФИО2, ФИО6, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13.

Как установлено вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 16.08.2021 по делу № А56-108737/2020, истцом 31.12.2018 было направлено заявление о выходе из Общества, однако  действительная стоимость доли в течение срока, установленного пунктом 8 статьи 23 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах), истцу не была выплачена.

До 01.09.2021 из состава участников общества вышел ФИО7, которому в счет выплаты действительной стоимости доли  передан земельный участок площадью 274 190 кв. м с кадастровым номером 47:07:1047005:44, расположенный по адресу: Ленинградская обл., Всеволожский р-н, уч. Озерки. 

15.09.2021 участником Общества ФИО4 и ФИО6 (третье лицо на дату свершения сделки) заключен договор дарения части доли в размере 0,01% от уставного капитала Общества. 

23.09.2021 ФИО4 направлено заявление 78АВ № 0833347 о выходе из состава участников Общества, удостоверенное нотариусом ФИО14 

Решением внеочередного общего собрания участников Общества от 08.11.2021 в качестве выплаты действительной стоимости доли ФИО4 передан земельный участок площадью 220 650 кв. м с кадастровым номером 47:07:1047005:43, расположенный по адресу: Ленинградская обл., Всеволожский р-н, уч. Озерки. 

Указанный земельный участок передан ФИО4 по акту от 08.11.2021, право собственности ФИО4 на земельный участок зарегистрировано  11.11.2021. 

10.12.2021 вступило в законную силу решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 16.08.2021 по делу № А56-108737/2020 о выплате действительной стоимости доли истцу по настоящему иску. 

24.03.2022 судебным приставом-исполнителем Всеволожского РОСП УФССП России по Ленинградской области на основании исполнительного листа от 18.01.2022 по делу № А56-108737/2020 о взыскании с Общества действительной стоимости доли в уставном капитале в размере 72 990 848 руб. 80 коп., расходов по государственной пошлине в размере 200 000 руб. возбуждено исполнительное производство № 131597/22/47021-ИП. 

01.06.2022 истец обратился в арбитражный суд с заявлением о взыскании с общества 8 084 482 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленными в связи с невыплатой действительной стоимости доли за период с 01.07.2020 по 23.05.2022.

 Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 18.10.2022 по делу № А56-55915/2022 требования истца удовлетворены, с Общества в пользу истца взысканы 7 440 563 руб. 55 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами. 

16.11.2022 Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области принял решение по делу № А56-54503/2022 об обращении взыскания на единственный актив Общества - земельный участок с кадастровым номером 47:07:1047005:42, расположенный по адресу: Ленинградская обл., Всеволожский р-н, уч. Озерки. 

Истец, ссылаясь на то, что в результате скоординированных действий ответчиков, направленных на вывод имущества Общества, выведено ликвидное имущество в целях воспрепятствования  обращению взыскания на него и удовлетворения требования истца о выплате ему действительной стоимости доли, обратился в суд с настоящим иском.

Суд первой инстанции в иске отказал, не усмотрел оснований для квалификации сделки между ФИО4 и ФИО6  в качестве мнимой, посчитал недоказанной невозможность удовлетворения требований истца по настоящему делу исключительно в связи с заключением оспариваемых сделок.

Проверив в пределах, установленных статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального права и соблюдения норм процессуального права, суд апелляционной инстанции установил следующее.

Согласно статьям 8, 26 Федерального закона от 02.08.1998 № 14-ФЗ  «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об обществах) участник общества вправе выйти из общества путем отчуждения доли обществу независимо от согласия других его участников или общества, если это предусмотрено уставом общества. Заявление участника общества о выходе из общества должно быть нотариально удостоверено по правилам, предусмотренным законодательством о нотариате для удостоверения сделок.

В соответствии с пунктами 6.1, 7 статьи 23 Закона б обществах  (в редакции, действовавшей на момент выхода ФИО2 из Общества) в случае выхода участника общества из общества его доля переходит к обществу с даты получения обществом заявления участника о выходе из общества, если право на выход из общества участника предусмотрено уставом общества. Общество обязано выплатить участнику общества, подавшему заявление о выходе из общества, действительную стоимость его доли в уставном капитале общества, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за последний отчетный период, предшествующий дню подачи заявления о выходе из общества, или с согласия этого участника общества выдать ему в натуре имущество такой же стоимости либо в случае неполной оплаты им доли в уставном капитале общества действительную стоимость оплаченной части доли в течение трех месяцев со дня возникновения соответствующей обязанности, если иные срок и порядок выплаты не предусмотрены уставом общества.

Согласно части 2 статьи 14 Закона об обществах действительная стоимость доли участника общества соответствует части стоимости чистых активов общества, пропорциональной размеру его доли.

Как указано выше,  вступившими в законную силу судебными актами по делу № А56-108737/2020 установлено, что ФИО2 в установленном законом порядке 31.12.2018 обратился с заявлением о выходе из Общества и выплате ему действительной стоимости доли, однако Общество от выплаты доли уклонилось, названным решением определено, что действительная стоимость доли, подлежащая выплате ФИО2, составляет 72 990 748 руб. 80 коп. 

