Дело № А43-3205/2020

город Владимир

26 января 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 19 января 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 26 января 2022 года.

 

Первый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Волгиной О.А., 

судей Белякова Е.Н., Рубис Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания 

секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Зенит» ФИО2  

на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 07.07.2021 по делу № А43-3205/2020, принятое по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Зенит»                                      (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя ООО «Зенит» ФИО3,

 

при участии:

от конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Зенит» ФИО2 – ФИО4 на основании доверенности от 24.09.2021 сроком действия до 24.09.2022; 

 

установил:

в рамках дела о несостоятельности общества с ограниченной ответственностью «Зенит» (далее – Общество) в Арбитражный суд Нижегородской области обратился конкурсный управляющий должника ФИО2 (далее – конкурсный управляющий)                     с заявлением о привлечении бывшего руководителя должника                            ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества.

Арбитражный суд Нижегородской области определением от 07.07.2021 отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего. 

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий обратился в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просил отменить обжалуемое определение и принять по делу новый судебный акт.

По мнению заявителя апелляционной жалобы, суд первой инстанции неправомерно не принял во внимание наличие у Общества задолженности перед обществом с ограниченной ответственностью «Автотрейд» (далее – ООО «Автотрейд») в сумме 1 023 000 руб. и перед обществом с ограниченной ответственностью «БЦР-АВТО ПЛЮС СЕРВИС» (далее – ООО «БЦР-АВТО ПЛЮС СЕРВИС») в размере 1 023 000 руб. Полагает, что указанная задолженность подлежит  включению в объем субсидиарной ответственности ФИО3

Заявитель апелляционной жалобы указывает на то обстоятельство, что в результате бездействия ФИО3 по не представлению возражений относительно предстоящего исключения общества с ограниченной ответственностью «Империя М» (далее – ООО «Империя М») в порядке предусмотренном статьей 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее – Закон № 129-ФЗ), а также в неосуществлении процедуры принудительного исполнения судебного акта, вынесенного в рамках дела № А43-7840/2015, привели к невозможности обращения взыскания на имущество данного юридического лица. При этом, полагает бездоказательным вывод суда первой инстанции о не осуществлении ООО «Империя М» уставной деятельности с 2016 года.

С точки зрения заявителя апелляционной жалобы,  ФИО3 также может быть привлечен к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). Свою позицию заявитель мотивирует тем, что  ФИО3 причинил вред кредиторам должника, злоупотребив конструкцией юридического лица, основанной на презумпции независимости и имущественной самостоятельности. Считает, что                   ФИО3 выводил в свою личную пользу ликвидные активы, не выполняя долговых обязательств перед ООО «Гарант-Строй»,                               ООО «Автотрейд» и ООО «БЦР-АВТО ПЛЮС СЕРВИС».

Кроме того, конкурсный управляющий ссылается на наличие оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ввиду не передачи конкурсному управляющему бухгалтерской документации Общества.

Представитель конкурсного управляющего поддержал доводы апелляционной жалобы, настаивал на ее удовлетворении.

Более подробно доводы изложены в апелляционной жалобе и письменных пояснениях.

ФИО3 в письменных пояснениях и дополнении к ним указал на необоснованность доводов апелляционной жалобы; просил оставить определение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие  представителей ФИО3, извещенного о месте и времени судебного заседания в порядке статей 121 (части 6) и 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позиции сторон настоящего спора, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела и установил суд первой инстанции, решением Арбитражного суда Нижегородской области                         от 23.07.2020 Общество признано несостоятельным (банкротом); конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2

Предметом требований конкурсного управляющего является требование о привлечении бывшего руководителя должника ФИО3 к субсидиарной ответственности.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации  лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные юридическому лицу.

Единоличный исполнительный орган общества при осуществлении прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно. Он несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием) (пункты 1 и 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (статья 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное. Если лицо несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности (например, пункт 3 статьи 401, пункт 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать                 от его имени (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Критерии добросовестности и разумности действий руководителя юридического лица приведены в постановлении № 62.

В пунктах 4 и 5 Постановления № 62 установлено, что добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. В случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки. При оценке добросовестности и разумности подобных действий (бездействия) директора арбитражные суды должны учитывать, входили или должны ли были, принимая во внимание обычную деловую практику и масштаб деятельности юридического лица, входить в круг непосредственных обязанностей директора такие выбор и контроль, в том числе не были ли направлены действия директора на уклонение от ответственности путем привлечения третьих лиц.

