﻿Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, www.fasvso.arbitr.ru

тел./факс (3952) 210-170, 210-172; e-mail: info@fasvso.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ А10-1567/2019

26 января 2021 года

город Иркутск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 25 января 2021 года

Полный текст постановления изготовлен 26 января 2021 года

 

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе

председательствующего Тютриной Н.Н.,

судей: Скубаева А.И., Соколовой Л.М.,

при участии представителя общества с ограниченной ответственностью «СМП-10» Корчугановой Татьяны Владимировны (доверенность от 20.01.2021 № 2),

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «СМП-10» на решение Арбитражного суда Республики Бурятия от 27 июля 2020 года по делу № А10-1567/2019 и постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 14 октября 2020 года по тому же делу,

установил:

индивидуальный предприниматель Балтуева Наталия Кирилловна (ОГРН 304032304700020, ИНН 032600151565, далее – Предприниматель) обратилась в суд с иском к публичному акционерному обществу «Территориальная генерирующая компания № 14» (ОГРН 304032304700020, ИНН 032600151565, далее – Компания), обществу с ограниченной ответственностью «СМП-10» (ОГРН 1020300973076, ИНН 0323028028, далее – Общество) о взыскании 429 707 рублей 15 копеек убытков.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Бест плюс».

Решением Арбитражного суда Республики Бурятия от 27 июля 2020 года, оставленным без изменения постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 14 октября 2020 года, исковые требования удовлетворены в полном объеме за счет  Общества. В удовлетворении иска к Компании отказано.

В кассационной жалобе заявитель просит проверить законность принятых судебных актов в связи с неправильным применением судами норм материального и процессуального права, несоответствием выводов судов имеющимся в деле доказательствам.

В обоснование поданной кассационной жалобы заявитель ссылается на следующее:  апелляционным судом не направлено ответчику определение о принятии апелляционной жалобы к производству и назначении судебного заседания, не рассмотрено его ходатайство об отложении судебного разбирательства, назначенного на 13.10.2020, что привело к невозможности ответчику защищать свои права и представлять доказательства. По мнению заявителя жалобы, лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, является Компания, по заказу которой Общество производило ремонтные работы; размер предъявленных к взысканию убытков истцом завышен (отсутствует сметный расчет, не обосновано применение торговой наценки 40%).

Отзывы на жалобу не представлены.

Предприниматель, Компания и третье лицо о времени и месте рассмотрения судебного разбирательства уведомлены в соответствии с требованиями статей 123, 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 названного Кодекса не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Материально-правовым требованием по настоящему делу является взыскание реального ущерба в размере 120 679 рублей 96 копеек, составляющего расходы истца по ремонту крыльца к входу в принадлежащее ему нежилое помещение (стоимость приобретенных строительных материалов и выполненных порядной организацией работ), и упущенной выгоды в размере 309 028 рублей 19 копеек (предполагаемая выручка в период простоя магазина с 5 июля по 3 августа 2018 года).

Иск мотивирован тем, что повреждение упомянутого крыльца допущено Обществом при производстве земляных работ по адресу: г Улан-Удэ, ул. Павлова, д. 59 (территория многоквартирного дома с встроенно-пристроенным нежилым помещением магазина «Наследник») в охранной зоне тепловых сетей механизированным способом по ремонту теплотрассы. Повреждение крыльца повлекло его восстановление и прекращение работы магазина.

Возражая против удовлетворения иска, Компания ссылалась на уведомление истца о начале работ в охранной зоне тепловых сетей, находящихся в ведении сетевой организации, и о возможности обрушения крыльца, а также на отсутствие у истца разрешения от ресурсоснабжающей организации на строительство крыльца на тепловых сетях.

Общество, не отрицая факта совершения действий, повлекших повреждение упомянутого крыльца при выполнении им работ по капитальному ремонту тепломагистрали, указывало на совершение таких действий по заданию и под контролем Компании (заказчика) во исполнение договора подряда от 15.05.2018.

Суд первой инстанции, руководствуясь пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходя из установленного факта разрушения крыльца к входу в нежилое помещение истца вследствие проводимых Обществом работ по ремонту теплотрассы и отсутствия у данного крыльца признаков самовольной постройки (запроектировано и построено застройщиком на основании проектной и разрешительной документации), пришел к выводу об удовлетворении иска за счет Общества как непосредственного причинителя вреда. Суд также отметил, что обстоятельства, связанные с проектированием и строительством крыльца в охранной зоне тепловых сетей, и обстоятельства, касающиеся порядка согласования земляных работ с заказчиком (по указанию), не входят в предмет доказывания по рассматриваемому спору и не имеют для него правового значения.

