АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

 

улица Пушкина, дом 45, Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-3760/2018

06 сентября 2018 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 04 сентября 2018 года.

Полный текст постановления изготовлен 06 сентября 2018 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

Председательствующего судьи: Шведова А.А.

Судей: Кондратьевой Я.В., Никитина Е.О.

при участии в судебном заседании:

ФИО1 – лично;

ФИО2 – лично, его представителя – ФИО3 по доверенности от 02.10.2017 № 27 АА 1038661;

представителя ООО «Финро» - ФИО4 по доверенности от 03.09.2018;

представителя УФНС России по Хабаровскому краю – ФИО5 по доверенности от 03.04.2018 № 18-16/04400;

рассмотрев в судебном заседании кассационные жалобы конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Финро» ФИО6, ФИО1

на постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 04.07.2018

по делу №  А73-14278/2016

Арбитражного суда Хабаровского края

дело рассматривали: в суде первой инстанции судья Рева Т.В., в апелляционном суде судьи: Жолондзь Ж.В., Пичинина И.Е., Ротарь С.Б.

по заявлению конкурсного управляющего ФИО6

о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2

в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Финро» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, место нахождения 680030, 

<

...>) несостоятельным (банкротом)

установил:

определением Арбитражного суда Хабаровского края от 18.10.2016 по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Капитал» (далее – общество «Капитал») возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Финро» (далее – общество «Финро», должник).

Определением Арбитражного суда Хабаровского края от 13.12.2016 (резолютивная часть объявлена 12.12.2016) в отношении общества «Финро» введено наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО6, требование общества «Капитал» в сумме 2 100 932 руб. 77 коп. включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Решением от 20.04.2017 должник признан банкротом, открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден                  ФИО6 (далее – конкурсный управляющий).

В рамках дела о банкротстве должника конкурсный управляющий 28.06.2017 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении бывшего руководителя обществом «Финро» ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик) к субсидиарной ответственности и взыскании с него 20 734 908 руб. 43 коп. на основании пункта 4 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, (далее - Закон о банкротстве) (с учетом уточнения требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее -  АПК РФ).

Заявление обосновано непередачей бывшим руководителем ФИО2 конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации общества в нарушение положений пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве и как следствие наличием оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением суда первой инстанции от 07.03.2018 заявленные конкурсным управляющим требования удовлетворены в полном объеме.

Постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 04.07.2018 определение от 07.03.2018 отменено, заявление конкурсного управляющего оставлено без удовлетворения.

В кассационных жалобах ФИО1 и конкурсный управляющий просят постановление от 04.07.2018 отменить, оставить в силе определение суда первой инстанции от 07.03.2018.

В обоснование жалоб заявители приводят доводы о неправильном применении судом апелляционной инстанции норм права, на основании которых наступает ответственность, предусмотренная нормами Закона о банкротстве. Считают, что судом первой инстанции установлены все значимые для правильного рассмотрения обособленного спора обстоятельства, исследованы доказательства, подтверждающие бездействие ФИО2 по передаче необходимой документации, в то время как согласно информации таможенного органа, а также сведениям о движении денежных средств, контрагентами должнику на счет перечислялись денежные средства для покупки валюты и дальнейшего приобретения товара у заграничных партнеров с целью дальнейшей передачи в рамках заключенных договоров с контрагентами. Доказательства передачи товара российским партнерам либо возврата полученных должником денежных средств не представлено.

В отзыве ФИО2 просил оставить оспариваемый судебный акт без изменения.

ФИО1, представитель общества «Финро» поддержали доводы, изложенные в кассационных жалобах; ФИО2 и его представитель в отзыве на жалобу; представитель уполномоченного органа в лице Управления Федеральной налоговой службы по Хабаровскому краю – позицию заявителей кассационных жалоб.

В судебном заседании участники процесса ответили на вопросы заданные судом округа, в том числе по обстоятельствам осуществления хозяйственности деятельности должником с его контрагентами; возникшего между ФИО2 и ФИО1 конфликта.

Проверив законность обжалуемого судебного акта с учетом доводов кассационных жалоб, отзыва на них, выслушав присутствующих в судебном заседании участников обособленного спора, Арбитражный суд Дальневосточного округа не усматривает оснований для его отмены, предусмотренных в статье 288 АПК РФ.

