/

 

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№17АП-672/2019-АК

г. Пермь

26 февраля 2019 года

Дело №А60-31393/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 19 февраля 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 26 февраля 2019 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Мухаметдиновой Г. Н.,

судей Романова В. А., Чепурченко О. Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Малышевой Д. Д.,

от лиц, участвующих в деле, представители не явились

лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу заявителя Воропая Антона Михайловича

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 25 декабря 2018 года 

об отказе в удовлетворении заявления Воропая А. М. о включении требования в размере 33 819 549,66 руб. в реестр требований кредиторов должника,

вынесенное судьей Смагиным К. Н.,

в рамках дела №А60-31393/2018

о признании Шаповалова Антона Александровича несостоятельным (банкротом), 

 

установил:

в Арбитражный суд Свердловской области 31.05.2018 поступило заявление ЗАО «Уралстрой» о признании Шаповалова Антона Александровича несостоятельным (банкротом), которое определением от 07.06.2018 принято судом к производству.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 10.08.2018 заявление ЗАО «Уралстрой» признано обоснованным, в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим должника утвержден Завьялов Андрей Сергеевич, член Ассоциации арбитражных управляющих саморегулируемая организация «Центральное агентство арбитражных управляющих».

09.10.2018 в Арбитражный суд Свердловской области поступило требование  Воропая А. М. о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 33 819 549,66 руб., в том числе, 9 750 000 руб. – сумма займа, 4 481 424,66 руб. – сумма процентов, 19 588 125 руб. – пени и учету в составе требований, обеспеченных залогом имущества должника.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 25.12.2018 по делу №А60-31393/2018, вынесенным судьей Смагиным К. Н., в удовлетворении требования Воропая А. М. о включении в реестр требований кредиторов должника отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, Воропай А. М. обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований в полном объеме. В апелляционной жалобе заявитель приводит доводы о неправомерном применении судом положений ч. 2 ст. 69 АПК РФ о преюдиции и не применении положений ч. 5 ст. 69 АПК РФ, подлежащих применению. Так, суд при вынесении обжалуемого судебного акта не дал самостоятельной правовой оценки фактическим обстоятельствам дела, использовав правовую оценку, приведенную арбитражным судом апелляционной инстанции в постановлении от 18.12.2018 по делу №А60-13348/2017, при этом, кредитор обращал внимание суда на тот факт, что договор займа, на котором основываются требования по настоящему спору, был удостоверен нотариусом; пунктом 1.3 указанного договора подтверждается передача суммы займа наличными денежными средствами в присутствии нотариуса; нотариусом также удостоверена предшествующая подписи  собственноручная расписка заемщика о том, что денежные средства в сумме 11 750 000 руб. им получены; о фальсификации договора займа заявлено не было, при рассмотрении заявления о совершенных нотариальных действиях указанный договор не был отменен судом общей юрисдикции, в связи с чем, факт передачи должнику указанных денежных средств подлежал освобождению от доказывания и должен был быть признан судом установленным в рамках настоящего спора. Вывод суда об аффилированности кредитора Воропая А. М. и должника Шаповалова А. А. также основан исключительно на правовой оценке фактических обстоятельств дела, данной арбитражными судами в рамках рассмотрения другого дела №А60-13348/2017 (ч. 2 ст. 69 АПК РФ), тогда как, на указанные обстоятельства не распространяется освобождение от доказывания. Кроме того, правовое значение для рассмотрения настоящего дела имеют обстоятельства наличия или отсутствия заинтересованности, аффилированности между Воропаем А. М. и Шаповаловым А. А., а не между указанными лицами, применительно к должнику по делу № А60-13348/2017 – ООО «Завод «Гарант»; кредитор и должник по настоящему делу не состоят в отношениях родства, свойства, не имеют и не имели на момент подписания договора займа экономической общности интересов, тем самым, Воропай А. М. не является «дружественным» кредитором Шаповалова А. А. и не мог при заключении договора займа преследовать цель создания «искусственной» задолженности в деле о банкротстве Шаповалова А. А.  

Конкурсный управляющий кредитора ЗАО «Уралстрой» Стуков А. В. против удовлетворения жалобы Воропая А. М. возражает, определение суда считает законным и обоснованным, не подлежащим отмене.

