АРБИТРАЖНЫЙ СУД  СТАВРОПОЛЬСКОГО  КРАЯ

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А63-385/2021

02  августа  2021 года

г. Ставрополь

Резолютивная часть решения объявлена 26 июля    2021 года

Решение изготовлено в полном объеме  02 августа   2021 года

Арбитражный суд Ставропольского края в составе судьи Чернобай Т.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании исковое заявление акционерного общества «Прасковейское», с. Прасковея Буденновского района Ставропольского края (ОГРН  

<

***>, ИНН 

<

***>),  к закрытому   акционерному обществу «Сепаратор», г. Махачкала, Республика Дагестан (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), с привлечением к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Межрайонной инспекции ФНС № 6 по Ставропольскому краю, г. Буденновск,

          о расторжении договора купли-продажи №028/05/2020 (с рассрочкой платежа) от 12.05.2020, о взыскании 2 100 000 руб. убытков, 33 500 руб. госпошлины,

при участии в судебном заседании от истца – представителя ФИО2 (доверенность от 31.12.2020 №7, диплом от 30.06.1984 №22169),  от ответчика – представителя ФИО3 (доверенность от 01.03.2021, диплом от 17.06.2011, рег. номер 720), представителя ФИО4 ( доверенность от 10.05.2021 № 5, диплом  от 09.06.2006 № 537), в отсутствие третьего лица, 

У С Т А Н О В И Л:

акционерное общество «Прасковейское» обратилось в Арбитражный суд Ставропольского края с исковым заявлением к ЗАО «Сепаратор», содержащим требования о расторжении договора купли-продажи № 028/05/2020 (с рассрочкой платежа) от 12 мая 2020 года, заключенного между ЗАО «Сепаратор» и АО «Прасковейское», а также о взыскании с ЗАО «Сепаратор» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу АО «Прасковейское» убытков в размере  2 100 000 (двух миллионов ста тысяч) рублей и расходов по уплате госпошлины в сумме 33 500 рублей. 

Обращаясь с настоящим иском в суд, АО «Прасковейское» (далее - истец) сослалось на существенные нарушения договорных обязательств ответчиком, в результате которых истец лишен возможности использовать  сепаратор ВВЦГ-В в соответствии с его назначением. В подтверждение требований истец указал доводы, изложенные в исковом заявлении и последующих дополнительных обоснованиях.

ЗАО «Сепаратор» (далее - ответчик) против удовлетворения иска возражало по основаниям, указанным в отзывах, утверждая, что допущенные им нарушения не являются существенными.

В судебном заседании представители истца и ответчика  поддержали заявленные и изложенные позиции, требования и возражения по спору. Привлеченное к участию в деле третье лицо - МИФНС № 6 по Ставропольскому краю, извещенное надлежащим образом,  в судебное заседание не явилось.

Рассмотрев материалы дела, проанализировав представленные доказательства, заслушав представителей сторон, суд считает требования истца подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Между истцом и ответчиком  12.05.2020 был  заключен договор купли-продажи                  № 028/05/2020 (с рассрочкой платежа). Согласно п. 1.1 договора  ответчик  (поставщик по договору)  обязуется изготовить и передать в собственность  истцу    (покупателю по договору) товар в полном объеме и комплекте в соответствии с согласованной сторонами спецификацией № 01, имеющейся в приложении № 1 к  договору, а также осуществить ввод товара в эксплуатацию (пуско-наладку), а покупатель обязуется принять и оплатить товар и работы по вводу в эксплуатацию в порядке, установленном договором.

В пункте 1.2 договора указаны сведения о поставляемом товаре — сепаратор для очистки и осветления вина (тонкая очистка) марки ВВЦГ-В (спецификация № 1) в количестве 1 шт.

 Ответчиком в судебном заседании было предоставлено соглашение от 10.06.2020 о расторжении договора купли-продажи № 028/05/2020 (с рассрочкой платежа).  Ответчик указал, что, поставка сепаратора  произведена  07.09.2020  не на основании договора купли-продажи от 12.05.2020, а в результате разовой сделки на основании универсального передаточного документа (УПД).

Суд считает данный довод несостоятельным. Согласно п. 1 ст. 453 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее-ГК РФ) при расторжении договора обязательства сторон прекращаются, если иное не предусмотрено законом, договором или не вытекает из существа обязательства.