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции.

Однако вывод судов о том, что надлежащим ответчиком является именно лицо, осуществляющее работы по ремонту теплотрассы по заданию заказчика во исполнение договора подряда и совершившее действия по разрушению спорного крыльца, не основан на нормах права и сделан без выяснения всех обстоятельств, имеющих существенное значение для рассматриваемого спора. 

В силу положений пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный имуществу гражданина или юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред, при этом законом обязанность возместить вред может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Согласно пункту 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, поэтому лицо, требующее их возмещения, должно доказать факт нарушения права, наличие и размер понесенных убытков, причинную связь между нарушением права и возникшими убытками. Между противоправным поведением одного лица и убытками, возникшими у другого лица, чье право нарушено, должна существовать прямая (непосредственная) причинная связь.

В соответствии с пунктом 33 Организационно-методических рекомендаций по пользованию системами коммунального теплоснабжения в городах и других населенных пунктах Российской Федерации МДС 41-3.2000, утвержденных приказом Государственного комитета Российской Федерации по строительству и жилищно-коммунальному комплексу от 21.04.2000 № 92, для обеспечения сохранности тепловых сетей должны устанавливаться охранные зоны, в пределах которых ограничивается хозяйственная деятельность.

В пункте 6.1.8 Правил технической эксплуатации тепловых энергоустановок, утвержденных приказом Министерства энергетики Российской Федерации от 24.03.2003 № 115, определено, что в местах прокладки теплопроводов возведение строений не допускается. Расстояние от проекции на поверхность земли края строительной конструкции тепловой сети до сооружения определяется в соответствии со строительными нормами и правилами.

Расстояние от тепловых сетей до фундаментов зданий и сооружений при диаметре труб менее 500 должно быть 2 метра (приложение А3 «Свода Правил СП 124.13330.2012 «СНиП 41-02-2003 «Тепловые сети», утвержденных приказом Минрегиона России от 30.06.2012 № 280).

На основании пункта 4 Типовых правил охраны коммунальных сетей, утвержденных приказом Минстроя России от 17.08.1992 № 197 (далее - Правила), охранные зоны тепловых сетей устанавливаются вдоль трасс прокладки тепловых сетей в виде земельных участков шириной, определяемой углом естественного откоса грунта, но не менее 3 метров в каждую сторону, считая от края строительной конструкции тепловых сетей или от наружной поверхности изолированного теплопровода бесканальной прокладки.

Минимально допустимые расстояния от тепловых сетей до зданий, сооружений, линейных объектов подлежат обязательному соблюдению при проектировании, строительстве и ремонте указанных объектов в соответствии с требованиями, установленными СНиП 2.04.07-86 «Тепловые сети».

В соответствии с пунктами 5, 6 Правил в пределах территории охранных зон тепловых сетей без письменного согласия предприятий и организаций, в ведении которых находятся эти сети, запрещается производство строительства любых зданий и сооружений, земляных работ, планировки грунта и т.д.

Из вышеприведенного законодательства следует, что наличие охранной зоны вдоль тепловых сетей накладывает ограничения на использование в установленном порядке земельного участка, по которому такие сети проходят.

Как видно из материалов дела, между Обществом и Компанией заключен договор подряда от 15.05.2018 на выполнение работ по «капитальному ремонту тепломагистрали от ТК13-3 до ТК13-4 улицы Павлова, 57». 

Общество предупредило Компанию (заказчика) о необходимости согласования демонтажа крыльца с Предпринимателем (собственником объекта недвижимости), что подтверждается письмом от 04.07.2018. Компания и Предприниматель располагали информацией о возможных для них последствиях в результате выполнения подрядчиком ремонтных работ в непосредственной близости от объекта недвижимости (обрушении крыльца), о чем свидетельствует письмо от 03.07.2018 № 1248, направленное Компанией в адрес Предпринимателя, письмо Предпринимателя от 05.07.2018, направленное в адрес Компании (л.д. 99 т. 2, л.д. 21, 22 т. 1).