Иные лица, участвующие в деле, письменные отзывы на апелляционную жалобу не представили.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте судебного заседания, явку своих представителей в суд апелляционной инстанции не обеспечили, что в силу ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.02.2019 в порядке части 3 статьи 18 АПК РФ произведена замена судьи Мартемьянова В. И., вынесшего определение от 18.01.2019 о принятии апелляционной жалобы к производству, на председательствующего судью Мухаметдинову Г. Н.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, 10.03.2015 между Воропаем А. М. (займодавец) и Шаповаловым А. А. (заемщик) подписан договор займа денег, в соответствии с которым займодавец передает заемщику в собственность деньги в сумме 11 750 000 руб., а заемщик обязуется возвратить указанную сумму в обусловленные п. 1.4 договора сроки и уплатить предусмотренные п. 1.2 настоящего договора проценты (представлен заявителем в электронном виде 09.10.2018 с заявлением об установлении требования).

В соответствии с п. 1.2 договора за пользование денежными средствами заемщик уплачивает проценты из расчета 12% годовых. Сумма процентов выплачивается одновременно с возвратом частей сумм займа в сроки, указанные в п. 1.4 договора. 

Согласно п. 1.4 договора возврат занятой суммы денег производится в следующем порядке: 5 875 000 руб. до 15.12.2016, 5 875 000 руб. до 15.12.2017. 

В силу п. 2.1 договора займа, в случае нарушения сроков возврата займа и уплаты процентов, заемщик уплачивает займодавцу пени в размере 0,5 процентов от суммы просроченной задолженности за каждый день просрочки платежа. Пени выплачиваются за период, начиная со дня, когда сумма просроченной задолженности должна была быть возвращена, до дня ее возврата займодавцу.

Сумма займа передана наличными денежными средствами в присутствии нотариуса (п. 1.3 договора).

19.04.2017 между должником (залогодатель) и Воропаем А. М. (залогодержатель) заключен договор, по условиям которого залогодатель передает в залог залогодержателю объект недвижимого имущества – квартиру, расположенную по адресу: г. Екатеринбург, ул. Московская, д. 229, кв. 15, общей площадью 34,6 кв.м., рыночной стоимостью по состоянию на 06.04.2017 2 898 000 руб., залоговая стоимость определена в сумме 2 200 000 руб., в обеспечение исполнения заемщиком Шаповаловым А. А. всех обязательств по договору займа денег от 10.03.2015 (представлен заявителем в электронном виде 09.10.2018 с заявлением об установлении требования).

Также, как следует из обстоятельств, установленных в рамках дела №А60-13348/2017 о банкротстве ООО «Завод «Гарант», обязательство должника по возврату заемных средств обеспечивалось договором поручительства, заключенным 10.03.2015 между ООО «Завод «Гарант» (поручитель) и Воропаем А. М., по условиям которого поручитель обязуется солидарно отвечать перед кредитором за полное исполнение Шаповаловым А. А. обязательств по договору займа от 10.03.2015.

Ссылаясь на то, что предоставленные по договору займа денежные средства Шаповалов А. А. не вернул, все меры для добровольного урегулирования спора с Шаповаловым А. А. предприняты, Воропай А. М. обратился в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника в состав третьей очереди требования в размере 33 819 549,66 руб., включая 9 750 000 руб. – сумма займа, 4 481 424,66 руб. – сумма процентов, 19 588 125 руб.– пени за несвоевременный возврат займа.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из недоказанности  фактической передачи денежных средств должнику, аффилированности Воропая А. М. и Шаповалова А. А. на момент заключения договора, направленности данной сделки на увеличение кредиторской задолженности должника в нарушение интересов иных кредиторов.

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

В соответствии с абзацем 2 части 2 статьи 213.8 Закона о банкротстве требования кредиторов рассматриваются в порядке, установленном статьей 71 настоящего Федерального закона.