Однако после подписания 10.06.2020 соглашения о расторжении договора и истец, и ответчик  продолжали исполнять условия договора купли-продажи № 028/05/2020 от 12.05.2020.  

21 июля 2020 года  поставщик  направил  покупателю  счет   на предоплату № 143, в котором в качестве основания платежа указал: «Предоплата по договору № 028/05/2020 от 12.05.2021 за сепаратор для очистки и осветления вина ВВЦГ-В». Оплата счета произведена истцом платежным поручением № 1199 от 21.07.2020. В платежном поручении также имеется информация о том, что платеж произведен по счету № 143 от 21.07.2020 согласно договору         № 028/05/2020 от 12.05.2020. 

Счет № 12 на вторую  часть оплаты  был предъявлен  поставщиком  03.09.2020. В нем также содержалась ссылка на договор от 12.05.2020 №  028/05/2020. В товарной накладной        № 124 от 07.09.2020, предоставленной ответчиком  в судебное заседание, в качестве основания поставки также указан договор  от 12.05.2020 №  028/05/2020. 

Таким образом, после расторжения договора стороны продолжали исполнять обязательства на условиях, установленных расторгнутым договором, то есть из последующего поведения сторон следовало, что стороны продолжают считать договор действующим, что волеизъявление сторон по прекращению договора не было реализовано сторонами договора по их же воле. Данное поведение и волеизъявление сторон не противоречит гражданскому законодательству. Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в Определении от 02.07.2015 № 305-ЭС15-2415 подтвердила возможность восстановления договорных отношений последующим поведением сторон, поскольку иная оценка создает состояние неопределенности, что не отвечает  охраняемым законом принципам стабильности гражданского оборота и определенности правоотношений сторон.

Суд  отклоняет довод ответчика о том, что имела  место разовая сделка на основании универсально-передаточного документа. Расценивать универсальный передаточный документ как единый документ, подписанный сторонами и содержащий все существенные условия договора купли-продажи, невозможно, поскольку ответчиком  не предоставлен в суд  ни универсально-передаточный документ, подписанный обеими сторонами, ни иные документы, подтверждающие принятие истцом сепаратора. Напротив, истцом предоставлены документы, свидетельствующие об отказе в принятии истцом сепаратора к учету и о принятии сепаратора на ответственное хранение (акт осмотра товара от 07.09.2020, акт о приеме-передаче товарно-материальных ценностей на хранение № 1 от 07.09.2020, оборотно-сальдовая ведомость по счету  002) по причине нарушения обществом условий договора купли-продажи от 12.05.2020               №  028/05/2020. 

Кроме того, на претензии истца от 06.10.2020 № 01-05/701 и от 18.11.2020 № 01-05/783, содержащие информацию о неисполнении ответчиком   условий договора  от 12.05.2020               №  028/05/2020,  последним не были предоставлены возражения о том, что договор уже расторгнут на основании соглашения от 10.06.2020. 

Таким образом, суд исходит из того, что взаимоотношения сторон основываются на договоре купли-продажи № 028/05/2020 от 12.05.2020 (с рассрочкой платежа).

В пункте 1.3 договора сторонами согласована  стоимость товара, которая составляет          2 100 000 (два миллиона сто тысяч) рублей 00 коп., в том числе НДС 20%. Судом установлено, что указанная сумма была выплачена истцом ответчику, в том числе на основании счета от 21.07.2020 № 143 платежным поручением от 21.07.2020 № 1199 на сумму 525 000 (пятьсот двадцать пять тысяч) рублей и на основании счета от 03.09.2020 № 12 платежным поручением от 04.09.2020 № 1496 на сумму 1 575 000 (один миллион пятьсот семьдесят пять тысяч) рублей.

Согласно п. 2.1 договора  поставка товара осуществляется путем доставки транспортной компанией «Деловые линии» до терминала данной транспортной компании в г. Буденновске, Ставропольский край, за счет поставщика. 

Истец и ответчик в судебном заседании пояснили, что поставка сепаратора по устному согласованию сторон произведена 07.09.2020 путем самовывоза товара истцом со склада ответчика. Приемка товара по количеству внутри каждого тарного места и качеству осуществлялась на складе покупателя, согласно п. 4.2 договора.

