Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, www.fasvso.arbitr.ru

тел./факс (3952) 210-170, 210-172; e-mail: info@fasvso.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А78-1084/2015

25 августа 2022 года

город Иркутск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 18 августа 2022 года. 

Полный текст постановления изготовлен 25 августа 2022 года.

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Волковой И.А.,

судей: Парской Н.Н., Первушиной М.А.,

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу арбитражного управляющего ФИО3 на определение Арбитражного суда Забайкальского края от 14 февраля 2022 года по делу № А78-1084/2015, постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 07 июня 2022 года по тому же делу,

установил:

в рамках дела о банкротстве открытого акционерного общества «Предприятие строительных материалов» (далее – ОАО «ПСМ», должник) в Арбитражный суд Забайкальского края обратился конкурсный управляющий ОАО «ПСМ» ФИО1 с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о взыскании с бывшего директора должника ФИО2 в пользу должника убытков в размере 1 290 509 руб.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечен арбитражный управляющий ФИО3. 

Определением Арбитражного суда Забайкальского края от 14.02.2022, оставленным без изменения постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 07.06.2022, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ОАО «ПСМ» отказано. 

Не согласившись с принятыми по делу судебным актами, арбитражный управляющий ФИО3 обратился в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела, неправильное применение судами норм материального права, просит отменить указанные судебные акты, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявления конкурсного управляющего ОАО «ПСМ» ФИО1 о взыскании с ФИО2 убытков в размере 1 290 509 руб.

В кассационной жалобе заявитель указывает на то, что суды сделали неверный вывод об истечении срока исковой давности, необоснованно приняв за начало исчисления срока исковой давности дату, когда временный управляющий узнал о совершении сделок. Полагает, что взыскание с арбитражных управляющих ФИО3 и ФИО1 солидарно в пользу Федеральной налоговой службы убытков в размере 1 290 509 руб. не имеет правового значения для установления оснований привлечения к ответственности бывшего руководителя должника; считает, что убытки причинены должнику его бывшим руководителем – ФИО2 вследствие совершения ею сделок по выводу имущества.  

В отзыве на кассационную жалобу ФИО2 выразила несогласие с содержащимися в ней доводами, просила оставить обжалуемые судебные акты без изменения.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного заседания извещены по правилам статей 123, 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (определение выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем, направлено лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» и информационной системе «Картотека арбитражных дел» – kad.arbitr.ru), однако своих представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Кассационная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Проверив исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, в пределах, установленных статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов суда установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа пришел к следующим выводам.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 17.12.2014 между ОАО «ПСМ» в лице генерального директора ФИО2 и ФИО4 заключены договоры купли-продажи транспортных средств: погрузчика ТО-28, 1998 года выпуска и трактора Б-170 М 01-ЕН, 2008 года выпуска. 

12.04.2019 ФНС России обратилась в суд с заявлением о признании указанных договоров купли-продажи транспортных средств недействительными сделками по основаниям, установленным пунктами 1, 2 статьи 61.2, статьей 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Определением Арбитражного суда Забайкальского края от 01.10.2019 в удовлетворении заявления отказано в связи с истечением срока исковой давности. При этом судом установлено, что оспариваемые сделки попадают в период подозрительности сделок, установленный статьей 61.2 Закона о банкротстве, по состоянию на 17.12.2014 ОАО «ПСМ» отвечало признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества, договоры куплипродажи от 17.12.2014 заключены между заинтересованными лицами (ФИО4 является супругом руководителя должника ФИО2), по существенно заниженной стоимости, совершение данных сделок привело к тому, что из правообладания должника выбыло имущество, за счет которого кредиторы могли получить удовлетворение своих требований. В связи с чем, суд пришел к выводу о том, что договоры купли-продажи от 17.12.2014 отвечают признакам недействительности. 

Определением Арбитражного суда Забайкальского края от 08.10.2020 удовлетворено заявление уполномоченного органа о взыскании с арбитражных управляющих ФИО3 и ФИО1 солидарно в пользу Федеральной налоговой службы убытков в размере 1 517 333 руб., возникших вследствие пропуска управляющими срока на оспаривание сделок должника. Постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 08.09.2021 определение Арбитражного суда Забайкальского края от 08.10.2020 изменено в части размера убытков; с арбитражных управляющих ФИО3 и ФИО1 солидарно в пользу Федеральной налоговой службы взысканы убытки в размере 1 290 509 руб. 