Поскольку заявление о привлечении к субсидиарной ответственности подано до 01.07.2017, рассмотрение этого заявления, согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях», производится по правилам статьи 10 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с требованием о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, ссылаясь на неисполнение им обязанности по передаче бухгалтерских и иных финансовых документов, отражающих финансово-хозяйственную деятельность должника.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из наличия состава правонарушения, предусмотренного пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 126 Закона банкротстве руководитель должника, не исполнивший обязанности по обеспечению передачи конкурсному управляющему в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей, уклонения от этой обязанности несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Указанное требование закона обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

На дату открытия конкурсного производства, соответственно, на дату возникновения у руководителя должника вышеназванной обязанности, статья 10 Закона о банкротстве действовала в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее – Федеральный закон от 28.06.2013 № 134-ФЗ).

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, руководитель должника несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Ответственность, предусмотренная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 7, статья 29 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете») и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 3.2 статьи 64, пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве). Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Ответственность, предусмотренная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве. Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера субсидиарной ответственности, предусмотренной пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, также имеет значение и причинно-следственная связь между отсутствием документации (отсутствием в ней информации или ее искажением) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

В этой связи факт непредставления бывшим руководителем должника первичных документов бухгалтерского учета конкурсному управляющему, при отсутствии доказательств причинно-следственной связи между его бездействием и неплатежеспособностью должника, сам по себе не может быть положен в обоснование удовлетворения заявленных требований даже при презумпции вины лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности.

В пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление ВС РФ № 53) раскрыты критерии существенности затруднений, которые могут возникнуть при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве. К ним относятся: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Судом первой инстанции на основании данных бухгалтерской отчетности за 2015 год (последний отчетный период перед возбуждением дела о банкротстве должника) установлено, что у должника имелись активы на сумму 64 937 тыс. руб., в том числе: 22 627 тыс. руб.– запасы,                               30 057 тыс. руб. – дебиторская задолженность, 5 259 тыс. руб. – финансовые вложения, 6 992 тыс. руб. – денежные средства и денежные эквиваленты,               1 тыс. руб. – налог на добавленную стоимость по приобретенным ценностям.

Документов, подтверждающих вид активов, расходование денежных средств, расшифровку других показателей бухгалтерской отчетности должника, конкурсному управляющему бывшим руководителем общества «Финро» не передано.

В связи с этим удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции руководствовался названными выше нормами материального права и исходил из доказанности факта того, что вследствие непередачи               ФИО2 конкурсному управляющему документов, обязанность по передачи которых была возложена на ответчика определением суда первой инстанции от 05.04.2017, вынесенным по результатам рассмотрения заявления временного управляющего должником, общество «Финро» было признано несостоятельным (банкротом).

При этом судом первой инстанции не принято в качестве доказательств, освобождающих ФИО2 от ответственности: его письменное сообщение о невозможности исполнить определение от 05.04.2017 в связи с хищением документации должника и отказом налогового органа в предоставлении документов по запросу ФИО2; бухгалтерская отчетность по состоянию на 30.09.2016 (согласно бухгалтерскому балансу на 30.09.2016 у должника из активов имелись только денежные средства и денежные эквиваленты в сумме 20 000 руб.); наличие корпоративного конфликта внутри группы компаний, в которую входили общество «Финро», общество «Капитал» и общество с ограниченной ответственностью «Хелден» (далее – общество «Хелден»). Участником двух последних является ФИО1 (далее –          ФИО1), который ранее являлся коммерческим директором общества «Финро»; оборотно-сальдовая ведомость по счету 41.01 за первый квартал 2016 года, подтверждающая, по мнению ответчика, передачу должником в 2016 году контрагентам товара на сумму 21 млн. руб.

Помимо этого судом первой инстанции установлено, что общество «Финро» в период с 01.01.2015 по 20.10.2017 задекларировало ввезенный            из-за границы товар по одиннадцати декларациям на общую сумму                        359 942,80 доллара США. В тоже время часть ввезенного товара на сумму 233 228,20 доллара США должником не передана своим контрагентам. Согласно банковским выпискам должника по валютным счетам за период с 2015 года по 2017 год, валютные перечисления осуществлялись по иным контрактам  с контрагентами, нежели указанным в таможенных декларациях.