В соответствии с п. 4.3 договора в случае установления недостачи, поставки  товара несоответствующего качества, покупатель по телеграфу (телефону, факсу) в течение 24 часов обязан уведомить об этом поставщика. Данное уведомление является вызовом поставщика для участия в дальнейшей приемке. Неполучение ответа либо неявка представителя поставщика дает право покупателю осуществить приемку товара либо с привлечением представителя независимой экспертной организации, либо комиссией покупателя, утвержденной руководителем предприятия. О выявленных по результатам приемки недостаче, недостатках товара покупатель информирует поставщика.

Согласно п. 2.5 договора одновременно с товаром поставщик обязан предоставить покупателю следующие документы: счет-фактуру, товарную накладную (ТОРГ 12), товарно-транспортную накладную, технические паспорта на оборудование, иные документы. Согласно пункту 1 прилагаемой к договору спецификации, в комплект поставки сепаратора для очистки и осветления вина марки ВВЦГ-В (до 10000 л./ч) (тонкая очистка) должны входить: сепаратор, привод в сборе, приемно-отводная система, пульт управления, гидросистема, спец. ключи (ЗИП) для обслуживания, РТИ (резино-технические изделия) 1 компл., паспорт, сертификаты.

Истец утверждает, что при приемке товара 07.09.2020 было установлено, что в комплекте поставки (в упаковках товара) отсутствовали паспорт и сертификат. О данном факте, а также о факте отсутствия надлежащим образом оформленных первичных бухгалтерских документов поставщик был извещен телефонограммой. В ходе телефонных переговоров  сторонами достигнута договоренность о том, что документы будут предоставлены  представителем общества при проведении пуско-наладочных работ. 

В подтверждение доводов истцом предоставлен акт осмотра товара от 07.09.2020, в соответствии с которым созданная покупателем комиссия зафиксировала факт отсутствия в комплекте поставки паспорта, сертификата и первичных бухгалтерских документов. Факт принятия истцом товара на ответственное хранение подтверждается представленными в судебное заседание  актом осмотра товара от 07.09.2020, актом о приеме-передаче товарно-материальных ценностей на хранение № 1 от 07.09.2020, оборотно-сальдовой ведомостью по счету  002.

Факт предоставления истцу ненадлежащим образом оформленных первичных бухгалтерских документов  ответчиком  не оспаривается. Ответчик  пояснил, что универсальный передаточный документ был исправлен по требованию истца и направлен последнему в разумный срок, что подтверждается содержанием нотариально удостоверенной электронной почты (переписка между истцом и обществом).

Довод ответчика  о том, что сепаратор ВВЦГ-В был принят   истцом и поставлен на учет, что подтверждается фактом возмещения последним НДС (налога на добавленную стоимость), опровергается  материалами дела. Согласно представленной МИФНС № 6 по Ставропольскому краю книге покупок и продаж за III и IV кварталы 2020 года и I квартал 2021 года, истец не возмещал НДС по операции с ЗАО «Сепаратор» по УПД от 07.09.2020. 

 Против утверждений истца о непредоставлении паспорта и сертификата ответчик  возражал, пояснив, что паспорт и сертификат находились в упаковке вместе с товаром.

Однако утверждение ответчика о наличии в комплекте поставки паспорта и сертификата не получило документального подтверждения. Ответчиком в судебное заседание предоставлен паспорт сепаратора ВВЦГ-В. На страницах 37-38 паспорта содержится упаковочная ведомость, содержание которой свидетельствует об отсутствии в упаковке паспорта и сертификата. Иных документов, свидетельствующих о передаче истцу паспорта и сертификата, ответчиком не предоставлено.

Суд установил, что ответчиком  сертификат не  предоставлен по причине его отсутствия. Суд выяснил, что ответчиком не проводилось обязательное подтверждение соответствия сепаратора ВВЦГ-В требованиям технического регламента, что является существенным нарушением договора купли-продажи от 12.05.2020 № 028/05/2020 по следующим основаниям.

В соответствии с пунктами 1 и 4  ст. 469 ГК РФ продавец обязан передать покупателю товар, качество которого соответствует договору купли-продажи. Если законом или в установленном им порядке предусмотрены обязательные требования к качеству продаваемого товара, то продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязан передать покупателю товар, соответствующий этим обязательным требованиям.