Согласно статьям 71 и 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве суд должен исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При этом следует учитывать, что согласно п. 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в силу пунктов 3-5 статьи 71 и пунктов 3-5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

При оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Таким образом, исходя из заявленного требования и подтверждающих документов, арбитражный суд проверяет обоснованность предъявленных к должнику требований, определяется характер, размер и обязательства, не исполненные должником. При этом судом может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе ее исполнения, подтвердить реальность правоотношений. Целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Как правило, для подтверждения обстоятельств, подтверждающих позицию истца, достаточно совокупности доказательств (документов), обычной для хозяйственных операций, лежащих в основе спора. Однако в условиях банкротства лица и конкуренции его кредиторов интересы должника-банкрота и «дружественного» кредитора в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов. Для создания видимости долга в суд могут быть представлены внешне безупречные доказательства исполнения по существу фиктивной сделки. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Реальной целью сторон сделки может быть, например, искусственное создание задолженности должника-банкрота для последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора (определение Верховного Суда Российской Федерации от 11.09.2017 по делу №301-ЭС17-4784).

В соответствии с п. 1 ст. 807, п. 1 ст. 810 Гражданского кодекса РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества в срок и в порядке, предусмотренные договором займа. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы (п. 2 ст. 808 Гражданского кодекса РФ).

В силу ст. 810 Гражданского кодекса РФ заемщик обязан возвратить сумму займа в порядке и сроки, определенные договором займа.

Согласно п. 1 ст. 809 Гражданского кодекса РФ заимодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, определенных договором.

В соответствии со ст. 309 Гражданского кодекса РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается (ст. 310 Гражданского кодекса РФ).

В силу ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно ч. 2 ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами (ч. 4 ст. 71 АПК РФ).

Согласно п. 3 ст. 1 Гражданского кодекса РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу п. 4 ст. 1 Гражданского кодекса РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В обоснование заявленных требований Воропай А. М. ссылается на неисполнение должником в полном объеме обязательств по договору займа от 10.03.2015, удостоверенного нотариально.

В условиях банкротства должника, а значит очевидной недостаточности у последнего денежных средств и иного имущества для расчета по всем долгам, судебным спором об установлении требования конкурсного кредитора затрагивается материальный интерес прочих кредиторов должника, конкурирующих за распределение конкурсной массы в свою пользу; велика вероятность различных злоупотреблений, направленных на создание видимости не существовавших реально правоотношений. Как следствие, во избежание необоснованных требований к должнику и нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования. Судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой, по сравнению с обычным спором, тем более, если на такие обстоятельства указывают лица, участвующие в деле. Для этого требуется исследование не только прямых, но и косвенных доказательств и их оценка на предмет согласованности между собой и позициями, занимаемыми сторонами спора.

Разъяснения о повышенном стандарте доказывания в делах о банкротстве даны в вышеприведенном пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», пункте 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016). 

Кроме того, еще более строгий стандарт доказывания по сравнению с требованиями, предъявляемыми к обычному кредитору в деле о банкротстве, подлежит применению при предъявлении требований кредитором, являющимся аффилированным по отношению к должнику. Такой кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых (определение Верховного Суда Российской Федерации от 11.09.2017 по делу №301-ЭС17-4784), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 по делу №306-ЭС16-20056 (6)).

Судом первой инстанции установлено, что Воропай А. М. и должник Шаповалов А. А.  на момент заключения договора займа от 10.03.2015 являлись аффилированными лицами по отношению к ООО «Завод «Гарант», а именно, Воропай А. М. с 10.04.2006 по 29.03.2015 являлся учредителем ООО «Завод «Гарант», Шаповалов А. А. с 16.08.2011 по 28.02.2018 являлся участником и руководителем ООО «Завод «Гарант».

Данные обстоятельства установлены судом из вступившего в законную силу определения арбитражного суда от 05.10.2018 по делу №А60-13348/2017 о банкротстве ООО «Завод «Гарант» (постановление апелляционного суда от 18.12.2018), вынесенного по обособленному спору по рассмотрению заявления Воропая А. М. о включении в реестр требований кредиторов ООО «Завод «Гарант», как поручителя по спорным заемным обязательствам на основании договора от 10.03.2015 Шаповалова А. А. Судом с учетом участия в рамках настоящего спора и спора по делу №А60-13348/2017 одних и тех же лиц обоснованно указано на преюдициальный характер данного судебного акта (ч. 2 ст. 69 АПК РФ.