Принимая во внимание расчет, произведенный конкурсным кредитором ФИО1 на основании банковских выписок по валютным счетам, суд первой инстанции констатировал, что на расчетные счета иностранных контрагентов должник в период с 01.01.2015 по 20.10.2017 перечислил в качестве аванса денежные средства в сумме             443 856 долларов США, что эквивалентно 22 384 809 руб. 50 коп. Доказательств поступления в адрес должника товара на указанную сумму не представлено.

Оценив представленные в материалы обособленного спора доказательства, суд первой инстанция исходя из размера неудовлетворенных требований кредиторов должника в сумме 20 734 908 руб. 43 коп., пришел к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в указанном размере.

Суд апелляционной инстанции, рассмотревший обособленный спор в порядке апелляционного производства, пришел к противоположным выводам относительно заявленных конкурсным управляющим требований.

Апелляционным судом установлено, что участником и руководителем общества «Капитал» - заявителя по делу о банкротстве общества «Финро» является ФИО1

ФИО2 и ФИО1 являлись партнерами и вели совместную коммерческую деятельность путем организации и участия в следующих юридических лицах:

- общество «Финро» (участники ФИО2 и ФИО1, также ФИО1 занимал должность коммерческого директора, впоследствии ФИО1 вышел из состава участников, директором являлся ФИО2);

- общество «Хелден» (участник и директор ФИО1);

- общество «Капитал» (участник и директор ФИО1).

Названные юридические лица находятся по одному адресу: 

<

...>.

Указанная группа компаний занималась поставкой строительных и отделочных материалов. Между ФИО7 и ФИО1 существовали партнерские отношения, построенные на полном доверии, о чем в частности свидетельствует факт нахождения в пользовании ФИО1 ключа электронной подписи ФИО8

В марте 2016 года между партнерами произошел конфликт, а 04.04.2016 ФИО7 обнаружено отсутствие в офисе, расположенном по ул. Ленина, 4 в г. Хабаровске, бухгалтерской и финансовой документации общества «Финро» за период с января 2014 года по апрель 2016 года.

Согласно выписке из журнала охраны здания по ул. Ленина, 4 в                    г.Хабаровске ФИО1 выходил из указанного здания после  ФИО2 с мешками документов, о чем имеется запись камер видеонаблюдения. По факту хищения документации по заявлению    ФИО2, сделанному в апреле 2016 года, правоохранительными органами проводилась проверка, по результатам которой вынесено постановление от 20.06.2018 об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием в действиях ФИО1 состава преступления (том 6, л.д. 74-77).

Вместе с тем в указанном постановлении дознавателем сделан вывод о том, что факт хищения бухгалтерской документации 04.04.2016, нашел свое подтверждение; объяснения ФИО1 о том, что он 04.04.2016 из офиса по ул.Ленина, 4 г.Хабаровска вывозил только свои документы оценены критически, так как пропажа бухгалтерских документов общества «Финро» была обнаружена на следующий день.

В связи с этим суд апелляционной инстанции счел обоснованной позицию ФИО2 о том, что именно по указанной причине ответчик не имел возможности подтвердить факт поставки товара в пользу общества «Хелден» и общества «Капитал», в результате чего обществом «Капитал» была инициирована процедура банкротства общества «Финро».

Довод ФИО1 о том, что если документы действительно выносились им, то это могли быть документы, либо общества «Капитал», либо общества «Хелден», судом округа не принят во внимание в качестве факта, указывающего на прямую вину ФИО2, поскольку в условиях уже возникшего на тот момент конфликта между партнерами, разумный руководитель с целью избежать негативных последствий, при нахождении нескольких юридических лиц в одном помещении, должен был и мог принять меры по комиссионному оформлению (или иным способом) выборки документов, в том числе с участием уполномоченного представителя других юридических лиц, документация которых также хранилась в этом помещении. Однако таких доказательств в материалы обособленного спора не представлено.

Отсутствие приговора суда по факту хищения документации на момент вынесения судебного акта судом первой инстанции суд апелляционной инстанции не принял в качестве безусловного основания для вывода о доказанности вины ФИО2 мотивировав это, в том числе ссылкой на устные объяснения ФИО2 и письменные объяснения бывшего бухгалтера общества «Финро» ФИО9, которые судом апелляционной инстанции оценены как иные доказательства в соответствии с правилами статьи 89 АПК РФ.