Пунктом 3.1 договора стороны установили, что товар должен соответствовать по качеству требованиям государственных стандартов и техническим условиям на данный товар.  Отношения, возникающие при разработке, принятии, применении и исполнении обязательных требований к продукции, регулируются Федеральным Законом от 27.12.2002         № 184-ФЗ «О техническом регулировании». Данным законом установлены обязательные требования к качеству товаров, а также система государственного регулирования качества продаваемых товаров. Такая система включает установление технических регламентов, в которых содержатся обязательные требования к товарам для защиты жизни и здоровья граждан, имущества физических и юридических лиц, государственного и муниципального имущества, охране окружающей среды, предупреждение действий, вводящих в заблуждение приобретателя.

Так, в соответствии с п. 1 ст. 1 ФЗ от 27.12.2002 № 184-ФЗ «О техническом регулировании», данный  Федеральный закон регулирует отношения, возникающие при разработке, принятии, применении и исполнении обязательных требований к продукции, в том числе зданиям и сооружениям (далее - продукция), или к продукции и связанным с требованиями к продукции процессам проектирования (включая изыскания), производства, строительства, монтажа, наладки, эксплуатации, хранения, перевозки, реализации и утилизации, а также при оценке соответствия.

В силу ст. 20 Закона № 184-ФЗ подтверждение соответствия на территории Российской Федерации может носить добровольный или обязательный характер. Обязательное подтверждение соответствия осуществляется в формах принятия декларации о соответствии (далее - декларирование соответствия) либо обязательной сертификации. Порядок применения форм обязательного подтверждения соответствия устанавливается указанным  Федеральным законом.

Согласно ст. 23 Закона № 184-ФЗ обязательное подтверждение соответствия проводится только в случаях, установленных соответствующим техническим регламентом, и исключительно на соответствие требованиям технического регламента. Объектом обязательного подтверждения соответствия может быть только продукция, выпускаемая в обращение на территории Российской Федерации. Форма и схемы обязательного подтверждения соответствия могут устанавливаться только техническим регламентом с учетом степени риска недостижения целей технических регламентов. Декларация о соответствии и сертификат соответствия имеют равную юридическую силу и действуют на всей территории Российской Федерации в отношении каждой единицы продукции, выпускаемой в обращение на территории Российской Федерации во время действия декларации о соответствии или сертификата соответствия, в течение срока годности или срока службы продукции, установленных в соответствии с законодательством Российской Федерации.

 Решением комиссии таможенного союза Евразийского экономического сообщества от 18.10.2011 № 823 утвержден Технический Регламент таможенного союза ТР ТС 010/2011 «О безопасности машин и оборудования». С момента принятия Технического регламента качество машин и оборудования должно соответствовать требованиям этого Технического регламента. Оборудование может дополнительно соответствовать требованиям ГОСТов и ТУ только по соглашению сторон в случае, если такие требования не противоречат условиям Технических Регламентов.

В статье 3 ТР ТС 010/2011 установлено, что машины и оборудование выпускаются в обращение на рынке при их соответствии  данному  техническому регламенту и при условии, что они прошли процедуры подтверждения соответствия. Машины и оборудование, соответствие которых требованиям  данного  технического регламента не подтверждено, не допускаются к выпуску в обращение на единой таможенной территории Таможенного союза.

Согласно ст. 7 Регламента  машины и (или) оборудование, выпускаемые в обращение на единой таможенной территории Таможенного союза, подлежат оценке соответствия требованиям указанного  технического регламента. Оценка соответствия требованиям данного  технического регламента проводится в форме подтверждения соответствия и в форме государственного контроля (надзора). 

 В силу ст. 8 Регламента подтверждение соответствия машин и (или) оборудования требованиям  указанного  технического регламента осуществляется в форме:

сертификации аккредитованным органом по сертификации (оценке (подтверждению) соответствия) (далее - орган по сертификации), включенным в Единый реестр органов по сертификации и испытательных лабораторий (центров) Таможенного союза;

декларирования соответствия на основании собственных доказательств и (или) полученных с участием органа по сертификации или аккредитованной испытательной лаборатории (центра), включенных в Единый реестр органов по сертификации и испытательных лабораторий (центров) Таможенного союза (далее - аккредитованная испытательная лаборатория (центр)). 