В силу статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Как разъяснено в пункте 78 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

В данном случае заявленные ФИО2 требования о недействительности совокупности сделок - договора дарения части доли в уставном капитале Общества в размере 0,01%, заключенного между ФИО4 и ФИО6, соглашения о передаче ФИО4 земельного участка в счет выплаты действительной стоимости ее доли в связи с выходом из Общества и о применении последствий их недействительности,  направлены на защиту права (законного интереса) ФИО2, а именно возможность исполнения вступившего в законную силу судебного акта о взыскании в его пользу действительной стоимости доли.

Согласно пункту 1 статьи 168 ГК РФ по общему правилу сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

 Принцип добросовестности участников гражданского оборота при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей относится к основным началам гражданского законодательства (пункт 3 статьи 1, статья 10 ГК РФ). Соответственно сделка, при совершении которой был нарушен данный основополагающий принцип гражданского законодательства, является ничтожной.

В пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 - 2 статьи 168 ГК РФ). Для признания сделки недействительной по причине злоупотребления правом обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок; наличие или возможность негативных правовых последствий для прав и законных интересов иных лиц; наличие у стороны по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ.

В силу статей 168, 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

По смыслу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимой является та сделка, все стороны которой не намерены создать соответствующие ей правовые последствия.

Характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальные правовые последствия. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной. Необходимым условием признания сделки мнимой является отсутствие у обеих сторон намерений достигнуть правового результата, соответствующего заключенной сделке.

Судом установлено, что между ФИО4 и ФИО6 заключен договор дарения части доли в размере 0,01% в уставном капитале Общества.

Вывод суда первой инстанции о том, что заключение указанного договора обусловлено намерением ФИО6 осуществлять реальное участие в деятельности Общества, опровергается материалами дела.

Как установлено судом при повторном рассмотрении дела на основании имеющихся доказательств, а также общедоступной информации, Общество с 2021 года не сдает бухгалтерскую отчетность.

Согласно данным Единого государственного реестра юридических лиц, в реестр (далее – ЕГРЮЛ) в отношении Общества 09.12.2021 внесена запись о недостоверности сведений об Обществе, в частности, о лице, имеющем право действовать от имени Общества без доверенности, запись внесена на основании заявления ФИО8 о недостоверности сведений о нем. 

Также являются недостоверными сведения об адресе Общества, ГРН и дата внесения в ЕГРЮЛ записи, содержащей указанные сведения, - 2224700091031 от 28.03.2022, запись внесена по результатам проверки достоверности содержащихся в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице.

Сразу после принятия единственным участником Общества ФИО6 решения о передаче ФИО4 земельного участка с кадастровым номером 47:07:1047005:0043, ФИО6 подано заявление от 25.11.2021 о выходе из Общества.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что Общество с 2021 года не осуществляет деятельность, ФИО6 участия в управлении Обществом не принимает. Таким образом, действия ФИО6 по приобретению минимальной доли в уставном капитале Общества в размере 0,01%, вопреки доводам ответчиков,  были направлены на создание условий для обхода ФИО4  установленного пунктом 2 статьи 26 Закона об обществах запрета на выход из состава участников Общества, в результате которого в нем не остается ни одного участника, имели целью получение ФИО6 формального статуса участника Общества для принятия решения о передаче ФИО4 земельного участка в счет выплаты ей действительной стоимости доли. 

ФИО6 является племянником ФИО4, что ответчиками не оспаривается, и является, таким образом, заинтересованным по отношению к ней лицом.  При таких обстоятельствах участники сделки не могли не знать о противоправной цели совершаемой ответчиками совокупности сделок. 

Вопреки доводам ответчиков,  отчуждение ФИО4 доли в размере 0,01 % направлено на сохранение ею под своим контролем ликвидного имущества Общества.

Поскольку основание недействительности договора дарения возникло до выхода ФИО4 из Общества, признание недействительным указанного договора  лишает правового основания ее выход  из состава участников Общества, чье заявление о выходе не соответствовало требованию пункта 2 статьи 26 Закона об обществах.

Отчуждение Обществом существенного актива в период наличия обязательств перед вышедшим участником, при том, что оставшегося имущества недостаточно для погашения указанных обязательств, является злоупотреблением правом, направленным на уклонение от выполнения обязанности по выплате действительной стоимости доли вышедшему из Общества участнику.

В результате заключения оспариваемых соглашений была нарушена очередность выплаты истцу как участнику, подавшему заявление о выходе, выплате действительной стоимости доли, и поставлена под сомнение сама возможность проведения расчетов с ним как участником, подавшим заявление о выходе из Общества ранее.

Таким образом, оспариваемые истцом сделки (договор дарения, выход  участника, передача земельного участка) являются единой сделкой, совершенной в целью вывода ликвидного  актива во избежание обращения на него взыскания по обязательствам перед ФИО2, установленным решением суда, что влечет их ничтожность на основании статей 10 и 168 ГК РФ.