Так, согласно нотариально оформленным письменным пояснениям бухгалтера ФИО9, содержащимся в заявлении от 15.05.2018 (том 6, л.д. 45), ФИО9 осуществляла бухгалтерский учет в отношении общества «Финро», общества «Капитал» и общества «Хелден». Несмотря на то, что руководителем общества «Финро» являлся ФИО2, все распоряжения относительно документального оформления деятельности общества «Финро» она получала от ФИО1, он же самостоятельно производил банковские платежи по системе «Банк-Клиент», управлял движением финансов от имени всех названных обществ и между ними. ФИО2 осуществлял административно-хозяйственную деятельность – контролировал работу подрядных организаций, вел проектно-сметную документацию. Вся внешнеэкономическая деятельность общества «Финро», а именно заключение контрактов с иностранными поставщиками, формирование логистических цепочек перемещения товара (в основном по территории Китая), валютные платежи, также находилась под контролем и управлением ФИО1

В свою очередь ФИО2 предпринимались меры по восстановлению бухгалтерской и иной финансовой документации, заключен договор с аудиторской компанией – обществом с ограниченной ответственностью «Инком Аудит» (том 4, л.д. 19-21). По результатам анализа операций по расчетному счету аудиторская компания пришла к выводу, что основными контрагентами общества «Финро» являлись общество «Хелден» и общество «Капитал».

Вместе с тем для восстановления бухгалтерского учета общества «Финро» аудиторской компании необходимы были первичные документы, подтверждающие проведение хозяйственных операций между контрагентами и должником.

Повторно исследовав представленные в материалы обособленного спора доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии достаточных оснований для признания доказанным наличия причинно-следственной связи между непередачей ФИО2 документов конкурсному управляющему и невозможностью удовлетворения требований кредиторов. Апелляционный суд не усмотрел в действиях ФИО2 противоправности и умысла по сокрытию документации и иной финансовой документации должника с целью причинения вреда кредиторам.

Для целей удовлетворения заявления о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям, конкурсному управляющему необходимо доказать, что отсутствие документации должника, либо отсутствие в ней полной и достоверной информации, существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, в частности, что отсутствие документации должника, либо ее недостатки, не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, или доказав, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

В пункте 1 постановления ВС ФР № 53 указано, что привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ, его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ).

Принимая во внимание существование указанных выше обстоятельств уже на дату возбуждения дела о банкротстве общества «Финро», о которых конкурсному управляющему было известно, в том числе в связи с исполнением ФИО6 обязанностей временного управляющего должником, доказательств, подтверждающих принятие конкурсным управляющим мер, учитывая права и обязанности, предусмотренные статьей 20.3 Закона о банкротстве, направленных на получение у иностранных партнеров сведений относительно поставки (непоставки) товара на полученные от общества «Финро» суммы валютных платежей, при наличии такой возможности и должной добросовестности действовать в интересах кредиторов и должника, в материалы дела не представлено.

Тем самым, учитывая особенности партнерских правоотношений, существовавших между ФИО2 и ФИО1 как учредителями общества «Финро» и обществами «Капитал» и «Хелден», условия совместного ведения бизнеса, суд округа считает выводы суда апелляционной инстанции об отсутствии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника законными и обоснованными.

Кроме того, при изложенных фактах и представленных доказательствах, суд округа в рамках рассматриваемого спора не усматривает безусловной вины ответчика в причинении обществу «Финро» убытков (статьи 53.1, 15, 393 ГК РФ).

В сложившейся ситуации доводы кассационных жалоб подлежат отклонению как несоответствующие установленным, с учетом всей совокупности и взаимосвязи, обстоятельствам возникшего спора, источником которого, по сути, является конфликт, основанный на взаимных претензиях двух партнеров, деятельность которых некогда была построена на доверительных отношениях.

Поскольку фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судом апелляционной инстанции на основе полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, нормы материального и процессуального права не нарушены, у суда кассационной инстанции отсутствуют основания для отмены постановления от 04.07.2018 и удовлетворения кассационной жалобы.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 04.07.2018 по делу № А73-14278/2016 Арбитражного суда Хабаровского края оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                           А.А. Шведов

 

Судьи                                                                                    Я.В. Кондратьева

Е.О. Никитин