Доводы апелляционной жалобы относительно того, что правовое значение для рассмотрения настоящего дела имеют обстоятельства наличия или отсутствия заинтересованности, аффилированности между Воропаем А. М. и Шаповаловым А. А., а не между указанными лицами, применительно к должнику по делу №А60-13348/2017 – ООО «Завод «Гарант» и, как следствие, об отсутствии оснований для выводов о какой-либо заинтересованности между Воропаем А. М. и Шаповаловым А. А. в рамках рассматриваемого спора, безосновательны. 

Доказывание в деле о банкротстве факта общности интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической, но и фактической.

Аналогичная позиция следует, в частности, из определения Верховного Суда РФ от 15.06.2016 №308-ЭС16-1475.

По мнению апелляционного суда, совокупность указанных выше обстоятельств вхождения как Воропая А. М., так и Шаповалова А. А. на момент совершения сделки в состав одного юридического лица – ООО «Завод «Гарант», подтверждает фактическую аффилированность указанных лиц.

Обосновывая финансовую возможность предоставления должнику в виде займа денежных средств в сумме 11 750 000 руб. Воропай А. М. представляет в материалы дела документы, подтверждающие доходы, связанные с участием в деятельности ООО «Компания «ГарантСтрой», ООО ЧОО «Гарант-Е», ООО «ГарантРиэлт», ООО МК «ГарантСтрой», ООО «Гарант-Инвест» (заработная плата и дивиденды) в общей сумме 13 933 981,25 руб. (справки о доходах по форме 2-НДФЛ, копия трудовой книжки – т. 1 л.д. 64-86), документы, подтверждающие доходы от реализации недвижимого имущества в общей сумме 5 125 000 руб. (договор купли-продажи от 09.03.2015, договор купли-продажи от 17.02.2015 – т. 1 л.д. 146-152), документы, подтверждающие доходы от возврата задолженностей по договорам займа в общей сумме 10 580 583 руб. (договоры займа от 19.12.2012, 10.09.2012, 27.09.2012, 28.05.2013, 03.03.2013, 24.07.2013, 03.10.2013, 17.01.2014, платежные поручения – т. 1 л.д. 89-145), документы, подтверждающие доход супруги кредитора - Завьяловой Л. В. за период с 2014 года по 2015 год в размере 1 952 379,67 руб. (справки о доходах по форме 2-НДФЛ – т. 1 л.д. 87-88).

По расчету кредитора, за период с 2012 года по 2015 год размер его дохода составил 29 639 564,25 руб., а с учетом дохода супруги 31 591 943,92 руб.

Стоимость активов через принадлежащие доли в ООО «Гарант-Инвест», ООО «Варна» и ООО МК «ГарантСтрой» в 2015 году составляла                       197 350 000 руб.

Согласно выписке со счета кредитора, открытого в ПАО «БинБанк» за период с 01.01.2014 по 01.04.2015 движение денежных средств по счету составило более 30 миллионов рублей (т. 1 л.д. 153-223). 

В соответствии с Таблицей снятия денежных средств только за период с 2014 года по март 2015 года кредитором со счета были сняты наличные денежные средства в общей сумме 11 819 250 руб., а за период с 2012 г. по 2015 г. в общей сумме 30 557 454,72 руб. (т. 1 л.д. 27-28). 

Проанализировав представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что кредитором не доказана финансовая возможность Воропай А. М.  выдать займ в заявленном размере 11 750 000 руб. непосредственно в момент подписания договора. 

При этом, судом верно указано, что представленные кредитором сведения об имущественном положении, характеризующие его  финансовую  возможность предоставить займ в сумме 11 750 000 руб., а также значительности оборотов денежных средств по счетам, сами по себе, не свидетельствуют о наличии у кредитора денежной суммы в указанном размере на момент заключения договора займа от 10.03.2015.  Доказательств аккумулирования данных денежных средств заявителем  непосредственно перед заключением договора в материалах дела не имеется. 

Кроме того, при рассмотрении спора судом не установлена и заявителем не доказана экономическая целесообразность заключения между должником и Воропаем А. М. договора займа, на котором основаны заявленные требования. Отсутствуют сведения и доказательства расходования денежных  средств должником. 

Аналогичные выводы по результатам исследования тех же доказательств сделаны во вступившем в законную силу определении Арбитражного суда Свердловской области по делу №А60-13348/2017 от 05.10.2018 об отказе во включении требования Воропая А. М. в реестр требований кредиторов должника ООО «Завод «Гарант» и правомерно учтены судом, как имеющие преюдициальное значение для настоящего спора (ч. 2 ст. 69 АПК РФ).