Привлечение руководителя юридического лица к ответственности зависит от того, действовал ли он при исполнении своих обязанностей разумно и добросовестно, то есть, проявил ли он заботливость и осмотрительность и принял ли все необходимые меры для надлежащего исполнения своих обязанностей.

Поскольку субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью гражданско-правовой ответственности, то применению подлежат материально-правовые нормы, действовавшие на момент совершения вменяемых ответчику действий.

Из положений пункта 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017              № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ)  и правовой позиции, содержащейся в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137  «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» следует, что к спорным правоотношениям в части установления наличия/отсутствия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности подлежат применению положения Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона               № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Как установлено судом и не противоречит материалам дела, обстоятельства, послужившие основанием для обращения конкурсного управляющего с настоящим заявлением   имели место до и после вступления в силу Закона № 266-ФЗ, а заявление о привлечении контролирующих лиц должника  к субсидиарной ответственности поступило в суд 14.09.2020, поэтому в отношении ФИО3 подлежат применению положения пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» в части вменяемых действий по необращению в суд с заявлением о банкротстве, положения статьи 61.11 Закона о банкротстве.

При этом нормы процессуального права подлежат применению                         в редакции закона, действующей на дату обращения с заявлением                            о привлечении к субсидиарной ответственности.

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (пункт 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества. Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно правовой позиции, изложенной в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденном 

постановление

м Президиума Верховного Суда Российской Федерации                         от 06.07.2016, обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением                        о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный менеджер, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве,                                                 не свидетельствовало об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов), и руководитель несмотря на временные финансовые затруднения добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель с учетом общеправовых принципов юридической ответственности (в том числе предполагающих по общему правилу наличие вины) освобождается                           от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Данная правовая позиция отражена в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53).

Исходя из указанных норм права конкретный момент возникновения у должника признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества и момент, когда руководитель должника должен был объективно определить наличие этих признаков и возникновение у него соответствующей обязанности, предусмотренной статьей 9 Закона о банкротстве, должен установить арбитражный суд.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве неплатежеспособностью является прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В пункте 2 статьи 3 Закона о банкротстве установлены признаки банкротства юридического лица: юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены (пункт 2 статьи 3 Закона о банкротстве).

В пункте 29 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 14.11.2018 (в редакции от 26.12.2018), отмечено, что по смыслу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве и разъяснений, данных                в пункте 9 Постановления № 53, при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением                       о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Если руководитель должника докажет, что, несмотря на временные финансовые затруднения (в частности, возникновение признаков неплатежеспособности), добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Согласно материалам дела, с 19.03.2015 ФИО3 являлся директором Общества, в связи с чем на него возлагалась обязанность по подаче заявления при возникновении признаков неплатежеспособности, названных в части 1 статьи 9 Закона о банкротстве. 

Решением Арбитражного суда Нижегородской области от 27.02.2013 с Общества в пользу ООО «Гарант-Строй» взыскано 4 200 000 руб. неосновательного обогащения, 44 000 судебных расходов по государственной пошлине, 15 000 руб. расходов на представителя.

Впоследствии указанная задолженность была включена в реестр требований кредиторов должника.

Указанные обстоятельства с учетом правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3) свидетельствуют о наличии у должника признаков неплатежеспособности на момент вступления ФИО3 на должность директора Общества, то есть на 19.03.2015.

Между тем, само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных в абзацах 5 и 7 пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, даже будучи доказанным, не свидетельствовало об объективном банкротстве Общества (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов).

В материалы дела не представлено доказательств того, что по состоянию на указанную дату должнику были предъявлены требования, которые он не смог погасить ввиду необходимости удовлетворения требований иных кредиторов и отсутствия у него имущества.

Конкурсный управляющий, обращаясь в суд с рассматриваемым требованием, не привел доказательств того, что в случае обращения должника в суд с заявлением о банкротстве задолженность перед кредиторами была бы погашена, то есть доказательств наличия прямой причинно-следственной связи между бездействием руководителя и наступившими последствиями в виде возникновения задолженности перед кредиторами.

Следует также учесть, что негативные последствия, наступившие для юридического лица (банкротство организации) сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) руководителя должника, так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

Кроме того, конкурсным управляющий не доказана сумма наращивания неисполненных обязательств, которая возникла ввиду необращения контролирующего лица с заявлением о банкротстве должника.