Поскольку ответчики удовлетворили свои имущественные интересы без учета интересов истца, суд первой инстанции необоснованно отказал в удовлетворении искового заявления. 

Как установлено апелляционным судом, Общество не ответило на предложения истца о выплате действительной стоимости его доли, не направило ему встречных предложений, не представило никаких доказательств принятия Обществом мер для согласования с ФИО2 условий выплаты ему действительной стоимости его доли. Напротив, Общество последовательно уклонялось и уклоняется по настоящее время от выплаты ФИО2 действительной стоимости доли, просрочка составила более трех лет. 

В то же время Общество после получения заявления ФИО4 от 23.09.2021 о выходе из состава участников Общества уже 08.11.2021 приняло решение о выплате ФИО4 действительной стоимости доли путем передачи земельного участка, при том, что на момент подачи ФИО4  заявления о выходе из Общества обязательство Общества о выплате действительной стоимости доли ФИО2 не исполнялось уже более двух лет.

Доказательства того, что стоимость оставшегося у Общества имущества достаточна для исполнения обязанности перед ФИО2, ответчиками не представлены.

Выход ФИО4 из Общества произошел непосредственно после вынесения арбитражным судом решения  от 16.08.2021 о взыскании действительной стоимости доли в пользу ФИО2 в условиях понимания того, что в ближайшее время может начаться реализация механизма принудительного исполнения решения, а принадлежащий Обществу земельный участок  с кадастровым номером 47:07:1047005:0043 может являться тем имуществом, на которое судебный пристав-исполнитель обратит взыскание после возбуждения исполнительного производства.

Суд апелляционной инстанции критически относится к доводам ответчиков о том, что они не были извещены о принятом судебном акте, поскольку не были привлечены к участию в этом деле, в том числе с учетом родственных отношений сторон (бывшая жена, племянник бывшей жены).

Решение о передаче ФИО4 земельного участка с кадастровым номером 47:07:1047005:0043 было оформлено протоколом общего собрания участников Общества от 08.11.2021 и принято единственным участником Общества с размером доли 0,01% ФИО6, владеющим указанной долей на основании договора дарения, заключенного с ФИО4

Пунктом 3 части 3 статьи 67.1 ГК РФ установлено, что принятие общим собранием участников хозяйственного общества решения на заседании и состав участников общества, присутствовавших при его принятии, подтверждаются в отношении общества с ограниченной ответственностью путем нотариального удостоверения, если иной способ (подписание протокола всеми участниками или частью участников; с использованием технических средств, позволяющих достоверно установить факт принятия решения; иным способом, не противоречащим закону) не предусмотрен уставом такого общества либо решением общего собрания участников общества, принятым участниками общества единогласно.

В пункте 3 Обзора судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах разъяснено, что требование о нотариальном удостоверении, установленное подпунктом 3 пункта 3 статьи 67.1 ГК РФ, распространяется и на решение единственного участника.

Иной способ подтверждения решений участников уставом Общества не установлен.

Протокол общего собрания участников Общества от 08.11.2021 нотариально не удостоверен.

Пунктом 107 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъясняется, что решения очных собраний участников хозяйственных обществ, не удостоверенные нотариусом или лицом, осуществляющим ведение реестра акционеров и выполняющим функции счетной комиссии, в порядке, установленном подпунктами 1 - 3 пункта 3 статьи 67.1 ГК РФ, если иной способ удостоверения не предусмотрен уставом общества с ограниченной ответственностью либо решением общего собрания участников такого общества, принятым участниками общества единогласно, являются ничтожными применительно к пункту 3 статьи 163 ГК РФ,  независимо от его признания таковым решением суда.

Таким образом, сделка по передаче ФИО4 земельного участка в счет выплаты действительной стоимости ее доли основана на ничтожном решении общего собрания Общества. 

Довод ФИО4 о том, что передача имущества в натуре в счет выплаты действительной стоимости доли не является сделкой, не  основан на статье 153 ГК РФ.

Учитывая изложенное, требование истца подлежало удовлетворению.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение дела в суде первой инстанции и суде апелляционной инстанции относятся на  ответчиков.

Руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.12.2023 по делу № А56-12446/2023 отменить.

Признать недействительными договор дарения доли от 15.09.2021, заключенный между ФИО4 и ФИО6, сделку по выходу  ФИО4 из общества с ограниченной ответственностью «Нэшнл Девелопмент Груп» и передаче ФИО4 обществом с ограниченной ответственностью «Нэшнл Девелопмент Груп»  земельного участка площадью 220 650 кв. м с кадастровым номером 47:07:1047005:43, расположенного по адресу: Ленинградская обл., Всеволожский район, уч. Озерки.

Применить последствия  недействительности сделки, восстановить право общества с ограниченной ответственностью «Нэшнл Девелопмент Груп» на указанный земельный участок.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Нэшнл Девелопмент Груп», ФИО4 и ФИО6 в пользу ФИО2 15 000 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины, по 5 000  руб. с каждого.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

С.В. Изотова

 

Судьи

 

И.В. Масенкова

 

 М.А. Ракчеева