07.10.2020 конкурсный управляющий ОАО «ПСМ» ФИО1 обратился в Арбитражный суд Забайкальского края с заявлением о взыскании с бывшего директора ОАО «ПСМ» ФИО2 убытков в размере 1 290 509 руб., составляющих стоимость транспортных средств, переданных по договорам купли-продажи от 17.12.2014.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленного требования, пришел к выводу о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности, приняв во внимание то обстоятельство, что о совершении данных сделок временному управляющему ФИО3 стало известно не позднее февраля 2017 г. При этом суд указал, что поскольку конкурсный управляющий ФИО1 является процессуальным правопреемником ФИО3, то смена арбитражного управляющего не влияет на течение срока исковой давности. Суд первой инстанции также пришел к выводу о том, что отсутствует состав правонарушения ФИО2, так как её действиями по принятию своевременных мер по передаче временному управляющему ФИО3 документации, касающейся деятельности должника, в частности, указанных договоров купли-продажи от 17.12.2014, должник и кредиторы не были лишены возможности получить денежные средства по результатам признания сделок недействительными. Суд также отметил, что согласно решению от 08.12.2014 заключение спорных договоров купли-продажи было одобрено единоличным акционером ОАО «ПСМ» ФИО5; по данным отчета конкурсного управляющего от 22.11.2019 у должника имелось имущество рыночной стоимостью 54038400 руб.

Четвертый арбитражный апелляционный суд, повторно рассмотрев заявление конкурсного управляющего ОАО «ПСМ» ФИО1, постановлением от 07.06.2022 оставил без изменения определение от 14.02.2022, признав правильным вывод суда первой инстанции об истечении срока исковой давности, при этом указал, что достоверно временному управляющему о факте совершения сделок стало известно 22.05.2017 (с даты составления акта о получении полного пакета документов от ФИО2).

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа считает, что данные выводы судов сделаны преждевременно, по неполно установленным обстоятельствам дела.

Законом о банкротстве предусмотрено два самостоятельных вида ответственности руководителя должника: привлечение его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и взыскание с него убытков. 

Как разъяснено в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53), при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков либо специальные правила о субсидиарной ответственности, - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия. 

Если допущенные контролирующим лицом нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности. 

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), вред, исходя из разумных ожиданий, не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ. 

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе, установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Обжалуемые судебные акты содержат ссылку на данные разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации, однако вывода о том, какие нормы подлежат применению в данном обособленном споре: общие положения о возмещении убытков либо специальные правила о субсидиарной ответственности, обжалуемые судебные акты не содержат.

Вместе с тем правовая квалификация заявленного требования имеет принципиальное значение в данном случае, поскольку в зависимости от вида ответственности подлежит исчислению срок исковой давности, и, как следствие, дальнейшая возможность рассмотрения по существу требования о привлечении бывшего руководителя должника к ответственности.

Определение суда первой инстанции содержит вывод об отсутствии в действиях ФИО2 по заключению спорных сделок состава правонарушений. 

По мнению суда округа, данный вывод сделан без учета определений Арбитражного суда Забайкальского края от 01.10.2019 и от 08.10.2020, согласно которым установлен факт наличия у сделок по отчуждению имущества признаков недействительности, в том числе по причине их заключения в ситуации неплатежеспособности должника и недостаточности у него имущества, и лишения кредиторов должника возможности удовлетворения их требований за счет данного имущества должника. 

Возложение в дальнейшем на арбитражных управляющих обязанности по возмещению убытков (вследствие пропуска срока на оспаривание сделок) само по себе не свидетельствует об отсутствии в действиях ФИО2 юридического состава правонарушения. 

В пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134) установлена презумпция, в соответствии с которой пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в случае, если в результате совершения этим лицом сделки причинен вред имущественным правам кредиторов должника.

Схожая презумпция содержится в действующей редакции Закона о банкротстве в пункте 2 статьи 61.11.

При этом по смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется.

Положения подпункта 1 пункта 2 указанной статьи применяются независимо от того, были ли предусмотренные данным подпунктом сделки признаны судом недействительными, в том числе, если судом было отказано в признании сделки недействительной в связи с истечением срока давности ее оспаривания.

Таким образом, с учетом разъяснений, изложенных в пунктах 16 и 17 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53, для правильного разрешения настоящего спора имеет значение установление того обстоятельства, явились ли совершенные бывшим руководителем ФИО2 действия по заключению договоров купли-продажи транспортных средств от 17.12.2014 необходимой причиной банкротства должника или существенного ухудшения его финансового состояния (в этом случае имеются основания для привлечения к субсидиарной ответственности), либо же такого влияния на финансово-хозяйственное положение должника сделки не оказали, но причинили должнику и его кредиторам вред (в этом случае имеются основания для привлечения к ответственности за причиненные убытки).  

В силу пункта 59 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 предусмотренный абзацем 1 пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности по общему правилу исчисляется с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, имеющем статус контролирующего, его неправомерных действиях (бездействии), причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами (без выяснения точного размера такой недостаточности). 

Обжалуемые судебные акты не содержат выводов относительно срока исковой давности по основаниям субсидиарной ответственности. 

К требованиям о взыскании убытков применяется общий трехлетний срок исковой давности (статья 196 Гражданского кодекса), который по общему правилу начинает течь со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (статья 200 Гражданского кодекса).