При этом судом первой инстанции правомерно учтено то обстоятельство, что задолженность перед налоговым органом в размере   3688 руб. 13 коп. является незначительной, а задолженность перед                         ООО «Автотрейд» в сумме 1 023 000 руб. и перед ООО «БЦР-АВТО ПЛЮС СЕРВИС» в сумме 1 023 000 руб., являющейся компенсацией за принятые по заявлению Общества обеспечительные меры не могла быть принята руководителем должника во внимание, поскольку являлась спорной и фактически ее размер был определен решениями от 11.03.2020 и                            от 19.11.2020, то есть после возбуждения дела о несостоятельности Общества.

Заявитель жалобы считает, что суммой наращивания обязательств должника перед кредитором ООО «Регион-инвест» (правопреемник                      ООО «Гарант-Строй») является суммой процентов за пользование чужими денежными средствами, которая, в том числе взыскана по решению суда                 от 25.05.2020 по делу № А43-47670/2019.  

 Между тем, суд апелляционной  инстанции учитывает что, проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленными на сумму основного долга, сформированной в период до момента возникновения у ответчика обязанности по подаче заявления о банкротстве должника, не являются новым денежным обязательством, а являются санкцией за неисполнение денежного обязательства, возникшего до даты объективного банкротства. Обязательство по уплате процентов является дополнительным по отношению к основному обязательству, поэтому указанные обязательства не являются следствием введения в заблуждение новых кредиторов со стороны руководителя должника. В данном случае вред имущественным правам кредиторов вследствие их неосведомленности о неплатежеспособности должника при вступлении в правоотношения с ним причинен не был.

Вопреки позиции конкурсного управляющего, размер субсидиарной ответственности в данном случае исчерпывающе определен в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве и составляет размер обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного в пункте 2 статьи 9 Закона о банкротстве. 

С учетом изложенного суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении требования о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по указанному основанию.

В соответствии со статьей 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника (пункт 1).

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если, в частности, документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2 пункта 2).

В соответствии с подпунктом 5 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице: в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов; в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

Общим принципом привлечения к ответственности является исключительность данного института как механизма восстановления нарушенных прав кредиторов (пункт 1 Постановления № 53).

В пункте 18 Постановления № 53 разъяснено, что контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 23 постановления Пленума № 53 презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.).

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся                  от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

На заявителе лежит обязанность доказывания, как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов не подтверждают совокупность обстоятельств, необходимых для возложения ответственности.

Таким образом, процесс доказывания обозначенных выше оснований привлечения к субсидиарной ответственности упрощен законодателем для заявителей посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины контролирующих должника лиц в доведении должника до банкротства, и на них перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения заявленных требований.

Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков.

Соответствующая правовая позиция приведена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079.

В качестве одного из основания для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий ссылается на заключение договора уступки права требования от 10.06.2018, согласно которому Общество передало ООО  «Модерн-НН» к акционерному обществу АКБ «Ланта Банк» в размере 3 161 645 руб. 29 коп.

Между тем, указанная сделка на основании заявления конкурсного управляющего была предметом оценки на предмет ее недействительности.

Так, определением Арбитражного суда Нижегородской области                        от 12.02.2021, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от  24.05.2021, договор уступки права требования от 10.06.2018, заключенный между должником и ООО «Модерн НН» признан недействительным; в применении последствий недействительности сделки отказал.

При этом судом принято во внимание, денежные средства, взысканные как убытки с АКБ «Ланта-Банк», были уступлены ФИО3 через подконтрольные организации ООО «Модерн-НН», однако никакого вреда кредиторам причинено не было. Все прикрывающие сделки ни привели ни к увеличению имущества сторон этих сделок, ни к его уменьшению.

Относительно заключенного должником под руководством ФИО3 договора цессии  от 05.07.2018, Арбитражный суд Нижегородской области определением от 25.06.2021, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 13.10.2021, признал  сделку недействительной (ничтожной) на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации. Между тем, также установил, что должник в указанной цепочке сделок являлся лишь промежуточным звеном и в результате их совершения не получил и не утратил каких-либо принадлежащих ему активов. При таких условиях не могут быть применены последствия недействительности спорного договора цессии в виде взыскания с ООО «Модерн НН» в конкурсную массу должника 956 989 руб. 26 коп., поскольку данные денежные средства не были выведены из собственности Общества.