Декларирование соответствия проводится заявителем в отношении машин и (или) оборудования, включенных в Перечень объектов технического регулирования, подлежащих подтверждению соответствия требованиям технического регламента Таможенного союза «О безопасности машин и оборудования» в форме декларирования соответствия, приведенный в приложении № 3. 

Декларация о соответствии или сертификат соответствия является единственным документом, подтверждающим соответствие машины и (или) оборудования требованиям  указанного технического регламента. Декларация о соответствии и сертификат соответствия имеют равную юридическую силу и действуют на единой таможенной территории Таможенного союза в отношении машин и (или) оборудования, выпускаемых в обращение на единой таможенной территории Таможенного союза во время действия декларации о соответствии или сертификата соответствия, и применительно к каждой единице (машине и (или) оборудованию), в течение ее срока службы. Сведения о декларации о соответствии или о сертификате соответствия должны быть указаны в паспорте машины и (или) оборудования.

В перечень объектов технического регулирования, подлежащих подтверждению соответствия требованиям технического регламента Таможенного союза «О безопасности машин и оборудования» в форме декларирования соответствия входит оборудование технологическое для пищевой, мясомолочной и рыбной промышленности (п. 44 Перечня).

А в перечне стандартов, содержащих правила и методы исследований (испытаний) и измерений, в том числе правила отбора образцов, необходимые для применения и исполнения требований технического регламента Таможенного союза «О безопасности машин и оборудования» (ТР ТС 010/2011) и осуществления оценки (подтверждения) соответствия продукции, утвержденном Решением комиссии Таможенного союза от 18.10.2011 № 823, в пункте  47 «Оборудование технологическое для пищевой, мясомолочной и рыбной промышленности»  (подпункт 630) указан ГОСТ 24885-91 «Сепараторы центробежные жидкостные Общие технически условия».

В силу ст. 1 Федерального закона от 02.01.2000 № 29-ФЗ «О качестве и безопасности пищевых продуктов» алкогольная продукция относится к пищевой продукции.

Аналогичное положение закреплено в п.п. 7 ст. 2 ФЗ от 22.11.1995 № 171-ФЗ «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции», согласно которому алкогольная продукция — это пищевая продукция. Согласно данному подпункту, алкогольная продукция подразделяется на такие виды, как спиртные напитки, вино и т. д. Таким образом, вино является пищевой продукцией.

Анализ указанных выше обязательных требований позволяет сделать вывод о том, что сепаратор ВВЦГ-В, предназначенный для переработки (очистки и осветления) вина, является технологическим оборудованием для пищевой промышленности и подлежит оценке соответствия в виде обязательного подтверждения соответствия требованиям ТР ТС  010/2011 «О безопасности машин и оборудования» в форме декларирования соответствия. При этом сепаратор ВВЦГ-В может быть выпущен в обращение только во время действия декларации о соответствии. 

В подтверждение проведения процедуры декларирования сепаратора ВВЦГ- В, поставленного истцу, ответчиком в судебное заседание были предоставлены:

- Декларация о соответствии номер ТС № RU Д-RU.АВ24.В.01725, дата регистрации 19.08.2015, срок действия до 18.08.2020;

- Декларация о соответствии №  ЕАЭС № RU Д-RU.НХ37.В.13151/20 со сроком действия с 20.11.2020  по 19.11.2025 включительно. 

Дата выпуска спорного сепаратора в обращение — сентябрь 2020 года, что подтверждается паспортом сепаратора (на стр. 36 указана дата выпуска — сентябрь 2020) и первичными учетными документами, где указана дата поставки (07.09.2020).

Срок действия декларации ТС №  RU Д-RU.АВ24.В.01725 истек 18.08.2020.  Декларация о соответствии №  ЕАЭС № RU Д-RU.НХ37.В.13151/20 начала действовать с 20.11.2020 .

Ответчик заявил ходатайство  об исключении из числа доказательств декларации о соответствии номер ТС № RU Д-RU.АВ24.В.01725, дата регистрации 19.08.2015, срок действия до 18.08.2020.  Истец не возражал. 