Во втором абзаце пункта 68 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 даны разъяснения о том, что срок исковой давности по требованию должника о взыскания убытков исчисляется с момента, когда должник, например, в лице нового директора, не связанного (прямо или опосредованно) с допустившим нарушение директором, или арбитражного управляющего, утвержденного после прекращения полномочий допустившего нарушение директора, получил реальную возможность узнать о допущенном бывшим директором нарушении либо когда о нарушении узнал или должен был узнать не связанный (прямо или опосредованно) с привлекаемым к ответственности директором участник (учредитель), имевший возможность прекратить полномочия директора, допустившего нарушение.

Разрешая вопрос о применении срока исковой давности, суды, ссылаясь на положения пунктов 1, 2 статьи 61.20 Закона о банкротстве, исходили из того, что требование о взыскание убытков с контролирующих должника лиц может быть предъявлено в ходе любой процедуры банкротства, при этом суды также приняли во внимание разъяснения о начале исчисления срока исковой давности, приведенные в пункте 68 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53. 

Суд первой инстанции пришел к выводу, что новым руководителем должника являлся временный управляющий. 

Данный вывод является неверным, поскольку в силу положений пункта 1 статьи 64 Закона о банкротстве введение наблюдения не является основанием для отстранения руководителя должника и иных органов управления должника, которые продолжают осуществлять свои полномочия с определенными ограничениями.

Суд апелляционной инстанции, отразив разъяснения пункта 68 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53, также не обосновал правильность их применения судом первой инстанции с учетом того, что временный управляющий не является руководителем должника. 

При этом доводу конкурсного управляющего о необходимости исчисления срока исковой давности с даты признания должника банкротом и открытия конкурсного производства надлежащая оценка судами не дана.

Суды связали начало течения срока исковой давности с моментом получения временным управляющим документации должника. Суд округа полагает, что судами не учтено следующее.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве наблюдение – это процедура, применяемая в деле о банкротстве к должнику в целях обеспечения сохранности его имущества, проведения анализа финансового состояния должника, составления реестра требований кредиторов и проведения первого собрания кредиторов.

В силу пункта 2 статьи 67 Закона о банкротстве по итогам проведения наблюдения временный управляющий составляет отчет, к которому прилагается заключение о наличии или об отсутствии оснований для оспаривания сделок должника.

Статьей 20.3 Закона о банкротстве на арбитражных управляющих возложена обязанность выявлять признаки преднамеренного и фиктивного банкротства в порядке, установленном федеральными стандартами.

Согласно пункту 2 Временных правил проверки арбитражным управляющим наличия признаков фиктивного и преднамеренного банкротства, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 855, при проведении арбитражным управляющим проверки исследуются документы за период не менее 2 лет, предшествующих возбуждению производства по делу о банкротстве, а также за период проведения процедур банкротства.

Одним из этапов проведения арбитражным управляющим проверки обстоятельств банкротства согласно пункту 8 Временных правил является анализ сделок должника, в ходе которого устанавливается соответствие сделок и действий (бездействия) органов управления должника законодательству Российской Федерации, а также выявляются сделки, заключенные или исполненные на условиях, не соответствующих рыночным условиям, послужившие причиной возникновения или увеличения неплатежеспособности и причинившие реальный ущерб должнику в денежной форме.

Таким образом, для решения вопроса о наличии оснований для привлечения к ответственности руководителя должника по причине убыточности заключенных им сделок арбитражному управляющему помимо получения информации о самой сделке необходимо провести анализ такой сделки на предмет соответствия действий (бездействия) органов управления должника законодательству Российской Федерации.

При таких обстоятельствах, выводы судов первой и апелляционной инстанций, отказавших в удовлетворении заявления о взыскании убытков с бывшего директора должника по мотиву пропуска срока исковой давности, сделаны без исследования и оценки всех необходимых обстоятельств дела, в отсутствие надлежащей квалификации предъявленных к ответчику требований.

Допущенные судом первой инстанции нарушения, которые не устранены при повторном рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, могли повлечь принятие неправильного по существу судебного акта и не могут быть восполнены на стадии рассмотрения дела в суде кассационной инстанции, поскольку требуют оценки доказательств и установления фактических обстоятельств, что не входит в компетенцию арбитражного суда кассационной инстанции.

С учетом изложенного суд округа приходит к выводу, что судебные акты подлежат отмене на основании статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с направлением дела на новое рассмотрение в Арбитражный суд Забайкальского края.

При новом рассмотрении дела суду первой инстанции следует учесть изложенное, установить все входящие в предмет исследования и имеющие существенное значение для правильного рассмотрения спора обстоятельства; с учетом позиций, изложенных участниками обособленного спора, верно определить вид ответственности с применением надлежащих норм права (о субсидиарной ответственности либо об убытках) в их редакции на дату совершения вменяемых в вину ответчику действий, определить даты начала и окончания течения срока исковой давности по заявленному требованию, после чего, сделав вывод о наличии или отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований, принять законный и обоснованный судебный акт.

Руководствуясь статьями  274, 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Забайкальского края от 14 февраля 2022 года по делу № А78-1084/2015, постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 07 июня 2022 года по тому же делу отменить.

Обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Забайкальского края. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий 

Судьи

И.А. Волкова 

Н.Н. Парская 

М.А. Первушина