При изложенных обстоятельствах, учитывая отсутствие причинения вреда кредиторам Общества в результате заключения договоров цессии                      от 10.06.2018 и от 05.07.2018, у суда первой инстанции отсутствовали основания для привлечения  ФИО3 к субсидиарной ответственности по указанному основанию.

В качестве иного основания для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий указывает на не представление возражений относительно предстоящего исключения                      ООО «Империя М» в порядке предусмотренном статьей 21.1 Закона                                № 129-ФЗ, а также в неосуществлении процедуры принудительного исполнения судебного акта, вынесенного в рамках дела № А43-7840/2015, привели к невозможности обращения взыскания на имущество данного юридического лица.

Судом установлено и не противоречит материалам дела, что 14.11.2017 в Единый  государственный реестр юридических лиц в отношении                       ООО «Империя М» внесена запись о недостоверном адресе, 19.09.2018 – о недостоверных сведениях в отношении руководителя и участника, 10.06.2019 налоговым органом принято решение о предстоящем исключении недействующего юридического лица; 26.09.2019 внесена запись об исключении ООО «Империя М» из ЕГРЮЛ в связи с наличием в реестре сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности. 

Вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, конкурсным управляющим не представлено надлежащих и бесспорных доказательств, свидетельствующих о том, что именно указанные бездействия ФИО3 по не представлению возражений относительно предстоящего исключения ООО «Империя М» в порядке предусмотренном статьей 21.1 Закона № 129-ФЗ, а также по неосуществлению процедуры принудительного исполнения судебного акта, вынесенного в рамках дела № А43-7840/2015, привели к объективному банкротству Общества и невозможности удовлетворения требований кредиторов должника.

При изложенных обстоятельствах у суда первой инстанции отсутствовали основания для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по указанному основанию.

Суд апелляционной инстанции исходя из конкретных фактических обстоятельств, не установил совокупности условий наступления субсидиарной ответственности ответчика по обязательствам должника по заявленным основаниям ввиду отсутствия доказательств противоправности поведения и его вины как руководителя в банкротстве контролируемой им организации, вызванном объективными и не выходящими за пределы обычного делового риска причинами.

Довод апелляционной жалобы о том, что ФИО3 выводил в свою личную пользу ликвидные активы, не выполняя долговых обязательств перед ООО «Гарант-Строй», ООО «Автотрейд» и ООО «БЦР-АВТО ПЛЮС СЕРВИС» является голословным, в связи с чем отклоняется судом апелляционной инстанции ввиду отсутствия документального подтверждения.

Ссылка конкурсного управляющего на наличие оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ввиду не передачи конкурсному управляющему бухгалтерской документации Общества не принимается судом апелляционной инстанции, поскольку указанное основание не было заявлено в суде первой инстанции. Более того, на момент возникновения обязательств по передаче конкурсному управляющему документов ФИО3 находился и по настоящее время находится в местах лишения свободы, что также отражено в определении Арбитражного суда Нижегородской области от 14.12.2020, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 03.03.2021. При этом конкурсный управляющий не указал непередача каких документов не позволила сформировать конкурсную массу и какие действия совершены конкурсным управляющим по сбору документов для проведения цели формирования конкурсной массы.

 Доводы жалобы рассмотрены судом апелляционной инстанции и признаются необоснованными по изложенным мотивам, а также с учетом принятых пояснений ФИО3, данным по доводам апелляционной жалобы. 

Таким образом, фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судом нижестоящей инстанции на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом всех доводов и возражений участвующих в деле лиц. Доводы заявителя жалобы, по существу повторяют позицию истца, изложенную в суде первой инстанции, которым дана надлежащая правовая оценка. Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, сделанных при рассмотрении настоящего спора по существу, судом апелляционной инстанции не установлено.

Несогласие заявителя с выводами суда, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование закона не означают допущенной при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают существенных нарушений судом норм права, в связи с чем доводы заявителя жалобы признаются необоснованными.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

В соответствии со статьей 110  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы  относятся на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 07.07.2021 по делу № А43-3205/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Зенит» ФИО2  – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго?Вятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Нижегородской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго?Вятского округа.

 

Председательствующий судья

О.А. Волгина

 

Судьи

 

Е.Н. Беляков

 

Е.А. Рубис