 Суд  исключил  из числа доказательств по настоящему делу  декларацию о соответствии номер ТС № RU Д-RU.АВ24.В.01725, дата регистрации 19.08.2015, срок действия до 18.08.2020.

Согласно п. 2 ст. 28 ФЗ «О техническом регулировании» заявитель обязан:

- обеспечивать соответствие продукции требованиям технического регламента;

- выпускать в обращение продукцию, подлежащую обязательному подтверждению соответствия, только после осуществления такого подтверждения соответствия;

- приостанавливать или прекращать реализацию продукции, если срок действия сертификата соответствия или декларации о соответствии истек.

Таким образом, суд считает, что обществом не осуществлено  подтверждение соответствия сепаратора ВВЦГ-В требованиям ТР ТС  010/2011 «О безопасности машин и оборудования», а значит. Сепаратор ВВЦГ-В  выпущен обществом в  обращение и не соответствует обязательным требованиям, установленным Федеральным законом «О техническом регулировании».

Довод истца о невозможности использования сепаратора ВВЦГ-В в соответствии с его назначением в целях производства алкогольной продукции (вина) является обоснованным по следующим основаниям.

Истец осуществляет деятельность по производству, хранению и поставкам произведенной алкогольной продукции (вина), что подтверждается представленной в материалы дела лицензией № 26ПВН0009648 от 01.09.2020. 

В силу п. 13 Распоряжения Правительства РФ от 13.01.2006  № 17-р (действовавшего до 01.01.2021) и п. 1.13 Приказа Росалкогольрегулирования от 17.12.2020 № 405 (вступившего в силу с 01.01.2021) сепараторы, центрифуги, а также установки с функциями фильтрования и сепарирования включены в перечень видов основного технологического оборудования для производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции.

Согласно п. 1 ст. 8 Федерального закона от 22.11.1995 № 171-ФЗ «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции» организации, осуществляющие производство этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и использующие в указанных целях  основное технологическое оборудование, изготовленное как на территории Российской Федерации, так и за пределами ее территории, обязаны иметь на указанное оборудование сертификат соответствия или декларацию о соответствии, выданные в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

На запрос истца о возможности использования оборудования, выпущенного в оборот до даты регистрации декларации о соответствии, Межрегиональное управление Федеральной службы по регулированию алкогольного рынка по Северо-Кавказскому Федеральному округу  письмом № 18-Г127/09 от 05.04.2021 разъяснило, что декларации о соответствии действуют на всей  территории Российской Федерации в отношении каждой единицы продукции, выпускаемой в обращение на территории Российской Федерации во время действия декларации.

Согласно п. 2 ст. 450 ГК РФ по требованию одной из сторон  договор может быть изменен или расторгнут по решению суда при существенном нарушении договора другой стороной. Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени  лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Истец, получив сепаратор ВВЦГ-В по договору купли-продажи от 12.05.2020                     №  028/05/2020 (с рассрочкой платежа) и уплатив за товар 2 100 000 (два миллиона сто тысяч) рублей, лишен возможности использовать оборудование в соответствии с его назначением для очистки и осветления вина.

 На основании  вышеизложенного исковые требования а подлежат удовлетворению в полном объеме.

Руководствуясь статьями 101, 106, 110, 167-171, 176, 180-182 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования удовлетворить. Расторгнуть договор  купли-продажи от 12.05.2020 № 028/05/2020, заключенный между  ЗАО «Сепаратор» и АО «Прасковейское». Взыскать с закрытого  акционерного общества «Сепаратор», г. Махачкала, Республика Дагестан (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу  акционерного общества «Прасковейское», с. Прасковея, Буденновского района Ставропольского края (ОГРН  

<

***>, ИНН 

<

***>) денежные средства в сумме  2 100 000  руб. и расходы по уплате государственной пошлины в сумме 33 500 руб. и в федеральный бюджет государственную пошлину в сумме 6 000 руб. 

После вступления решения в законную силу выдать  исполнительные листы.

Решение суда может быть обжаловано через Арбитражный суд Ставропольского края в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия (изготовления в полном объеме) и в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев со дня вступления решения в законную силу при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья                                                                                                                       Т.А. Чернобай