Таким образом, исходя из вышеприведенного законодательства с учетом обстоятельств настоящего дела и возражений ответчиков, Общество не может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде убытков при наличии доказательств составления (согласования) проектной документации на объект строительства (жилой дом с пристроенным нежилым помещением с крыльцом) с нарушением строительных норм и правил, либо доказательств строительства указанного объекта или теплотрассы с отклонениями от проектной и разрешительной документации, либо доказательств выполнения работ по заданию и под контролем заказчика во исполнение договора подряда. 

Вместе с тем указанные обстоятельства, на которые ссылалось Общество, не были включены в предмет судебного исследования. Обстоятельства, связанные с нахождением крыльца в охранной зоне тепловых сетей на участке тепловой сети, находящейся в ведении Компании, или за её пределами (т.е. расстояние от канала тепловых сетей до фундамента строения), и с законностью возведения крыльца в указанном месте (т.е. наличием в проектной документации крыльца к нежилому помещению, соответствием проектной документации строительным нормам и правилам, наличием или отсутствием при строительстве объекта или теплотрассы отклонений от проектной и разрешительной документации), а также обстоятельства выполнения Обществом работ по заданию и под контролем заказчика во исполнение договора подряда не проверялись судами надлежащим образом.

Суды не указали нормы действующего законодательства или условия заключенного ответчиками договора, с нарушением которых Общество проводило работы в охранной зоне.

Вывод судов о том, что спорное крыльцо являлось запроектированным и построенным застройщиком на основании проектной и иной разрешительной документации, является несостоятельным, поскольку сделан без указания на конкретные документы, относящие к такой документации, и их оценки в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Не были также предметом проверки и обстоятельства принадлежности нежилого помещения с крыльцом истцу (в материалах дела отсутствуют правоустанавливающие документы). 

Остались без внимания и проверки доводы Общества о том, что непосредственного демонтажа крыльца не производилось, причиной разрушения крыльца явилось выполнение земляных работ (разрытие и выемка грунта) в непосредственной близости от объекта и отсутствие фундамента под ним, земляные работы, повлекшие повреждение крыльца, выполнялись по заданию и под контролем заказчика (под руководством и с участием главного инженера УУЭК Додонова Г.Б.), вопросы относительно возможной угрозы разрушения крыльца при проведении ремонтных работ теплотрассы и необходимости его демонтажа разрешались Компанией с собственником (посредством переписки).

В этой связи вывод судов о доказанности факта повреждения принадлежащего истцу имущества по вине Общества нельзя признать мотивированным и обоснованным, как это предусмотрено частью 4 статьи 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Судами также не учтено следующее.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было.

Размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности.

В данном случае, возражая относительно размера упущенной выгоды, определенного истцом на основании отчета аудиторской компании, Общество указывало на неправомерность применения 40% торговой надбавки и завышенный размер предполагаемой выручки по сравнению со средним ежемесячным доходом магазина в 2018 году равным 32 120 рублей (согласно налоговой декларации за 2018 год).

Однако суды в нарушение части 2 статьи 65, части 1 статьи 168, пункта 2 части 4 статьи 170, пункта 12 части 2 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не рассмотрели указанные доводы Общества и не указали в судебных актах мотивы, по которым эти доводы были отклонены.

Оценка аудиторского заключения осуществлена судом первой инстанции в нарушение статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации без исследования доказательств, положенных в основу этого заключения, поскольку лишь при сопоставлении данных отчета и первичных документов возможно сделать вывод об обоснованности размера упущенной выгоды. Данные требования арбитражного законодательства при установлении судами размера упущенной выгоды не требуют специальных познаний с привлечением специалиста.

При таких обстоятельствах обжалуемые судебные акты на основании пункта 3 части 1 статьи 287, части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении суду следует учесть изложенное, установить все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора, в зависимости от этого принять решение в полном соответствии с нормами материального и процессуального права, а также распределить судебные расходы, в том числе и за рассмотрение дела в суде кассационной инстанции.

Учитывая вышеизложенное и руководствуясь статьями 274, 286 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Бурятия от 27 июля 2020 года по делу № А10-1567/2019 и постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 14 октября 2020 года по тому же делу отменить, дело передать на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Бурятия.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий 

 

Судьи

         

            Н.Н. Тютрина 

 

            А.И. Скубаев

 

            Л.М. Соколова