Ссылки Воропая А. М. в жалобе на позицию Верховного Суда РФ, изложенную в определении от 10.07.2018 №307-АД18-976, о том, что норма ч. 2 ст. 69 АПК РФ освобождает от доказывания фактических обстоятельств дела, но не исключает их различной правовой оценки, которая зависит от характера конкретного спора, отклонены апелляционным судом, поскольку оснований для иной оценки с учетом идентичности конкретных обстоятельств споров, не имеется.

Заявитель требования считает доказанным факт передачи денежных средств должнику, подтвержденный самим фактом нотариального удостоверения договора займа, из п. 1.3 которого следует, что сумма займа передана наличными денежными средствами в присутствии нотариуса, а подписи должника предшествует собственноручная расписка заемщика о том, что денежные средства в сумме 11 750 000 им получены.

Согласно части 5 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, подтвержденные нотариусом при совершении нотариального действия, не требуют доказывания, если подлинность нотариально оформленного документа не опровергнута в порядке, установленном статьей 161 настоящего Кодекса, или если нотариальный акт не был отменен в порядке, установленном гражданским процессуальным законодательством.

Вместе с тем, применительно к настоящему спору совершение нотариального действия удостоверяет лишь факт существования определенного документа в момент предъявления его нотариусу, личность и дееспособность подписавших договор лиц, но не факт передачи денежных средств.

Данные обстоятельства подтверждаются и пояснениями временно исполняющей обязанности нотариуса Кравцовой Н. Ю., которые являлись предметом судебного исследования в рамках спора о включении Воропаем А. М. требований в реестр требований кредиторов поручителя по делу №А60-13348/2017 (определение арбитражного суда от 05.10.2018, постановление апелляционного суда от 18.12.2018), из которых следует, что при удостоверении договора нотариус не контролирует передачу денежных средств, не пересчитывает денежные знаки, в случае необходимости нотариального удостоверения факта передачи денег по сделке, расчеты между сторонами осуществляются с использованием депозитного счета нотариуса.

С учетом изложенного, соответствующие доводы жалобы отклонены апелляционным судом, как несостоятельные.

Совокупность изложенных обстоятельств дает основания полагать требования Воропая А. М. к должнику необоснованными, а выводы суда о том, что в рассматриваемом случае при отсутствии экономической целесообразности спорных правоотношений, с учетом аффилированности должника и кредитора, поведение сторон сделки позволяет создать подконтрольную искусственную кредиторскую задолженность должника-банкрота для последующего уменьшения процента требований независимых кредиторов при банкротстве должника и распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора, правильными. Данные факты могут свидетельствовать о подаче кредитором заявления о включении требования в реестр с целью уменьшения в интересах аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, что не соответствует пределам осуществления гражданских прав, характеризует поведение должника и Воропая А. М. как недобросовестное, исключая возможность удовлетворения требований недобросовестного кредитора в целях защиты имущественных интересов добросовестных кредиторов. 

Установив отсутствие экономической целесообразности для должника в заключении договора займа от 10.03.2015, отсутствие доказательств наличия финансовой возможности одномоментного представления займа в таком размере, факта передачи денежных средств, направленности данной сделки на увеличение кредиторской задолженности должника в нарушение интересов иных кредиторов, принимая во внимание конкретные обстоятельства настоящего спора, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявления кредитора о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 33 819 549,66 руб. 

С учетом изложенного определение суда первой инстанции является законным и обоснованным. Выводы суда соответствуют доказательствам, имеющимся в деле, установленным фактическим обстоятельствам и действующему законодательству.

Судом апелляционной инстанции не установлены нарушения норм материального или процессуального права, которые в силу ст. 270 АПК РФ являются основанием для отмены или изменения решения суда первой инстанции. В удовлетворении апелляционной жалобы Воропая А. М. следует отказать.

При подаче апелляционных жалоб на определения, не перечисленные в подп. 12 п. 1 ст. 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, государственная пошлина не уплачивается.

Руководствуясь статьями 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области  от 25 декабря 2018 года по делу № А60-31393/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

Г.Н. Мухаметдинова 

 

Судьи

 

В.А. Романов 

 

 

О.Н. Чепурченко